Cайт является помещением библиотеки. Все тексты в библиотеке предназначены для ознакомительного чтения.

Копирование, сохранение на жестком диске или иной способ сохранения произведений осуществляются пользователями на свой риск.

Карта сайта

Все книги

Случайная

Разделы

Авторы

Новинки

Подборки

По оценкам

По популярности

По авторам

Рейтинг@Mail.ru

Flag Counter

Поэзия и песни
Некрасов Николай
Притча о "киселе"

 Жил-был за тридевять земель,
 В каком-то царстве тридесятом,
 И просвещенном, и богатом,
 Вельможа, именем - Кисель.
 За книгой с детства, кроме скуки,
 Он ничего не ощущал,
 Китайской грамотой - науки,
 Искусство - бреднями считал;
 Зато в войне, на поле брани
 Подобных не было ему:
 Он нес с народов диких дани
 Царю - владыке своему.
 Сломив рога крамоле внешней
 Пожаром, казнями, мечом,
 Он действовал еще успешней
 В борьбе со внутренним врагом:
 Не только чуждые народы,
 Свои дрожали перед ним!
 Но изменили старцу годы -
 Заботы, дальние походы,
 Военной славы гром и дым
 Израненному мужу в тягость:
 Сложил он бранные дела,
 И императорская благость
 Гражданский пост ему дала.
 Под солнцем севера и юга,
 Устав от крови и побед,
 Кисель любил в часы досуга
 Театр, особенно балет.
 Чего же лучше? Свеж он чувством,
 Он только изнурен войной -
 Итак, да правит он искусством,
 Вкушая в старости покой!
 
 С обычной стойкостью и рвеньем
 Кисель вступил на новый пост:
 Присматривал за поведеньем,
 Гонял говеть актеров в пост.
 Высокомерным задал гонку,
 Покорных, тихих отличил,
 Остриг актеров под гребенку,
 Актрисам стричься воспретил;
 Стал роли раздавать по чину,
 И, как он был благочестив,
 То женщине играть мужчину
 Не дозволял, сообразив
 Что это вовсе неприлично:
 "Еще начать бы дозволять,
 Чтобы роль женщины публично
 Мужчина начал исполнять!"
 
 Чтобы актеры были гибки,
 Он их учил маршировать,
 Чтоб знали роли без ошибки,
 Затеял экзаменовать;
 Иной придет поздненько с пира,
 К нему экзаменатор шасть,
 Разбудит: "Монолог из Лира
 Читай!.." Досада и напасть!
 
 Приехал раз в театр вельможа
 И видит: зала вся пуста,
 Одна директорская ложа
 Его особой занята.
 Еще случилось то же дважды -
 И понял наш Кисель тогда,
 Что в публике к театру жажды
 Не остается и следа.
 Сам царь шутя сказал однажды:
 "Театр не годен никуда!
 В оркестре врут и врут на сцене,
 Совсем меня не веселя,
 С тех пор как дал я Мельпомене
 И Терпсихоре - Киселя!"
 
 Кисель глубоко огорчился,
 Удвоил труд - не ел, не спал,
 Но как начальник ни трудился,
 Театр ни к черту не годился!
 Тогда он истину сознал:
 "Справлялся я с военной бурей,
 Но мне театр не по плечу,
 За красоту балетных гурий
 Продать я совесть не хочу!
 Мне о душе подумать надо,
 И так довольно я грешил!"
 (Кисель побаивался ада
 И в рай, конечно, норовил.)
 Мысль эту изложив круглее,
 Передает секретарю:
 Дабы переписал крупнее
 Для поднесения царю.
 Заплакал секретарь; печали
 Не мог, бедняга, превозмочь!
 Бежит к кассиру: "Мы пропали!"
 (Они с кассиром вместе крали),
 И с ним беседует всю ночь.
 Наутро в труппе гул раздался,
 Что депутация нужна
 Просить, чтобы Кисель остался,
 Что уж сбирается она.
 "Да кто ж идет? с какой же стати?-
 Кричат строптивые.- Давно
 Мы жаждем этой благодати!"
 -"Тссс! тссс!.. упросят всё равно!"
 И всё пошло путем известным:
 Начнет дурак или подлец,
 А вслед за глупым и бесчестным
 Пойдет и честный наконец.
 Тот говорит: до пенсиона
 Мне остается семь недель,
 Тот говорит: во время оно
 Мою сестру крестил Кисель,
 Тот говорит: жена больная,
 Тот говорит: семья большая -
 Так друг по дружке вся артель,
 Благословив сначала небо,
 Что он уходит наконец,
 Пошла с дарами соли-хлеба
 Просить: "Останься, наш отец!"...
 
 Впереди шли вдовицы преклонные,
 Прослужившие лета законные,
 Седовласые, еле ползущие,
 Пенсионом полвека живущие;
 Дальше причет трагедии: вестники,
 Щитоносцы, тираны, кудесники,
 Двадцать шесть благородных отцов,
 Девять первых любовников;
 Восемьсот театральных чиновников
 По три в ряд выступали с боков
 С многочисленным штабом:
 С сиротами беспечными,
 С бедняками увечными,
 Прищемленными трапом.
 Пели гимн представители пения,
 Стройно шествовал кордебалет;
 В белых платьицах, с крыльями гения
 Корифейки младенческих лет,
 Довершая эффект депутации,
 Преклонялись с простертой рукой
 И, исполнены женственной грации,
 В очи старца глядели с мольбой...
 
 Кто устоит перед слезами
 Детей, теряющих отца?
 Кисель растрогался мольбами:
 "Я ваш, о дети! до конца!.
 Я полагал, что я ненужен,
 Я мнил, что даже вреден я,
 Но вами я обезоружен!
 Идем же, милые друзья,
 Идем до гробового часу
 Путем прогресса и добра..."
 Актеры скорчили гримасу,
 Но тут же крикнули: ура!
 "Противустать возможно ядрам,
 Но вашим просьбам - никогда!"
 
 И снова правит он театром
 И мечется туда-сюда;
 То острижет до кожи труппу,
 То космы разрешит носить.
 А сам не ест ни щей, ни супу,
 Не может вин заморских пить.
 В пиесах, ради высших целей,
 Вне брака допустил любовь
 И капельдинерам с шинелей
 Доходы предоставил вновь;
 Смирившись, с автором "Гамлета"
 Завесть знакомство пожелал,
 Но бог британского поэта
 К нему откушать не прислал.
 Укоротил балету платья,
 Мужчиной женщину одел,
 Но поздние мероприятья
 Не помогли - театр пустел!
 Спились таланты при Ликурге,
 Им было нечего играть:
 Ни в комике, ни в драматурге
 Охоты не было писать;
 Танцорки как ни горячились,
 Не получали похвалы,
 Они не то чтобы ленились,
 Но вечно были тяжелы.
 В партере явно негодуют,
 Свет божий Киселю не мил,
 Грустит: "Чиновники воруют,
 И с труппой справиться нет сил!
 Вчера статуя командора
 Ни с места! Только мелет вздор -
 Мертвецки пьяного актера
 В нее поставил режиссер!
 Зато случился факт печальный
 Назад тому четыре дня:
 С фронтона крыши театральной
 Ушло три бронзовых коня!"
 
 Кисель до гроба сценой правил,
 Сгубил театр - хоть закрывай!-
 Свои седины обесславил,
 Да не попасть ему и в рай.
 Искусство в государстве пало,
 К великой горести царя,
 И только денег прибывало
 У молодца-секретаря:
 Изрядный капитал составил,
 Дом нажил в восемь этажей
 И на воротах львов поставил,
 Сбежавших перелив коней...
 
 Мораль: хоть крепостные стены
 И очень трудно разрушать,
 Однако храмом Мельпомены
 Трудней без знанья управлять.
 Есть и другому поученью
 Тут место: если хочешь в рай,
 Путеводителем к спасенью
 Секретаря не избирай.
 
 (21 августа 1865)
 

Число просмотров текста: 817; в день: 0.33

Оцените этот текст:

Разработка: © Творческая группа "Экватор", 2011-2014

Версия системы: 1.0

Связаться с разработчиками: libbabr@gmail.com

Генератор sitemap

0