Cайт является помещением библиотеки. Все тексты в библиотеке предназначены для ознакомительного чтения.

Копирование, сохранение на жестком диске или иной способ сохранения произведений осуществляются пользователями на свой риск.

Карта сайта

Все книги

Случайная

Разделы

Авторы

Новинки

Подборки

По оценкам

По популярности

По авторам

Рейтинг@Mail.ru

Flag Counter

Драматургия
Шекспир Вильям
Король Лир (пер. О. Сороки)

ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА

Лир, король Британии

Гонерилья, старшая дочь Лира

Регана, средняя дочь Лира

Корделия, младшая дочь Лира

Герцог Олбанский (Олбани), муж Гонерильи

Герцог Корнуэльский (Корнуолл), муж Реганы

Король Французский

Герцог Бургундский

Граф Кент

Граф Глостер

Эдгар, сын Глостера

Эдмунд, побочный сын Глостера

Освальд, дворецкий Гонерильи

Шут

Три рыцаря

Куран, придворный Глостера

Придворный

Трое слуг

Старик, арендатор Глостера

Два гонца

Врач

Капитан на службе у Эдмунда

Герольд

Два офицера

Рыцари из свиты Лира, челядь, воины, придворные

АКТ I

Сцена I

Дворец короля Лира.

Входят Кент, Глостер и Эдмунд.

Кент

Я думал, королю герцог Олбанский больше по сердцу, чем Корнуэльский.

Глостер

Нам  всегда так казалось, но теперь, при разделе королевства, не видно, кого  из  двоих он ценит больше, ибо их доли так уравнены, что рассмотрением даже самым пристальным нельзя определить, какая предпочтительней.

Кент

Это сын ваш, милорд?

Глостер

Моего изделья, сэр, моего замеса. Я столько раз краснел, признавая свою замешанность, что теперь уж говорю без замешательства.

Кент

Не понял вас.

Глостер

А  его  мать тут же поняла, и понесла, и принесла сына без мужа. Чуете, грехом запахло?

Кент

Такого молодца иметь сыном не грех.

Глостер

У  меня  и  законный есть, постарше годом, но этого пригулка я жалую не меньше.  Хоть  он,  наглец,  явился  в  мир  незваным,  однако мать его была красавица;  мы всласть потрудились при замесе, так что приходится признавать мошенника. Знаком ты с этим благородным сэром, Эдмунд?

Эдмунд

Нет, господин мой.

Глостер

Это граф Кентский. Чти его как моего достойного друга.

Эдмунд

К услугам вашей светлости.

Кент

Рад буду узнать вас ближе и полюбить.

Эдмунд

Постараюсь заслужить любовь вашу.

Глостер

Он  девять лет провел в чужих краях и вскоре опять отправится туда. Вот и король к нам выходит.    Трубы за сценой. Придворный вносит корону. Входят Лир, Корнуолл, Олбани,

Гонерилья, Регана, Корделия и свита.

Лир

Глостер, ступай и пригласи сюда

Французского с Бургундским государей.

Глостер

Иду, мой повелитель.

Глостер и Эдмунд уходят.

Лир

А мы покамест сдернем завес мрака

С намерения нашего. Дай карту.

Знайте, что разделили на три части

Мы королевство, твердо порешив

Сложить обузу дела и забот

Со старых наших плеч на молодые,

Чтобы остаток лет проковылять

Без всякой ноши Олбани и Корнуолл,

Наши равно любимые зятья!

Намерены мы объявить сейчас,

В предотвращенье будущих раздоров,

Каким приданым наградить изволим

Мы каждую из наших дочерей.

Французский и Бургундский государи,

Высокие искатели руки

Меньшой из дочерей, в амурном рвенье

Гостят у нас уже немало дней

И ждут ответа. Дочери мои!

Мы ныне вам передаем и землю,

И власть, и управление страной

И услыхать хотим из ваших уст,

Чья же дочерняя любовь сильнее,

Чтоб наибольшей долей наградить

Ту, в ком слились природа и заслуга

В ярчайшей мере. Гонерилья, ты,

Как старшая, будь первой.

Гонерилья

Государь,

Мою любовь словами не опишешь.

Я вас люблю, как жизнь с ее красой,

Свободой, властью, почестью, здоровьем.

Вы мне дороже глаз, дороже всех

Сокровищ и чудес. Такой любовью

Еще любимы не были отцы.

Дух занимает, рвется голос мой;

Не передать моей любви безмерность!

Корделия (в сторону)

Как быть Корделии? Любить. Молчать.

Лир

От сей черты и по сию черту

Будь госпожою всех лесов тенистых,

Щедрых равнин, широководных рек

И пажитей раздольных. Твоему

И герцога Олбанского потомству

Владеть сим вечно. А теперь - Регана,

Середняя и дорогая дочь.

Жена Корнуолла. Слушаю тебя.

Регана

Я из того же сделана металла

И одинаковой цены с сестрой.

В заветном свитке сердца моего

Те же слова любви могу прочесть я.

Добавлю только, что чуждаюсь я

Всех радостей, доступных нашим чувствам,

И счастлива лишь тем, что вас люблю.

Корделия (в сторону)

О бедная Корделия! Выходит,

Что ты скудна любовью? Нет, богата -

Моя любовь весомей, чем слова.

Лир

Даем тебе и твоему потомству

В навечное владенье эту треть,

Не уступающую первой доле

В просторе, красоте, в дарах земных

Ни на волос. А что ж отрада наша,

Последышек наш? За твою любовь

Упорно спорят виноград французский

С млеком Бургундии. Что скажешь ты,

Чтоб долю получить завидней прочих?

Корделия

Ничего не скажу, государь.

Лир

Ничего?!

Корделия

Ничего.

Лир

Из ничего не будет ничего.

Веди речь сызнова, да поразумней.

Корделия

К моей досаде горькой, не способна

Я душу выворачивать свою.

Люблю ваше величество, как дочь

Должна любить, ни больше и ни меньше.

Лир

Эй, эй, Корделия! Поправь ответ,

Чтобы не покривить своей судьбины.

Корделия

О милостивый повелитель! Вами

Я рождена, взлелеяна, любима -

И я, как вашей дочке подобает,

Люблю вас, чту вас, повинуюсь вам.

Зачем же сестры выходили замуж,

Когда, по их словам, вся их любовь

Вам безраздельно отдана? Ведь если

Вступлю я в брак, то взявшему меня

Достанется, уж верно, половина

Моей заботы и моей любви.

Выходишь замуж, так не надо клясться,

Что будешь одного отца любить.

Лир

И ты не шутишь?

Корделия

Нет, мой государь.

Лир

Так молода и так черства душою?

Корделия

Так молода и так пряма душой.

Лир

Быть посему. Пусть прямота твоя

Тебе приданым служит. Ибо ныне

Клянусь священными лучами солнца

И таинствами ночи и луны,

Клянусь воздействием небесных звезд,

Которые несут нам жизнь и гибель,

Что отлучаю навсегда от сердца

И отрекаюсь от родства с тобой.

Скорее варвар скиф, скорей дикарь,

Своих родителей со смаком жрущий,

Приближен и обласкан будет мной,

Чем ты, былая дочь.

Кент

Мой добрый повелитель!

Лир

Кент, молчать!

Не становися меж драконьим гневом

И нечестивой жертвою его.

Она была любимицей моею,

У ней я думал обрести себе

Заботу и покой.

(Корделии.)

Прочь с глаз моих!

Да будет мне жестка земля могилы,

Коль отлучение свое сниму. -

Призвать сюда француза и бургундца!

Чего застыли? - Олбани и Корнуолл!

Между собой делите эту треть.

И пусть гордыня, то бишь прямодушье,

Ей добывает мужа. Вас обоих

Я облекаю власти полнотой

Со всеми высочайшими правами

И преимуществами. Мы, со свитой

Из сотни рыцарей, постановляем жить

По месяцу у каждого из вас -

Поочередно. Свиту содержать

Обязываем вас. Мы сохраняем

Лишь титулы и званья короля,

А власть, казну и все бразды правленья

Вам отдаем, любимые сыны;

И в подтверждение - вот вам корона.

Делите пополам.

Кент

Державный Лир! -

Кого всю жизнь я чту как короля

И, как отца, люблю; как господину

Служу, как о заступнике молюсь...

Лир

Натянут лук; не суйся под стрелу.

Кент

Пускай пронзит мне сердце. Прочь учтивость,

Когда король лишается ума.

Старик, ты что затеял? Неужель

Ты думал, что молчать я стану, видя,

Как, спутанная лестью, гибнет власть?

Долг вынуждает честных к прямоте,

Когда величие впадает в глупость.

Поспешность безобразную отбрось,

Одумайся, не отдавай правленья!

Ручаюсь жизнью, что меньшая дочь

Тебя не меньше любит, хоть негромки

Ее слова. Лишь пустодушье гулко.

Лир

Замолкни, если жизнью дорожишь.

Кент

Я непривычен ею дорожить

В бою за благо Лира и державы.

Лир

Прочь! Скройся с глаз моих!

Кент

Опомнись, Лир!

Я - верная твоя зеница ока.

Лир

Во имя Аполлона...

Кент

Понапрасну

Припутываешь ты сюда богов.

Лир

Что, богохульник? Ну постой, холоп!

(Хватается за меч.)

Олбани и Корнуолл

Сдержитесь, государь.

Кент

Нет, отчего же.

Убей врача и золотом осыпь

Гнилой недуг... Не отдавай короны!

Покуда не порвутся связки горла,

Все буду я вопить: не отдавай!

Лир

Так слушай же, предатель. Ты хотел

Заставить нас нарушить клятвы наши,

Доселе нерушимые, хотел,

В своей надменной гордости, чинить

Препоны ходу наших повелений.

Чего терпеть не может ни натура,

Ни сан монарший. Получай же кару.

Пять дней даем тебе - сбирай суму,

Готовься к лютым бедствиям чужбины,

А на шестой проваливай! В дорогу!

И если в день десятый засмердит

Еще тобою во владеньях наших,

То будешь схвачен и казнен. Клянемся

Юпитером - незыблем приговор.

Кент

Прощай, король. Для честного отныне

Изгнанье - здесь, а воля - на чужбине.

(Корделии.)

Под божьею защитой будь жива

За ясный ум, правдивые слова.

(Гонерилье и Регане.)

Желаю речи с громкими хвалами

Вам подкрепить достойными делами. -

Прощайте. Уношу печаль мою.

Все тот же буду я в ином краю.

(Уходит.)

Трубы. Входят Глостер с королем Французским,

герцогом Бургундским и свитой.

Глостер

Король Французский и герцог Бургундский

Пожаловали, славный государь.

Лир

Мой герцог,

Из двух участников любовной тяжбы

К вам первому вопрос: каким приданым

Готовы удовлетвориться вы?

Герцог Бургундский

Преславный государь, прошу не больше

Предложенного вами и уверен,

Что меньше не дадите.

Лир

Добрый герцог!

Она была нам раньше дорога.

Теперь цена упала. Если эта

Плюгавка со своей лжепрямотой

И с нашею немилостью в придачу

Вас соблазнит, то вот она, берите.

Герцог Бургундский

Что отвечать, я, государь, не знаю.

Лир

Итак, нужна ли вам она как есть -

Отчуждена, отринута, нища -

С проклятием в приданое. Берете

Ее себе?

Герцог Бургундский

Простите, государь.

Условья ваши исключают выбор.

Лир

Так не берите, герцог. Я клянусь,

Что перечел вам все ее богатства.

(Королю Французскому.)

А что до вас, великий государь,

То слишком вас люблю я, не хочу

И предлагать вам эту отщепенку,

Отверженку природы.

Король Французский

Как же так?

Недавний свет очей, предмет хвалы,

Преклонных лет утеха, коей лучше

И драгоценней не было, - она

Вдруг, во мгновенье ока, умудрилась

Такое преступленье совершить,

Что все покровы милости опали?

Или была та милость показной?

Поверить, что Корделия свершила

Какое-то чудовищное зло, -

Поверить в это чудище меня

Заставит только чудо.

Корделия (Лиру)

Государь мой!

Пусть не речиста я, пусть неподвластно

Мне лживое искусство похвальбы -

Я раньше делаю, хвалюсь потом, -

Но я прошу вас, объясните все же,

Что не зарезала я никого,

Что не порок мой, не позорный шаг

Причиной вашей царственной опалы,

А то, что у меня нет льстивых слов

И вечно сладких и просящих взоров.

И рада я, что нет. И в этом вся

Моя провинность.

Лир

Лучше бы тебе

И не родиться, чем меня прогневать.

Король Французский

И только-то вины? За что ж карать? -

За сдержанность натуры, нежеланье

Рядить поступки в пышные слова?

Что скажете Корделии вы, герцог?

Любовь ведь не любовь, когда в нее

Привнесены корыстные расчеты.

Возьмете вы ее? Она сама -

Приданое.

Герцог Бургундский

Объявленное дайте,

Великий Лир, и станет герцогиней

Корделия.

Лир

Не дам. Клятва тверда.

Герцог Бургундский (Корделии)

Мне жаль, но потеряли вы отца -

И вынуждены потерять и мужа.

Корделия

Я о второй потере не грущу,

Когда любовь свелась к одной корысти.

Король Французский

Корделия, ты и в беде прелестна,

В немилости ты мне еще милей.

Беру тебя, жемчужина. Своим

Отброшенное всеми называю.

В моей любви от их пренебреженья

Лишь больше пыла, больше уваженья.

О бесприданница! Я придаю

Тебе себя и Францию мою.

Бесценный мой бесценок! Не отдам

Тебя бургундским трезвым господам.

Простись - и не печалься, дорогая,

Недоброе на доброе меняя.

Лир

Твоя она, король. Нам не нужна

Такая дочь. Пусть навсегда она

Погрузится в безлюбое забвенье

Без нашей ласки, без благословенья.

Идемте, герцог.

Трубы. Лир, герцог Бургундский, Корнуолл, Олбани,

Глостер и свита уходят.

Король Французский

С сестрами простись.

Корделия

Сокровища отцовы! Ухожу

От вас с омытыми слезой глазами.

Душонки ваши знаю. Как сестре,

Мне больно и упоминать об этом.

Не забывайте - обещали вы

Любить отца. Когда бы не опала,

Его вовек я б вам не поручала.

Регана

Дочернему нас долгу не учи.

Гонерилья

Сама учись, как ублажать супруга,

Который нищенкою взял тебя.

Отцу умела отвечать негоже -

От мужа ожидай себе того же.

Корделия

Как ни хитросплетайте ваши козни,

Раскроется все рано или поздно.

Прощайте же.

Король Французский

Идем, моя Корделия.

Он и Корделия уходят.

Гонерилья

Сестра, надо потолковать - о самом насущном для нас обеих. Отец, должно быть, вечером едет отсюда.

Регана

Едет, едет, и с вами. А уж на следующий месяц к нам.

Гонерилья

Ну  не блажной ли старик? Насмотрелись мы на его причуды. Сестру всегда больше, чем нас, любил - и до чего же безрассудно поступил с ней сейчас.

Регана

Рассудок в нем дряхлеет. Да он и прежде дурил.

Гонерилья

Да,  отец  безрассудствовал  и  в лучшую свою, наиболее здравую пору. А старость его несет нам, вдобавок к закоренелому сумасбродству, еще и желчные капризы дряхления.

Регана

Такие же выходки нас ожидают, как изгнание Кента сегодня.

Гонерилья

Или   взять  прощание  с  Французским  королем.  Будем  же  действовать согласно;  если  отцу  и дальше дать хозяйничать, то его отречение обернется для нас одной только насмешкой.

Регана

Надо нам хорошенько подумать.

Гонерилья

Действовать надо, ковать железо, пока горячо.

Уходят.

Сцена II

Замок графа Глостера.

Входит Эдмунд с письмом в руке.

Эдмунд

Природа, ты одна моя богиня.

Лишь твоему закону я служу.

Чего мне ради, точно я чумной,

Нести клеймо людских установлений

И ущемлять себя? По той причине,

Что на двенадцать иль тринадцать лун

Родился позже брата? Почему

"Побочный" я и в чем "низкопородный",

Когда я телом столь же прям и ладен,

Умом высок, а видом схож с отцом,

Как самой строгой дамочки отродье?

Зачем же нас "пригулками" честить?

Нагуливая каждого из нас,

Природа тратит ярого заряду

Побольше, чем на двадцать дураков,

Зачатых в полусне-полузевоте

На тошноте супружеского ложа.

Так побоку побочность! Мне нужна

Твоя земля, "законный" братец Эдгар.

Отцу я люб не меньше, чем "законный".

Словцо-то каково! Что ж, мой законный, -

Удастся эта выдумка с письмом,

И перевысит незаконный Эдмунд

"Законного". Я крепну! Ввысь расту я!

За незаконных встаньте, небеса!

Входит Глостер.

Глостер

Кента в изгнание! Король Французский

Разгневанный уехал! Государь

Покинул двор сейчас! Отдал корону!

Лишил себя казны! И это все -

Сплеча и сгоряча!.. Что у тебя,

Эдмунд? Какие новости?

Эдмунд

Никаких, с позволенья вашей светлости.

Глостер

Письмо-то зачем прятать так спешно?

Эдмунд

Новостей у меня никаких, милорд.

Глостер

Да что за листок ты читал?

Эдмунд

Так, ничего, милорд.

Глостер

Ничего?  Зачем  же  совать  с  такой  прытью в карман. Ничего и прятать нечего. Дай-ка взгляну. Если там ничего, я без очков разгляжу.

Эдмунд

Умоляю  вас, сэр, извинить меня. Это письмо - от брата, я не дочел еще, а что успел прочесть, то для ваших очей не годится.

Глостер

Письмо дай.

Эдмунд

И  не  дать  нельзя,  и  дать нельзя. Насколько письмо мною понято, оно предосудительного содержания.

Глостер

Посмотрим, посмотрим.

Эдмунд

Не  верю,  что  у  брата на уме худое. Он хотел, конечно, лишь испытать меня, подвергнуть пробе.

Глостер (читает)

"Почтение  к старости - этот хитро заведенный обычай - отравляет лучшую пору  жизни  и  не  дает  нам  доступа  к  нашему богатству, покуда, сами ее старясь,  мы  не  становимся  бессильны  наслаждаться  им.  Мне уже несносно попусту,  по  глупости  терпеть  неволю  у  стариков, которые тиранят нас не потому,  что  сильны,  а  потому,  что  мы  покорствуем.  Приходи, поговорим обстоятельней.  Если бы отец заснул и спал, пока не разбужу, то половина его доходов  навсегда бы досталас тебе от любящего брата Эдгара". Что?! Заговор! "Спал,  пока  не  разбужу...  половина  досталась  бы тебе..." И это мой сын Эдгар!  И  поднялась  у него рука написать? И достало духа и коварства, чтоб умыслить? Когда ты получил это? Кто принес?

Эдмунд

Никто не приносил, милорд. В том-то и штука. В окно мне вбросили.

Глостер

И почерк - брата?

Эдмунд

Будь  письмо  о добром написано, милорд, я бы поклялся, что рука его. А теперь хочется думать, что не его почерк.

Глостер

Нет, его.

Эдмунд

Почерк пусть его, милорд. Но думается, он это не всерьез.

Глостер

А прежде он тебя не вербовал в сообщники?

Эдмунд

Нет,  никогда,  милорд.  Только приходилось не раз слышать от него, что если  сын  вступает  в  совершенный  возраст,  а отец ветшает, то не отцу бы опекать сына, а сыну бы отца и сыну же распоряжаться бы доходами.

Глостер

О,  негодяй,  негодяй!  Та  же  мысль,  что  в письме! Гнусный негодяй! Мерзавец,  изувер,  скотина! Хуже скотины! Иди, голубок, найди его. Схватить его, скота! Где он сейчас?

Эдмунд

Не   знаю   я,  милорд.  Верней  будет  для  вашей  светлости  сдержать негодование на брата до получения более веских свидетельств; ибо обрушить на него  неправый  гнев  значило  бы  разбить  в  нем самую основу послушания и нанести  великий  урон  графской  чести. Я жизнью готов поручиться, что брат написал письмо единственно, дабы проверить мою любовь к вашей светлости.

Глостер

Ты думаешь?

Эдмунд

Если  ваша  светлость пожелает, то нынче же вечером получит возможность услышать наш с ним разговор о письме и собственным слухом удостовериться.

Глостер

Не может он быть таким чудовищем...

Эдмунд

Конечно, не может.

Глостер

Посягать  на  отца,  который  так  нежно,  всем сердцем его любит. Силы земные  и  небесные!  Разыщи  его,  Эдмунд. Прошу тебя, проникни ему в душу. Употреби  ум  и старанье. Графства своего не пожалел бы, только бы дознаться правды.

Эдмунд

Я  немедля отыщу его, милорд, всемерно постараюсь исполнить вашу волю и доложу вам тут же.

Глостер

Нет,  не  сулят  нам  добра эти недавние затмения солнца и луны. Как ни трактуй  их  наука,  но  природа на себе претерпевает их последствия: любовь хладеет,  дружба  чахнет,  меж  братьями  встает  раздор. В городах бунты, в селениях  распри,  во дворцах измена, и порвалась природная уза меж детьми и отцами.  И мой мерзавец сюда же подпадает - сын против отца. И король против естества   пошел   -   отец  против  детища.  Безвременье  приходит:  козни, пустосердие,  предательство  и  всяческие  пагубные смуты не дадут и умереть спокойно.   Уличи   негодяя,   Эдмунд.  Будешь  не  в  убытке.  Действуй  со старанием...  А  Кента?  Изгнать  благородного, верного Кента! И за что - за честность! Голова идет кругом. (Уходит.)

Эдмунд

Восхитительна  дурость  человеческая!  Когда нам худо - частенько из-за нашего  же сластожорства, - то мы виним в своих бедах солнце, луну и звезды, как  будто  небо  заставляет  нас  быть прохвостами дураками, светила делают ворами,   вероломцами   и  жуликами,  планеты  понуждают  к  пьянству,  лжи, распутству,  и  сами  боги  толкают  на все то зло, которое творим. Отменная уловка блудодея человека - винить звезду в своей козлиной похоти! Отец мой с матерью  слепили  меня  под  Драконьим  Хвостом,  а  родился  я  под Большой Медведицей,  и  потому-то,  мол,  я  дерзок и блудлив. Чушь! Я был бы таким, каков  есть,  блистай  хоть  наидевственнейшая  из  звезд  над моим зачатьем Эдгар...

Входит Эдгар.  Да  вот  он,  легок  на помине - подгадал, как в развязке старинных комедий. Разыграю-ка я грусть-печаль, юродивые вздохи-причитанья. (Громко.) Ох, были, были предвещаны эти раздоры затмениями. (Напевает.) Фа, соль, ля, ми.

Эдгар

Что, брат Эдмунд? О чем так задумался?

Эдмунд

Задумался  я, уважаемый брат, о предсказании, которое прочел на днях, - о том, чего надо ждать после недавних затмений.

Эдгар

И охота тебе этим заниматься?

Эдмунд

А  ведь,  к  несчастью,  предсказанное  сбывается уже: рвутся узы между родителями  и  детьми,  наступает  мор  и  глад и конец старинному согласию. Расколы  в  государстве,  посягновенья  и  хулы  на  короля  и знать, ложные подозрения, изгнание друзей, развал в войсках, измены в супружествах - всего не перечислить.

Эдгар

И давно ты у астрологов в учениках?

Эдмунд

Смейся, смейся. Ты когда виделся с отцом в последний раз?

Эдгар

Да вчера вечером.

Эдмунд

И был разговор между вами?

Эдгар

Два часа подряд проговорили.

Эдмунд

И  расстались  по-доброму? Не выказал ли он неудовольствия словесно или хмуростью лица?

Эдгар

Нет, ничего такого не было.

Эдмунд

Подумай,  чем  ты  мог  его прогневать. И прошу тебя, не являйся ему на глаза  прежде,  чем  остынет его ярость - она сейчас в нем так бушует, что и кулакам своим дав волю, отец вряд ли успокоится на том.

Эдгар

Какой-то негодяй меня оклеветал.

Эдмунд

И  я  того  же мнения. Ты потерпи, пожалуйста, поберегись, пока гнев не утихнет.  Укройся у меня, я устрою так, что ты услышишь сам оттуда, как отец гневится.  Побудь там, прошу тебя; вот тебе ключ. И на улицу не выходи иначе как вооружась.

Эдгар

Вооружась?

Эдмунд

Брат, я тебе советую как лучше. Без оружия - ни шагу. Подлец буду, если не  сгустилась  над тобой гроза. Я слегка лишь очертил тебе, что сам видел и слышал,  -  я  ослабил в передаче весь ужас отцовского гнева. Укройся, прошу тебя.

Эдгар

А с тобою я скоро увижусь?

Эдмунд

Я весь в твоем распоряжении.

Эдгар уходит.

Отец-простак и благородный брат,

Чья честная натура так незлобна,

Что от других не ждет себе вреда.

На этой глупой честности сыграю.

Пусть не рождением - возьму умом.

Достигну своего любым путем.

(Уходит.)

Сцена III

Дворец герцога Олбанского.

Входят Гонерилья и Освальд.

Гонерилья

И отец ударил моего придворного за то лишь, что тот отругал шута?

Освальд

Да, госпожа моя.

Гонерилья

Час от часу не легче. Днем и ночью

Жди от него опасных фортелей.

Он мне мутит весь дом. С меня довольно.

Буянят его рыцари. Он сам

Из-за безделицы готов скандалить.

Вернется он с охоты - я к нему

Не выйду. Хватит. Скажешь, я больна.

И не угодничай пред ним. Не бойся.

Освальд

Он едет. Слышите, трубят рога.

Гонерилья

И прочих слуг тому же научи -

Да понебрежней будьте, поусталей.

А не понравится ему, к сестре

Пусть едет. Мы с ней в этом заодно

И помыкать собою не позволим.

Отдавши власть, владычить захотел.

Нет, к этим старым дурням, впавшим в детство,

Построже быть - единственное средство.

Запомни, что велела.

Освальд

Повинуюсь.

Гонерилья

И с рыцарями быть поледяней.

Не бойтесь ничего. Мне нужен повод

Для объяснения начистоту.

Сестре напишем - чтобы и сестра

Нас поддержала. А сейчас - обедать.

Уходят.

Сцена IV

Зал в том же дворце.

Входит Кент, переодетый.

Кент

Теперь еще и голос изменить

Для той же цели, для которой стер я

Весь прежний облик свой, - и будет ладно.

Уж послужи отвергшему тебя,

Изгнанник Кент, уж потрудись на благо

Хозяина, любимого тобой.

За сценой трубят рога. Входят Лир и рыцари.

Лир

Обедать, обедать немедля. Поди распорядись, чтоб подавали.

Первый рыцарь уходит.  Что тебе? Кто ты?

Кент

Человек я, милорд.

Лир

Занятья какого?

Кент

Ремесло  мое  -  быть,  а  не  казаться;  верно  служить  тому, кто мне доверился; любить честного; внимать мудрому и немногословному. Я ношу в себе страх божий, дерусь, коли уж до драки доходит, и не ем католической рыбы {То есть не соблюдает католических постов.}.

Лир

Да кто ты таков?

Кент

Я простолюдин, нелживый сердцем, и беден, как король.

Лир

Если  ты  такой же богач средь простолюдья, как он средь королей, тогда ты и впрямь беден. И чего ж ты хочешь?

Кент

Служить.

Лир

Кому?

Кент

Вам.

Лир

Ты ведь меня не знаешь.

Кент

Не знаю. Но у вас в лице есть то, что велит служить вам.

Лир

Что именно?

Кент

Властительность.

Лир

Какую ты службу умеешь нести?

Кент

Язык  за  зубами умею держать, скакать верхом и бежать бегом, без затей пересказать  затейную  историю и без пощады резать правду-матку. Я гожусь на все, на что годны простые люди, и главный мой козырь - усердие.

Лир

Лет тебе сколько?

Кент

Не  так  я  молод, сэр, чтобы влюбиться в женщину за голосистость, и не так  еще  стар,  чтоб  и  над безголосой трястись. Лет на своем горбу таскаю сорок восемь.

Лир

Что ж, послужи мне. Если не разонравишься и после обеда, то оставлю при себе.  Эй  там!  Обедать  подавайте! Где мой дурак, мой шут? Поди кликни его сюда.

Второй рыцарь уходит. Входит Освальд.  Эй, дворецкий, почему дочь не выходит?

Освальд

С вашего позволения... (Уходит.)

Лир

Что он сказал? Воротить остолопа!

Третий рыцарь уходит.  Ау, где мой шут? Заснул, что ли, весь мир?

Третий рыцарь возвращается.  Ну что? Почему дворняжку этого не воротил?

Рыцарь

Он говорит, государь, что ваша дочь не совсем здорова.

Лир

А почему он не вернулся на мой зов?

Рыцарь

Государь, он мне ответил без обиняков, что не желает.

Лир

Не желает?!

Рыцарь

Государь,  я  не знаю причин, но, по сужденью моему, ваше величество не встречает  здесь  должной  учтивости  и  угождения.  И  в  челяди, и в самом герцоге, и в дочери вашей заметен резкий упадок почтения.

Лир

Вот как?

Рыцарь

Молю  простить  меня,  государь,  если я ошибаюсь. Но долг не велит мне молчать, когда вижу для вашего величества обиду.

Лир

Мне  уж  и  самому  приходило на мысль - с недавних пор стал я замечать вялость  этакую,  небреженье,  но  не как намеренную неучтивость расценил, а отнес   скорей  на  счет  собственной  моей  мнительности.  Придется  в  это вникнуть глубже. Но где ж мой дурачок? Он уже второй день глаз не кажет.

Рыцарь

Он совсем завял со времени отъезда нашей королевны во Францию.

Лир

Будет об этом. Сам вижу. Ступай скажи дочери, что хочу с нею говорить.

Третий рыцарь уходит.  А ты за шутом сходи.

Еще один рыцарь уходит. Входит Освальд.  А-а, подите-ка сюда, достопочтенный. Кто перед вами?

Освальд

Госпожи моей отец.

Лир

Госпожи  твоей  отец?!  Ах  ты,  господина  своего  подлец!  Ублюдок ты дворовый! Гнусь собачья!

Освальд

Прошу извинить, милорд, но я ни то, ни другое, ни третье.

Лир

Ты мне дерзкие взгляды бросать, негодяй! (Бьет его.)

Освальд

Без рукоприкладства, милорд.

Кент

Тебе ногоприкладства захотелось, падаль? (Сбивает Освальда с ног.)

Лир

Благодарю. Ты служишь хорошо; буду тебя любить.

Кент (Освальду)

Вставай,  господинчик, и брысь отсюда! Я тебя выучу манерам. Брысь! Или опять хлопнуться желаешь? Чего стал столбом? Последние мозги отшибло? Брысь, говорю! Вот так-то. (Выталкивает Освальда.)

Лир

Спасибо, друг, за службу. Получай задаток. (Дает ему денег.)

Входит шут.

Шут

И я его найму. Получай мой колпак.

Лир

А, мошенничек! Как поживаешь?

Шут

Ты, брат, зря не берешь колпака.

Кент

Зачем он мне?

Шут

А затем, что не вставай на сторону того, чья фортуна задом повернулась. Умей  с  улыбочкою  флюгерить,  иначе  живо  на  ветру закоченеешь. Нет, без колпака  тебе  нельзя.  Ведь  этот  дядя  от  двух  дочек  отрекся, а третью благословил помимо своей воли. Чтоб ему служить, большим надо быть колпаком. Эх, дяденька! Вот бы мне два колпака да двух дочерей!

Лир

Ну и что бы, дурашка?

Шут

А  то,  что,  отдавши  бы  им все добро, я колпаки оставил бы себе - уж околпачил бы себя по всей форме. Вот тебе мой, а второй проси у дочек.

Лир

Смотри, дурак. Плетки отведаешь.

Шут

Правда  -  пес не для вельможных покоев. Плетью его, в конуру его! А их благородию льстивой дворняжке можно стоять у огня и пованивать.

Лир (вспомнив об Освальде)

Дерзить мне смела эта гнусь!

Шут

Хочешь, дядя, стишку научу?

Лир

Научи.

Шут

Ну, слушай да на ус мотай:

Меньше языком болтай.

Не дели, а умножай.

Всей души не обнажай.

Всем добром не ублажай.

Всему веры не давай.

Зря сапог не стаптывай.

Покажи винищу шиш,

Шлюху шугани: "А-кыш!" -

И себя сохранишь,

И получишь барыш.

Кент

Пустячок твой стишок.

Шут

Я  же  за него денег не прошу. Я ходатай даровой. Дяденька, а из ничего барыш бывает?

Лир

Нет, дурашка. Из ничего не бывает ничего.

Шут (Кенту)

Будь  другом,  скажи  ты  ему, что ровно столько у него теперь доходу с владений - всего ничего. Шуту он не поверит - шучу, скажет.

Лир

Горек ты, шут.

Шут

А сказать тебе разницу между горьким шутом и горьким дураком?

Лир

Скажи.

Шут

Тот, по чьему совету

Ты земли раздарил, -

Колпак ему за это!

Он тяжко надурил.

Мы двое встанем тут:

Законный горький шут

И горький наш дурак,

Из колпаков колпак.

Лир

Ты меня дураком зовешь?

Шут

Остальные  свои  звания  ты  роздал,  а  уж этого врожденного у тебя не отнять.

Кент

А не все в этом шуте - дурачество.

Шут

Все  дурачество  мне  лорды  и  вельможи ни за что не отдадут; получи я монополию  на  глупость,  непременно вступят в пай. И дамы тоже ни за что не оставят  мне  всю  дурость  -  так  и  тянут у меня, так и рвут. (Прикрывает рукой гульфик.) Дай мне, дядя, яичко, а я тебе две короны, два кумпола.

Лир

Где ты их возьмешь?

Шут

Я кокну яйцо пополам, белок-желток выем, и останутся два кумпола. Когда кокнул  ты  свою корону и отдал половинки, длинноухого свалял ты осла. Мало, видать,  мозгу  в  твоем  лысом кумполе, если отдал золотой свой кумпол. Кто первый  скажет, что это я с дурачьего ума говорю, - крепко надо того высечь.

(Поет.)

К шутам такие времена!

Вконец перемудрили

Все мудрецы - и у меня

Дурачий хлеб отбили.

Лир

С чего, дурашка, так распелся?

Шут

С того, что ты к своим дочкам пошел в сыновья. Когда вручил ты им розгу и спустил с себя штанцы,

(Поет.)

Они заплакали от счастья,

А я запел с тоски -

Ведь сам король, наскуча властью,

Подался в дураки.  Найми, дядя, учителя - пусть учит твоего шута лганью. Надо лгать обучиться.

Лир

Будешь лгать, выпорю.

Шут

Шут  вас поймет, тебя с твоими дочками. Они меня пороть за правду, ты - за  ложь. А молчу - тоже не всегда спасает. Чем шутом, лучше быть кем угодно -  да  только  не  тобою,  дяденька.  Ты  свой  разум с обоих боков обкорнал начисто. Вон идет одна из двух корналок.

Входит Гонерилья.

Лир

Здравствуй, дочка. Чего бровь насупила? Часто ты стала хмуриться.

Шут

Молодец  ты  был  раньше - чихать тебе было на ее хмурость. А теперь ты ноль  без  палочки.  Я и то важней тебя. Я хоть шут, а ты и вовсе ни шута не значишь.  (Гонерилье.) Молчу, молчу. Прочел, что на лице написано. Тшш, тшш! (Указывает на Лира.)

Все роздал, а теперь - шалишь.

Остался голенький, как шиш.

Остатки наши горьки -

Ни мякиша, ни корки.

Гонерилья

И этот ваш разнузданный дурак,

И прочие из вашей буйной свиты

Всех задирают, вздорят что ни час

И непереносимо дебоширят.

Я думала, мне стоит вам сказать,

И должный восстановите порядок,

Но начинаю опасаться, судя

По вашим и поступкам и речам,

Что с вашего прямого поощренья

Все это безобразие творят.

Пусть даже так - виновных и тогда

Ждет осуждение и наказанье;

Но уж простите - в ревности своей

О благосостоянье государства

Мы можем нанести обиду вам,

Которую сочтет необходимость

Благоразумным действием.

Шут

Понятно, дядя?

Кормил свиристель кукушонка все лето,

А тот его - тюк! - в благодарность за это.

Погасла свеча, мы остались в потемках.

Лир

И вы - дочь наша?

Гонерилья

Полно, сэр.

Пора вам бросить шалые причуды,

Обезображивающие вас,

И рассудительность былую вспомнить.

Шут

Славно яйца курицу учат - на зависть петухам. Ай да яйца!

Лир

Кто скажет мне - здесь я или не я?

Чей это голос? Поступь чья, скажите,

Глаза чьи? Это Лир или не Лир?

Способность восприятья, различенья

Уснула, верно, в нем? - Да нет, не сплю!

Скажите ж мне, кто я такой.

Шут

Тень Лира.

Лир

Я знать хочу; ведь память и рассудок

И знаки королевские мои -

Все лжет мне, все старается уверить,

Что у меня есть дочери.

Шут

Которым хоцца от отца добицца послушаньица.

Лир

Как вас зовут, сударыня?

Гонерилья

Недоуменье это напускное

Новейшим вашим выходкам под стать.

Я вас прошу понять меня, как должно:

Почтенной старости приличен разум.

Вы держите сто свитских при себе -

Сто свинских дебоширов, горлопанов,

Которые наш двор преобразили

Не то в заезжий двор, не то в кабак -

В бордель какой-то. В царственном дворце

Теперь царят обжорство и распутство.

Это бесстыдство надо прекратить.

И я пока по-доброму прошу вас

Урезать свиту чуточку, оставив

Лишь тех, кто знает, как себя вести

И что потребно старцу на покое.

Лир

О дьявольщина! - Лошадей седлать!

Собрать всю свиту! Выродок, зачем ты

Нужна мне? У меня осталась дочь!

Гонерилья

Моих людей вы бьете. Ваша свора

Их рада в подчинение загнать.

Входит Олбани.

Лир

Беда тому, кто кается, да поздно. -

Явились, сэр? Вы к этому причастны?

Что же молчите, сэр? - Седлать коней!

Неблагодарность, бес каменносердый,

Ты пялишься из дочери моей

Мерзей морского гада!

Олбани

Не гневитесь...

Лир (Гонерилье)

Ты лжешь, стервятница. Моя дружина -

Отборнейший и редкостный народ,

Кому до тонкости известна служба,

Кому всего дороже долг и честь.

О малая, ничтожная вина,

Как ты тяжка в Корделии казалась!

И тяжестью своей, как рычагом,

Душевный строй мой переворотила

И выжала из сердца всю любовь

И обратила в желчь. О Лир, Лир, Лир!

(Бьет себя по голове.)

Бей в эту дверь - она впустила глупость,

А разум выпустила... В путь, народ мой!

Кент и рыцари уходят.

Олбани

Ни в чем я не повинен и не знаю

Причины гнева.

Лир

Может быть, и так.

Услышь меня, великая природа!

Взываю к каре божией твоей.

(Указывая на Гонерилью.)

Бесплодием ей запечатай чрево,

Деторождение в ней иссуши.

А если дашь ребенка этой твари,

То выродка лютейшего, чтоб мучил

Ее без жалости и без конца,

Чтоб изморщинил молодость ее,

Изрыл лицо горючими слезами,

Чтоб радости и боли материнства

В издевку обратил и в едкий смех, -

Чтобы почувствовала на себе,

Насколько злей змеиного укуса

Неблагодарность детища. - В седло!

(Уходит.)

Олбани

О боги милосердные, что это?

Гонерилья

Да не доискивайся ты причин,

Пускай себе блажит и кипятится.

Лир возвращается.

Лир

Как, не прошло и первых двух недель,

И - с маху - пятьдесят? Долой полсвиты?

Олбани

Что происходит здесь?

Лир

Сейчас скажу...

(Гонерилье.)

Жизнью и смертию клянусь, мне стыдно,

Что гадина способна оказалась

Мою мужскую твердость пошатнуть -

Что удостоилась ты слез моих.

Окутайся ты гнилостным туманом,

От головы до пят покройся вся

Проказою отцовского проклятья!

Вы, старые и глупые глаза,

Уймитесь - или вырву вас и брошу,

Чтоб жаркою водой питали грязь.

Так вот уж до чего дошло! Что ж, ладно.

Осталась дочь еще. Уверен я,

Она добра, она меня приветит.

Когда она услышит о таком,

То собственными раздерет ногтями

Тебе всю волчью морду. Погоди,

Еще верну себе я прежний облик,

Еще меня узнаешь, погоди.

(Уходит.)

Гонерилья

Ты слышал, герцог?

Олбани

Моя великая любовь к тебе

Не может заглушить...

Гонерилья

Прошу тебя, довольно. Освальд, где ты?

(Шуту.)

А ты, скорей мошенник, чем дурак,

Марш за своим хозяином!

Шут

Дяденька Лир, подожди. И шут с тобой, дяденька Лир, шут с тобой!

Такую дочку

В лихую ночку

В глухую бочку -

И с бугорочка

Катнуть. И точка.

(Уходит.)

Гонерилья

Сто рыцарей держать! Губа не дура!

Лишь не хватало разрешить ему

Сто рыцарей иметь во всеоружье,

Чтоб по любому поводу пустому,

По вздорной жалобе, с капризу, с бреду

Он мог призвать их мощь - и наша жизнь

На волоске повисла бы. Эй, Освальд!

Олбани

Преувеличиваешь ты опасность.

Гонерилья

Предпочитаю устранить ее,

Чем жить под страхом. Знаю, чем он дышит.

Его угрозы сообщу сестре,

И если, прочитав письмо, она

Его и эту сотню свиты примет...

Входит Освальд.

Ну что, письмо готово?

Освальд

Да, миледи.

Гонерилья

Возьми охрану и скачи к сестре.

Осведоми ее об спасеньях,

Которые питаю; подкрепи

Словами доводы письма. Ступай.

Не мешкай с возвращением.

Освальд уходит.

Нет, герцог,

Хоть я не осуждаю эту мягкость

Кисельную, но все ж она вредна,

И за нее тебя никак не хвалят.

Олбани

Насколько прозорлив твой пылкий взгляд,

Не знаю. От добра добра искать...

Гонерилья

При чем добро тут?

Олбани

Поживем - увидим.

Уходят.

Сцена V

Двор перед дворцом герцога Олбанского.

Входят Лир, Кент и шут.

Лир (Кенту)

Вперед  нас  поезжай  в  Корнуолл с этим письмом. Ничего дочери моей не говори  сверх  того, о чем сама спросит, когда прочтет. Если твое усердие не отличится быстротой, я туда прибуду прежде тебя.

Кент

Глаз не сомкну, государь, пока не доставлю письма.

Быстро уходит. Шут смотрит ему вслед.

Шут

Когда б мозги помещались у людей в пятках, ведь разум мог бы и волдыри, пожалуй, натереть себе.

Лир

Пожалуй.

Шут

Да ты-то не бойся, тебе-то в шлепанцах ходить бы не пришлось.

Лир

Ха-ха-ха!

Шут

Вот  увидишь,  вторая  твоя дочка встретит тебя родственно; хоть одна с другой  схожи,  как  с румяным яблоком зеленая кислица, но уж я что знаю, то знаю.

Лир

Что же ты знаешь, сынок?

Шут

Да  что  оскомина  от  обеих  будет  одинаковая. А для чего нос влеплен посредине лица, угадай.

Лир

Для чего?

Шут

Чтобы  глаза  с  обоих  боков  носа  были - чтобы человек, чего не смог учуять, то высмотреть сумел бы.

Лир

Я не по правде с нею поступил...

Шут

Знаешь, как устрица свою раковину строит?

Лир

Нет.

Шут

И я нет; зато знаю, зачем улитке домик.

Лир

Зачем?

Шут

Чтоб  голову в нем прятать - а не затем, чтоб дочерям отдать и оставить свои рожки без покрышки.

Лир

Отброшу милосердие. За всю доброту мою отцовскую... Что ж лошадей нет?

Шут

Твои  ослы  пошли  за ними. А почему в семизвездии семь звезд? Ух, и по занятной же причине!

Лир

Потому, что не восемь?

Шут

По тому по самому. Толковый бы из тебя дурак вышел.

Лир

Силой верну! Дьявол неблагодарности!

Шут

Был бы ты, дяденька, у меня в шутах, сек бы я тебя да приговаривал: "Не старься раньше времени, не старься".

Лир

Это как же?

Шут

А так, что не старься, пока мудрости не нажил.

Лир

Милое небо, сохрани мне стойкость!

Не дай, не дай, не дай сойти с ума.

Входит рыцарь.

Ну что, готовы лошади?

Рыцарь

Да, государь.

Лир

Идем, сынок.

Лир и рыцарь уходят.

Шут

Смеешься, девушка, над нами, горюнами?

Тебя, красотка, скоро парни укротят,

Когда им это не укоротят.

(Уходит.)

АКТ II

Сцена I

Замок Глостера.

Входят с разных сторон Эдмунд и Куран.

Эдмунд

Здравствуй, Куран.

Куран

Здравствуйте,  сэр.  Сейчас  доложил  вашему  отцу, что еще нынче ночью прибудут герцог Корнуэльский и Регана-герцогиня.

Эдмунд

А что причиной их приезда?

Куран

Не знаю. Слыхали вы, какие кружат вести или, верней пока будет сказать, ползут слухи - целующие ухо шепотки?

Эдмунд

Нет, не слыхал. О чем же это?

Куран

О  том, что между герцогами Корнуэльским и Олбанским назревает, видимо, война.

Эдмунд

Ничего такого я не слышал.

Куран

Со временем, возможно, услышите. Спокойной ночи, сэр. (Уходит.)

Эдмунд

Сюда прибудет герцог? Преотлично!

Это вплетается само собой

В мой замысел. Отец поставил стражу,

Чтоб Эдгара схватили. Мне сейчас

Сыграть осталось хитростную сценку.

Не выдайте, удача и напор! -

Эй, брат! Ты слышишь? Брат, сойди сюда!

Входит Эдгар.

Отец следит за нами. Брат, беги!

Уж донесли, что спрятан у меня ты.

Воспользуйся ночною темнотой.

Ты против Корнуолла не вел речей?

Он скачет к нам средь ночи; с ним Регана.

Ты ничего такого не сказал

Про ссору его с герцогом Олбанским?

Припомни-ка.

Эдгар

Не говорил ни слова.

Эдмунд

Я слышу, к нам идет отец. Прости,

Я выну меч, как будто мы деремся.

Выхватывай и ты. Маши бойчей! -

(Громко.)

Сдавайся! Выходи на отчий суд!

Огня сюда! - Беги, Эдгар. До встречи! -

Эдгар уходит.

Слегка себя пораню - этак будет

Подостоверней. Пьяницы и то

Себе сильней пускают кровь для смеху,

Чтобы смешать с вином в честь потаскух.

(Ранит себя в руку.)

Отец, на помощь! Факелы сюда!

Держи его!

Входят Глостер и слуги с факелами.

Глостер

Эдмунд, где негодяй?

Эдмунд

Здесь он во тьме стоял, меч обнаживши,

И черные заклятья бормотал,

В сообщницы Гекату призывая.

Глостер

Да где же он?

Эдмунд

Глядите, кровь течет.

Глостер

Где негодяй?

Эдмунд

Бежал, сэр. Спасся бегством.

В ту сторону. Когда он понял, что...

Глостер

Скорей за ним, вдогонку.

Часть слуг уходит.

Что он понял?

Эдмунд

Что не завербовать меня. Когда я

Ответил, что карающие боги

Громами пепелят отцеубийц,

Что нет прочней и многострунней связи,

Чем сына единящая с отцом, -

Когда он понял наконец, что мне

Его богопротивная затея

Мерзка донельзя, он тогда свирепо

Накинулся и руку мне рассек.

Но, увидав, что дух мой пробудился

И меч уже напорется на меч,

Иль поднятого шума испугавшись,

Он убежал внезапно.

Глостер

Пусть бежит.

Ему не убежать от скорой казни.

Сейчас прибудет герцог, благородный

Мой покровитель, добрый сюзерен.

Владычным его именем объявим

Награду всем, кто душегуба выдаст,

И смерть тому, кто скроет.

Эдмунд

Когда я отговаривал его,

А он упорствовал, то, рассердившись,

Я пригрозил его разоблачить.

Он мне на это отвечал: "Ублюдок,

Ты с кем тягаться вздумал, нищеброд?

Да трижды хоть заслуживай доверья,

Да предъяви хоть и мое письмо,

Я все отвергну, объявлю подлогом

Злокозненным - и кто тебе поверит?

Безмозглый разве только не поймет,

Как выгода от гибели моей

Должна тебя подхлестывать и шпорить".

Глостер

О, закоснелый негодяй! Свой почерк

Не признавать! Он больше мне не сын.

Трубы за сценой.

Трубят прибытье герцога. Не знаю,

Зачем приехал он. Я попрошу,

Чтоб он закрыл все гавани и порты.

Злодею перережу все пути

И разошлю по всей стране по нашей

Его изображение. Тебя ж,

Мой верный мальчик, истинный мой сын,

Я узаконю. Будешь мой наследник.

Входят Корнуолл, Регана и свита.

Корнуолл

Здравствуй, достойный друг. Уже успел я

Здесь услыхать неслыханную весть.

Регана

И если это правда, казни мало

Преступнику. Сочувствую, милорд.

Глостер

О, сердце старое мое разбито.

Регана

Неужто умышлял он вашу гибель -

Тот самый Эдгар, крестник государев,

Кому отец мой имя выбирал?

Глостер

О госпожа, мне стыдно и ответить.

Регана

Он не водил ли дружбы с молодцами

Из буйной свиты моего отца?

Глостер

Не знаю, госпожа. Беда, беда.

Эдмунд

Водил, миледи. Он из их компании.

Регана

Тогда что ж удивляться? Это ими

Он был подуськан, чтоб потом совместно

Наследство промотать и прокутить.

Сестра прислала вечером письмо,

В котором описала их бесчинства.

Сбежишь из дома от таких гостей.

Корнуолл

Да, поневоле, милая Регана.

Эдмунд! Ты, слышу, сослужил отцу

Большую службу.

Эдмунд

Сэр, я лишь исполнил

Сыновний долг.

Глостер

Он умысел пресек

И эту рану получил, пытаясь

Схватить его.

Корнуолл

А послана ль за ним

Погоня?

Глостер

Да, мой добрый повелитель.

Корнуолл

Поймаем - обезвредим навсегда.

Суди мерзавца всей моею властью.

А ты, Эдмунд, превыше похвалы

Блеснувший доблестью и послушаньем, -

Ты будешь наш. Таких берем на службу,

И первого - тебя.

Эдмунд

Уж как сумею,

Но верою и правдой послужу.

Глостер

Благодарю за сына вашу светлость.

Корнуолл

Я не сказал еще тебе, зачем мы...

Регана

Зачем приехали в столь поздний час,

Прошив слепую ночь иглою спешки.

На то есть, Глостер, важные причины.

Потребовался мудрый ваш совет.

Отец нам пишет, пишет нам сестра

О распре; рассудить их и ответить

Удобней будет здесь; посланцы ждут.

Наш добрый старый друг, утишьте сердце

Горюющее и утешьте нас

Благим советом в неотложном деле.

Глостер

К услугам вашим, госпожа моя.

Добро пожаловать.

Уходят. Звучат трубы.

Сцена II

Перед замком Глостера.

Входят с разных сторон Кент и Освальд.

Освальд

С рассветающим днем тебя, друг. Ты - челядинец здешний?

Кент

Ну, здешний.

Освальд

Где бы лошадей нам поставить?

Кент

В болото и ставь.

Освальд

Да уж скажи, сделай милость.

Кент

Не жди от меня милости.

Освальд

Не хочешь уважить - не надо.

Кент

Попадись ты мне под ноготь - я тебя уважу.

Освальд

Ты чего ко мне так? Я не знаю тебя.

Кент

Зато я тебя - насквозь.

Освальд

Да что ты знаешь?

Кент

Что   ты  подлец,  шаромыга,  подбирала  объедков,  чванливая,  убогая, пустоголовая,      трехливрейная,      грязно-шерстяно-чулочная     сволочь, бледнопеченочная кляузная мразь с грошовым сундучочком за душой, в зеркальце глядящаяся,  сверхугодливая  шельма,  готовая  и  сводничать,  чтоб  госпоже потрафить; лезешь в дворянчики, помесь ты труса и нищего жулика с бордельным служкой,  сын  ты  и  наследник  подзаборной суки, - и я тебя визжать и выть заставлю, если отречешься хоть от единого из этих своих титулов.

Освальд

Каким дикарем надо быть, чтобы костить почем зря человека, который тебе незнаком и не знает тебя вовсе!

Кент

Каким  наглецом  надо  быть, чтоб делать вид, будто не признаешь! А кто тебя  позавчера сбил с ног и намылил тебе шею перед нашим королем? Становись к  разделке,  прощелыга;  ничего,  что  еще  ночь,  - луна светит; я из тебя лунную  окрошку  сделаю.  Защищайся,  завитая  гнида,  защищайся!  (Угрожает Освальду мечом.)

Освальд

Прочь! Не желаю с тобой связываться.

Кент

Вытаскивай,  шельма,  оружие!  Привозишь  письма  с клеветой на короля, берешь сторону этой надутой куклы против отца-государя. Защищайся, мразь, не то я тебе икры превращу в икру. За меч берись, падаль, становись к разделке, говорят тебе.

Освальд

Спасите! Убивают! Спасите! (Пытается убежать.)

Кент

Стоять,  холоп;  не  убегать,  мошенник; рубиться, франтик; защищаться, раб. (Бьет Освальда.)

Освальд

Спасите! Убивают! Караул!

Входят Эдмунд, Корнуолл, Регана, Глостер и слуги.

Эдмунд

Это что здесь? Почему дерешься с ним?

Кент

Могу  и с тобой, если хочешь. Испробуй крови, соколик желторотый. Давай налетай.

Глостер

Оружие! Мечи! Что тут происходит?

Корнуолл

Оружье в ножны - под угрозой смерти!

Что происходит здесь?

Регана

Это гонцы

От Гонерильи и от короля.

Корнуолл

Из-за чего деретесь? Говори!

Освальд

Милорд, я отдышаться не могу.

Кент

Еще  бы,  так отважно сразившись. Ты, мразь трусливая, - ты не созданье природы. Портной тебя состряпал.

Корнуолл

Да что за ересь? Как это - портной?

Кент

Именно  портной,  сэр.  Самый неопытный каменотес или маляр сработал бы его не так паршиво.

Корнуолл (Освальду)

Ну, говори, из-за чего дрались.

Освальд

Сэр,  этот преклонного возраста буян, чью жизнь я пощадил, смиловавшись над его сивой бородой...

Кент

Ах  ты  фита,  непотребная  буква!  Милорд,  позвольте,  я растолку эту комковатую дрянь и оштукатурю ею стены нужника. Над сивой бородой смиловался - трясогузка ты постельная!

Корнуолл

Но-но, скотина!

Не забывайся.

Кент

Я не забываюсь,

Сэр, но у гнева есть свои права.

Корнуолл

Права. У гнева. Что ж тебя гневит?

Кент

Что этот раб понятья не имеет

О честности, а смеет меч носить.

Такие вот улыбчатые крысы

Перегрызают часто пополам

Нерасплетаемо-святые узы.

Прохвосты эти потакают всем

Страстям, бунтующим в душе хозяев:

В огонь льют масло, подбавляют льда

К холодной злобе; лебезят, кивают -

"Да-да", "нет-нет", - по ветру держат нос,

По дуновению хозяйской блажи,

С тупым собачьим рвением служа...

Что скалишься, трясунчик-эпилептик?

Шута нашел? На Сарумских лугах

Попался б ты мне, гусь, - погоготал бы

И полетал бы славно у меня.

Корнуолл

Старик, ты бредишь, что ли?

Глостер

Ты объясни причину вашей ссоры.

Кент

Нет в мире ничего несовместимей,

Чем я и эта мразь.

Корнуолл

А почему он мразь? В чем он виновен?

Кент

Его лицо не нравится мне.

Корнуолл

Так.

Ну а мое, его, ее лицо?

Кент

Кривить душой - занятие не наше.

Я видывал, сэр, и получше лица,

Чем те, что смотрят на меня сейчас.

Корнуолл

Я эту братью знаю. Похвалили

Его разок за прямоту, и он

Теперь грубит напропалую, силясь

Изображать правдивца из себя.

Сошло - притворщик рад, а нет - страдальца

За правду корчит. Знаю этих бестий.

Один такой лукавей двадцати

Прислужников умильно-раболепных.

Кент

Сэр, истинно, бесхитростно, нелживо

И с позволенья вашей светлости,

Чей ореол огнистей, чем венец

Вкруг Фебова чела...

Корнуолл

Ты что городишь?

Кент

Это  я меняю манеру, раз моя вам так не по нутру. Знаю, сэр, что льстец из меня никудышный. Тот, кто корчил перед вами простака, был простой подлец; меня же притворяться не заставит ни просьба, ни немилость ваша.

Корнуолл

За что он на тебя напал?

Освальд

Ни за что.

Король, его хозяин, соизволил

Меня на днях ударить без вины,

А он, ретиво сзади подскочив,

Сбил меня наземь и осыпал бранью,

Но я сдержал себя. Он удостоен

Был похвалы за бранный подвиг сей

И, разохотясь, снова напустился

Здесь на меня.

Кент

Послушать стервеца,

Так сам Аякс ничто пред этим трусом.

Корнуолл

Колодки принести сюда живей!

Ты, заскорузлый хам, седой бахвал!

Я научу тебя!

Кент

Стар я учиться.

Сэр, я гонец. Я послан королем.

Забить меня в колодки - это значит

Дерзко и зло унизить короля.

Корнуолл

Колодки - живо! Герцогством клянусь,

Он просидит в них до полудня.

Регана

Мало!

До вечера, милорд. Нет, и всю ночь.

Кент

Да будь и псом я вашего отца,

Негоже и со псом так поступать бы.

Регана

Со псом негоже, а с отцовским хамом

Годится.

Корнуолл

Он из банды, о которой

Сестра нам пишет. Эй, колодки где?

Приносят колодки.

Глостер

Не надо, умоляю вашу светлость.

Вина его тяжка, и государь

Его за то накажет; но в колодки

Сажают лишь презреннейших бродяг,

Воришек мелких, и король почтет

За оскорбленье, коль с его посланцем

Так обойдутся.

Корнуолл

Не твоя печаль.

Регана

Сестру гораздо хуже оскорбило б,

Что нападенье на ее гонца

Осталось безнаказанным. - Забейте

Покрепче ноги.

Кента сажают в колодки.

А теперь идем.

Все, кроме Глостера и Кента, уходят.

Глостер

Мне жаль тебя, приятель. Но приказу

Не воспрепятствуешь. Известно всем,

Что герцог удержу себе не терпит.

Я буду за тебя просить.

Кент

Не нужно.

Устал я, сэр, от неспанья. Посплю,

А после посижу да посвищу.

Протерлись локти у моей удачи -

Ну что ж, бывает. Доброго вам дня!

Глостер

Нехорошо. Обида государю.

(Уходит.)

Кент

Король, король, попал ты, по присловью,

Из божьего тепла на ветерок.

Взойди над круглотой земною, солнце,

И дай прочесть письмо мне. Чудеса

Если бывают, то у несчастливцев, -

Корделия мне пишет; сообщили

Ей о моем служении; она

(Читает.)

"Приложит силы, чтоб беду поправить".

Морит усталость, не глядят глаза.

Вот и закройтесь, вот и не глядите

На этот стыд. Фортуна, поверни

Ты колесо - и улыбнись мне снова!

(Засыпает.)

Сцена III

Дикое поле.

Появляется Эдгар.

Эдгар

Я слышал, как они

Меня провозглашали вне закона,

И обманул погоню, затаясь

В дупле, по счастью найденном. Закрыты

Все для меня проходы и пути.

Везде меня высматривают, ловят.

Перетерпеть хочу. Приму-ка я

Самый униженный и скотский облик

Из всех, к каким приводит нищета.

Поганой грязью вымажу лицо я,

Куском дерюги бедра оберну,

Вскосмачу, всклочу волосы - и тело

Подставлю голое ветрам небес.

Не первый буду - бродят по стране

Юродивые Томы из Бедлама,

Вопят: "Подайте! Бедный Том не евши!",

В плечи окоченелые себе

Шипы втыкают, стебли розмарина,

Колючки, гвозди - и увечьем этим,

Угрозами, проклятьями, мольбой

У пастухов и пахарей убогих

В глухих и захудалых деревнях

Себе выклянчивают пропитанье.

Как Том, еще смогу глядеть на свет,

А Эдгару на свете места нет.

(Уходит.)

Сцена IV

Перед замком Глостера.

Кент по-прежнему в колодках. Входят Лир, шут и придворный.

Лир

Странно - уехали вдруг из дому,

Не отослав гонца ко мне.

Придворный

Я слышал,

Что перед вечером еще и речи

Там об отъезде этом не велось.

Кент

Здоров будь, благородный государь!

Лир

Ты что?

Иль этот срам тебе, гонцу, в забаву?

Кент

Нет, государь.

Шут

Ха-ха,  сидит  в ежовых ноговицах. Коней привязывают за голову, собак и медведей  -  за  шею,  мартышек  -  поперек живота, а людей - за ноги. Когда человек распалится, расскачется, его околождают деревянными чулочками.

Лир

Кто он, посмевший моего гонца

Забить в колодки?

Кент

Да посмели оба -

Ваш зять и ваша дочь.

Лир

Нет.

Кент

Да.

Лир

Нет, говорю.

Кент

Да, говорю.

Лир

Нет, нет, они б не сделали такого.

Кент

Да вот же, сделали.

Лир

Юпитером клянусь, быть не могло.

Кент

Юноною клянусь, могло и было.

Лир

Они бы не посмели, не могли б,

Не стали бы - ведь это оскорбленье

Хуже убийства; отвечай немедля,

Чем заслужил позор. Не горячись.

Кент

Сэр,

Приехав к ним домой, вручил письмо я,

И не успел еще я встать с колен,

Как прискакал гонец от Гонерильи,

Вбежал в поту, ворвался, задыхаясь,

С приветствием от госпожи своей,

Они тотчас прочли ее посланье,

Собрали тут же слуг и тут же - в путь,

Велев мне ехать следом, ждать ответа

И ледяными взглядами обдав.

А здесь я встретил этого гонца,

Мне так перебежавшего дорогу, -

Дворецкого, который накануне

Смел вашему величеству дерзить.

Я, государь, боец, а не мудрец;

Я вынул меч, а он трусливым писком

Поднял весь дом, и ваши зять и дочь

Меня за то позором наградили.

Шут

Эхе-хе, хлебнем еще зимушки, раз дикие гуси туда повернули.

Пока туга мошна,

И дети уважают.

Оборван старина -

Пинками провожают.

Богатому - судьба,

А бедному - труба.  Но не тужи, дяденька, тебе от дочек столько фунтов лиха достанется, что куда твоим богачам.

Лир

О судорога темная, уймись!

Не подымайся к сердцу, исступленье.

К себе уйди, в нутро. Где эта дочь?

Кент

В замке вон там, у Глостера.

Лир

Останьтесь здесь, не следуйте за мной. (Уходит.)

Придворный

И в этом вся твоя вина?

Кент

Да, вся.

А почему так поредела свита?

Шут

Если бы тебя забили в колодки за такой вопрос, то вполне бы заслуженно.

Кент

Это как же понять, шут?

Шут

Вот  отдадим  тебя  в  науку  к  муравью, он тебе втолкует, что в мороз поздно копошиться. Ты ведь не слепой, глаза у тебя есть; и нос есть - должен чувствовать,  что  дерьмом дело пахнет. Когда большое колесо катится с горы, не  держись  за  него,  а  то шею сломаешь. Вот когда в гору катится, скорей хватайся,  чтоб  и тебя втащило за собой. Получишь от мудреца совет разумней этого,  тогда  вернешь  мне  мой  -  пускай  дурачьему  совету  одни  жулики следуют.

Кто лишь из выгоды служил,

Тот - буря ли, беда ли -

Вещички бренные сложил,

И поминай как звали.

А я останусь. Ни шута!

Пусть умник удирает

И превращается в плута.

Шут чести не теряет.

Кент

Ты где выучил это, дурак?

Шут

Да уж не в колодках, дурак.

Входят Лир и Глостер.

Лир

Устали? Ночь не спали? Приболели?

Не могут говорить со мной? Все вздор,

Увертки, знаки неповиновенья.

Другой ответ мне нужен.

Глостер

Государь,

Вы знаете, как герцог своеволен,

Как норовист и неуступчив он.

Лир

Проклятие! Чума, и кровь, и смерть!

Что ты суешь мне норов? Глостер, Глостер,

Король желает видеть дочь свою

И герцога.

Глостер

Я так и доложил им.

Лир

Ты понимаешь ли, что я - велел?

Велел!

Глостер

Я понимаю, государь.

Лир

Король желает говорить с Корнуоллом.

Желает видеть дорогую дочь

Отец державный. Ты им до-ло-жил?

Он с норовом? Скажи, что я взнуздаю...

Нет, так не надо; может быть, ему

И впрямь неможется. Когда болеем,

Нам не до послушанья; вместе с телом

И дух страдает. Надо снисходить

К недужному, не путать со здоровым,

Не торопиться. -

(Взглянув на Кента.)

Дьяволы! Зачем

Гонец в колодках? Это верный признак,

Что и усталость, и болезнь - все ложь.

Свободу моему слуге! Ступай

Скажи ты герцогу и герцогине,

Что я желаю с ними говорить -

Сейчас, немедля. Если не придут,

Бить в барабан велю у двери в спальню,

Покуда сна их насмерть не забью.

Глостер

Уладить бы все лаской.

(Уходит.)

Лир

Сердце, тише!

Не подымайся к горлу, душный ком!

Шут

Вот  так кухарка, когда угрей живьем запекала в пирог, то скалкой их по башке, по башке: "Лежать, баловники, не подыматься!" А ее брат до того любил своего конягу, что мазал ему сено маслом.

Входят Корнуолл, Регана, Глостер и слуги.

Лир

Обоим утра доброго.

Корнуолл

Здоровья

Вам, государь мой.

Кента освобождают из колодок.

Регана

Рада видеть вас,

Ваше величество.

Лир

Верю, что рада. Ты мне дочь. Иначе

Я бы гробницу матери твоей

Отсек, отторг от сердца, как могилу

Прелюбодейки.

(Кенту.)

А, свободен ты?

Но это после. О моя Регана,

Твоя сестра - преступница. Она мне

Коршуньим клювом расклевала здесь.

(Прижимает руку к сердцу.)

Мне тяжко говорить. Ты не поверишь,

Как сатанински... О моя Регана!

Регана

Прошу вас, успокойтесь. Гонерилья

Почтительней, чем показалось вам.

Лир

Как это - показалось?

Регана

Совершенно

Немыслимо представить, чтоб сестра

Забыла долг дочерний. Ну, а если

Она решила обуздать буянов

Из вашей свиты, то не без причин

И с самою для вас благою целью.

Лир

Будь проклята она!

Регана

Вы стары, сэр,

И ваше естество уже подходит

К последнему пределу; здесь нужны

Разумные опекуны, которым

Немощь ваша ясней, чем вам самим.

Пожалуйста, вернитесь к Гонерилье,

Признав неправоту свою.

Лир

Прощенья

Просить? Как это будет нам к лицу!

(Становясь на колени.)

"Дочь дорогая! Признаю, что стар

И потому не нужен. На коленях

Прошу одежды, хлеба и угла".

Регана

Сэр, не паясничайте. Перестаньте.

Вернитесь к Гонерилье.

Лир (встает)

Ни за что!

Она разогнала моих полсвиты,

Глядела злобно, жалила словами

В самую душу. Мщение небес

Да поразит ее! Да изувечит

В ее утробе будущих детей!

Корнуолл

Ну как же можно!

Лир

Молнии, ударьте

И выжгите надменные глаза.

Дохните гнилью, гиблые болота,

И отравите красоту ее.

Регана

О небо милостивое! Вот так же

Вам вздумается и меня проклясть.

Лир

Нет, никогда, Регана. Ты кротка,

Ты на ее жестокость не способна.

Ее глаза свирепы и горящи,

Твои же светлы. Ты не сократишь

Моей дружины, не лишишь утехи,

Не станешь скаредничать и перечить

И двери предо мною не запрешь.

Ты не забудешь обязательств чести,

Учтивости и благодарности;

Ты помнишь ведь, что я тебе отец

И что тебе полкоролевства отдал.

Регана

Прошу вас, будем ближе к делу, сэр.

Лир

Кто моего гонца забил в колодки?

Труба за сценой.

Корнуолл

Чья там труба?

Регана

Это трубач сестры.

Она писала о своем приезде.

Входит Освальд.

Что, госпожа приехала твоя?

Лир

Кичится пес хозяйкиной ливреей,

Усердничает, чтобы не сняла.

Вон, лизоблюд!

Корнуолл

Спокойней, государь мой!

Лир

Кто приказал в колодки? Ведь не ты ж,

Моя Регана?...

Входит Гонерилья.

Это что? О боги!

Если мила вам почесть, если старость

Угодна, если сами стары вы,

То встаньте за меня своею ратью

Небесною!

(Гонерилье.)

И не стыдишься ты

На седину мою глядеть? Регана,

Ты руку подаешь ей?

Гонерилья

Отчего же

Не дать? В чем преступление мое?

Не все вина, что кажется виной

Блажному старческому слабоумью.

Лир

О грудь моя, ты чересчур крепка,

Когда такое выдержать способна. -

Кто моего слугу велел в колодки?

Корнуолл

Я, государь мой. Но его буянство

Заслуживало горшего.

Лир

Как?! Вы!..

Регана

Отец, вы немощны; согласно с этим

Себя ведите. Месяц не истек,

Вы у сестры до срока доживите,

Наполовину свиту сократив,

А уж потом прошу ко мне. Теперь я

На выезде и не располагаю

Возможностями, чтобы вас принять.

Лир

К ней воротиться, распустив полсвиты?

Нет, я скорей отрину всякий кров,

Лицом к лицу схлестнуся с непогодой,

В товарищи взяв волка и сову...

О, я в тисках судьбы! - Вернуться к ней?

Нет, я скорее пылкому французу,

Который бесприданницею взял

Мою меньшую, в ноги упаду,

Чтоб дал для подлой жизни пропитанье.

Вернуться к ней? Я раньше в холуи

Наймусь к паскудному ее лакею.

(Показывает на Освальда.)

Гонерилья

Как вам угодно, сэр.

Лир

Уж ладно, дочка.

Ты не беси меня. Я обойдусь

Как есть. Прощай. Нам больше не встречаться.

Но все-таки ты дочь, ты кровь моя -

Или, верней, болезнь в моей крови,

Нарыв на теле, язва, гнойный веред.

Но я не буду клясть тебя, стыдить -

Стыд сам придет - и призывать не стану

На голову твою грома небес.

Кайся, когда захочешь. Время терпит.

Покамест у Реганы поживу

С моею сотней рыцарей.

Регана

Увы, сэр,

Я не ждала вас и не в силах дать

Приема надлежащего. Вернитесь

К сестре, отец. Сквозь ваши гнев и страсть

Проглядывает старость, слабость... Впрочем,

Сестре самой все ясно.

Лир

Ты всерьез?

Регана

Еще бы не всерьез. Полсотни свитских -

А больше-то зачем? А пятьдесят

Зачем? Да ведь на них не напасешься,

Да и опасно. Как в одном дому

Ужиться двум разноначальным свитам?

Почти немыслимо.

Гонерилья

К услугам вашим

Вся челядь и Реганы и моя.

Регана

Вот именно. А будут нерадивы -

Сумеем приструнить. Когда ко мне

Поедете, то попрошу со свитой

Не больше чем из двадцати пяти,

Во избежание возможной свары.

Лир

Я вам все отдал...

Регана

Сделали умно.

Лир

Себе единственно оставив свиту

Из сотни человек. Сказала ты,

Что примешь двадцать пять? Я понял верно?

Регана

Да, двадцать пять. Ни человеком больше.

Лир

Недоброе нам кажется добрей,

Когда сравним его с еще сквернейшим.

(Гонерилье.)

К тебе поеду. Все же пятьдесят

Не двадцать пять, а ровно вдвое столько, -

И значит, вдвое больше любишь ты.

Гонерилья

Послушайте, а двадцать пять зачем вам?

Нужда какая в десяти, в пяти,

Когда обяжем мы две сотни слуг

Служить вам?

Регана

А в одном нужда какая?

Лир

О-о, не толкуйте вы мне о нужде!

Лохмот последний на последнем нищем

Уже избыточен. Сведи потребность

К тому лишь, в чем природная нужда,

И человека низведешь до зверя.

Ты - леди. Эта роскошь на тебе

Нужна природе? Даже и не греют

Твои шелка... Нет, в чем нужда моя -

Это в терпенье. Дайте мне терпенье,

О боги. Вот пред вами я стою,

Бедняк, хлебнувший старости и горя.

Пусть это вы у дочерей моих

Ожесточили сердце. Но хотя бы

Не обращайте в тряпку вы меня.

Зажгите душу мужественным гневом,

Не допустите щеки запятнать

Водой соленою, оружьем женским.

Нет, ведьмы, нет! Я отомщу вам так,

Что вся земля... Я сотворю такое...

Еще не знаю, что... Но дрогнет мир.

Вы думаете, буду плакать я?

Нет, плакать я не буду.

Причина есть для слез;

Слышны раскаты грома.

но прежде сердце

Все изорвется в лоскуты, чем я

Заплачу. Шут, меня сведут с ума.

Лир, Глостер, Кент, шут и придворный уходят.

Корнуолл

Уйдемте; близится гроза.

Регана

Замок не так велик; не разместить

В нем старика со свитой.

Гонерилья

Сам наказал себя, лишил приюта.

И поделом шальному.

Регана

Приму охотно самого его,

Но прочих - ни единого.

Гонерилья

Я - тоже.

Где Глостер?

Корнуолл

Провожает старика.

А вот уж и вернулся.

Входит Глостер.

Глостер

Король в сильнейшем бешенстве.

Корнуолл

Куда он

Направится теперь?

Глостер

Велел по коням;

Куда направится, не говорил.

Корнуолл

Пусть едет куда хочет. Не ребенок.

Гонерилья

Милорд, не отговаривайте. Пусть.

Глостер

Беда. Густеет ночь. Лютует ветер

В степи, где не укрыться. Ни куста

На много миль кругом.

Регана

Лечить упрямцев

Нельзя иначе. Ворота заприте.

Приспешники его - опасный сброд;

Подговорят его на что угодно.

Корнуолл

Заприте ворота. Права Регана.

Уйдем от бури. Злая будет ночь.

Уходят.

АКТ III

Сцена I

Вересковая степь. Буря.

Появляются с разных сторон Кент и придворный.

Кент

Кто здесь, во взмахах бури?

Придворный

Человек

С тревогою в душе под стать погоде.

Кент

А, это вы. А где король?

Придворный

С сердитой состязается стихией:

Кричит ветрам, чтоб сушу свергли в море

Иль вздыбили гребнистую волну

Превыше горных гребней - чтобы мир

Переменился или прекратился;

Рвет волосы седые на себе,

И вихорь их, безглазо свирепея,

Хватает и уносит в пустоту.

Всей малой человеческой своей

Вселенною бушует Лир и хочет

Большую бурю перебушевать.

В такую ночь, когда по логовищам

Медведица с голодным сосунком

И тощебрюхий волк лежат притихши,

Он мечется в степи, простоволосый,

Себя кидая буре под удар.

Кент

А кто с ним?

Придворный

Никого, кроме шута,

Который силится разбалагурить,

Рассеять злое горе короля.

Кент

Сэр, я вас знаю - и доверю вам

Глухую тайну. Назревает распря

Меж Олбани и Корнуоллом. У них -

Как и у всех, кого звезда высоко

Взнесла, - средь верных слуг шпионы есть,

Через которых ведома французу

И ссора герцогов, и то, что терпит

От них наш добрый старый повелитель,

И подоплека этого всего.

И вот уже французские войска,

Воспользовавшись нашим разделеньем

И небреженьем, высадившись в Дувре,

Готовы свое знамя развернуть.

Скачите в Дувр и расскажите там,

Что государь безумеет от лютых,

Невыносимых для отца обид.

Вас встретит благодарность. Сам же я -

Вельможный дворянин, и вас я выбрал

Обдуманно и взвешенно.

Придворный

Поговорить подробней надо.

Кент

Нет.

Пусть эта оболочка челядинца

Вас не смущает. Вот вам кошелек,

А в нем - кольцо. Корделии его

Покажете, и вам она откроет,

Кто я такой. Проклятый ураган!

Пойду на поиски.

Придворный

Прощайте. Руку!

Сказали вы все нужное?

Кент

Прибавлю

Одно - наинужнейшее. Ступайте

Вы в эту сторону, а я - вон в ту,

И кто завидит государя первый,

Другому тут же голос подавай.

Уходят.

Сцена II

Степь. Буря продолжается.

Появляются Лир и шут.

Лир

Дуй, ураган, пока не треснут щеки!

Дуй! Свирепей! Ярись! Клубитесь, хляби

Земные и небесные, пока

Не захлебнутся флюгера на башнях!

Вы, молньи - огненные вещуны

Раскалывающих дубы ударов, -

Спалите белые мои седины!

Ты, всекрушащий гром, разбей в лепешку

Брюхатый шар земли, размолоти

Природы кладовую, уничтожь

Неблагодарное людское семя!

Шут

Эх,   дяденька,   уж   лучше  придворное  переливанье  из  угодливого в раболепное,  чем  это  вот  дождевое  обливанье.  Скорей  под кровлю, добрый дяденька, и проси милости у дочек. Эта ночь ни дурака не пощадит, ни умного.

Удар грома.

Лир

Греми, хлещи, раскатывай, рази!

Я не отец ни молниям, ни вихрю.

Я не давал вам царств, не звал детьми.

Я не виню вас - тешьтесь надо мной,

Одряхшим, презираемым и слабым.

И все же неужель не стыдно вам

С двумя мерзавками объединяться

Против седой и старой головы?

О, это подло, по-холопьи подло!

Шут

Кому есть где башку свою укрыть, тот башковитый малый.

Крова нет у бедняка,

А ему ночь коротка.

Вшивый гульфик да жена -

Вот и вся его казна.

Думать надо головой.

Если думаешь ногой,

Не уснешь от боли -

Замучают мозоли.  Красотки  замучают,  потому  что не было еще такой на свете, чтоб не корчила рож перед зеркалом.

Лир

Нет, буду терпеливей терпеливых;

Молчать буду.

Входит Кент.

Кент

Кто тут?

Шут

Божий дар вдвоем с яичницей - умная голова с глупой головкой.

Кент

О сэр, зачем вы здесь? Ночные звери,

Кому привычно рыскать среди тьмы,

И те, страшась разгневанных небес,

Сейчас в своих пещерах затаились.

Я в жизни не слыхал таких громов,

Такого треска, плеска, свиста, воя,

Такого полыханья не видал,

Таких пелен огня... Не перенесть

Все это человеку.

Лир

Боги, боги,

На землю рушащие небосвод!

Пора настала тайные злодейства

На божий вывести, на страшный свет.

Дрожи, подлец, еще не получивший

Заслуженных плетей; багрянорукий

Трясись, убийца; трепещите, вы -

Клятвопреступник, и кровосмеситель,

И под честной личиной интриган,

Злоумышлявший на людские жизни.

Покайся, преступленье, разорви

Свои покровы и моли пощады

У грозного суда... Я грешен сам,

Но меньше, чем грешны передо мною.

Кент

Ох, в бурю - с непокрытой головой!

Мой государь, здесь рядом есть лачуга,

Она вас хоть немного защитит.

Прилягте там. А я отправлюсь к замку;

Я уж стучался, спрашивал о вас,

Но не был впущен; жители в нем круче

И каменнее замка самого.

Я достучусь, заставлю вас принять.

Лир

В мозгу моем мутиться начинает.

Идем, дурашка. Холодно тебе?

Я сам озяб. Ну, где эта лачуга?

Нужда хитрей алхимика - умеет

Солому превращать в пуховики.

Идем, мошенничек, идем, мой мальчик.

Какою-то еще частицей сердца

Мне жаль тебя.

Шут (поет)

У кого есть хоть крошечка ума -

Эх, а ветры веют и льют дожди, -

Тот знает небось, что горька сума

И что от осени добра не жди.

Лир

Правда твоя...

(Кенту.)

Веди ж нас к той лачуге.

Лир и Кент уходят.

Шут

Такая ночь охолодит любую потаскуху. А уходя, угощу вас пророчеством:

Когда священник не захочет денег,

А дворянин - нарядов ежеденных,

А пивовар водой погубит солод,

А бедняка не выгонят на холод,

И на кострах не вольнодумный люд,

А закоснелых блудников сожгут;

Когда несправедлииво не засудят,

Когда клеветнику житья не будет,

Лихварь проценты бросит вымогать,

А шлюха станет храмы воздвигать, -

Тогда горюй, несчастная страна,

Последние наступят времена.

Кто доживет из вас, увидят сами,

Что человек начнет ходить - ногами.  Это  пророчество  сделает  волшебник  Мерлин  {Легендарный  волшебник времен сказочного короля Артура.}; я ведь еще до Мерлина живу. (Уходит.)

Сцена III

Замок Глостера.

Входят Глостер и Эдмунд.

Глостер

Ах,  Эдмунд,  глаза  бы мои не глядели на это обращение с родным отцом. Говорю  - позвольте пособить ему, а они в ответ отнимают у меня распоряженье собственным  домом;  не  велят, под страхом последней немилости, упоминать о короле, просить за него, оказать ему хоть малую поддержку.

Эдмунд

Какая противоестественная дикость!

Глостер

Тсс,  молчи  уж.  Между герцогами - раскол; а идут и погрозней вести: я получил  письмо  вечером,  опасное  письмо; я его в ларце замкнул. Мытарства государевы будут отомщены; часть войска уже высадилась; мы должны поддержать короля.  Я  разыщу  его  и  тайно  подам  помощь;  а  ты  иди  займи герцога разговором,  чтобы  не  заподозрил  чего.  Если  спросит  меня,  скажи,  что прихворнул  и почивать лег. Пусть расказнят, мне и грозили казнью, а старому государю  моему  помочь  надо.  Темные  тучи  нависают, Эдмунд. Береги себя. (Уходит.)

Эдмунд

И про письмо, и про неподчиненье

Я герцогу сейчас же доложу.

Он наградит за рвение. Ты рухнешь,

А я на место встану на твое.

Дорогу молодости, старичье!

(Уходит.)

Сцена IV

Степь. Перед лачугой.

Входят Лир, Кент и шут.

Кент

Сюда, мой государь. Укройтесь тут

От лютованья ночи. Человеку

Его не вынести.

Буря продолжается.

Лир

Оставь меня.

Кент

Мой славный государь, прошу - войдите.

Лир

Не трогай, не докрамсывай мне сердца.

Кент

Скорее собственное разорву.

Войдите, государь.

Лир

Тебе грозна

Гроза, в нас вторгшаяся до костей.

Но что она перед грознейшей болью!

Ведь если за тобой бежит медведь,

Но впереди - бушующее море,

Тебя не устрашит медвежья пасть.

Когда спокоен дух, тогда и тело

Чувствительно. А внутренняя буря

Во мне все ощущения сожгла,

И лишь одно, одно стучит в мозгу -

Неблагодарность дочерей. Ведь это

Как если бы уста кусали руку,

Их накормившую. Но я отмщу.

Нет, больше ни слезы! В такую ночь

Не приютили, выгнали. Лей, ливень!

Я выстою. Регана! Гонерилья!

От любящего сердца отдал все

Отец ваш старый... Нет, нельзя об этом.

Не думай. Брось. Там темное безумье.

Кент

Войдите, государь.

Лир

Прошу тебя,

Укройся прежде сам. Мне вихорь глушит

Мучительные мысли. Я потом.

(Шуту.)

Входи, сынок. - Голь бесприютная...

Да ты входи. Я раньше помолюсь,

Затем войду, посплю.

Шут входит в лачугу.

Вы, голытьба

Бездомная, бездольная, - все те,

Кого сейчас нещадно хлещет буря!

Как терпят эту злую непогоду

Ваши оголодалые тела,

Глядящие в прорехи, в окна рубищ?

О том я не заботился. Лечись,

Роскошество, подставь бока, почувствуй,

Что чувствует под бурей нищета,

И с нею свой избыток раздели,

Чтоб стала явью правосудность неба.

Эдгар (в лачуге)

Накатило, залило! На полторы сажени! Бедный Том!

Шут выбегает из лачуги.

Шут

Не ходи, дяденька, там злой дух! Ай, боюсь! Боюсь!

Кент

Дай руку мне. Кто там такой?

Шут

Злой дух, злой дух; кличет себя бедным Томом.

Кент

Кто там рычит в соломе? Выходи.

Из лачуги выходит Эдгар, переряженный юродивым.

Эдгар

Не подходи! За мной бес гонится!

В колючем терновнике ветер шумит.

Брр... Плюх в холодную постель и грейся.

Лир

Ты отдал все двум дочерям твоим

И вот дошел до этого?

Эдгар

Подайте  бедному  Тому. Бес лукавый гонял его в огонь и пламя, в омут и затон,  в топь и трясину; подсовывал ему нож в изголовье и удавку на скамью, подкладывал  мышьяк  обочь  похлебки;  надмевал  Тома  гордостью,  сажал  на рысака  гнедого  и  слал  через  мостки-жердинки  вдогон  за  вероломкою, за собственною   тенью.   Сохрани   вас   боги   в   разуме.  Тому  зябко.  Ох, ды-ды-ды-ды-ды-ды.  (Трясется  от холода.) Сохрани от вихря, звездной порчи, колдовского сглаза. Милостыньки бедному Тому. Бес его изводит. И тут, и тут, и тут кусает; да я ж его! (Чешется.)

Лир

Вот до чего беднягу довели

Родные дочки. Отдал все? До нитки?

Шут

Ну нет, дерюжку он сберег, а то бы срам наружу.

Лир

Все казни, нависающие над

Преступным людом, пусть падут на дочек

Твоих!

Кент

Сэр, у него нет дочерей.

Лир

Молчать, изменник! Только звери дочки

Способны так унизить. Неужели

Всеобщей модой сделалось отца

Вышвыривать на свалку, обескровив?

И по заслугам. Чтобы не плодил

Пеликанят, отцову кровь сосущих.

Эдгар

Скок Пиликок на бугорок

И запили-пили-пиликал Пиликок.

Шут

Эта ночь всех нас окостенит и обезумит.

Эдгар

Стерегись  лукавого;  родителям покорствуй, слово держи, не оскверняйся бранью,  не  блуди  с  чужой  женой, не лакомь сердца пышными нарядами. Тому зябко.

Лир

Ты кем был?

Эдгар

Слугою  вельмож, кичливым и чванливым; завивался, парикмахерился, шляпу украшал  перчатками  любовниц, утолял собою и другими похоть госпожи, клялся на  каждом  слове и рушил свои клятвы перед светлым ликом небес; игроком был рьяным,  бражником  ярым,  блудником лютым - турецкого султана перебабничал; сердце  и  слух  грязнил  ложью,  руку  кровавил;  лень  была во мне свиная, вороватость  лисья, алчность волчья, бешенство собачье, хищность львиная. Не дай  бедному  сердцу  твоему  соблазняться  ни  скрипом туфелек, ни шелестом шелков;  чтоб  ни ногой в бордель, чтоб ни рукой под юбку, чтоб ни монеты от ростовщика - и посрамишь лукавого.

В терновнике ветер холодный шумит.

Фию, фию-у, шумлю, свищу,

А как наеду, не спущу.

Буря продолжается.

Лир

Да  лучше  бы уж тебе в могилу, чем неодетым телом отражать неистовство небес.  Неужели человек всего-навсего вот это? Вдумайтесь только. Не взял ты ни шкуры у вола, ни шелка у червя, ни шерсти у овцы, ни мускуса у кошки. Ха! Нас  трое здесь разбавленных, подфальшивленных. В тебе же - ничего заемного. Вот  он,  человек  беспримесный,  -  вот  это  нищее,  голое, раз- вильчатое существо,  и  ничего  сверх.  Прочь, прочь все подмеси! Здесь расстегни мне! (Рвет с себя одежду.)

Шут

Ох,  дяденька,  угомонись, не раздевайся. Холодно в такую ночь плавать. (Замечает  факел  вдали.)  Огонек в диком поле сейчас - как сердце у старого бабника: теплится малою искоркой, а остальное тело - сплошной лед. Гляди, он к нам идет, бродячий огонек.

Входит Глостер с факелом.

Эдгар

Это  бес  гадостный,  Флибертиджиббет;  он  бродит  по  ночам до первых петухов,  бельма  наводит, косоту, трегубость; ржавит пшеницу зреющую, гадит бедным сыновьям земли.

Святой Витольд {*} увидал, что творят

{* Св. Витольд считался защитником от нечисти.}

Мара и девятеро марят,

С человека согнал их

И навеки заклял их.

Сгинь, ведьма! Сгинь, адова нечисть!

(Машет на Глостера.)

Кент

Что вашему величеству?

Лир

Кто это?

Кент (Глостеру)

Кто там идет? Что ищете вы здесь?

Глостер

Кто вы такие? Ваши имена?

Эдгар

Бедный  Том  -  плавучую  лягву  ест,  жаб, головастиков, мышей, ящерок степных  и  водяных.  А  как  забеснуются в нем злые духи, то жрет и коровьи лепешки,  и  дохлую  крысу, и падаль канавную; а пить - пьет из лужи стоялую зелень.  Гоняют  Тома  под  плетями из округа в округ, в колодки забивают, в тюрьмы сажают. А было у Тома три ливреи, шесть сорочек, и конь под седлом, и меч на боку.

Но вот уже семь долгих лет

Ни одежи, ни пищи у Тома нет.  Не  подходи!  Сатана  меня  мучает. Уймись ты, Смолкин {Имя одного из мелких дьяволят.}, уймись, гаденыш!

Глостер

Том бесноватый - возле государя?

Эдгар

А сатана - князь тьмы он, князь вельможный. Модо и Магу - имена ему.

Глостер

Так осквернела наша плоть и кровь,

Что ненавистен стал ей отчий корень.

Эдгар

Бедному Тому зябко.

Глостер

Идемте, государь. Мне долг велит

Ослушаться приказа дочек ваших.

Наказано мне двери запереть

И предоставить вас свирепой ночи,

Но разыскал я вас и поведу

Туда, где в очаге огонь, где пища.

Лир

Я прежде потолкую с мудрецом.

(Эдгару.)

Скажи мне, отчего грохочет небо.

Кент

Славный мой государь, милорд зовет под кровлю.

Лир

Поговорим сперва с ученым мужем.

(Эдгару.)

Над чем ты трудишь мысль?

Эдгар

Как уберечься от нечистого и кусачую тварь истребить.

Лир

Теперь задам тебе вопрос секретней. (Отходит с Эдгаром в сторону.)

Кент

Еще раз пригласите государя.

Рассудок в нем мутится.

Глостер

И не диво.

Буря продолжает бушевать.

Ведь дочки погубить его хотят.

Предупреждал об этом бедный Кент

И поплатился, изгнан. Говоришь ты,

Что в нашем короле мутится ум.

Да я и сам почти уже безумен.

Еще недавно у меня был сын.

Я от него отрекся. Он замыслил

Меня, отца, убить. Знать надо, друг,

Как я его любил. Мне это горе

Раскалывает мозг. О, что за ночь...

Мой государь!..

Лир

Ах да. Простите, сэр.

(Эдгару.)

Высокомудрый муж, прошу со мною.

Эдгар

Тому зябко.

Глостер

Иди, иди в лачугу, там согреешься.

Лир

Идемте все в лачугу.

Кент

Нет, сюда

Нам надо, государь.

Лир

Я вместе с ним.

Без моего философа - ни шагу.

Кент

Милорд, позвольте Тому вместе с нами.

Не будем государя раздражать.

Глостер

Ну что ж, веди его.

Кент

Иди, малый, и ты с нами.

Лир

Идем, мудрый афинянин.

Глостер

Тсс! Тише, тише.

Эдгар

И черную башню увидели вдруг.

Подъехал Роланд *, а великан: "Ффух!

{* Имя, заимствованное из "Песни о Роланде".}

Чую, чую человечий дух".

Уходят.

Сцена V

Замок Глостера.

Входят Корнуолл и Эдмунд.

Корнуолл

Расправлюсь с ним теперь же, прежде чем уеду отсюда.

Эдмунд

Боюсь,  милорд,  не  избежать  мне  порицаний за то, что верность долгу пересилила во мне сыновнюю любовь.

Корнуолл

Я  вижу  теперь,  твой  брат  недаром искал его смерти - к тому сильней всего понудила сама же отцова зловредная натура.

Эдмунд

Как издевается надо мной судьба - шлет мне угрызенья совести за то, что праведен  я  перед  вашей  милостью!  Вот письмо, им упомянутое, - из письма ясно,  что  он  сообщник и шпион француза. О боги! Чего бы я не дал, чтоб не было этой измены или чтобы не мне пришлось ее разоблачить!

Корнуолл

Идем со мною к герцогине.

Эдмунд

Если сведения в письме достоверны, немалый предстоит вам ратный труд.

Корнуолл

Достоверны  или  нет, а отныне ты граф Глостерский. Разведай, где отец, чтобы мы могли схватить его без промедления.

Эдмунд (в сторону)

Если  он нянчится сейчас с королем, это еще укрепит подозрения герцога. -  (Громко.)  Я совершу все, что предписывает верность, как бы ни вступало с ней в борьбу веленье крови.

Корнуолл

Будешь облечен моим доверием и в любви моей найдешь замену недостойному отцу.

Уходят.

Сцена VI

Крестьянский домик по соседству с замком.

Входят Кент и Глостер.

Глостер

Здесь  приютней  будет,  чем под открытым небом; и то благо. Теперь еще накормить вас постараться. Я скоро вернусь.

Кент

Разум его не выдержал душевной бури. Награди вас небо за доброту.

Глостер уходит. Входят Лир, Эдгар и шут.

Эдгар

Фратеретто  мне  пищит,  что  Нерон  ры-ыбку  удит в преисподнем озере. Молись, дурачок, стерегись нечистого.

Шут

Угадай, дяденька, кто спятил - дворянин или крестьянин?

Лир

Король спятил, король!

Шут

Нет,  спятил  крестьянин  -  купил  сыну  дворянское  звание;  надо ума лишиться, чтоб детей поставить над собой.

Лир

Обрушить на них тысячу бойцов

С калеными до шипа вертелами!..

Эдгар

Дьявол мне спину кусает.

Шут

Ума   лишился   тот,   кто   полагается  на  коня  леченого,  на  волка прирученного, на мальчишью любовь и потаскушьи клятвы.

Лир

Да, да, на суд. Немедля их на суд.

(Эдгару.)

Ученейший судья, ты сядешь здесь.

(Шуту.)

Ты, прозорливец, тут. - Ну-ка, волчицы!

Эдгар

Смотри,  как  жжется  бес  глазищами. Миледи, опусти глаза перед судом! (Поет.)

Плыви ко мне, Бесси, - ах нет, не могу.

Шут (поет)

В челне у ней течь,

Ни сесть и ни лечь.

Об этой стыдобе она ни гугу.

Эдгар

Лукавый  манит  Тома  соловьиным голосом. А в животе у Тома бес Хопданс скулит  о  паре свежих рыбок. Не скули, не бурчи, черный демон, - нечем тебя кормить.

Кент

Вам худо, сэр? Не стойте ошалело,

Прилягте на подушку отдохнуть.

Лир

Сначала - суд. Свидетелей ввести!

(Эдгару.)

На место, тогоносный судия.

(Шуту.)

Ты, сотоварищ правосудный, - рядом.

(Кенту.)

А ты ведь тоже судишь. Сядь и ты.

Эдгар

Будем судить по правде.

Овечки забрели в хлеба.

Проснися, пастушок.

Скорее стадо собирай,

Скорей труби в рожок.

Мурлыка, сер коток...

Лир

Вот  эту  будем  первой  -  Гонерилью.  Под клятвою свидетельствую пред высоким судом - она пинками прогнала отца, беднягу короля.

Шут

Мадам, поближе. Вы - Гонерилья?

Лир

От этого не отпереться ей.

Шут

Прошу прощения, а я принял вас за стуло.

Лир

А вот другая. По кривой усмешке

Видать, какое сердце в ней... Куда?

Держи! Руби! Огня! Подкуплен суд!

Зачем ей дал уйти, судья продажный?

Эдгар

Сохрани вас боги в разуме!

Кент

О горе! Сэр, где ж терпеливость ваша

Хваленая?

Эдгар (в сторону)

Мне слезы состраданья

Игру погубят.

Лир

Лают! Всею стаей

От мала до велика! Даже Милка,

Белянка, Ласка лают на меня.

Эдгар

А Том швырнет в них своей головой. Вон, псины

Будь ты льстивый или гордый,

Черномордый, беломордый,

Будь борзой, будь гончий пес,

Будь сбесившийся барбос,

Будь кудлатый, будь кудрявый -

Том на всех найдет управу.

Как пущу башкой сейчас -

Рраз! - только и видали вас. Ды-ды-ды-ды.  Шабаш! Иди, Том, по миру, по ярмаркам и папертям. Бедному Тому испить - его рог пересох.

Лир

Пусть  вскроют  Регану  по  смерти  - рассмотрят, что за камень одел ей сердце. Неужто есть природная причина у этого жестокосердия? (Эдгару.) Вас я зачисляю  в  свою  сотню.  Только  не  нравится  мне покрой вашего платья Вы скажете, что это персидское убранство; но все-таки надо сменить.

Кент

Прилягте, государь мой добрый, отдохните.

Лир

Без шума, без шума; полог задерни; вот так, вот так и ладно. А утром за ужин усядемся.

Шут

А я в полдень улягусь.

Входит Глостер.

Глостер

Друг, подойди сюда. Где государь?

Кент

Здесь. Пусть он спит, милорд. Он помешался.

Глостер

Прошу тебя, неси его, спасай.

Подслушал я: его убить решили.

Я приготовил конные носилки.

Езжайте к Дувру. В Дувре встретят вас

Защита и приют. Неси быстрей.

Промедлишь полчаса, и все пропали -

И он, и все, кто встанет за него.

Бери его и следуйте за мной;

Я наскоро снабжу вас, чем сумею.

Кент

Истерзанные спят душа и тело.

Сон исцелить бы мог тебя еще.

А так - беда.

(Шуту.)

Вставай, неси со мною.

Остаться здесь тебе нельзя.

Глостер

Скорей, скорей.

Уходят все, кроме Эдгара.

Эдгар

Мучительна моя казалась участь,

Но вижу я, что королю не лучше.

Один страдаешь - дума тяжелит,

Что целый мир свободен, весел, сыт.

Но если видишь родственную муку,

Тебе как бы протягивают руку.

Как сделалась легка моя печаль,

Когда мне государя стало жаль.

Да, вижу я, что с дочерьми у Лира,

Как у меня с отцом. Нет в мире мира.

Теперь - укройся, выжидай, таись.

А клевета увянет - объявись.

О, только б не убили государя!

Таись, Эдгар, таись!

(Уходит.)

Сцена VII

Замок Глостера.

Входят Корнуолл, Регана, Гонерилья, Эдмунд и слуги.

Корнуолл (Гонерилье)

Поторопитесь  к  мужу  вашему;  покажите ему это письмо. Армия француза высадилась. - Разыскать изменника Глостера.

Часть слуг уходит.

Регана

Вздернуть его на месте!

Гонерилья

Вырвать ему глаза!

Корнуолл

Уж  предоставьте  его мне. Эдмунд, поезжай с герцогиней, сестрой нашей; не  годится тебе видеть кару, какой придется покарать твоего предателя-отца. Побуди  герцога  к  самым  незамедлительным  приготовленьям,  которыми  и мы поспешим  заняться.  Будем  держать  между  собой курьерскую осведомительную связь.  Счастливого  пути,  дорогая  сестра.  Счастливого  тебе  пути,  граф Глостер.

Входит Освальд.  Ну что, где король?

Освальд

Граф Глостер проводил его в дорогу;

А у ворот подъехала к нему

Часть свиты - тридцать пять иль тридцать шесть

Сыскавших все же короля упрямцев.

Соединившись кое с кем из графских,

На Дувр они направились - мол, в Дувре

Их ждут во всеоружии друзья.

Корнуолл

Вели седлать коней для госпожи.

Освальд уходит.

Гонерилья

До встречи, милый герцог и Регана.

Корнуолл

Эдмунд, счастливого пути.

Гонерилья и Эдмунд уходят.

Ступайте

За Глостером. Предателя схватить.

Скрутить, как вора. Привести сюда.

Слуги уходят.

Хоть без суда казнить его не можем,

Но мы сумеем утолить наш гнев.

Пусть ропщут. Помешать никто не в силах.

Входит Глостер; его ведут двое-трое слуг.

А, уж ведут.

Регана

Ведут коварную лису.

Корнуолл

Крепче вяжи корежистые руки.

Глостер

Опомнитесь! Вы гости ведь мои.

Друзья мои, не делайте бесчестья.

Корнуолл

Вяжите, говорю.

Глостеру вяжут руки.

Регана

Да крепче! Мерзкий

Изменник!

Глостер

Недобры вы, госпожа.

Я не изменник.

Корнуолл

К стулу привяжите.

Сейчас узнаешь, подлый...

Регана рвет Глостеру бороду.

Глостер

Боги, боги,

Седую бороду она мне рвет.

Регана

Седой подлец!

Глостер

Бесстыдница ты злая!

Ведь эти клочья бороды пред небом

Речь обретут и обвинят тебя.

За все гостеприимство и радушье

Ты по-разбойничьи мне рвешь лицо!

Что вы со мной хотите делать?

Корнуолл

Ну-ка,

Что за письмо из Франции пришло?

Регана

И не увиливай. Мы знаем правду.

Корнуолл

В чем именно стакнулся ты с врагами,

Что высадились в Дувре?

Регана

И в чьи руки

Безумного отправил короля?

Глостер

В этом письме одни предположенья,

И прислано оно лицом сторонним,

А не врагом.

Корнуолл

Хитер ответ.

Регана

И лжив.

Корнуолл

Куда отправил короля ты?

Глостер

В Дувр.

Регана

Зачем? И не запрещено ль тебе...

Корнуолл

Сперва про Дувр. Зачем отправил в Дувр?

Глостер

Терпи, медведь. К столбу прикован ты,

И стая спущена.

Регана

Зачем отправил в Дувр?

Глостер

Затем, чтоб ты жестокими когтями

Не выдрала отцовых старых глаз;

Чтобы твоя свирепая сестра

Клыков кабаньих не всадила в тело

Помазанника царственного. Буря

Его хлестала - под такою бурей

Море взметнулось бы до самой тверди

И загасило звездные огни -

А он лишь, ливню в лад, бедняга старый,

Ронял слезу. Да дикий волк завой

В такую грозу у твоих ворот,

Ты бы должна сказать: "Впусти, привратник".

Но я еще увижу, как тебя

Крылатое возмездие настигнет.

Корнуолл

Увидеть не увидишь. Стул держите.

Глаза сейчас я, вырвав, растопчу.

Глостер

Обороните! Сами стариками

Ведь будете!.. О, мука...

Регана

Окривел?

Поправить кривоту необходимо.

Выдавливай второй!

Корнуолл

Так, говоришь,

Увидишь ты...

Первый слуга

Сдержите руку, сэр.

Я вам служу всю жизнь. Вас удержать

Будет моею самой верной службой.

Регана

Как смеешь, хам!

Первый слуга

Будь борода у вас,

Я б показал вам дергать.

Корнуолл

Цыц, холоп!

(Замахивается мечом.)

Первый слуга (тоже обнажая меч)

Так говори оружье за меня.

Дерутся. Слуга ранит Корнуолла.

Регана

Меч дайте мне. Ты бунтовать, смердящий?

(Мечом, взятым у другого слуги, она поражает

первого слугу в спину.)

Первый слуга

Убили... Но и он в крови - глядите,

Милорд...

(Умирает.)

Корнуолл

Ну нет, милорд глядеть не будет.

Вон, мерзостная слизь! Что, не глядишь?

Глостер

Все - боль и мрак. О, где мой сын, мой Эдмунд?

Вспылай душою, Эдмунд, отомсти.

Регана

Кого зовешь, предатель? Это он

Разоблачил тебя. Ты гадок сыну.

Глостер

О, я глупец! А Эдгар оклеветан.

Простите меня, боги; защитите

Эдгара.

Регана

За ворота выгнать пса!

Пусть нос его до Дувра доведет.

Слуга уводит Глостера.

Но что с тобою?

Корнуолл

Ранен я, Регана.

Безглазого - гоните. Труп холопий

На гноище швырнуть. А кровь течет...

Эх, не ко времени... Дай обопрусь.

Уходит вместе с Реганой.

Второй слуга

Если его не покарает небо,

Начну грешить вовсю.

Третий слуга

Если она,

Прожив свой век, умрет своею смертью,

Все обратятся женщины в зверье.

Второй слуга

Идем поможем графу. Надо Тома

В поводыри. Юродивый бродяжка

Сумеет все.

Третий слуга

Иди, а я возьму

Белков яичных и льняных охлопьев

И приложу к глазницам бедняку.

Уходят.  

АКТ IV

Сцена I

Степь.

Появляется Эдгар.

Эдгар

Я презираем всеми. Что ж, пускай.

Открытое презрение сноснее,

Чем скрытое под лестью. Я дошел

До худшего. Чего теперь бояться?

Хуже не будет; лучше - может быть.

Любая перемена мне на радость.

Овеивай меня, бесплотный воздух!

Я нараспашку, я уж догола

Отвеян. Но кого это ведут?

Входит Глостер, его ведет за руку старик.

Отец... кровавоглазый... О судьбина!

О мир! Когда бы превратностью своей

Ты нам не становился ненавистен,

Мы жили бы не старясь.

Старик

Господин мой,

Я вот уже восемь десятков лет

Здесь на земле господской - и при вас,

И при отце при вашем.

Глостер

Уйди, приятель добрый, уходи.

Мне ты помочь не можешь, а себе

Вред нанесешь.

Старик

О, горе. Господин мой.

Вы же не видите, куда идти.

Глостер

Идти-то некуда. Зачем глаза?

Я спотыкался и когда был зрячим.

Мы слепы в благоденствии; в беде

Мы прозреваем. Дорогой мой Эдгар,

Жертва слепого гнева моего!

Ох, если б хоть рукой тебя коснуться,

Свет воссиял бы снова для меня.

Старик

Кто здесь?

Эдгар (в сторону)

О нет, никто не говори:

"Хуже не будет". Горше мне намного,

Чем было раньше.

Старик

Это бедный Том.

Эдгар (в сторону)

Покуда есть дыханье, чтоб сказать:

"Хуже не будет", - может стать и хуже.

Старик

Куда, малый, бредешь?

Глостер

Он побирушка?

Старик

Да, нищий, голый, вовсе дурачок.

Глостер

Совсем дурак не смог бы побираться.

Я нынче в бурю видел голяка -

Еще подумал я, что человек

Всего лишь червь нагой, и вспомнил сына,

Но вспомнил недобром. Я был тогда

Обманут клеветой. Теперь научен.

Мы для богов, что мухи для мальчишек.

Себе в забаву давят нас они.

Эдгар (в сторону)

Не может быть! Как изменился он!

И мне юродствовать пред этим горем?

(Громко.)

Небо тебя, хозяин, сохрани!

Глостер

Это голяк тот самый?

Старик

Да, милорд.

Глостер

Так ты иди, иди. Коли захочешь,

Догонишь через милю-полторы,

В знак старой дружбы принесешь одежи

Ему какой-нибудь. Я упрошу,

Он к Дувру поведет.

Старик

Но, сэр, ведь он безумен.

Глостер

Уж таково проклятие времен:

Слепых ведут безумцы. Принеси же...

Или как хочешь, только уходи.

Старик

Я принесу - лучшее, что имею.

И пусть карают.

(Уходит.)

Глостер

Подойди, голыш...

Эдгар

Бедному Тому зябко.

(В сторону.)

Нету сил

Мне притворяться.

Глостер

Подойди, бедняга.

Эдгар (в сторону)

А надо, надо...

(Громко.)

Оченьки твои

Кровоточат.

Глостер

На Дувр дорогу знаешь?

Эдгар

Дорогу конную и тропу пешую, заставы и перелазы. Пугали, гоняли бедного Тома  -  и  выгнали  из  разума.  Охоронись,  хозяин  добрый,  от нечистого. Гнездились   в   Томе  сразу  пятеро:  бес  похоти  Обидикут;  князь  немоты Хоббидиденс;  Магу  -  бес воровства; Модо - убивства; Флибертиджиббет - бес гримасный,  корчерожный,  -  теперь  переселился  он  в прислуг и горничных. Охорони тебя святая сила!

Глостер

Вот кошелек. Бери, убитый небом

Юрод безропотный. Моя беда

Тебя счастливит. Пусть и впредь так будет,

О боги! Пусть роскошник и развратник,

Изблудившийся, обожравшийся,

Поработивший заповеди ваши,

Бесчувственный и потому слепой,

Пусть он почувствует вашу десницу, -

Чтоб поделил богатство, чтоб хватило

На всех... Бывал ты в Дувре?

Эдгар

Да, хозяин.

Глостер

Там есть утес, вершиною своей

Нависший устрашающе над взморьем.

К тому обрыву приведи меня,

И отблагодарю тебя богато.

Оттуда я уж без поводыря.

Эдгар

Том поведет тебя; дай Тому руку.

Уходят.

Сцена II

Перед дворцом герцога Олбанского.

Входят Гонерилья и Эдмунд.

Гонерилья

Добро пожаловать в дворец мой. Странно,

Что не встречает нас мой муж-кисляй.

Входит Освальд.

Где герцог?

Освальд

Здесь. Но не узнать его.

Что высадился враг, ему толкую -

Он улыбается. Спешу сказать,

Что едете домой вы, - он мрачнеет.

Я про измену Глостера-отца,

Про верность сына-Глостера, а он мне:

"Кретин, ты все сказал наоборот".

Худая весть ему теперь добра,

А добрая - худа.

Гонерилья (Эдмунду)

Тогда простимся.

В кислятине трусливость разыгралась.

Боится дать отпор, предпочитает

Отмахиваться. То, о чем в пути

Мы говорили, очень может сбыться.

Ускорьте, Эдмунд, сборы Корнуолла,

Ведите его силы на врага.

А я оставлю юбку муженьку,

Сама вооружусь. Слуга мой верный

(указывая на Освальда)

Курьером будет нам. Я с ним пришлю

Мое веленье, и тогда смелее

За счастие дерись.

(Дает ему ленту.)

Надень. Молчи.

Нагнись ко мне. Когда бы поцелуй

Мог говорить, твой дух взвился б высоко.

Пойми меня без слов. Прощай.

Эдмунд

Я твой

До содроганий смертных.

Гонерилья

Милый Глостер!

Эдмунд уходит.

Вот он - мужчина! Вот он - настоящий

Король желаний! А моя постель

Захвачена слюнтяем.

Освальд

Госпожа, - милорд!

(Уходит.)

Входит Олбани.

Гонерилья

Не стою, значит, чтоб меня встречали?

Олбани

О Гонерилья! Мусора не стоишь,

Ветром гонимого тебе в лицо.

Страшусь твоей натуры. Кто способен

Над отчим корнем надругаться, тот

На все способен. Ветка, отщепившись,

Отторгшись от родимого ствола,

Иссохнет, сгинет, вверженная в пламя.

Гонерилья

Распроповедничался дуралей.

Олбани

Мерзавке мерзки доброта и мудрость.

Грязь любит грязь. О лютые тигрицы!

Что сделали, что учинили вы

Над собственным отцом, над светлым старцем!

Медведь, освирепевший на цепи,

Почтительно лизал бы ему руку,

А вы, дикарки, палачихи вы,

Его доистязали до безумья.

И благодетеля не защитил

Мужчина, князь властительный Корнуэльский!

Нет, если небеса не укротят

Зла, распоясавшегося донельзя,

То горе человечеству -

Мы примемся друг друга поедать,

Как чудища глубин.

Гонерилья

Ты, размазня!

Щека твоя, как видно, для пощечин,

А шея для ярма. Протри глаза

И разгляди, где честь, а где бесчестье.

Смутьяна пожалел? Их не жалеть,

А обуздать, пока не навредили.

Бей в барабаны, собирай войска!

Француз над нашей спящею страной

Уже навис в своем пернатом шлеме,

А ты, высоконравственный дурак,

Сидишь и причитаешь: "Ах, зачем так!"

Олбани

Да оглянись, бесовка, на себя!

О, как ужасно проступает дьявол

Сквозь женские красивые черты.

Гонерилья

У, дуррачина!

Олбани

Оборотень адов,

Не сатаней, не искажай лица.

Вот этими руками я готов бы

Тебя скрушить и разорвать в куски,

Но женский облик твой тебе защита.

Гонерилья

Какой отважный! Кисонька, кис-кис!

Входит гонец.

Олбани

С чем прискакал ты?

Гонец

Герцога убили

Корнуэльского. Убил слуга, когда

Герцог собрался Глостеру второй

Глаз вырвать.

Олбани

Вырвать глаз?

Гонец

Слуга не снес,

Меч выхватил, за старика вступился

И был заколот, но успел поранить

Хозяина - и тот уже ушел

Вслед за слугою.

Олбани

Быстрая расплата!

Есть, значит, вышний суд. Но бедный Глостер!

Без глаза он теперь?

Гонец

Нет, без обоих.

(Гонерилье.)

Письмо к миледи от сестры. Она

Просит незамедлительно ответить.

Гонерилья (в сторону)

Весть хороша. Но плохо, что Регана

Теперь вдова, и Эдмунд мой при ней,

И замысел мой угрожает рухнуть

На опостылевшую жизнь мою.

С другой же стороны, весть недурна.

(Громко.)

Прочту - и дам ответ.

(Уходит.)

Олбани

А где же был

Сын Глостера, когда отца терзали?

Гонец

Эдмунд сопровождал сюда миледи.

Олбани

Но где ж он?

Гонец

Возвращается назад.

Я повстречался с ним.

Олбани

И он не знает,

Что сделали с отцом?

Гонец

О господин мой.

Он сам донес на графа и уехал,

Чтоб расправляться было им вольней.

Олбани

Мужайся, Глостер, я вознагражу

За жертвенную верность государю.

Я отомщу им за твои глаза. -

Идем со мной, подробнее расскажешь.

Уходят.

Сцена III

Стан французов близ Дувра.

Входят Кент и придворный.

Кент

Ведомо  ль  вам,  почему  король  Французский  так внезапно вернулся во Францию?

Придворный

Его призвали незавершенные дела, связанные с такой угрозой и опасностью для государства, что личное его присутствие стало необходимым и неотложным.

Кент

Кого оставил он во главе войска?

Придворный

Маршала Франции Ла-Фара.

Кент

Как приняла королева письмо, доставленное вами? Опечалилась?

Придворный

Да, сэр. Она при мне письмо читала,

И не одна тяжелая слеза

По нежному лицу ее скатилась.

Над ней печаль стремилась воцариться,

Но королева сдерживала скорбь.

Кент

Скорбела, значит?

Придворный

Но не исступленно.

В ней горе и терпенье состязались,

Кто краше душу выразит ее.

Она и плакала и улыбалась.

Это как солнце в дождь - царевнин дождь.

Улыбка радужилась на губах,

Не ведая, что за слезой слеза

Жемчужно катится из глаз лучистых.

Короче, люди полюбили б горе,

Когда бы всех так красило оно.

Кент

А не спросила ни о чем, читая?

Придворный

Раз или два с трудом произнесла:

"Отец..." - как будто сердце ей теснило.

Потом: "О сестры, сестры! Кент! Отец!

Как, в бурю? В ночь? Нет жалости на свете!

Позор нам, женщинам!" - и окропила

Водой святою из небесных глаз

Свой стон. И удалилась королева,

Чтоб горевать наедине с собой.

Кент

Нет, звезды, звезды созидают нас.

А иначе родные братья-сестры

Между собой не разнились бы так.

С тех пор не говорили с ней вы?

Придворный

Нет.

Кент

Король во Францию тогда уж отбыл?

Придворный

Да, отбыл.

Кент

Знайте - горемыка Лир

Здесь, в городе; в минуты просветлений

Он понимает, для чего мы в Дувре,

Но ни за что не хочет видеть дочь.

Придворный

А почему?

Кент

Стыд государя жжет,

Что обошелся с нею он жестоко:

Лишил благословения, изгнал,

Отдал ее наследные права

Собачесердым сестрам. Это жалит

Невыносимейше. Великий стыд

Закрыл дорогу к дочке.

Придворный

Бедный Лир!

Кент

Что Олбани и Корнуолл?

Придворный

Их войска

Уже в походе.

Кент

Так. Пойдемте к Лиру.

Я вас при нем оставлю. Не откроюсь,

Повременю еще. Причина есть.

Когда же объявлюсь, вам не придется

Жалеть о вашей помощи. Пойдем.

Уходят.

Сцена IV

Шатер в стане французов.

Входят Корделия, врач, офицеры и солдаты - под

барабаны, со знаменами.

Корделия

Он это, он. Уж видели его

Чуть раньше. Громко пел он. Плещет в нем

Безумье, как рассерженное море.

Репейником себя короновал,

Крапивой, дремой, дикой дым-травою,

Болиголовом и другим быльем,

Которым порастают перелоги.

(Офицеру.)

Солдат пошлите поле прочесать -

Все заросли высокого бурьяна -

И привести его.

Офицер уходит.

(Врачу.)

Скажите мне,

Сумеет человеческая мудрость

Ему вернуть рассудок? Я отдам

Все, чем богата, только б исцелили.

Врач

Есть, государыня, целитель - сон.

Чтоб вызвать сон, есть действенные травы,

Способные смежить глаза тоски.

Корделия

Все земляные тайны, силы, соки

Благие - брызните слезой моей

И уврачуйте горького страдальца!

Скорее разыскать его, скорее,

Покуда необузданная ярость

Жизнь беззащитную не прервала.

Входит гонец.

Гонец

О государыня, на Дувр идут

Войска британцев.

Корделия

Знаю. Мы готовы

Противостать им. Дорогой отец мой.

Не о себе забочусь - о тебе.

Я защищаю попранную старость,

И потому не отказал мольбам

Державный мой супруг. Не злая кровь,

Не жажда власти движут мной - любовь,

Любовь к отцу. Увидеть бы родного!

Уходят.

Сцена V

Замок Глостера.

Входят Регана и Освальд.

Регана

Но выступило войско?

Освальд

Да, миледи.

Регана

И сам Олбанский герцог во главе?

Освальд

Он согласился с крайней неохотой.

Сестра ваша воинственней его.

Регана

Лорд Эдмунд с герцогом не говорил,

Когда к вам приезжал?

Освальд

Да нет, миледи.

Регана

Что может значить сестрино письмо

К нему?

Освальд

Не знаю я, миледи.

Регана

Лорд Эдмунд нынче занят важным делом.

Ужасно глупо было оставлять

В живых слепого Глостера. Куда бы

Он ни прибрел, своим несчастным видом

Он возбуждает против нас сердца.

Эдмунд, по-моему, сейчас поехал,

Чтобы, из жалости к его страданьям,

Безглазой жизни положить конец -

И заодно разведать вражьи силы.

Освальд

Мне надо ехать вслед - отдать письмо.

Регана

Мы завтра выступим. Поедешь с нами.

Опасен путь.

Освальд

Нельзя. Мне госпожа

Нигде задерживаться не велела.

Регана

Зачем письмо? Разве не мог бы устно

Ты передать что надо? Видно, там

Такое что-то... Разреши, я вскрою.

Я полюблю тебя.

Освальд

Нет, я скорей...

Регана

Ведь госпожа твоя не любит мужа.

Я знаю точно. В давешний приезд

Она глядела так красноречиво

На Эдмунда, играла так глазами.

Ты ведь наперсник ей.

Освальд

Я? Нет, миледи.

Регана

Я знаю, кто ты ей и что ты ей.

И я советовала бы запомнить:

Мой муж убит; у Эдмунда со мною

Сговорено: беру его в мужья.

Уместно ль ей соваться? Сам подумай.

Когда разыщешь Эдмунда, будь добр,

Вот - передай ему. А госпоже

Своей скажи, что я тебе сказала,

И образумь ее. Прощай пока.

А если встретится слепой изменник,

То уничтожь его. Я награжу.

Освальд

Только бы встретить! Я уж показал бы,

На чьей я стороне.

Регана

Счастливый путь.

Уходят.

Сцена VI

Местность близ Дувра.

Входят Глостер и Эдгар, одетый по-крестьянски,

Глостер

Когда же мы взойдем на крутизну?

Эдгар

Уже восходим. Чувствуете крутость?

Глостер

Мне кажется, по ровному идем.

Эдгар

Какое там! Карабкаемся в гору.

Шум моря слышите?

Глостер

Совсем не слышу.

Эдгар

Выходит, что страдание очей

Ослабило и остальные чувства.

Глостер

Выходит. Даже голос твой другой,

И речь как будто чище и складнее.

Эдгар

Вы ошибаетесь. Одежда лишь

На мне почище.

Глостер

Говоришь ты лучше,

По-моему.

Эдгар

Ну вот мы и пришли.

Остановитесь, сэр. Как жутко с кручи

И головокружительно глядеть.

Под нами реют и крылят вороны

И кажутся величиной с жука.

А ниже, в полгоры, - опасный труд! -

Сборщик кореньев лепится к обрыву

И весь не больше головы своей.

Под ним, на взморье, рыбаки - как мыши.

Приякоренный парусный корабль

Уменьшился до шлюпки, а она -

Как поплавок, почти неразличимый.

И рокот моря на сыпучей гальке

Теперь беззвучен. Нет, нельзя глядеть,

Не то завихрится в глазах - и в бездну

Сорвешься.

Глостер

Подведи меня туда.

Эдгар

Вот. Вы у края. Тут уж берегись

Подпрыгнуть - хоть озолоти, не стал бы...

Глостер

Пусти мне руку, друг. Возьми второй

Мой кошелек. В нем - драгоценный перстень.

Будь он тебе на благо. Отойди.

Прощай. Хочу услышать, как уходишь.

Эдгар

Счастливо вам.

Глостер

Да, буду там счастливей.

Эдгар (в сторону)

С отцом шучу я эти шутки, чтобы

Из пут отчаянья его спасти.

Глостер

О боги!

(Становится на колени.)

Покидаю этот мир

И перед вашим ликом всемогущим

Смиренно отрешаюся от мук.

Когда бы мог и дальше их терпеть,

Не возроптав на вашу необорность,

Существованья чадному огарку

Я дал бы дочадить. О, жив ли ты,

Эдгар? Будь над тобою божья милость!

Прощай же, поводырь.

Эдгар

Прощайте, сэр.

Я ухожу. Ушел.

Глостер делает прыжок вперед и падает.

А все же страшно.

Само воображенье может жизнь

Пресечь, когда она пресечься рада.

Отец уж мысленно низвергся в смерть.

Что, если не очнется? Сэр, вы живы?

Сэр, отзовитесь! Слышите меня?

Не слышит, кончено. Нет, оживает. -

(Изменив голос.)

Кто ты такой?

Глостер

Уйди, дай умереть.

Эдгар

Ты паутинка, что ли? воздух? пух?

Вниз пролетевши столько саженей,

Ты, как скорлупка, должен был разбиться, -

А ты целехонек, и крови нет,

И дышишь, говоришь. А ведь сорвался

С обрыва высотою в десять мачт.

Ты чудом не убился. Ну-ка, снова

Заговори.

Глостер

Но я упал? Упал?

Эдгар

С грозного верха меловых утесов.

Взлетев туда, жавронок звонкогорлый

Становится неслышен. Ты взгляни!

Глостер

Глядеть-то нечем... Неужели мне

И умереть нельзя. Хоть та утеха

У горести была, что можно в смерть

Уйти от произвола, насмеяться

Над яростью тирана.

Эдгар

Дай-ка руку.

Вставай. Ну, держат ноги?

Глостер

Лучше бы

Уж не держали.

Эдгар

Чудеса, и только.

А что с тобою рядом наверху

Стояло и ушло?

Глостер

Убогий нищий.

Эдгар

Оно светило вниз кругами глаз,

Как две луны; имело тыщу клювов

И завито-волнистые рога,

Как взборожденное ветрами море.

То был злой дух. Ты счастливо избегнул

Погибели. Благодари богов,

Творящих чудеса себе во славу.

Глостер

Опомнился я - и отныне буду

Сносить страдание, пока само

Оно не возопит: "Довольно, хватит!" -

И не умрет. А я того с рогами

За человека принял. То-то он

Твердил о бесах. Он и вел меня.

Эдгар

Будь терпелив и нетревожен мыслью.

Входит Лир, причудливо убранный бурьяном.

Но кто это? В ком разум невредим,

Так не оденется.

Лир

Нет, я волен чеканить монету - я король!

Эдгар

О, рвущий сердце вид!

Лир

Природа лучше всякого чекана. Вот ваши деньги солдатские. - Этот рекрут держит  лук,  точно ворон пугать собрался. Ты оттяни тетиву на весь аршин. - Глядите, мышь! Тише, тише - кусочек сыра в мышеловку. - Вот рукавица какова! И  великану  бросим  вызов.  - Алебарды вперед! - О, ловко стрелка полетела. Фью-у! В самое яблоко. - Говори пароль.

Эдгар

Кукушкины слезы.

Лир

Проходи.

Глостер

Я знаю этот голос.

Лир

Что?  Гонерилья  - с белой бородой? Они юлили передо мной, как собачки. Еще и черной бороды у меня не было, а уж величали меня мудрецом седобородым. Что  ни  скажу, всему поддакивали и поднекивали. А это не по-божьему. Но как промок  я под дождем да застучал зубами на ветру, как загремело сверху да не захотело замолчать по моему приказу - тут-то я учуял правду, тут-то раскусил их. Пустобрехи они. Всесильным меня звали, а я бессилен против лихорадки.

Глостер

Я узнаю, ведь это же король.

Лир

Король, от головы до ног король я.

Мой взгляд бросает подданного в дрожь.

Вот видите. - Дарую тебе жизнь.

В чем ты виновен? В прелюбодеянье?

И только-то? Ну нет, ты не умрешь:

Пичуга малая, златая мушка -

И те блудят открыто.

Творите блуд - ведь Глостеров ублюдок

К отцу добрей, чем дочери мои,

Зачатые на простынях законных.

Все в малу-кучу!

Совокупляйтесь! - мне нужны солдаты.

Вон у жеманной дамы

Лицо пророчит снег в развилке ног.

Уж так чиста, что ей про наслажденье

И не упоминай. Так вот она

Хорихи похотливей, кобылицы

Раскормленной ярей.

Вот что такое женщины - кентавры,

И богова лишь верхняя их часть,

А ниже пояса - все дьяволово.  Там ад и мрак, там серная геенна смердит, и жжет, и губит. Тьфу, тьфу, тьфу. Дай,  друг  аптекарь,  баночку  цибету  - воображение проароматить. Вот тебе деньги.

Глостер

Позволь поцеловать мне эту руку.

Лир

Прежде дай вытру. От нее тленьем несет.

Глостер

О разум рухнувший! Так и весь мир великий

Сотрется в прах... Не узнаешь меня?

Лир

Глаза-то  мне  знакомы. Что щуришься, подмигиваешь мне? Зря стараешься, слепой  купидончик,  в амуры меня не заманишь. Прочти-ка мой вызов - заметь, как написано.

Глостер

Сияй, как солнце, буквы, не увижу

Я все равно.

Эдгар (в сторону)

Кто рассказал бы мне,

Я не поверил бы. Но это правда,

И разбивает сердце мне она.

Лир

Читай!

Глостер

А чем? Глазницами пустыми?

Лир

Ба,  вон  оно  что! Ни глаз во лбу, ни денег в кошельке? Кошлю легко, а глазкам тяжко? Но видишь небось, какие дела в этом мире?

Глостер

Не вижу - чувствую.

Лир

Как  это  не  видишь?  Спятил, что ли? Дела какие, видно и без глаз. Ты ушами  гляди:  видишь,  вот тот судья орет на мелкого воришку. А дай шепну в ушко,  а  поменяй  местами - раз, два, три, - и разберешь, который вор и где судья? Видел ты, как дворовый пес рычит на нищего?

Глостер

Видел, сэр.

Лир

И  как  тот послушно убегает? Вот он, великий образ власти: повиновенье псу, поставленному на должность.

Ты, сукин сын служака приходской!

Зачем ты площадную эту шлюху

В кровь исстегал плетьми? Себя секи!

Ведь у тебя у самого к ней похоть.

Мошенник крупный мелкого казнит.

Порок малейший виден сквозь лохмотья,

А мантия и шуба скроют все.

Одень грехи бронею золотою,

И мощное законности копье

Безвредно сломится; одень в отрепья -

Пигмей своей соломиной пронзит.

Нет законопреступников на свете.

Нет, говорю. Всех выкупаю, всех!

Бери, приятель. У меня найдется,

Чем обвинителю замазать рот.

Купи себе очки и притворяйся,

Как продувной подлец-политикан,

Будто ты видишь то, чего не видишь.

Так, так, так, так. Стаскивай сапоги.

Сильней тяни. Вот так.

Эдгар

Значенье с несуразицею в смеси!

Разум в безумии!

Лир

А захотел судьбу мою оплакать,

Бери мои глаза. Я узнаю

Тебя. Ты - Глостер. Ты терпи. Сам знаешь,

С плачем приходим все мы в этот мир.

Родившись и нюхнувши этот воздух,

Заходимся мы криком. Слушай вот,

Я проповедь скажу.

(Снимает свою сплетенную из бурьяна корону.)

Глостер

О горе, горе!

Лир

О том мы плачем, что пришли на сцену

Всемирного театра дураков...

А шапка хороша. Ведь это мысль!

Обую в войлок сотню лошадей -

И на зятьев! Без шума! И, подкравшись,

Бей, режь, руби, круши!

Входит придворный со слугами. Эдгар с Глостером

отходят в сторону.

Придворный

А, вот он где. Не дайте убежать.

Сэр, ваша любящая дочь...

Лир

И нет спасения? Уже в плену я?

О, у судьбы я в горьких дурачках.

Не мучайте меня. Я дам вам выкуп.

Мне нужен врач. Я ранен в самый мозг.

Придворный

У вас все будет.

Лир

И подмоги нету?

Одним-один? Да от такой беды

Осолонеешь - густо, как из леек,

Слезами персть осеннюю кропя.

Придворный

О государь...

Лир

Нет, я пойду на смерть

Нарядный, как жених. Долой печали!

Король я. Господа, не забывать!

Придворный

Наш долг - повиноваться государю.

Лир

Тогда еще жить можно. Вот он, выкуп.

Но вы сперва побегайте. На, на, на, на...

Убегает. Слуги бегут вдогонку.

Придворный

Последнего бродягу пожалеешь,

Пришедшего в такой ужасный вид.

А что уж говорить о короле!

Меньшая дочь твоя одна спасает

Природу от вселенского проклятья,

Что навлекли две старшие...

Эдгар (подходя)

Привет вам!

Придворный

Привет. Какая надобность у вас?

Эдгар

Не слышали вы, будет ли сраженье?

Придворный

Как же не слышать. Будет.

Эдгар

А далеко ль

Британцы?

Придворный

Близятся. Того гляди,

Покажутся их основные силы.

Эдгар

Благодарю вас, сэр.

Придворный

Хоть королеву

Здесь задержало дело, но войска

Идут на бой.

Эдгар

Благодарю вас, сэр.

Придворный уходит.

Глостер

О боги милосердые, возьмите

Мое дыхание, не дайте бесу

Вновь самовольной смертью соблазнить.

Элгар

Хорошая, отец, твоя молитва.

Глостер

А кто вы, сэр?

Эдгар

Судьбою усмиренный

Бедняк я. Навидался вдосталь горя

И научился я жалеть людей.

Дай руку, поведу тебя искать

Прибежища.

Глостер

Пошли вам небеса

Преуспеяния и благодати.

Входит Освальд.

Освальд

Удача! Эта голова седая

Затем и создана, чтоб за нее

Я получил награду. Ты, предатель!

Молись, и побыстрей - уж вынут меч,

Чтоб истребить тебя.

Глостер

Руби, и пусть

Дружеская рука твоя не дрогнет.

Эдгар загораживает собой Глостера.

Освальд

Как смеешь, наглый смерд! Этот старик -

Изменник и объявлен вне закона.

Прочь, если не желаешь разделить

Его судьбу. Не смей его касаться.

Эдгар

Ну нет, сметь мы пока что будем.

Освальд

Прочь, раб, иль смерть тебе!

Эдгар

Иди,  куда шел, господин добрый, и не трожь бедный люд. Уж так я твоего бахвальства испугался, сейчас помру. Да не суйся к старику, держись педалей, говорят  тебе,  а  не  то попробую сейчас, что крепче - твой черепок или моя дубина. Я с тобой миндальничать не стану.

Освальд

Прочь, навозник!

Эдгар

Я тебе ковырну в зубах-то. Чихал я на твое фехтованье.

Дерутся. Освальд падает.

Освальд

Раб, ты убил меня. Холоп, возьми

Мой кошелек и, если хочешь счастья,

Похорони меня; отдай письмо

Эдмунду, графу Глостеру. Отыщешь

Его в британской армии. О смерть

Безвременная!..

(Умирает.)

Эдгар

Я знаю хорошо тебя - подлец

На побегушках у своей хозяйки,

Ее порокам ревностный слуга.

Глостер

Убит он?

Эдгар

Сядь, отец, и отдохни.

Посмотрим, что у подлеца в карманах.

Это письмо нам кстати может быть.

Что он убит, не жалко. Только жаль,

Что мне пришлось марать об него руки.

Вот и письмо. Печати мягкий воск,

Прости. Приходится. Чтобы узнать

Намеренья врагов, вспороть готовы

Мы грудь им, а не то что вскрыть письмо.

(Читает.) "Помни  о  взаимных наших клятвах. Тебе нетрудно будет покончить с ним; была бы лишь воля тверда, а возможностей предостаточно. Все пойдет насмарку, если он вернется победителем; тогда я пленница, его постель - моя тюрьма. Вызволи меня из ее мерзкой духоты, добудь лоно и награду подвигам.

Твоя - хотела бы сказать, жена - любящая Гонерилья".

Страшна бездонность женских вожделений!

Мужа - под нож, а в новые мужья

Взять брата моего! - В песок зарою

Я здесь тебя, посланец нечестивый

Убийц распутных этих. В должный час

Письмо увидит герцог. Повезло

Ему, что обнажилось это зло.

Глостер

Король безумен. Как я груб душой,

Что чувствую еще свои страданья!

Уж лучше б обезуметь самому -

Тогда бы канула в забвенье мука.

Слышна барабанная дробь.

Эдгар

Мне слышится вдали дробь барабана.

Скорее отвести тебя к друзьям.

Пойдем, старик. Дай руку мне, отец.

Уходят.

Сцена VII

Шатер в стане французов.

Входят Корделия, Кент и врач.

Корделия

Каким усилием, каким трудом

Достичь твоей вершины, Кент мой славный?

Как отплатить за доброту твою?

Не хватит жизни мне.

Кент

Услышав это,

Уже я свыше меры награжден.

Я рассказал, как было, ничего

Не прибавляя и не убавляя.

Корделия

Твоя одежда - память злых невзгод.

Ты заслужил одежду лучше этой.

Пожалуйста, перемени ее.

Кент

Еще не время, государыня.

Прошу - пока не объявляйте, кто я.

Корделия

Что ж, будь по-твоему. -

(Врачу.)

Ну, что король?

Врач

Он продолжает спать.

Корделия

Благие боги!

Восставьте раненое естество

И заново настройте струны мозга

Отцу, истерзанному дочерьми.

Врач

Будить пора бы; длится сон уж долго.

Ваше величество позволит нам?

Корделия

Руководитесь вашею наукой

И доброй волей. Он переодет?

Врач

Да, государыня. Надели мы

На спящего державные одежды.

Входит придворный; слуги вносят Лира, спящего в

кресле.

За сценой звучит музыка.

Врач

Вы будьте рядом. Я не сомневаюсь -

Король проснется мирен.

Корделия

Хорошо.

Врач

Прошу, приблизьтесь. - Музыку погромче.

Корделия опускается на колени и целует руку Лиру.

Корделия

О дорогой отец мой! Этих губ

Благоговейное прикосновенье

Пусть заживит зияющие раны,

Сотрет следы жестокости сестер.

Кент

Как ласкова ты, наша королевна!

Корделия

Одна уж этих прядок белизна

Должна была бы сердце в них растрогать.

О светлый лик! Тебя ли, в хрупком шлеме

Седин, бросать под вихревой удар,

В грохочущие ужасы грозы,

В стремглавых молний пламена косые?

О бедный воин, посланный на смерть!

В такую ночь я к очагу пустила б

Собаку, искусавшую меня.

А ты был рад и на гнилой трухе,

В свином хлеву, с бродягами... О горе!

И как еще не сгасло сразу все:

Сознанье, жизнь... Он просыпается.

Заговорите с ним.

Врач

Целебней будет

Вам, государыня, заговорить.

Корделия

Ваше величество, как вам спалось?

Лир

Не троньте, дайте полежать в могиле.

Ты - райская блаженная душа;

А я в аду: ломают, колесуют

На круге огненном, и жжет слеза

Расплавленным свинцом.

Корделия

О государь,

Меня вы не узнали?

Лир

Ты - из рая.

Когда ты умерла?

Корделия

Все бредит, бредит!

Врач

Он не совсем проснулся. Погодите.

Лир

Где был я? Где я? Ясный день вокруг.

Над человеком так нельзя глумиться.

Неужто вам не жаль меня? Я б умер

От жалости... А вроде бы рука -

Моя. И чувствует укол булавки.

Хоть знать бы, что со мною.

Корделия

О, взгляните!

Благословите отчею рукой!

Нет, нет, не опускайтесь на колени.

Лир

Не смейтесь надо мной. Я глуп, я стар,

Мне за восемьдесят... ни часом больше,

Ни меньше... Надо напрямик сказать -

Я, видно, не в себе.

Как будто бы узнал я вас, его,

Но сомневаюсь - ибо не пойму я,

Куда попал, и, хоть убей, не вспомню

Одежды этой - и где ночевал.

Не смейтесь только, но мечом поклялся б:

Она - моя Корделия.

Корделия (сквозь слезы)

Да! Да!

Лир

А слезы твои мокры? Мокры впрямь.

Не плачь, не надо. Яду дашь - я выпью.

И как меня любить? Ведь, помню, сестрам

Твоим я ненавистен без причин.

А у тебя причина есть.

Корделия

Нет! Нет причины!

Лир

Где я, во Франции?

Кент

Мой государь,

Вы во владеньях ваших королевских.

Лир

Обманывать не надо.

Врач (Корделии)

Не тревожьтесь.

Как видите, сон угасил в нем ярость.

Но память о прошедшем оживлять

Еще опасно. Прежде нужен отдых.

Корделия

Не тяжело ли вашему величеству

Пройти в покои?

Лир

Не суди меня.

Забудь, прости - ведь я старик, дурак.

Все, кроме Кента и придворного, уходят.

Придворный

Правдива ли, сэр, молва об убийстве герцога Корнуэльского?

Кент

Вполне правдива.

Придворный

Кто же ведет его людей?

Кент

По сообщеньям, побочный сын Глостера.

Придворный

Говорят,  что  Эдгар,  беглый  его  сын,  теперь  в  Германии  с графом Кентским.

Кент

Всякое  говорят.  А  силы  британцев  уже  на  подходе  - час наступает решительный.

Придворный

Кровавое будет решение. Всего вам доброго сэр. (Уходит.)

Кент

Победа ль, пораженье - этот бой

Черту подводит под моей судьбой.

(Уходит.)

АКТ V

Сцена I

Стан британцев близ Дувра.

Входят Эдмунд, Регана, свита и солдаты с барабана

и знаменами.

Эдмунд (свитскому)

Узнай у герцога, не изменил ли

Он мнения в который уже раз.

Он все колеблется да сожалеет.

Конечное решенье знать хочу.

Свитский уходит.

Регана

С гонцом сестры случилось что-нибудь.

Эдмунд

Пожалуй, что и так.

Регана

Мой милый Эдмунд,

Вы знаете намеренья мои.

Скажите же, но только честно, честно, -

Вы любите сестру мою?

Эдмунд

Люблю,

Как должно брату.

Регана

А туда, в запретность,

Куда лишь мужу можно проникать,

Не проникали вы?

Эдмунд

Предположенье,

Вас недостойное.

Регана

Подозреваю,

Что с ней вы запредельно коротки.

Эдмунд

Что вы, миледи! Честию клянусь.

Регана

Соперницы не потерплю. Мой милый,

Подальше будьте от нее.

Эдмунд

Не бойтесь.

Да вот она и герцог, муж ее.

Входят Олбани. Гонерилья и солдаты - под барабаны,

со знаменами.

Гонерилья (в сторону)

Охотней эту битву проиграю,

Чем проиграю Эдмунда сестре.

Олбани

А, здравствуйте, дражайшая сестра.

Сэр, мне докладывают, что король

К Корделии примкнул, и с ним другие,

Кому правленье наше невтерпеж.

За правду я готов отважно драться:

Француза вторгшегося отражу.

Но думаю, что тяжкие обиды

Причиной возмущенья короля.

Эдмунд

Речь благородна, сэр.

Регана

К чему она?

Гонерилья

Объединимся против вражьих сил;

А свары и домашние раздоры

Теперь не время помнить.

Олбани

Надо планы

Со старыми бойцами обсудить.

Эдмунд

Сейчас приду в шатер ваш.

Регана

Гонерилья,

Идем же с нами.

Гонерилья

Нет.

Регана

Ну что ты, право. Как же без тебя?

Гонерилья (в сторону)

А-а, понимаю, что тебя грызет.

(Громко.)

Иду, иду.

Оба войска уходят.

Навстречу уходящему Олбани входит Эдгар.

Эдгар

Коли не брезгуете, ваша светлость,

Простолюдином бедным, на два слова

Прошу вас.

Олбани

Говори. -

(Уходящим.)

Я догоню.

Эдгар

Это письмо прочтите перед боем.

И если победите, пусть трубач

Призывно протрубит. Кажусь убогим,

Но выставлю бойца, и витязь мой

Мечом докажет мою правду. Если ж

Вас разобьют, тогда конец заботам

И ухищреньям. Счастья вам в бою!

Олбани

Постой - прочту.

Эдгар

Не велено мне ждать.

Я в должный час явлюсь на зов герольда

(Уходит.)

Олбани

Тогда прощай. Письмо я просмотрю.

Входит Эдмунд.

Эдмунд

Враг показался. Стройте войско к бою.

Вот сведенья о силе и составе,

Добытые разведкой у врага.

Поторопитесь.

Олбани

Медлить мы не станем.

(Уходит.)

Эдмунд

Обеим сестрам я в любви поклялся,

И стережется каждая другой,

Как жгучего гадючьего укуса.

Которую же взять? Обеих, что ли?

Иль никого? Покуда обе живы,

Нельзя распорядиться ни одной.

Возьму вдову - взбесится Гонерилья.

А от нее самой какой же прок

При муже при живом? Для этой битвы

Мы герцога используем; потом

Уж это дело Гонерильи - спешно

Его убрать. А что намерен герцог

Корделию и Лира пощадить -

То пусть мне только в руки попадут.

Нам не до щепетильничанья тут.

(Уходит.)

Сцена II

Поле. За сценой шум битвы. По сцене проходят, под

барабаны, со знаменами, Лир, Корделия и войско.

Входят Эдгар и Глостер.

Эдгар

Пусть эта тень древесная, отец,

Тебе хозяином радушным будет.

Молись, чтоб победила правота.

И если суждено мне воротиться,

Я утешенье принесу тебе.

Глостер

Сэр, да пребудут с вами небеса!

Эдгар уходит.

Шум битвы. Затем трубят отступление. Входит Эдгар.

Эдгар

Бежим, старик, дай руку. Бой проигран.

Лир и Корделия в плену. Скорей.

Дай руку же. Идем.

Глостер

Куда? Зачем? Сгнить я и тут могу.

Эдгар

Опять отчаялся? Должны терпеть

Мы умиранье, как рожденье терпим.

Когда созреем, смерть придет сама.

Вставай же, отче.

Глостер

Ваша правда, сэр.

Уходят.

Сцена III

Стан британцев близ Дувра.

Победно, с барабанами и знаменами, входят Эдмунд

с войском; ведут пленных Лира и Корделию.

Эдмунд

В тюрьму их, под надежную охрану,

Покуда повеленья не придет,

Как с ними быть.

Корделия

Не первые мы будем,

Кто жертвой стал, желая блага людям.

Глядела смело бы в глаза судьбе,

Когда б не горевала о тебе.

(Эдмунду.)

Мы не увидим этих дочерей,

Сестер этих?

Лир

Нет, нет, нет, нет! В тюрьму!

Как пташки в клетке, будем петь с тобою.

Попросишь у меня благословенья -

Я у тебя, коленопреклонен,

Прощенья попрошу. Так жить мы станем -

С молитвой, с песенкой, со старой сказкой, -

Злаченым радоваться мотылькам,

Рассказы слушать узников-бродяжек

О новостях придворных: кто в чести,

А кто в опале; кто ко дну, кто выплыл.

Мы будем скрытый ход вещей следить,

Как божьи соглядатаи. Тихонько

Мы за стеной тюрьмы переживем

Все правящие шайки, банды, стаи,

Все их чередованья под луной -

Приливы и отливы.

Эдмунд

Увести их.

Лир

Такие жертвы, милая, в самих

Богах благоговенье вызывают.

(Обнимает Корделию.)

Поймалась в мои руки! Не разлить

Теперь водою нас, не разлучить

Огнем и дымом. Да не плачь, голубка.

Пусть их чума возьмет. Подохнут прежде,

Чем нас тужить заставят. Ну, пойдем.

Лира и Корделию уводят под стражей.

Эдмунд

Послушай, капитан. За ними следуй.

Вот письменный приказ. Прочтешь потом.

Уже повысил в чине я тебя,

А выполнишь веленье - овельможу.

Каков уж век, таков и человек;

Мечу мягкосердечье не пристало.

Не терпит важность дела никаких

Раздумий. Либо говори: "Исполню",

Либо живи как знаешь.

Капитан

Я исполню,

Милорд.

Эдмунд

Тогда за дело. Выполняй -

И запиши себя в разряд счастливцев.

Держись приказа в точности. Не медли.

Капитан

Овса не ем, в телегу не впрягусь,

А людям что под силу, то исполню.

(Уходит.)

Трубы. Входят Олбани, Гонерилья, Регана, офицеры

и солдаты.

Олбани

Сэр, вы сегодня проявили храбрость,

И вас вела фортуна - взяли в плен

Вы короля и дочь. Я попрошу

Их передать в распоряженье наше

Для правого и трезвого суда.

Эдмунд

Сэр, я нашел разумным поместить

Помешанного Лира в заключенье.

Сединами и саном он способен

Причаровать к себе сердца солдат

И против нас оборотить их копья.

И королеву отослал я с ним,

Все тем же важным следуя резонам.

А завтра или в будущем ближайшем

Доставлю их на суд ваш. Но сейчас

В крови мы и в поту. Свежи потери,

И сгоряча бойцы клянут войну.

Заняться Лиром и Корделией

Уместней будет после.

Олбани

Сэр, позвольте -

Вы подчиненный, а не ровня мне.

Регана

А это прежде надо нас спросить.

Он вел мои войска, он облечен

Моими полномочьями и властью.

Как же не ровня он?

Гонерилья

Ты успокойся.

Он собственною доблестью своей

Превыше всех твоих уполномочий.

Регана

Избранный мной, он ровня королям.

Олбани

Подумать можно, речь идет о муже.

Регана

Как в воду вы глядели.

Гонерилья

Ой, ой, ой!

Темна, мутна, черна твоя водица.

Регана

Я нездорова нынче, а не то

Услышала бы ты ответ достойный. -

(Эдмунду.)

Мой полководец, отдаю тебе

Своих солдат, своих военнопленных,

Свои владенья, самое себя -

Ты все завоевал. Будь моим мужем.

Гонерилья

Тому не быть!

Олбани

Ты запретить ей можешь?

Эдмунд

И ты не можешь, герцог.

Олбани

Полукровок.

Ты ошибаешься.

Регана (Эдмунду)

Бей в барабаны

И силой докажи свои права.

Олбани

Не торопитесь в барабаны бить.

Виновным в государственной измене

Я объявляю Эдмунда, равно как

(указывая на Гонерилью.)

И эту золоченую змею,

И арестовываю их обоих.

А что до ваших брачных притязаний,

Милейшая сестра, то должен я

Им воспрепятствовать: моя жена

Уже обручена с ним. Эдмунд занят,

А я свободен. Сватайтесь ко мне.

Гонерилья

Какая пошлая комедия!

Олбани

Ты при оружье, Глостер, на тебе

Доспехи. Протрубит труба, и если

Никто не явится, чтоб доказать

Сугубую и тяжкую измену,

То вот моя перчатка.

(Бросает перчатку.)

Не вкушу

Я хлеба прежде, чем мечом раскрою,

Предатель, сердце гнусное твое.

Регана

Мне худо. Худо мне.

Гонерилья (в сторону)

Еще б не худо.

Я зелью доверяю моему.

Эдмунд

Я принимаю вызов и бросаю

Перчатку всякому, кто смел назвать

Меня изменником. Он подло лжет.

Труби в трубу. Я докажу на шкуре

На вашей - на его иль на твоей, -

Что честь моя и правда нерушимы.

Олбани

Герольд, сюда!

Входит герольд.

Эдмунд

И мой герольд, сюда!

Олбани

Нет ни герольда у тебя, ни войска.

Я набирал твоих солдат, и я же

Их распустить велел.

Регана

Все хуже мне...

Олбани

Она больна. В шатер мой отведите.

Регану уводят.

Герольд, ко мне! Пусть протрубит трубач,

А ты провозгласи вот этот вызов.

Трубач трубит.

Герольд (читает)

"Если  кто  из  воинов,  знатный  родом иль чином, желает доказать, что Эдмунд, именующий себя графом Глостерским, виновен в измене и предательстве, то пусть явится на троекратный зов трубы, ибо Эдмунд готов защищаться".

Эдмунд

Труби!

Трубят в первый раз.

Герольд

Опять!

Трубят вторично.  И в третий раз!

Трубят в третий раз. За сценой звучит ответная труба.

Входит Эдгар в доспехах, с трубачом впереди.

Олбани

Опрашивай.

Герольд

Кто именем и родом

Вы? И зачем явились вы на зов?

Эдгар

Утрачено мое былое имя,

Изглодано предательства зубами,

Источено червями клеветы.

Но знатен я не менее, чем тот,

С кем я пришел сразиться.

Олбани (Эдгару)

Кто же он?

Эдгар

Где рыцарь, где герольд от графа Глостера?

Эдмунд

Граф Эдмунд Глостер здесь. Что скажешь мне?

Эдгар. Меч обнажи, и если обвиненья

Облыжны, опровергнешь их мечом.

(Обнажая меч.)

Я обнажаю свой - по праву чести

И клятвы рыцарской. Пусть ты силен,

И молод, и возвышен положеньем,

И храбрость выказал, и победил, -

Но, несмотря на это, ты предатель,

Богов ты предал, брата и отца,

Ты умышлял на герцога. Испятнан

По-жабьи, от макушки до подошв,

Своим изменничеством ты, как ядом.

Посмей лишь отрицать - и этот меч

Докажет твою ложь, твою измену.

Эдмунд

По рыцарским уставам поединка

Мне имя следовало бы узнать.

Но вида ты воинственного, речь

Происхожденьем отдает не низким, -

И я, предосторожности презрев,

Отбрасываю тут же обвиненья,

Как чахлые и лживые насквозь.

Мечом тебе я загоню их в сердце

И там похороню их навсегда.

Трубите к бою!

Трубы. Поединок. Эдмунд падает.

Олбани (Эдгару)

Нет! Не добивай!

Гонерилья

Ловушка это, Глостер. По закону

Ты не обязан вызов принимать

От безымянного. Не побежден ты,

А закапканен.

Олбани

Помолчите, леди,

Или письмом вот этим рот заткну. -

Не добивай его.

(Гонерилье.)

Ты, злобный бес,

Читай свое посланье. Нет, шалишь,

Рвать не позволю. Узнаешь, чья подпись?

Гонерилья

Допустим. Ну и что? Я неподсудна.

Законы здесь мои, а не твои.

Олбани

Чудовищно! И отрицать не хочешь?

Гонерилья

Не спрашивай, чего теперь хочу.

(Уходит.)

Олбани

Идите следом. Вне себя она.

Потребоваться может обузданье.

Офицер уходит.

Эдмунд

Я совершил все то, в чем обвинен,

И многое еще. Раскроет время

Мои деянья. Все уже прошло,

И сам я в прошлом. Кто ты, победитель?

И если ты рождением высок,

То я тебя прощаю.

Эдгар

Что ж, простим

Друг друга. Кровью я тебя не ниже,

А если выше, тем сильней обида.

Я - Эдгар, и у нас с тобой один

Отец, родитель. Справедливы боги,

И обращаются в орудье кары

Пороки, услаждающие нас.

Тебя зачал он в темном закоулке -

И был покаран темной слепотой.

Эдмунд

Я вижу, прав ты. Колесо судьбы

Свершило полный круг, и я повержен.

Олбани (Эдгару)

Сама твоя уж поступь говорила

О благородстве. Дай тебя обнять.

Пусть беды мне расколют сердце, если

Я был врагом тебе или отцу.

Эдгар

Светлейший герцог, вы нам друг, я знаю.

Олбани

Где ж ты скрывался? И узнал откуда

Ты про страданья своего отца?

Эдгар

Я сам пытался их уврачевать.

Когда бежал я, жизнь свою спасая, -

О, как она сладка нам, если мы,

Чем сразу умереть, ежеминутно

Готовы муку смертную терпеть! -

Я принял облик нищего юрода,

Которым брезгует последний пес.

И тут отца я встретил... Где они,

Его очей алмазы? Опустели

Кольца окровавленные глазниц!

Отца водил я, с ним я побирался,

Его из лап отчаянья спасал.

И - раньше б надо! - полчаса назад,

Уже надев доспехи, наконец-то

Ему открылся, рассказал все, все,

И он мне дал свое благословенье,

Но сердце изнуренное скачка

От скорби к радости не одолело

И умерло с улыбкой.

Эдмунд

Ты растрогал

Меня, и это может быть к добру.

Но ты еще не кончил. Продолжай.

Олбани

Не надо, если новое там горе.

И так уже сжимает горло мне.

Эдгар

Да, горю и на этом не конец,

Хотя, казалось бы, куда уж дальше.

Пока я пересиливал рыданья,

Явился человек, который раньше

Меня - юродивого - избегал,

Но, увидав теперь, кто я такой,

Своими крепкими руками обнял,

Громовым воплем возопил, припал

К умершему, поведал мне о Лире

И о себе, - и при рассказе том

От горести великой стали рваться

В нем струны жизни. Впал он в забытье,

А я ушел на зов трубы повторный.

Олбани

Но кто же был он?

Эдгар

Кент, изгнанник Кент.

Перерядясь, остался он при Лире

И службой не гнушался никакой.

Входит придворный с окровавленным ножом.

Придворный

На помощь!

Эдгар

Что такое?

Олбани

Говори!

Эдгар

Что значит этот нож?

Придворный

Дымится кровь

Еще на лезвее, пронзившем сердце...

Она мертва.

Олбани

Да кто мертв? Отвечай.

Придворный

Жена, супруга ваша закололась.

Сестра ее от яда умерла.

Жена призналась, что дала ей яду.

Эдмунд

С обеими я обручен - и ныне

Мы в смертный брак вступаем все втроем.

Эдгар

Я вижу Кента, он идет сюда.

Олбани

Сестер - живых иль мертвых - принесите.

Придворный уходит.

Свершился божий суд - и поселил

В нас трепет, но не жалость.

Входит Кент.

Это ты, граф?

Увы, не до приветствий нам теперь.

Кент

В ночь уходя, прощаюсь с государем.

Его здесь нет?

Олбани

Как мы могли забыть

О самом важном! Эдмунд, говори же,

Где Лир? И где Корделия?

Вносят тела Гонерильи и Реганы.

Кент

Что это?

Эдмунд

А все же Эдмунд был любим, да так,

Что извела одна сестра другую

И наложила руки на себя.

Олбани

Да, это правда, Кент. Прикройте лица

Обеим.

Эдмунд

Тяжело дышать. Хочу

Я сотворить добро, хоть я недобр.

Скорее в крепость. Отдал я приказ

Убить и Лира, и Корделию.

Не мешкайте...

Олбани

Бегите же, бегите!

Эдгар

А в крепости - к кому там обратиться?

Где знак, что отменяется приказ?

Эдмунд

Ты прав.

(Офицеру.)

Бери мой меч. Дай капитану.

Эдгар

Скорей, скорей!

Офицер уходит.

Эдмунд

Твоя жена и я -

Мы капитану письменно велели,

Чтоб удавил Корделию в тюрьме

И объявил, будто она сама

В отчаянье покончила с собою...

Олбани

Спасите ее, боги!

(Указывая на изнемогшего Эдмунда.)

Унести.

Эдмунда уносят.

Входит Лир с Корделией на руках; за ним офицер и

другие.

Лир

Вопите! Войте! Вы же не из камня.

Имей я ваши языки и глотки,

Свод неба треснул бы. Она мертва!

Живых от мертвых отличать умею.

Ее уж нету. Зеркало мне дай,

И если затуманится дыханьем,

Тогда жива.

Кент

Предвещанный конец

Приходит света...

Эдгар

Ужас разрушенья...

Олбани

Распад и смерть...

Лир

Пушинка шевельнулась.

Она жива. О, если ты жива,

То не было ни горя, ни страданий.

Кент

Мой повелитель!

Лир

Отойди, прошу.

Эдгар

Ведь это благородный Кент, ваш друг.

Лир

Все вы предатели, убийцы все вы.

Я мог ее спасти и вот не спас.

Корделия, не уходи, побудь.

Что? Ты сказала что-то?.. Некриклив,

Негромок, нежен голос твой. Прекрасно

Так это в женщине... Я зарубил

Того скота, который тебя вешал.

Офицер

Да, зарубил на месте.

Лир

Так ведь, братец?

В былые дни своим мечом удалым

Я б их заставил поплясать... Я стар,

Мытарства портят нас... Кто вы такой?

Я плохо вижу, должен вам признаться.

Кент

Обоих возлюбила нас судьба,

Потом возненавидела.

Лир

В глазах

Моих мутится. Вы не Кент?

Кент

Он самый -

Слуга ваш Кент. А где слуга ваш Кай?

Лир

Хороший был боец, скажу тебе.

Скор на руку и смел. Гниет в земле он.

Кент

Нет, господин мой. Я - тот самый Кай...

Лир

Чуть погодя мы это разберем.

Кент

...Что с первых горемычных дней разлада

За вами следовал.

Лир

Весьма отрадно.

Кент

Эх, безотрадно все, темно, мертво.

И дочки ваши старшие погибли

Отчаянною смертью.

Лир

Может быть.

Олбани

Он нас не слышит. Тщетны все слова.

Эдгар

Да, совершенно тщетны.

Входит гонец.

Гонец

Эдмунд умер.

Олбани

Какая мелочь смерть его теперь...

Милорды и друзья! Узнайте наше

Намеренье. Великую разруху,

Чем можно, мы смягчим. Передадим

Его величеству кормило власти.

(Эдгару и Кенту.)

Вам возвратим все прежние права

С лихвой, сполна заслуженною вами.

Друг будет награжден, а недруг выпьет

Терпкую чашу кары... Что он? Что с ним?..

Лир

А дурочку повесили мою...

Мертва. Мертва. Зачем собаке, крысе

Жить разрешается, а ей нельзя?

Зачем дышать ей не дали? Ушла ты

Навек. Навек. Навек. Навек. Навек.

Прошу вас, расстегните воротник...

Спасибо. Поглядите, ее губы...

Глядите же, глядите...

(Умирает.)

Эдгар

Государь!

Очнитесь!

Кент

О, скорей разбейся, сердце!

Эдгар

Откройте очи, государь!

Кент

Не надо.

Дай кончиться ему. Не мучь его,

Не вздергивай опять на дыбу жизни.

Эдгар

Он кончился уже.

Кент

То было чудо,

Что дух держался в теле до сих пор.

Олбани

Усопших унесите. Общий траур

Настал.

(Кенту и Эдгару.)

О други, с нами правьте краем.

В беде на вас обоих уповаем.

Кент

Мне надо в путь. Хозяин старый мой

Идти повелевает за собой.

Эдгар

Нас давит горе. Скорбных слез ручей

Взамен степенных траурных речей.

Король наш принял муку. Так жестоко

Нам не страдать и не прожить нам столько.

Все уходят под похоронный марш.  

Перевод Осии Сороки

Число просмотров текста: 920; в день: 0.62

Оцените этот текст:

Разработка: © Творческая группа "Экватор", 2011-2014

Версия системы: 1.0

Связаться с разработчиками: libbabr@gmail.com

Генератор sitemap

0