Cайт является помещением библиотеки. Все тексты в библиотеке предназначены для ознакомительного чтения.

Копирование, сохранение на жестком диске или иной способ сохранения произведений осуществляются пользователями на свой риск.

Карта сайта

Все книги

Случайная

Разделы

Авторы

Новинки

Подборки

По оценкам

По популярности

По авторам

Рейтинг@Mail.ru

Flag Counter

Юмор
Бухов Аркадий (Л.Аркадский)
Путь к здоровью

I

   Она с любопытством и с некоторым сожалением посмотрела на меня.

   – Вы какой-то городской. Затхлый. В вас нет природы… Понимаете?

   Я не был заинтересован в отсутствии ни самой Ариадны Сергеевны, ни природы, поэтому сказал, что хочу есть и чтобы меня отвели домой.

   – А сами-то вы дорогу не знаете? – И она иронически усмехнулась. – Два шага – четыре версты от вашей дачи… Тем более лесом.

   – Я не привык так шагать, – нехотя сказал я, – и тем более вашим этим… лесом…

   – Ну, я вами займусь, – погрозила она пальцем, – я заставлю вас отдохнуть… Вы такой городской, затхлый…

   – Слышал.

   – Я заставлю вас кататься верхом, много ходить, ездить, играть… Я хочу, чтобы вы были здоровы…

   – Я тоже, – загадочно ответил я, – проводите?

   – Ну, провожу, провожу… Тюря…

   Дорогой она много говорила о том, как приятно носиться по полю верхом на горячей лошади, как хорошо одному по целым дням бродить по лесу, не обращая внимания ни на жару, ни на дождь, или играть в футбол и, утомившись, думать о том, что волнует сердце. Она с такой непосредственностью описывала каждую деталь этих удовольствий, что у меня опускались руки.

   – Ну-с, неврастеник… Итак, все это принято?

   – Принято, – бледнея, отвечал я, – оздоравливайте.

   Она протянула мне руку и улыбнулась обещающей улыбкой, от которой по телу пробежали мурашки.

   У Ариадны Сергеевны были красивые голубые глаза и розоватая кожа на лице. Кроме того, она была женщина; если бы не эти благоприятные для нее обстоятельства, вряд ли что-нибудь помешало бы моему искреннему намерению: остановиться, извиниться за эту небольшую остановку, отойти в сторону, отломить хорошую палку и, ударив Ариадну Сергеевну, уйти, не подав ей руки. Многие это не любят, и она наверное бы больше не искала со мной встречи, а я был бы совершенно спокоен за свой летний отдых.

   Но она была – женщина, и я, несмотря на свою нечуткость, сразу учел это и только сказал:

   – Спасибо… Жду…

II

   Прекрасное летнее утро. Как манит соседний лес, еще не загаженный дачниками и мальчишками!.. Красиво облако, тающее в чистом, ослепительном небе, когда никто не тычет в него пальцем и не лезет к вам, чтобы вы оценили это облако по достоинству… Вдвойне прекрасно летнее утро еще потому, что я встаю не раньше двенадцати и никогда не вижу его, а только красиво грущу о нем… На этот раз мне суждено было соприкоснуться с летним утром около пяти часов, максимально через два часа после того, как я потушил лампу и перестал читать.

   – Вас там барышня дожидаются, – с приветливой улыбкой сказала какая-то домашняя старуха, которая обычно отсыпалась во время какого-нибудь другого сезона, а летом была всегда на ногах, – соседская.

   В душе я назвал барышню не соседской, а много хуже и спросил, что ей надо.

   – С лошадьми приехала, – шепотом передала старуха.

   Я сдержан на язык и никому не мог сказать, что я лошадиный барышник. Вряд ли по моему внешнему облику меня можно было принять и за ветеринара. Поэтому я с большой неприязнью встретил этот визит.

   – Может, это не барышня, – зевая, спросил я, – так, может, постоялый двор кто ищет?

   – Барышня, – убежденно сказала старуха, – такая из себя глазами голубая…

   В эту минуту мои симпатии искренне принадлежали даже самым порочным людям, но с черными глазами, тем не менее я встал, оделся и, не умываясь, сошел вниз.

   – Ах, это вы? – И Ариадна Сергеевна приподнялась со стула.

   – Должно быть, я, – холодно пожал я ее протянутую руку, – хотя мне редко приходилось видеть себя в пять утра…

   – Ах, голубчик, какой вы, право…

   – Городской, затхлый? – злобно спросил я. – Чем, так сказать, обязан?..

   – А я лошадей привела, – весело сказала она, – и для вас одну…

   – Чего же я с ней делать буду?

   Около года тому назад мне пришлось выиграть на лотерее корову, и я хорошо еще помню, какого позора мне стоил выигрыш, когда я приставал ко всем с просьбой принять ее от меня на память. С лошадью, которую всегда можно привязать к забору, особенно летом и на даче, я справился бы гораздо быстрее, но саму Ариадну Сергеевну нельзя было ни привязать к забору, ни подарить на память; предстояла ответственная и тяжелая для человека, который спал всего два часа, задача – быть любезным…

   – Как что делать? Кататься поедем…

   – Не хочется кататься, – робко сказал я.

   – Опять городские привычки? Нечего, нечего… Это свежит людей, это приучает их, так сказать, к здоровью…

   Я вспомнил одного знакомого офицера, который упал с лошади и разбил голову. Я очень хотел, чтобы он был сейчас здесь и завел бы оживленный спор с Ариадной Сергеевной о сущности здоровья и способах его приобретения.

   – Я не умею…

   – Да вы когда-нибудь ездили? Ну, где вы были в прошлом году?.. Неужели не ездили?

   – Ездил. В Крым. К родным. Только не верхом…

   – Господи, да как это просто… Сесть верхом на лошадь к поехать…

   «Просто, – с отвращением подумал я, – и человека зарезать просто…»

   – Ну, идем… Увалень…

III

   Когда я посмотрел на лошадь, я сразу понял, что мы оба вовлечены в невыгодную сделку. Я не понимал, во имя чего я должен сесть верхом на беззащитное, покорное своей судьбе животное; лошадь, со своей стороны, тоже, вероятно, смотрела на это как на неблаговидный поступок, рекомендующий меня с худой стороны.

   – Ну, что же вы… садитесь!..

   – Лошадь не кресло, – хмуро бросил я в сторону, – сразу не сядешь… Потом, как же я сяду… Высоко…

   – Ах, господи… Вот человек-то… Да вы станьте вот на тумбочку, потом приподымите ногу, и все…

   – Да как же я стану, – с огорчением вырвалось у меня, – тумбочка здесь, а лошадь за три сажени…

   – Подведите.

   Я в нерешительности остановился.

   – А куда поедем? – пытаясь немного оттянуть время, спросил я. – А?

   – Доедем на первый раз до станции… Верст восемь…

   «На первый раз, – мысленно вздохнул я, – к концу лета на другой материк, очевидно, ездить заставит…»

   – Когда сядете, берите узду крепко в руки, а ногами обхватите покрепче лошадь. Поняли?

   Я с большим удовольствием прогнал бы от себя это животное, чем обнимать его, хотя и таким рискованным способом, но все-таки мне удалось взгромоздиться на лошадь и исполнить все в точности.

   – Держитесь?

   – Держусь, – боязливо оглянулся я назад, – только зачем оно хвостом машет…

   – Кто – оно?

   – Да животное это…

   – Едем, будет болтать глупости…

   Я решительно не знал, что нужно сделать для того, чтобы лошадь поехала. Отсутствие рычагов, руля или каких-нибудь других приспособлений сразу сделало лошадь совершенно непонятным, загадочным для меня существом. Заставить ее двигаться путем личного убеждения я все равно не смог бы, поэтому я решил просто ударить ее кулаком в бок. Лошадь повернула голову немного вбок, посмотрела на меня неопределенным взглядом и взмахнула хвостом.

   – Послушайте, – нетвердо произнес я, – она не едет.

   У меня даже мелькнула мысль, что, может быть, здесь вопрос самолюбия, лошадь откажется везти меня, и эта мерзкая прогулка отложится до еще более неблагоприятного случая.

   – Поводья натяните, – со смехом сказала Ариадна Сергеевна. – Ну!

   Лошадь действительно пошла, решив, очевидно, что у нее еще останется много времени, чтобы сбросить меня в какую-нибудь канаву.

IV

   В течение первых десяти минут Ариадна Сергеевна добросовестно исполняла свои педагогические обязанности.

   – Не держитесь за гриву, – заботилась она, – и за седло не держитесь… Зачем вы сползаете набок?.. Да вы не бойтесь… Ай, что вы делаете… Разве можно кричать лошади в ухо… Трясет? Ничего… На пятый раз и не заметите, привыкнете…

   Я уже перестал рассчитывать на благополучный исход прогулки. Тем более, если бы мне и предложили сесть отдохнуть, вряд ли я смог бы сделать это с удовольствием для себя: седло в этом отношении сыграло весьма неблаговидную роль…

   Лошадь, – и я ее вполне понимаю, – делала все, чтобы отравить мне спокойное состояние. Она с удовольствием перепрыгивала каждую канавку, математически высчитывая, на какую сторону я должен при этом отлететь. Иногда она резко останавливалась, предоставляя мне широкую возможность перелететь через голову.

   – Вот приучитесь, – ободряла Ариадна Сергеевна, – мы кавалькаду устроим…

   – Устроим сейчас, – охотно предложил я, – вы поедете, а я слезу и пойду пешком… Хорошо?..

   – Это не кавалькада, – засмеялась она.

   – А что же по-вашему – кавалькада… чтобы меня еще к лошадиному хвосту привязали и по полю волокли… Да?

   Около станции мы остановились и стали дожидаться поезда… Я с завистью подумал о людях, которые благоразумно избрали другой способ передвижения; лошадь, очевидно, была другого мнения, потому что с первым же появлением паровозного дымка она тревожно насторожила уши и стала проявлять признаки явного беспокойства.

   – Она чего-то хочет… Лошадь эта, – тревожно сказал я, – ей-богу, не знаю.

   – Смотрите, чтобы не сбросила, – спокойно ответила Ариадна Сергеевна, – поезда боится… Я знала одну лошадь, которая даже от велосипедных звонков…

   Может быть, у той лошади была своя интересная для любителей история, но мне, к сожалению, не пришлось дослушать ее, потому что другая лошадь, с которой сейчас было связано мое существование, куда-то резко попятилась, зафыркала, снова забила хвостом и, с отчетливым стремлением остаться в одиночестве, бросилась в сторону. Очевидно, наши дороги не сошлись: она бежала обратно, а я, не успев даже выразить своего совершенно справедливого негодования, ощутил под собой какую-то липкую грязь и бутылочные осколки…

   Первое, что донеслось до меня, это был бешеный истерический смех Ариадны Сергеевны.

   – Упал… А… а… упал… Вот упал… Свалился… Ох-ха… хо… Упал…

   Я не стал отвечать, пользуясь очевидностью факта, тем более что его могли засвидетельствовать и ранние пассажиры со станции, которым все случившееся казалось необычайно веселым.

V

   При первой же встрече со мной Ариадна Сергеевна протянула руки, посмотрела в глаза и вдруг затряслась от бурного, ничем не сдерживаемого смеха.

   – Не могу… Не могу… Упал… Как упал!..

   Она произнесла это последнее с такой гордостью для меня, что я даже покраснел…

   – Не сердитесь, голубчик, – перестав смеяться, сказала она, – это всегда так бывает… Ну, если не хотите кататься, будем так на воздухе… Есть, наконец, спорт, ходьба…

   – Спорт, ходьба? – с горечью спросил я. – Для здоровья? Да?

   – Ну да… Чего же вы такой?..

   – Такой? А вот почему… Вы хотите, чтобы я играл в футбол?.. То есть, иными словами, чтобы меня повели на какую-то площадку, уронили на землю и стали бить грязным мячом по голове? Да? Вы хотите, чтобы я ходил пешком мимо каких-нибудь огородов и дрался с собаками или мок под дождем за десять верст от своей дачи?.. Да? Так я вас понял?…

   – Да, но здоровье, – пробормотала она, – вы такой…

   – Городской, затхлый?.. А то, что я себе руку вывихнул, – это не затхлый?.. Нет, вы говорите!..

   – Ну, как знаете, – обиженно сказала Ариадна Сергеевна, – для вас же…

   Больше мы с ней не встречались, и я совершенно оставил всякие заботы о здоровье. Может быть, поэтому, когда я приехал в город, врачи сказали, что я прибавил на одиннадцать фунтов и что мне можно снова садиться за работу…

   1915

Число просмотров текста: 2555; в день: 0.59

Средняя оценка: Отлично
Голосовало: 1 человек

Оцените этот текст:

Разработка: © Творческая группа "Экватор", 2011-2014

Версия системы: 1.0

Связаться с разработчиками: libbabr@gmail.com

Генератор sitemap

0