Cайт является помещением библиотеки. Все тексты в библиотеке предназначены для ознакомительного чтения.

Копирование, сохранение на жестком диске или иной способ сохранения произведений осуществляются пользователями на свой риск.

Карта сайта

Все книги

Случайная

Разделы

Авторы

Новинки

Подборки

По оценкам

По популярности

По авторам

Рейтинг@Mail.ru

Flag Counter

Юмор
Бухов Аркадий (Л.Аркадский)
Дочь

К мужчинам Лиза подходила с суровой требовательностью. Одни внешние достоинства ее не удовлетворяли. Ей было непонятно, почему, например, вешают на стенке портрет Льва Толстого, когда у него такая длинная борода, которая может присниться ночью. Или еще: приходит к маме такой летчик дядя Костя. Говорит, что он придумал какую-то машину и, наверное, очень смешную, потому что она, оказывается, легче воздуха, а кому такую машину нужно, раз ее можно сдунуть? И еще он даже где-то летал, и ему один раз и другой раз дали по ордену. Но больше он ничего не умел. Как неспособный. На пианино играл одним пальцем; когда рассказывал о львах, то они у него только рычали, а не ели людей, а на гребенке играл хуже домработницы Маруси, хотя она женщина и боится мышей. Со знакомыми дядя Костя поступал необдуманно и почти оскорбительно. Брал двумя пальцами за тугую косицу, подтягивал к себе и целовал в нос.

   С мамой, конечно, он так не посмел бы проделать, потому что мама взрослая и стриженая, но с Лизой поступал так неоднократно. Шестилетние девушки редко прощают такие выпады.

   Поэтому, когда мама осторожно спросила Лизу, как она относится к тому, что дядя Костя может оказаться ее новым папой, Лиза ответила уклончиво:

   – В папы он годится, но в гости его с собой не бери. Он неинтересный. – И, чтобы было понятнее, добавила: – Как мужчина.

   Мама незаметно улыбнулась, необоснованно поцеловала Лизино ухо и снова спросила:

   – А ты интересных мужчин видела?

   – Видела, – сухо ответила Лиза, – хромой из четвертого номера интересный. Он все умеет. Про зайцев рассказывает. Как зайцы в озере-океане плавали. Лаять умеет, как собачки ночью. Дядя Вася, который тебе незнакомый, интересный. У него карта в руке прячется. А во дворе портной живет – у него уши шевелятся.

   Мама была молодая, розовая и так приятно пахла духами, но оказалась старой сплетницей. Она все выболтала дяде Косте, а он почему-то сделался грустным и стал курить папироску за папироской.

   – Трудная девушка, – шепотом сказал он маме, – не знаю, как подойти к ней. Не умею я с ихним братом разговаривать.

   – А вы ее уже любите, Костя? – тревожно спросила мама.

   – Да уж ладно, – буркнул дядя Костя, – вчера увидел на бульваре такую вот, с косицей, думал, что Лиза, как идиот за ней подрал, сердце екнуло…

   И мама посмотрела на него такими же нежными глазами, какими смотрела на Лизу, когда укладывала ее спать.

   Через несколько дней мама пришла откуда-то вместе с дядей Костей, оба веселые, с цветами, покупками, и сказала:

   – Ну, Лизавета, вот твой новый папа! Поздоровайся.

   – Здравствуйте, дядя папа Костя, – вежливо прошептала Лиза и неожиданно для себя заплакала. Ей вдруг показалось, что этот высокий, плотный человек отнял у нее маму и она лишняя в этой комнате.

   – А я тебе какие предметы зацепил! – робко начал дядя Костя, заметив ее длинную слезу, выкатившуюся из глаза, и начал развертывать покупки. – Вот это, брат, тебе кукла. Видишь, глаза закатывает? А нажмешь – пищит. Здорово пищит?

   – Здорово, – вежливо и тихо подтвердила Лиза. – Ее в пуп надо давить.

   – А вот лошадь. Вот тут хвост. Большой?

   – Хвост, – кивнула Лиза. – Большой.

   И Лиза потащила куклу в угол.

   Дядя Костя безнадежно вздохнул и посмотрел на маму.

   – Не умею я, Вера. Не выходит это у меня. – И шепотом добавил: – Не любит меня. Не нравлюсь. С тобой и то легче было.

   – Привыкнет, – успокоила мама.

   В этот вечер много раз звонили по телефону. Говорили о каком-то проекте, поздравляли дядю Костю, мама ходила очень радостная и все время напевала, а дядя Костя сидел мрачный и искоса поглядывал на Лизу. Ночью он о чем-то очень долго шептался с мамой и не гасил света.

   Утром за дядей Костей заехал автомобиль, – оказывается, его ждали в каком-то учреждении. Он наскоро допивал кофе и смотрел, как Лиза макает в блюдечко тянучку.

   – Знал я одного зайца, – неожиданно сказал он, уже не глядя на Лизу, – здоровый был заяц. Прямо, можно сказать, страшный. Лис бил.

   – А как бил? – подняла на него Лиза синие глаза.

   – А так, – обрадованно отозвался дядя Костя, – как увидит лису, как даст ей по животу – и все.

   – А как даст?

   – Лапой. Один раз лисе хвост даже выгрыз. Его все в лесу боялись.

   – А он что?

   – А он не боялся. Волк идет, а он сидит под кустом и смеется. Честное слово,

   – Тебе пора, Костя, – ласково сказала мама, – там уже шофер второй раз гудит…

   – Сейчас, сейчас… А то-то вот еще идет этот самый заяц, а старый барсук сидит у огорода. Ну, что он там опять гудит!

   – Барсук гудит?

   – Нет, Лиза, шофер. Ну вот сидит этот самый барсук и трясется… А наш заяц схватил палку да как бросится…

   – Костя, – снова вступилась мама, – неудобно. Поезжай.

   – Сейчас, сейчас… Как схватил палку да как бросится… Я тебе, Лиза, как вернусь, все доскажу.

   – А доскажешь?

   – Честное слово. Что я – жулик какой, разве обману?

   До его приезда Лиза спокойно играла, но почему-то прислушивалась ко всем звонкам в коридоре. Дядя Костя приехал скоро, опять с покупками, и, раздеваясь, спросил у мамы:

   – Ну как?

   – Ждала, – улыбнулась мама, – все в коридор выбегала.

   Дядя Костя неожиданно повеселел и небрежно начал:

   – Так на чем мы остановились? Ах да, насчет барсука. Ну, вот, как это даст ему заяц палкой – а тот в лес.

   – Убежал?

   – Убежал. А в лесу медведь жил. Грязный такой, старый и курил сигары. И звали этого медведя Егором. Вот прибегает к нему барсук и говорит…

   – Пусти-ка, – деловито сказала Лиза, – я к тебе на коленки сяду. Только не урони. Ты еще не умеешь на коленках держать.

   Мама ушла в магазин и вернулась не скоро.

   – Заждались меня? – спросила она, снимая шляпу.

   – А разве ты долго была? – удивился дядя Костя. – А у нас как-то незаметно время прошло. Интересная тема попалась.

   Потом он сел писать речь. Дядя Костя не умел говорить. А завтра его должны были чествовать, и он должен был отвечать.

   – Я говорить затрудняюсь, – со вздохом сказал он маме.

   – Лисы тоже говорить затрудняются, – поддержала его Лиза.

   – И барсуки, – подтвердил дядя Костя.

   – Не мешай папе писать, – строго сказала мама.

   – Я не мешаю. Мне бы только хотелось знать.

   – Что тебе хотелось бы знать?

   – Насчет волков. У волков болят зубы?

   – Болят, – сказал дядя Костя, откладывая бумагу. – Здорово болят. Им старые волчихи выдергивают. Сучьями. Интересно?

   – Очень. Пусти-ка меня опять на колени. Мне отсюда неудобно слушать.

   – У папы работа, Лиза, – покачала головой мама.

   – Успею, – остановил ее дядя Костя. – А хочешь, я тебе расскажу, как белка купила курицу?

   К одиннадцати часам Лиза уснула на коленях у дяди Кости. Он сам ее отнес на кроватку и сам неумелыми пальцами осторожно подтыкал розовое одеяло.

   Утром дядя Костя уехал на какой-то прием. Мама радостно волновалась и совала ему носовые платки в карманы.

   А Лиза сказала вскользь:

   – Ты мне подарков не покупай, не задерживайся в магазинах, а приезжай скорее. Есть о чем поговорить.

   Дяди Кости не было целый день. Мама все время подходила к телефону, опять благодарила за какие-то поздравления и рано уложила Лизу спать.

   Дядя Костя приехал очень поздно. Он вошел в комнату на цыпочках.

   – Ну, рассказывай, рассказывай, что было, – встретила его мама.

   – Уже спит? – разочарованно спросил он, кивнув на ширму, за которой лежала Лиза.

   – Спит. Ну, рассказывай…

   – Сейчас. А она давно уснула?

   – Давно, давно. Хочешь чаю?

   И вдруг из-за ширмы раздался толстый сонный голос.

   – Папа! А папа…

   Дядя Костя от неожиданности уронил папироску.

   – Мне кажется, – тихо и сконфуженно сказал он, – она меня назвала папой…

   – Тебя, тебя. Иди уж, поцелуй ее, если не терпится…

   Мама долго сидела за столом и читала вечернюю газету. На первой странице был портрет дяди Кости, большой, плохо отпечатанный и такой волнующий.

   А из-за ширмы до нее доносился громкий восторженный шепот:

   – Ну, а медведь что?

   – А медведь ничего – схватил его за хвост и в берлогу.

   – А заяц что сказал?

   – Засмеялся.

   – Как?

   – Мелким смехом. Как все зайцы смеются.

   Чай остыл. На часах стрелка перешагнула за двенадцать. Мама осторожно подошла к ширме, постучала пальцем и строго сказала:

   – Спи, Лиза.

   В эту ночь Лиза видела во сне, как к ней пришел волк, очень нестрашный, и попросил ватрушку. А неподалеку от нее спал высокий, плотный человек крепким радостным сном. Завтра о нем снова будет говорить вся страна. И, кроме того, у него нашлось еще то – о чем он так бережно и затаенно мечтал. У него есть дочь.

   1936

Число просмотров текста: 2869; в день: 0.66

Средняя оценка: Отлично
Голосовало: 4 человек

Оцените этот текст:

Разработка: © Творческая группа "Экватор", 2011-2014

Версия системы: 1.0

Связаться с разработчиками:

Генератор sitemap

0