Cайт является помещением библиотеки. Все тексты в библиотеке предназначены для ознакомительного чтения.

Копирование, сохранение на жестком диске или иной способ сохранения произведений осуществляются пользователями на свой риск.

Карта сайта

Все книги

Случайная

Разделы

Авторы

Новинки

Подборки

По оценкам

По популярности

По авторам

Рейтинг@Mail.ru

Flag Counter

Виталий Диксон: Жизнь и творчество в литературной критике и публицистике
Карпачёв Александр
Каждый пишет - как он дышит...

    Исторический роман всегда пользовался любовью читателей. Это и увлекательный, крепко закрученный сюжет, это и полезная информация о делах давно минувших лет. Законодателем мод в этом жанре в последнее время был Валентин Пикуль. И все пишущие невольно испытывали его влияние. Можно, конечно, говорить о недостаточной глубине осмысления Пикулем описываемых им событий, односторонности взгляда – всё это есть. Но не надо забывать и то, что историческая литература приучает человека мыслить, копаться в причинах и следствиях, да и просто расширяет кругозор.

    История Иркутска достаточно насыщена событиями, в любом времени можно найти массу интересного как для учёного, так и для писателя. Виталий Диксон не первый из иркутских  писателей, кто обращается к историческому жанру. Но он не идёт по проторённой тропе. «Пятый туз» - роман необычный не только по фактуре и повествовательному строю, но даже и по жанровому уточнению – «фарс-роман». Именно в этом проступает отношение писателя к самому предмету, к истории. Главный урок, который преподносит история, - это то, что из неё не извлекают уроков. В таком случае история имеет свойство повторяться. Но уже замечено: трагедия, повторяясь, превращается в фарс. Вот этими общеизвестными мыслями и вооружён Виталий Диксон. В жизни есть место всему: смеху и слезам, горю и радости, причём случается так, что эти крайние проявления соседствуют друг с другом, мало того, пир может обернуться тризной, а тризна пиром, победа бедой; нам  то жутко весело, то страшно интересно, и мы смеёмся сквозь слёзы и радуемся рыдая.

    Действие романа начинается в 1787 году и заканчивается в первой половине XIX века, но рамки повествования гораздо шире, писатель не ограничивается историей Иркутска, она причудливо преломляется и отражается в истории Государства Российского, в истории Европы, да, пожалуй, и в мировой истории. Вот посмотрите хотя бы на одну из цепочек, выстраиваемых автором. У иркутского губернатора Ивана Варфоломеевича Якобия вроде неплохая фамилия, но случается Великая Французская революция, и Иван Варфоломеевич, даже в отставке, не знает, куда деть своё «якобинство». С этакой фамилией перед Екатериной II, до ужаса боявшейся революции, лучше было не показываться. Что это? Трагедия? Комедия? И то, и другое, то есть фарс.

    Виталий Диксон стремится максимально приблизить язык романа к языку XVIII  столетия. Это ему удалось. Диалоги героев получились сочными, динамичными. Правда, такая лексика несколько затрудняет чтение, да и автор, частенько увлекаясь какой-то одной сюжетной линией, забывает, что надо двигать центральную. Это, конечно, недостатки, и причина их вот в чём. Диксон – мастер миниатюры, в тексте есть страницы – просто шедевры, где он демонстрирует прямо-таки виртуозное владение словом. Но в композиции он гораздо слабее. Роман перегружен боковыми ходами, отступлениями, которые отвлекают внимание от основных событий. Впрочем, и это можно понять. В разных местах России и даже на разных улицах одного города, того же Иркутска, одновременно происходит столько всего, что и не уследить, отсюда и излишняя многоголосость «Пятого туза».

    Кто же герои? А герои разные. Это и губернаторы Якобий и Сперанский, купцы Шелехов и Сибиряков, канцелярский стрекулист Ванька Почекушин, цементирующий всё повествование, в конце становящийся важной шишкой; это и простой народ – крестьяне, казаки, охотники, мастеровые; на страницах  романа присутствуют Екатерина II, первый пиит России Державин, английский шпион-отравитель Джон Ледьярд…

    О чём роман? Можно отделаться банальностью – о жизни. Но, как ни странно, этот расхожий, ни к чему не обязывающий ответ, - самый точный. О жизни, о российской жизни, жизни со взяточниками, с самодурами-чиновниками, с отвратительными дорогами, с дураками. Мало что изменилось за двести лет – кругом всё то же, всё такие же дороги и такие же дураки, и такие же взяточники и самодуры. Безобразия хватало тогда, хватает и сейчас. Диксон не задаётся вопросами: что делать? кто виноват?  Жизнь текла и будет течь, что бы ни происходило, и остановить этот поток никто не в силах – ни всемогущий самодержец, ни лютый зверь бабр. Герои романа идут своей чередой: отразятся в нескольких страницах, словно в зеркале, и исчезнут во мраке истории, освободят лик земли, превратятся в память.

    По мысли автора, определение «человек разумный» не совсем точно, следовало бы сформулировать иначе: «человек помнящий». Только память дарует нам возможность мыслить, беспамятное зрение слепо, беспамятный разум – просто белый лист бумаги. Лишив человека памяти, можно делать с ним всё, что угодно. Взять хотя бы один пример, коих у Диксона множество. Просто иллюстрация к нашему не то что слепому зрению, а зрению дефективному, ущербному, искажённому, упёртому в одну точку. С именем Суворова в нашем сознании связаны блестящие победы: штурм Измаила, переход через Альпы; мало кто знает и помнит, что он возглавлял правительственные войска, громившие Пугачёва, - прославленный полководец и здесь оказался на высоте. Во время пугачёвщины Гаврила Романович Державин, тогда ещё юный двадцативосьмилетний офицер лейб-гвардии, попросился в Следственную комиссию, где ревностно отличился в казнях «для примера»  и в повальном сечении бунтовщиков и бунтовщиковых баб. Правильно, не всю же жизнь он сочинял оды. Державин был человеком своей эпохи, так же, как Суворов, так же, как Пугачёв…В общем-то обидно, что история ничему не учит, но, может быть, её функция в другом: формировать у человека трезвый взгляд на жизнь, желание видеть все события в подлинном свете или, по крайней мере, не закрывать глаза на то, чего не хочется видеть.

    «Пятый туз» - это дебют писателя Виталия Диксона. Прежде чем увидеть свет, роман десять лет мыкался по издательству. Может быть, судьба других произведений Диксона будет более удачной.

   «И нет нам прощания.
И продолжение следует – вечно…»

    

Александр Карпачёв
«Советская молодёжь», №7(10432),
января 1996 г. – (Рубрика: Иркутская книга)

Число просмотров текста: 1051; в день: 0.43

Средняя оценка: Отлично
Голосовало: 5 человек

Оцените этот текст:

Разработка: © Творческая группа "Экватор", 2011-2014

Версия системы: 1.0

Связаться с разработчиками: libbabr@gmail.com

Генератор sitemap

0