Cайт является помещением библиотеки. Все тексты в библиотеке предназначены для ознакомительного чтения.

Копирование, сохранение на жестком диске или иной способ сохранения произведений осуществляются пользователями на свой риск.

Карта сайта

Все книги

Случайная

Разделы

Авторы

Новинки

Подборки

По оценкам

По популярности

По авторам

Рейтинг@Mail.ru

Flag Counter

Юмор
Бухов Аркадий (Л.Аркадский)
Первое поручение

Красивая и сладкая, как торт на банкете, мечта – неотъемлемое право юности.

   Новый сотрудник спортивного отдела Коля Баякин терпеливо приносил заметки о недозавозе маек, невнимании к городошникам и неудобствах стоячих мест на стадионе. Заметки шли в газете обидным мелким петитом и действовали на Колино самолюбие своим унылым видом мух, присохших к булке. Но, читая их, Коля красочно и образно представлял себе тот момент, когда его вызовет к себе в кабинет редактор, которого он еще не видел, даст ему первое ответственное поручение.

   – Баякин? – скажет редактор, кивнув на кресло. – Новый сотрудник? Слышал, слышал. Садитесь. Курите? Прошу. Английским владеете? Нет? Жаль! Впрочем, с вами поедут два переводчика. Едете сегодня в восемь тридцать. Экспресс. Встретите иностранных чемпионов на границе. Впечатление молнируйте. Интервью телеграфьте. В случае чего – радио.

   – Есть, товарищ редактор, – деловито кивнет головой Коля. – Могу идти?

   – Можете. «Линкольн» ждет внизу. Кинооператор уже выехал. Кстати, зайдите в контору – там вам выписана тысяча на расходы. Возвращайтесь самолетом. Все.

   Фактически дело обстояло несколько иначе. Коля сидел в отделе, дожидался заведующего, курил, рисовал на промокашке козу. В комнату вошел грузный человек в больших очках, неодобрительно понюхал и кисло сказал:

   – Ну вот. Весна. Окна не выставлены. Сидит юноша и курит. И это – спортивный отдел! Художник?

   – Нет. Литсотрудник, – хмуро ответил Коля. – Баякин.

   – Не слышал. Терентьеву знаете?

   – Которая сорок прыжков?

   – Она награждена. Поезжайте и поговорите. – Грузный человек в очках внимательно посмотрел на Колю. – Только без фокусов. Коротко и просто, чтобы человека было видно. Нате вам ее адрес.

   – А вы кто? – робко спросил Коля.

   – Ну, это не важно, ну, редактор, – кисло пробурчал грузный человек в очках. – Мелочь-то на расходы у вас есть, юноша? А то вы не стесняйтесь… Идите, идите! Никогда у вас никого в спортивном отделе нет.

   Коля выбежал из редакции, обиженно обвел взглядом редакционный «Линкольн» с дремлющим шофером у подъезда и втиснулся в автобус.

   – Первый подвал в газете, – возбужденно шептал он, – сбоку фотография, внизу текст, а под ним фамилия: «Н. Баякин». Нужно будет «Ник. Баякин» подписаться. Литературнее. Вроде «Анат. Франс». Только бы поймать ее дома…

   Через полчаса Коля уже стоял перед дверью на седьмом этаже и высчитывал, сколько раз надо звонить Терентьевым, если к Ивушиным – четыре, к Павчикам – пять, а Терентьевы стояли между ними.

   Дверь открыл толстый мальчик в колпаке из газетной бумаги, с деревянным ружьем в руках.

   – Могу я видеть Катерину Петровну Терентьеву?

   – Нет, – решительно ответил мальчик. – Такой нету.

   – Не может быть, – испуганно сказал Коля, – у меня адрес. Терентьевы здесь живут?

   – Здесь. Я сам Терентьев Василий. Только никаких Катерин Петровн нету.

   – Может, родственники ваши? – убито добивался Коля. – Мне Катерину Петровну надо. Парашютистку.

   – А! Вот кого! – разочарованно протянул мальчик. – Вы бы так и сказали, что Катюшу. Катя, к тебе! Вот тут она. Заперлась, змея. С утра зудит. Экзамены у нее. И меня из комнаты выкинула. Говорит, что водой обольет, если лезть буду.

   Коля поправил галстук и постучал.

   – Не лезь, – послышался раздраженный голос из комнаты, – не мешай! Честное слово, отцу расскажу.

   – Я – не он, – робко, но громко сказал Коля. – Я из газеты. Можно?

   В маленькой комнате за столом сидела девушка лет восемнадцати в синей кофточке. Перед ней лежала раскрытая книга с какими-то чертежами, а около книг – торопливо покрытая газетой тарелка с недоеденным пирожным.

   – Я к вам от газеты, – официально начал Коля, но слегка осекся от хорошенького личика девушки, от предательского кусочка бисквита, прилипшего у нее к губе, и, кивнув на книгу, спросил: – Механика?

   – Механика, – вздохнула Терентьева. – И не говорите. Ой, трудно. Засыплюсь.

   – И не мудрено, – деловито подтвердил Коля. – Сам мучился. – И, помолчав, добавил: – Я от редакции. Насчет этого… первого прыжка. Ваши впечатления?

   Терентьева умоляюще посмотрела на Колю и тихо выдавила:

   – Полетела я на аппарате. А потом прыгнула.

   – А подробнее нельзя? – безнадежно спросил Коля.

   – Можно, – беспомощно сказала девушка. – Полетела на аппарате. Потом на крыло вылезла.

   – А потом?

   – Потом прыгнула, – с отчаянием закончила Терентьева. – Честное слово, больше ничего не было!

   – Это не впечатления… – обиженно заметил Коля. – Во впечатлениях высота должна быть. Воздух.

   – Высота была. Семьсот метров. И воздух был. Не с земли же прыгала.

   – Ну, а вообще как?

   – Вообще, ничего. Прыгнула – и все. Другие тоже прыгают.

   – Может, сильные переживания были? А?

   – Переживаний не было. У меня тогда тоже экзамены были. Некогда было насчет переживаний.

   Коля уныло закрыл блокнот. Газетный подвал с подписью «Ник. Баякин» таял.

   – Может, случаи какие были? – уже хмуро сказал он. – Не я же прыгал с парашютом, а вы.

   – А вы бы прыгали, товарищ, – виновато откликнулась Терентьева, – это же не страшно. А насчет случая – не помню. Вам исключительные нужны?

   – Исключительные.

   – Таких не было. Тяжелый был один. Вышла я на крыло, хочу прыгать и вдруг вспомнила, что ключ от комнаты с собой на аэродром увезла. Отец придет, а в комнату попасть нельзя.

   – Ну и что?

   – Ничего. Потом прыгнула.

   Коля вздохнул и встал.

   – Ну, прощайте. Может, фотография у вас есть?

   – Фотография? – Терентьева сконфуженно оглянулась. – Фотографии нет. А вам очень нужно? Погодите, я с удостоверения сдеру… Только вы мне потом верните…

   – Хорошо. Верну.

   Через два часа Коля Баякин сидел в редакции и с отчаянием в душе писал на маленьком листике:

   «У Терентьевой

   Мы застали знаменитую парашютистку товарища Терентьеву за подготовкой к экзамену по механике. Она была очень занята.

   По ее словам, дело обстояло так:

   – Я поднялась на аппарате. Потом вылезла на крыло. Ничего страшного не было. Потом прыгнула. Другие тоже прыгают, и ничего страшного нет.

   На этом мы расстались».

   К листку Коля прикрепил маленькую карточку с удостоверения, с которой смотрело улыбающееся, радостное, почти детское лицо, и понес редактору. Потом подумал, отдал материал секретарю и ушел домой.

   «Вот тебе и „Анат. Франс“, – грустно думал он, не откликаясь на соседкин стук. – Вот тебе и первое поручение… Провалился, как щенок… Снова садись, Ник. Баякин, на заметки о недозавозе маек…»

   Утром в газете заметка была напечатана. А вечером его вызвал главный редактор и, улыбнувшись, сказал:

   – Садитесь, Баякин. Курите? Курите. У меня было два очерка насчет Терентьевой. По шестьсот строк. С облаками, с птичками, с фокусами и без Терентьевой. Не уместилось и в шестьсот строк. А у вас она вся. Настоящая. Придется вам еще одно порученьице дать. Здорово пишете. Французским владеете? Нет? Жаль. Впрочем, с вами переводчик поедет. Встретите на границе французскую команду… В случае чего – телеграфом. Скажите, между прочим, Николаю Петровичу, чтобы «Линкольн» не отпускали, а то опоздаете на вокзал…

   Когда Коля уже сидел в автомобиле, переводчик спросил его:

   – А вы по-французски сами понимаете?

   – Нет, – рассеянно ответил Коля, – за последние два дня я что-то ничего не понимаю… А кажется – все так просто.

   1935

Число просмотров текста: 2392; в день: 0.58

Средняя оценка: Отлично
Голосовало: 1 человек

Оцените этот текст:

Разработка: © Творческая группа "Экватор", 2011-2014

Версия системы: 1.0

Связаться с разработчиками: libbabr@gmail.com

Генератор sitemap

0