Cайт является помещением библиотеки. Все тексты в библиотеке предназначены для ознакомительного чтения.

Копирование, сохранение на жестком диске или иной способ сохранения произведений осуществляются пользователями на свой риск.

Карта сайта

Все книги

Случайная

Разделы

Авторы

Новинки

Подборки

По оценкам

По популярности

По авторам

Рейтинг@Mail.ru

Flag Counter

Документация и справочники
Брокгауз и Эфрон
Энциклопедия Брокгауза и Эфрона - Са-Ск

Савва

- свят. (1169 - 1237), в мире Растько (Ростислав), младший из сыновей Стефана Немани, брат Стефана сербского Первовенчанного. На 18-м г. оставив предоставленное ему отцом удельное княжение, С. удалился на Афон, где принял монашество, возобновил запустевший Хиландарский м-рь, дал ему устав, завел строгое общежитие, создал благотворительные учреждения, заботился о просвещении. Возвратясь на родину, С. был игуменом в Студеницком монастыре, потом устроил новый монастырь в местности Жиче. Отправившись в Никею, он склонил императора и патриарха к учреждению в Сербии независимой архиепископии и сам принял звание архиепископа (1219). На обратном пути, в Солуни, С., по выражению жития его, "книги многи преписа законные о исправлении вере, их же требование соборная ему церкви". Под законными книгами разумеют прежде всего Кормчую книгу, которую он списал в греческом тексты и потом перевел на славянский язык; это - та самая Кормчая, которая потом прислана была киевскому митрополиту Кириллу II болгарским деспотом Святиславом и была принята к общему употреблению на владимирском соборе 1274 г. Прибыв в Сербию, С. основал свою кафедру в Жиче, учредил восемь епархий и кафедр архиерейских и поставил им епископов, преимущественно из своих учеников. Созвав собор, С. всенародно произнес православное исповедание веры, которое повторяли за ним все присутствовавшие, начиная с государя, брата его Стефана II, и изрек осуждение на ереси и расколы. Он заботился о восстановлении в Сербии христианской семейственности, стремясь в тоже время к ограждению безопасности Сербии, угрожаемой соседними уграми, и о возвышении политического значения государства. Брата своего Стефана он венчал королевским венцом. В 1233 г. он поставил в преемники себе своего ученика Арсения, а сам отправился в путешествие на Восток. Умер в Тернове (в Болгарии), 14 (по другим 12) января 1237 г. Полгода спустя мощи С. были перенесены в Мелешевский м-рь, на юго-западе Герцеговины, между Сербией и Черногорией, близ городка Преполье. В 1208 или 1210 г. С. составил краткое житие своего отца Стефана Немани (изд. Шафариком). Когда мощи отца его прославились чудотворениями и он был причислен к лику святых, С. написал "Каноны и стихеры и чудотворения" его. Он составил уставы иноческого жития для трех монастырей: Студеницкого, Хиландарского ("Указание жития в монастыри Пресвятые Богородицы") и Карейского. В 1595 г. мощи С. сожжены турками. Имя св. С. появляется в русских святцах со времени митроп. Киприана и затем входит в общие святцы русской церкви; память его 12 января. Западная церковь также признает С. в числе святых. См. П. С. Казанский, "Жизнь св. С., первого архиепископа сербского" ("Прибавления к творениям св. отцов", 1849); Е. Голубинский, "Краткий очерк истории православных церквей болгарской, сербской и румынской или молдо-валашской" (М., 1871); прот. К. Добронравин, "Очерк истории славянских церквей" (СПб., 1873); Ив. Малышевский, "Св. С., архиепископ сербский" ("Церковные Ведомости", 1892, ј 9).

Саввин-Сторожевский монастырь

- Рождество-Богородицний мужской 1-го класса монастырь - Московской губ., Звенигородского уезда. Основан около 1380 г. преп. Саввою (см.). В XVI в. монастырь пользовался значительным благосостоянием, а после явления мощей св. Саввы (1652) достиг наибольшей славы, особенно покровительствуемый царем Алексеем Михайловичем и его сыном Феодором. В начали XVIII в. стал приходить в запустение; в 1812 г. был разорен французами. Богатая ризница. См. Смирнов, "Историческое описание Саввино-Сторожевского м-ря" (М., 1860, 2 изд.).

Савина Марья Гавриловна

- артистка русской драматической труппы Имп. театров, дочь актера Подраменцова (по театру Стремлянова), род. 30 марта 1854 г. в Каменец-Подольске, училась в одесской гимназии, в 1869 г. дебютировала в Минске, в пьесе "Бедовая бабушка", играла с возраставшим успехом в Харькове, Калуге (куда она поехала уже выйдя замуж за провинциального актера Савина), Нижнем Новгороде, Казани, Орле, Саратове и др. В Петербург С. приехала в 1874 г. и, после блестящего дебюта на сцене благородного собрания, была приглашена на Александринскую сцену, где выступила в роли Кати, в пьесе "По духовному завещанию", и скоро заняла первенствующее место. В 1899 г. она получила звание "заслуженной артистки"; в том же году дала несколько представлений в Берлине, где имела выдающийся успех. Репертуар С. очень богат и разнообразен, обнимая собою роли самого противоположного свойства, от наивных и шаловливых девочек в современной легкой драматурги до крупных комических или истинно драматических типов в произведениях Гоголя ("Ревизор"), Островского ("Последняя жертва", "Бесприданница", "Невольницы" и др.), А. Потехина ("Виноватая" и др.), Тургенева ("Месяц в деревне", "Провинциалка"), Лопе-де-Вега ("Собака садовника"), Шекспира ("Укрощение строптивой"). Современные. иностранные драматурги (Ибсен, Зудерман и др.) нашли в ней тоже прекрасную исполнительницу; многие из современных русских писателей обязаны главным образом ей успехом своих произведений. Отличительные черты таланта С. поэтическая женственность, искренняя веселость наряду с глубоко трогающим драматизмом, развитая до высокой степени совершенства мимика. Ср. М. Карнеев, "Мария Гавриловна Савина и критики ее сценической игры" (СПб., 1894).

П. В.

Савиньи Фридрих Карл

(von Savigny, 1779-1861) - знаменитый юрист, основатель исторической школы права; происходил из старинного лотарингского дворянского рода, один из представителей которого в 1630 г., в эпоху гонений на протестантов, переселился в Германию. С. посещал университетские лекции в Марбурге, где на него оказал влияние чтением пандект Вейс, образованный философски и литературно юрист "элегантной" голландской школы; затем он слушал Шпиттлера в Геттингене. С 1800 г. он читал в Марбурге уголовное и римское право. В 1803 г. он выпустил в свет книгу: "Das Recht des Besitzes", сразу доставившую ему громкую известность. В 1810 г. он занял кафедру во вновь основанном берлинском унив., где завязал дружеские связи с Нибуром и Эйхгорном. В 1812 г. С. был уже ректором университета. В 1814 г. появляется его знаменитый памфлет: "Vom Berufe unserer Zeit fuг Gesetzgebung und Rochtswissenschaft"; с 1815 г., вместе с Эйхгорном, он основывает "Zeitschrift fur geschichtliche Rechtswissenschaft", предназначенный проводить в жизнь идеи новой школы; в том же году появляется первый том его "Geschichte des Romischen Rechts im Mittelalter". В 1840 и 1841 г. изданы им первые пять томов "System des heutigen Romischen Rechts". В 1842 г. С. стал во главе выделенного из министерства юстиции особого министерства законодательства, программа деятельности которого, составленная С., была вполне одобрена только что вступившим на престол учеником С., прусским королем Фридрихом Вильгельмом IV. До 1848 г. С. поглощает политическая деятельность; лишь в 1847 г. появляется 6-й том "Системы". В 1850 г. он издает 5 томов "Vermischte Schriften", в 1851 52 гг. - два тома обязательственного права. В 1856 г. С. был назначен членом палаты господ и королевским синдиком, но до смерти уже не принимает участия ни в какой общественной деятельности. Всесторонней оценки деятельности С., как философа, политика и ученого, мы до сих пор не имеем, хотя о нем написано много трактатов. Успех его воззрений на процесс правообразования, положенных в основание учений исторической школы, объясняется не столько способом формулировки этих воззрений, сколько общественным настроением, подготовленным предшественниками С. (особенно Монтескье и Гуго), моментом, когда они были высказаны, и обстановкой, при которой появились.

Консервативные и реакционные течения общественной мысли были в полной силе, когда Тибо хотел путем создания общего гражданского уложения сплотить политические силы для борьбы с "султанизмом" многих германских правительств того времени. Перенеся центр тяжести поставленного Тибо политического вопроса на почву отвлеченно философскую и краткою и неопределенною, в сущности, формулировкою своего учения не затронув страстей, С. вывел из затруднения многих ученых Германии, не склонных к политической борьбе и охотно перешедших к частным историческим исследованиям, вместо решения жгучих и щекотливых вопросов. Отсюда же и повсеместное покровительство учению С. со стороны правительств. В ответ на замечания, иногда резкие и сильные, С. не развивает подробно своих воззрений, наполняя свой журнал специальными статьями и работами. И до сих пор, поэтому, учете С. излагается кратко, стереотипными фразами, взятыми из его памфлета и передовой статьи в журнале, возбуждая неразрешенными трудами С. вопросы о связи личного и коллективного творчества в правообразовании, о роли законодательства и т. д. Свои специальные работы С. также не связывает с своей философией, давая сплошь и рядом фантастические, лишенные общих выводов, исследования. В "Истории римского права", вместо решения общего вопроса об отношении прав национального и римского, дается богатая фактическими подробностями история литературной обработки этого права, без сопоставления ее с развитием права в действительной жизни. Устранение от принципиальных споров и горячая отповедь Геннеру, заподозрившему политическую благонадежность С., показывает, что и сам С. придавал своему учению столько же политическое, сколько и научное значение. Противоречия в его воззрениях (особенно на роль законодательства в жизни) и их детальная невыработанность дают основание думать, что многие стороны учения С. не были ясны и ему самому, не интересуя его с принципиальной стороны. Политические убеждения С. были еще более неопределенны, чем его философское учение, хотя и нельзя согласиться безусловно с обычным представлением, что С. не принадлежал ни к какой партии. "Консервативно-монархическое настроение" делало его врагом многих идей, все сильнее и сильнее проникавших в жизнь и восторжествовавших в 1848 г. Крайнее недовольство его деятельностью в среде огромной части прусского общества и даже судебного сословия, не смотря на уважение к его ученому имени, было возбуждено, несомненно, боевым, иногда реакционным характером его законопроектов. Он не признавал ни равноправности национальностей, ни гражданского брака, сводил к minimum\'y число поводов к разводу, отвергал институт присяжных, защищал смертную казнь и телесное наказание, стоял за введете кондуитных списков чиновников и т. д. Не подлежит, однако, сомнению, что С. не был врагом прогресса, но "умеренная постепенность" в его насаждены делала все его мероприятия, направленные в эту сторону, совершенно безжизненными, вопреки поставленной им же самим своему министерству задаче: вместо мертвой кодификации, содействовать развитию права путем живою законодательства.

Основывая свой устав гражданского судопроизводства на начале устности, он не решается допустить гласность процесса. Противник конституции, он соглашается, в конце своего управления, на проект короля о созвании соединенного сейма. В самой подготовке проектов и их обсуждении С. является кабинетным ученым. Он предпочитает коллегиальную выработку и обсуждение проектов, веря в возможность соглашения партийных мнений на почве взаимных уступок и не сознавая, что искалеченные, в силу этих уступок, законодательные идеалы столь же дурно отражаются в жизни, как и радикальные мероприятия. Встречая постоянно возражения на свои проекты, С. постоянно их перерабатывает, замедляя их осуществление. Апологеты министерской деятельности С. удивляются тому, что этот государственный человек, "к ногам которого склонялся весь юридически мир, как только он брался за перо, позволял нескольким практикам перечеркивать свои проекты, как бы он был их ученик, а не учитель". Причина этого явления лежала в свойстве философско-политических воззрений С. Несмотря на решительное несогласие с коллегами, несмотря на недовольство короля медленностью его мероприятий и прямой обход м-ства законодательства при обсуждении новых законов, несмотря на новые течения, с которыми неизбежно приходилось считаться, С. остается и после революции министром и удаляется лишь в силу решимости короля подчиниться народному требованию "удалить министров, сеющих недоверие между королем и народом". Место его занял главный его противник, Борнеман. Сила С. - в его чисто научных работах, отличающихся необыкновенной ясностью изложения, богатством материалов и знаний, законченностью и полнотой частных выводов. Он с замечательным искусством разбирается в противоречиях римских источников и мелочных фактах и дает объединяющую их схему догматических воззрений, годных и для современной жизни. С. не опирается ни на какую определенную методологию, будучи чужд и крайностей априорной конструкции, и простой интерпретации источников, хотя он и видит силу римских юристов в "счете понятиями". Б понимании значения, которое имеют для догматики права жизненные цели, С. стоит неизмеримо выше своих исследователей, хотя многие из них превзошли его в искусстве конструирования. Перспективы изучения римского права, дающие возможность решать текущие юридические вопросы, не затрагивая связанных с ними политических страстей, определенность почвы изучения, в виде законченного круга источников, ясность и простота обобщений и систематики С. увлекли за ним массу юристов. Книга С. о владении и его "Система современного римского права" сделалась евангелием каждого романиста, в смысле определения задач изучения гражданского права, хотя огромное множество его частных выводов и толкований римских источников и пало под ударами позднейшей критики. Указанный качества трудов С. - гораздо более результата его таланта, чем положенных в их основание идей. Поэтому, попытки позднейших писателей извлечь из трудов С. и определенную философию, и определенную методологию привели только к массе противоречий, а затем и к падению "исторической школы права" в ее чистом виде, не умалив, однако, заслуг и славы ее основателя. Фигура С., как ученого, и до сих пор высоко поднимается над рядами его последователей.

Литература. "Savigny", биогр. Landsberg\'a в "Allgemeine Deutsche Biographie" (XXX; там же перечень работ о С.); Rudorf, в "Zeitschr. fur Rechtsgesch." (1863); Stinzing, в "Preuss. Jahrb." (IX); lhering, в "Gresainmelte Aufsatze" (I); Jacob Grimm, "Verm. Schriften"; Stolzel, "Brandenburg-Preussens Rechtsverwaltung und Rechtsverfassung" (II; здесь подробный обзор министерской деятельности С.); Новгородцев, "Историческая школа юристов" (М., 1896); Муромцев, "Образование права по учениям нем. юриспруденции" (М., 1886); русск. перевод "Обязат. права" С., Фукса и Мандро (М., 1876), где в предисловии подробная биография Савиньи.

В. Нечаев.

Савонарола Джироламо или Иероним

(Savonarola) - знаменитый итальянский проповедник и общественный реформатор, родился в 1452 г., происходил из старинной падуанской фамилии. Дед его, Михаил С., был известный врач. Отец С. готовил сына к медицинской карьере и старался дать ему тщательное образование. В молчаливом и вдумчивом юноше рано сказались аскетические начала, любовь к размышлениям и глубокая религиозность. Италия в то время была охвачена гуманистическим движением, одним из крупнейших центров, которого была Флоренция, где гуманизм при Лоренцо отличался эпикурейско-языческим направлением. Светская жизнь и религиозно-нравственное падение Италии сильно возмущали С. Некоторые из его ранних стансов посвящены печальному состоянию церкви, порче нравов и разрушению добрых отношений между людьми. Неудачная любовь к дочери флорентийского изгнанника Строцци и увлечение средневековыми богословскими сочинениями (особенно Фомою Аквинатом) привели С. к решимости поступить в монастырь. В 1475 г. он тайно бежал из родного дома в Болонью, в доминиканский монастырь, оставив дома написанную им книгу "О презрении к свету". В монастыре он вел суровую жизнь, отказался от денег, которые имел, свои книги подарил монастырю, оставив себе только Библию, вооружался против монастырской роскоши и посвящал свободное от молитв время изучению отцов церкви. И в монастыре сказались поэтические наклонности С.: он написал стихотворение "О падении церкви", где указывал, что у людей нет уже прежней чистоты, учености, христианской любви, а главной причиной этому - порочность пап. Настоятель монастыря поручил С. обучать новичков и возложил на него обязанность проповедника. В 1482 г. его послали проповедовать в разные города, между прочим в Феррару, откуда, в виду начавшейся войны с Венецией, ему приказали отправиться по Флоренцию, в известный тогда монастырь Сан-Марко. Здесь С., уже славившийся как ученый, был назначен почетным чтецом при братии и наставником послушников. В 1483 г. С. неудачно проповедовал в церкви Сан-Лоренцо. Это заставило его заняться исправлением своих недостатков. Он отправился проповедовать, в небольшой городок Сан-Джемитано, где пробыл два года, увлекая слушателей своими речами. В 1486 г. С. явился в Брешии уже опытным и отважным проповедником, резко бичевавшим людей, властно призывавшим к покаянию и предвещавшим наказание Италии за ее грехи. В это же время С. познакомился в Реджио с Пико делла-Мирандола, который его страстно полюбил. Под влиянием Пико, Лоренцо Медичи вызвал С. из Генуи во Флоренцию (1490 г.), и он снова занял кафедру учителя в Сан-Марко. Монастырь быстро наполнился светскими слушателями; успех проповеди Савонарола был необычайный, не хватало места слушателям. 1 авг. 1490 г. С. произнес знаменитую проповедь, где с неслыханной до него уверенностью высказал мысли о необходимости и близости обновления церкви, о том, что скоро Бог поразит своим гневом всю Италию. Он утверждал, что, подобно ветхозаветным пророкам, передает лишь веление Божие, угрожал проклятием тому, кто не верит в его пророческое призвание, обличал испорченность нравов флорентийцев, не стесняясь в выборе выражений.

В своих вдохновенных проповедях С. часто смешивал свои мысли с текстами Св. Писания, говоря в свое оправдание, что "слова эти недавно сошли с небес". Влияние его, ставшее огромным, усилилось благодаря исполнению некоторых его предсказаний - смерти папы Иннокентия, нашествию французского короля и др. Ласковое и сердечное обращение с братией сделали С. любимцем монастыря, и в 1491 г. он был единогласно избран настоятелем Сан-Марко. Он сразу поставил себя в независимое положение по отношению к Лоренцо Медичи, отказавшись явиться к нему с выражением почтения; Лоренцо пришлось уступить монаху. Известна речь Савонарола против роскоши женских нарядов, после которой все дамы перестали надевать в церковь украшения. Нередко богатые купцы возвращали, под влиянием проповеди С., несправедливо нажитое добро. "Грехи Италии", говорил он, "силой делают меня пророком". Народ верил в его пророчества; из его сочинений: "Об истине пророчества" и "Об откровениях" видно, что он и сам был убежден в своем божественном призвании. Поэтому он властно громил священников, проповедников, отцов и матерей, князей, граждан и купцов, крестьян, солдат. "Рим - это Вавилон", говорил он. "Вместо христианства прелаты отдаются поэзии и красноречию. Вы найдете в их руках Горация, Вергилия, Цицерона"... Еще резче сделались угрозы С., когда, после смерти Лоренцо Медичи (1492), правителем Флоренции сделался его сын, Петр Медичи, а папой был избран Александр VI Борджиа. Петр Медичи запретил Савонароле говорить проповеди в течение поста; С. принужден был покинуть Флоренцию и отправиться в Болонью (1493 г.). Здесь он подвергся гневу со стороны жены правителя Болоньи: она приказала своим телохранителям убить С. за то, что он назвал ее в церкви дьяволом.

Вернувшись во Флоренцию, С. занялся приведением в исполнение своей мечты - нравственного и государственного преобразования Флоренции. Сначала он занялся реформой монастыря Сан-Марко. Он продал церковное имущество, изгнал всякую роскошь из монастыря, обязал всех монахов работой. Для успеха проповеди язычникам С. учредил кафедры греческого, еврейского, турецкого и арабского яз. Александр VI пытался привлечь С. на свою сторону, предлагая ему сначала архиепископство во Флоренции, потом кардинальскую шапку; но С. не прекращал своих обвинений против Рима и папы. В 1494 г. французский король Карл VIII вступил в Италию, и в ноябре прибыл во Флоренцию. Петр Медичи был изгнан, как изменник; во главе посольства к французскому королю был поставлен С. В это тревожное время С. сделался настоящим повелителем Флоренции; под его влиянием во Флоренции были восстановлены республиканские учреждения. По своим политическим взглядам С. был республиканец, но он думал, что республика лишь тогда будет благом для Флоренции; когда граждане станут нравственнее: религиозное и нравственное очищение произведет и политическую реформу. С. указывал на несправедливое распределение налогов, нападал на богачей, говоря, что они "присваивают себе заработную плату простонародья, все доходы и налоги", а бедняки умирают с голода. Всякий излишек - смертный грех, так как он есть достояние бедных. Вся работа государственного переустройства Флоренции была выработана в проповедях С. и совершалась по его программе. По предложению С. были установлены Великий Совет и Совет восьмидесяти".

5 февраля 1495 г., по предложению С., великий совет заменил поземельный налог подоходным, в размере 10%. Заемщиков С. освободил от уплаты долгов, а в апреле 1496 г. основал заемный банк, потребовав, чтобы в годовой срок выехали из Флоренции все ростовщики и менялы, бравшие по 32 1/2%. Наконец, С. провозгласил сеньором и королем Флоренции Иисуса Христа, сам же он был в глазах народа избранником Христа. Политическим преобразованием С. закончил лишь часть своей задачи; ему предстояло еще нравственно возродить Флоренцию. Уже в 1494 году заметна была сильная перемена: флорентийцы постились, посещали церковь; женщины сняли с себя богатые уборы; на улицах, вместо песен, раздавались псалмы; читали только библию; многие из знатных людей удалились в м-рь Св. Марко. С. назначал проповеди в часы, когда были назначены балы или маскарады, и народ стекался к нему. С жестокостью средневекового фанатика обрушивался С. на святотатцев, которым велел вырезывать языки, на азартных игроков, которых наказывал огромными штрафами; развратников он приказывал жечь живыми. В своем увлечении С. прибегал к шпионству, которое страшно развилось во Флоренции после него. На стороне С. были люди из простонародья, партия "белых", которых называли "плаксами" (piagnoni). Против него были "беснующиеся" (arrabiati), приверженцы аристократического республиканского правления, и "серые", стоявшие за Медичи. В своих проповедях С. никого не щадил и потому имел много врагов как светских, так и среди духовенства. Сначала его обвиняли в том, что он вмешивается в светские дела; потом придрались к той проповеди, где С. говорил о гневе Божием, висящем над князьями и прелатами. По приказанию папы С. должен был удалиться в Лукку, но его прощальная проповедь так потрясла слушателей, что они уговорили папу отсрочить высылку С. Против С. не раз выставляли других проповедников; не раз папа запрещал ему проповедовать, но слава С. проникла даже за пределы Италии: его проповеди переводились на иностранные языки (даже на турецкий, для султана).

Между тем, Карл VIII, покинув Неаполь, решил направиться через Флоренцию вместе с Петром Медичи, который хотел восстановить свою власть. Город вооружился; во главе движения стал С., отправился в лагерь французов и произнес смелую речь, грозя Карлу карой Божией, если он посягнет на свободу Флоренции. Под влиянием С. союз с Францией не был расторгнут, а отнятые у Флоренции города (кроме Пизы) были ей возвращены. Интригам Петра Медичи против С. помогали герцог Миланский, кардинал Асканио Сфорца и Мариано Дженнацано, потерявший из-за С. репутацию лучшего проповедника. Враги С. восстановили против него папу, который пригласил С. в Рим; но тот, под предлогом болезни, отказался, продолжая свои обличительные проповеди. Доминиканцы, которым папа поручил рассмотреть содержание проповедей С., не нашли в них основания для обвинения С. в ереси, и папа опять предлагал ему сан кардинала. После удаления французской армии для республики настали тяжелые времена: свирепствовали болезни, начался голод, финансы были истощены; герцог Миланский призвал против Флоренции имп. Максимилиана, который осадил Ливорно. Сеньория умоляла С. успокоить народ. С. устроил процессию и поддерживал дух народа, хотя папа снова запретил ему проповедь (28 окт.). Случайное спасение Ливорно было, в глазах народа, чудом; доверие флорентийцев к предсказаниям С. усилилось. Во главе сеньории стоял преданный С. Франческо Валори; народная партия торжествовала. Пользуясь этим, С. задумал нанести решительный удар "беснующимся". Он организовал отряд мальчиков, которые врывались в знатные дома, с целью следить за исполнением 10 заповедей, бегали по городу, отбирали игральные карты, кости, светские книги, флейты, духи и т. п.; потом все это предавалось торжественному сожжению на городской площади. Светская литература гуманизма и возрождавшаяся классическая древность нашли в лице С. непримиримого врага; он даже доказывал вред науки вообще, стоя на средневековой точке зрения. Составилось общество разгульной молодежи (Compagnacci), задавшееся целью убить С. в праздник Вознесения, но друзья спасли С. Потом "беснующиеся" произвели переполох в церкви во время проповеди С., не дав ему докончить речи, а 12 мая 1497 г. папа Александр VI, назвав учение С. "подозрительным", отлучил его от церкви. С. протестовал; 19 июня появилось его "Послание против лживо испрошенной буллы об отлучении", где он отказывался повиноваться отлучению, "противному христианской любви и заповедям Господним", и заявлял, что несправедливо отлученный имеет право апеллировать ко вселенскому собору.

В это время С. выпустил в свет свое знаменитое соч.: "Триумф Креста", в котором дана блестящая защита истины католического вероучения, объяснены догматы и таинства католической церкви. В последний день карнавала 1498 г. Савонарола совершил торжественное богослужение и "сожжение анафемы". Тогда папа прислал бреве, где требовал отправки С. в Рим или заключения его в тюрьму, угрожал интердиктом всей Флоренции и отлучал всех, кто будет говорить с С. или слушать его. Однако, сеньория долго не решалась тронуть С.; проповеди его продолжались, он развивал мысль о необходимости созыва вселенского собора, так как папа может заблуждаться. В это же время появилось соч. С.: "О правлении и законодательство города Флоренции". После второго папского бреве сеньория запретила С. проповедовать; 18-го марта он простился с народом. Он написал "Письмо к государям", в котором убеждал их созвать вселенский собор для низвержения папы. "Письмо" было послано сначала к французскому королю Карлу XIII, но было перехвачено и попало в руки папы. Флоренция взволновалась. Чтобы испытать справедливость учения С., был назначен суд Божий - испытание огнем. Это была ловушка, устроенная "беснующимися" и францисканцами. С. и монах францисканец должны были пройти 7 апр. среди костров, но огненная проба не состоялась. Народ разочаровался в своем пророке, обвиняя его в трусости. На другой день монастырь Сан-Марко был осажден разъяренной толпой; С., вместе с его друзьями, Доменико Буонвичини и Сильвестро Маруффи, был взят и заключен в темницу. Папа нарядил следственную комиссию из 17 членов, выбранных из партии "беснующихся".

Допросы С. и пытки велись самым варварским образом; его пытали 14 раз в день, заставляли впадать в противоречия допросами, упреками и угрозами и вынудили признание, что все его пророчества - ложь и обман. За время следствия, которое велось около месяца, С. написал в тюрьме несколько сочинений: "Размышление о псалме 51", где он нападал на папу и духовенство, "На Тебя, Господи, уповаю" и "Руководство к христианской жизни". Последнее сочинение написано С. за несколько часов до смерти, на переплете одной книги, по просьбе тюремщика. 22 мая ему был объявлен смертный приговор; 23 мая 1498 г., при огромном стечении народа, он был повешен, а потом тело его сожжено. Учение С. оправдано Павлом IV, а в XVII в. в честь его составлена служба. В 1875 г. С. поставлен памятник в Ферраре; статуя его, как одного из предшественников реформации, входит в состав известного вормского памятника. В оценке значения деятельности С. мнения расходятся. Одни, идеализируя его честность, прямоту и широкие планы, видят в нем реформатора, обличавшего порчу церкви; другие напоминают, что он жил средневековыми идеями, не создал новой церкви и держался строго католической почвы. См. A. G. Rudelbach, "Hieronymus Savonarola und seine Zeit" (Гамб., 1835); F. К. Meier "Girolamo S." (Берk., 1836); К. Hase, "Neue Propheten" (Лпц., 1851, 1860); F. Т. Реrren, "Jerome S., sa vie, ses predications, ses ecrits" (Пар., 1853); В. В. Madden, "The life and martyrdom of Girolamo S." (Л., 1854); Pasquale Villari, "La Storia di Girolamo S. e de\'suoi tempi, con l\'ajuto di nuovi documenti" (Флоренция, 1859); С. Sickinger, "S., sein Leben und seine Zeit" (Вюрцбург, 1877); К. Clarck, "S., his life and times" (Л., 1878); Aquarone, "Vita di Fra Jeronimo S." (Алесс., 1857); A. Cappeli, "Fra Girol. S." (Модена, 1869); M. Н. Петров, "Савонарола" (в "Очерках"); Осокин, "Савонарола и Флоренция" (Казань, 1865); А. К. Шеллер, "Савонарола" (биографич. библиотека Павленкова, СПб., 1893).

П. Конский.

Саврасов Алексей Кондратьевич

(1830-97) - пейзажист. Художественное образование получил в московском училище живописи, ваяния и зодчества. Еще будучи мальчиком, исполнял акварели столь удачно, что торговцы скупали их, как ходкий товар. Исполнив для вел. княг. Марии Александровны несколько картин и рисунков, изображающих виды Петергофа и Сергиевского, получил от акад. худож. в 1850 г. звание неклассн. художника, из которого, в 1854 г., за "Вид в окрестностях Ораниенбаума", был повышен в академики. С 1870х гг. вошел в известность у публики, благодаря в особенности своей картине "Грачи прилетели" (в Третьяковской гал., в М.). Живя и работая почти постоянно в Москве, в 1871 - 75 гг. участвовал на выставках товарищества передвижных художественных выставок и в 1873 - 78 гг. - на академических. Произведения его являлись также на всемирных выставках венской 1873 г. и парижской 1878 г., а также на Всероссийской в Москве 1882 г. Пейзажи С. свидетельствуют о том, что он был одарен большою способностью передавать впечатление природы. Кроме картины "Грачи прилетели", лучшими произведениями этого художника могут считаться: "В Кунцове", "Вид в Ораниенбауме", "Лосиный остров в Сокольниках", "Лесная дорога в Сокольниках", "Печерский монастырь в Нижнем Новгороде", "К концу лета, на Волге" (все шесть в  - Третьяковской гал. в М.), "Жатва", "Вечер" (у г. Мацнева, в Киеве), "Близ Сухаревой башни" (у И. П. Боткина, в М.) и нек. др.

E. Тарасов.

Сага

Кроме указанных в этой статье памятников, особое внимание привлекают саги, содержание которых так или иначе связано с Россией. Заключающийся в них исторический, бытовой и литературный материал далеко еще не исчерпан научно. Он относится, отчасти, к древнейшему, до-варяжскому периоду русской жизни: такова, напр., Hervararsaga, автор которой пользовался очень древними, не дошедшими до нас песнями (лучшее издание - Bugge, "Norrone Skrifter" 1873; исследование Heinzel\'a, "Ueber die Hervararsaga", в "Sitzungsberichte венской акад." 1877, т. 114). Большею частью содержание этих С. относится к варяжскому периоду. Рядом с легендарными мотивами, мы находим здесь рассказы, производящие впечатление исторической правды и могущие, до известной степени, дополнить повествование русской летописи. Orvar-Oddssaga дает любопытную параллель к летописному рассказу о смерти Олега (последн. изд. Boer, Галле, 1892); сага об Эймунде ("Eymundorsaga", пер. Сеньковского (в "Библ. для Чтения", 1834) переносит нас в эпоху княжения Ярослава Мудрого и т. д. Много отрывочного материала дают и другие саги; он собран в устаревшем теперь издании "Antiquites russes d\'apres les monuments historiques des Islandais et des anciens Scandinaves" (изд. Societe des Antiquaires du Nord, Копенгаген, 1852). О Киеве в скандинавском предании см. Дашкевич, "Приднепровье и Киев по некоторым памятникам древнесеверной литературы", в "Киевск. Унив. Известиях", 1886, ј 11, и А. Веселовский, "Киев - Град Днепра", в "Записках Ром. Герм. Отдел. Филол. Общ. при СПб. Университете", вып. 1, СПб., 1888. На русский язык переведено очень незначительное число саг; кроме вышеуказанного перевода саги об Эймунде - "Извлечение из саги Олава, сына Триггвиева, короля Норвежского. Пребывание Олава Тр. при дворе Владимира Великого", пер. с исландского С. Сабинина; "Сага о Финнбоге Сильном", О. Д. Батюшкова ("Журн. Мин. Нар. Просв.", 1885); "Сага об Эйрике Красном", С. Н. Сыромятникова (СПб. 1890; здесь повествуется об открытии Америки исландцами в конце Х в. и об основании там первой исландской колонии в начале XI в.). Оба последние перевода снабжены предисловиями, посвященными характеристике С. вообще. Хороший краткий очерк исландской литературы, с перечнем С. и библиографическими указаниями, дает О. Brenner, "Altnordisches Handbuch" (2 изд. т. I; Лпц., 1896).

Сад Донасьен Альфонс Франсуа

(граф de Sade, известный более под литературным своим именем маркиза де Сад, 1740-1814) - французский порнографический писатель. Свойственное ему соединение жестокости с развратом получило название садизма. В 1768 г. С. был привлечен к суду и заключен в тюрьму за насилие над женщиной, но по повелению короля Людовика XV преследование было прекращено. В 1772 г. он был приговорен парламентом в Э к смертной казни "за содомию и отравление". С. бежал, был арестован, опять бежал и вновь схвачен; смертный приговор был заменен тюремным заключением. В 1784 г. С. был переведен в Бастилию, где начал писать свои порнографические романы и драмы. Обнаружив признаки умопомешательства, он был переведен в Шарантон, но в 1790 г. получил свободу. В 1791 г. появился в свет самый известный из его романов: "Justine оu les malheurs de la vertu", в 1797 г. вышедший вторым изданием, с еще более отвратительными эпизодами; продолжением его явился роман "Juliette" (1798). В 1801 г. издание этих романов было конфисковано, а С. был заключен в тюрьму; умер душевно больным. Ср. Janin, "Le marquis de Sade", и "Notes et Documents", которые приложил Uzanne к изданному им сочинению С.: "Idees sur le roman" (П., 1878).

Саддукеи

- название одной из трех древнееврейских религиозных сект, или, по выражению Иосифа Флавия, трех философских школ, возникших в эпоху расцвета династии Маккавеев (ок. 150 д. до Р. Хр.) и просуществовавших вплоть до покорения иудейского государства римлянами (70 д. по Р. Хр.) Эти три секты - С., фарисеи и ессеи - в основных чертах своих всецело выросли на почве учения Моисея и представляли лишь продукт различного отношения к способу применения его в жизни; но И. Флавий, с целью сделать понимание еврейских сект доступным для своих нееврейских читателей, сравнивает, на основании некоторого внешнего сходства, С. с эпикурейцами, фарисеев - со стоиками, ессеев - с пифагорейцами. Так как ессеи, согласно своему учению, устранялись от всякого участия в политической жизни народа, то борьба между остальными двумя сектами и резкая противоположность в их взглядах и стремлениях составляет главное содержание исторической жизни еврейского народа за указанный период времени и, в известном отношении, отразилась и на дальнейшей судьбе еврейской религии. В отличие от фарисеев, религиозные воззрения которых в значительной степени сохранились в талмудической литературе, С., как школа, никаких письменных памятников после себя не оставили; тем не менее мы обладаем достоверными о них сведениями, благодаря тем фрагментарным сообщениям, которые имеются о них у И. Флавия и в Талмуде. В общем, эти сведения согласны между собою и заслуживают тем большего доверия, что вполне подтверждаются книгами Нового Завета. Согласно одному довольно позднему талмудическому источнику, секта С. названа была так будто бы по имени своего основателя, некоего Садока, ученика известного мудреца Антигона Сохоского. Последний, между прочим, учил: не будьте как рабы, служащие своему господину в расчете получить за то вознаграждение, а будьте как рабы, служащие своему господину (из любви) без всяких расчетов на вознаграждение. Садок, будто бы, понял слова учителя в том смысле, что никакое вознаграждение не ожидает человека за гробом и что, следовательно, человеку следует заботиться лишь о своем земном благополучии, как это и делали С., которые все отличались своим богатством и роскошным образом жизни. Новейшие исследователи (Гейгер и др.) полагают, что С. названы так по имени библейского Садока (I Царей II. 35), родоначальника древней династии первосвященников. После возвращения иудеев из вавилонского пленения, за все время зависимости иудеи от персов и македонян, Садокиды сосредоточивали в своих руках не только духовную власть над народом, но и светскую. Как Аарониды, С. пользовались большими доходами, которые, в виде религиозных налогов, взимались, согласно Моисееву закону, со всех произведений земли; таким образом С. составляли не только родовую, но и денежную аристократию в Иудее.

Своего влияния и могущества Саддукеи не лишились и тогда, когда главенство над народом перешло в руки священнического рода Хасмонеев (Маккавеев), которому народ обязан был своей независимостью. Группируясь вокруг династии Хасмонеев в качестве их военачальников и советников, С. сумели сосредоточить в своих руках военную и административную власть в стране, лишь редко уступая фарисеям, как это было, напр., во время 9-летнего царствования Саломеи Александры, когда судьбами Иудеи неограниченно распоряжался брат царицы, фарисей Симон бен Шетах. Вскоре после окончательного уничтожения Маккавеевой династии Иродом (37 л. до Р. Хр.) к старой саддукейской партии примкнул священнический род Боэтусеев, родоначальник которых, Боэтус, выдал дочь свою за Ирода и был возведен последним в сан первосвященника. Получив власть, Боэтусеи слились с С. в одну партию; вот почему С. в талмудической литературе одинаково называются то С., то Боэтусеями.

В силу своего официального положения, С. не могли не сталкиваться с иноземными элементами и были, поэтому, в значительной мере заражены духом эллинизма. Тем не менее они стояли на страже Моисеева закона, считая себя его охранителями, отчасти потому, что за этот закон они проливали свою кровь под знаменами Маккавеев, но отчасти также и потому, что этот закон был для них, как для Ааронидов, источником влияния и богатства. По свидетельству Флавия и Талмуда, С., в противоположность фарисеям, признавали один только писанный закон Моисея (И. Флавий, "Древности" XIII, 10, 6; XVIII, 1, 4; Евангелие от Матф., XV, 2; от Марка, Vll, 3), отвергая все народные обычаи, накопившиеся в продолжение целого ряда столетий, и все постановления позднейших законоучителей, целью которых было изолирование еврейского народа и ограждение его от иноземного влияния. Несмотря на кажущиеся облегчения закона, которые представляла саддукейская доктрина, масса, по свидетельству Флавия, не доверяла С.: она видела, как часто эти официальные представители закона, строго наказывавшие других за малейшее его нарушение, сами позволяли себе нарушать его не только тайно, но и явно, прикрывая свои согрешения властью и влиянием. Не пошел за С. народ также и потому, что жить по библейской букве становилось иногда совершенно невозможным. Обрядовая сторона Моисеева закона, в особенности многочисленные, подчас довольно тягостные предписания относительно соблюдения так называемой ритуальной чистоты - предписания, которые когда-то, в более отдаленную эпоху, имели глубокий смысл и значение, - при изменившихся условиях жизни не только потеряли смысл, но и сделали жизнь еврея прямо немыслимой как в Иудее, так и в особенности вне Палестины, где он на каждом шагу приходил в соприкосновение с язычниками. Еще резче было противоречие между уголовными законами Моисея и этическими понятиями народа, развившимися вместе с ушедшей вперед культурой. Моисеев закон карает телесным наказанием и даже смертной казнью не только покушение на жизнь и благополучие ближнего, но и нарушение чисто религиозных постановлений. Последнее имело еще некоторое оправдание в древнееврейской теократии, когда Моисеев закон имел значение государственной конституции и когда всякое нарушение его было равносильно оскорблению божества. С учреждением светской власти Моисеев закон должен был превратиться из государственной конституции в религиозный кодекс, - а религии свойственно поучать и увещевать, но не карать и умерщвлять. Фарисеи, которые, по свидетельству Флавия, считались "искуснейшими толкователями закона", признавали, наравне с С., что божественный закон не отменим, но приложили все усилия свои к тому, чтобы примирить его с жизнью. Целым рядом искусственных толковательных приемов и введением разного рода фикций они придавали букве закона несвойственный ей смысл, но такой именно, при котором закон переставал противоречить требованиям жизни и началам этики. С., как элемент консервативный, отвергали эти толкования и эти фикции, отчасти потому, что считали их дерзким нововведением, но отчасти также и потому, что фарисеи, с завистью глядевшие на религиозные прерогативы С., часто обнаруживали в своих толкованиях стремление к урезыванию этих прерогатив и к подчинению С. своему влиянию.

Из указанного отношения С. к писанному и устному закону вытекают все отличительные черты этой секты и все мотивы разноглася между нею и фарисейской, как в вопросах обрядовых и юридических, так и в вопросах религиозной догматики. Во всех этих разногласиях С. стояли на почве библейского текста в буквальном его смысле и отвергали все религиозные обычаи, не имевшие основания в Библии. Так, напр. С. учили, что праздник седмиц всегда приходится на воскресный день (подобно празднику Троицы у христиан), в противоположность фарисеям, приурочившим этот праздник к 6-му Сивана, в память синайского законодательства. Буквальный смысл текста был, конечно, на стороне С. То же самое можно сказать и о всех приведенных в Талмуде разногласиях между С. и фарисеями по вопросам ритуальной чистоты и соблюдения субботнего покоя. Во всех этих случаях С. отстаивали букву закона и не допускали никаких в нем облегчений, по крайней мере теоретически, хотя на практике вряд ли сами С. следовали своему учению, в виду абсолютной почти невыполнимости многих из относящихся сюда законов. С. отвергали обряд возлияния воды на алтарь в праздник Кущей; обряд этот не имеет основания в Моисеевом законе, но он был очень популярен в народе и совершался с большой торжественностью. Некоторые полагают, что он был введен древними хасидеями (предшественниками фарисеев), как попытка к замене кровавых жертв в храме бескровными. Этот именно обряд послужил поводом к возмущению народа против царя-первосвященника Александра-Янная (95 л. до Р. Хр.) и к кровавой расправе последнего с приверженцами фарисеев. Однажды Яннай исполнял в праздник Кущей обязанность первосвященника в храме. Поданную ему для возлияния воду в серебряной чаше он, как истый С., вместо того, чтобы возлить на алтарь, вылил на землю. Присутствовавший в храме народ был возмущен явным презрением царя-первосвященника к старинному обычаю и стал бросать в него райскими яблоками, которые евреи в этот праздник держат обыкновенно в руках во время молитвы. По приказу царя царская стража бросилась на безоружный народ; тысячи погибли от ее мечей, обагрив своею кровью святое место.

Вспыхнувшая вскоре поели этого шестилетняя междоусобная война между саддукеями и фарисеями стоила последним 50000 жертв, а оставшиеся в живых фарисеи должны были искать убежища в соседних странах, преимущественно в Египте. В уголовных процессах, по словам И. Флавия, С. отличались гораздо большей строгостью, чем фарисеи. И в этом отношении С. стояли на почве библейского закона, применяющего смертную казнь в самых широких размерах. Уголовное право фарисеев стремилось к полному упразднению смертной казни, если не de jure, то de facto, достигая этого с одной стороны своеобразными толкованиями текстов, с другой - предоставлением самых широких прав защите, в ущерб обвинению; С. отвергали и то, и другое, памятуя слова Моисея: "да не сжалится над ним око твое" и "да искоренится зло из среды твоей". Древний закон: "око за око, зуб за зуб" С. толковали, по словам одного источника, в буквальном смысле, в противоположность фарисеям, понимавшим его в смысле денежной пени. В том же источнике сообщается, что у С. был в употреблении особый кодекс о наказаниях, налагаемых за разные преступления, и что день отмены этого кодекса фарисеями объявлен был навсегда народным праздником. Есть основание думать, что кодекс этот касался тех преступлений против религиозных предписаний, за который Моисеев закон, не определяя формы наказания, угрожает вообще "истреблением из среды народа". Фарисеи понимали это "истребление" в смысле небесной кары (преждевременная смерть или смерть без потомства), С. - в смысле судебного наказания смертью или изгнанием. В согласии с изложенным стоят те факты, что первосвященник Каиафа, председательствовавший в синедрионе, которым был осужден Христос, принадлежал к секте С. (Деян. Ап. IV, 6 и V, 17), и что член синедриона, фарисей Гамалиил (бывший учитель апостола Павла), выступил защитником апост. Петра против своих саддукейских коллег, решивших предать его смертной казни.

По вопросам религиозной догматики источники указывают следующие три особенности саддукейского миросозерцания: признание абсолютной свободной воли человека, отрицание бессмертия души и воскресения мертвых и, наконец, отрицание ангелов и духов. В противоположность ессеям, ставившим поступки людей в полную зависимость от предопределения, а также фарисеям, предоставлявшим лишь ограниченную роль свободной воде человека, Саддукеи утверждали, что Бог не имеет никакого влияния на человеческие деяния - ни на злые, ни на добрые. Выбор между добром и злом предоставлен вполне свободной воле человека; каждый по собственному усмотрению переходит на ту или другую сторону. И в этом отношении С. стояли на древней библейской точке зрения, явно выраженной, между прочим, в следующем тексте: "Смотри, предлагаю тебе ныне жизнь и добро, и смерть, в зло... избери же жизнь, дабы жив был ты и потомство твое". Очень вероятно, что именно в признании С. абсолютной свободы воли человека и, следовательно, ответственности его за свои поступки, и кроется их чрезмерная строгость в уголовных процессах. Отрицание судьбы, в смысле фатальности человеческих поступков, вовсе не исключает, впрочем, возможность признания С. идеи о Божьем Промысле вообще - идеи, которая лежит в основе всего учения Моисея и пророков. По учению С., как оно передано Флавием, человек сам является ответственным за свое благополучие, равно как и за свое несчастье. Подобное мировоззрение свойственно, обыкновенно, людям богатым и властным, какими и были С. Об отрицании С. бессмертия души и всякого загробного воздаяния прямо говорит Флавий ("Иуд. война", II, 7, 4); об отрицании ими воскресения мертвых свидетельствуется во многих местах Нового Завета (Евангелие от Матфея, XXII, 20 и параллельные места, Деян. Ап. ХХIII, 8). И в этом отношении С. стояли на почве буквы библейского закона, который прямо на загробное возмездие нигде не ссылается, и вообще, вроде признания единства и бестелесности Бога, никакой догматики не касается. Нет, однако, сомнения, что идея о загробном существовании не чужда были древним евреям; об этом свидетельствует, между прочим, рассказ о вызывании Саулом тени пророка Самуила; о воскресении мертвых ясно говорится и у пророка Даниила (XII, 2). Все это говорит в пользу высказанного еще древнейшими отцами церкви мнения, что С., подобно отчасти самаритянам, признавали абсолютный религиозный авторитет лишь за книгами Моисея, не считая для себя обязательными книги пророков и др. Надо полагать, что С., как потомкам священнического рода, соперничавшего с потомками Давида за власть и влияние, не были по душе книги пророков, проникнутые мессианской идеей, с ее надеждами на спасение народа именно отпрыском из дома Давида.

Новейшими исследованиями проф. Хвольсона установлено, что за все время существования второго храма все первосвященники его которые, вопреки еврейской традиции, были вместе с тем и председателями Иерусалимского синедриона - принадлежали исключительно к саддукейской секте. Только за несколько лет до окончательного разгрома Иерусалима, в смутное время народного восстания, когда власть перешла в руки демократов фарисеев, саддукейские первосвященники уступили место фарисейским. В это же время издан был целый ряд законоположений, направленных к тому, чтобы ослабить по возможности суддукейскую секту. С падением Иерусалима и упразднением жертвоприношения С. разом потеряли как политическое свое могущество, так и духовное свое значение. Партия растворилась и исчезла с исторической арены. Одни из С. примкнули к фарисеизму, принявшему, под влиянием изменившихся политических условий, форму талмудического еврейства; другие, в виде разрозненных элементов, продолжали тайно исповедывать свое учение, не осмеливаясь открыто протестовать против усиливавшегося с каждым годом талмудизма. Лишь в VIII в. после Р. Хр. обломки саддукеизма возродились к новой жизни, образовав секту караимов, учение которых составляет своеобразную амальгаму из саддукеизма и фарисеизма.

Литература. Кроме соч., указанных у Е. Schurer, "Geschichte d. Judischen Volkes im Zeitalter Jesu Christi" (т. II, 1886), см. также Chwolson, "Das letzte Passamahl Christi" (1892); "О религиозных партиях евреев во время 2-го храма" ("Сборник ист. юрид. быта евр.", Киев, 1866); Л. Каценельсон, "С. и фарисеи" ("Восход", 1897-98).

Л. К.

Садовский Пров Михайлович

(собственно Ермилов) - знаменитый русский актер, род. в г. Ливнах 10 октября 1818 г., рано остался на попечении своих дядей по матери, Григория и Дмитрия Садовских, известных провинциальных актеров, фамилию которых и принял. Дебютировал четырнадцати лет в Туле, играл в разных провинциальных городах, в 1838 г. приехал в Москву и скоро был принят на сцену Императорских театров, с которой не сходил до самой смерти, в июле 1872 г. Известность его постепенно увеличивалась с 1853 г., когда он исполнил роль Русакова в ком. "Не в свои сани не садись". Островский вообще нашел в С. гениального исполнителя; в ролях Любима Торцева ("Бедность не порок", Подхалюзина ("Свои люди - сочтемся"), Беневоленского ("Бедная Невеста"), Тита Титыча ("Тяжелые дни") и др. он достиг высшего совершенства. Удивительно хорош был С. и в пьесах Гоголя (Осип и городничий в "Ревизоре", Подколесин в "Женитьбе", Замухрышкин в "Игроках"). Такого Расплюева, каким явился он в "Свадьбе Кречинского", никогда не видела потом русская сцена. Из иностранного классического репертуара ему всего больше удавался Мольер ("Жорж Данден", "Лекарь по неволе", "Мещанин во дворянстве" и др.). С. можно назвать представителем высокохудожественного реализма; смех, который он вызывал в зрителях своею читкою и мимикою, своим тончайшим оттенением не только существенных, но и второстепенных черт исполняемой роли, иногда даже одним своим появлением на сцене - был тот, если можно так выразиться, художественный смех, которым мы смеемся при чтении Гоголя, Островского, Мольера и в котором часто (как напр. при исполнении С. роли Любима Торцова) слышится истинный трагизм. - Хорошая статья о С. написана В. Родиславским ("Русский Вестник", 1872 г., кн. 7); много интересного о С. в воспоминаниях Д. А. Карабчевского, в ("Русс. Мысли" 1890-х гг.).

Садовский Михаил Провович

- известный артист моск. Малого театра, сын Прова Михайловича; род. в 1847 г. Талант и профессия отца, у которого часто бывали Островский, Писемский и др., рано определили его симпатии к литературе и театру. На сцене С. впервые выступил в 1867 г., в артистическом кружке; в 1869 г. дебютировал в Малом театре в ролях Подхалюзина ("Свои люди - сочтемся"), Андрея ("Тяжелые дни") и Васи ("Горячее сердце"). Область С. - русская бытовая комедия и, прежде всего, Островский. Недюжинное природное дарование, в связи с детально обдуманным и психологически правдивым исполнением, дает художественную цельность и поэтическую обаятельность создаваемым им типам и характерам. Лучшими ролями С. считаются: Андрей Белугин, Подхалюзин, Счастливцев, Мурзавецкий ("Водки и овцы"), Хлестаков. С. перевел много пьес ("Севильский цирюльник" Бомарше, "Эдип" Софокла, "Федра" Расина) и написал ряд оригинальных рассказов из мира актеров и мелкого люда, которые первоначально появлялись в "Артисте", а в 1899 г. вышли отдельным изданием.

Сайгак

(Antilope saiga, самец - сайгак или маргач, самка - сайга) из сем. Антилоп, предмет значительного промысла в Киргизских степях, преимущественно у Аральского моря. С. добываются, в наибольшем количестве, летом, в самый зной, когда они изнемогают в борьбе с мучащими их насекомыми - мошками, оводами и, особенно, личинками оводов, развивающимися у них под кожей; не находя себе покоя, С. приходят в исступление и либо, как бешеные, мечутся по степи, либо же, как шальные, стоят на одном месте и роют копытами ямы (кобла), при чем то ложатся в них, пряча нос под передние ноги, то вскакивают и на месте же барабанят ногами; в такие часы, когда С. "кобятся", они утрачивают обычную осторожность и охотники подкрадываются к ним на выстрел. Пасущихся С. охотникикиргизы нагоняют на своих товарищей, залегших с винтовками, преимущественно у водопоев, или на пучки заостренного камыша, вбитые в тропы, по которым С. спускаются к водопою, затем подкарауливают их на тропах, на переправах через реки, загоняют в ямы и на скользкий лед, на котором С. не могут бежать. Иногда затравливают С. каратетинскими борзыми собаками (тазы), отличающимися выдающеюся резвостью; на такую охоту охотники выезжают по двое, каждые с парою борзых на своре; заметив С., один из охотников заезжает вперед стада, а другой едет верст за 5-8; первый охотник пускает собак и гонит животных по направлению ко второму охотнику, который, выждав на себя С., пускает, в свою очередь, своих собак и те уже более легко настигают утомленных первою гоньбою животных. Изредка охотятся на С. с беркутом. Киргизы выслеживают иногда беременных самок и, после родов, ловят неокрепших еще детенышей; последние легко выкармливаются домашнею козою и ручнеют. Мясо С. составляет лакомое блюдо кочевника, рога являются пенным продуктом денежного обмена, а кожа - лучшим материалом для выделки дох (ергаков). Рога молодого С. совершенно желтые, с черными концами, гладкие, блестящие - ценятся на месте 4-5 руб. за пару; рога старого С. - серо-желтые, матовые, с продольными трещинами - 2 - 2 1/2 руб. за пару. Шерсть С. коротка и груба, идет на разные домашние изделия. Сайгачий промысел, еще недавно сильно упавший, в последнее время принимает все более широкие размеры, причем количество вывозимых рогов достигло за 1894 - 96 г. десятков тысяч. Главные трудности этого промысла заключаются в том, что он производится во время сильных жаров, вследствие чего промышленникам приходится возить с собою соль и кадки и на месте же охоты солить добытых животных. В Европ. России охота на С. воспрещается с 1 марта по 15 июля. См. "Промысловые охоты 1 киргизов" ("Охотн. Газета", 1897, ј 31); Н. Коратов, "О каратегинских борзых" (там же, ј 47); Я. Полферов, "Охота в Тургайской обл." (Оренбург, 1896); А. Силантьев, "Обзор промысловых охот в России" (СПб., 1898); И. Железнов, "Сайгачники" ("Отеч. Записки", 1857).

С. Б.

Сайгон

(Saigon) - главн. гор. франц. колонии Кохинхины в Индокитае, на судоходной р. С., в 60 км. от устья. Жителей (аннамиты, китайцы, малайцы, европейцы) около 80 тыс. Климат жаркий (средняя годовая температура 26º Ц.); город окружен тропической растительностью. Обсерватория, зоологический и ботанический сад, театр, цитадель. Железная дорога в Мито (77 км.). Одна из значительных торговых гаваней Восточной Азии. Главные предметы вывоза: рис (в 1896 г. ок. 70 милл., главн. образом в Китай, затем во Францию), рисовая мука, соленая рыба и морская соль (в Гонконг и Сингапур), хлопок, черный перец, каучук, кожи, земляной орех. Ввозятся хлопчатобумажные, шерстяные и шелковые ткани, джутовые мешки, металлы, орудия и машины, керосин, деревянные изделия. Портовые сооружения на берегах р. C.; два сухих дока, корабельная верфь. В 1896 г. вошли 483 судна, с 614802 per. тонн. Постоянное пароходное сообщение с Европой.

Саккос

- верхняя архиерейская одежда, заменяющая собою фелонь и имеющая одинаковое с нею духовное значение. По мнению одних, С. в древности был царскою одеждою, которая христианскими государями пожалована была константинопольским патриархам и сделалась их отличием. Эта одежда пользовалась таким уважением, что сами патриархи облачались в нее, по свидетельству Димитрия Хоматинского (XIII в.), только три раза в год: в Пасху, Рожд. Христово и Пятидесятницу. Не находится в противоречии с этим мнением другое, по которому наименование С. обозначает одежду грубую, рубище, вретище (еврейск. saccus - вретище, мешок). В христианской древности эта одежда была одеждою покаяния и кающихся: в нее же облачались и христианские государи, чтобы выразить свое смирение пред Царем царей. По тому же побуждению она была внесена и в число священных одежд. О существовании С. до времен Вальсамона мало известно. Со времен Вальсамона С. служит принадлежностью только одного патриарха. При Симеоне Солунском (XIV в.) С. был обыкновенным отличием высших иерархов от архиепископов и епископов. В русской церкви С. становится известным, как отличие митрополитов, с начала XV в., когда митрополит киевский Фотий (1409 - 31) привез его с собою из Греции. В период патриаршества С. принадлежал не одним патриархам, но и митрополитам и, в знак особенной чести, некоторым архиепископам. Патриарший С. отличался от митрополичьего нашивною епитрахилью (приперсником), усыпанною жемчугом, по примеру Ааронова нарамника. С 1702 т. Петр Великий жалует С. некоторых архиепископов и епископов, а с 1705 г. он делается общею одеждою всех епископов. В духовном смысле С. означает вретище и напоминает о той червленой ризе или хламиде, в которую облечен был Спаситель (Иоан. XIX, 2, 5); архиерей, облачаясь в С., обязан припоминать унижение и смирение Спасителя и не превозноситься высотою своего служения. Звонцы, привешиваемые к С., по подобию звонцов на одежде ветхозаветных первосвященников, означают благовестие слова Божия, исходящее из уст епископа. См. В. И. Долоцкий, "О священных одеждах" ("Христ. Чтение", 1848, ч. I); архим. Гавриил, "Руководство по литургике или наука о православном богослужении" (Тверь, 1886); П. Лебедев, "Наука о богослужении православной церкви" (М., 1890); Еп. Нестеровский, "Литургика или наука о богослужении православной церкви" (Курск, 1895).

Сакля

- название жилых домов у туземцев Кавказа - мингрельцев, имеретин и др. С. мингрельская - досчатый дом, иногда с черепичной крышей, разделенный на 2 или 3 небольших комнаты. У зажиточного мингрельца или имеретина обыкновенно две С.: одна парадная, чистая, для самого хозяина или для гостей, часто с досчатым полом, камином, балконом, тахтами по стенам; другая С. - простая, черная, покрытая копотью внутри, с земляным полом; здесь варится пища в котле над костром; в этой С. проводит большую часть дня семья хозяина. Как та, так и другая С. не отличаются прочностью: обыкновенно досчатые, они не держат тепла и в холодное время семья согревается у костра или камина.

Саксаул

(Haloxylon Ammodendron Bge) - древесная порода, чрезвычайно характерная для песков и солончаков Туркестанского края, от Зайсана до Персии. Встречается также и в Монголии. Ствол его, ветвистый и сильно искривленный, бывает обыкновенно 5-8, редко до 10 фт. вышины. Его сучья покрыты тонкими длинными зелеными веточками, заменяющими листья. Последние низведены до небольших чешуек, срастающихся во влагалища. Цветы мелкие, незаметные, сидят в пазухах этих чешуек; они состоят из пяти свободных листочков околоцветника, пяти тычинок и одного пестика с 2-5 рыльцами. В завязи одна семяпочка, которая развивается в семя с спиральнозавитым зародышем. С. образует большие заросли на песчаных пространствах Туркестана. Его древесина чрезвычайно твердая, но хрупкая, не годится на поделки, но дает очень хорошее топливо. Поэтому он играет. большую роль в жизни туземного населения. Кроме того он имеет большое значение для края, так как, вместе с немногими другими древесными породами, образует целые леса на песчаных холмах и таким путем скрепляет их. Усиленное истребление С. в последнее время (напр. в Закаспийской области при постройки железной дороги) вызвало сильное развитие сыпучих песков, надвигающихся и засыпающих культурные оазисы. С. растет весьма медленно и, будучи раз вырублен, возобновляется с большим трудом. В Афганистане, Персии, северной Африке и Испании есть другие виды С. (Haloxylon), но они не имеют большого значения.

С. К.

Саксон Грамматик

- датский летописец. О жизни его мы имеем самые скудные сведения; год рождения его - вероятно 1140. Он происходил из знатного рода, был священником в Роскильде и умер в 1206 г. Его "Historia Danica" является до сих пор главнейшим источником по средневековой истории Дании до XIII в. С. заслужил ею имя "отца датской историографии". Прекрасный, живой стиль и образный язык хроники издавна вызывали восторженные отзывы латинистов. 9 первых книг хроники обнимают период саг; для них автор воспользовался старинными сказаниями и песнями. Последние 7 книг обнимают время от Гарольда Блотанда до 1185 г. Здесь выдвигается горячий патриотизм автора, его увлечете всем высоким и благородным. Издана хроника С. в первый раз в Париже в 1614 г. Последнее издание сделано в 1886 г.

Г. Ф.

Салакушка

(Clupea harengus, var. membras L.) - самая распространенная в Балтийском море разновидность сельди; отличается своей небольшой величиной (от 6 до 9 дм.). Значительный лов С. производится в Ботническом и Финском заливах, преимущественно вдоль южного берега последнего и особенно при устье р. Нарвы; ловится она и под Кронштадтом, откуда зимою замороженная привозится в Петербург.

Саламандры

(Salamandra) - земноводные, принадлежащие к отряду хвостатых, подотряду саламандровых. Туловище их толстое, неуклюжее, с округленным хвостом и более или менее ясными поперечными складками; передние конечности имеют 4 пальца, задние 5. В коже находятся многочисленные железы: вдоль спины, по бокам тела и в особенности позади ушей (так назыв. околоушные железы). Выделения кожных желез, которые С. могут выпускать произвольно, имеют обыкновенно молочнобелый цвет и обладают ядовитыми свойствами, служа таким образом для животного средством защиты против врагов; но вместе с тем они предохраняют кожу от высыхания, что имеет большое значение при сильно развитом кожном дыхании у С. Опыты доказали ядовитость выделений кожных желез С. как при вспрыскивании в кровь, так и при введении в желудок различных животных. В прежнее время было распространено преувеличенное мнение о степени ядовитости С., а также известны различные поверья относительно способности С. тушить огонь и т. п. С. рождают живых детенышей. Наиболее распространенный вид - пятнистая или огненная С. (Salamandra maculosa), достигающая 18-23 стм. длины и отличающаяся яркими золотисто-желтыми пятнами на черном фоне, расположенными двумя продольными рядами вдоль всего тела; такие же пятна находятся на ногах и по бокам тела животного. Распространена почти по всей Европе, кроме севера (есть указания на нахождение ее в южной части Петербургской губ.), а также встречается в северной Африке и Малой Азии. Живет во влажных местах и питается слизняками, земляными червями, насекомыми, но может также нападать на мелких позвоночных животных. Откладывает в воду многочисленных личинок, снабженных наружными жабрами и гребневидным хвостом. Другой вид, живущий в Альпах и прилегающих к ним гористых местностях - альпийская С. (Salamandra atra), черного цвета без пятен. меньших размеров по сравнению с предыдущим видом (11-13 стм.), живет обыкновенно обществами под камнями и мхом и рождает всегда только по 2 развитых детеныша, не имеющих жабр.

М. Р.-К.

Салат

(Lactuca sativa L.) - однолетнее растение из сем. сложноцветных. Родина его неизвестна, но в настоящее время он повсеместно возделывается в огородах. Существует даже несколько разновидностей и пород С. Типичную форму представляет растение до одного метра высотою, с полным ветвистым стеблем и зубчатыми или изрезанными (струговидными) обратно яйцевидными горизонтальными, сидячими листьями; основание листьев сердцевидно-стреловидное; на нижней стороне по средней жилке листья усажены щетинками. Цветки желтые, все язычковые, собранные в цилиндрические головки, такие же, как и у дикого С.; головки собраны метелкою. Многие авторы принимают Lactuca sativa только за культурную разновидность Lactuca scariola. Разводимые разновидности С. распадаются на два ряда: 1) листовой С., у которого листья не образуют кочна, и 2) кочневой, а также римский С. или ромен-С.; у этих разновидностей листья образуют более или менее плотный кочан, а у римского С. очень рыхлый.

С. Р.

Салат дикий (Lactuca Scariola L.) - двулетнее растение из сем. сложноцветных, растущее по сорным местам, по дорогам, в полях во всей южной и средней России, а так же в Сибири, Крыму, на Кавказе. Стебель у этого растения ветвистый и довольно высокий, иногда до 11/4 м. высоты; в нижней части стебель бывает покрыт жесткими щетинками; татя же щетинки находятся на главной жилке листьев. Листья по своему положению весьма своеобразны, а именно тем, что пластинка их простирается не горизонтально, как у других растении, а отвесно, в особенности у экземпляров, растущих на солнечных местах; по положению листовой пластинки можно распознавать страны света, а потому растение это зачастую относится к компасным растениям. Листья сидячие, стеблеобъемлющие; пластинки у них выемчато-зубчатые, с обращенными назад долями; основание пластинки стреловидное. Самые верхние листья на стебле обыкновенно цельные, ланцетные. Цветки желтые, язычковые, собранные в цилиндрические головки средней величины (10-13 мм. длины) на ветвистом, метельчатом соцветии. Покрывало в головке состоит из нескольких черепитчатых листков, из которых внутренние значительно длиннее наружных. Цветоложе голое. Семянки буроватые, сверху остро-шиповатые, с беловатым длинным носиком, несущим летучку из белых, простых волосков. Цветет С. дикий летом, с июня до октября. Размножается семянками. В молодом состоянии С. дикий иногда употребляется в пищу, как настоящий С.

С. Р.

Салициловая кислота

(хим.) С2Н6О3 = С6Н4 (ОН). СО2Н - является представительницей ароматических оксикислот. С. кислота в виде соединений со спиртами (эфиров) часто встречается в растительном царстве; так ее эфиры находятся в цветах Spirea ulmaria, в эфирном масле Gaulteria procumbens и некотор. вересковых (Ericaecae). Открыта она была Пириа 1838 г. Этот химик, исследуя продукты распада салицина, глюкозида, находящегося в корнях и листьях Salix helix, выделил салициловый альдегид С6Н4 (ОН) СНО, который при сплавлении с едким кали, подобно всем альдегидам, распался на кислоту, которую он и назвал салициловой, и соответствующий спирт - салитенин. Через год после этого открытия Лёвиг и Видеман открыли С. кислоту в цветах Spirea ulmaria, а в 1843 г. Кагур доказал, что главная составная часть гаултерового масла есть С.-этиловый эфир С6Н4 (ОН). CO2C2H5. Исследования этих ученых касались гл. образом констатирования присутствия С. кисл. в тех или других продуктах растительного царства и они совершенно не касались строения С. кислоты, которую просто принимали за двухосновную кислоту и только благодаря трудам Gerhardt\'a (1853 г.) и Кольбе (1860 г.) возможно было установить рациональную формулу С. кислоты, которая теперь рассматривается как ортооксибензойная кислота, Кольбе же первый и синтезировал С. кисл., открыв при этом довольно общий способ получения ортооксикислот ароматического ряда. Этот ученый показал, что фенолаты натрия способны фиксировать при высокой темп. угольный ангидрид и превращаться при этом в натровые соли орто-оксикислот:  2C6H5ONa + CO2, =C6H4 (ONa) CO2Na + C6H25 (OH).

Замечательно, что эта реакция идет только с фенолатами натрия, другие же металлы дают в этом случае соли мета-оксикислот. Теперь этот способ получения С. кислоты приобрел громадное значение в технике и вся С. кислота готовится по нему и только сравнительно очень недавно в технику начал проникать способ получения С. - Р. Шмитта, который показал, что при большом давлении фенолат натрия соединяется с угольным ангидридом на холоду, давая фенолоуглекислый натр С6Н5О. СО2Nа, т. е. натровую соль кислого фенил-угольного эфира, которая, в свою очередь, под давлением и при 120-130º, нацело превращается в салициловонатриевую соль. Салициловая кислота кристаллизуется бесцветными иголками, сладковато-кислого вкуса. Она довольно трудно растворима в холодной воде в легко в горячей и спирте. Ее водные растворы с хлорным железом дают характерное, очень интенсивное фиолетовое окрашивание. Как оксикислота, она способна со спиртами давать два ряда эфиров, кислые и средние, напр. С6Н4 (ОН) СО2СН3 и С6Н4 (ОСН3) СО2СН3. Кроме того, средние эфиры при неполном обмыливании едким кали дают эфиро-кислоты, напр. С6Н4 (ОСН3) СО2СН3 + КНО = С6Н4 (ОСН3) СО2K + CH3OH. Из вышеприведенных производных имеют значение главным образом кислые эфиры, легко получаемые кипячением С. кислоты с соответствующим спиртом в присутствии серной кислоты или при пропускании через кипящую смесь С. кислоты со спиртом сухого хлористо-водородного газа. Кислый метильный эфир С6Н4 (ОН) СО2СН3 известен в продаже под названием гаултерового масла (Wintergrunol); это - жидкость удельн. веса 1,197, кипящая при 224º, обладает приятным запахом, несколько напоминающим гиацинты. При нагревании С. кислоты с фенолом и хлорокисью фосфора РОСl3 образуется кислый фенильный эфир С6Н4 (ОН) СО2С6Н5, известный под названием салола. Если вместо фенола взять тиофенол, то получается тиосалол С6Н4 (ОН) СО. S. С6Н5, - хорошее антисептическое средство. При нагревании одной С. кислоты или в присутствии водо-отнимающих средств образуются разнообразные продукты уплотнения ее и между прочим ксантон, хромогенное вещество многих желтых красок.

Д. А. Хардин.

С. кислота - врачебное применение. Белый, объемистый порошок или мельчайшие, блестящие, игольчатые кристаллы, без запаха, сладковато-кислого, раздражающего вкуса, растворяется в 500 чч. холодной и в 15 чч. горячей воды, в 2,5 ч. спирта, 2 ч. эфира, 80 ч. хлороформа, 60 ч. глицерина, 70 ч. жирного масла; плавится при 157º. С. кислота одно время добывалась из коры некоторых видов ивы (Salix - откуда в название этой кислоты).

Салицилокислый натрий - белый кристаллический порошок, растворяется в 0,9 част. воды, в 6 ч. алкоголя, содержит 14,38% натрия и 85,62% частей С. кислоты. С. кислота и ее натриевая соль нашли широкое применение во врачебной практике, начиная с конца 70-х годов, когда обращено было внимание на весьма успешное лечение этими препаратами острого суставного ревматизма. Благоприятные результаты при таком заболевании, против которого но было до того времени сколько-нибудь надежных средств, послужили толчком к введению в терапию целой серии новых препаратов, нашедших широкое практическое применение и немало способствовавших разъяснению некоторых весьма важных вопросов патологии, терапии и фармакологии. Так как острый суставной ревматизм вызывается болезнетворным микроорганизмом (хотя точно до сих пор не определенным) и характеризуется главным образом повышением температуры тела и ощущением боли в суставах, то С. кислота, устраняя такое заболевание, должна, следовательно, действовать на самую причину болезни, или же, кроме того, на явления, сопутствующие заболеванию, а именно парализовать болевую чувствительность и понизить повышенную температуру. В виду этого фармакологическое исследование имеет целью изучение антисептических, жаропонижающих и болеутоляющих свойств С. кислоты и вместе с тем ознакомление с другими сторонами действия этих препаратов.

Противобродильные и противогнилостные свойства. Минимальные количества С. кислоты останавливают брожение виноградного сахара, парализуя деятельность дрожжевого грибка. Раствор 1:1000 задерживает развитие плесени; раствор 1:3000 задерживает рост сибиреязвенных палочек; 1 часть С. кислоты на 1500 воды вызывает полную остановку в развили бацилл сибирской язвы. В 0,4% растворе предотвращается гнилостное разложение мяса. Не смотря, однако, на столь значительный антисептические свойства, С. кислота, как обеззараживающее вещество, имеет в медицине сравнительно малое применение, отчасти вследствие трудной растворимости, главным же образом, вследствие того, что она легко вступает в соединение с фосфорнокислыми и углекислыми солями, значительно теряя при этом свои дезинфицирующие свойства.

Влияние на температуру, С. кислота и ее натронная соль в терапевтических дозах не вызывает у здоровых людей понижения tº тела, у лиходящих же, в зависимости от формы заболевания - значительно понижает повышенную температуру. Понижете особенно резко выступает при остром суставном ревматизме. Падение температуры под влиянием этих средств зависит от увеличенной теплоотдачи, благодаря расширению сосудов и обильному потоотделению, но возможно, что такое действие отчасти обусловливается также уменьшением окислительных процессов в теле. Значительное понижение tº при остром суставном ревматизме не может быть объяснено исключительно процессами образования и потери тепла, так как такого понижения не наблюдается в других лихорадочных формах. Очевидно, что при острим ревматизме С. кислота устраняет самую причину, вызвавшую чрезмерное нагревание тел. Опыты на животных показывают, что С. кислота и ее натронная соль в умеренных дозах оказывают весьма слабое влияние на центральную нервную систему, равно также на периферические окончания чувствительных нервных волокон. Явления угнетения нервной системы наблюдаются только после применения токсических доз. Наблюдения над здоровыми людьми подтверждают экспериментальные исследования над животными. Но при остром суставном ревматизме С. кислота весьма резко уменьшает болезненность в суставах настолько, что больной, вынужденный соблюдать самый строгий покой из-за боязни сильной болезненности, после приема, С. кислоты может, без посторонней помощи, принять то или другое положение в постели. Применение С. кислоты послужило толчком ко введению во врачебную практику весьма важных жаропонижающих и болеутоляющих средств, благодаря которым современная терапия может во многих случаях обойтись без назначения различных отвлекающих средств, каковы банки, пиявки, горчичники, мушки, нарывные мази и др. С. кислота при внутреннем употреблении вызывает довольно сильное раздражение слизистых оболочек пищеварительного канала, поэтому ее обыкновенно заменяют более растворимой и менее раздражающей натронной солью. Ее назначают но 0,25-0,50-1,0 несколько раз в день в порошках или в растворе при суставном ревматизме, при серозном плеврите, против инфлюэнцы и гриппа, иногда при подагре и желчной колике. С. кислота применяется почти исключительно снаружи, в смеси с какимнибудь жиром или вазелином (1 ч. на 10 ч. жира), в виде мазей, напр. при мокнущей экземе; в смеси с 90% крахмала и 5% талька, как присыпка против потливости ног; для пропитывания перевязочных материалов (3-10% вата, марли или юта); в растворах (1:1000) для промываний ран, гнойных полостей. С. кислота и С. натрий, всасываясь со слизистых оболочек и поверхностей ран, нередко вызывали тяжелые побочные явления, всего чаще со стороны почек, через которые выводится большая часть введенных в организм С. препаратов. Поэтому при воспалительных явлениях в почках средства эти назначаются только в крайних случаях. При слабой деятельности сердца также необходимо быть осторожным, в особенности с назначением больших доз. Воспалительные явления среднего уха могут служить противопоказанием к назначению С. препаратов, так как последние, вызывая расширение сосудов, могут обусловить появление кровоизлияния в барабанной полости.

Д. Каменский.

Саллюстий

(вернее Саллустий, Gains Sallustius Crispus) - знаменитый римский историк, род. в 86 г. до P. Хр. в сабинском городе Амитерне; происходил из плебейской фамилии; провел в Риме свою очень разгульную молодость. В 59 г. С. получил звание квестора, а в 52 г. был народим трибуном и в этой должности выступил энергическим противником партии сената и злейшим врагом Милона (убийцы Клодия) и защитника его Цицерона. В 50 г. С. был изгнан цензором из сената за свою беспорядочную жизнь, вероятно - по проискам аристократической партии. В следующем году, при начале междоусобной войны, С. присоединился к Цезарю, получил место квестора и вновь сенаторское звание. Посланный в военную экспедицию в Иллирию, он потерпел поражение от помпеянцев; также неудачна была его миссия к взбунтовавшимся кампанским легионам. В 47 г. С. в качестве претора командовал флотом у берегов Африки и перехватывал у врагов Цезаря хлебные запасы, по окончании гражданской войны в 46 г. С. был назначен проконсулом в Нумидию, где составил себе всякими злоупотреблениями большое состояние; по возвращении в Рим был предан суду и избежал осуждения лишь благодаря заступничеству Цезаря. О богатстве С. свидетельствовал устроенный им в Риме роскошный парк (Horti Sallustiani) между Пинчио и Квириналом, бывший впоследствии любимым местопребыванием императоров Нерона, Веспасиана и Аврелиана.

После убийства Цезаря С. удалился в частную жизнь в посвятил себя исключительно литературной деятельности. Умер в 85 г. до Р. Хр. От него дошла до нас в целости два небольших историч. сочинения: "О заговоре Катилины" ("Calilina", "De coniuralione Catilinae", "Bellum Calillnarlum") и "О югуртинской войнй" ("Jugurtlia", "Bellum Jugurthinum"); от главнейшего же исторического труда С.: "Historiarum libri quinque", обнимавших описание 12 лет современных автору событий, от 78 до 66 г. до Р. Хр., осталось лишь несколько отрывков. Исторические сочинения С. носят совершенно иной характер, чем сочинения его современника Цезаря. С. стремится главным образом не к передаче фактов и событий в возможно полном и точном виде, а к изложению нравственного смысла событий и к поучению современников и потомства на основании уроков истории: он хочет, чтобы его рассказ произвел известное впечатление на читателя, и, сообразно с этой задачей, обращает особенное внимание на изображение характеров действующих лиц, побуждений, по которым они действуют, и нравственного состояния общества. Этот способ исторического повествования введен в римскую литературу впервые С.; затем он встречается у Ливия и особенно у Тацита. Вводя в историю психологический анализ и элемент поучения, С. указывает также на причины, которые произвели события, и на последствия, которые от них произошли; моралистическая точка зрения на предмет стоит у него в теснейшей связи с прагматическим методом повествования. Идею исторического прагматизма С. почерпнул из сочинений Фукидида, а моралистическая точка зрения, которою проникнуты все его сочинения, принадлежит ему самому.

Первое сочинение С.: "Катилина", написанное около 44-43 гг., в историческом отношении далеко не безупречно: не смотря на изобилие материалов, которые могли быть у автора, его повествование весьма неполно и дает меньше сведений, чем напр. сочинение Цицерона, Плутарха и Дионисия. Кроме того, книга С. страдает отсутствием беспристрастия: так напр., он умалчивает о многих действиях Цицирона, из видимого нерасположения к нему, и, напротив, не скрывает своих симпатий к Цезарю, о котором говорит с особенной любовью. Замечательно что сочинение С. литературными достоинствами и в особенности искусством, какое обнаружил С. в уменье переплетать исторические события с нравственными рассуждениями и психологическими картинами. Другое сочинение С.: "Югурта", написанное, вероятно, около 41 г., стоит гораздо выше и по тщательному собиранию материала, и по исторической точки зрения на дело, и по верности изображения характеров, и по отделке сочинения в частях и в целом. Историческое беспристрастие автору удалось сохранить, хотя и заметно, что это сочинение писал человек партии, отъявленный демократ и непримиримый враг олигархии: он показывает, как выродилась ко времени Мария римская аристократия, которую можно было без особенного труда подкупить всякому интригану и которая ради личных выгод жертвовала интересами и честью государства (известны слова Югурты: "Продажный город, который тотчас погибнет, как только найдет покупателя! "). С особенным сочувствием С. относится к энергическому представителю римской демократии, Марию. В этом сочинении исторический талант писателя высказался в полном блеске и в искусстве рассказа; в уменье представить в речах, влагаемых в уста действующих лиц, общую картину политического положения и настроения массы в данную минуту. После этого сочинения были написаны дошедшие до нас в отрывках "Истории", в 5 книгах. Кроме исторических сочинений, с именем С. дошли до нас два письма его к Цезарю ("Duae epistolae ad Caesarem senem de republica") и "Декламация против Цицерона" ("Declamatio in Ciceronem"); но в настоящее время эти сочинения признаются риторическими упражнениями последующего времени. Несмотря на значение трудов С., он не находил единодушного признания в римской литературе. Против него высказывались самые резкие суждения, вследствие разлада между его прошлой небезупречной жизнью и нравственными размышлениями в его сочинениях; ему приписывались самые омерзительные пороки (напр. грамматиком Ленеем, а также в пасквильной речи "Declamatio in Sallustium"); его же, за несоответствие морали с жизнью, упрекают отцы церкви, как Лактанций, и позднейшие римские писатели, как Макробий и Симмах. Кроме того, Саллюстий подвергался нападкам за риторически колорит повествования, за употребление древних слов, затемняющих смысл, за темноту языка, происходящую от сжатости (obscura brevitas). Не смотря на эти неблагоприятные отзывы, С. пользовался во время империи большой популярностью и имел репутацию лучшего римского историка: его изучали в риторских школах и особенно любили грамматики за его архаизмы; даже сжатость его языка, Sallusliana brevitas, восхвалялась Квинтилианом.

При Адриане сочинения С. были переведены на греческий язык ритором Зиновием. И в средние века моралистическое направление сочинений С. приобретает ему многочисленных почитателей, о чем свидетельствует и множество дошедших до нас списков "Катилины" и "Югурты". Лучшие из дошедших до нас списков сочинение С. - два парижских и базельский - все три Х-го стол. Важнейшие из старинных изданий С.: первое издание в Венеции 1470 г., вышедшее в том же году издание в Риме, первое парижское издание 1509 г., издание Карриона в Антверпене 1573 г., издание Корте в Лейпциге 1724 г. Более новые издания: Gerlach (Базель, 1833 - 1831 и 1852), Kritz (Лпц., 1828, 1853), Dietsch (Бррл., 1859), Jacobs-Wirz (10 изд., Берл., 1894), Jordan (3 изд., 1887). Maurenbrecher издал все отрывки "Истории" С. (Лиц., 1893). Ср. Ch. de Brosses "Vie de Salluste" (в 3-м т. его "Hlstoire de la repubilque Romaine dans le cours du Vllе siecle par Salluste, Дижон, 1777); Vogel, "De C. Sallustii Crinpl vita, moribus ac scriplis" (Майнц, 1857); Gerbach, "Ueber den Geschichtsschreiber C. Salliistius Сrispus" (Базель, 1831); Dreis, "Ueber Sallust als Geschichtsschreiber" (Итцегое, 1845); Touffel, "Ueber S. und Tacitus" (Тюбинг., 1868); ст. Новоселова в "Журн. Мин. Нар. Просв." (1862, авг. и сент.); ст. Бабста в "Пропилеях" (I, стр. 223); Nisard, "L\'historien Salluste" (Пар., 1879). На немецкий яз. соч. С. переводили Cless (3 изд., Берл., 1882) и Holzer (Штутг., 1868), на русский - В. Рудаков (СПб., 1892 - 93).

Салон

(франц. salon, от итальянск. salone - большая зала) - комната, служащая для приема гостей. В истории парижского общества, начиная с XVII в., С. играют немаловажную роль. Название С. присвоено устраиваемым в Париже большим ежегодным выставкам новейших произведений искусства, вследствие того, что эти выставки первоначально (в XVII и XVIII стол.) происходили в большой зале Луврского дворца.

Салоны

- во Франции играли в прежнее время видную роль в истории литературы и политики. Это - кружки, группировавшиеся вокруг какой-либо выдающейся женщины, царицы салона, блестевшей остроумием, талантливостью или красотою. В С. собирались выдающиеся представители науки, искусства и политики, и вели, в изящной форме, беседы по вопросам политики и литературы. До известной степени, таким образом, С. заменяли нынешнюю печать в выражении общественного мнения. Здесь зарождались веяния и требования, вырабатывавшиеся потом в целые системы и налагавшие свой отпечаток на литературу и общество. Явление, подобное франц. С., можно видеть в истории Афин, где у некоторых гетер собирались выдающиеся современники: такова была в особенности Аспазия, у которой сходились Перикл, Сократ, Алкивиад и др. и обсуждались различные вопросы философии и политики; она давала уроки риторики. И в византийской истории встречаются подобные собрания поэтов, музыкантов и др. артистов. Образование французских С. относится к XVI и особенно к началу XVII в., когда женщина в высшем обществе Франции делается предметом особого культа и около ее образуется круг поклонников. Первые С. посипи исключительно литературный характер. Маргарита шотландская и Маргарита наваррская в XVI в. были из числа первых женщин, дом которых служил сборным местом для поэтов и ученых. Одним из первых и наиболее блестящим в XVII в. был С. Рамбулье, сделавшийся сборным пунктом всех хорошо воспитанных, остроумных людей. Его душою была хозяйка, маркиза Рамбулье; в ее отеле собирались Корнель, Ротру, Скюдери, Малерб и др.; этот С. оказал благотворное влияние на развитие франц. литературы. К началу XVII в. относится также С. г-жи Поле, пользовавшийся в Париже большой известностью и посещавшийся королем Генрихом IV. Из великосветских С. того века блистал еще С. г-жи Бурдоне, в Пале-Рояле. К С., в которые был открыт доступ и буржуазии, относится С. m-lle де Скюдери, у которой собирались Шапелен, Саразен, г-жи де Севинье, Скаррон, читались стихи и др. литературные произведения, обсуждались события дня и т. п.

Размножившиеся при Людовике XIV С., большая часть которых отличалась вычурным тоном, жеманством и пустозвонством, осмеяны Мольером в комедии "Precieuses ridicules". Последние годы царствования Людовика XIV не благоприятствовали развитию общественной жизни, но при регентстве С. вновь появились, более блестящие, чем когда-либо. В XVIII в. сюда начинают проникать новые идеи, и С. получают политическое значение. В отеле Сюлли появлялся Вольтер; в отеле Виллар собиралась вся знать; С. супруги маршала Бово, известный независимым образом мыслей, поддерживал находившегося в опале Шуазеля, а впоследствии Неккера; С. супруги маршала д\'Анвиль был одним из первых, где свободно разбирались философские вопросы; хозяйка его была предана идеям Тюрго и покровительствовала Вольтеру. В С. герцогини Эгильон находили убежище преследуемые философы; им же оказывал покровительство С. г-жи Гудето. С. в Тампле, хозяйкой которого была г-жа де Буффлер, любовница принца Конти, отличался богатством своих приемов. С. г-жи Граммон, сестры Шуазеля, является первым истинно политическим С.: он представлял собою род тайного комитета, куда каждый являлся с отчетом и где велись рассуждения о государственных делах. Некоторую политическую роль играл и С. г-жи Рошфор. Финансовая знать собиралась в С. Самюэля Бернара, Ло, Пленеф, Трюден, Ла-Попелиньер. Чисто литературный характер имели С. д\'Эпине, Дюдеффан, Леспинасс; здесь вокруг блестящих хозяек собирались философы и вообще остроумные люди; эти С. имели такое же влияние на литературу, как С. г-жи Рамбулье. К началу революции С. представляли собою уже как бы переход к революционным клубам; таковы были в 1789 г. С. Неккер, где собирались Сиейс, Кондорсе, Талейран, аббат Делиль и др. и блистала дочь хозяев, впоследствии г-жа де Сталь; С. Богарне, Жанлис, Гельвециус, в котором бывали Вольней, Сиейс, Бергасс, Манюель, Кабанис; С. г-жи Панкук, где собирались Мармонтель, Соден, Лагарп, Фонтан, а также Баррер, приносивший с собою революционный элемент, которого в то время по мог избежать ни один С.; С. Жюли Тальма, супруги знаменитого актера, откуда впоследствии Наполеон направлял переворот 18 брюмера; С. г-жи Кондорсе, бывший как бы центром всей мыслящей Европы; здесь считали долгом бывать все выдающиеся ученые иностранцы.

После 1790 г. С. сменились клубами; первые, как собранья людей небольшого круга светского общества, оказывались недостаточными для потребностей времени. Последним С., уже исключительно политическим, является С. г-жи Ролан, который был блестящим очагом революции; у ее бывал сначала Робеспьер, затем ее дом сделался центром партии жирондистов. После переворота 9 термидора вновь появились С.; наиболее блестящим из них был С. г-жи де Сталь, во время террора принимавшая гостей в замке Коппе, близ Женевы; теперь у нее собирались все выдающиеся деятели эпохи директорш - Бенжамен Констан, Талейран, Карно, Бонапарт, Барбе-Марбуа, Буасси д\'Англа, г-жи Крюденер, Рекамье. При первом консуле С. г-жи де Сталь делается очагом оппозиции, хотя там появлялись и приверженцы правительства, братья консула, министры и т. д. Изгнанная во время империи из Франции, г-жа Сталь вернулась в Париж в 1814 г. и восстановила свой С., где бывали Бенжамен Констан, аббат Прадт, Лафайет, Фуше, Веллингтон. Блестящий С. г-жи Таллиен во время директории несколько напоминал времена регентства; в С. Сюар собирались ученые и светские люди. При Наполеоне I, когда политическая свобода во Франции была сильно стеснена, С. потеряли свое прежнее значение; единственной приманкой в С. является женская красота. Прежний блестящий С. возрождается в эпоху реставрации и вновь начинает играть выдающуюся роль. С. г-жи Лебрен являлся местом собрания старых легитимистов; у барона Жерара собирались главным образом писатели, артисты, художники и др. Блестящий С. г-жи Ансело являлся в конце эпохи реставрации как бы путем в академию; там собирались литературные и другие знаменитости, как Викт. Гюго, Альф. де-Виньи, Эмиль Дешан, Шатобриан, Консидеран, кн. Чарторыйский, кн. Полиньяк. С. Шарля Нодье объединял собою главным образом писателей новой школы - Виктора Гюго, Мюссе, Алекс. Дюма, Дешана и др. С. Виктора Гюго, бывший вначале чисто литературным, с 1848 г. обратился в политический и просуществовал до декабрьского переворота 1851 г. С. красавицы г-жи Рекамье посещали ее многочисленные поклонники: Шатобриан, Балланш, Ампер, герц. Ноайль, Паскье, Монталамбер, Фаллу и др. В С. герцогини Абрантес собиралось небольшое общество представителей бонапартистской знати и современной литературы, напр. Люсьен Бонапарт, Бальзак; это был С. артистический по преимуществу, славившийся своею роскошью и празднествами, которые совершенно разорили хозяйку. Между С. последних лет июльской монархии выдавались С. г-жи де-Кюстин, с особым оттенком легитимистского романтизма, и С. г-жи Жирарден, посещавшийся Викт. Гюго, Готье, Мери, Гозланом и др. Во время второй республики С. имели исключительно политический характер; таков был С. депутата Флавиньи, где, кроме депутатов, собирались и иностранные дипломаты. После переворота 2 декабря появились официальные С., напр. С. государственного министра (при Фульде). С. президента законодательного корпуса, блиставший при герцоге Морни. Исключительно аристократический характер имел С. г-жи Меттерних, жены австрийского посла. С. г-жи Свечиной был сборным местом легитимистов и клерикалов. В настоящее время значение парижских С. исчезло, как и влияние их на литературу и политику. В истории русского общества также можно указать женщин, вокруг которых группировались литературные и общественные деятели. Таковы, напр., С. Д. Пономарева, А. П. Елагина, баронесса Э. Ф. Раден. Крупное политическое значение имел С. вел. княг. Елены Павловны.

Салоники

(в старину также Солунь, греч. Qessalonikh - Thessaloniki, турецк. Selanik, итал. Salonicchi, у болгар, и проч. южн. славян Солунь и Солун) - гл. г. Салоникского вилайета (в Турции), обнимающего собою части древних Македонии и Фракии; лежит в глубине большого Солуньского или Термейского залива, составляющего часть Эгейского моря, на склоне горы Кисса или Kopтиаша (1200 м.), при устье р. Вардара. С моря С., с многочисленными церквами и мечетями, имеет весьма живописный вид, но улицы города узки и грязны. Наибольшею чистотою отличаются европейский (или франкский) квартал и форштадт Каламария. Бывший акрополь, позднее семибашенный замок, представляет теперь жалкие развалины цитадели венецианских времен. Из числа мечетей некоторые прежде были христианскими церквами, напр. св. София, св. Димитрий, "ротунда" св. Георгия, с византийскими мозаиками. Много греческ. элементарных школ, греческая и болгарская гимназии, девичье училище, учительская семинария, еврейское главное училище. Много памятников древности: внутри цитадели развалины триумфальной арки Марка Аврелия; пропилей гипиодрома величественная коринфская колоннада; мечеть Эски-Джаму была прежде храмом Термейской Венеры; Вардарския ворота - триумфальная арка Октавиана Августа в память победы при Филиппах; покрытая мрамором триумфальная арка Константина Вел.; множество колонн, статуй, надписей и т. п. Жит. свыше 120000, в том числе не менее половины евреев, потомков переселившихся в XVI в. из Испании (Sephardim), 25000 турок, 14000 греков, 10000 славян, 3300 "франков". 2 бумагопрядильни, 7 паровых мельниц, 1 спиртовой завод, 5 мыловаренных заводов, 1 кожевенный завод. После Константинополя С. - важнейший в торговом отношении город европ. Турции. Его гавань безопасна, удобна и вместительна; он служит складочным пунктом для товаров Македонии, которые приходят сюда по судоходному Вардару, караванами и по железной дороге. С. соединен жел. дор. с сербскою сетью (Ниш-Белград), а через нее - и с австровенгерскою. Главнейшие предметы вывоза: хлеб (в Англию, Францию, Италию и др.), табак (наполовину в Австрию), хлопчатая бумага, лес строительный и для топлива, опиум, слива, кожи, шелк-сырец (в Милан и Бруссу). Ввозятся сахар, кофе, рис, соль, керосин, каменный уголь, в особенности же хлопчатобумажные и металлические товары из Англии, шерстяные и деревянные изделия из Австро-Венгрии, кожи из Франции и Греции, растительное масло, алкоголь, мыло.

Движение судов в Салоникском рейде в 1894 г.: вошло 733 коммерческих парохода, с грузом в 686060 тонн, и 3448 парусных судов, с 80599 тонн груза; вышло 758 пароходов, с 681864 тонн груза, и 3444 парусных судна, с 80988 тонн груза. Первое место занимают флаги английский и французский, затем австро-венгерский, итальянский, турецкий и греческий. Правильные рейсы австро-венгерского ллойда, Messageries Maritimes и др. Фрахтовые суда - преимущественно английские. Местопребывание ген. губернатора (вали), православного митрополита, иудейского великого хакама и многочисленных консулов иностранных наций. Банк, турецкая и австрийская торговые каморы. С. - в древности Фессалоники - основаны ок. 315 г. до Р. Хр. Кассандром, на месте еще более древних Ферм. Город был сильно укреплен и скоро сделался главною гаванью Македонии, а также главным охранным пунктом на Via Egnatia военной дороге, которая во времена римского владычества вела из Диррахия в Византию. В С. проповедовал христианство апостол Павел и основал общину, для которой им были написаны два послания ("Послания к Солунянам"). По своим торговым оборотам и богатству был одним из самых важных городов византийской империи. Феодосий Вел. казнил 7000 солунских граждан, участвовавших в восстании, за что императору пришлось подвергнуться церковному покаянию. Готы тщетно осаждали С., славяне (в VII стол.) несколько раз пытались взять его; в 904 г. им овладели сарацины и 22000 жит. продали в рабство; в 1185 г. город взята и разграблен норманнами; по взятии Константинополя латинянами он подпадает под власть маркграфа Бонифация Монферратского, который здесь основывает королевство; в 1222 г. город переходит к деспотам эпирским, в 1246 г. к Византии, в 1423 г. - к венецианцам; в марте 1430 г. завоеван турками. С. считается местом рождения первоучителей славянских св. Кирилла и Мелодия. Ср. Rohnstock, "Saloniki und sein Нinterland" (Константинополь, 1887); Eras, "Unser Handel mit den Btalkanlandern etc. mit besonderer Berucksichtigung der Hafenstadt "Saloniki" (Лпц., 1891).

Салтыков Михаил Евграфович

- знаменитый русский писатель. Родился 15 января 1826 г. в старой дворянской семье, в имении родителей, селе Спас-Угол, Калязинского уезда Тверской губернии. Хотя в примечании к "Пошехонской старине" С. и просил не смешивать его с личностью Никанора Затрапезного, от имени которого ведется рассказ, но полнейшее сходство многого, сообщаемого о Затрапезном, с несомненными фактами жизни С. позволяет предполагать, что "Пошехонская старина" имеет отчасти автобиографический характер. Первым учителем С. был крепостной человек его родителей, живописец Павел; потом с ним занимались старшая его сестра, священник соседнего села, гувернантка и студент московской духовной академии. Десяти лет от роду он поступил в московский дворянский институт (нечто в роде гимназии, с пансионом), а два года спустя был переведен, как один из отличнейших учеников, казеннокоштным воспитанником в Царскосельский (позже - Александровский) лицей. В 1844 г. окончил курс по второму разряду (т. е. с чином X-го класса), семнадцатым из двадцати двух учеников, потому что поведение его аттестовалось не более как "довольно хорошим": к обычным школьным проступкам ("грубость", куренье, небрежность в одежде) у него присоединялось писание стихов "неодобрительного" содержания. В лицее, под влиянием свежих еще тогда пушкинских преданий, каждый курс имел своего поэта; в XIII-м курсе эту роль играл С. Несколько его стихотворений было помещено в "Библиотеке для Чтения" 1841 и 1842 гг., когда он был еще лицеистом; другие, напечатанные в "Современнике" (ред. Плетнева) 1844 и 1845 гг., написаны им также еще в лицее (все эти стихотворения перепечатаны в "Материалах для биографии М. Е. Салтыкова", приложенных к полному собранию его сочинений). Ни одно из стихотворений С. (отчасти переводных, отчасти оригинальных) не носит на себе следов таланта; позднейшие по времени даже уступают более ранним.

С. скоро понял что у него нет призваны к поэзии, перестал писать стихи и не любил, когда ему о них напоминали. И в этих ученических упражнениях, однако, чувствуется искреннее настроение, большей частью грустное, меланхолическое (у тогдашних знакомых С. слыл под именем "мрачного лицеиста"). В августе 1844 г. С. был зачислен на службу в канцелярию военного министра и только через два года получил там первое штатное место - помощника секретаря. Литература уже тогда занимала его гораздо больше, чем служба: он не только много читал, увлекаясь в особенности Ж. Зандом и французскими социалистами (блестящая картина этого увлечения нарисована им, тридцать лет спустя, в четвертой главе сборника: "За рубежом"), но и писал сначала небольшие библиографические заметки (в "Отечественных Записках" 1847 г.), а потом повести: "Противоречия" (там же, ноябрь 1847) и "Запутанное дело" (март 1848). Уже в библиографических заметках, не смотря на маловажность книг, по поводу которых они написаны, проглядывает образ мыслей автора - его отвращение к рутине, к прописной морали, к крепостному праву; местами попадаются и блестки насмешливого юмора. В первой повести С., которую он никогда впоследствии не перепечатывал, звучит, сдавленно и глухо, та самая тема, на которую были написаны ранние романы Ж. Занда: признание прав жизни и страсти. Герой повести, Нагибин - человек обессиленный тепличным воспитанием и беззащитный против влияний среды, против "мелочей жизни". Страх перед этими мелочами и тогда, и позже (см. напр. "Дорога", в "Губернских Очерках") был знаком, по-видимому, и самому С. - но у него это был тот страх, который служит источником борьбы, а не уныния. В Нагибине отразился, таким образом, только один небольшой уголок внутренней жизни автора. Другое действующее лицо романа-"женщина-кулак", Крошина  - напоминает Анну Павловну Затрапезную из "Пошехонской старины", т. е. навеяно, вероятно, семейными воспоминаниями С. Гораздо крупнее "Запутанное дело" (перепеч. в "Невинных рассказах"), написанное под сильным влиянием "Шинели", может быть и "Бедных людей", но заключающее в себе несколько замечательных страниц (напр. изображение пирамиды из человеческий тел, которая снится Мичулину). "Россия" - так размышляет герой повести - "государство обширное, обильное и богатое; да человек-то глуп, мрет себе с голоду в обильном государстве". "Жизнь-лотерея", подсказывает ему привычный взгляд, завещанный ему отцом; "оно так, - отвечает какой-то недоброжелательный голос, - но почему же она лотерея, почему ж бы не быть ей просто жизнью"? Несколькими месяцами раньше такие рассуждения остались бы, может быть, незамеченными - но "Запутанное дело") появилось в свет как раз тогда, когда февральская революция во Франции отразилась в России учреждением негласного комитета, облеченного особыми полномочиями для обуздания печати. 28-го апреля, 1848 г. С. был выслан в Вятку и 3-го июля определен канцелярским чиновником при вятском губернском правлении. В ноябре того же года он был назначен старшим чиновником особых поручений при вятском губернаторе, затем два раза исправлял должность правителя губернаторской канцелярии, а с августа 1850 г. был советником губернского правления.

О службе его в Вятке сохранилось мало сведений, но, судя по записке о земельных беспорядках в Слободском уезде, найденной, после смерти С., в его бумагах и подробно изложенной в "Материалах" для его биографии он горячо принимал к сердцу свои обязанности, когда они приводили его в непосредственное соприкосновение с народной массой и давали ему возможность быть ей полезным. Провинциальную жизнь, в самых темных ее сторонах, в то время легко ускользавших от взора, С. узнал как нельзя лучше, благодаря командировкам и следствиям, которые на него возлагались  - и богатый запас сделанных им наблюдений нашел себе место в "Губернских Очерках". Тяжелую скуку умственного одиночества он разгонял внеслужебными занятиями: сохранились отрывки его переводов из Токвиля, Вивьена, Шерюеля и заметки, написанные им по поводу известной книги Беккарии. Для сестер Болтиных, из которых одна в 1856 г. стала его женою, он составил "Краткую историю России". В ноябре 1855 г. ему разрешено было, наконец, совершенно оставить Вятку (откуда он до тех пор только один раз выезжал к себе в тверскую деревню); в феврале 1856 г. он был причислен к министерству внутренних дел, в июне того же года назначен чиновником особых поручений при министре и в августе командирован в губернии Тверскую и Владимирскую для обозрения делопроизводства губернских комитетов ополчения (созванного, по случаю восточной войны, в 1855 г.). В его бумагах нашелся черновик записки, составленной им при исполнении этого поручения. Она удостоверяет, что так называемые дворянские губернии предстали перед С. не в лучшем виде, чем недворянская, Вятская; злоупотреблений при снаряжении ополчения им было обнаружено множество. Несколько позже им была составлена записка об устройстве градских и земских полиций, проникнутая мало еще распространенной тогда идеей децентрализации и весьма смело подчеркивавшая недостатки действовавших порядков.

Вслед за возвращением С. из ссылки. возобновилась, с большим блеском, его литературная деятельность. Имя надворного советника Щедрина, которым были подписаны появлявшиеся в "Русском Вестнике", с 1856 г., "Губернские Очерки", сразу сделалось одним из самых любимых и популярных. Собранные в одно целое, "Губернские Очерки" в 1857 г. выдержали два издания (впоследствии - еще два, в 1864 и 1882 гг.). Они положили начало целой литературе, получившей название "обличительной", но сами принадлежали к ней только отчасти. Внешняя сторона мира кляуз, взяток, всяческих злоупотреблений наполняет всецело лишь никоторые из очерков; на первый план выдвигается психология чиновничьего быта, выступают такие крупные фигуры, как Порфирий Петрович, как "озорник", первообраз "помпадуров", или "надорванный", первообраз "ташкентцев", как Перегоренский, с неукротимым ябедничеством которого должно считаться даже административное полновластие. Юмор, как и у Гоголя, чередуется в "Губернских Очерках" с лиризмом; такие страницы, как обращение к провинции (в "Скуке"), производят до сих пор глубокое впечатление. Чем были "Губернские Очерки" для русского общества, только что пробудившегося к новой жизни и с радостным удивлением следившего за первыми проблесками свободного слова - это легко себе представить. Обстоятельствами тогдашнего времени объясняется и то, что автор "Губернских Очерков" мог не только оставаться на службе, но и получать более ответственные должности. В марте 1858 г. С. был назначен рязанским вицегубернатором, в апреле 1860г. переведен на ту же должность в Тверь. Пишет он в это время очень много, сначала в разных журналах (кроме "Русского Вестника" - в "Атенее", "Современнике", "Библиотеке для Чтения", "Московском Вестнике"), но с 1860 г. - почти исключительно в "Современнике" ( В 1861 г. С. поместил несколько небольших статей в "Московских Ведомостях" (ред. В. Ф. Корша), в 1882 г. - несколько сцен и рассказов в журнале "Время"). Из написанного им между 1858 и 1862 гг. составились два сборника-"Невинные рассказы" и "Сатиры в прозе"; и тот, и другой изданы отдельно три раза (1863, 1881, 1885). В картинах провинциальной жизни, которые С. теперь рисует, Крутогорск (т. е. Вятка) скоро уступает Глупову, представляющему собою не какой-нибудь определенный, а типичный русский город - тот город, "историю" которого, понимаемого в еще более широком смысле, несколькими годами позже написал С. Мы видим здесь как последние вспышки отживающего крепостного строя ("Госпожа Падейкова", "Наш дружеский хлам", "Наш губернский день"), так и очерки так называемого "возрождения", в Глупове не идущего дальше попыток сохранить, в новых формах, старое содержание. Староглуповец "представлялся милым уже потому, что был не ужасно, а смешно отвратителен; новоглуповец продолжает быть отвратительным - и в тоже время утратил способность быть милым" ("Наши глуповские дела"). В настоящем и будущем Глупова усматривается один "конфуз": "идти вперед трудно, идти назад - невозможно". Только в самом конце этюдов о Глупове проглядывает нечто похожее на луч надежды: С. выражает уверенность, что "новоглуповец будет последним из глуповцев".

В феврале 1862 г. С. в первый раз вышел в отставку. Он хотел поселиться в Москве и основать там двухнедельный журнал; когда ему это не удалось, он переехал в Петербург и с начала 1863 г. сталь, фактически, одним из редакторов "Современника". В продолжении двух лет он помещает в нем беллетристические произведения, общественные и театральный хроники, московские письма, рецензии на книги, полемические заметки, публицистические статьи. Все это, за исключением немногих сцен и рассказов, вошедших в состав отдельных изданий ("Невинные рассказы", "Признаки времени", "Помпадуры и Помпадурши"), остается до сих пор не перепечатанным, хотя заключает в себе много интересного и важного (Обзор содержания статей, помещенных С. в "Современнике" 1863 и 1864 гг., см. в книг А. Н. Пыпина: "М. Е. Салтыков" (СПб., 1879). Есть основание надеяться, что эти статьи - или большая их часть - войдут в состав следующего издания сочинений С.). К этому же, приблизительно, времени относятся замечания С. на проект устава о книгопечатании, составленный комиссией под председательством кн. Д. А. Оболенского (см. "Материалы для биографии М. Е. Салтыкова"). Главный недостаток проекта С. видит в том, что он ограничивается заменой одной формы произвола, беспорядочной и хаотической, другой, систематизированной и формально узаконенной. Весьма вероятно, что стеснения, которые "Современник" на каждом шагу встречал со стороны цензуры, в связи с отсутствием надежды на скорую перемену к лучшему, побудили С. опять вступить на службу, но по другому ведомству, менее прикосновенному к злобе дня. В ноябре 1864 г. он был назначен управляющим пензенской казенной палатой, два года спустя переведен на ту же должность в Тулу, а в октябре 1867 г. - в Рязань. Эти годы были временем его наименьшей литературной деятельности: в продолжение трех лет (1865, 1866, 1867) в печати появилась только одна его статья "Завещание моим детям" ("Современник", 1866, ј 1; перепеч. в "Признаках времени"). Тяга его к литературе оставалась, однако, прежняя: как только "Отечественные Записки" перешли (с 1 января 1868 г.) под редакцию Некрасова, С. сделался одним из самых усердных их сотрудников, а в июне 1868 г. окончательно покинул службу и сделался одним из главных сотрудников и руководителей журнала, официальным редактором которого стал десять лет спустя, после смерти Некрасова. Пока существовали "Отечественный Записки", т. е. до 1884 г., С. работал исключительно для них. Большая часть написанного им в это время вошла в состав следующих сборников: "Признаки времени" и "Письма из провинции" (1870, 72, 85), "Истории одного города" (1 и 2 изд. 1870; 3 изд. 1883), "Помпадуры и Помпадурши" (1873, 77, 82, 86), "Господа Ташкентцы" (1873, 81, 85), "Дневник провинциала в Петербурге" (1873, 81, 85), "Благонамеренные речи" (1876, 83), "В среде умеренности и аккуратности" (1878, 81, 85), "Господа Головлевы" (1880, 83), "Сборник" (1881, 83), "Убежище Монрепо" (1882, 83), "Круглый год" (1880, 83), "За рубежом" (1881), "Письма к тетеньке" (1882), "Современная Идиллия" (1885), "Недоконченные беседы" (1885), "Пошехонские рассказы" (1886). Сверх того в "Отечественных Записках" были напечатаны в 1876 г. "Культурные люди" и "Итоги", при жизни С. не перепечатанные ни в одном из его сборников, но включенные в посмертное издание его сочинений. "Сказки", изданные особо в 1887 г., появлялись первоначально в "Отечествен. Записках", "Неделе", "Русских Ведомостях" и "Сборнике литературного фонда".

После запрещения "Отечественных Записок" С. помещал свои произведения преимущественно в "Вестнике Европы"; отдельно "Пестрые письма" и "Мелочи жизни" были изданы при жизни автора (1886 и 1887), "Пошехонская Старина"-ужо после его смерти, в 1890 г. Здоровье С., расшатанное еще с половины 70-х годов, было глубоко потрясено запрещением "Отечественных Записок". Впечатление, произведенное на него этим событием, изображено им самим с большою силой в одной из сказок ("Приключение с Крамольниковым", который "однажды утром, проснувшись, совершенно явственно ощутил, что его нет") и в первом "Пестром письме", начинающемся словами: "несколько месяцев тому назад я совершенно неожиданно лишился употребления языка"... Редакционной работой С. занимался неутомимо и страстно, живо принимая к сердцу все касающееся журнала. Окруженный людьми ему симпатичными и с ним солидарными, С. чувствовал себя, благодаря "Отечественным Запискам", в постоянном общении с читателями, на постоянной, если можно так выразиться, службе у литературы, которую он так горячо любил и которой посвятил, в "Круглом годе", такой чудный хвалебный гимн (письмо С. к сыну, написанное незадолго до смерти, оканчивается словами: "паче всего люби родную литературу и звание литератора предпочитай всякому другому"). Незаменимой утратой был для него, поэтому, разрыв непосредственной связи между ним и публикой. С. знал, что "читатель-друг" по-прежнему существует - но этот читатель "заробел, затерялся в толпе и дознаться, где именно он находится, довольно трудно". Мысль об одиночестве, "оброшенности" удручает. его все больше и больше, обостряемая физическими страданиями и в свою очередь обостряющая их. "Болен я" - восклицает он в первой главе "Мелочей жизни" невыносимо. Недуг впился в меня всеми когтями и не выпускает из них. Изможденное тело ничего не может ему противопоставить". Последние его годы были медленной агонией, но он не переставал писать, пока мог держать перо, и его творчество оставалось до конца сильным и свободным; "Пошехонская Старина" ни в чем не уступает его лучшим произведениям. Незадолго до смерти он начал новый труд, об основной мысли которого можно составить себе понятие уже по его заглавию: "Забытые слова" ("Были, знаете, слова"- сказал Салтыков Н. К. Михайловскому незадолго до смерти  - ну, совесть, отечество, человечество, другие там еще.. А теперь потрудитесь-ка их поискать!. . Надо же напомнить! ":). Он умер 28 апреля 1889 г. и погребен 2 мая, согласно его желанию, на Волковом кладбище, рядом с Тургеневым.

Двадцать лет сряду все крупные явления русской общественной жизни встречали отголосок в сатире С., иногда предугадывавшей их еще в зародыше. Это - своего рода исторический документ, доходящий местами до полного сочетания реальной и художественной правды. Занимает свой пост С. в то время, когда завершился главный цикл "великих реформ" и, говоря словами Некрасова, "рановременные меры" (рановременные, конечно, только с точки зрения их противников) "теряли должные размеры и с треском пятились назад". Осуществление реформ, за одним лишь исключением, попало в руки людей, им враждебных. В обществе все резче заявляли себя обычные результаты реакции и застоя: мельчали учреждения, мельчали люди, усиливался дух хищения и наживы, всплывало на верх все легковесное и пустое. При таких условиях для писателя с дарованием С. трудно было воздержаться от сатиры. Орудием борьбы становится, в его руках, даже экскурсия в прошедшее: составляя "историю одного города", он имеет в виду - как видно из письма его к А. Н. Пыпину, опубликованного в 1889 г., - исключительно настоящее. "историческая форма рассказа" - говорит он, - "была для меня удобна потому, что позволяла мне свободнее обращаться к известным явлениям жизни... Критик должен сам угадать и другим внушить, что Парамоша - совсем не Магницний только, но вместе с тем и NN. И даже не NN., а все вообще люди известной партии, и ныне не утратившей своей силы". И действительно, Бородавкин ("история одного города"), пишущий втихомолку "устав о нестеснении градоначальников законами", и помещик Поскудников ("Дневник провинциала в Петербурге"), "признающий не бесполезным подвергнут расстрелянию всех несогласно мыслящих" - это одного поля ягоды; бичующая их сатира преследует одну и ту же цель, все равно, идет ли речь о прошедшем или о настоящем.

Все написанное С. в первой половине семидесятых годов дает отпор, главным образом, отчаянным усилиям побежденных - побежденных реформами предыдущего десятилетия - опять завоевать потерянные позиции или вознаградить себя, так или иначе, за понесенные утраты. В "Письмах о провинции" историографы - т. е. те, которые издавна делали русскую историю - ведут борьбу с новыми сочинителями, в "Дневнике провинциала" сыплются, как из рога изобилия, прожекты, выдвигающие на первый план "благонадежных и знающих обстоятельства местных землевладельцев"; в "Помпадурах и Помпадуршах" крепкоголовые "экзаменуют" мировых посредников, признаваемых отщепенцами дворянского лагеря. В "Господах Ташкентцах" мы знакомимся с "просветителями, свободными от наук", и узнаем, что "Ташкент есть страна, лежащая всюду, где бьют по зубам и где имеет право гражданственности предание о Макаре, телят не гоняющем". "Помпадуры" - это руководители, прошедшие курс административных наук у Бореля или у Донона; "Ташкентцы" - это исполнители помпадурских приказаний. Не щадит С. и новые учреждения - земство, суд, адвокатуру, не щадит их именно потому, что требует от них многого и возмущается каждой уступкой, сделанной ими "мелочам жизни". Отсюда и строгость его к некоторым органам печати, занимавшимся, по его выражению, "пенкоснимательством". В пылу борьбы С. мог быть несправедливым к отдельным лицам, корпорациям и учреждениям, но только потому, что перед ним всегда носилось высокое представление о задачах эпохи. Литература, например, может быть названа солью русской жизни: что будет - думал С., - если соль перестанет быть соленою, если к ограничениям, независящим от литературы, она прибавит еще добровольное самоограничение?..

С усложнением русской жизни, с появлением новых общественных сил и видоизменением старых, с умножением опасностей, грозящих мирному развитию народа, расширяются и рамки творчества Салтыкова. Ко второй половине семидесятых годов относится создание им таких типов, как Дерунов и Стрелов, Разуваев и Колупаев. В их лице хищничество, с небывалою до тех пор смелостью, предъявляет свои права на роль "столпа", т. с. опоры общества - и эти права признаются за ним с разных сторон, как нечто должное (припомним станового пристава Грациапова и собирателя "материалов" в "Убежище Монрепо"). Мы видим победоносный поход "чумазого" на "дворянские усыпальницы", слышим допеваемые "дворянские мелодии", присутствуем при гонении против Анпетовых и Парначевых, заподозренных в "пущании революции промежду себя". Еще печальнее картины, представляемые разлагающеюся семьею, непримиримым разладом между "отцами" и "детьми" - между кузиной Машенькой и "непочтительным Коронатом" между Молчалиным и его Павлом Алексеевичем, между Разумовым и его Степой. "Больное место" (напеч. в "Отеч. Зап". 1879 г., переп. в "Сборнике"), в котором этот разлад изображен с потрясающим драматизмом, один из кульминационных пунктов дарования С. "Хандрящим людям", уставшим надеяться и изнывающим в своих углах, противопоставляются "люди торжествующей современности", консерваторы в образе либерала (Тебеньков) и консерваторы с национальным оттенком (Плешивцев), узкие государственники, стремящиеся, в сущности, к совершенно аналогичным результатам, хотя и отправляющиеся один - "с Офицерской в столичном городе Петербурге, другой  - с Плющихи в столичном городе Москве". С особенным негодованием обрушивается сатирик на "литературные клоповники", избравшие девизом: "мыслить не полагается", целью - порабощение народа, средством для достижения цели - оклеветание противников. "Торжествующая свинья", выведенная на сцену в одной из последних глав "За рубежом", не только допрашивает "правду", но и издевается над нею, "сыскивает ее своими средствами" гложет ее с громким чавканьем, публично, нимало не стесняясь. В литературу, с другой стороны, вторгается улица, "с ее бессвязным галденьем, низменною несложностью требований, дикостью идеалов"  - улица, служащая главным очагом "шкурных инстинктов". Несколько позже наступает пора "лганья" и тесно связанных с ним "извещений". "Властителем дум" является "негодяй, порожденный нравственною и умственною мутью, воспитанный и окрыленный шкурным малодушием". Иногда (напр. в одном из "Писем к тетеньке") С. надеется на будущее, выражая уверенность, что русское общество "не поддастся наплыву низкопробного озлобления на все выходящее за пределы хлевной атмосферы"; иногда им овладевает уныние, при мысли о тех "изолированных призывах стыда, которые прорывались среди масс бесстыжества - и канули в вечность" (конец "Современной Идиллии"). Он вооружается против новой программы: "прочь фразы, пора за дело взяться", справедливо находя, что и она - только фраза, и, в добавок, "истлевшая под наслоениями пыли и плесени" ("Пошехонские рассказы"). Удручаемый "мелочами жизни", он видит в увеличивающемся их господстве опасность тем более грозную, чем больше растут крупные вопросы: "забываемые, пренебрегаемые, заглушаемые шумом и треском будничной суеты, они напрасно стучатся в дверь, которая не может, однако, вечно оставаться для них закрытой". - Наблюдая, со своей сторожевой башни, изменчивые картины настоящего, С. никогда не переставал, вместе с тем, глядеть в неясную даль будущего. Сказочный элемент, своеобразный, мало похожий на то, что обыкновенно понимается под этим именем, никогда не был совершенно чужд произведениям С.: в изображения реальной жизни у него часто врывалось то, что он сам называл волшебством. Это - одна из тех форм, которые принимала сильно звучавшая в нем поэтическая жилка. В его сказках, наоборот, большую роль играет действительность, не мешая лучшим из них быть настоящими "стихотворениями в прозе". Таковы "Премудрый пискарь", "Бедный волк", "Карась-идеалист", "Баран непомнящий" и в особенности "Коняга". Идея и образ сливаются здесь в одно нераздельное целое: сильнейший эффект достигается самыми простыми средствами.

Немного найдется в нашей литературе таких картин русской природы и русское жизни, какие раскинуты в "Коняге". После Некрасова ни у кого не слышалось таких стонов душевной муки, вырываемых зрелищем нескончаемого труда над нескончаемой задачей. Великим художником является С. и в "Господах Головлевых". Члены Головлевской семьи, этого уродливого продукта крепостной эпохи - не сумасшедшие в полном смысле слова, но поврежденные совокупным действием физиологических и общественных устоев. Внутренняя жизнь этих несчастных, исковерканных людей изображена с такой рельефностью, какой редко достигают и наша, и западноевропейская литература. Это особенно заметно при сравнены картин аналогичных по сюжету - напр. картин пьянства у С. (Степан Головлев) и у Золя (Купо, в "Assommoir"). Последняя написана наблюдателем-протоколистом, первая - психологом-художником. У С. нет ни клинических терминов, ни стенографически записанного бреда, ни подробно воспроизведенных галлюцинаций; но с помощью нескольких лучей света, брошенных в глубокую тьму, перед нами восстает последняя, отчаянная вспышка бесплодно погибшей жизни. В пьянице, почти дошедшем до животного отупения, мы узнаем человека. Еще ярче обрисована Арина Петровна Головлева - и в этой черствой, скаредной старухе С. также нашел человеческие черты, внушающие сострадание. Он открывает их даже в самом "Иудушке" (Порфирии Головлеве) - этом "лицемере чисто русского пошиба, лишенном всякого нравственного мерила и не знающем иной истины, кроме той, которая значится в азбучных прописях". Никого не любя, ничего не уважая, заменяя отсутствующее содержание жизни массой мелочей, Иудушка мог быть спокоен и по своему счастлив, пока вокруг него, не прерываясь ни на минуту, шла придуманная им самим суматоха. Внезапная ее остановка должна была разбудить его от сна наяву, подобно тому, как просыпается мельник, когда перестают двигаться мельничные колеса. Однажды очнувшись, Порфирий Головлев должен был почувствовать страшную пустоту, должен был услышать голоса, заглушавшиеся до тех пор шумом искусственного водоворота. Совесть есть и у Иудушек; по выражению С., она может быть только "загнана и позабыта", может только устранить, до поры до времени, "ту деятельную чуткость, которая обязательно напоминает человеку о ее существовании". В изображении кризиса, переживаемого Иудушкой и ведущего его к смерти, нет поэтому ни одной фальшивой ноты, и вся фигура Иудушки принадлежит к числу самых крупных созданий С.

Рядом с "Господами Головлевыми" должна быть поставлена "Пошехонская Старина" - удивительно яркая картина тех основ, на которых держался общественный строй крепостной России. С. не примирен с прошедшим, но и не озлоблен против него; он одинаково избегает и розовой, и безусловно-черной краски. Ничего не скрашивая и не скрывая, он ничего не извращает - и впечатление получается тем более сильное, чем живее чувствуется близость к истине. Если на всем и на всех лежит печать чего-то удручающего, принижающего и властителей, и подвластных, то ведь именно такова и была деревенская дореформенная Россия. Может быть, где-нибудь и разыгрывались идиллии вроде той, которую мы видим в "Сне" Обломова; но на одну Обломовку сколько приходилось Малиновцев и Овсецовых, изображенных Салтыковым? Подрывая раз навсегда возможность идеализации и крепостного быта, "Пошехонская Старина" дает, вместе с тем, целую галерею портретов, нарисованных рукою истинного художника. Особенно разнообразны типы, взятые С. из крепостной массы. Смирение, например, по необходимости было тогда качеством весьма распространенным; но пассивное, тупое смирение Конона не походит ни на мечтательное смирение Сатира-скитальца, стоящего на рубеже между юродивым и раскольником-протестантом, ни на воинственное смирение Аннушки, мирящейся с рабством, но отнюдь не с рабовладельцами. Избавление и Сатир, и Аннушка видят только в смерти - и это значение она имела тогда для миллионов людей. "Пускай вериги рабства" - восклицает С., изображая простую, теплую веру простого человека, - "с каждым часом все глубже и глубже впиваются в его изможденное тело - он верит, что злосчастие его не бессрочно и что наступит минута, когда правда осияет его, наравне с другими алчущими и жаждущими. Да! колдовство рушится, цепи рабства падут, явится свет, которого не победит тьма". Смерть, освободившая его предков, "придет и к нему, верующему сыну веровавших отцов, и, свободному, даст крылья, чтобы лететь в царство свободы, на встречу свободным отцам"! Не менее поразительна та страница "Пошехонской Старины", где Никанор Затрапезный, устами которого на этот раз несомненно говорит сам С., описывает действие, произведенное на него чтением Евангелия. "Униженные и оскорбленные встали передо мной осиянные светом, и громко вопияли против прирожденной несправедливости, которая ничего не дала им, кроме оков". В "поруганном образе раба" С. признал образ человека. Протест против "крепостных цепей", воспитанный впечатлениями детства, с течением времени обратился у С., как и у Некрасова, в протест против всяких "иных" цепей, "придуманных взамен крепостных"; заступничество за раба перешло в заступничество за человека и гражданина. Негодуя против "улицы" и "толпы", С. никогда не отождествлял их с народной массой и всегда стоял на стороне "человека питающегося любовью" и "мальчика без штанов". Основываясь на нескольких вкривь и вкось истолкованных отрывках на разных сочинений С., его враги старались приписать ему высокомерное, презрительное отношение к народу, "Пошехонская Старина" уничтожила возможность подобных обвинений.

Немного, вообще, найдется писателей, которых ненавидели бы так сильно и так упорно, как Салтыкова. Эта ненависть пережила его самого; ею проникнуты даже некрологи, посвященные ему в некоторых органах печати. Союзником злобы являлось непонимание. Салтыкова называли "сказочником", его произведения - фантазиями, вырождающимися порою в "чудесный фарс" и не имеющими ничего общего с действительностью. Его низводили на степень фельетониста, забавника, карикатуриста, видели в его сатире "некоторого рода ноздревщину и хлестаковщину, с большою прибавкою Собакевича". С. как-то назвал свою манеру писать "рабьей", это слово было подхвачено его противниками - и они уверяли, что благодаря "рабьему языку" сатирик мог болтать сколько угодно и о чем угодно, возбуждая не негодование, а смех, потешая даже тех, против кого направлены его удары. Идеалов, положительных стремлений у С., по мнению его противников, не было: он занимался только "оплеванием", "перетасовывая и пережевывая" небольшое количество всем наскучивших тем. В основании подобных взглядов лежит, в лучшем случае, ряд явных недоразумений. Элемент фантастичности, часто встречающийся у С., нисколько не уничтожает реальности его сатиры. Сквозь преувеличения ясно виднеется правда - да и самые преувеличения оказываются иногда ничем другим, как предугадыванием будущего. Многое из того, о чем мечтают, например, прожектеры в "Дневнике Провинциала", несколько лет спустя перешло в действительность.

Между тысячами страниц, написанных С., есть, конечно, и такие, к которым применимо название фельетона или карикатуры - но по небольшой и сравнительно неважной части нельзя судить о громадном целом. Встречаются у Салтыкова и резкие, грубые, даже бранные выражения, иногда, быть может, бьющие через край; но вежливости и сдержанности нельзя и требовать от сатиры. В. Гюго не перестал быть поэтом, когда сравнил своего врага с поросенком, щеголяющим в львиной шкуре; Ювенал читается в школах, хотя у него есть неудобопереводимые стихи. Обвинению в цинизме подвергались, в свое время, Вольтер, Гейне, Барбье, П. Л. Курье, Бальзак; понятно, что оно взводилось и на С. Весьма возможно, что при чтении. С. смеялись, порою, "помпадуры" или "ташкентцы"; но почему? Потому что многие из читателей этой категории отлично умеют "кивать на Петра", а другие видят только смешную оболочку рассказа, не вникая в его внутренний смысл. Слова С. о "рабьем языке" не следует понимать буквально. Бесспорно, его манера носит на себе следы условий, при которых он писал: у него много вынужденных недомолвок, полуслов, иносказаний - но еще больше можно насчитать случаев, в которых его речь льется громко и свободно или, даже сдержанная, напоминает собою театральный шепот, понятный всем постоянным посетителям театра. Рабий язык, говоря собственными словами С., "нимало не затемняют его намерений"; они совершенно ясны для всякого, кто желает понять их. Его темы бесконечно разнообразны, расширяясь и обновляясь сообразно с требованиями времени. Есть у него, конечно, и повторения, зависящие отчасти от того, что он писал для журналов; но они оправдываются, большею частью, важностью вопросов, к которым он возвращался.

Соединительным звеном всех его сочинений служит стремление к идеалу, который он сам (в "Мелочах жизни") резюмирует тремя словами: "свобода, развитие, справедливость". Под концом жизни эта формула кажется ему не достаточною. "Что такое свобода", говорить он, "без участия в благах жизни? Что такое развитие, без ясно намеченной конечной цели? Что такое справедливость, лишенная огня самоотверженности и любви"? На самом деле любовь никогда не была чужда С.: он всегда проповедовал ее "враждебным словом отрицанья". Беспощадно преследуя зло, он внушает снисходительность к людям, в которых оно находит выражение часто помимо их сознания и воли. Он протестует, в "Больном месте", против жестокого девиза: "со всем порвать". Речь о судьбе русской крестьянской женщины, вложенная им в уста сельского учителя ("Сон в летнюю ночь", в "Сборнике"), может быть поставлена, по глубине лиризма, наряду с лучшими страницами некрасовской поэмы: "Кому на Руси жить хорошо". "Кто видит слезы крестьянки? Кто слышит, как они льются капля по капле? Их видит и слышит только русский крестьянский малютка, но в нем они оживляют нравственное чувство и полагают в его сердце первые семена добра". Эта мысль, очевидно, давно овладела С. В одной из самых ранних и самых лучших его сказок ("Пропала совесть") совесть, которою все тяготятся и от которой все стараются отделаться, говорит своему последнему владельцу: "отыщи ты мне маленькое русское дитя, раствори ты передо мной его сердце чистое и схорони меня в нем, авось он меня, неповинный младенец, приютит и выходит, авось он меня в меру возраста своего произведет да и в люди потом со мной выйдет - не погнушается... По этому ее слову так и сделалось. Отыскал мещанишка маленькое русское дитя, растворил его сердце чистое и схоронил в нем совесть. Растет маленькое дитя, и вместе с ним растет в нем и совесть. И будет маленькое дитя большим человеком, и будет в нем большая совесть. И исчезнут тогда все неправды, коварства и насилия, потому что совесть будет не робкая и захочет распоряжаться всем сама". Эти слова, полные не только любви, но и надежды - завет, оставленный С. русскому народу.

В высокой степени своеобразны слог и язык С. Каждое выводимое им лицо говорит именно так, как подобает его характеру и положению. Слова Дерунова, например, дышат самоуверенностью и важностью, сознанием силы, не привыкшей встречать ни противодействия, ни даже возражений. Его речь - смесь идейных фраз, почерпнутых из церковного обихода, отголосков прежней почтительности перед господами и нестерпимо резких нот доморощенной политико-экономической доктрины. Язык Разуваева относится к языку Дерунова, как первые каллиграфические упражнения школьника к прописям учителя. В словах Фединьки Неугодова можно различить и канцелярский формализм высшего полета, и что-то салонное, и что-то Оффенбаховское. Когда С. говорит от собственного своего лица, оригинальность его манеры чувствуется в расстановке и сочетании слов, в неожиданных сближениях, в быстрых переходах из одного тона в другой. Замечательно уменье Салтыкова приискать подходящую кличку для типа, для общественной группы, для образа действий ("Столп", "Кандидат в столпы", "внутренние Ташкенты", "Ташкентцы приготовительного класса", "Убежище Монрепо", "ожидание поступков" и т. п.). Мало таких нот, мало таких красок, которых нельзя было бы найти у С. Сверкающий юмор, которым полна удивительная беседа мальчика в штанах с мальчиком без штанов, так же свеж и оригинален, как и задушевный лиризм, которым проникнуты последние страницы "Господ Головлевых" и "Больного места". Описаний у С. немного, но и между ними попадаются такие перлы, как картина деревенской осени в "Господах Головлевых" или засыпающего уездного городка в "Благонамеренных речах".

Собрание соч. С. с приложением "Материалов для его биографии", вышло в первый раз (в 9 т.) в год его смерти (1889) и выдержало с тех пор еще два издания.

Литература о С, P., "Литературная деятельность С. " ("Русская Мысль" 1889 г. ј 7 - перечень соч. С.); "Критические статьи", изд. М. Н. Чернышевским (СПб., 1893); О. Миллер, "Русские писатели после Гоголя" (ч. II, СПб., 1890); Писарев, "Цветы невинного юмора (соч. т. IX); Добролюбов, соч. т. II, Н. К. Михайловский, "Критические опыты. II. Щедрин" (М., 1890); его же, "Материалы для литературного портрета С." ("Русск. Мысль", 1890 г. М. 4); К. Арсеньев, "Критические этюды по русской литературе" (т. 1, СПб., 1888); его же "М. Е. С. Литературный очерк" ("Вестн. Европы", 1889 г. ј 6); статья В. И. Семевского в "Сборники Правоведения", т. I; биографии Салтыкова, С. Н. Кривенко, в "Биографической библиотеке" Павленкова; А. Н. Пыпин, "М. Е. Салтыков" (СПб., 1899); Михайлов, "Щедрин, как чиновник" (в "Одесском Листке"; выдержки в ј 213 "Новостей" за 1889 г.). Автограф письма С. к С. А. Венгерову, с биографическими сведениями, воспроизведен в сборнике "Путь-дорога", изданном в пользу нуждающихся переселенцев (СПб., 1893). Соч. С. существуют и в переводах на иностранные языки, хотя своеобразный стиль С. представляет для переводчика чрезвычайные трудности. На нем. яз. переведены "Мелочи жизни" и "Господа Головлевы" (в универсальной библиотеке Реклама), а на французский - "Господа Головлевы" и "Пошехонская старина" (в "Bibliotheque des auteurs etrangers", изд. "Nouvelle Parisienne").

К. Арсеньев

Салтыков Петр Семенович

- граф, ген.-фельдмаршал; службу начал в 1714 г. рядовым солдатом гвардии и был отправлен Петром Великим во Францию, для обучения мореходству. Участвовал в шведской войне 1742 г. Во время семилетней войны, в 1759 г., был назначен главнокомандующим русскою армиею и одержал победы над пруссаками при Цюлихау и при Кунерсдорфе. Последняя победа доставила ему фельдмаршальский жезл. Во время кампании 1760 г. он заболел и сдал начальство ген. Фермеру, но в 1762 г. опять вступил в командование армиею и начальствовал ею до окончания войны; затем назначен был присутствовать в сенате, а в 1763 г. - главнокомандующим в Москву. В 1771 г., когда там стала свирепствовать чума, С. уехал из столицы, чем навлек на себя гнев Екатерины II. В 1772 г. он оставил службу и в том же году умер. Сын его, граф Иван Петрович (1730-1805), участвовал в семилетней войне и в первой войне с турками; с 1784 г. был ген. губернатором владимирским и костромским; в 1790 г., командуя войсками, действовавшими в Финляндии против шведов, блистательно окончил кампанию. В 1795 г. С., вследствие ссоры с Румянцевым, вышел в отставку, но через год назначен киевским губернатором, а затем произведен в ген.-фельдмаршалы, с назначением ген. инспектором всей кавалерии в главнокомандующим украинскою армией. С 1797 по 1804 г. был военным губернатором Москвы.

Сальвини Томазо

(Salvini) - знаменитый итал. трагик, родился в 1829 г., 14 лет вступил на сцену, играл вместе с Ристори, затем на время оставил театр и посвятил себя изучению классического репертуара. В 1864 - 67 гг. играл во Флоренции, после чего организовал собственную труппу, во главе которой посетил Париж, Испанию, Америку, Вену, Берлин, Россию, везде имея блестящий успех. Коронные роли С. - Гамлет, Отелло, Ромео, Орест, Паоло (в "Франческе да Римини"), Оросман (в "Заире"). С. - один из величайших артистов новейшего времени; он умеет совершенно сливаться с воплощаемым им лицом. В отличие от Росси, стремившегося прежде всего к естественности изображения, С. дает идеалистическую характеристику действующего лица. С. напеч. "Ricordi, aneddoti ed improssioni" (Милан, 1895). На русск. яз. переведены его "Несколько мыслей о сценическом искусстве" ("Артист" ј 14) и "Листки из автобиографии" ("Артист", X, 35, 36 и 37). Теперь С. покинул сцену. Сын его, Густаво, также выдающийся артист, с большим успехом выступающий в шекспировских ролях; во главе своей труппы несколько раз выступал и в России, в последний раз - в 1898 г., в С. Петербурге.

Сальдо

(от латинского saldare - выравнивать). - Между лицами (или учреждениями), состоящими друг с другом в доверительном отношении, когда одной стороне приходится затрачивать одновременно свои и чужие деньги, существует взаимный счет. Стороны, предполагающие совершить ряд последовательных сделок, соглашаются между собою в том, что все, что в течение известного периода времени будет следовать одной из них в уплату от другой, последняя удерживает у себя, обращая данные суммы, по своему усмотрению, на свои надобности или на надобности другой стороны и сообразно с этим кредитуя или дебитуя данный счет. Отношение этого рода - всегда взаимное, т. е. каждая сторона по счету может быть и должником, и кредитором. Отличительное свойство такого счета состоит в том, что он составляется из многих разнообразных по своему содержанию сделок. Вся масса статей подвергается ликвидации в условленные периоды, когда течете счета как бы приостанавливается, заключается, для взаимного зачета долгов и требований. Результатом такого расчета является известное С., т. е. чистая сумма долга или требования к данному счету. Окончательный расчет сообщается одною стороною другой для признания выведенного остатка (С.), при чем, в зависимости от того, в чью пользу оказывается С., оно классифицируется как С. дебета или С. кредита. В тех случаях, когда сторона погашает С. своего дебета или извлекает С. своего кредита (то и другое - полностью, без остатка), счет, заключаясь сам собою, оказывается сальдированным: предпринимаемое в этих случаях действие называется сальдированием счета. Расчет, препровождаемый одною стороною другой, снабжается всегда формулою Sauf erreur et omission (сокращенно S. Е. & О.) или Salvo errore et omissione (последняя формула заменяется иногда словами: Salvo errore calculi), означающею, что ошибка (разумеется - бухгалтерская или арифметическая) в счет не ставится.

Самара

- губ. гор., в углу Самарской луки, на лев. берегу р. Волги, при устьй р. Самары, под 53º11\' с. ш. и 50º5\' в. д. Город расположен на новейших образованьях, покоящихся на коренных пермских породах, которые со стороны Волги имеют песчаный характер, а со стороны р. Самары состоят из глин. В том месте, где стоит Самара, левый берег Волги выше правого и потому город в гигиеническом отношении находится в благоприятных условиях. Средняя годовая температура С. +3,6º, зимы -9,2, весны +3,9, лета +16,2, осени +3,7. Разница между летом и зимой доходит, в средних температурах, до 25,4º, в чем и обнаруживается континентальный климат с его резкими крайностями. Осадков в Самаре выпадает больше всего в июне и июле, а затем в сентябре. Максимум числа дождливых дней приходится на лето. Сред. число дождливых и снежных дней в году 103,7: зимой 28,7, весной 22,8, летом 29,3. В течение лета в С. чаще дует зап. ветер, а затем вост. и сев.; осенью и весной направление ветра - юго-западное. Все летние ветра по своей средней температуре бывают не выше 15-18º, но в исключительных случаях абсолютная высота температура ЮВ ветра достигает 43-45º (например в голодный 1891 г.). Достаточно 2-3 дневного его господства, чтобы хлебные зерна, находясь в полном процессе налива, совершенно высохли от палящего зноя. Никогда вредоносный свойства этого ветра, несущегося со степей Арало-Каспийской низменности, парализовались в некоторой степени умиряющим влиянием лежавших на его дуги громадных лесов и роскошной луговой растительности. По словам Олеария, г. С. в 1634 г. с С и В был окружен густым лесом, теперь совершенно исчезнувшим. Жит. в С. 91659 (46627 мжч. и 45045 жнщ.). Дворян и чиновников ок. 4 тыс.; остальное население состоит из купцов, мещан и крестьян. Земли городу принадлежит 41561 дес.; она сдается в аренду под дачи, яблоневые сады, бахчи и огороды. С. - город по преимуществу купеческий, торговый, торговля ведется хлебом, салом, шерстью, лошадьми. Осенью и зимой ежедневно привозится крестьянами из отдаленных деревень пшеница (перерод и русская), рожь, овес, ячмень, просо. Хлеб сгружается в многочисленные (до 250) купеческие амбары, расположенные по берегу рек Волги и Самары. Лет 20 тому назад хлеба ежедневно по зимам привозилось не менее 15-20 тыс. возов; в последнее время, вследствие ухудшения урожаев, привоз хлеба значительно сократился. Закуплено разного хлеба в С.: в зиму 1885-86 гг. - 12619060 пд., 1886-87 г. - 7650763 пд., 1895-96 г. 4250000 пд. За десятилетний период закупка хлеба в С. сократилась, следовательно, на 8 1/2 миллионов пуд. или на 73%; закупка перерода совратилась с 3260000 пд. до 1260000 пд., русака с 5900000 пд. до 1220000, ржи с 3087000 до 94000 пудов. В последнее время хлебная торговля опять, по-видимому, оживляется. Движение хлебных грузов за 1896 г. в г. Самаре рельсовым и водным путем выражается следующими данными: прибыло 9603000 пд., отправлено 2376000 пд.

Таким образом за последнее время количество привозимых в С. и вывозимых хлебных грузов достигло почти той же цифры, что и в начале десятилетия. Из числа закупленного в С. хлеба. в 1896 г. было: пшеницы и полбы - 4564000 пд., ржи - 1678000 пд., овса - 166000 пд., проса и пшена - 1665000 пд., гречи - 21000 пд., отрубей - 399000 пуд. На 5 крупнейших мельницах С. размалывается хлеба (преимущественно пшеницы) 6 милл. пд., на 1 водяной мельнице - 2 милл. пуд. Развитие в крае скотоводства, преимущественно рогатого скота и овец дает С. возможность отпускать на внутренние и заграничные рынки массу сырых кож, которых в 1890 г. было отправлено 82 тыс., в 1891 г. - 105 тыс., в 1892 г. - 156 тыс., в 1893 г. - 121 тыс. пд. Три ярмарки: 1) конская, начиная с 3-й недели великого поста (15 дней), а также с красным и другим товаром, 2) с 8 по 18 июля, 3) с 15 по 25 сентября (кожи, скот, верблюжье сукно и т. д.). 22 каменных церкви. Мужская и женская гимназии, реальное училище, женская земская учительская школа, на содержание которой ежегодно ассигнуется 29423 р., духовная семинария, женское епархиальное училище, пансион для девиц, училища духовное, городское, 1 земское, 4 городских приходских, низшее железнодорожное техническое, женская школа при монастыре, 3 частных начальных школы. С. соединена жел. дор. с Сызранью, Уфою и Оренбургом. В 1897 г. сост. С. отправлено товаров 8611 тыс. пд., прибыло 10993 тыс. пд.. Пристань С. - одна из лучших на Волге; в 1897 г. сюда прибыло 956 судов, с грузом в 14297 тыс. пд.; отправлено 1491 судно (862 паровых), с грузом в 19214 тыс. пд. Находясь в безлесной стороне, С. служит значительным складом лесных материалов; к пристани ее в 1897 г. прибыло 190 плотов, с грузом в 2692 тыс. пд. Фабрик и заводов 72, с 2364 раб. и производством на 7881 тыс. руб. На средства губернского земства содержатся в городе: земская больница с родильным домом, колония душевнобольных (на 298 больных), приют для подкидышей, бактериологическая лаборатория для приготовления антидифтерийной сыворотки Ру, бактериологическая станция имени Пастера, основанная в 1886 г., богадельня с 50 призреваемыми, фельдшерско-акушерская школа. Общая сумма расходов на эти учреждения простирается до 225000 р. Александровская публич. библиотека (более 10 тыс. названий книг), с музеем древностей; две частных библиотеки и один книжный магазин; общество врачей, общество поощрения образования, имеющее капитал в 21 тыс. р., институт бесплатных думских врачей для лечения бедного городского населения (в 1897 г. было 29115 посещений больных), приемный покой. 6 банков, общество охотников конского бега, конно-железная дорога. Отделения государственного, дворянского, крестьянского и некоторых частных земельных и коммерческих банков. Памятник императору Александру II. Каменный театр; дворянский и коммерческий клубы, общественный Струковский сад; 3 типографии. Местные издания: "Губернские Ведомости", "Епархиальные Ведомости", "Самарская Газета" и "Самарский Вестник". С 1892 г. открыты народные чтения, которые в 1897 г. посетили 23788 чел. Городской комитет попечительства народной трезвости. В 1898 г. открыт народный театр, для которого строится городской думой особое здание. С 1896 г. при дирекции народных училищ открыт музей учебных пособий, с педагогической и образцовой учительской библиотекой. Доходы г. С. в 1894 г. составляли 406244 р. (с городск. недвиж. имущ. 244 тыс. руб.), расходы 426678 р.; в том числе на содерж. городск. самоуправления 35 тыс. руб., на благоустройство 101 т., на учебн. завед. 61 т., на медиц. часть 3 тыс., на пожарную команду 34 тыс.

История. Колонизация Поволжья стала значительно усиливаться с покорением Казанского царства, в половине XVI в. Особенно энергично принялось московское правительство за постройку поволжских городов в момент усиления на Волги грабежей и разбоев казанков вольницы, бежавшей массами в Самарскую Луку с Дона и из Московского государства. Здесь они находили приют среди прибрежных густых лесов и в глубоких естественных пещерах, где они могли наблюдать за проходящими по реке купеческими караванами. Для уничтожения казацких разбоев, а также с целью защиты края от вторжения ногайцев, весной 1586 г. был построен город С., имевший первоначально военно-стратегическое значение, но получивший с течением времени и торговое значение, вследствие усилившейся в конце XVI в. навигации, особенно когда в XVII веке из Москвы на Яик проторился путь через С., где устроена была таможня. В 1645 г. ведено вылить для С. вестовой колокол, который был повешен в городе на крепостной башни и в случай опасности должен был будить набатным звоном окрестных жителей. Из описи г. С. с уездом в 1647 г., а также из состава населения его видно, что город имел посредствующее значение для верхового и низового Поволжья: среди посадского его населения встречаются прозвища: "Чебоксаренин", "Казанец", "Черноярец". Жит. в С. числилось тогда 317. В 1788 г. С. был приписан в качестве уездного города к Симбирскому наместничеству; с 1851 г. стал губернским городом.

Самарский уезд

лежит в сев. зап. части губернии. Площадь у. разделяется р. Самарой почти на две равные части: сев. и южн., при чем эта раздельная черта служит также границею и двух различных, по своему орографическому значению, половин. По правую сторону р. Самары местность холмистая и пересекается возвышенностями, сопровождающими правые берега pp. Самары, Кинеля и Сока, тогда как по левую - она имеет смешанный характер и служит как бы переходной ступенью к степной полосе; только в некоторых местах (в Дубово-Уметской вол.) пересекается разветвлениями С. гряды. Долинами рек и ручьев определяется и направление горных кряжей и их разветвлений. Главнейший из этих кряжей тянется по правую сторону р. Сока и называется Сокскими горами, тянущимися в виде округленных бугров с пологими откосами от самых вершин реки до впадения в Волгу, где они заканчиваются против С. Луки Царевым курганом. В связи с этой грядой в треугольнике, образуемом направлением течения трех рек: Сока, Кинеля и Самары, тянется другая возвышенность - Сокольи горы, заканчивающиеся в 2 вер. выше р. Самары скалой Вислым камнем, состоящим из известняка и серого ноздреватого песчаника; третья Самарская гряда тянется по прав. сторону р. Самары и параллельно с ней по правому берегу р. Кинеля Кинельская гряда. Наибольшая высота площади в сев. части у. равняется 683 фт. (с. Сырейка), в южн. - 414 фт. (с. Воскресенское). Все горные возвышенности по своему геогностическому характеру и пластическому очертанию весьма сходны между собой. Горная порода в них - юрский известняк, во многих местах обнаженные, местами лежащий под мергелем; в пластах их заключаются гипсовые толщи. Геологический состав почвы С. у. носит на себе характер высохшего дна Арало-Каспийского моря, особенно южн. его части, где солончаковые и песчаные пространства, а также, до сих пор находимые в земле, морские раковины, служат живыми доисторическими свидетелями ее происхождения. Площадь уезда имеет общее склонение на запад, что ясно обозначается и падение рек, протекающих по уезду. У. весьма мало орошен текучими водами. Волга течет в пределах у. только по зап. его окраине, на протяжении 133 вер. Все реки скверной части уезда (Самара с Кинедем и Сок с Кандурчей) отличаются многоводностью, что поддерживается, главным образом, искусственными средствами: плотинами, запрудами и т. п., без чего в летнее время реки эти потеряли бы всякое значение. Из притоков Волги в южн. части у. протекают pp.: Моча, Безенчуг и Чагра, в летнее время весьма мелководные. Большинство озер С. у. расположены вблизи Волги, В южн. части его находится большое оз. Башкирское с другим озером болотом Майтугой, растущие среди последнего камыши служат материалом для плетней и топливом, а распространяющиеся из него миазмы - источником лихорадок. Вся площадь С. у. покрыта слоем суглинистого чернозема, достигающего в южн. части до 11/2-2 арш. глуб., в сев. утончающегося до 1/2 и даже 1/4 арш.; подпочва глинистая, местами песчано-глинистая. На гористых местах (в вол. Липовской, Каменской, Петропавловской) чернозем, смываемый дождевой водой, почти совершенно отсутствует и заменяется красной глиной. Характеристической особенностью сев. части у. служит существование лиственных и хвойных лесов, граница которых в последнее время отодвигается все далее на С; в южн. части, наоборот, замечается совершенное отсутствие леса и только по лев. берегу Волги тянутся узкой полосой породы лиственного леса: дуба, клена, липы, ивы и др.

С. у. стал заселяться главным образом с XVIII ст. Колонизация его еще не закончилась и в настоящее время. Когда в 1847 - 50 гг. ставропольские калмыки, составлявшие особый иррегулярный казачий полк, переведены были на Оренбургскую линию, на пустующие земли были поселены малоимущие дворяне, в числе 120 семей; затем в 1858-65 гг. из Германии сюда переселились, по приглашению правительства, немцы (менониты). С 1878 по 1885 г. в уезде образовалось 7 новых деревень из отставных нижних чинов и переселенцев из Киевской губ. Жители в уезде 265691 (128766 мжч. и 136975 жнщ.); крестьяне составляют 70% общего числа населения. Крестьянских дворов 37408, размещенных по 352 селениям, из которых собственно сел с церквами 79. Русских селений 314, немецких 24, эстонских 5, татарских 9. По этнографическому составу население очень пестро: великороссы составляют 81,1%, малороссы - 3,3, немцы - 3,5, эстонцы - 0,8, чуваши - 4,3, татары - 7%. Многочисленная группа мордовского населения совершенно ассимилировалась с русским и потому не может быть выделена. Площадь у. равняется 1315822 дес., в том числи удобной земли 1192347 десятин. Частным владельцам принадлежит 224619 дес., казне 75097 дес., удельн. ведом. 402590 дес., городскому общ. 8126 дес., крестьянам 481915 дес. Главное занятие жителей - земледелие. Из 32915 надельных домохозяев самостоятельно занимаются земледелием 25725; бесхозяйные дворы составляют 8,5%. В среднем земли приходится по 6,5 дес. на ревизскую душу, по 4,5 дес. на наличную. Усадебной, выгонной и пастбищной частновладельческой земли числится 166362 дес., луговой 31006 дес., лесной 27250 дес.; усадебной и пахотной крестьянской земли 381549 дес., сенокосной 48752 дес., выгонной 42407, лесной 17107 дес. Крестьянами арендуется вненадельной земли 200389 дес. и на 388822 р. покосов и пастбищ. Трехпольная система хозяйства обнимает 75% всей пахотной площади, однопольная 15,3, четырехпольная 5,9, двухпольная 3,5%. Рожью засевается до 100 тыс. десятин; средний урожай ее сам 5 - 6; пшеница (русская и перерод) высевается больше в южн. части у., где она составляет главный предмет хлебной торговли; в сев. части у. господствующими культурными злаками в яровом поле служат овес, греча, полба, ячмень, лен и конопля. Рабочего скота 85114 год., коров 51263, овец 215976, свиней 20342. Внеземледельческими промыслами занимаются 8535 чел., отхожими - 1085 человек. Наибольшее число промышленников сапожники, портные, шерстобиты, бондари и кузнецы. Всех торгово-промышленных заведений, принадлежащих крестьянам, 1089, частным лицам - 192; из них водяных и ветряных мельниц 767, паровых механических 7, фабрик и заводов 84, чайных лавок 17, винных 68. Дачных помещений 69. Начальных сельских одноклассных училищ 73, двуклассных 5, школ мин. нар. просв. 9, школ грамоты 129. Кроме того 3 низшие профессиональные школы: садоводства и огородничества, ремесленная и сельскохозяйственная. Учащихся всего 8345 (об. пол.). Больниц 4, с 85 кроватями. Амбулаторий 7, врачей 10, фельдшеров 28, фельдшериц акушерок 16; Земский сбор составлял в 1856 г. 362344 р. (с земель 153 т. р., с торгово-промышленных завод. 64 т.); расходы - 360032 р., в том числе на земское управление 30 тыс. р., на школы 58 тыс., на медиц. часть 52 тыс., на уплату долгов 118 тыс. руб.

И. Кр.

Самарий

(Sm) - один из наиболее редких и потому столь мало исследованных ыхимических элементов, что в настоящее время можно даже сомневаться в его химической самостоятельности. Он был открыт Лекок де Буабодраном (1879), путем спектрального анализа, в минерале самарските (из сев. Каролины) и затем найден также в ортите и др. редких минералах. Более подробно соединения Sm изучены и описаны Клеве. Если окиси Sm придать - как то принято - формулу Sm2O3, то атомный в с его будет равен 150. По трудной растворимости двойной соли 2Sm2 (SO4) 3. 9K2SO4. ЗH2O в насыщенном растворе серно-калиевой соли Sm относится к церитовой группе и ближе всего подходит к дидиму; при разного рода фракционированных осаждениях он выпадает ранее последнего. Окись Sm2O3 - желтоватый (или белый) неплавкий порошок, растворимый в кислотах с образованием солей. Эти последим обыкновенно желтого цвета и дают в растворах характерный спектр поглощения с главными полосами поглощения, соответствующими длинам волн в 472-486, 417, 500 и 599 mm. Соли: SmCl3.6H2O, Sm (NO3) 3.6H2O, Sm2 (SO4) 3.8H2O - кристаллические, растворимые в воде вещества. Кроме этих и некоторых других простых солей известен еще ряд двойных.

В. Я. Бурдаков.

Самарин Иван Васильевич

(1817-1885) - знаменитый артист московского драматического театра; сын крепостного, учился в моек. театральном училище, где на него обратил внимание преподаватель драматического искусства, знаменитый актер М. С. Щепкин. В 1832 г. С. был допущен к дебюту и сразу сделался любимцем московской публики, но продолжал усердно работать под руководством Щепкина. Выполняя иногда самые ходульные роли в наводнивших тогда нашу сцену переводных мелодрамах, С. всегда оставался прост, не прибегая ни к натянутым эффектам, ни к грубому гаерству. С амплуа первого любовника он мало-помалу перешел на роди, которые прежде составляли исключительно удел Щепкина. Из шекспировских ролей С. выступал в Лире, Шейлоке и Гамлете. Благодаря его стараниям, на московской сцене были поставлены не игранные до тех пор в России пьесы Шекспира: "Укрощение строптивой", "Много шуму из ничего", "Виндзорские кумушки" и "Зимняя сказка". Как преподаватель драматического искусства, сначала в театральной московской школе, потом в консерватории, С. подготовил таких артисток, как Никулина, Федотова и др. Он требовал от своих учеников серьезного и обдуманного изучения ролей, осмысленности каждого шага, жеста и движения. Из его пьес "Утро вечера мудренее" и "Перемелется, мука будет" весьма сценичны и не лишены литературных достоинств; имел успех и его "Самозванец Луба". См. ст. Д. Коропчевского в "Ежегоднике Имп. театров. Сезон 1896-7" (кн. 2 Прил., СПб., 1898); М. Карнеев, "Биографич. очерк И. В. С." (М., 1882).

Самарканд

- обл. гор. в Туркестане, админ. центр Самаркандской обл. и важнейший населенный пункт долины р. Зеравшана, под 39º39\'14,5" с. ш. и 66º57\'36" в. д. от Пулкова, в 7 вор. от левого бер. р. Зеравшана, у юго-западных склонов возвышенности Чупан-ата, между оросительными каналами Даргом и Сиоб. Благодаря сравнительно большой высоте (2259 фт. над ур. океана), С. отличается более прохладным климатом, чем другие туркестанские города, расположенные среди низменностей. Средняя темп. года ок. +13º Ц., самого холодн. мес. - января (ок. 0º), самого жаркого (+26,1º); ср. темп. зимы около 1º; морозы, хотя очень редко, доходят до -20º; жары достигают +37,2º в тени. Осадков в течение года около 300 мм.; наибольшее их количество приходится на март и апрель (около 70 - 80 мм.); с июня по сентябрь дождей почти вовсе не бывает. В конце февраля или в самом начале марта нередко зацветают деревья (тополь, карагач, миндаль, абрикос) и распускаются листья (калина, жимолость и пр.). Из болезней сильно распространена малярийная лихорадка. С. состоит из двух частей - русской и туземной. Русская часть города основана от. 1871 г. и занимает территорию в 229 дес., с населением, вместе с войсками, около 15 тыс. (до 80% русских, ост. нас. чрезвыч. смешанное - таджики, узбеки, евреи, немцы, татары, армяне и проч.). Туземная часть С. занимает 4629 дес. (из них под садами 4264 дес.), с населением около 40 тыс.; по переписи 1897 г. всего в С. жителей 54900 (31706 мжч. и 23194 жнщ.). Широкие шоссированные улицы, обсаженные деревьями и обильно поливаемые из оросительных канав, обилие зелени, главным образом одноэтажные дома, красивые здания военного клуба и дома военного губернатора, великолепный Абрамовский бульвар, отделяющий русский С. от туземной части города, скверы и парк придают русской части С. благоустроенный и даже красивый вид. Домов 442 (1892), строений жилых 829, нежилых 986, в том числе из сырцового кирпича 1792, каменных 12 и смешанных 7. Отдел. госуд. банка, метеорол. и гренажная станции, древесный питомник. Женская гимназия, городское 4-х классн. учил., мужск. и женск. приходские училища, русско-туземное училище, железнодорожное училище, собор, театр, библиотека офиц. собр. (1500 тт.), книжный магазин, 2 пивоварен. завода, несколько винодельных заведений, 2 водочн. завода, зав. минор, вод, мельницы и проч. В 1891 г. магазинов и лавок было 69. В туземной части С. (в 1893 г.) частных домов 5298, казенных 5 и общественных 172, лавок 1169, караван-сараев 28. Ценность недвижимых имуществ в С. (русских и туземных) составляла в 1894 г. 4077681 р. Городской доход 147548 р., расход 93099 р. Русско-турецкая школа, 21 медресе (высш. мусульманск. учил.), 83 мектеб (нач. мусульманск. учил.), 8 еврейских хедеров. Мечетей 86; синагога. Население состоит главным образом из узбеков, таджиков и местных евреев; узбеки - магометане суннитского толка, таджики - шиитского. Туземный С. представляет обычный вид среднеазиатского города: улицы, за немногими исключениями, узкие, извилистые, немощные, дома глинобитные и фахверковые, без печей и окон на улицу, с плоскими земляными крышами. При скученности городских построек, древесные насаждения и цистерны с водой (хоуз) встречаются не часто. Четыре базарные площади, 2 сквера. Туземная часть города является средоточием промышленности и торговли С.; помимо более крупных винокурен, кожевенных и кишечных заводов, здесь имеется множество мелких ремесленно-промышленных заведений, производительность которых, в общем, довольно значительна. Базары по воскресеньям и средам, при большом съезде туземцев из окрестностей города. По данным за 1897 г., торговые обороты туземного города, составили 13461350 р., а русского - 2238400 р. Главнейшие предметы вывоза: хлопок, рис, шелк и шелковые ткани (самаркандские покрывала), кожи, фрукты, лошади, бараньи кишки, вино. С. - самый крупный винодельный центр во всем Туркестане; здесь производится до 60 тыс. ведер вина. Значение С. несколько упало c продолжением Закаспийской жел. дор. до Ташкента и Андижана; раньше он был складочным пунктом для всех товаров, направлявшихся в Ташкент и Фергану.

В пределах туземного города расположены исторические памятники С., делающие его самым замечательным, в историко-археологическом отношении, городом во всей средней Азии и привлекающие множество туристов и ученых. Таковы:

1) Шах-Зинда (в перев. "живой царь") - мечеть; построена в половине XIV в. Тимуром (Тамерланом) в честь распространителя ислама в С. Кусама-ибн Аббаса, сына дяди Магомета, умершего здесь, по преданию, в 56 г. гиджры (в конце VII в.). Построенные в разное время здания поднимаются двумя рядами по склону высота Афросиаба и соединены открытым, с перекинутыми через него арками, коридором и 29 саж. длиной. По обе стороны коридора расположены мечети, часовни, мавзолеи и помещения для учеников; высокий конец его замыкается круглым залом без крыши. В зданиях мечети погребены родственники Тимура и его сподвижники. Гробница Кусама находится в особой мечети, за стеной с деревянной решеткой, отпирающейся раз в 10 лет для приведения в порядок могилы. Наружные, а у некоторых зданий и внутренние стены, арки, колонки, фронтоны и т. п. покрыты разноцветными, гладкими и рельефными, превосходного узора мелкими изразцами, образующими, в красивом сочетании зеленого, голубого, синего, белого, лилового, красного и гранатового цветов, дивные рисунки, переплетенные изразцовыми же, разных цветов, надписями (на арабском яз., старинными почерками сюльси и зюльфи), изображающими имена Бога, изречения, стихи и тексты из Корана и проч. По сложности, красоте и разнообразно орнаментов, по изящным контурам и линиям построек, свежести и чистоте красок изразцов Шах-Зинда является, несмотря на повреждения от времени, землетрясений и пр., одним из наиболее замечательных памятников восточного зодчества в Средней Азии.

2) Гур-Эмир (могила повелителя) знаменитый мавзолей на могиле Тамерлана, массивный восьмигранник, увенчанный громадным голубым изразцовым куполом, с надгробным памятником Тимура из нефрита.

3) Тилля-каримадраса (высш. мусульм. учил.), на площади Ригистан, почти в центре базара, в туземн. С. Тилля-кари (раззолоченная) построена в 1618 г. эмиром Ялангтушем Багадуром; в главном фасаде ее высокая квадратная арка, носящая следы изразцовой облицовки; по бокам ее стены, заканчивающейся круглыми высокими минаретами; стены и минареты облицованы изразцами, образующими изящные рисунки. На небольшом дворе, в который ведут 3 ворот, расположено 25 келий для мулл и учеников и мечеть, увенчанная высоким куполом; свод и стены в мечети расписаны разноцветными узорами и золочеными арабесками, а панели облицованы серым мрамором.

4) Шир-Дар (украшенная львами), на той же площади, построена в 1616 г. тем же эмиром Ялангтушем. Название свое получила от изображенных на фронтоне двух львов, едва различаемых ныне вследствие сильно пострадавшей изразцовой мозаики; по обе стороны главного фронтона с. аркой тянутся стены, оканчивающиеся двумя наклонными минаретами; над зданием, с боков, два купола. Три двери ведут в мечеть и в небольшой двор, кругом которого в нисколько ярусов расположены помещения для мулл и учеников. Все стены здания облицованы превосходными изразцами ярких цветов, образующими тысячи разнообразных узоров, надписей и проч.

5) Улуг-бек, также на площади Ригистан, постр. в 1434 г. внуком Тамерлана, эмиром Мирзой Улуг-беком. Главное, сильно обветшавшее здание состоит из грандиозной арки, по бокам коей возвышаются два минарета, наклоненные в стороны от здания; фронтон покрыть художественными изразцами. Через арку вход в небольшой двор, по сторонам которого помещения для учеников и мулл; цоколи надворных помещений облицованы серым мрамором. На левой стороне двора невысокий минарет, а близ него развалины башни, которая, по преданию, служила Улугбеку обсерваторией для занятий астрономией; обсерватория эта была известна всему Востоку.

6) Мечеть Биби-Ханым, на базарной хлебной площади; построена Тамерланом в 1399 г., в честь любимой жены его, Сарай-мульк-ханым, носившей прозвище Михрбан, т. е. благотворительницы. Здание мечети сильно пострадало от землетрясений и времени и находится в полуразрушенном виде, но все-таки представляет один из лучших памятников древнего зодчества в С. Главное здание мечети, с двумя арками, остатками минаретов и грандиозным, ныне полуразрушенным куполом, облицовано разноцветными (с преобладанием синего, голубого и белого цветов), разнообразнейших рисунков, изразцами; цоколь и панели мраморные. На той же площади, где стоит мечеть, находится мавзолей над 5 могилами, между которыми главное место занимает могила Биби-ханым. Среди двора мечети колоссальный (3 1/4 арш. длины) пюпитр, в форме полураскрытой книги, из серого мрамора, украшенные рисунками и надписями. Он служил подставкой для Корана при чтении его и находился прежде в мечети.

7) Памятник Шейбани-хана, во дворе мадрасы его имени; он представляет огромный (9 арш. х 8 х 3 1/4) параллелепипед из серого мрамора, на котором установлены надгробные плиты (31), покрытые рисунками и надписями, над могилой Шейбани и его родственников. Главный надгробный камень над могилой Шейбани, найденный по взятии С. в цитадели, ныне находится в СПб. в Эрмитаже,

8) Кок-таш (зеленый камень) - параллелепипед (4 арш. 9 врш. х 2 арш. 1 1/2 врш. х 14 врш.) из темно-серого мрамора, употреблявшийся еще Тамерланом в качестве трона, находится в Самаркандской цитадели, в бывшем ханском дворце, обращенном ныне в артил. склад. На камень этот поднимали на белой кошме бухарских эмиров, при восшествии их на престол.

9) Мадраса Ходжа-Ахрар, в 4 в. от С.; постр. в XV в. у могилы чтимого всем мусульманством средней Азии Ходжи-Ахрара, потомка Омара, умершего в 1489 г. Стены здания облицованы разноцветными изразцами. Над могилой святого квадратный памятник серо-черного мрамора (141/2 х 141/2 х 2 арш.), а рядом с ним другой; на обоих 16 мраморных намогильных камней. В мечети хранится знаменитый Коран Османа, который после взятия С. русскими был куплен у местных мулл за 125 р. и отправлен в Имп. СПб. публичную библиотеку.

10) Афросиаб древнее городище, на восточной окраине города, представляет волнистую местность, покрытую тысячами намогильных насыпей со следами крепостных сооружений и пр. Раскопки дали богатые собрания монет (греко-бактрийского периода и последующих), бронзовых зеркал, сосудов, стекла, погребальных урн, глиняных фигурок людей и животных и проч. История этого городища затеряна во мраке веков. Ввиду обилия исторических достопримечательностей, значения их для мусульманского мира Туркестанского бассейна, а также славного прошлого, восточные писатели называют Самарканда "ликом земли", "городом святых" и "садом угодников Божьих" (мус. святых, погребенных в городе и его окрестностях, насчитывается более 200), а европейские - "Москвой Средней Азии".

История. Время основания С. (у греков Мараканда, у китайцев Семасыган) неизвестно; весьма вероятно, что это один из древнейших городов в Средней Азии. Народное предание приписывает основание С. царям Кайкаусу или Афросиабу, жившим за 3-4000 л. до Р. Хр. Значение слова С. точно не выяснено; по-видимому, оно происходит от имени какого-то Самара, легендарного царя тюрков. В 329 г. до Р. Хр. С. был взят Александром Македонским, причем, по словам Квинта Курция, он был обнесен стеною в 70 стадий длины и имел в центре своем кремль, огражденный особой стеной. С VII по конец IX века С. находился во власти арабов. В IX в. (889 - 1004) С. был столицей всей страны между Сыром и Аму (Маверауннагр или Трансоксания); в XI в. сделался уделом Сельджукидов; в 1221 г., несмотря на защиту 110-тысячным войском, был взят и сравнен с землею Чингис-ханом. В 1369 г. С. стал столицей великого Тимура, украсившего город великолепными мечетями, садами и дворцами, и достиг небывалого расцвета и блеска. Сюда стекались вей богатства Азии, представители всех наций и религий, ученые и искусные мастера. Торговые сношения С. со всеми азиатскими странами и даже Европой были очень оживлены; число жителей в С. в эту эпоху, по словам Клавихо, достигало 150 тыс. В 1499 г. С. был взят, под предводительством Шейбани, узбеками, перенесшими свою резиденцию в Бухару. В 1784 г. С. подпал под власть бухарской династии Мангыт и, наконец, 2 мая 1868 г. был занят русскими войсками.

Л. М.

Самойлов Василий Васильевич

(род. в 1813 г. в Петербурге) воспитывался в горном институте и был уже офицером, когда, по желанно отца, заметившего в нем артистическое дарование и хороший голос. дебютировал на Императорской сцене, в опере Мегюля "Иосиф прекрасный". Три года он исполнял опорные партии и водевильные роли, после чего окончательно перешел в драматическую труппу. Первые годы он оставался в тени, играя большей частью вторые роли молодых людей. Только в 1839 г. его выдвинуло исполнение заглавной роли в водевиле "Макар Алексеевич Губкин", где он мастерски передразнивал современных ему знаменитых артистов. С тех пор деятельность его расширяется, он создает с успехом целый ряд типичных лиц самого разнообразного свойства - напр. юркий аферист Присыпчока ("Петерб. квартиры"), Альмавива ("Свадьба Фигаро"), юродивый Митя ("Смерть Ляпунова"), иезуит Роден ("Парижские тайны"), Швохнев ("Игроки" - Гоголя) старуха в водевили "Нашествие иноплеменных". Тем не менее еще в 1844 г., прослужив 10 лет на сцене и уже имея бенефис, С. должен был появляться и в таких выходных ролях, как. Гильденштерн (в "Гамлете"). Окончательно завоевал С. публику в 1846 г., поставив в свой бенефис пьесу Яфимовича: "Отставной театральный музыкант и княгиня" и выказав в ней много теплоты и задушевности. Еще более широкое применение его талант получил с появлением оригинальных пьес русских авторов - Островского, Тургенева, Потехина, Писемского, Сухово-Кобылина, Боборыкина, Дьяченко, Чаева, Крылова, Пальма, Аверкиева и др. Диапазон его ролей поражает своим разнообразием. Никто, как он, но умел представить настоящего барина, с утонченными манерами и речью. Роли Кречинского, графа в Тургеневской "Провинциалке", старого барина в пьесе Пальма в т. п. после С. не находили исполнителя, который хотя бы несколько был на уровне его творчества. И в тоже время ему удавались роли простых крестьян, напр. полесовщика ("Окно во 2-м этаже" Крашевского), Михеича ("Ночное", Стаховича), Агафона ("Не так живи", Островского), старика крестьянина ("Против течения", Крылова) и др. Дарование С. сказывалось весьма ярко и в таких ролях, как еврей в "Скупом рыцаре" Пушкина, француз в "Гувернере", англичанин в "Купленном выстреле", немец ("Мужья одолели"), чухонец (в известной песенке, которая во время крымской кампании имела огромный успех). Целый ряд типичных добродушных старичков был превосходно воспроизведен С. ("Шутники", "Трудовой хлеб", "Станинный смотритель", "Старички", "Женихи", "Воробушки"). Ему много обязаны своим успехом пьесы Дьяченко, "Чиновник" - Сологуба, "Гражданский брак" - Чернявского, "Слово и дело" - Устрялова. Из костюмных (бытовых и исторических) ролей С. выдаются "Дмитрий Самозванец" (Чаева), "Ришелье", Волынский ("Ледяной дом"), "Фрол Скобеев" (Аверкиева). Роль царя в "Смерти Ивана Грозного". А. Толстого не принадлежит к особенно удачным созданиям С. В последний десяток лет своей карьеры, когда С. был бесспорно первым артистом Императорского петербургского театра, он сыграл нескольких иностранных классических драм, большею частью ставя их в свои бенефисы ("Короля Лира", "Шейлока" и "Гамлета" - Шекспира, Франца Мора, в драме Шиллера "Разбойники"). С. не был вполне трагическим актером; он тщательно разрабатывал Шекспировские роли, вносил в них немало интересного творчества и имел успех, но не вполне удовлетворял более взыскательных ценителей. Видя безусловное преклонение публики, С. любил порисоваться тем, что достигает успеха талантом, а не трудом; это привело к предположению, будто он был небрежен к изучению ролей и репетициям. На самом деле, однако, люди, близко видевшие его работу, отзывались о ней, как о примерной по внимательности и прилежанию. Получив роль, С. прежде всего дома перечитывал пьесу, вникая во всю постановку лица и отзывы о нем других лиц пьесы. Потом он акварельными красками рисовал фигуру, которую собирался изобразить (С. недурно рисовал и составил несколько альбомов игранных им ролей; эти альбомы, после его смерти, поступили в Императорскую публичную библиотеку). На репетициях он всегда старался пробовать тон своей игры, и наиболее интересовавшие его сцены заставлял повторять по несколько раз. - В 1874 г. состоялся сорокалетний юбилей артиста, после которого он, не сойдясь с дирекцией в условиях, покинул Императорскую сцену, еще в полной силе таланта. От времени до времени он участвовал в частных спектаклях. В 1881 г. новая дирекция предложила ему снова вступить на Императорскую сцену, на каких ему будет угодно условиях, но в это время с ним случился удар, и ему поневоле пришлось отказаться от возвращения на сцену. В 1884 г. Петербург торжественно отпраздновал 50-летний юбилей его деятельности; в этот день С. в последний раз появился на сцене, исполнив отрывок из 3-го акта драмы "Ришелье". Скончался 28 марта 1887 г.; погребен в петербургском Новодевичьем монастыре.

Самойлович Данило Самойлович

(1746-1805) - д-р медицины, член медицинской коллегии и многих иностранных академий, известный своими работами о чуме: микроскопическим исследованием и привитием чумы впервые доказал заразительность ее через соприкосновение. Из киевской академии поступил в московский генеральный госпиталь учеником, откуда в спб. адмиралтейский госпиталь, где получил в 1767 г. степень лекаря. В Лейдене получил степень доктора медицины, в Париже и Страсбурге изучал акушерство. По возвращении из-за границы признан медицинской коллегией доктором медицины, а в 1793 г. назначен главным доктором карантинов на юге. Им представлены на имя императрицы в 1783 г. три записки на франц. языке, в которых он предлагал: в одной - прививание болезни ("Memoire sur l\'inoculation de la peste avec la description de trois poudres fumigativas antipestielles", Страсбург, 1782), в другой - употребление курительных порошков, в третьей - обтирание тела льдом ("Lettres sur les experiences de frictions glaciales pour la guerison de la peste et autres maladies putrides", Пар., 1781). Им описана эпидемия чумы в России в 1771 г. и в особенности в Москве ("Memoires sur la peste qui en 1771 ravagea l\'empire de Russie et surtout Moscou la capitale", Пар., 1783, тоже по-нем. в Лпц., 1785). Впоследствии С. описал спои микроскопические исследования о чуме на русск. и франц. яз.: "Краткое описание микроскопических исследований о существе яда язвенного" (СПб., 1792), "Opuscules sur la peste, qui en 1771 ravagea Moscou avec un discour aux elevos des hopitaux russes" (Пар., 1787). Им составлено: "Начертание для изображений в живописи пресеченной в Москва моровой язвы" (СПб., 1795).

Самоуправление

- институт государственного права. Термин С. (Selbstverwaltung; по франц. нет соответственного слова) на континенте Европы довольно нового происхождения (в Германии с 1850-х гг., в России с 1860-х гг.) и представляет перевод англ. selfgovernment; как указывает самое словообразование, он обозначает управление каким-либо кругом дел самими заинтересованными гражданами (непосредственно или через посредство избранных ими органов), без вмешательства посторонней власти. В широком смысле С. имеет место везде, где правительство избирается и вполне зависит от народа (т. е. преимущественно в республиках); в этом смысле Соедин. Штаты, Швейцария и даже Франция, а также отдельные штаты и кантоны суть самоуправляющиеся государства, а их парламенты органы С. В самой Англии парламент, наравне с мировыми судьями и судом присяжных, обыкновенно называется органом С. Самоуправлением пользуется также церковь (где она отделена от государства), а также всякая ассоциация или вообще общественная группа, раз ей предоставлено право, в определенных законом или уставом пределах, заведовать собственными делами, хотя бы и под надзором правительства. Но гораздо употребительнее термин С. в более тесном смысле, когда он является синонимом местного самоуправления и обозначает, что хозяйственными и иными дедами какой-либо административной единицы (провинции, уезда, общины и т. д.) заведуют жители этой самой единицы, а не органы центральной власти; в этом только смысле С. и является самостоятельным институтом. С. существует, следовательно, там, где местные дела противополагаются общегосударственным. С. предполагает не только разграничение сфер компетенции властей центральных и местных, не только самостоятельность последних, но и взаимную их независимость; оно признает различие самых источников власти для тех и других: первые либо властвуют по собственному праву ("милостию Божией"), либо получают власть от всего народа ("волею народа"); вторые получают ее от местного общества.

Различие между государственным управлением и С. простирается на самый ее характер. Правительство ость носитель государственного суверенитета - власть же органов С. не суверенна; правительство является властью законодательной - органы самоуправления действуют в порядке и в пределах компетенции, указанных им верховной правительственной властью. Правительственная власть может законно сама себя реформировать, может даже (в теории) изменить самую свою сущность (заменить республиканскую форму монархической, неограниченную монархическую власть ограниченной и т. д.), тогда как органы С. создаются, нормируются и реформируются верховной властью. Таким образом правительство есть власть верховная, органы С. - власть подзаконная. С принципиальной точки зрения это различие чрезвычайно важно, указывая на полную противоположность между двумя институтами. На практике, однако, в различные эпохи и даже ныне в различных государствах, сфера компетенции С. так причудливо разграничивается со сферой компетенции государства, С. принимает столь различные формы, что противоположение это теряет, отчасти, свое значение. Между вполне независимым, суверенным государством и самоуправляющейся, зависящей от него единицей разница очевидна, но весьма трудно провести определенную границу между понятиями самоуправляющейся единицы и государства не суверенного. Последнее, даже входя в состав союзного государства (штат в Америке, кантон в Швейцарии, государство в Германии), сохраняет свое самостоятельное право властвования; управление его самостоятельно и бесконтрольно; власть принадлежит ему не только quo ad exercitium, но и quo ad ins. На практике, однако, государство не суверенное самостоятельно, даже в пределах своей компетенции, далеко не безусловно. Так, штаты Северной Америки, являясь несомненно государствами, а не самоуправляющимися провинциями, ограничены в праве реорганизации своего собственного государственного строя (они обязаны сохранять республиканскую форму) и своих гражданских законов (запрещение рабства). Кроме того, есть такие отрасли управления (напр. назначение офицеров, обучение милиции), которые ведаются властями штата под непосредственным наблюдением всего союза. Фактически влияние союза на дела штата еще гораздо шире. Еще менее абсолютна самостоятельность государств вассальных. Даже государства, признаваемые суверенными, ставятся иногда под бдительный контроль иностранных держав (финансовый контроль над Сербией, Грецией). Наконец, все слабые государства находятся под постоянным фактическим контролем великих держав, и каждая крупная перемена в первых должна быть признана последними: это, правда, положение не юридическое, но от того не менее действительное. С другой стороны, самостоятельность самоуправляющихся единиц может быть чрезвычайно широка. Графства и сельского округа Новой Англии заведуют своими внутренними делами на основании законов штата, но вполне самостоятельно; должностные лица не нуждаются в утверждении и не обязаны отчетом правительству штата; оно обыкновенно не гарантирует их долгов и имеет дело с ними только тогда, когда они желают либо разделиться на две части, либо слиться с соседними в одну самоуправляющуюся единицу; но в подобных случаях и конгресс Соед. Штатов вмешивается в дела отдельных штатов. Столь же, если не более самостоятельны такие самоуправляющиеся области, как Канада, Капландия и другие английские колонии, зависимость которых от Англии выражается только в дарованной им конституции и в надзоре представителя верховной власти, в лице назначенного ею губернатора или генерал-губернатора: они имеют свой парламент, свое министерство, свои законы. Итак, с одной стороны не суверенные государства, а отчасти и суверенные, не могут быть признаны властвующими безусловно самостоятельно; с другой, самостоятельность при С. может быть весьма велика - следовательно точной и определенной границы между этими двумя понятиями нет; разница между ними скорее количественная. Формы, которые принимает С., разнообразны до бесконечности; различен и объем территории самоуправляющихся единиц, и круг дед, переданных в их ведение, и отношение их к государству, и организация, и самый характер самоуправления. В последнем отношении можно указать на различие между аристократическим С. (Англия до последних реформ 1888 и 1894 г., Австрия, Пруссия), при котором заведование местными делами принадлежит привилегированным группам населения, и демократическим С. (Соединенные Штаты), при котором заведование местными делами принадлежит всему населению данной местности. С точки зрения территории различается, во-первых, С., допущенное на одинаковых началах на всем пространстве данного государства или на значительной его части (различные америк. штаты, Россия, Англия), от С. или автономии, признанной для какой-нибудь отдельной провинции, на основе специального закона (Канада, Вост. Румелия в эпоху 1878 - 85 г.), и во-вторых, С. в больших или меньших территориальных единицах. Так напр., в штатах Новой Англии правом С. пользуются графства, на которые делятся штаты, и сельские округа, на которые делятся графства; в России  - губернии, уезды" волости и сельские общества; в Англии - графства и приходы. Ирландия давно и упорно добивается областного для себя самоуправления, гомруля; в виде уступки Англия дала ей С. графств.

Круг дел, переданных в ведение самоуправляющихся единиц, также весьма различен. В литературе государственного права были делаемы попытки теоретически отграничить эти дела от дел государственных, как дела общественные (Гирке, Шэффле, кн. Васильчиков), но такая классификация опровергается как самым фактом чрезвычайного разнообразия в определении границ компетенции органов С., так и тем, что народное просвещение и борьба с заразными болезнями, по большей части входящие в сферу деятельности С., суть несомненно задачи государственные, возложенные государством на органы С. Все различия в С. объясняются историческим его происхождением. В государствах новых, возникших в последнее время в нецивилизованных странах (западные штаты Сев. Америки, австралийские колонии), а также в государствах древних, но совершенно разорвавших со своим прошлым и пережившим период строгой централизации (Франция, Россия), самоуправление дается отдельным местностям государством, обыкновенно - по общему плану и на общих основаниях, иногда неохотно, медленно, после упорной борьбы. В государствах, сложившихся из более мелких единиц и притом не разорвавших со своим прошлым (восточные штаты Америки, Швейцария, Норвегия), С. строилось снизу вверх. Наконец, есть государства, сохранившие старинные начала С., обыкновенно аристократического, но в последнее время уступившие новым требованиям жизни и внесшие сверху в старинное С. новые, демократические начала (Англия). На протяжении всей политической истории государств мы видим борьбу начала С. с стремлением к государственному всемогуществу. Местные задачи (дороги, водоснабжение и т. п.) с технической точки зрения в громадном большинстве случаев могут легче осуществляться местными деятелями, действующими по поручению и под бдительным контролем общества, чем лицами, назначенными и руководимыми из отдаленного (как территориально, так и по кругу интересов) государственного центра. В этом - теоретическое основание принципа С. С другой стороны, С., даже при узком круге компетенции, легко может сделаться большой силой. Обыкновенно общественные группы, стремящиеся к развитию свободы, к прогрессу, к распространению образования, стоять за расширение С., партии консервативные, аристократические ведут борьбу против него; но бывает и наоборот, напр. во Франции, где демократия долго была враждебна С., опасаясь, что в некоторых местностях оно послужит опорой для старых парий. Тоже мы видим и в Австрии, где областное самоуправление, по своей организации, менее демократично, чем даже австрийский рейхсрат, и где, поэтому, консерваторы стоят за возможное расширение его функций, а демократические группы - за их сужение. Историческими условиями возникновения и развития С. и характером интересов, ведущих борьбу за него или против него, объясняются различия в отношении между С. и государственной властью. При всем их разнообразии, эти отношения могут быть сведены к трем типам: английскому, французскому и прусскому. В Англии вся действительная власть в круге местных интересов принадлежит органам С.; правительство только наблюдает за ними (к этому же типу относится Америка). Во Франции власть принадлежат органам правительства; органы С. являются совещательными коллегиями. В Пруссии органы самоуправления и государства слиты в одну целостную организацию. В Англии до недавнего времени важнейшим органом местного С. были мировые судьи, которым принадлежала как юстиция, так и администрация. Они назначались короной, но из местных землевладельцев, и были совершенно независимы от центрального правительства, так что de facto являлись представителями местного общества. В 1888 г. мировые судьи лишены административных функций, переданных советам графств, которые избираются удовлетворяющими условию весьма невысокого имущественного ценза жителями графства и являются главными органами местного С. В 1894 г. реформирован и приход, являющийся более мелкой административной и самоуправляющейся единицей. В состав функций графства и прихода входит народное просвещение, призрение, санитарное дело, дорожное и т. п. Графство имеет право в известных пределах производить принудительную экспроприацию недвижимого имущества. Контроль со стороны правительства почти отсутствует.

Литература о С. весьма обширна. Кроме соответственных отделов в общих сочинениях по государственному и административному праву (в особенности у Lor. Stein - "Verwaltungsichre" Laband  - "Das Staatsrecht d. deutschen Reichs", т. I, Градовского - "Русское госуд. право", т. II, Коркунова - "Русское государ. право", т. II), см. кн. Васильчиков, "О самоуправлении" (3 изд., СПб. 1872); Blodig, "Die Selbstverwaltung als Rechtsbegriff" (Вена, 1894); L. Stein, "Die Selbstverwaltung u. ihr Rechtssуstem" (1869); Gluth, "Die Lehre von der Selbstverwaltung" (1887); Градовский, "Системы местного управления на западе Европы и в России", в "Сборнике Госуд. знати" (т. V и VI); Свешников, "Основы и пределы С. " (СПб., 1892); Альб. Шоу, "Городские управления в Зап. Европе" (М., 1899). По самоуправлению в Англии очень важны работы Гнейста: "История государственных учреждений Англии" (М., 1885), "Geschichte der englischen Communalverfassung" (Б., 1863), "Adel and Ritterscliaft in England" (Б., 1853), "Das houtige englische Verfassungs und Vorwaltungsrecht" (Б., 1857 - 63; нов. изд. 1876 - 83), "Verwaltung, Justiz. Rechtsweg, Staatsverwaltung u. Selbsverwaltung nach englischen und deutschen Verhaltnissen" (Берл., 1869). Эти сочинения Гнейста составили эпоху в изучении С. вообще; несмотря на крупные недостатки (отмеченные, между прочим, М. Ковалевским в кн.: "Английская конституция и ее историк", М., 1880) они имеют до сих пор значение для истории английского С., но как характеристика его современного положения они совершенно устарели, равно как и все работы, вышедшие до 1888 г. См. Вотье, "Местное управление Англии: " (СПб., 1896); Edw. Jenks, "Au outline of english local government" (Л. 1894; очень ясная и довольно полная, несмотря на сжатость, картина англ. С.); Holdsworth, "The local government (Л. 1888); Stephens, "Parochial self-government in rural districts" (1893); Arminion, "L\'administration locale d\'Angleterre" (П., 1895); К. Гуго, "Новейшие течения в английском городском самоуправлении" (СПб. 1898; блестящая работа не об организации, а о деятельности органов С.). Для местного С. Америки, кроме известной книги Токвиля о демократии в Америке (отчасти устаревшей) и II т. "Американской республики" Брайса, существует довольно много специальных исследований: Alb. Shaw, "Local government in Illinois" (Балтимор, 1883); Bemis, "Loc. government in Michigan" (ib. 1883); Gouid, "L. g. in Pennsylvania" (ibid.) и др. Для Германии: Stengel, "Die Organisation der proussischen Verwaltung" (Лпц. 1884); Bornhack, "Die Kreis- und Provinzialordnungen des preussischen Staates" (Брл. 1887); Brauchittsch, "Die nouen preussischen Verwaltungsgesetze" (Б. 1806).

В. Водовозов.

Самоуправство

(угол. пр.) - один из наименее определенных терминов действующего русского уголовного законодательства. Ст. 142 уст. о наказ., налаг. мировыми судьями, говорит: "за С., а равно за употребление насилия, однако без нанесения тяжких побоев, ран или увечья, виновные подвергаются аресту не свыше трех месяцев". Таким образом, закон понятия С. не определяет и как бы противополагает его понятию насилия, почему возникают вопросы: возможно ли С. без насилия и есть ли это проступок против личности, или же мыслимо С. и против чужой собственности, без насилия над личностью? Сенат, в своей обширной и непоследовательной практике по настоящему предмету, разрешают оба вопроса, в общем, утвердительно, но комментаторы (Неклюдов, Фойницкий) держатся противоположного взгляда. С особенной подробностью разработано понятие С. у Неклюдова ("Руководство к особ. части", т. 1, стр. 124 133). Историческое развитие идем С. показывает, по его мнению, что основной его признак - насилие. Так смотрело на С. уложение о наказ, изд. 1857 г., так смотрит на него и устав о наказ., трактующий о нем в главе XI - "об оскорблениях чести, угрозах и насилии", в отделении втором этой главы - "об угрозах и насилии". Поэтому самоуправное распоряжение чужой собственностью в таком только случай может быть подводимо под 142 ст. уст. о нак., когда оно соединено было с насильственными действиями над личностью. Отличие С. от насилия вообще состоит в том, что при С. насильственные действия направляются на достижение такого результата, на который виновный имеет законное право, насилию же вообще предполагает и цель противозаконную. К С. относятся, в частности, и наказуемые случаи нарушения домового права - вторжение в чужое жилище и разнообразные насильственные поступки домохозяев в отношении жильцов. Вторжение в чужое жилище в уложении изд. 1857 г. предусматривалось особыми постановлениями, а в издании 1. 866 г. все эти постановления показаны замененными ст. 142 мирон. устава. Проект угол. улож. (1895) заменяет термин С. термином самоуправное принуждение и вносит в самый текст признаки этого понятия, "так как одно только название С., благодаря полной житейской неопределенности этого выражения, может вызвать, как свидетельствует опыт нашей судебной практики, весьма значительный затруднения". Отличие самоуправного принуждения от принуждения простого заключается, по проекту, во внутренней стороне деяния - в намерении виновного достигнуть принуждением осуществления своего действительного или предполагаемого права. Наказ. - арест или пеня до 300 р., вместо тюрьмы. Из нарушений домового права проект образует самостоятельное преступное деяние.

К.-К.

Самсон

- знаменитый библейский судья-герой, прославившийся своими подвигами в борьбе с филистимлянами. Происходил из Данова колена, наиболее подвергавшегося порабощению от филистимлян. Он вырос среди рабского унижения своего народа и порешил отомстить поработителям, чего и достиг, совершив множество избиений филистимлян. Будучи посвящен Богу в качестве назорея, он носил длинные волосы, служившие источником его необычайного могущества. Нарушив обет назорейства, он поддался страсти к коварной Далиде и был тайно лишен ею и волос, и силы, к великой радости филистимлян, которые овладели обессиленным богатырем, ослепили его и, уведя в плен, поставили его на унизительную работу при мельничном жернове. Тяжкое испытание привело С. к искреннему раскаянию и сокрушению. Его жизнь закончилась под развалинами филистимского капища, потрясенного им и рухнувшего ни него вместе с массой ликовавших на его кровле филистимлян. С., как библейско-историческая личность, представляет собою характерный тип народного героя времен Судей; история его подвигов изобилует массой интересных в бытовом отношении подробностей, находящих любопытное подтверждение в исследованиях новейших археологов и географов. История жизни С. изложена в XIII - XVI главах книги Судей.

А. Л.

Самсон (литер, этн.). - Апокрифические сказания о С. встречаются в Палее исторической, иначе называемой, по первой начальной фразе, "книгой бытия небеси и земли". В этом пересказе ветхозаветной истории особая глава посвящена изображению жизни С. Главное отличие апокрифического сказания от библейского состоит в объяснении мотива, почему С. открыл Далиде секрет своей силы: в Библии мотивом выставлена любовь С. к Далиде, в Палее - пьянство С. Апокрифы о С. в древнее время были распространены на Руси. Великорусские былины о Святогоре и С. находятся в очевидной связи с апокрифом о С. Специальные исследования об апокрифах о С. - Веселовского, Жданова ("К литер. истор. русских былин") и Сумцова (в "Очерках южнорусских апокрифов").

И. С-в.

Самшит

(Buxus scmpervirens L.), благодаря необычайной твердости и плотности своей древесины, ценится в промышленности наравне с лучшими сортами орехового и черного деревьев. Древесина С. в сухом состоянии тверда как кость, удельный вес ее нисколько более уд. в. воды и находить себе значительное применение в товарном производстве для приготовления ручек к разным инструментам, веретен, катушек, гребней, пуговиц, гравировальных досок и т. п. предметов. В международной торговле С. обращается очень давно и на всемирный рынок до последнего времени поступал преимущественно из Испании, Италии, Турции, Бразилии и России, а теперь он начинает получаться и из других мест Америки и Азии. Россия сама мало пользуется своими С., вследствие слабого развитая в ней токарного производства, а товар этот в сыром виде она вывозит за границу, откуда получает его обратно в виде разнообразнейших изделий. Так как С. встречается в России главным образом по Черноморскому побережью Кавказа и так как он растет весьма медленно, то, в видах охранения этого дерева от истребления, вывоз его за границу всегда облагался довольно высокою пошлиной, которая в настоящее время составляет 45 коп. с пуда. Ценится этот товар в среднем около 1 р. 50 к. за пуд с большими колебаниями в ту и другую сторону, смотря по качеству. Благодаря возвышению пошлины, вывоз С. из России значительно сократился: в период 1870 - 1874 г. ежегодно вывозилось в среднем по 179 т. пд., в период 1890 - 1894 цифра эта понизилась до 100 т. пд., а за последнее время данные по настоящему предмету представляются в следующем виде: 1895 г. С. вывезено 40 т. пд., в 1896 г. - 93 т. пд., в 1897 г. - 64820 пд. на 78094 р., в том числе в Великобританию отправлено 32123 пд., в Германию - 3084 пд., во Францию - 28492 пд. и пр. Не весь этот товар, однако, русского происхождения, так С. ввозится в Россию также частью из Персии и через Баку провозится далее в Европу. Тамошняя статистика не выделяет этого товара по ввозу отдельно и потому нельзя определить участие Персии в отпуске С. из России.

Ст. Г.

Санаа

(точнее Сан\'а) - город в Йемене, славнейший и богатейший после упадка Мариба (Сабы). Будучи резиденцией химьяритских князей так назв. династии "тоббов" (по спорной хронологии - с 167 г. до Р. Хр., еще в период сабейский), С. во время долгой борьбы южн. арабов с северными оспаривала у Мекки преобладание над всей Аравией. В VI в. борьба, незадолго до Мохаммеда, кончилась в пользу Мекки. После свержения абиссинцами тоббов, склонных к иудейству (525), С. была резиденцией абиссинских наместников и центром христианства. С конца VI в. в С. жили наместники персидские.

А. К.

Санд Жорж

(George Sand) - литературный псевдоним знаменитой франц. романистки Авроры Дюдеван. По отцу своему, Морису Дюпену, она принадлежала к знатному роду, ведущему происхождение от герц. Морица Саксонского; мать романистки происходила из крестьянской семьи. Это соединение аристократизма с чисто народным происхождением отразилось самым благотворным образом на таланте писательницы, у которой высокая культура соединилась с любовью к народу и пониманием его жизни. Родившись в Париже 2 июля 1804 г., С. провела уединенное детство в Ногане (Nohant, в Берри), среди чисто деревенской обстановки, и закончила обычный курс образования в английск. институте-монастыре в Париже; там она отличалась своей неугомонной резвостью, сменявшейся припадками экзальтированной религиозности. По возвращении в Ноган, молодая девушка усердно занялась чтением и в короткое время ознакомилась не только со всей тогдашней романтической литературой, но углубилась в философию, изучала Аристотеля а Лейбница, франц. моралистов классической эпохи и иностранных поэтов, увлекаясь больше всего Шекспиром и Байроном. Впечатления окружавшей действительности отзывались на ней очень сильно. Смерть любимой бабушки, семейные неприятности между матерью С. и недолюбливавшей ее аристократической семьей отца кладут отпечаток грусти на ее молодость. Пассивная во всем, что касалось внешних условий ее личной жизни, она вышла, 18 лет, замуж за барона Дюдевана, не отдавая себе отчета в своих чувствах. Восемь лет супружеской жизни была для ее тяжелым временем, озаренным только любовью к ее двум детям. В 1831 г. она оставила мужа и приехала в Париж, готовая на все лишения во имя свободы и независимости. Чтобы прокормить себя и детей, она сначала занялась живописью по фарфору и довольно успешно продавала свои изящные работы; потом ее осенила мысль взяться за перо. В "Histoire de ma vie" С. рассказывает, как, под влиянием романов Вальтер-Скота, она в последний год жизни в Ногане задумала свой первый роман и написала его, сидя в детской, в обществе детей. "Прочтя его", сознается она, "я убедилась, что он никуда не годится, но что я могу написать что-нибудь менее плохое". В Париже, когда пришлось думать о заработке, она опять попыталась писать: "я заметила, " говорит она, "что пишу скоро,. легко, и без утомления, что идеи сами собой развиваются у меня под пером, что я успела собрать много наблюдений, изучить много характеров и что я знаю достаточно человеческую природу, чтобы описывать ее".

Следующие восемь лет (1832 - 1840) была самыми бурными в личной жизни романистки и самыми блестящими в ее литературной деятельности. В ней проснулась страстная, впечатлительная натура, для которой свобода действий и чувств была жизненным принципом. Она поселяется в скромной комнатке на бульваре St. Michel, носит мужское платье, и в обществе своих друзей - Жюля Сандо, Делатуша и других членов тогдашней литературной богемы, проникается общественными и духовными интересами интеллигентной молодежи. С увлечением разделяя все развлечения веселого студенчества, она ходит по балам, литературным кофейням и политическим митингам, принимает участие в "театральных битвах", когда даются пьесы нового направления и т. д. Свобода духа, делавшая С. увлекательной собеседницей и кумиром молодежи, тесно была связана в ней с свободой сердца; истории ее многочисленных увлечений столь же знамениты, как написанные ею романы, потому что героями и жертвами их являлись такие люди, как Альфред де Мюссэ, Фредерик Шопен. Путешествие С. и Мюссэ в Венецию, их романтическая, капризная, мучительная любовь, впоследствии послужившая темой для романа С.: "Elle et Lui", отразилась на ее "Lettres d\'un voyageur", на многих стихотворениях Мюссэ, на его "Confession d\'un enfant au siecle", была нескончаемым сюжетом писем и воспоминаний; но самая любовь продолжалась недолго и принесла много горя обоим. Увлечение Шопеном, с которым С. уезжала на о-в Майорку, чтобы вылечить его от чахотки, было столь же кратковременно, как и многие другие романы ее жизни. С. очень просто говорит об этой поре своей жизни в "Histoire de ma vie" и очень верно объясняет свою тогдашнюю психологию: господствующим чувством в душе ее была жалость, ее привлекали болезненные, слабые натуры, нуждающиеся в поддержке. Она полюбила Мюссэ, когда его подтачивала опасная болезнь и он, как дитя, нуждался в уходе; за Шопеном она тоже ухаживала как сиделка, и ее любовь была только экзальтированным состраданием (с этой стороны С. изобразила сама себя в героине одного из позднейших ее романов - "Lucrezia Floriani").

Материнское чувство в сущности затмевало в душе С. все остальное: вея вторая половина ее жизни всецело полна им, но даже и тогда, когда "la grande George" покоряла сердца всех знавших ее, первое место в ее сердце занимали дети и забота об их процветании. Романы этого периода носят преимущественно личный, лирический характер. Один за другим появляются: "Indiana", "Valentine" (1832), "Lelia" (1833), "Lettres d\'un voyageur", "Jacques" (1834), "Andre", "Leone Leoni" (1885), "Mauprat" (1836) и несколько новелл. Все они посвящены вопросу о свободе сердца, и если и не носят вполне автобиографический характер, то во всяком случай отражают личные чувства, пережитые автором. "Индиана" близко напоминает собственную семейную драму Ж. С. и является страстным протестом против тирании семейного ига, рисуя, вместе с тем, идеал непосредственно и глубоко любящей женщины, искренней, чистой и делающейся, именно вследствие своей искренности, жертвой бессердечного эгоиста. "Валентина" поэтично и увлекательно рисует трагедию брака без любви и пробуждение естественных влечений сердца, роковых страстей, разбивающих семейный очаг и самую жизнь. В "Jacques", "Andre", "Mauprat", "Lelia" мы видим как любовь поднимает и вместе с тем разбивает слабые, нежные натуры, и как она смягчает и облагораживает дикую, необузданную душу. Страстный тон проповеди свободы сердца, нежность и поэтичность героинь и героев и чарующая красота стиля (особенно в "Lelia") объясняют магическое действие произведений Ж. С. на современников. "Я полагала, что пишу обыкновенную прозу", пишет Ж. С. в одном письме, "а мне доказывают, что я проповедую сенсимонизм". В самом деле, ее романы принимали размеры общественных событий и подвергались горячему обсуждению со стороны различных политических партий.

Характер произведений Ж. С. меняется в конце 30-х годов, и время от 1840 - 48 г. является периодом второй манеры ее творчества. Успех ее первых романов показал, каким пламенным адвокатом той или другой идеи могла быть гениальная романистка. Это привлекало к ней провозвестников новых учений, которыми изобиловала тогдашняя Франция; многие из них стремились сделать ее носительницей в выразительницей их идей. Чуткая к смелой новизне, отзывчивая на всякую искреннюю проповедь, Ж. С. легко поддавалась всем этим влияниям; ее романы этого периода проводят идеи альтруистического свойства, навеянные Ламеннэ, Пьером Леру в др. В "Compagnon du toor de France", "Peche de Mr. Antoine", "Meanier d\'Angibault" выступает на сцену проповедь социализма; в "Horace" противопоставляется благородный, возвышенный тип защитника народных прав расслабленному, нравственно павшему эгоисту. В "Jeanne" выступает религиозная идея друидизма. "Consuelo" и "Comtesse de Rudolstadt" принадлежат к тому же типу философских в политических романов, в которых оригинальность автора до известной степени подавлена отражением чужих идей. 1848 год был последним годом политических увлечений Ж. С. Она принимала участие в движении, охватившем общество, написала резкие полемические "Lettres au peuple" и (по поручению министра внутр. дел временного правительства, Ледрю-Роллена) "Bulletins du ministere de l\'interieur". Поселившись затем окончательно в Ногане, вместе с семьей своего сына, Ж. С. отдалилась от общественной жизни, перестала подчиняться влиянию друзей-философов и вернулась в мир непосредственной жизни, к традициям молодости, проведенной среди крестьянского населения. Еще до 1848 г. начала появляться серия ее рассказов и романов из сельской жизни: "Francois le Champi", "Mare au diable", "Petite Fadette", в которых отразилась наивная, простая и полная поэзии жизнь беррийских крестьян. Сен-Марк Жирарден справедливо называет эти романы, к числу которых принадлежат еще "Maitres sonneurs" (1853) и отчасти "Diable anx champs" (1856) французскими "Георгиками". К концу сороковых и началу 50-х годов относятся также несколько театральных пьес: "Francois le Champi", "Claudie", "Mariage de Victorine" и др., игранных с большим успехом. Ж. С. страстно увлекалась театром, посвящала много времени устроенному ею в Ногане театру марионеток, и сочиняла для него пьесы, имевшие потом успех на больших театрах.

Конечный, очень производительный период творчества Ж. С. обнимает 1855 - 1876 гг. и характеризуется возвратом к романтизму первой манеры, но смягченному жизненным опытом. К этому времени относятся: "Les Beaux Messieurs de Bois-Dore", "Mont-Reveche", "Jean de la Roche", "ie Marquis de Villemer" (роман и пьеса для театра) и мн. др., в которых поражает свежесть таланта и чувств Ж. С. Психология действующих лиц и окружающая их среда обрисованы оригинально и с большою задушевностью. Почти не выезжая из Ногана, Ж. С. вела спокойную, правильную жизнь в кругу семьи своего сына Мориса. Письма ее полны подробностей о разных домашних событиях; она вместе с внучками радуется приближению Рождества и усердно готовить новые костюмы для марионеток; нездоровье невестки или детей захватывает ее сильнее, чем общественные интересы. Если она пишет без устали до самой смерти (кроме множества романов она написала многотомную "Histoire de ma vie", "Impressions et souvenirs", "Contes d\'une grand\' mere" и т. д.), то главным образом для того, чтобы обеспечить будущность своих детей. К друзьям своим, часто приезжавшим гостить в Ноган, она относится с той же материнской заботливостью, к начинающим писателям - с участием, убеждая их приобретать как можно более фактических знаний, прежде чем приступать к литературной деятельности.

Общий характер творчества Ж. С. имеет две стороны, различным образом отразившиеся на дальнейшей судьбе ее произведений. При появлении ее романов главную роль играло идейное их содержание, их протестующая подкладка; но эта сторона ее произведений в настоящее время несколько устарела, и современному читателю апология свободы чувств, борьба с гнетом общественных предрассудков в романах Ж. С. кажется всего менее заслуживающей внимания; к тому же в большинстве случаев Ж. С. не оригинальна в идейных замыслах своих романов, а берет готовые философские тезы. Таким образом "жорж-сандизм", сыгравший, в свое время, такую выдающуюся роль в истории Франции и других стран), не пережил своей основательницы. Но произведения Ж. С. имеют и другую сторону, непосредственно литературную. Ж. С. принято считать идеалисткой романтизма, не основывавшей своего творчества на наблюдении; манера ее противопоставляется, в этом отношении, реализму Бальзака. Это противоположение не вполне верно. Конечно, С. идеализировала описываемых ею людей и их жизнь; фантазия уносила ее всегда в область химерических происшествий, конфликтов идеальных страстей с фантастическими событиями; но самые описания обнаруживают громадную наблюдательность, особенно там, где речь идет о жизни родного ей Берри. Ж. С. - не столько мыслитель, сколько непосредственный художник; она рисует жизнь и свои чувства как видит и чувствует и, благодаря этому, язык ее, над которым она менее всего работала, доходит иногда до высокого лиризма.

З. В.

Литература. Лучшие монографии о Ж.-С. - Е. Caro, "George Sand" и "G. S.; Histoire de ses oeuvres" (обе Пар., 1887). Почти все повести и романы С. переводились на русский язык частью отдельно, частью в журналах, особенно сороковых и пятидесятых годов "История моей жизни" пересказана в "Современнике" (1855, ј 1 и сл.). См. еще "Рассказ русского путешественника о Ж. С." (в "Библ. для Чтения" 1843, 7), Кронеберга, "Последние романы Ж.-С." ("Современник", 1847, ј 1); т. же (1851, кн. 4) переведена рецензия Густава Планша; Е. Тур, "Жизнь Ж. С." ("Русск. Вест." 1856 г., III - IV); "Жизнь Ж.-С." ("Соврем.", 1856 г., т. 56  - 58); Скальковский, "Рассвет" (1861, 11); Зола, в "Парижских письмах" ("Вестн. Европы", 1877 и отд.); "Ж.-С. по ее письмам" ("Загр. Вестн." 1881, кн. 10).

Белинский, в первом периоде своей деятельности, относился к Ж.-С. с страстною нетерпимостью. Одним из первых симптомов переворота, происшедшего в его миросозерцании, был восторженный отзыв о романе Ж.-С. "Бернар Мопра" (1841). С тех пор Ж.-С. стала для него автором столь же любимым, какими были Гете и Гофман в дни его молодости, и с 1842 г. начался в "Отеч. Записках" длинный ряд переводов ее романов ("Орас", "Мельхиор", "Андре", "Домашний секретарь", и друг.). Белинский всецело примкнул к воззрениям Ж.-С. на женщину, на брачные отношения и проч., клеймил "киргиз-кайсацкий" взгляд на женскую "честь", называл Ж.-С. "вдохновенной пророчицей", "энергическим адвокатом прав женщин" и ставил наряду с Шиллером, этим "адвокатом человечества", а в одном письме к Боткину (1842) писал: "С. - это решительно Иоанна д\'Арк нашего времени, звезда спасения и пророчица великого будущего". Особенно высоко Белинский ценил в Ж.-С. глубокую и истинную гуманность. Из всех иностранных писателей С. оказала наибольшее влияние на русских беллетристов 40-х годов. Она была любимейшим автором Щедрина в дни его молодости ("За рубежом", гл. IV), ею зачитывался Тургенев, она оказала неизгладимое влияние на Достоевского.

"Женский вопрос" в русской литературе был поднят под непосредственным влиянием С. Е. А. Ган уже в первой своей повести: "Идеал" (1837) вложила в уста своей героини протест против общественного рабства "царицы общества", а затем на том же протесте построила всю повесть "Напрасный дар". Сходясь с С. во взгляде на великое значение для женщины жизни сердца, Е. А. Ган, вопреки С., единственной законной для этого формой считала брак. Проповедь свободы чувства впервые поднята была в романе Искандера (Герцена) "Кто виноват?", отметившей, между прочим, одностороннее развитие женщины, замкнутой в сферу "кухни и спальни". На первый план та же проповедь выступает в повести Дружинина "Полинька Сакс" (1847), для которой первообразом послужил жорж-зандовский "Жак". В том же 1847 г. не был пропущен цензурой роман Писемского "Боярщина", который должен был появиться в "Отеч. Записках", и по признанию автора, находившегося, подобно всем своим современникам, под влиянием С., был им написан "как протест против брака". Влияние "Жака" заметно и в романе Авдеева "Подводный камень", появившемся гораздо позже, в 1860 г.

Сандаловое дерево

- различные виды деревьев, древесина которых дает краску (синюю, черную или красную) или идет на поделки. Таково: 1) Haematoxylon Campechianum L., кампешевое дерево; 2) Pterocarpus santallnus L., дерево относящееся к сем. мотыльковых; дико растет в восточных частях тропической Азии и на Цейлоне. Древесина его, под именем красного сандала или калиатурового дерева, идет на краску и на поделки; оно слабо ароматично и содержит сантолин, санталовую кислоту, сантал и птерокарпин. Дерево это достигает 6-8 метров высоты; ветви у него серовойлочные, листья перистые; желтые с красными подосками цветки одиночные, пазушные или в кистях; из 10 тычинок, девять спаяны нитями в трубочку; боб округлый, гладкий. 3) Santalum album L. - дерево из сем. санталовых, дико растущее в Остиндии и на Малайских о-вах. Желто-розовая или желтоватая, ароматная древесина его, под именем белого или желтого сандала, употребляется в парфюмерии, в столярном деле и в медицине. Листья у этого дерева яйцевидно-эллиптические, крупные, кожистые. Цветки обоеполые, с сростнолистным околоцветником, в метелках; тычинок 4 - 5, плод - костянка. Дерево паразитное.

С. Р.

Сандунова Елизавета Семеновна

(до замужества Уранова) - русская певица (1772 - 1882). Воспитывалась в театральном училище; обладала замечательным по объему mezzo-soprano; в течете 33-хлетней сценической деятельности исполнила 320 ролей. Пользовалась покровительством Екатерины II, которой она была обязана и своим семейным счастьем: императрица оградила ее от назойливых преследований разных вельмож и устроила ее свадьбу с актером Сандуновым.

Н. С.

Санкхья

(санскр. Samkhya - относящийся к числу, численный, "перечисляющий", затем перечисление, исследование, различение, размышление) - древнейшая и главнейшая из шести философских школ древней Индии, более близкая к школе йога; время и место ее возникновения (в сев. Индии) еще не поддаются определению. Можно только утверждать, что школа С. существовала еще в добуддийскую эпоху, как это доказывает ряд общих черт у буддизма и С., подтверждающий туземное предание о происхождении буддизма из основных учении С. (см. Якоби, "Der Ursprung d. Buddhismus aus dem Sankhya-Yoga", в "Nadir, d. Gott. Gesellsch. d. Wissenschaften", 1896, стр. 43 и сл). Так как с другой стороны очевидно, что философия С. - поздние древнейших упанишад, то не лишено вероятия мнение Рих. Гарбе, что С. возникла в виде реакции пантеизму упанишад. Другого, малоправдоподобного, мнения держатся Нилакантха Шастри Гор, Гауг (Gough) и Макс Мюллер, утверждающие, что С. первоначально представляла собой "перечисление" основных понятий веданты, излагаемой в упанишадах, при котором были употреблены особые выражения; подлинное значение этих терминов со временем забылось, и с ними связаны были новые понятия, составившие основы философии С., позднейшим развитием которых является учение С. в тесном смысле слова. Если в древнейших упанишадах учение С. еще не встречается, то, напротив, позднейшие упанишады нередко содержат в себе те или другие его идеи, хотя нигде они еще не приведены в систему. Основателем учения С. считается во всей индийской литературе мифический мудрец Капила, о котором ничего неизвестно, кроме легендарных данных, находимых в Махабхарате, Рамаяне и Пуранах. Более веса можно придать буддийским свидетельствам о нем, приводящим его в связь с городом Капилавасту. Эти известия довольно правдоподобны, в виду указанных уже связей С. с буддизмом, в истории которого город Капилавасту играет видную роль. Во всяком случай, если Капила действительно существовал, то время жизни его, в виду зависимости буддизма от С., должно быть отнесено ко времени до половины VI в. до Р. Хр. Непосредственным учеником Капилы предание называет Асури (Asuri), о котором также ничего достоверного неизвестно. Более определенной является личность второго из главных авторитетов школы С., философа Панчашикха. Индийские источники перечисляют еще ряд других философов, в том числе Виндхьявасину или Виндхьявасаку, жившего, вероятно, в I в. по Р. Хр. и упоминаемого китайскими источниками; от прочих сохранились только одни имена, да и те не всегда внушают доверие к своей подлинности.

Время расцвета школы С. относится к первым векам нашей эры, когда она оказала заметное влияние на образование гностических и неоплатонических учений, объясняющееся частыми сношениями между Индией и Александрией. Влияние С. на гностицизм сказалось особенно в учении об антагонизме между духом и материей, в отождествлении духа со светом, в делении людей на три класса (pneumatikoi, yucikoi, ulikoi = три гуны в учении С.), в учении о личном существовании разума, воли и т. д. Зависимость неоплатонизма от С. еще сильнее и сказывается нередко в полном тождестве некоторых учений. Из С. заимствовано учение Плотина, что душа свободна от страданий и изменений, присущих только миру материальному, что человек должен отказаться от чувственного мира и стремиться к истине путем созерцания. Обещание философии Плотина избавить людей от их страданий также имеет прототип в аналогичном обещании философии С. Как и гностики, Плотин заимствовал из школы С. учение о тождестве духа и света; у него повторяется также (при объяснении сознательного познания) сравнение души с зеркалом, в котором появляются образы предметов. Еще теснее зависел от С. ученик Плотина, Порфирий. В самой Индии учение С. оказало широкое влияние на всю ее философскую и религиозную жизнь, начиная с начала нашей эры и кончая новейшей эпохой. Об этом свидетельствуют все главнейшие памятники санскритской литературы: законы Ману и другие юридические сборники, Махабхарата, представляющая древнейшее связное изложение доктрины С., Грхьясутры, Пураны, Тантры и т. д. Влияние С. сказывается и на позднейших философских системах Вайшешика и Ньяя. Древнейшие трактаты школы С. - сочинения Панчашикхи и трактат Шаштитантра ("система 60 понятий") - не дошли до нас. Последний памятник упоминается в позднейших трактатах, причем из него приводятся и цитаты. Древнейшим из сохранившихся систематических изложений является трактат Санкхьякарика (Samkhyakarika), возникший не позже V в. по Р. Хр. и вызвавший два комментария (Гаудапады, между 700 и 750 гг. по Р. Хр., и Вачаспатимишры, в первой трети XII в.). К началу XI в. относится так называемая Раджаварттика (Rajavarttika). К первой половине этого же века относится известное сочинение об Индии арабского писателя Альберуни, дающее обстоятельные сведения об учении санкхья. До половины XVI в. возник небольшой (как и все вышеназванные) трактат Таттвасамаса, вызвавший несколько комментариев (один издан Баллантайном, в его "Lecture on the Sankhya Philosophy", Мирзапур, 1850).

Древнейшими источниками С. долго считались С. сутры, хотя уже Кольбрук указывал на ошибочность приписывания их Капиле. На самом деде это - довольно поздние тексты, возникшие между концом XIV и серединой XV в. К этим сутрам примыкает ряд комментариев (древнейший - Анируддхи, относящийся к самому началу XVI в.), доходящих до XVIII в. Имя С. рассматриваемое учение получило в сравнительно позднее время (оно встречается впервые только в поздних упанишадах и в Махабхарате). Первоначальное его значение, по правдоподобному мнению Гарбе, было "перечисление", в виду пристрастия С. к числам и особенно "перечислению" 25 принципов, имевшего большой вес в глазах ее последователей. Только впоследствии оно получило более широкое значение "различения, размышления". С. выходит из вполне определенного пессимистического взгляда на мир. Всякая сознательная жизнь есть страдание; кажущиеся радости бытия перемешаны с страданиями и влекут их за собой. Самое величайшее зло этого мира - необходимое возвращение смерти в каждом новом существовании. Высшей целью человеческих стремлений может быть, поэтому, только полное устранение страданий, которого не дают ни мирские средства, ни жертвоприношения, не устраняющие вполне смерти (уже убиение жертвенного животного есть грех, требующий возмездия; сложный и дорогой жертвенный ритуал доступен только богатым, да и достижение высшего божественного достоинства не избавляет от переселения душ, которому подлежат даже боги). Надежда на прекращение всякой сознательной жизни при разрушении мира тщетна, ибо за этим разрушением последует новый период созидания, в котором снова начнется странствование душ из одной формы в другую. Только с помощью философии человек (без различия касты или состояния) может достигнуть спасительного познания, заключающегося в признании абсолютного различия духа от всего материального мира. Чтобы дойти до этого познания, учение С. развивает свою мировую теорию, пытаясь установить причинную связь явлений материального мира, а также и душевных процессов. В доктрину С. входит и несколько общих учений, выработанных индийской философией, в роде учения о возмездии, круговращении жизни и переселении душ, встречаемого во всех религиозно-философских системах Индии.

Главная характеристическая черта школы С. - атеизм, отрицание вечного верховного существа, создавшего и поддерживающего мир. Эта черта резко отличает систему С. от школы йога. Атеизм С. вытекает из учения, что бессознательной материи природы присуще стремление развиваться для пользы чисто рецептивных душ, а также из связанного с этим учением общеиндийского представления о последствиях деятельности всех живых существ - последствиях, которыми вышеназванное стремление природы возбуждается и определяется. Последователи С. поддерживают свое атеистическое учение указанием на то, что при теистическом мировоззрении возникновение зла является неразрешимой загадкой и неизбежно влечет за собой упрек верховному существу в жестокости и пристрастии. Кроме того система С. развивает ряд оригинальных космогонических, физиологических и психологических учений. По ее учению, в мире существует два вечных, исконных начала, различных в самом своем основании и потому не возводимых ни к какому высшему единому началу: материя и души. Описание сущности этих начал и их взаимных отношений и составляет собственное содержание системы С. Подробное исследование философии С. дал Рих. Гарбе: "Die S.-Philosophie, eine Darstellung d. indisch Rationalismus" (Лпц. 1894); его же позднейшее, исправленное, но сокращенное изложение: "S. und Yoga", в "Grundriss d. indo-arischen Philologie" Бюлера (т. III, вып. 4, Страссб. 1896). В первом из назв. трудов приведена и вся библиография вопроса. См. еще Barthelemy St.-Hitaire, "Memoire sur le Sankhya" (П. 1852, Davies, "Hindu philosophy. The S. Karika of Iswara Krishna. An exposition of the system of Kapila" (Л. 1881); Martinetti, "Il sistema S. Studio sulla filosofia Indiana" (Турин, 1897). Издания и переводы туземных источников: "S.-Pravacana-Bhashya or commentary on the exposition of the o. philosophy by Vijsanahhikshu" (Кембр. и Лпц., 1895); англ. перев. Ballantyne (Кальк., 1865); "Sankhyasara: a treatise of Sankya philosophy" (Кальк., 1862); "Vacaspatimiсra. Samkhya-tattva-Kaamudt, der Mondschein der Samkhya-Wahrheit, nebst Einleitung uber das Alter u. die Herkunft d. S. Philosophic v. R. Garbe" (Мюнх. 1892); англ. перевод и подл. текст, изд. Ganganatha lha (Бомбей, 1896).

С. Б-ч.

Санкция

(лат.): - 1) утверждение законопроекта главою государства. В конституционных государствах глава государства, отказывая в утверждении законопроекта, принятого представительным собранием, осуществляет свое право вето. - 2) Та часть закона, которою ограждается исполнение его. Содержанием санкция является, прежде всего, признание действий, нарушающих закон, ничтожными или оспоримыми. Законы с такою С. назыв. совершенными (leges perfectae). Для таких норм, по отношению к которым признание правонарушительного действия оказывается недостаточным, устанавливается С. связывающая с этим действием невыгодные для совершителя его последствия (гражданское взыскание в пользу потерпевшего, наказание, налагаемое государственною властью в интересах общественных). Законы, снабженные такою С., назыв. leges plus quam perfectae. Если С. закона заключается в том, что нарушение его влечет за собою невыгодные для правонарушителя последствия (напр. штраф за неоплату заемного обязательства гербовым сбором), но при этом самое действие, соединенное с нарушением закона, сохраняет свою юридическую силу, то такого рода законы назыв. leges minus quam perfectae. Наконец, законы, не имеющие С., т. е. законы, последствия нарушения которых вовсе не определены, называются несовершенными (leges imporiectae). К числу последних принадлежит большая часть норм публичного права. Предполагается, что соблюдение норм публичного права ограждается надлежащею организацией властей, призванных осуществлять их; но, в виду недостаточности такой гарантии, граждане, по мере упрочения в управлении начал правомерности, приобретают право административного иска, направленного к признанию незаконных распоряжений администрации недействительными. Этим путем значительная часть норм публичного права из несовершенных превращается в совершенные.

Санкюлоты

(франц. Sansculottes; неточно переводится словами бесштанники, голоштанники) - в эпоху великой франц. революции так назывались пролетарии и революционеры, в отличие от представителей высших классов: последние носили culottes, т. е. штаны по колени, с чулками, а первые - панталоны, т. е. длинные штаны до пят. Название это появилось в феврале 1792 г. и стало означать доброго патриота и гражданина.

Сан-Паоло

(San-Paulo) - главн. город бразильского штата того же имени, в 5 км. к Ю от устья р. Титэ, на высоте 753 м. над ур. моря. Университет с факультетами юридическим и богословским, иезуитская коллегия, музей, театр. С. - центральный торговый пункт штата. Вблизи итальянские колонии: Санта-Анна, Глория, С.-Каэтано и С. Бенардино. Жит. ок. 40000.

Сан-Ремо

(San-Remo) - город и зимняя климатическая станция итальянской провинции Порто Маурицио, на берегу Генуэзского залива (Ривьера-ди-Поненте) в 5 часах от Генуи; с С хорошо защищен тройною цепью гор. 121/2 тыс. жит. Лицей, мореходное и техническое училище. Нежный климат, снежные зимы крайне редки. Богатая южная растительность. Средняя годовая tº = 15,6º Ц., зимы 9,4, весны 14,1, лета 22,4, осени 16,6, с ноября до марта 11,41º Ц. Среднее барометрическое стояние годовое 761,43 мм. Восточные и западные ветры чувствительны только в местах близких к морю; восточный ветер - самый сильный и частый, мистраль едва дает себя знать. Хорошо устроенное заведение со всеми лечебными приспособлениями. Санатория со всеми удобствами. Больных до 8000 в год, с упадком питания, золотухой, страданиями дыхательных органов, почек, диабетом.

Сан-Сальвадор

(San Salvador) - столица центр. амер. республики того же имени, на небольшой реке, впадающей в Тихий океан, в хорошо орошенной и облесенной долине, в 5 км. от вулкана С. Основан в 1523 г. испанскими эмигрантами; в 1854 г. перенесен на другое место, вследствие частых землетрясений, но и здесь дважды уже частью разрушался ими. Много церквей и монастырей. Обширные склады сахара и индиго, фабрики железных изделий и хлопчатобумажных тканей. Жит. 16000 (1890), до землетрясения 1873 г. - 40000.

Санскара

(санскр. samskfira - приготовление, церемония, священнодействие) - главнейшие религиозные церемонии, обязательные для каждого индуса хорошей касты. Гаутама, называющий этим термином все религиозные церемонии, насчитывает их сорок, но обыкновенно под названием С. разумеется главных десять очистительных церемоний. Каждая С. имеет определенный и нередко довольно сложный порядок, устанавливаемый такими авторитетами, как Ману, Яджнявалкья и др. В буддийской философской терминологии С. означает душевные способности и наклонности человека.

С. Б-ч.

Сан-Себастьян

(San Sebastian) - портовый гор. в испанской провинции Гвипускоа, на Атлантическом океане, крепость первого ранга, при устье р. Урумеа, между двумя бухтами: на З в новейшее время расчищенная и защищенная сильными дамбами бухта Зурриола (Zurriola), на З соединяющаяся с морем только узким проливом между Monte Orgullo (с фортом) и Monte-lgueldo (с маяком) бухта La Concha. После английского погрома 1813 г. отстроен заново. Жит. (1887) 29047. Церковь св. Марии, в стиле Возрождения, с роскошным фасадом и величественными алтарями; церковь San Vicente в готическом стиле (XI стол.); вилла королевы-регентши (Miramor), арена для боя быков. Школы торговая и мореходная. Заводы якорные, стеклянный, химических продуктов, фабрики ковровые и парусные. Торговля транзитная и экспедиционная; ввоз английских и французских продуктов, хлопчатой бумаги, корабельного к строевого леса, трески; вывоз вина, муки, консервов. В 1894 г. в бухту Конха вошли 108 судов различных наций с грузом в 62483 тонн. С. Себастиан принадлежит к самым удобным и благоустроенным курортам (морские купанья) северного побережья Испании. Близ С.-С. бывший иезуитский монастырь San Ignacio de Loyola. Находясь на пути из Франции к Мадриду, С.-Себастиан неоднократно играл роль в военной истории страны. В августе 1794 г. франц. ген. Монсе неожиданно подступил к стенам города, и гарнизон, застигнутый врасплох, сдался на капитуляцию. В 1813 г., после победы при Виттории, С.-Себстиан был осажден англ. войсками; франц. гарнизон, под нач. ген. Pea, оборонялся с большим упорством и сдался только тогда, когда почти все верки были разрушены и надежда на выручку исчезла. В 1823 г., в самом начале похода герцога Ангулемского в Испанию, дивизия ген. Бурка обложила С.-Себасиан, и крепость сдалась еще до открытия французами осадных работ.

Санскрит

В основе этого термина лежит древнеиндийская форма samskrtam. Традиционное произношение брахманов ставить слог ri на месте древнего слогового r, и форма С. попала в Европу именно в таком традиционном произношении. Значение древнеиндийского samskrtam или samskrta до сих пор еще вполне точно не установлено; обыкновенно толкуют термин С. как составленный (искусственный), украшенный, освященный (язык свящ. литературы), образованный (в смысле культурном) язык. В общем употреблении под этим термином разумеют язык древних индусов, на котором они говорили и писали за нисколько веков до Р. Хр. При этом употреблении разные диалектические и хронологические разновидности, замечаемые в общем составе древнеиндийского языка, оставляются без внимания. С. называют и язык древнейшего памятника индийской (и индоевропейской) литературы - Ригведы и вообще веды, и язык позднейшей, искусственной, художественной индийской литературы - язык эпических поэм в роде Махабхараты и Замаяны, драм Калидасы и др. Индийские ученые понимали под термином samskrta bhasha только позднейший, нормированный грамматиками искусственный или классический книжный язык, получивший право гражданства в эпоху индийского средневековья (от 600 г. до Р. Хр.), и отличали его от bhasha просто, т. е. живой, разговорной речи. Древнейшей формой древнеиндийского языка является язык вед (2000 - 1500 лет до Р. Хр.) или ведийский (ведаический) С., как принято называть его в европейской науке, в отличие от С. классического. Ведийский С. отличается от классического не только большим богатством и разнообразием грамматических форм, но и несомненными чертами языка более живого, свободно развивающегося, не столь стесненного литературной и книжной традицией. Тем не менее и ведийский С. не может быть признан вполне чистым и неприкосновенно сохранившим древнейшие черты древнеиндийского языка, каким он должен был быть в эпоху создания вед и самой древней из них - Ригведы. Не смотря на благоговейное отношение к чистоте и целости священных текстов, эти последние не могли избежать общей участи всех литературных памятников, передаваемых путем изустного предания из глубокой древности в позднейшие эпохи с другим строем языка: они подверглись значительному подновлению. Постепенное преобразование ведийского С. в этом направлении было завершено учеными редакторами вед, давшими этим памятникам окончательную внешнюю группировку в виде дошедших до нас самхит или ведийских сборников. Подновление коснулось главным образом фонетической стороны (так назыв. сандхи), но и здесь не было проведено последовательно. Нередко встречаются архаизмы, сохранившиеся потому, что их неправильно понимали. Замечается даже влияние среднеиндийских диалектов и чужих языков, снабдивших ведийский С. несколькими заимствованиями, сразу обличающими свое неарийское и неиндоевропейское происхождение.

То обстоятельство, что веды сохранялись в одном сословии - среди жрецов, заставляет предполагать, что ведийский С., несмотря на отсутствие определенной ученой или книжной нормировки, должен был все-таки разниться от живого народного языка и представлять большую неподвижность и искусственность, характеризующую языки книжные и поэтические. На это указывает употребление форм, принадлежащих разным историческим периодам, ошибочное употребление некоторых форм, образование неправильных форм и тому подобные особенности, свидетельствующие об известной искусственности языка. Древнейший вид ведийского С. находим в Ригведе, которая, однако, неоднородна в языковом отношении, представляя в некоторых своих частях более древнее состояние языка, а в других (10-я книга) - более новое, являющееся переходной ступенью к языку еще более поздних ведийских сборников (самхит). В послеведийскую эпоху ведийский санскрит еще более расходится с живыми говорами, оставаясь более или менее неподвижным, в то время как они беспрерывно развиваются. Уже другие веды представляют более новый язык, характеризуемый лексическими неологизмами, исчезновением разных старых форм, более частым появлением l на месте общеарийского r и т. п. Прозаическая ведийская литература брахман и жертвенных формул Яджурведы хотя и представляет более новую стадию языка, чем Ригведа, но в то же время сохраняет и некоторые древние черты, которых уже нег в других, более древних памятниках. Здесь сказывается обычное разливе прозаического языка от поэтического. В следующем по времени слое литературных памятников ведийского периода - араньяках, упанишадах и сутрах - наблюдается уже, в общем тот строй языка, который был закреплен классической грамматической школой индусов. Своеобразен только стиль сутр, отличающийся отсутствием связной и периодической речи и господством отрывистого, сжатого синтаксического строя. В грамматике Панини (около 300 до Р. Хр. ?). канонизована форма языка, близкая языку сутр. Позже является и термин samskrta - "правильно изготовленный, совершенный, законченный", в отличие от prakrta - "плебейский, народный". Выражение это у старых грамматиков еще отсутствует и впервые встречается в Рамаяне. Употребляясь первично для одних сакральных целей, С. брахманов получил светское потребление только в позднейшую эпоху.

Уже сакральная ведийская литература приняла в себя некоторые первично светские произведения. Светская литература на С. началась уже за несколько столетий до появления грамматики Панини. Древнейшим ее памятником является Рамаяна, к стилю и языку которой примыкает и Махабхарата. Хотя грамматика уже процветала в эпоху появления этих эпических поэм, язык их в довольно многих отношениях уклоняется от правил грамматики Панини (особенности эпического С. см. Bohtlingk, "Berichte der sachs. Gesellschaft der Wissensch. ", phil. hist. Classe, 1887; "Zeitschr. d. deutsch, Morgenl. Gesellsch.", т. XLIII, стр. 53 и сл.; Holtzmann, "Grammatisches aus dem Mahabharata", Лпц., 1884). Язык эпоса носит более народный характер, чем язык собственно классической санскр. литературы, примыкающей к Рамаяне. Характерные черты этого "классического" С. - точность и сжатость стиля, рядом с строгой нормировкой языка, согласно грамматическому канону Панини и других представителей индийской грамматической школы. Тем не менее разница между грамматической теорией и литературной практикой постоянно дает себя знать. Целый ряд форм и синтаксических конструкций, встречаемых у грамматиков, не может быть доказан примерами из литературного употребления - и обратно, возникают особые метрические поэмы (кавья), имеющие целью демонстрировать употребление таких архаических или теоретических форм. Еще большую степень зависимости от грамматики обнаруживают произведения классической санск. прозы, в которой легче было соблюдать строгие правила индийских грамматиков, благодаря отсутствию метра. В общем С. позднейшей "классической" литературы гораздо беднее формами, чем ведийской С., хотя поздние авторы и стараются иногда блистать своей книжной грамматической эрудицией, пытаясь воскрешать те или другие архаизмы. B классическом С. заметно и влияние народных диалектов. Лексические заимствования из народных диалектов были довольно многочисленны и вносили в С. среднеиндийские фонетические особенности. Иногда среднеиндийские слова, на основании звуковых отношений, подмеченных между С. и среднеиндийским, подвергались переделки на С. лад. В еще более поздние времена в С. проникали и влияния новоиндийских языков, дающие себя знать как в надписях, так и в литерат. памятниках. Кроме того в С. можно открыть и довольно частые влияния туземных языков Индии, главным образом дравидических. Сношения с иранскими странами внесли несколько заимствований не только из древнеперсидского, но и из новых иранских языков. Сношения с греками, начавшиеся с похода Александра Македонского в Индию, внесли немало греческих заимствований, особенно в математическую и астрономическую терминологию. Магометанские завоеватели принесли с собой арабские и позже турецкие слова, а с XVI в. начинают появляться и заимствования из европ. языков. Географическое распространенно С. в разные эпохи различно. С. Ригведы употреблялся только в СЗ Индии; в эпоху других ведийских сборников и брахман С. уже распространившиеся в верхней долине Ганга, так назыв. Мадхьядеше (между пустыней на З и слиянием Ганга и Джамны на В). Во II в. до Р. Хр. вся страна между хребтами Гималаев и Виндхья, так назыв. Арьяварта, считается родиною "правильного" С. Еще раньше С. распространился дальние на Ю, на Деканское плоскогорье, где он употреблялся на ряду с туземными, дравидическими языками, щедро черпавшими из него в свой лексикон. Позже С. проник и на Цейлон, где оказал заметное влияние на сингалезский язык, затем на Малайский архипелаг, Яву, Борнео и даже на Филиппинские острова. Около начала нашей эры С. проник и в дальнюю Индию, где уже во II в. по Р. Хр. находим, как это видно из Птолемеевой географии, индийские географические названия. В IV в. там же (в царстве Чампа) начинают появляться надписи на С., употребляемом для этой цели до XII в., когда его совершенно вытесняет местный язык. В Бирме и Сиаме санскр. надписи не встречаются, но присутствие заимствований из С. в составе туземных языков свидетельствуют о влиянии С. и в этих странах.

Благодаря буддизму, знание С. и литературные памятники на нем проникают в Средн. Азию, Тибет, Китай, Японию. Общая судьба его вне Индии - смешение с местными языками и исчезновение. Что касается Арьяварты, то употребление С. здесь ограничивалось главным образом высшими сословиями и прежде всего жрецами-брахманами. Употребление пракрита в драме для речей женщин и действующих лиц из народа, в то время как боги, цари, жрецы и придворные говорят на С., указывает на употребление С. только верхними слоями индийского общества. Это же употребление С. в драме свидетельствует, однако, о том, что низшие слои общества хотя и не говорили на нем, но понимали его. Из употребления пракритских диалектов в правительственных указах, высекавшихся на камнях и скалах, и в буддийской священной литературе следует заключить, что народу среднеиндийские диалекты были во всяком случае, лучше понятны, чем аристократический С. Выли попытки употреблять С. у северных буддистов, но они были неудачны и представляли смесь пракрита с С. В более поздние эпохи с С. соперничают языки завоевателей Индии - сначала персидский, потом английский. Суживали употребление С. и возникавшие новоиндийские литературы. Уже в Х в. влияние новоиндийских языков дает себя чувствовать в языке надписей. В XII в. возникает литературы на новоинд. языке хинди. Знавшие С., как ученый язык, говорили и на другом, более живом, народном языке. Значение С. для индийской духовной культуры может быть сравнено с значением латинского в средние века или древнееврейского у современных евреев. До сих пор, однако, в Индии говорят и пишут на С., употребляя его и для обыденных нужд и потребностей. Научное значение С. для сравнительной грамматики индоевропейских языков весьма велико, хотя в последнее время ученые уже отрешились от того представления об исключительной древности и важности С., которое господствовало в европейской науке в течение более чем полустолетия, после основания сравнительной грамматики Фр. Боппом. Как индоевропейский язык, формы которого сохранились из очень древней эпохи, благодаря особо тщательной изустной традиции и раннему развитию в Индии грамматического знания, С. дает отличный критерий при сравнительноисторическом анализе отдельных индоевропейских языков, особенно своим формальным строем, сохранившим древние индоевропейские черты гораздо лучше, чем формальный строй остальных индоевропейских отдельных языков, не исключая и литовского. Но так хорошо сохранил С. древний звуковой состав индоевропейского праязыка, особенно в области вокализма, где преимущество приходится отдать греческому (индоевр. гласные а, е, о, а, е, о, сохранившиеся в греческом, в С. совпали в одном гласном а, а, дифтонги ei, ai, oi, en, au, оu, большею частью также сохранившиеся в греческом, в С. дали долгие гласные е и о и т. д.); напротив, консонантизм С. архаичнее в некоторых отношениях, чем консонантизм любого другого индоевроп. языка (С. один сохранил в целости древние аспираты, глухие и звонкие: ph, th, kh, bh, dh, gh, подвергшиеся разным изменениям в других языках). Ближайшими родичами С. являются иранские яз. Вместе с ними С. и его потомство среднеиндийские и новоиндийские языки - образуют арийскую группу, принадлежащую, как и литво-славянские языки, также очень близкие к С. (хотя и в меньшей степени, чем иранские), албанский и армянский, к восточной группе индоевроп. языков (так назыв. языки satem).

Современный индийский алфавит - семитического происхождения. Его прототип восходит к арамейскому (месопотамскому) алфавиту и был перенесен в Индию около 800 г. до Р. Хр., где он с большой тонкостью был приноровлен индийскими учеными к индийской звуковой системе. Древнее имя этого алфавита Брахми (Brahmi). Существование письма в эпохи, следующие за вышеозначенным годом, доказывается свидетельством древних законников, канонической литературой буддистов и джайнов, Рамаяной и рассказами греческих путешественников (Мегасоена). наднис Древнейшие письменные памятники - на С. и царя Ашоки (Пиядаси), высеченные на скалах и столбах около половины III в. до Р. Хр. Их распространение указывает на знакомство с письмом от крайнего С до крайнего Ю Индии. Алфавит Брахма является здесь уже в позднейшей фазе развит. так назыв. Маурья. Рядом были и другие типы алфавита, из которых особого внимания заслуживает так назыв. Кхароштхи (Kharoshthi), заимствованный прямо из арамейского и переделанный под влиянием Брахми. Кхароштхи попал в Пенджаб вероятно во время господства над ним Ахеменидов. Он употреблялся здесь еще в течение первых веков христианской эры, но в прочих частях Индии почти не встречается. Фонетически он менее точен, чем Брахми, и пишется справа на лево, как семитические алфавиты, тогда как Брахми представляет обычный европейский порядок письма (слева на право). Черты современного письма, так назыв. деванагари, могут быть прослежены по памятникам до глубокой древности. Сначала, по-видимому, письмо служило практическим целям: литература духовная и светская долго сохранялась путем изустного предания, да и до сих пор гимны и эпические поэмы в Индии заучиваются и читаются на память. Когда применено было письмо к закреплению литературных памятников - сказать нельзя. Панини знал о существовании письма, но ничего не говорит об употреблении его для ученых целей. Его грамматика допускает вполне возможность изустного заучивания и передачи. Знакомство европейских ученых с С. могло начаться лишь с открытия морского пути в Индию.

Первые известия о знакомстве европейцев с С. принадлежат второй половине XVI в. В 1559 г., в Гоа, миссионеры, при помощи одного брахмана, перешедшего в христианство, знакомятся с философской и теологической литературой индусов и устраивают с брахманами религиозные диспуты. Итальянец Филиппо Сассетти, проживший в Индии 5 лет (1583 - 88), сообщает в письмах на родину (напечат. только в 1855 г.) о языке "Sanscruta", его особенностях, составе азбуки, и даже о сходстве его с европ. языками. За ним следует ряд миссионеров, изучавших С. и новоиндийские языки в просветительных целях и сообщавших, в своих донесениях, довольно подробные сведения о С. и инд. литературе. Roberlus de Nohilibus или Roberto de Nobili (1620) отлично изучил С. и дравид. языки; он носил даже одежду брахмана, исполняя все предписания и обряды этой касты. Гейнрих Ром (1664) сообщил в Европу (знаменитому иезуиту Афанасио Кирхеру) первый образчик С. алфавита. Немец Ганкследен (Hanxleden, в Индии с 1699 до ум. 1732) первый составил С. грамматику и малабарско-С., португальский словарь, оставшиеся в рукописи. Первым европейцем, напечатавшим С. грамматику (1790), хотя и плохую, был татке миссионер - Paullinus a Sancto Bartholomaeo. Главная заслуга в деле ближайшего ознакомления Европы с С. принадлежит англичанам. Чарльз Вилькинс перевел ряд памятников индийской литературы и написал лучшую в свое время санскр. грамматику (1808). Он же первый начал печатать в Европе целые санскр. тексты подлинным С. шрифтом, знаки которого сам вырезал и отлил. За ним последовали: Вильям Джонс (1746 - 94), переводчик и издатель ряда индийских текстов, впервые провозгласивший гипотезу об общем происхождении С., латинского и греч. языков из одного общего, более уже не существующего языка; Генри Томас Кольбрук (1765 1837), считающийся по праву основателем индийской филологии в научном смысле слова; Вильсон, составитель первого С. словаря (1819), и др. В начале нынешнего столетия изучение С. переходит от англичан к немцам, надолго сохранившим первенствующую роль в этой области. Значение С. для науки определяет Фр. фон Шлегель в своей знаменитой книге: "Uober die Sprache und Weisheit der Indier" (1808). Фр. Бопп кладет основание сравнительно-грамматическому изучению С., издает тексты, глоссарии, лучшую надолго грамматику С. В 1819 г. прусское правительство открывает кафедры С. в своих университетах. Их занимают Бопп в Берлине и Авг. Вильг. фон Шлогель в Бонне. Последний является учителем целой школы санскритистов, среди которых имеются такие имена, как, Хр. Лассен и О. Н. Бетлинг. В 1827 г. берлинск. королевская библиотека кладет скромное начало своему, в настоящее время громадному собранно С. рукописей, второму в свете после коллекции британского музея, последующего развития индийской филологии вообще и изучения С. в частности носит уже характер специализации. До начала 40х годов предметом изучения является почти исключительно классической С. и писанная на нем литература. С 40-х годов идет и разработка ведийского С., начатая Фридр. Розеном, Бюрнуфом, Рудольфом Ротом и Бенфеем, Максом Мюллером и продолжаемая Альбр. Вебером, Мартином Гаугом, Гейнрихом Грассманом, Альфр. Лудвигом, Берт. Дельбрюком, Абелем Бергенем, Гарбе, Кеги, Гельднером, Пишелем, Линднером, Циммером, Ольденбергом, Кильгорном фон Шредером, американцами Витни, Лэнмэном, Блумфильдом и др.

Классическим С., кроме представителей старого поколения немецких санскритистов - Брокгауза, Ад. Фр. Штенцлера, Гильдемейстера, Боллензена, О. Н. Бетлинга, - занимались и занимаются Г. Бюлер, Кильгорн, Пишель, Б. Либих, О. Франке, Т. Цахариэ, Гольцман, голландцы Керн и Спейер и др. Лучшие грамматики С. принадлежат Витни (нем. перев. Циммера: "Indische Grammatik", Лпц., 1879; 2 изд., 1889) и Як. Вакерyагелю ("Altindische Grammatik. Т. I, Фонетика", Геттинген, 1896). Первая имеет характер чисто описательный и дает превосходный подбор богатого материала для практического ознакомления с языком; вторая, основанная на глубоком изучении громадной литературы по грамматике С., дает самое полное и самое лучшее сравнительно-историческое предствление о С. Особенного внимания заслуживает введение о С. вообще, к которому и отсылаются читатели, желающие более подробных сведений о С. На русском яз. имеется "Руководство к изучению С.", проф. В. Ф. Миллера и О. М. Кнауэра (для начинающих, СПб., 1891). Из словарей монументальный характер имеет так наз. "петербургский" словарь С. немецкий, Бетлинга и Рота, изд. нашей академией наук в двух видах, полном (1853 - 75) и сокращенном (1870 89). На этом словаре основан ручной (С.-нем.) словарь Каппеллера (Страсб., 1887), вполне пригодный для первоначальных занятий С. Отличный ведийский словарь принадлежит Грассману ("Worlerbuch zum Rigveda", Лиц., 1873 - 75). Хороший сравнительноэтимологический словарь дал Уленбек ("Kurzgefasstes etymologisclies Worterbuch der altindisch. Sprache", Амстерд., 1898 - 99), автор сравнительной фонетики С. (голл. и англ. изданbt, 1898).

Прочая литература: грамматики и первоначальные руководства - Bonfey, "Handbuch d. S. Sprache: Gramm., Chrestom. und Glossar" (Лпц., 1852 - 54); его же, "Kurze S. Grammatik" (Лпц., 1855); Bergaigne, "Manuel pour etudier la langue sanscrite. Chrestom., lexique, principes de gramm." (П., 1884); Boller, "Ausfuhrl. S. Grammatik" (Вена, 1847); Fr. Ворр, "Ausfuhrl. Lehrgebaude d. S. Sprache" (Б., 1827); его же, "Grammatica critica linguae S." (изд. 2-е, Б., 1832); его же, "Kritische Gram. d. S. Sprache" (4 изд., Берл., 1868); Borooah, "Comprehensive grammar of the S. language, analytical, historical and lexicographical"; его же, "Higher S. grammar" (Калькутта, 1879); Buhler, "Leitfadon f. den Elementarcursus d. S." (Вена, 1883); Colobrooke, "Gramm. of the S. lang." (т. 1, Кальк., 1805); В. Dolbruck, "Altindische Syntax" (Галле, 1888); Desgranges, "Grammaire S.-franеaise" (Пap., 1845 - 47); Edgren, "Compendious S. grammar w. sketch of scenic prakrit" (Лонд., 1885); Giussani, "Principii della grammalica S. " (Турин, 1868); Kale, "Higher S. grammar" (2 изд., Бомбей, 1898); Kellner, "Elementargrammatik d. S. Sprache" (Лпц., 1868, 3 изд., 1885); Kielhorn, "Grammar of the S. lang." (Бомбей, 1870, 4 изд. 1896), нем. издание (Б., 1888); М. Muller, "Sanskritgrammar" (Лонд., 1866, 2 изд., 1870; нем. изданы, Лпц., 1866); его же; "S. grammar for beginners" (Л., 1886); Nazari, "Elementi di gramm. S. " (Турин, 1892); Perry, "S. primer based on Buhler\'s Leitfaden" (Бостон, 1886; 3 изд., 1892); Speyer, "S. syntax" (Лейден, 1886); его же, Vedischу una S. syntax" (Страссб., 1896, из Бюлеровского "Grundriss d. indoarischen Philologie"); Stenzler, "Eicinontarbuch der S, Sprache" (Бреславль, 1868; 6 изд. Пишеля, 1892); Vaskoncellos, "Corso do lilterat. e lingua o. class, e vedica" (Лиссабон, 1881 - 89); Westergaard, "Kortfattet S. formlare" (Копенгаген, 1846); Whitney, "Die Wurzeln, Verbalformon u. primaren Slamme d. S. Sprache" (Лпц., 1885); Monier Williams, "Practical gramm. ofthoS. lang. * (Оксфорд, 1877, 4 изд.); Wilson, "Introduction to the gramm. of the S. lang." (Л., 1841; 2 изд., 1847). Словари и глоссарии: Apte, "Practical S. engl. dictionary" (Пуна, 1890); его же, "The student\'s S. engl. diction." (Пуна, 1890) и "The students engl.-S.dict." (Пуна, 1884; 2 изд., Бомбей, 1893); Benfey, "S. engl. diction., w. etymologies and comparisons of cognate words in greek, latin, gothic and anglo-saxon" (Л., 1866); Ворр, "Glossarium sanscritum" (Б., 1830; 3 изд. 1867); Borooah, "Practical engl. S. diet. " (Калькутта, 1877 - 81; лучший англ. С. словарь); Burnout et Leupol, Dictionnaire classique S. francais" (П., 1865); Macdonell, "S. engl. dictionary" (Л., 1893); Prinsep, "English and S. vocabulary" (Лонд., 1847); Vaidya, S. Ramch, "Standard S. engl. diet. " (Бомбей, 1889); Monier Williams, "Sanscritengl., dictionary, etymologically and philologically arranged, with special reference to week, Latin, Gothic, German, Anglo-Saxon etc." (Оксфорд, 1872). Монографии: Delbruck, Das altinaische Verbum aus den Hymnen des Rigveda" (Галле, 1874); его же, "Altindische Tempuslehre" (Галле, 1876); O. Franke, "Was ist Sanskrit?" ("Bezzeaberger\'s Beitrage zur Kunde der indogerm. Sprachen", т. XVII); его же, "Die indischen Genusregeln" (Киль, 1890); его же, "Grammatik des klassischen S."; Lanman, "On noun-inflection in the Veda" (Нью-Гавен, 1880); Lindner, "Aitindische Nominalbildung" (Иена, 1878); Reuter, "Die altind. Nominalcomposita" (т. I., Гельсингфорс, 1891); Sorensen, "Om S. stilling" (Копенгаген, "Mem. de l\'Acad.", Ill, 1894); Zachariae, "Die indischen Worterbucher" (Страсбург, 1897, в "Grundriss" Бюлера) и "Beitrage zur indischen Lexicographie" и т. д. Важнейшие из других, более мелких статей указаны у Вакернагеля, в цитированной выше его грамматике.

С. Булич.

Сантандер Франциск

(de Paula Santander, 1794-1840) - южноамериканский государственный деятель. После революции 1809 г., происшедшей в Колумбии, принял участие в борьбе за независимость. В 1881 г. С. созвал конгресс, на котором Боливар был избран президентом, а С. вице-президентом новой республики Колумбии. Когда возникло подозрение, что Боливар замышляет восстановить монархию, О. стал во главе республиканской партии и созвал в Окане собрание; но оно было распущено Боливаром, а С. был обвинен в заговоре против президента и присужден к изгнанию. После смерти Боливара С. вернулся в Колумбию, которая к тому времени разделилась на три отдельные государства, и в 1833 г. был избран президентом Новой Гренады. В качестве президента С. вызвал против себя неудовольствие тем, что, при уплате тремя новыми республиками государственных долгов Колумбии, на долю Новой Гренады пришлась половина всех долгов, хотя она не была богатейшим из трех государств. В 1836 г. С. оставил политическую деятельность.

Сантьяго де Чили

(Santiago de Chili) - столица южноамер. республики Чили на высоте 560 м. над ур. моря, у подошвы Андов, на берегу горной рч. Мапочо, которая летом почти высыхает, но при таянии снегов и при продолжительных дождях несет огромную массу воды. Средняя темп. 13,4º Ц., средняя летняя темп. 18,66ºЦ., зимняя 7,82º Ц.; воздух большею частью очень сух, небо безоблачно; в течение 22 дней в году идут дожди, дающие только 419 мм. осадков. Землетрясений не было с 1822 г. Обширный собор (1750); 20 церквей. В городе находятся все главные присутственные места республики и университет, основанный в 1843 г. иезуитами; он считается лучшим в Южн. Америке (факультеты юридический, медиц. и инженерный), имеет много нем. профессоров и свыше 1000 студентов; при нем школа скульптуры и художеств. Консерватория, военная академия, школы ремесленная, горная, земледельческая, повивальный институт, архиеписк. семинария, коллегия иезуитов и братства Сердца Иисуса. Астрономическая обсерватория, ботанич. и зоологич. сады; публичная библиотека, с 70 тыс. томов; несколько ученых обществ. Много линий железно-конных дорог. Промышленность незначительна: фабрики машин и сукон, мукомольные и пивоваренные заводы, торговля почти вполне в руках иностранцев. С. основан в 1511 г. Педро де Вальдивия. Жителей около 250 тысяч (1895). Очень значительна смертность детей беднейших классов населения, у которых примесь белой крови ничтожна. Много немцев, французов, англичан, американцев, итальянцев, аргентинцев, немного испанцев и несколько китайцев и негров.

Сан-Франциско

(San Francisco), сокращенно Фриско - гл. г. и коммерческий центр Сев. Амер. Шт. Калифорнии, под 37º47\'35" с. ш. и 122º24\'15" з. д., важнейший торговый порт на берегу Тихого ок., на косе, ограниченной с В заливом того же имени, с З - Тихим океаном. Вход в гавань защищен фортом Пойнт, находящемся на южн. берегу Золотых ворот (Golden Gate) - узкого пролива, соединяющего бухту С. Франциско с океаном; другой форт, Алькатраз, лежит в 3 км. к сев. К г. С. Франциско принадлежат также о-ва в бухте того же имени - Иерба Буэна или Козий о-в, Алькатраз и Мишион-Рок - и острова Фараллон, в океане. Климат очень мягкий и ровный; летом никогда не бывает зноя; снег выпадает очень редко. Почва С. - песчаная. Прекрасные общественные сады; дома большею частью деревянные, предпочитаемые вследствие возможности землетрясений, но со времени частых и разрушительных пожаров теперь строятся дома из мрамора, камня, терракоты, в стальных остовах. Особый квартал (China Town) заселен китайцами. Медицинская коллегия Купера, техническая коллегия Когсуэля; историч. и географ. общества, академия наук, II театров (из них 4 китайских), 316 благотворительных заведений, 39 госпиталей; 33 библиотеки, 69 клубов; банк Калифорнии. Торговля очень значительна. С.-Франциско имеет единственную (кроме Сан-Диего) безопасную, обширную гавань на Тихом океане между Викторией и Мазатланом, т. е. на протяжении 3000 км.; благодаря этому она монополизировала торговлю Тихоокеанского побережья Америки. Много громадных капиталов, обширные финансовые операции. Оживленное пароходное сообщение с Китаем, Японией, Австралией, Панамой, Мексикой и др. Главные статьи вывоза - драгоценные металлы, пшеница, мука, вина, шерсть, лесной материал и кожи. Ежегодный вывоз пшеницы - 1000000 тонн. Общая сумма вывоза, включая благородные металлы, превышает 75000000 дол.

Многие из рудников Невады, Калифорнии и Колорадо, Вайоминг и Аризоны принадлежат гражданам С.-Франциско. Собственный торговый флот С.-Ф. свыше 900 судов (половина - пароходы). С.-Ф. - конечный пункт Южной-тихоокеанской и Центральной-океанской ж. д. Заводы железоделательные, машиностроительные, кожевенные, мукомольные, пивоваренные, сахарные, сигарные; большие бойни. В 1890 г. было 4059 фабрик, с 48500 рабочих и производством на 135000000 дол. На месте нынешнего С. в 1776 г. была поселена миссия францисканских монахов. Город основан только после открытия золотых приисков, в 1848 г. Жит. в 1846 г. было 600 чел., в 1852 г. - 34870, в 1880 - 233959, в 1890 г. 298997, из них 126811 пришлых.

Сан-Хосе

(San Jose или S. Jose del Interior) - столица республики Коста-Рика, в Центр. Америке, на выс. 1460 м. и. у. р. м., на здоровом и плодородном плато. Дома одноэтажные. Университет, театр, географический институт. Климат мягкий. Город окружен корабельными плантациями. Жит. 19326 (1892).

Сан-Хуан де Пуэрто-Рико

(S.-Juan de Puerto-Rico) - гл. г. Вест-индского о-ва Порторико, на маленьком островке Морро, соединенном с главным островом мостом. Город сильно укреплен. Отличная гавань, арсенал, театр. Вывозная торговля произведениями о-ва, особенно кофе и сахаром. Жит. 23000.

Сапсан

(Falco peregrinus) - вид соколов, широко распространенный по всему северному полушарию, местами как оседлая, местами как перелетная птица. Довольно изменчивая окраска взрослой птицы бывает обыкновенно на верхней стороне тела сизого цвета, темнее на голове и с неясными темными поперечными полосами на спине и крыльях. Окраска нижней стороны тела светлая, рыжеватая с сероватыми поперечными полосками и пестринками на брюхе и груди. Уздечка светлая. Ноги и восковица - ярко желтые. С. селится обыкновенно в лесистых местностях, выбирая мало доступные места с широким горизонтом. Гнезда, беспорядочно сложенные из наломанных сухих веточек, устраивает на высоких деревьях, скалах, и иногда даже прямо на земле, при чем в последнем случае гнездом служит простое углубление в почве. Кладка, один раз в год, позднею весною, состоит обыкновенно из желтоватых яиц с частыми красно-бурыми крапинками. В средней России птенцы вылетают из гнезда в конце июня. Пищу С. составляют исключительно птицы средней величины, в особенности голуби, за что С. местами известен под именем сокола голубятника. С. ловит птиц всегда на лету. В конце лета С. часто поселяются в городах, нанося чувствительный вред голубеводству. Нередко С. проводят в городах всю зиму, а иногда даже гнездуют там под крышами высоких зданий.

Ю. Вагнер.

Сапфо

(Sapjw, Yapjo, Yapja) - знаменитая древнегреческая поэтесса, представительница мелической (музыкально-песенной) лирики, современница Алкея, уроженка лесбийского г. Эреса; жила в конце VII и первой половине Vl в. до Р. Хр. Вследствие политических волнений, приведших к ниспровержению аристократии (ок. 595 г.), С., как принадлежавшая к знатной фамилии, должна была переселиться в Сицилию; лишь ок. 580 г., по восстановлении могущества аристократии, она возвратилась на Лесбос. К этой эпохе относится история ее любви с Алкеем. Позднее она вышла замуж за богатого андрийца Керкиласа, от которого имела дочь Клеиду. Ее постоянным местопребыванием был лесбийский город Митилена. К числу гадательных эпизодов ее жизни относится любовь к юноше Фаону, отказавшему поэтессе во взаимности, вследствие чего она бросилась в море с Левкадской скалы (в Акарнании). В древности существовало много других преданий на счет отношений поэтессы к ее подругам и избранникам. Начало этих преданий было положено представителями аттической комедии (известны имена семи комиков, избравших сюжетом своих пьес эпизоды из жизни С.), которые, не поняв смысла поэзии С. и относясь к культурному развитию эолийской женщины начала VI в. с точки зрения современной им афинской действительности, превратно истолковали некоторые намеки на образ жизни С. Источником предания о Фаоне вероятно была народная песнь об Адонисе-Фаоне (=Фаэтон), любимце Афродиты, культ которого был общераспространенным в южной части Малой Азии и на островах, прилегающих к Малоазиатскому материку. Предание о Левкадской скале стоит в связи с обрядом, относившимся к культу Аполлона: на Левкадской скале был храм Аполлона, откуда каждый год, в известный день, свергались в море преступники, в качестве искупительных жертв. Выражение броситься с Левкадской скалы стало, в обыденном языке, равнозначаще с выражением кончить жизнь самоубийством и означало также угрозу наложить на себя руки, под влиянием отчаяния. В этом смысле Левкадский утес упоминается, напр., у Анакреонта. Произведения С., в которых встречались, наряду с восторженными признаниями в любви, жалобы неудовлетворенной страсти и ревности, дали повод позднейшим биографам буквально понять означенное выражение.

Наконец, много превратных толков существовало в древности, начиная с эпохи средней комедии, на счет чистоты отношений С. к тем женщинам, которых она воспевала в своих стихотворениях. Для афинской комедии особенно благодарной темой было осмеяние эксцессов поэтессы, при том не ионянки, писавшей на непонятном для афинян диалекте. Новейшие критики, начиная с Велькера и К. О. Мюллера, отнеслись, большею частью, с полным недоверием к свидетельствам древности о гетеризме С. и объясняли страстность поэтического чувства ее к женщинам отчасти особенностью художественных ее приемов, отчасти тем, что отношения женщин к женщинам, на почве дружбы или возвышенной любви, которую Платон проповедовал в своем "Пире", для древности являются столь же нормальными, как и отношения, существовавшие напр., среди спартанских эфебов или между Сократом и его учениками (Алкивиадом, Ксенофонтом и др.). Это мнение было высказано еще в древности, философом конца II века по Р. Хр. Максимом Тирским, в 24-м его рассуждении. Равным образом более чем вероятно, что и ревность С. к своим соперницам, Иорго и Андромеде, вызвана была не чувством неудовлетворенной любви, а чувством соревнования на почве поэтического и музыкального искусства. С. организовала кружок женщин и девушек, объединенный служением музам; она сама называет свой дом домом муз, moisopoloV oikia; на почве поклонения красоте и служения искусству и могли создаться те чистые любовные отношения, какие открывает нам поэзия С. Она обращается к девушкам в тех же выражениях, в каких Алкей обращался к юношам. Современники С. не видели в этом ничего предосудительного: поэтесса пользовалась уважением Алкея, Солона, затем Платона и других выдающихся людей древности; митилонцы помещали на своих монетах ее изображения. Из стихотворений ее явствует, что она была прекрасная мать и жена. В произведениях С. личные переживания переплетались, при том, с изображениями чувств и положений, созданных творческой фантазией; действительность мешалась с вымыслом, как у Анакреонта и Архилоха.

Литературное потомство не потрудилось отделить действительность от вымысла; оттого на ряду с Фаоном и Алкеем в число избранников С. попали Анакреонт, живший на 60 лет позже ее, и Архилох с Гиппонактом, разделенные друг от друга промежутком в 150 лет. Из новейших ученых строже всех отнесся к С. Мюр, в своей "History of greck Litterature" (III, 315, 496). Сборник произведений С. состоял, в александрийский период, из 9 книг, расположенных отчасти по метрическим рубрикам, отчасти по видам мелоса. Обусловленная прогрессом личности на почве группового движения, "поэзия С. была посвящена любви и красоте: красоте тела, девушек и эфебов, торжественно состязавшихся с ней у храма Геры на Лесбосе; любви, отвлеченной от грубости физиологического порыва к культу чувства, надстраивавшегося над вопросами брака и пола, умерявшего страстность требованиями эстетики. вызывавшего анализ аффекта и виртуозность его поэтического, условного выражения. От С. выход к Сократу: не даром он называл се своей наставницей в вопросах любви" (акад. А. Веселовский, "Три главы из исторической поэтики", 1899, стр. 92). Вечные мотивы и темы этой поэзии - соловей, розы. Хариты, Эрот, Пейто; весна - встречаются среди остатков произведений С. на каждом шагу. Особенно любит С. розы: оттого в венке Мелеагра (Anthol. Palat. IV, 1, 6) ей посвящен этот цветок. Тон поэзии С. - задушевный, местами страстный и порывистый, дочти везде наивный и безыскусственный, в стиле народной песни. До нашего времени дошло около 170 фрагментов, в том числе одно целое стихотворение. Особого внимания заслуживают следующие фрагменты (по 4-му изданию Бергка, "Poetae Lyrici Graeci", т. III): первый, представляющий собой единственное дошедшее до нас целое стихотворение С., в котором поэтесса, жалуясь на равнодушие к ней девушки, призывает на помощь Афродиту (русские переводы в прозе Пушкина, в стихах - Водовозова, 1888, и Корша, М., 1899, в его сочинении "Римская элегия и романтизм"); второй, в котором поэтесса, мучимая ревностью, раскрывает свои чувства (51-е стихотворение Катулла представляет собою слегка измененный перевод этого фрагмента; русский перевод его в прозе сохранился в черновой тетради Пушкина); третий, заключающий в себе сравнение какой-то красавицы с луной, перед которой меркнут звезды; 28-ой, обращенный к Алкею, в ответ на его любовное признание; 52-ой, в котором С. жалуется на одиночество в тишине ночи; 68-ой, представляющий часть стихотворения, в котором С. предсказывает безвестную судьбу женщине, чуждой культу муз; 85-ой, посвященный дочери; 9З-й, посвященный красавице, которая сравнивается с "румяным яблочком, растущим на самой вершине высокого дерева: забыли его сорвать садовники... Впрочем не забыли: они не могли его достать"; 95-ый обращение к вечерней звезде (62-е стихотворение Катулла представляет собой подражание этому фрагменту).

Из других произведений С. был известен в древности сборник эпиталамиев (= песни перед спальней), в которых поэтесса устами хора выражала пожелания супружеского счастья своим подругам. Эти стихотворения отличались не столько страстностью, сколько наивностью и простотою тона; особенно характерны фрагменты 91 и 98. Прекрасную характеристику эпиталамиев С. мы имеем у Гимерия (Orat., 1, 4), который пользуется при этом образами и выражениями оригинала. Гимны С. не имели, по-видимому, отношения к культу и носили субъективный характер; их называли призывными (klhtikoi), так как в каждом призывалось какоелибо божество. Наконец, С. приписываются элегии и эпиграммы. Таково содержание сапфической поэзии, заслужившей полное признание и поклонение еще в древности. Так, Солон, услышав на пиру одно из стихотворений С., тотчас выучил его наизусть, при чем прибавил, что он не желал бы умереть, не зная его на память. Платон, в одной из приписываемых ему эпиграмм (20), называет С. десятой музой. Трезвый Страбон называет С. чудом (Jaumaston ti crhma) и утверждает, что напрасно было бы искать во всем ходе истории женщину, которая могла бы выдержать, хотя приблизительно, сравнение с С. в поэзии. Дионисий Галикарнасский, в сочинении "Decomposition verborum", называет С. наряду с Анакреонтом и Симонидом, как представительницу мелодического стиля. По словам Деметрия ("De elocutione", 132 и 166), стихи С. полны любви и весны. Наконец, упомянутый второй фрагмент, переведенный Катуллом и отразившийся в 104 и сл. стихах 2-ой идиллии Феокрита, заслужил большую похвалу Лонгина ("О возвышенном", с. 10).

Поэзия С. имела большое влияние если не по содержанию, то по форме, на Горация, выразителя форм греческой лирики в римской литературе, и на Катулла, родственного С. по духу певца нежных чувств и страстей. По богатству ритма поэзия С. ставится выше поэзии Алкея и других меликов. В противоположность дорической хоровой лирике, монодическая лирика эолян допускала только либо однородные системы, либо строфы, состоящая из дистихов и тетрастихов; но отсутствие разнообразия искупалось нежностью и плавностью ритма. Преобладающим размером в стих. С. был логаедический, т. е. дактилотрохаический, с его разновидностями, из которых наиболее часто встречаются: логаедическая пентаподия (-И-И-И-И-), называемая Сапфическим стихом по преимуществу (Sappnicon Hendekasyllabon), Адонийский стих (-ИИ-И), ферскратеи, паремиак, просодиак, асклепиадеи, гликонеи, хориямбы и др. (см. Westphal и Gleditsch, "Аllgemine Theorie der Griochischen Metrik" III, 2, 50, Лпц., 1889). В области музыки С. приписывается изобретение плектрона (палочки, посредством которой перебирались струны музыкального инструмента) и миксолидийской гаммы (h, с, d, е, f, к, a, h), которая затем перешла в драму. Ср. Овидий, "15-ая Героида" (Sappho Phaoni), Weicker, "Sappho von einern berrschenden Vorurteil befreit" (Геттинг., 1816); его же, "Kleine Schriften" (Боян, 1845 - 1867, Th. Kock, "Alkaos und Sappho" (Б., 1862); Achoene, "Untersuchangen tiber das Leben der Sappho" (в Symbola Phil. Bonn. in honorem F. Rilschelii coil.", 1867); Bernhardy, "Grundriss d. griechischen Litteratur" (Галле, 1867); Arnold, "Sappho" (1871); Lehrs, "Populare Aufsatze aus dem Altertum" (Лпц., 1875); К. O. Miiller, "Gesch. d. griechischen Litteratur" (т. 1, 1875, Штуттгарт, в переработке Heitz\'a); Чернышов, "Царица поэтов С. и ее школа" (СПб., 1877); Riedel, "Der Gegenw\'artige Stand der Sapphofrage" (Вайдгоф, 1881); Flach, "Geschichte d. griechischen Lyrik" (Тюбинг., 1884); Luniak, "Quaestiones Sapphicae" (Казань, 1888); A. Croiset, "Histoire de la litterature grecque" (Пар., 1800); Gnesotto, "Saffo nelle poesi d\'Orazio" (Падуя, 1894).

H. О.

Сарабанда

- испанский танец, сочиненный в конце XVI стол. Вследствие необузданного и соблазнительного характера, С. была изгнана со сцены. Танцевали ее с сопровождением гитары или пения с флейтой и арфой. Позднее этот танец перешел во Францию в переработанном виде, получив более благородный и величественный характер. Темп в обновленной С. медленный, счет в 3/4, форма двухколенная (каждое колено в восемь тактов). Повторения колен были варьированы, вследствие чего С. имела одну или две вариации или так назыв. doubles. С. сопровождалась кастаньетами.

И. С.

Сарагоса

- главн. гор. испанской провинции того же имени и столица бывшего королевства Арагонии, на правом берегу р. Эбро. Город окружен старинными стенами, с башнями и 8 городскими воротами; над ним возвышается цитадель, некогда резиденция мавританских и христианских королей, позже - местопребывание инквизиции с ее тюрьмами. 12 женских (а прежде и 28 мужских) монастырей, основанный еще в 1666 г. дом милосердия для бедных (Casa de Misericordia), театр, прекрасные "променады". Кафедральный собор San Salvador, в готическом стиле, с высокою башней, алтарем из алебастра (XV стол.) и памятником над гробницею Петра Арбуеса; другой собор во имя покровительницы города Virgen del Pilar, построенный в 1681 г. Франциском Геррера, с яшмовыми колоннами и статуей Богородицы на серебряном столбе (откуда и самое название del Pilar), привлекающий много паломников; восьмиугольная Новая Башня (Torre Nueva), построенная в 1540 г., самая высокая (84 м.) в городе, с отклонением (подобно знаменитой Пизанской падающей башне) к ЮЗ почти на 21/2 м., с часовым колоколом в 250 цента.; здание биржи (1541) - роскошный зал с 50 дорическими колоннами. Основанный в 1474 г. университет, с четырьмя факультетами и нотариальной школой; 44 профессора, около 800 слушателей, библиотека в 30000 томов (в том числе 22 инкунабулы), ботанический сад. Академия художеств, ветеринарное училище, экономическое общество с кафедрами по сельскому хозяйству, национальной экономии, ботанике, химии и математике; юридическая академия, медикохирургическая и фармацевтическая академия. Гавань на Императорском канале служит главным складочным пунктом; здесь идут довольно оживленные торговые обороты. Производство кожаных, шерстяных, льняных и шелковых изделий, сукон, шляп, пуговиц, мыла, фортепьяно, шоколада, муки. Жит. в 1887 г. 92407 (45471 мжч. и 46936 жнщ.); теперь, вероятно, около 100000 чел.

История. С. - первоначально Salduba, гл. гор. иберийского племени иллергетов, была в 45 г. до Р. Хр. разрушена Цезарем; в 27 г. до Р. Хр. Октавиан Август основал здесь военную римскую колоти) из своих ветеранов, с именем Caesarea Augusta Salduba (обычною формою этого имени было Caesarugusta, откуда пошло и настоящее ее имя); в 225 г. здесь уже был христианский епископ. В 409 г. С. взяли вандалы, в 452 г. свевы, в 475 г. вестготы, в 715 г. мавры, при которых город достигает почти теперешней своей величины и делается даже (в 1017 г.) гл. гор. особого государства, "Saragostha" или "Saragosza". В 1118 г. король Альфонс I завоевывает С. и делает столицей Арагонии, вместо Гуэски. В скором времени С. становится одним из значительнейших городов христианской Испании. После соединения корон арагонской и кастильской С., перестав быть резиденцией двора, начинает падать. В войне за испанское наследство С., как и вся Арагония, приняла Сторону короля Карда III австрийского против Филиппа V, но в 1707 г. должна была подчиниться последнему; 20 авг. 1710 г. войска Филиппа потерпели при С. поражение. С. особенно прославилась своею геройскою обороною против французов во время испанско-португальской войны (XIII, 417). Когда 15 июня 1808 г. франц. войска впервые приблизились к С., город не был подготовлен в обороне; гарнизон, под начальством Палафокса, состоял из 9 тыс. регулярных войск, но ему помогали около 40 тыс. милиции, гверильясов и вооруженного народа. Попытка взять город штурмом (16 июня) не удалась. 30 июня командовавший франц. войсками, ген. Лефевр-Денуэт, открыл огонь по городу с лежащих к З от него высот, а 2 июля предпринял новый штурм, опять окончившийся неудачно. 11 июля часть франц. войск перешла на дев. берег Эбро; С. была обложена со всех сторон; в городе начался голод, а к осаждающим прибыли новые подкрепления, увеличившие их силы до 15 тыс. К 27 июля, в течение 5 суток, продолжались почти беспрерывные атаки. 4 авг. французы наконец ворвались в город и. после страшной резни, успели овладеть частью его; но Палафокс, воспользовавшись ослаблением противника на сев. стороне, успел ввести в С. несколько тысяч новых защитников. Упорнейший бой внутри города длился почти до 14 авг. и кончился отступлением французов. В том же году, 20 дек., франц. войска, в числе 36 тыс. чел., под начальством маршала Моисея, снова подошли к С., куда Палафокс отступил 22 ноября после неудачного боя при Туделе. Готовясь к новой осаде, Палафокс значительно усилил городские укрепления; в распоряжении его было слишком 30 тыс. чел., при 100 орудиях. Французы повели осаду по обоим берегам Эбро. К концу янв. 1809 г. в командование осаждающим корпусом вступил маршал Ланн и атака стала еще энергичнее. 27 янв., после пробития в стене трех брешей, предпринят был штурм, но овладеть удалось лишь ближайшими к стене строениями да двумя монастырями. На следующий день отчаянный бой возобновился уже внутри города: против некоторых частей его приходилось вести правильную осаду и чуть не каждый отдельный дом брать штурмом. К довершению бедствий появилась чума, уносившая ежедневно до 500 жертв. Тем не менее только 19 февр., когда с сев. стороны началось бомбардирование города из 50 орудий, а с другой стороны заложены были 6 мин, явилась от защитников депутация для переговоров о сдаче, которая и состоялась на следующий день. Рамон Балдидарес воспел эту геройскую защиту в своей эпопее "Iberiade" (2 изд., 1826). В карлистскую войну С. была на стороне правительства и все попытки карлистов овладеть ею были тщетны. Ср. Gaskon de Gotor, "Zaragoza, artistica, monumental e historica" (Сарагоса, 1891, след.).

Сараево

или Сераево (сербск. Capajeво, турецк. Босна-Серай) - гл. гор. Сараевского округа и вместе с тем всей Боснии, у впадения р. Милячки (Милачка) в Босну, в окруженной горами и открытой только с западной стороны котловине, на высоте 450 м. над морем. Христианская часть города лежит в равнине и представляет почти сплошную массу домов; в мусульманских кварталах, расположенных по склонам гор, дома разбросаны небольшими группами, среди садов. Две православных церкви, 4 католических церкви (одна из них - собор в романскоготическом стиле), 2 католических монастыря, 3 синагоги; 106 мечетей, из которых особенно замечательны "Царева Джамjиа", т. е. Царская мечеть, и самая большая в стране "Бегова Джамиа", основанная еще в XV ст. Старинная крепость (с 12 башнями, на скалистом выступе), дворец областного управления (самое большое здание в С.), с боснийским областным музеем, новое школьное здание, городская ратуша в мавританском стиле. Жит. в 1895 г. 38083, не считая гарнизона из 3460 чел. Оживленные торговые обороты и постепенно усиливающаяся промышленность: табачная фабрика, производство шерстяных материй, сукон, железной и медной посуды, кожаных изделий, огнестрельного оружия, ножевого товара. Центром торгово-промышленной и вообще общественной жизни служит "чаршиа", т. е. рынок, состоящий из 40 - 50 узких и Кривых улиц и переулков, усеянных лавками и магазинами, мастерскими и рабочими столами под навесами; каждое ремесло или отрасль промышленности имеет свою улицу, свой переулок или, по крайней мере, свой определенный район. Областной банк, гимназия, вспомогательные курсы для учителей, военный пансион, 55 народных училищ, 2 правительственные художественно-ремесленные мастерские (между прочим, по тканью ковров), торговый музей, театр, городской парк. Через р. Милячку перекинут так наз. "Козий Мост", состоящий из одного продета и являющийся одним из древнейших памятников турецкого времени. Недалеко от С. лежит курорт Илидже.

История. С. основано в 1263 г. и получило тогда название Bosnovar (по-сербски Врхбосна). На развалинах этого города обстроилось нынешнее С. и получило свое имя от дворца (по-турецки Сарай, Серай), который построил себе любивший роскошь Хозрев-бег. Страшными пожарами город был несколько раз почти уничтожен. В турецкое время С. было главным средоточием боснийской знати, а с 1850 г. - местом пребывания боснийского вали (наместника), который до тех пор имел свою резиденцию в Травнике. Ср. А. Гильфердинг, "Поездка по Герцеговине, Боснии и Старой Сербии"; его же, "Босния в начале 1858 г." (обе статьи в "Записках Имп. Русского Географического Общества", кн. ХIII, СПб., 1859); М. Homes, "Dinarische Wanderungen" (В., 1888).

Ир. П.

Саранск

- уездный город Пензенской губ., при впадении р. Саранки в Инсару и при Моск. Казан, жел. дор. Основ. в начале XVII ст.; в 1708 г., вместе с Шимкеевским пригородом, приписан к Азовской губ., в 1719 г. - к Пензенской провинции Казанской губ., в 1780 - 99 гг. уезд. г. Пензенского наместничества, затем до 1801 г. в Симбирской губ., а с этого года опять в Пензенской губ. Жит. 13743. Црк. и часовен 19; муж. м-рь, основ, в 1684 г. Жен. гимназия, город. 4 кл. учил., 3 приход., 1 црк. прих. и 1 частная школа. Земская больница на 40 кров. Книжн. магазин, 2 типографии, библиотека. 2 богадельни (на 48 чел.) и детский приют. Гор. общ. банк, отд. международн. торгов, банка и общ. потребителей. юродских доходов (в 1897 г.) 38112 руб., расходов 38104 р. Фабр. и зав. 31, с произвол, на 463993 р., при 352 рабоч. Из них кирпичных зав. 18, маслобойня 1 (с произвол, на 300 т. р.), 3 паров, мельницы (26 т.), 1 табачно-махорочный зав. (61 т.), 1 пенькотрепальный (50 т. р.), 1 канатный (15 т. р.), 2 салотопенных, 1 мыловаренный и 3 кожевенных. В С. были сторожевые башни, а в царствование Анны Иоанновны на лев. бер. р. Саранки существовала крепость, обнесенная бревенчатым частоколом с башнями.

Саранский уезд

занимает 2947. 7 кв. в. Общее склонение площади у. на СВ, в том же направлении текут все pp. в у. Самая высокая часть у юго-вост.; здесь местами встречаются конусообразные холмы, покрытые лесом. Они представляют собою подобие хребта небольших гор, идут на СВ до пределов Нижегородской губ., составляя водораздел бассейнов pp. Суры и Инсары. В этой местности более всего лесов. Возвышенность эта состоит из известкового камня с примесью глины. На Ю она орошается притоками Суры, на С - прит. р. Инсары. Сев. зап. часть у., начиная от р. Инсары, постепенно возвышается к границам Инсарского и Лукояновского уу. Эта часть у. пересечена множеством ручьев и во многих местах оврагами и представляет волнистую поверхность. Лесов почти нет; они попадаются только на границе с Инсарским у. Почва у. преимущественно черноземная. Лучшая почва в юго-вост. части, в плоской возвышенности и вдоль прав. прит. р. Инсары. Здесь чернозем на 5 - 8 верш. глуб., подпочва состоит из жирной и вязкой глины, а глубже преобладают мергель и известковые частицы. По берегу р. Суры встречаются песчаные пространства. В сев. части у. добывается значительное количество извести. Известняк этот мягок, легко уступает пилке и твердеет на воздухе; годен для построек. У подошвы Белых гор и около ручьев, текущих с них, очень много окаменелостей юрской формации, особенно белемнитов. По берегам р. Амарды (прит. Инсары) заметно присутствие железных руд, а по берегам Инсары вымываются иногда окаменелые кости первобытных животных. Вся площадь у. лежит в системе р. Суры, которая на протяжении 30 вер. служит границею с Городищенским у. Река Инсара, прит. Алатыря, впадающего в Суру, с своими притоками покрывает почти всю площадь у. и протекает на протяжении 75 вер.; в нее впадают: справа Тавла, Амарда, Карпай и Курка, а слева Мокрая, Пенрятка, Большая Атма и Саранка. Из всех рек только Сура судоходна. В у. много небольших озер; во время разлива они наполняются водой из Суры и Инсары. В дачах С. Макшалей и д. Монастырской встречаются мокрые болота. Лесами у. небогат. По генеральн. межеванию здесь было до 77 т. дес. леса, в 1860 г. - 52 т., а в 1890 г. - всего 43760 дес. Из этого числа принадлежало частным лицам 11892 дес., крестьянск. общ. 12113 дес., церквам и монастырям 769 дес., уделу 7466 дес., казне 11520 дес. Но сведениям цен. стат. ком. 1884 г., из 304662 дес. пахотной земли было 201161, лесной 55817, лугов, выгонов и остальной удобной 36943, неудобной 10741 дес. У крестьян из 117751 дес. под озимым посевом зерновых хлебов было 33444 дес., яровых - 32083 дес., под посевом стручковых растении 3803, корнеплодов, огороди. и т. п. растении 1545, торговых растении 2919, под паром 38483 дес. и под залежами. подсеками и т. п. 475 дес. У части, землевладельцев было занято озим. хлебами 25594, яровыми 24526, стручковыми растениями 1420, корнеплодами, огородными и т. п. растениями 479, торговыми 510, кормовыми 58, под паром 28985, под залежами, подсеками и т. п. 1242, а всего 82814 дес. В 1898 г. посеяно на земле крест, обществ: ржи 38169 четв., яр. пшеницы 775, овса 29857, гречихи 4920, остальн. яров. хлебов 15275, картофеля 20209 четв. На владельческих землях: ржи 19867, яр. пшеницы 357, овса 24099, гречихи 2300, остальных яровых хлебов 3332. картофеля 6060 четв. Льна посеяно 914 пд., конопли 23372 пд. Собрано льняного волокна 1292 пд., льняного семени 1764 пд., конопляного семени 55235 пд., конопл. волокна 50330 пд. В у. засевается немного табаку. Садоводство но развито. В с. Посапе жители занимаются разведением капусты. Депо сельскохозяйственных семян в с. Голубцовке. В 1892 г. в у. было лошадей 18007, рог. скота 12667 гол., овец 24322, свиной 3093. коз 73. Есть значительные конские заводы и завод крупного рогат. скота. Жит. (искл. г. Саранска) 133579. Православные (по данным 1892 г.) составляют 92% всего населения, магометане - 7. 7. Мордва живет в 22 сел., татары в 10. Населенных мест 196, сел. общ. 249, дворов 21447. Мон. муж. 1 (в с. Вьясе), жен. 2 (в дд. Курилове и Чуфарове). Црк. правосл. 79, мечетей 15. Главное занятие жителей - земледелие; другие промыслы развиты очень слабо. В некоторых селениях занимаются бондарным, щепным и гончарным промыслами и обработкою извести. Фаб. и зав. в 1898 г. было 208, с производ. на 451647 руб., при 427 рабоч. По сумме производства первое место занимают 3 винокуренных зав. (413083 р.), а по числу заведений маслобойни (140, с произв. на 22300 р.), солодовни (11), мыловаренные зав. и салотопни (13). Из ярмарок - самая значительная в т. Саранске (главы образом лошади и рогатый скот). Учебные завед. в С. у. 39, из них 1 двухклассн. мин. нар. пр. (в Атемаре), 1 инородческое образцовое, 2 двухклассн. црк. прих., 34 земск. начальных; кроме того неск. црк. прих. и школ грамоты. В 1899 г. уездн. земство ассигновало на народное образование 12142 р. (в том числе 8541 р. на земские школы). Губ. земство дает пособие на публичную библиотеку в г. Саранске и на 2 библиотеки читальни в у. За 25 л. (с 1865 по 1890 г.) число земских училищ в у. увеличилось с 14 до 34. Больниц 4, с 85 кроват. Земство в 1899 г. назначило на медицинскую часть 26855 р. На службе земства состоят 5 врачей. Губ. зем. содержит в у. ветерин. врача и фельдшера, а уездное дает на ветерин. часть 900 р. Доходы земства на 1899 г. исчислены в 66885 р., в том числе сборов с недвиж. имущ. 52860 р. и с документов на право торговли и промыслов 6800 р.; общая сумма расходов 66834 р. Из селений у. замечательны: приг. Атемар или Атемсар (4792 ж.), основан. татарами, а впоследствии вошедший в русскую сторожевую черту (около него и теперь остатки батарей и вала); с. Макаровка, с старинным домом. вековым садом и оградою с башнями; в одной из двух церквей села находится старинный архив; с. Посоп - здесь было укрепление, называемое "Инзерский городок". Пчт.-тлгф. отд. 1, почт. отд. 7.

А. Ф. С.

Саранча

Под этим названием известно несколько видов прямокрылых насекомых из сем. Acridiodea, отличающихся между собою не только анатомическим строением, но и преобладающим районом распространения, а именно: египетская С. (Acridium аеgyptium L.), водящаяся в странах, окружающих Средиземное море; африканская С. (Acr. s. Schistocerca peregrinum Oliv.), вредящая в Африке, Сирии, Персии, Аравии, а также в некоторых странах Южной Америки.. В Европе и. Азии распространена перелетная или настоящая С. (Pachytyins migratorius L.), о которой и будет главным образом говориться дальние в виду ее важности для России. В общежитии под именем С. известны многие другие виды этого же семейства и один из них - прусик (Coloptenus italicus) имеет даже научное название итальянской С.

Описание. Одно из крупнейших насекомых европейской фауны, перелетная С. достигает 3 1/2 - 6 стм. в длину и 8 - 11 стм. в ширину при расправленных крыльях. Зеленовато-буроватая в общем окраска сильно варьирует у различных экземпляров, переходя то в зеленый, то в бурый цвет; с возрастом насек. краски вообще темнеют. Большая, отвесно стоящая голова с короткими, нитевидными усиками и сильно развитыми синеватыми челюстями прикрыта сверху и сзади тупым отростком переднеспинки (pronotum), по средине которой тянется небольшой, продольный гребень. Грязно-зеленоватые или буроватые надкрылья испещрены неправильными по большей части квадратными пятнами более темного цвета (этот пестрый узор принимается народом за таинственные надписи), а нижние крылья, складывающиеся веерообразно, прозрачные с зеленоватым обыкновенно оттенком. Бедра задних ног буроватые с синеватыми и черными пятнами, на внутренней стороне голени желтоватые или красноватые. Самцы обыкновенно меньше самок и отличаются от них, как у всех саранчовых, придатками брюшка: у первых загнутый кверху конец брюшка имеет две треугольные пластинки и маленькие хвостовые придатки (cerci), у самки же на конце брюшка выдаются еще две пары толстых крючков яйцеклада.

Географическое распространение. Различают три области распространения С.: 1) места, где она встречается ежегодно во всех стадиях развитая, и откуда распространяется по периферии; 2) места, куда С. залетает в некоторые годы, откладывает яички и может вообще существовать нисколько лет и 3) места, куда С. залетает, но не может давать потомства на следующий год. Места первого рода, так наз. "гнездилища" С., находятся главным образом в плавнях рек и озер с обильной камышовой растительностью, в Арало-Каспийско-Понтийской низменности. Наиболее известны "гнездилища" в дельтах и низовьях Дуная, Кубани, Терека, Волги, Урала - в Европейской России и Сыр- и Аму-Дарьи, Чу, Или, Таласа, Зеравшана - в Азиатской; а также по берегам многих озер этого района: Камыш-Самарских, КараКульских, Балхаша, Алакуль, Эби-нор и т. п. В годы особенного размножения С. распространяется из таких гнездилищ во все стороны, при чем на север тучи ее залетают до 54 - 55 (Сувалки, Двинск) параллели, но откладывать яички и размножаться в течете нескольких лет С. может в местах с более благоприятными для этого условиями, среди которых главную роль, по-видимому, играет температура, и в частности средняя темп. весны и лета; по крайней мере северная граница распространения С. в России совпадает с изотерой июня в 16º и проходить через губ. Черниговскую, Курскую, Воронежскую, Тамбовскую, Самарскую и Оренбургскую и к В через Тургайскую, Акмолинскую и Семипалатинскую обл., в зап. Китай. Во всех этих местах С. появляется сравнительно редко и существует обыкновенно недолго; в местах же, лежащих южнее, возле гнездилищ, С. появляется почти каждое пятилетие и приносит серьезные повреждения. Наиболее часто и сильно подвергаются нападению С. губ. Бессарабская, Херсонская, Таврическая, Обл. Войска Донского, Кубанская, Терская, Ставропольская, Астраханская губ. Уральская обл., Туркестан и Семиречье. Появление С. в громадных количествах бывает здесь периодически (для Бессарабии, напр., через 10 - 12 лет), достигая в известный год своего maximum\'а и затем постепенно уменьшаясь до незаметности. Причиною такой периодичности одни считают метеорологические колебания, стоящие в связи с периодическим увеличением и уменьшением солнечных пятен (Кеппен), другие приписывают это деятельности паразитов (Красильщик, Россиков).

Развитие и образ жизни. Оплодотворенные самки в конце дета откладывают яички в поверхностный слой почвы, для чего она опускает туда свое сильно растянутое брюшко, раздвигая землю вилками яйцеклада. В сделанную таким образом ямку саранча откладывает 50 - 100 продолговато-овальных яичек, заливая их в тоже время пенистой (жидкостью) слизью, выделяемой особой железой. Эта масса заполняет промежутки между яичками и обволакивает их снаружи и сверху; весь этот кокон яичек с приставшими частицами земли образует так наз. "кубышку" длинную, цилиндрическую трубку с тонкими стенками и большой губчатой пробкой в верхней части.

Почвы, в которые С. складывает яички, могут быть весьма разнообразны: в плавнях она предпочитает более возвышенные и сухие "гряды", в полях жнивья яровых хлебов (особенно овса). Зимние холода и весеннее заливание водою на кубышки С., по-видимому, не оказывают губительного влияния. Весною, обыкновенно около половины мая, из яичек выходят личинки, которые в течение 35 - 40 дней пять раз линяют, сбрасывая кожу. Эти линьки определяют пять так наз. личиночных возрастов С., отличающихся окраской и постепенным ростом крыловых зачатков; личинки 1-го возраста черного цвета с беловатой линией вдоль спины; второй возраст характеризуется красными пятнами на передней части тела и бархатисточерным цветом спины (бархатная С.); в третьем возрасте появляются зачатки крыльев в виде двух листовидных пластинок на боках средне- и задне-груди; красная окраска преобладает, четвертый и пятый возраста характеризуются хорошо заметными зачатками крыльев в виде четырех треугольных выростов из-под заднего края переднеспинки. При всех линьках С. взбирается на траву и, уцепившись за стебель ногами, обращается головою вниз, старая кожица дает трещину, обыкновенно на затылке или переднеспинке, и насекомое вылезает из ее, оставляя пустую шкурку со всего тела с придатками. Во всех стадиях своего развития С. имеет сильно развитой инстинкт стадности: личинки первого уже возраста собираются кучами, облепляя травы и камни, куда взбираются ночью от сырости; со второго уже возраста массы пешей С. начинает свои передвижения, при чем все личинки известной кучи придерживаются раз принятого направления, не обращая внимания на различные препятствия и переплывая даже такие широкие реки, как Волга и Дунай. Окрыленная С. может совершать странствования такими громадными тучами, что иногда затмевает солнце; заносимая иногда ветрами в море, С. образует своими трупами целые плавучие острова и барьеры на берегах в 2 - 3 фт. толщиной и несколько верст длиной. Причины таких массовых странствований С. до сих пор еще не выяснены; недостаток пищи объясняет передвижения пешей С., но крылатая С. часто улетает из мест с большим количеством корма и во время перелетов пропускает места с богатою растительностью. Забота о потомстве и влияние ветра тоже не всегда объясняют причину странствований и потому в последнее время ставят их в зависимость от паразитов, сильно размножающихся в местах постоянного обитания С. и выгоняющих С., таким образом, оттуда (Красильщик, Россиков).

Пища. Любимую пищу С. во всех возрастах составляют камышовая растительность (камыш, тростник, куга и т. п.). Все вообще злаки поедаются ею охотно, из культурных растении реже повреждаются гречиха, лен, конопля и огородные овощи. При недостатке же пищи С. бросается на всякие растительные вещества не только в свежем, но и в сухом, переработанном виде: соломенные и камышовые крыши, паруса и одежда пожираются иногда С. Фруктовые сады и виноградники тоже подвергаются иногда нападению С., которая объедает листья, обгрызает кору молодых побегов и уничтожает ягоды и черешки листьев у винограда. Наибольшею прожорливостью отличается пешая С. в последних двух личиночных стадиях, но, благодаря медленности и правильности передвижений, эти нападения не вызывают у населения страха, как внезапные появления туч крылатой С., которая, опускаясь на землю, уничтожает сразу целые поля, оголяет леса и сады. Во всех странах поэтому земледельцы, заведя на горизонте тучи С., спешат на поля и шумом. криком и звоном стараются отогнать С. от своих посевов. Спасая иногда отдельные пашни от повреждения С., эта мера может, однако, способствовать распространению С. и отладке яичек в различных местах.

Меры борьбы. Страшный вред, приносимый С., вызывает необходимость борьбы с нею, и во всех странах, обитаемых С., население по закону обязано участвовать в истреблении ее. В России есть так называемая "натуральная повинность", по которой население той местности, где появляется С. в угрожающем для полеводства количестве, вызывается для бесплатных работ по истреблению С. В виду, однако, того, что борьба начинается обыкновенно тогда, когда количество С. достигает максимума, результаты ее редко бывают удачными, и население относится, в общем, недружелюбно к предписываемым ему мерам борьбы. Из таковых наиболее употребительны следующие: 1) уничтожение яичек осенней перепашкой или боронованием тех мест, где находятся залежи кубышек С. В плавнях это заменяется затаптыванием кубышек в грязь стадами скота и табунами лошадей. 2) Загон пешей С. в канавы - самый распространенный и общеупотребительный способ борьбы. На пути передвигающихся личинок С. роют канавы около аршина в глубину и 3/4 - 1 арш. в ширину, с отвесными стенками, и когда С. наполнить канаву, давят ее и засыпают землей. 3) Раздавливание личинок С. волокушами (рамы из толстых брусьев и хвороста или досок) или каменными катками. 4) Опрыскивание растительности, где находится С., смесью из парижской (швейнфуртской) зелени с известью, разведенной в воде в пропорции по 2 - 3 фн. того и другого вещества на 40-ведерную бочку. Насекомые, поевшие обрызганной травы, погибают через 1 - 3 дня. Некоторые народы Африки и Азии употребляют С. в пищу, обваривая в соленой воде и поджаривая затем в масле (китайское кушанье "джамаджа"); или приготовляя консервы (Алжир).

Враги и паразиты С. Из естественных врагов С. особенное значение имеют некоторые птицы и млекопитающие: розовые скворцы, аисты, чайки, грачи, вороны с ожесточением преследуют С., а галки, жаворонки, кроме того, уничтожают еще яички, выкапывая кубышки из земли. Ту же роль в деле истребления С. играют и многие млекопитающие: свиньи, кроты, землеройки и т. п. Из паразитов одни уничтожают яички С. - нарывники, шпанки, грибки (Isaria ophioglossoides Krats.), другие живут в самих насекомых - несколько видов живородящих мух (из pp. Sarcophaga и Sarcophila), волосатик (из р. Mermis).

Литература. Fr. Korte, "Die Strich-Zug, oder Wander-Heuschrecke vom Ei an bеоbасhtet und beschriben" (1829); Gerstacker, "Die Wanderheaschrecke" (1876); Kohl, "Ueber Heuschercken in Sudrussland" (1847); Moчульский, "О С. и средствах к ее истребления" (1856); Кушакевич, "О С. на юге России" (1865); Черневский, "С." (1, 842); Ф. Кеппен, "О С. и других вредных прямокрылых из с. Acriaiodea" (1870); Линдеман, "С. и меры ее истребления" (1886 - 91); Рекало, "С. в Бессарабии и Румынии в 1885 - 86 г. и др."; Красильщик, "О мерах борьбы с С." (1887 и др.); Россиков, "Перелетная или азиатская С." (1899).

И. Ингеницкий.

Саратов

- губернск. гор., расположен под 51º32\' с. ш. и 46º4\' в. д., на правом берегу Волги, при Ряз. Урал. ж. д. Город занимает возвышенную местность, опускающуюся к Волге уступами и окруженную довольно высокими горами (Соколова гора - 560 фт., Лысая, Алтынная), частью обнаженными, частью покрытыми лесом и фруктовыми садами. Соколова гора оползала в 1783, 1818, 1846 и 1885 гг.; следы этих катастроф, в виде глыб, лежащих под отвесною стеною горы, видны и теперь. Двумя оврагами С. делится на три части. На противоположном берегу Волги, в прадедах Самарской губ., расположена слаб. Покровская, в административном отношении независимая от г. С., но в экономическом тесно с ним связанная. Русло р. Волги постепенно отступает от Саратова; летом река заносится песками, а пароходные пристани от центра города спускаются к окраинам или переносятся за пески. Работы по урегулированию русла пока не принесли существенной пользы. Население. При основании города в нем было около 400 жителей, в 1739 г. - около 7 тыс., в 1780 г. - 14 тыс. С поселением в нем немцев (137 душ) и раскольников, основавших за городской чертой отдельные слободы (впоследствии вошедшие в состав города), число жителей С. возросло; в 1811 г. их насчитывалось 27 тыс. В 1813 г. в С. ссылали пленных французов, которых посылали на общественные работы: они равняла улицы, засыпали овраги, строили плотины, насаждали сады. Многие из них остались в С. и приняли русское подданство, заселив 2-ой в 3-ий кварталы немецкой слободки. Одни из них приглашались в качестве гувернеров и учителей в русские семейства и учебные заведения, другие открыли ремесленные заведения - сапожные, мебельные и пр. В 1847 г. жителей в г. С. числилось 52 тыс., в 1860-м  - ок. 70 тыс., в 1870-м - 86 тыс., в 1880 г. - 115 тыс., а по переписи 1897 г. - 137109 чел. (69250 мжч. и 67859 жнщ.). По данным 1895 г., в С. было 126173 жит., из них православных 112553, единоверцев 895, раскольников 5953, католиков 1904, лютеран 3154, евреев 570, магометан 863, других не христиан 281. Потомственных дворян было 2120, личных 2455, духовенства разных исповеданий, с семьями, 1065, почетных граждан 3276, купцов 2561, мещан 58069, цеховых 7417, крестьян 24986, колонистов 5502, казаков 4296, военных, с семьями, 13721, разночинцев 101, инородцев 106, иностранцев 498. Естественное движение населения колеблется чрезвычайно сильно; так, в 1890 г. замечена убыль на 53 чел., а в 1895 г. - прибыль на 581 (родилось 5980, умерло 5399).

С. - один из благоустроенных городов России, хорошо обстроен; лучшие улицы - Немецкая и Московская. Улицы вымощены, центральные части города снабжены хорошими асфальтовыми или из каменных плит тротуарами. Конная жел. дор. Водопровод сооружен в 1876 г.; до того времени существовал водопровод с деревянными трубами, проведенными в 1856 - 57 гг. Телефон. В 1895 г. зданий было: жилых 2266 каменн. и 12919 дерев., нежилых 1525 камен. и 810 дерев. Храмов 57 камен. и 7 дерев., в том числе 1 правосл. женский монастырь, и церквей правосл. 40, раскольничьих молелен 9, рим.-катол. 2, лютер. 1, мечеть 1, синагога 1, часовен 9. Из церквей замечателен Старый Троицкий собор, построенный из дерева в 1674 г. после пожара 1685 г. возобновленный из камня в 2 этажа. Промышленность. В 1871 г., в С. было фабрик и заводов 98, с годовым производством в 1142 тыс. руб., в 1890 г. - 138 фабр. и зав., с производством на 6 милл. руб., а в 1896 г. - 156 с 3788, рабоч. и производством на 8371482 руб.

В 1871 г. ремесленников с учениками и рабочими было 3761, в 1890 г. 7737. в 1896 г. - 12694, в том числи мастеров 4554, рабочих 5467 и учеников 2673. Изготовлением одежды и обуви (в 1895 г.) занято было 2431, пищи - 1326 чел. Извозчиков 2965, плотников 1191, сапожников и башмачников 759, портимых 751, модисток 529, каменщиков и штукатуров 598, столяров 580, кузнецов 436. Торговля С. преимущественно отпускная; главный предмета ее - хлеб и в особенности мука. Главными путями сообщена для С. служат Волга и Ряз.-Урал. жел. дорога. Волга под С. вскрывается между 19 марта и 10 апр. (в среднем 30 марта) и замерзает между 13 ноября и 30 декабря (в среднем 10 декабря); продолжительность навигации от 189 до 214, в среднем 203 дня. В 1846 г. ходило мимо С. всего 3 парохода; в настоящее время их ходит ок. 800, которые нагружают и разгружают свыше 24 милл. пд. товаров в год. Судовое движение по Волге особенно развилось за последние годы; так в 1892 г. в С. водою прибыло 19708 тыс. пд. грузов, а в 1897 г. - 57140 тыс. пд., на 11172 тыс. руб. Большая часть грузов состоит из нефти (27 милл. пд.) и керосина (71/2 милл. пд.), отправляемых транзитом по жел. дор. в центральные местности России. Всего прибыло и отправлено 3377 судов; грузов отправлено 7768 тыс. пд. (хлеба 6117 тыс. пд.), на сумму 6596 тыс. руб. Хлебные грузы и мука идут преимущественно водою. По железной дороге в 1897 г. из С. (вместе с Покровской слободою) отправлено грузов 34577 тыс. пд. (главным образом нефти и керосина), разгружено 12819 тыс. пд. Биржа в С. открыта в 1890 г., первое кредитное учреждение - в 1863 г.; в настоящее время здесь имеются отделения банков государственного, дворянского, крестьянского и 3 столичных частных коммерческих, кроме того город. общественный банк, общ. взаим. кредита, городской ломбард, город, ссудосберегательное товарищество и 3 частный банкирские конторы.

Врачебная часть. Первая больница в г. С. основана в 1804 г. на средства местного дворянства (47 т. р.) и дар Императора (10 т. р.). В 1895 г. врачей в С. было 77, из них 7 женщин. Лечебных заведений 21, на 589 кроватей, с 59 врачами (в том числе 4 женщ.).

Учебное дело. Первыми учителями в С. были поселившиеся здесь во второй половине XVIII ст. раскольники. Первая школа была открыта в 1786 г.; обучались главн. образ. кантонисты. В 1820 г. школа эта преобразована в муж. гимназий; в том же году возникло духовное училище. Духовная семинария открыта в 1830 г., институт благородных девиц в 1854 г., женская гимназия в 1859 г., ремесленное учил. в 1871 г., реальное в 1873 г. В 1786 г. в С. была 1 школа, в 20-х гг. XIX ст. 3, в 30 гг. 6, в 50 гг. - 7, в 1860 г. - 11, в 1873 г. - 35, в 1880 г. - 50, в 1891 г. - 69, в 1895 г. - 96 школ. В 1786 г. было около 30 учащихся, в 1874 г. - 4154, в 1895 г. - 10566 чел. (5659 мальч. и 4907 дев.). В 1871 г. сарат. гор. общ. управление тратило на народное образование 9812 руб., в 1895 г. - 121332 руб, 1/7 всего бюджета). Первая типография (казенная) возникла в С. в 1794 г., в 1841 г. открыта первая частная, а в 1895 г. было уже 10 типографий. Первая газета ("С. Губ. Ведомости") основана в 1838 г.; в 1863 г. стала выходить первая частная газета - "С. Листок". В настоящее время в С. выходят 9 периодических изданий, из них 2 ежедневно, 1 два раза в неделю ("Губ. Ведомости"), 2 еженедельно, 2 по два раза, в месяц и 2 ежемесячно; в том числе два издания (1 еженедельное и 1 ежемесячное) на немецком языке. Городская библиотека основана в 50х гг. XIX ст.; в 1883 г. в ней было 2848 томов, в 1890 г. - 12804 тома. В С. много ученых обществ и общеобразовательных учреждений: физико-медицинское общ. с акушерской школой, санитарное общ., с женской фельдшерской школой и народными чтениями, сельскохозяйственное общ., садоводства и цветоводства, общ. естествоиспытателей и любителей естествознания, С. отд. Имп. технического общ., ученая архивн. ком., общ. любителей изящных искусств, с музыкальной и рисовальной школами, отд. Имп. музыкального общ. Радищевский музей со школой технического рисования (основ. при содействии художника Боголюбова в 1885 г.). Театры городской и народный. Вследствие недостатка материальных средств и энергичных деятелей для поддержки столь значительного числа обществ, деятельность их отличается порывистым характером, то замирая, то снова оживляясь. Радищевский музей помещается в особом, прекрасной архитектуры здании. Это один из богатейших провинциальных музеев в России. Прекрасная картинная галерея русских и иностранных художников, скульптурное отделение, а также отдел древностей заслуживают не только внимания, но и изучения.

Городской бюджет. В 1847 г. доходы г. С. составляли 80 т. р, в 1851 г. - 221 т. руб., в 1894 г. - 860969 р., в том числе с городских недвижимых имуществ и оброчных статей 486 тыс. руб. Расходы в 1894 г. составили 802100 руб., из них на городское управление 88571 руб., на благоустройство города 75376 р., на народное образование 108796 р., на благотворит. и друг. общеполезные учреждения 76306 р., на врачебную часть 11966 р., на освищете улиц 17630 руб., на пожарную часть 57611 руб. В 1895 г. доходы города достигли суммы в 907 т. р., расходы - 965 тыс. руб., недоимки 603 т. р.

С. X.

История. Время основания С. с точностью неизвестно; в наказе астраханскому воеводе 1590 г. о С. упоминается как о "новом городе", почему полагают, что он возник около 1584 - 1589 гг., на месте татарского поселка. До конца XVII в. он находился на левой стороне Волги, при впадении в нее р. Саратовки. Там его видели и Олеарий (1636), насчитавший в нем десять церквей, и Стрюйс (1668 г.). Главное назначение "нового города" заключалось в наблюдении за движениями ордынцев и истреблении их "воровских шаек", охранении царских судов, ходивших в Астрахань и обратно, и сопровождении послов. В 1604 г. С. был занят самозванцем Ильею из Мурома, принявшим имя Петра Федоровича, сына Федора Иоанновича. В смутную эпоху он подвергался разорениям от разных воровских шаек, затем от калмыков и кубанских татар, не перестававших нападать на него и в первой половине XVIII в. В 1670 г. С. взял Степан Разин, подверг его трехдневному грабежу и учредил в нем казацкое устройство. Пострадал С. и от нападения Булавина, в 1707 г. До половины XVIII в. С. был незначительным, хотя сравнительно и населенным пунктом, но после устройства в нем в 1747 г. "соляного управления" скоро увеличился и стал важным торгово-промышленным городом, особенно когда в нем стали селиться колонисты. В 1773 г. он был взят Пугачевым; через два года его постиг голод. При первом разделении России на губернии С. был приписан к Казанской губернии, в качестве провинциального города; в 1718 г. - к Астраханской, через 10 лет - опять к Казанской и в 1739 г. снова к Астраханской; в 1780 г. сделан гл. городом Саратовского наместничества, в 1797 г. - губернским городом. Слово "Саратов" производят от "сарт" (оседлость), "сара-тау" (желтая гора), "сари (или "сара") -тау" (удобная местность), "саратав" (желтый остров) Ср. В. и Г. Холмогоровы, "Материалы для колонизации Саратовского северо-восточного края до второй половины XVIlI в." (в "Трудах Саратовской ученой Архивной Комиссии", т. Ill, в. II, 1890 г.); Д. Л. Мордовцев, "Местные заметки и летопись г. Саратова с 1762 г. по 1796 г." (в "Саратовских Губернских Ведомостях", 1861 г., јј 46 - 52 и 1862 г., ји - 16); "Материалы для истории Саратовского края" (ib., 1881 и 1882 гг.); Ф. Чекалин, "Саратовское Поволжье с древнейших времен до конца XVII в." (Саратов, 1892 г.); Н. И. Костомаров, "Очерк истории Саратовского края" (в "Памятной книжке Саратовской губернии на 1858 г."); А. И. Шахматов, "Исторический очерк Саратова и его округи" (Саратов, 1891 г.); заметки на эту книгу А. Голомбиевского в "Библиографических Записках" (1892 г., ј 3).

В. Р-в.

Саргассово море

- часть Атлантического океана, лежащая между Каспийскими о-вами и Вест-Индией, в которой плавает громадное количество морских водорослей, принадлежащих, преимущественно, к роду Sargassum (S. bacciferum Ag., vulgare Ag. и некоторые другие виды), на которых развивается богатая животная и растительная жизнь. Эти саргассы растут по берегам Вест-индских о-вов и по западному побережью Американского материка от Гвианы до северных берегов Соединенных Штатов. Растущие у берегов саргассы прикреплены своей корневой частью ко дну и плодущи; плавучие же, благодаря присутствию воздушных пузырей, растения бесплодные. Уже Теофраст, Аристотель и др. упоминают о "лугах океана", но первые достоверные сведения о С. море имеются в записной книге Колумба, вступившего 16 сентября 1492 г. в "состоящую из водорослей банку", по которой он продолжал большую часть своего пути к Багамским о-вам. Овьедо назвал это пространство морем Sargasso (по-португальски водоросль). Линней дал название плавающей в С. море водоросли Fucus natans (плавучий фукус). А. Гумбольдт разделил это море на две большие части - восточную и западную, между коими, по его мнению, находится пространство, почти лишенное плавучих водорослей. О. Кунтце не признает совсем определенных границ для С. моря и полагает, что содержание и расположение в нем водорослей в различные времена года зависит от направлений господствующих ветров. Крюммель проводить следующие границы собственно С. моря, в котором находится наибольшее количество плавучих водорослей: от 35º до 20º с. ш. и от 35º до 15º зап. долг. от Гринвича (4 1/2 милл. кв. км.); от этого участка отходят несколько зон до 40º и 15º с. ш. и затем до 50º и 15º с. ш. и 15º з. д. от Гринвича, содержание в которых водорослей постепенно убывает. Много плавучих саргассов находится также в Караибском море. Отдельные плавающие массы саргассов можно встретить и у берегов Ньюфаундленда, у берегов Португалии и даже Франции. Большие скопления саргассов находятся также в Тихом ок., севернее Сандвичевых овов, и в южной части Атлантического и Индийского, в виде длинного участка, простирающегося от Фолклендских о-вов до земли Кергуелена. В С. море плавучие слоевища водорослей обращены своей стеблевой частью по направлению господствующих ветров, и располагаются в более или менее равномерные ряды. Эти ряды бывают настолько скучены, что затрудняют ход кораблей. Поверхность океана, сплошь покрытая оливково-зелеными водорослями напоминает своим внешним видом луга. По мнению некоторых исследователей (Реннель, Шлейден и др.), саргассы приносятся в С. море течениями с берегов Вест-индских о-вов и сев. части Южной Америки. Существовало еще другое мнете, что водоросли, встречающиеся в Антильском море, Мексиканском заливе и Гольфстриме, приносятся туда из С. моря, которое само служит источником, из коего распространяются водоросли. Но этот взгляд мало вероятен, так как противоречит учению об образе жизни саргассов. Крюммель приходит к заключению, что слоевища водорослей, оторванные ветром и волнами от берегов Вест-индских о-вов, приносятся Гольфстримом в лишенный течений водоворот, заключенный с Ю северным океаническим течением, с ЮЗ Антильским, с СЗ Флоридским, с С Гольфстримом и с В холодным течением Канарских о-вов. Достаточно посмотреть на карте на расположение течений в Атлантическом океане, чтобы понять доказательность мнения Крюммеля. Только направлением ветров и течений можно объяснить то явление, что большие скопления водорослей занимают в общем одни и те же пространства и что, в особенности, С. море Атлантического океана сохранило до сего времени приблизительно те же границы, которые оно имело во времена Колумба. Ср. Schleiden, "Das Meer" (Бер., 1867); О. Kuntze, "Revision v. Sargassum und sogenannte Sargasso-Meer" ("Engler\'s Botan. Jahrbuch", т. I, Лпц., 1881, p. 191); Krummel, "Das Norclatlantische Sargasso-Meer" ("Petermann\'s Mitteilungen", т. 37, Гота, 1891, стр. 123); его же, "Die Oceane" ("Scobel\'s Geographisches Handbnch", Лпц., 1898, стр. 115).

Н. Гайдуков.

Саргасс

(Sargassum Ag.) - род морских бурых или темноцветных водорослей (Phaeophyceae), принадлежит к семейству фукусовых (Fucaceae). Слоевище С. желтооливкового или буро-зеленого цвета достигает 2 1/2 метр. в длину и расчленено на основную (стеблевую), нижнюю (корневую) в боковую (листовую) части. Корневой частью растение прикреплено ко дну, а верхняя часть свободно держится в воде благодаря присутствию сидящих на ней на особых ножках воздушных пузырей. Оторванные свободно плавающие слоевища хотя и растут, но всегда остаются бесплодными. Стеблевая часть составляет как бы короткий ствол, из которого периодически развиваются молодые боковые ветви. Эти части, похожие на листья высших растении, простые или разветвленные, зубчатые или цельнокрайние, почти всегда коротко заостренные, у различных видов весьма разнообразны по форме. Ветви, сидящие в корневой части, в средине и на вершине стебля также отличаются друг от друга. Половые органы, женские - оогонии, содержащие яйца, и мужские антеридии или спермогонии, содержащие живчики, сидят вместе в особых полостях, так наз. скафидиях, выстланных волосками парафизами. Скафидии сидят на отдельных ветках, которые у разных видов различны по форме и отличаются от беплодных веток.

Живчики (сперматозоиды) с 2 боковыми жгутиками. Оплодотворенное яйцо выпадает из скафидия и из него развивается молодая особь. Слоевище дифференцировано на ассимилирующую, скопляющую, проводящую и механическую ткани. Всего насчитывается до 160 видов С., которые различаются между собою, главн. образом, строением бесплодных и плодовых ветвей. С. распространены по берегам более теплых морей всего земного шара, от устьев Амура и о-ва Сахалина (S. Fengeri, Coreanum et patens Ag,), от Адриатического (S. linifolium et Hornschuhii Ag.) и Средиземного морей (S. vulgare et trichocarpum Ag.), и от берегов Северной Америки до Новой Зеландии, Тасмании и берегов Южной Америки. Особенно разнообразны виды саргасса, растущие у берегов Австралии. Наиболее интересен S. Dacciferum Ag., из которого состоит главным образом так назыв. Саргассово море, отличающийся разветвленными плодовыми частями. Ср. О. Kuntze, "Revision v. Sargassum" ("Engler\'s Botan. Jahrbuch.", т. I, Лпц., 1881); J. G. Agardh, "Species Sargassorum Australiae" ("K. Svensk. Vetensk. Akadem. Handling", т. 23, Стокгольм, 1889); J. В. De Toni, "Sylloge Algarum" (т. Ill, Patavii, 1895); F. R. Kjellman, "Fucaceae". ("Engler und Prantl\'s Pflanzenfamilien", Лпц., 1897); Варминг, "Систематика растений" (Москва, 1898).

Н. Гайдуков.

Саргон I

(Шаррукин = [бог] поставил [его] царем) - древнейший царь города Агане в Вавилонии, около 2800 до Р. Хр., как это явствует из надписи Набонида о реставрации храма в Сиппаре. Полное имя, кажется Шаргани Шар-али; вторая половина, вероятно, имя бога. Кроме современных ему цилиндров и маленьких надписей на камнях и кирпичах, до нас дошли еще тексты в позднейшей ассирийской переработке, для библиотеки Ассурбанипала. Один из них рассказывает от лица С. легенду о его жизни. Он был не из царского рода, даже не знал отца; мать пустила его в корзинке по течению реки; его воспитал нашедший его жрец; наконец, он сделался "царем черноголовых" (т. е. семитов) и царствовал 44 года, любимый богиней Истар. Эта легенда напоминает подобные рассказы об основателях городов или царств (Ромуле, Кире) и даже историю Моисея. Далее С. повествует о своих походах и завоеваниях на берегах Персидского залива. Другой текст, астрологического характера, говорит о его походах в Эламе и на запад - в Финикию, Палестину и даже на Кипр, о восстаниях против него и т. п. на Нипре был найден его цилиндр; подлинность его подлежит сомнению, да и вообще существует предположение, что история его завоеваний произошла в позднейшее время, при С. II, желавшем видеть в ней прототип своего царствования. Тексты изданы, с переводом, в "Keilinschriftliche Bibliothek" (III, 1, 100-107).

Саргон II

- царь ассирийский (722 - 705), узурпатор, возводивший себя к древнему Саргону и объяснявший свое имя как "Шарру-кену - "царь законный". Иногда называется Шаррукин-арку - С. позднейший. Для истории его царствования дают богатый материал надписи и изображения, найденные в его дворце в Хорсабаде. Летописи обнимают только первые 15 лет. С. застал Ассирию в затруднительном положении, окруженною со всех сторон враждебными коалициями. Первым его делом было взятие осажденной еще его предшественником Самарии, разрушение Израильского царства и переселение из него 27 тыс. знатных семейств. Оставшиеся жители приняли, в 720 г., участие в большом восстании, центром которого оказался Илубиди, царь Гамата; оно началось не без ведома Египта и к нему пристали Дамаск, Арпад и Симирра. После битвы при Каркаре С. взял Гамат, казнил Илубиди, совершил массу жестокостей, а за тем при Рафии, к Ю от Газы, разбил филистимлян и египтян, пришедших с царьком Сиве. Сам фараон Шабака, напуганный успехами С., прислал ему дары. Также поступили арабские князья и даже Итамари, царь савеев в Йемене, подаривший ему золото, коней и верблюдов. Усмирив семитический запад, С. занялся севером, где ванский царь Руса I, от которого сохранились надписи, был центром коалиции, охватившей народы от Киликии до Каспийского моря. Войны С. продолжались здесь 10 лет. После победы его над Русой мы встречаем попытку его преемника Русы, Аргишти II, начать в союзе с Коммагеной новую войну. Но и на этот раз счастье было на стороне С и могущество ванского царства было сломано. Теперь С. мог обратить внимание на вавилонские дела, где уже 12 лет хозяйничали халдеи, под правлением Меродах-Баладана. Меродах-Баладан заключил союз с арамеями и Эламом, строил каналы, крепости, увеличивал войско. Все это требовало денег и налогов; народ роптал и на предпочтение, оказываемое иностранцам и халдеям. Меродах стал непопулярен, и народ встретил С. как избавителя (710). Он короновался в храме Набу и Мардука, чем еще более привлек к себе жрецов и население. Меродах Баладан бежал и на время исчез с горизонта. Слава о могуществе С. распространилась повсюду: к нему явились на поклон послы с о-ва Дильмуна в Персидском заливе и с Кипра, где найдена статуя С. (находящаяся теперь в берлинском музее). Весь древний Восток, не исключая Египта, признал гегемонию Ассирии. Личность С., по-видимому, годилась для роли устроителя универсальной монархии. Он не только повествует о войнах и опустошениях, но любит говорить о заселении пустых мест, о проведении каналов, о мерах против дороговизны, таксах и т. д. Для сплочения огромной разноплеменной монархии он стал заменять вассальные отношения покоренных стран полным их подчинением, путем превращения в провинции, а также перетасовывать этнографический состав государства массовыми переселениями. Надписи С. изданы Winckler\'ом: "Die Keilnischrifttexte Sargons" (2 тома; в I т. историческое введение; перев. в "Keilnischr. Bibliothek", II, 34 - 81). См. М. В. Никольский, "С., царь ассирийский" ("Русский Вестник", т. CLIV). О памятниках С. из Хорсабада, находящихся в Эрмитаже, см. В. С. Голенищева, "Описание ассирийских памятников" (СПб., 1897).

Сардиния

(Sardegna, Sardi) - один из островов Средиземного моря, входящих в состав итальянского королевства; лежит между 38º52\' и 41º16\' с. ш. Площадь С. - 24342 кв. км. Наибольшая длина 268 км., наибольшая ширина 144 км. Расстояние С. от о-ва Корсики всего 12 км., разделяющий их пролив имеет в глубину не более 90 м.; многочисленные о-ва и подводные рифы указывают на первобытную связь между обоими островами. Берега С. совсем недоступны с восточной стороны; единственная удобная гавань на Ю - Ольбия, в зал. Кальяри; на западной несколько удобных гаваней - зал. Snicis Palmas, Tharsus Oristano, Carbia Aghero и Porto Conte. 9/10 С. представляют гористую местность. Из осадочных формаций в С. всего более распространена третичная. Крутые гранитные берега и возвышенности тянутся вдоль всего вост. берега, в центре острова под 40º шир. горы Геннаргенту (Gennargentu), достигающие высоты 1918 м., бывают покрыты снегом с конца сентября и до конца мая. Близ Кальяри на высоте 71 м. над ур. моря найден слой морских раковин, перемешанных с глиняными черепками, что дает основание заключать о существовании здесь человека с древнейших времен. На западной стороне о-ва встречаются древнейшие формации трахита и базальта, в центре и на восточной стороне - гранит, гнейс, глинистый сланец и порфир. Главнейшие минеральные богатства встречаются на юго-западе: свинец, цинк, железо, серебро и медь. Местность имеет более равнинный характер только в западной части о-ва, где существуют обширные оливковые и ореховые рощи, каменного дуба и пр. Реки С. незначительны. 6 рек не вливаются в море, а оканчиваются на территории о-ва болотами и озерами, имеющими местами значительное протяжение, как напр. озера Каляри, Ористано и др. Летом они высыхают и покрываются белой кристаллической (соляной) корой, в дождливое время снова наполняются водой и служат таким образом источником распространения страшной малярии. В фауне нет многих животных, напр. волка, барсука, куницы, крота, ядовитых змей, лягушек; вообще в С. меньше всяких животных, чем на континенте Италии. Климата зимой умеренно теплый, летом - жаркий, но умереннее сицилийского. Средняя зимняя темп. Кальяри 8,8º, летняя 22,5º, maximum летней темп. достигает 36,8, minimum - 0,8, средняя годовая темп. +15,6º. Наибольшее количество осадков бывает зимой, наименьшее летом: зимой выпадает их 172 мм., летом 50 мм., меньше, чем где бы то ни было в Италии; годовое количество осадков 393,1.

Жит. до переписи 1897 г. 756201, т. е. 31,4 чел. на кв. км. Наиболее густо населена С. в северной части. Значительные города: Кальяри - столица С., с 44252 жит., и Сассари, с 41581 жит. Главные занятия жителей - земледелие и горное дело; горной промышленностью занято 9800 чел. Нигде в Европе раздробленность земельной собственности не достигла таких размеров, как в С.; большинство земельных участков к тому же чересполосные. Постоянное дробление земельной собственности и все увеличивающаяся чересполосность владений ведут за собой беспрерывные ссоры и тяжбы владельцев. Судами было разобрано в 1894 г. исковых и спорных дед 235420; продажи земель за неуплату недоимок было 3650 случаев. В С. до сих пор еще сохранились следы крестьянского общинного землевладения, в форме сервитутных отношений, называемых ademprivio. Ademprivio заключается в том, что крестьяне данной общины имеют право пользоваться естественными продуктами земли, не стесняясь правами собственности на нее частных лиц, которым она de jore принадлежит: могут рубить лес и собирать в лесу валежник для собственных надобностей, косить траву для прокормления собственных животных, собирать упавшие с дерева плоды, собирать в лесу желуди, засевать незанятые пустопорожние земли хлебами и т. д. Эта форма землевладения упоминается в кодексе Arborea, относящемся к 1395 г. В принципе общинная пастьба скота допускается на всех не огороженных землях С. и этим правом крестьяне пользовались до 1851 г. Кодекс Arborea ограничил право пользования только землями не огороженными и отдаленными от населенных центров и вменил крестьянам в обязанность культивирование на общинных землях винограда. Vidazzoni назыв. часть общинной земли, на которой до последнего времени существовала переложная система хозяйства. Вспаханное и засеянное хлебами пространство земли огораживалось изгородью до момента уборки хлебов, после чего изгороди снимались и переносились на другое место; пустующая земля оставалась в течение 2 - 3 лет под толокой скота. В 1806 г. правительство попыталось ввести на землях vidazzoni культуру оливок, для чего рекомендовало владельцам огораживать или окапывать земли рвами, если только они не считались абсолютно необходимыми для пастбища. В случае сопротивления этим распоряжениям предписывалась принудительная экспроприация. Проведение этого закона в жизнь встретило непреодолимые препятствия со стороны овцеводов и некоторых общин. Изгороди были крестьянами уничтожены, рвы завалены землей. По закону 1870 г. часть казенных земель, которыми общины пользовались по сервитутному праву, была продана в личную собственность желающих, с правом отчуждения их тем или другим способом. Этот закон был применен только к 89092 гект., которые были проданы за 4578604 лир; общинных земель осталось 61642 гект. Многие из новых собственников, опасаясь мщения со стороны населения, не осмелились вступить во владение купленными землями.

В последнее время все чаще и чаще слышатся жалобы на понижение урожая хлебов вследствие засухи (как результата вырубки лесов) и на истребление посевов саранчой. Правильному ведению сельского хозяйства много вредит губительное действие малярии. Пришлые с континента сельские рабочие и работающие в рудниках с момента появления малярии возвращаются домой, землевладельцы поселяются на житье в города; на местных рабочих она не действует так губительно, как на иностранцев, и они заканчивают полевые работы, облекаясь на это время или в толстую шерстяную одежду, или в длинные овечьи шкуры шерстью вверх, защищающие от влияния внешнего воздуха. По сведениям 1894 г., в С. было засеяно: пшеницей 161883 гект. (урожай сам 8), ячменем 34468 гект. (урожай сам 8), маисом 3838 гект. (урожай сам 7,2), прочими растениями 29247 гект., итого 229436 гектаров. Кроме того под каштановыми и оливковыми плантациями и виноградниками находится 93970 гект.; прочих плодовых деревьев (саженцев) числится 254300. Луга и пастбища занимают 14881 гект., искусственное травостояние 12716 гект.; 198500 гект. каменисты и непроизводительны. Скотоводство развито слабо. Сардинские овцы и козы малорослы и дают грубую шерсть, свиньи мелки. Скот круглый год содержится под открытым небом на подножном корму. Сыру (низшего качества) было изготовлено 3743409 кгр., масла коровьего и козьего 32351 кгр. В 1894 г. было добыто: свинцу 27725 тонн, цинку 120241 тонн, серебра 1103 тонны, железа 400 тонн, сурьмы 1365 тонн. Морской соли добыто 132923 тонны, на сумму 1757153 лиры. Крестьяне очень бедны, еще беднее, чем в Сицилии. Народных школ числится 1159, в которых обучается 47805 детей об. пода, что составдяет 5,9% общего числа населения. На 100 новобранцев безграмотных приходится в провинции Кальяри 67%, в Сассари 62,17%. Гимназий 13, с 1385 учащимися, лицеев 5, с 242 уч., технических школ 4, с 377 уч. Университетов два: в Кальяри, основанный в 1626 г., и в Сассари, основ. в 1677 г.; студентов в обоих всего 292. Бедность и невежество населения служат причиною сильного развития преступлений. На 100 тысяч жителей убийств было в 1894 г. 24, случаев нанесения побоев и ран 271, грабежей 21, воровства 800. Приговорено судами к тюремному заключению 11411 чел. Профессор университета в Сассари, Питцорно, собрал большую коллекцию сардинских черепов и нашел, что они все отличаются такими аномалиями в строении, каких он почти совсем не находил при анализе прочих итальянских черепов. В настоящее время в С. нет ни одного поселка, который бы находился ближе, чем на 10 в. расстояния от моря, результат постоянных нападений со стороны корсаров, опустошавших берега С. В центре о-ва можно встретить много людей (особенно женщин), которые вовсе не знают, что живут на острове.

Доисторическая археология. Население С. очень древнее, что доказывается уже существованием в С. (в Камнидано) любопытного обычая кувады. В момент завоевания ее финикиянами она была населена 2 милл. жителей, достигших некоторой степени культурного развития. Надписи на египетских памятниках указывают на морские походы сардинцев в XIV в. до Р. Хр. Свидетельством о культурном состоянии Сардинии в доисторическую эпоху служат сохранившиеся до настоящего времени многочисленные могильные циклопические памятники, так называемые Nuraghi, сложенные, без всякого цемента, из больших булыжных камней. Памятники сложены пирамидально, с усеченным конусом вверху. Высота их не превышает 20-ти метров, ширина - 30; внутри одна большая или несколько комнат, в которых может поместиться до 40 - 50 человек. И теперь можно насчитать их на острове до 2000. Тожественные памятники встречаются на Балеарских островах, где они известны под именем Talayots.

К. Красноперов.

История С. Название острова одними связывается с именем Гераклова сына Сардона, колонизовавшего, по преданию, С.; другие видят в этом названии семитическое слово Sereth = растопыренная рука, на что указывают другие греческие названия о-ва. Горный кряж вдоль восточного берега носил название Безумных гор (Insani Monies), вероятно, в связи с дикими свойствами местности и разбойничьим характером населения. Из мысов С. были известны Promontorum Ursi и Errebantium на севере, pr. Gorditanum на сев. западе, рг. Sulcense и Chersonesus на юге и рг. Columbarium на сев. востоке; из заливов - Sinus Caralitanus, из рек  - Termus и Thyrsns. По свидетельству Павзания (I. с.), Диодора, Страбона и др. страна отличалась плодородием и природными богатствами, вследствие чего многие племена уже в отдаленные исторические эпохи заселили остров, основав на нем свои колонии. В числе таких племен древние называют иберов, ливийцев, эллинов, этрусков, корсов, карфагенян (финикийцев), римлян. Древнейшими колониями о-ва считаются Нора (по Павсанию - основана иберийцами и была первой колонией С.); Ольвия, Иолая, Огрила и др., основанные греками; Карались, Сулки и др., основанные карфагенянами, затем много римских. При постепенном заселении острова пришельцами, коренное населены ушло в глубь страны и поселилось в горах, где было известно под именем баларов. Иноземные колонии ютились преимущественно по берегам, особенно западному и южному, так как здесь земля считалась наиболее плодородной, хотя устроенный на берегу солеварни и отсутствие освежающих ветров делали атмосферу нездоровою, особенно во время летних жаров. Главными растительными продуктами острова считались пшеница, фрукты и, между прочим, пресловутая Sardonica herbа (род ядовитой петрушки), обладавшая тем свойством, что человек, ее поевший, умирал с судорожным искривлением губ, как бы смеясь. Оттого неудержимый, судорожный, желчный, злой, язвительный смех назывался, по словам многих писателей древности, сардоническим. Другие (напр. Вергилий) видели в этом выражении намек на горечь растения, третьи (Клитарх, Симонид) производили его от гл. sairw = оскаливать зубы. Любопытно, что выражение "сардонически улыбнулся" встречается уже у Гомера (ср. Merckin, "Die Таlossage und das Sardonische Lachen", 1851, СПб.; Ameis, "Anhang zu Homers Odyssee", прим. к 302 ст. XX песни Одиссеи). Из животного царства Павсаний упоминает диких баранов, отличавшихся необычайною быстротой; быть может это тоже, что мусмоны (musmones), о которых говорят Страбон и Плиний. Из минеральных продуктов в С. добывались серебро, железо, соль, мел. Туземцы С. были кочевниками и жили рассеянно в шалашах и пещерах; главным занятием их было скотоводство. Культура завоевателей не могла подчинить себе этих дикарей, живших в неприступных ущельях и пещерах Сардинских гор; римляне, завоевавшие о-в в 238 г., никогда не могли окончательно сломить сопротивление горцев. На римском рынке сардинсние рабы всегда были самыми дешевыми, вследствие неукротимости характера, строптивости и неспособности к подневольному труду. Вероломство сардов вошло в пословицу. С конца III-го века до Р. Хр. С. была соединена с Корсикой в одну провинцию, причем с 230 до 122 г. наместниками С. были преторы, с 122 г. - пропреторы. С 27 до P. Хр. по 6 г. по Р. Хр. управлялась проконсулами, а в последующую эпоху - попеременно то императорскими, то сенатскими наместниками, пока при Коммоде она не сделалась императорской провинцией. Ср. Horschelmann, "Geschichte, Geographie und Statistik der Insel Sardinien nebst der Schilderung ihrer Altertumer" (Б., 1828); De la Marmora, "Voyage en Sardaigne" (П., 1840); Pais, "La Sardegnaprima del dominio romano" ("Atti dell\'Academia dei Lincei", 1880 - 81); Fortiger, "Handbuch der alten Gеоgtapie" (Лпц., 1848).

И. О.

В средние века С. находилась во владении арагонской династии и вела деятельную торговлю с Пизой, Генуей, Венецией, Неаполем, Марселем, Грецией. Испанский феодализм разрушил ее торговлю и благосостояние. В 1479 г. из С. были изгнаны все корсиканские торговцы; в 1492 г. была введена инквизиция и изгнаны все еврейские семьи, которые в течете XV в. вели деятельную торговлю. В конце концов от древней житницы римской империи не осталось и следа; жителям недоставало даже семян для посева на своих плодородных полях. В г. Сассари числилось всего 3000 жит., многие цветущие города опустели, акведуки были разрушены, дороги стали непроезжими, по недостатку населения были уничтожены епископские должности. В XVII в. С. едва была в состоянии вывозить на продажу из порта Кальяри на 100 тыс. л. товаров. Внутри страны не существовало никаких почтовых сообщений; изолированность С. от других культурных стран доходила до такой степени, что официальные бумаги, адресованные в Испанию, должны были сначала направляться в Неаполь и оттуда уже идти к месту назначения "при первом удобном случае". В 1720 г. испанское господство сменила Савойская династия. По Утрехтскому миру в 1713 г. Виктор-Амедей II получил Сицилию, но должен был променять ее на С. С тех пор владетели Савойи и Пьемонта наз. королями сардинскими до 1861 г., когда ВикторЭмануил принял титул итальянского короля.

Ср. Allbert de la Marmora, "Voyage en Sardaigne ou description statistique, physique et politique de cette ile" (1839  - 1857); Griovanni Spano, "Proverbi sardi" (Кальяри, 1871); его же, "Memoria sopra i nuraghi di Sardegna" (1867); W. Beauclerk, "Rural Italy" (1888); Alherto Cencelli-Perti, "La proprieta collettiva in Italia" (Рим, 1890); G. Todde, "La Sardegna" (Флоренция, 1895); Gr. Calva Secchi, "La Sardegna" ("Rivista Popola, Roma", 1895); Al. fredo Niceforo, "L\'ltalia barhara contempo" (1898); его же, "La delinquenza in Sardinia" (Палермо, 1897); Aymerich, "Stato della Sardegna i soi bisogni" (1869); "Annuario statistico italiano" (P. 1896 и 1897).

И. К.

Сардина

(Clupea pilchardus, Val.) - маленькая морская рыба (обыкновенно 15 - 20  - стм., реже до 25 стм. длины) из сем. сельдевых (Clupeidae) подотряда открытопузырных (Physostomi) отряда костистых (Teleostei). С. несколько толще сельди. Спина ее синевато-зеленого цвета, бока и брюшко серебристо-белые. Жаберная крышка с золотистым отливом и бороздчатыми темными полосками, лучеобразно расходящимися от нижнего и заднего края ее.

Д. П-о.

С. служит материалом для приготовления всемирно-известных консервов С. в оливковом масле (Sardines u l\'huille). Водится в Атлантическом океане и в Средиземном море и ловится преимущественно у берегов Англии, Франции, Испании и Португалии. Чешуя на С. довольно крупная и трудно сходящая. В живом виде это одна из красивейших рыб: на спине можно видеть отливы нескольких цветов радуги. Образ жизни сардины недостаточно изучен: известно только, что детом С. из глубины моря выходить к берегам стран, расположенных по берегу Атлантического океана на весьма короткое время, после чего вновь пропадает. Более верным является предположение, что С. приходит вслед за животными, служащими ей пищей. Лов С. производится плавными сетями из весьма мелкой ячеи с употреблением для приманки С. тресковой икры: зерна последней, заготовляемой впрок в соленом виде, выбрасываются горстями в море; С., набрасываясь на это лакомое блюдо, попадает в сеть. Свеже пойманная рыба в тот же день поступает на консервные заводы, которых по берегу Бретани (Франция) расположено весьма большое количество. Здесь рыбе отрубают голову, кладут на 1 час в рассол, отмывают, просушивают, окунают в кипящее масло (оливковое с примесью, обыкновенно, хлопчатникового или арахисового), укладывают в жестяные коробки, заливают оливковым маслом, запаивают герметически и подвергают в обыкновенном котле или автоклаве действию высокой температуры и консервы С. в масле готовы. Коробки для С. делаются исключительно четырехугольные: цельные, половинные и 1/4; всего более готовится последних, на которые идет 10 - 12 рыбок, весом в 1/4 фн. Настоящий вкус С. принимает через 2 - 3 месяца лёжки в ящиках. Сардиночный промысел во Франции имеет громадное значение: многие тысячи лодок занимаются ловом С., десятки тысяч пудов тресковой икры ввозится во Францию исключительно для лова С., сотни тысяч кило разного масла ввозится для сардиночных фабрик, многие тысячи рук заняты изготовлением посуды и самых консервов, так что замечающиеся иногда недоловы С. очень чувствительно отражаются на благосостоянии всей массы заинтересованных лиц. Экспорт С. из Франции достигает 12 милл. кило, более чем на 20 милл. франков. Под именем С. и на манер их приготовляют и другую рыбу: так в СевероАмерик. Соед. Штатах миллионы коробок С. готовят из молодой сельди (Cl. harengus), в России (Балаклава) русские С. в масле готовят из хамсы или анчоуса (Engraulis engrasicholus); наконец, под именем русских С. в Австрии и Германии циркулирует мелкая порода сельди (килька), приготовленная на манер анчоусов с специальным острым соусом. Все эти консервы ничего общего, кроме названия торгового, с С. не имеют; кроме прекрасного способа приготовления ее во Франции, выработанного годами, самое мясо С. в значительной степени обеспечивает вкус консервов из этой рыбы.

Н. Б-н.

Саркофаги

- первоначально название известкового камня особой породы, который, по словам Плины ("Hist Natur.", XXXVI, 27), добывался близ Accoca, в Троаде, и имел свойство в течение не более как сорока дней уничтожать без остатка заключенное в нем тело мертвеца, даже его кости, за исключением зубов. Этот "телопожирающий" камень в древние времена употреблялся в большом количестве для изготовления гробов в тех случаях, когда трупы покойников не сжигались, а хоронились. Впоследствии, в позднейшую эпоху древнегреческой и римской культуры, название С. перешло вообще ко всяким гробницам, из какого материала ни были бы они сделаны. Самые ранние из дошедших до нас С. принадлежали египтянам. В Греции, каменные С. сначала не употреблялись; трупы умерших, если их не предавали сожжению, клались в деревянные гроба, которые ставились в погребальные склепы, сложенные из кирпичей или пластинок обожженной глины. Настоящие саркофаги явились у греков позже, в александрийскую эпоху. То были большие, вырубленные из мрамора и по большей части архитектурно расчлененные гробницы, в виде храмов, с выделанными на крышке фронтонами и с скульптурными украшениями на наружной стороне стенок. У этрусков, роль С. играли так назыв. погребальные цисты небольшие терракотовые или алебастровые ящики, или, вернее, сосуды для хранения пепла покойников, выкрашенные в черный или темный цвет, с рельефными изображениями на лицевой стороне и с полулежащею фигурою усопшего на крышке. Римляне во времена республики и при первых императорах погребали своих покойников очень редко, так как в ту пору сожигание трупов было во всеобщем употреблении, и только для особенно важных и знатных лиц изготовлялись каменные гробницы, образцом которых может служить хранящийся в Ватиканском музее, в Риме, дорического стиля С. Луция-Корнелия Сципиона-Барбата, бывшего консулом в 298 г. до Р. Хр. Впоследствии, когда распространился обычай погребать покойников, не предавая их огню, римские С. заимствовали свою форму от греческих, а именно получили вид мраморных реже порфировых и др.) ящиков со сходящимися под прямым углом или скругленными вертикальными стенками, с рельефными изображениями на передней и боковых сторонах, относящимися к жизни и деятельности усопшего, или представляющими мифологические сюжеты: эротов, нереид, вакхические сцены, эпизоды из сказаний о богах и героях, преимущественно такие, которые выражают идеи о скоротечности человеческой жизни и о загробном существовании (напр. мифы об Адонисе, Эндимионе, Фаэтоне, Альцесте, Мелеагре, Психее и пр.). Среди римских С., дошедших до нас вообще в значительном количестве, встречаются замечательные по художественности своего исполнения, но есть немало и таких, которые интересны единственно по содержанию своих рельефов. С. первых христиан в начале нисколько не отличались от языческих и даже удерживали их скульптурную орнаментацию, с устранением из ее лишь тех изображений, которые противоречили духу новой религии; но постепенно эта орнаментация уступала свое место христианским эмблемам и сценам из истории Ветхого и Нового Заветов. К римским С. приближались по форме также гробницы, помещавшиеся в романских и готических церквах в средние века. вплоть до XVI стол.

А. С-в.

Саркофаги египетские

Форма их была обусловлена религиозными представлениями. Вера в бессмертие заставляла окружать покойника обстановкой земной жизни; отсюда гробницы с их росписью, убранством и инвентарем, отсюда же и С. в форме четырехугольных ящиков, напоминающей дом, с скульптурными или нарисованными подобиями дверей. С другой стороны вера в необходимое условие этого бессмертия - сохранение всех составных частей человеческой организации - заставляла заботиться о сохранении тела путем превращения его в мумию и, на случай порчи или потери последней, о сооружении статуй с портретными чертами покойного, а также о помещении мумии в гробы, имеющие формы мумии - так назыв. С. антропоиды. Эти два типа С. - четырехугольные ящики, иногда с закруглением в головах, и антропоиды - являются господствующими в Египте. Уже на самом древнем из известных С. мы находим сочетание этих двух типов. С. царя Микерина, найденный в его пирамиде в 1837 г. и потерянный, кроме небольшой части, находящейся в Брит. музее, при перевозке, представлял 4-угольный каменный ящик, имитировавший здание со входами, но внутри его был еще деревянный С. в форме мумии, с молитвой богине Нут. крышка его сохранилась в Брит. музее. В Гизе есть другие интересные экземпляры С. из времен древнего царства; они делались из базальта, гранита, известняка; крышки были плоски или сводообразны; внутренние С. были из дерева, в форме мумий; надписи незначительны (имена покойных и заупокойные формулы). В среднем царстве также встречаются оба типа, но первый преобладает. С. этого времени - большею частью простые деревянные ящики, снаружи разрисованные подобиями дверей и с двумя глазами на длинной стороне, близ головного угла; внутри они исписаны длинными, интересными иероглифическими текстами, представляющими заупокойные формулы того времени, еще мало разработанные. Часто у одного покойника было по несколько деревянных С. ящиков, вставлявшихся один в другой. Наиболее характеристичные образцы: Имаму в Лондоне, Монтуготпа и Себеко - в Берлине, Ата - в Петербургском Эрмитаже. Часто на этих С., кроме иероглифов, находим изображения заупокойных даров, а изредка (напр. на недавно поступивших в Берлин С. Хенуи и жрицы Энт-тефес) - даже роспись, представляющую покойных пирующими и в земной обстановке, а также прощание родных с их мумиями. С. в форме мумий довольно просты: на груди нарисовано ожерелье, а остальная часть разрисована крыльями, как бы охраняющими покойника. С. царя Интефа в Лувре позолочен, а С. царя Интефа в Лондоне дает портретные черты и отличается изяществом.

В начале нового царства появляются деревянные черные С. в форме мумий, с золотыми изображениями божеств смерти, золотыми имитациями пелен и краткими иероглифическими надписями. При XVIII и XIX дин. С. были каменные в форме мумий; при XIX-й в руках амулеты, и покойный лежит в рельефе в земном одеянии, во весь рост; на стенках вырезаны изображения Тота, Анубиса, гениев, сыновей Гора, а также глаза, чтобы чрез них покойник мог видеть солнце. С конца XIX дин. начинают входить в моду деревянные С. в форме мумий, на которых по желтому фону разрисовывались изображения, относящиеся большею частью к мифу Осириса, загробным странствованиям, представлениям о боге солнца и т. п. На крышке обыкновенно изображались: на груди - Нут, простирающая крылья над покойником, скарабеи - символы солнца, разные фетиши, а в ногах - Анубисы, путеводители по преисподней. Краткие надписи содержат имя и заупокойные формулы. На внутренней части дна бывали изображения богини "запада", т. е. преисподней, а у ног Анубиса. Обыкновенно несколько С. вкладывались один в другой. При XXII дин. внутренние С. делались из так назыв. египетской папки - слоев полотна, склеенных известкой; здесь по белому фону расписывались изображения божеств, особенно Исиды и Нефтиды, в виде ястребов, простирающих крылья над покойным.

В саисскую эпоху каменные С. достигают очень больших размеров, имеют как форму ящиков, так и антропоидную; на первых часто высечена вся книга "о том, что в преисподней"; подавляющая масса изображений, хотя и тщательно исполненных, утомляет глаз. Деревянные С. этой эпохи - также двух типов, при чем нередко оба соединены. На крышках четырехугольных С. часто изображалась солнечная барка, влекомая кобчиками и шакалами, на груди антропоидных - страшный суд или покойник, вводимый в общество богов Тотом. Тексты заимствовались из Книги мертвых. В греко-римское время деревянные С. в форме мумий принимают большею частью угловатую форму; они расписываются иногда изображениями из книги "о том, что в преисподней", иногда просто фигурами божеств, исполненными небрежно. В то же время все более входит в моду облекать мумию в расписные пелены, вместо чехла или внутреннего С., и покрывать лицо художественно исполненным восковыми красками портретом, вместо прежних розовых или золотых масок. С. встречаются и в христианское время; в Musee Guimet в настоящее время есть нисколько расписных С. коптских монахов. Кроме двух господствующих типов изредка встречаются и другие: С. Рамсеса III в Лувре сделан в форме овала при царском имени; на Синае найдены С. в форме двух соединенных глиняных сосудов (в руанском музее); грубые глиняные С. отчасти в форме мумий, бывали находимы в провинциальных городах Дельты. См. W. Schmidt, "Sarcophages Egyptiens" (в "Transact, of the IX Congress of Orientalists", II); Budge, "The mummy" (Кембридж, 1893); Steindorff, "Grrahfunde des mittleren Reichs". Подробные описания отдельных С. см. в каталогах и изданиях музеев и коллекций находящихся в русских музеях - в "Inventaire" В. С. Голенищева и в XI т. "Записок Вост. Отд. Арх. Общ."). Изданные в красках С. лейденского музея в натуральную величину - у Leemanus "Monuments de Leyde" (т. III и вып. 31 и 32).

Финикийские С., которыми богат Луврский музей, представляют антропоидный тип, близкий к египетскому саисской эпохи; некоторые из них, напр. базальтовый царя Эшмуназара, найденный в 1850 г. в сидонском некрополе - даже египетской работы. Большая их часть из белого мрамора и найдены во время экспедиции Ренана.

Б. Тураев.

Сарматы, Савроматы

(Sarmatai, Sauromatai) - имя частью этническое, обозначающее отдельную народность, частью географическое, под которым в разное время и у различных писателей разумелись разные народы, не находившиеся в родстве между собою и населявшие неведомые для древних греков и римлян обширные пространства нынешней России, отчасти восточной Германии и Австрии. С. обыкновенно сближались с скифами, дав две народности, близкие одна другой по месту жительства и по происхождению. По Геродоту, С. жили по ту сторону р. Дона (Танаиса) и Азовского моря (Меотида), там, "где нет уже Скифии", на пространстве в 15 дней пути от угла Меотийского оз. к северу, а по сю сторону Дона жили царские скифы". Историк производит их от браков амазонок со скифами, язык их называет испорченным скифским, во главе народа ставить царей; женщины их одеваются как и мужчины, ездят верхом на охоту и на войну или вместе с мужчинами, или одни. Воинственность сарматских женщин выражалась, между прочим, в том, что девушка выходила замуж не прежде, как убив хоть одного неприятеля, почему некоторые женщины оставались девственницами до старости. Гиппократ, современник Геродота, рассказывает, что сарматские женщины ездят на лошадях, стреляют из лука, мечут дротики сидя на лошади, и сражаются с неприятелями, но только до замужества; по выходе замуж они перестают ездить верхом, за исключением случаев, когда всему народу поголовно приходится выступать на войну.

"У женщин нет правой груди, потому что вскоре после рождения матери выжигают своим дочерям правый сосок раскаленным медным орудием, так что правая грудь утрачивает способность расти, и вся сила и изобилие соков ее переходит в правое плечо и руку" (Гиппократ, "De aerib., aquis et locis", 15). Весьма вероятно, что самая басня об амазонках, как родоначальницах С., сложилась под влиянием рассказов скифов и греков о мужском образе жизни и воинственности сарматских женщин; самый обычай выжигания соска у новорожденных сарматских девочек перенесен был народной фантазией греков с амазонок, по народной этимологии "бессосцовых". Об этнографическом родстве С. со скифами свидетельствует и Страбон, несколько веков спустя после Геродота. Он обыкновенно называет эти народы рядом или даже, подобно Гиппократу, именует С. скифским народом, частью скифов, тем и другим приписывая одинаковые нравы. Эта то этнографическая близость двух народов и послужила основанием рассказу о происхождении сарматов от соседних с ними в Европе скифов и прибывших к Дону амазонок, после несчастной для последних битвы с греками на р. Фераподонте в Сирии. Появление скифов в черноморских степях Геродот относит к концу VII в. до Р. Хр., тогда как битвы греков с амазонками в этих местах происходили, согласно эпическим сказаниям греков, в героические времена Беллерофонта, Тезея и Ахилла; следовательно, поседение амазонок на левом берегу Дона предшествовало задолго появлению скифов на другой стороне реки. Явное противоречие между двумя вариантами у Геродота даже не отмечено. Сам историк, притом, различает в составе скифов несколько народностей, различающихся по образу жизни и религиозным верованиям; древнейшими поселенцами европейской Скифии были, несомненно, наиболее западные из них, а не царские скифы, во время Геродота жившие по сю сторону Дона; по всей вероятности, с этими-то древнейшими из скифов, обратившимися на новых местах жительства из кочевников в земледельцев, и находились в родстве С.

Необходимо принять во внимание записанное Геродотом показание, что к С. от Дуная (Истра) живут сигинны - народ, который производил себя от мидян и носил мидийскую одежду. По словам Диодора, С., поселившиеся при Доне, выведены туда из Мидии. Плиний сообщает распространенное мнение, что С. родственны с мидянами: Medorum, ut ferunt, soboles. Об этих же С. говорит, вероятно, более поздний географ, Помпоний Мела (I в. по Р. Хр.), что они по наружному виду и вооружению всего ближе к парфянам (III, 4). Согласные между собою показания древних позволяют отнести С. к иранской группе арийских народов. Еще до Р. Хр. этнографическое имя С., как относящееся к отдельной народности, стало обозначать различные народы европейской и азиатской Сарматии, а в более поздних источниках тем же именем обозначаются многочисленные народы, в разное время жившие на огромном пространстве от Карпат, Вислы и Дуная на З, до Дона, Волги и Урала - на В; в соединении с именем скифов название С. обнимало собою чуть не все разнородное население этих земель. С вытеснением скифов Митридатом VI из Таврического полуо-ва и покорением их (кон. II в. до Р. Хр.), имя С. становится решительно преобладающим и как бы заступившим собою, для тех же стран, более древнее имя скифов. У Страбона, географа I в. до и по Р. Хр., С. - то отдельная народность, то, гораздо чаще, сборный термин. По его описанию С. живут в землях, простирающихся над Черным морем и Дунаем, между Фракией и Азовским морем; он не решается утверждать, достигают ли владения С. Северного океана. Есть у него и азиатские С., живущие по ту сторону Дона, между этой рекой и Каспийским морем, на Ю спускаясь до Кавказских гор. Вообще, сведения писателей I в. римской империи об этих землях крайне недостаточны; о Ю и В теперешней России ходили в Риме такие рассказы, что Страбон и Тацит отказываются от описания этих стран, признавая все сведения о них баснословными; на В от Эльбы, по словам Страбона, никто из римлян не ходил ни сухим путем, ни водным. Птолемеева карта Сарматии дает нам, в перечне и расположении имен, то представление древних об этой стране, какое к началу II в. нашей эры сложилось у греков и римлян. Сарматия делилась на азиатскую и европейскую; общими границами ее служили: Скифия по сю сторону Белур-тага и Волга (Rha) - на В., Каспийское м., Кавказ, Азовское м., Черное м., Днепр, Карпатские горы - на Ю., Сарматские горы, Германия и р. Висла - на З, Сарматский океан с Венедским заливом и неведомые земли Азии - на С. Границу между обеими Сарматиями Птолемей проводит вдоль Азовского м., р. Дона и отсюда дальше на С. Таким образом, в состав Птолемеевой Сарматии входили некоторые части нын. Пруссии и Царства Польского по сю сторону Вислы, северо-восточная полоса Галиции, вся Европейская Россия до центральных ее губерний, со включением значительной части Кавказа. Поверхность Сарматии представляется вообще ровною, степною, безлесною, пригодною больше для скотоводства и кочевой жизни, нежели для жизни оседлой и земледелия, обильною реками, из которых иные были уже известны Геродоту. Ко времени Птолемея число имен сарматских рек значительно возросло, особенно в Азии, но не увеличилась точность в определении их течения и взаимного отношения: так напр. Птолемей смешивает Буг (Гипанид) с Днепром (Борисфеном). Кроме хлебных злаков, страна производила пеньку, лен, чечевицу, лук и различный корневые растения, а на Таврическом полуо-ве - даже виноград. Из фауны упоминаются львы, волки, дикие ослы, кабаны, лоси, олени, антилопы, зайцы, журавли, разной породы рыбы; из домашних животных - овцы, свиньи, лошади, быки безрогие, ослы. Предметами вывоза служили золото, драгоценные камни, соль, воск, медь; серебра и железа не было, так что, по словам Павсания, наконечники стрел и копий С. изготовляли из кости. Население Сарматии составляли многие народы, в огромном большинстве кочевники, не строившие себе ни домов, ни городов, жившие в войлочных шалашах, которые передвигались на телегах. Хищнические набеги и скотоводство были главными источниками средств к жизни, а также торговля, преимущественно в южных частях Сарматии.

Обыкновенной пищей С. были конина и месиво из муки с молоком и конской кровью. Страбон знает между ними и людоедов. Одевались С. в плащи без рукавов и шаровары, голову покрывали зимой высокой остроконечной шапкой, почти закрывавшей глаза; женщины носили род рубахи поверх длинного, просторного платья без рукавов, а на голове имели высокую, заостренную повязку. Дикий, воинственный, вероломный народ, С. управлялись царями, иногда царицами. К числу С. древние историки относят множество племен, называемых ими по имени, но трудно поддающихся топографическому определению.

Что касается народности племен, обнимаемых у римских писателей именем сарматы, то о многих из них существует значительная литература. Финны, хуны и гитоны упоминаются у Птолемея впервые; если под гитонами можно разуметь готов, то нет основания в хунах видеть гуннов, обозначаемых греческими писателями именем унков (#). Славянство вендов установлено в науке прочно, равно как и иранское происхождение роксолан. Некоторые из городов Сарматии, перечисляемых Птолемеем, могут быть с большею или меньшею точностью фиксированы на нынешней карте и отнесены к местам ныне существующих поселений. Метрополь, на Борисфене, стоял, вероятнее всего на месте нынешнего Киева. Садовский приурочивает Карродун ко впадению Збруча в Днестр, Ерект, Вивантиварий, Клепидаву, Метоний - к Тирасполю, Бендерам, Ямполю и Могилеву Подольскому. На Припяти лежали города Ниосс, Сабрах и Леин; тот жe ученый предлагает такую локализацию их: Чернобыть, Мозырь и местность к 3 от Пинска. Эти и другие города Сарматии, из которых многие носят греческие имена, не С. были основаны и не им принадлежали. - Под С. и древние, и средневековые писатели разумели непременно кочевников. Тацит (I-II в. по Р. X.) отличает венетов от С. тем, что первые строят дома, носят щиты, имеют навык и ловкость в пешей ходьбе, а вторые - в повозках и на коне". Аммиан Марцеллин (IV в. по Р. Хр.) так описывает кочевой быт одного из сарматских народов нынешней России, Алан: "они не имеют вовсе домов и не занимаются хлебопашеством, кормятся только мясом и еще чаще молоком. В повозках, крытых лыком, они беспрестанно переходят с места на место по беспредельным равнинам. Где найдут место; пригодное для корма скота, там расставляют в круг свои повозки и кормятся, как дите звери. Как только пастбище истощится, они кочуют дальние, с своими передвижными городами повозок, в которых родятся и воспитываются их дети, совершаются браки и все иные житейские дела. Куда бы ни толкнула их судьба, они везде у себя дома, гоня перед собою стада крупного и мелкого скота и больше всего заботясь о лошадях... Слабые по возрасту или полу сидят возле повозок и исполняют домашние работы, а люди возрастные и здоровые всегда на коне. С детства привычные к верховой езде, они почитают бесчестьем для себя ходить пешком". Славянство С., вопреки свидетельствам древних и средневековых писателей об их кочевом образе жизни и наружных признаках, отстаивают в русской литературе Венелин, Забелин, Самоквасов, Иловайский. В римской истории один из сарматских народов - роксоланы (Sarmatica gens, по Тациту) - часто является до конца IV в., при чем римские императоры задабривают роксоланских владык подарками. В 69 - 70 г. по Р. Хр., при императоре Веспасиане, эти С. были частью истреблены в Мезии (нын. Сербия), частью изгнаны оттуда римскими легионами; по словам Тацита, сарматская доблесть роксолан не послужила им ни к чему: сражаться пешими они неспособны, а лошади их по случаю распутицы падали и вязли. Император Адриан очистил от роксолан Дакию (117 - 118 г. по Р. Хр.), но потом заключил с ними мирный договор. Хотя они упоминаются еще в XI в., но с половины I в. до Р. Хр.; вместо них, как сильнейший сарматский народ, заступают языги, с Черноморского побережья двинувшиеся через Карпаты и утвердившиеся между Дунаем и Тиссою. Отсюда С., вместе с германскими племенами, сильно беспокоили римские владения при Домициане и Марке Аврелии; война римлян с ними называлась маркоманскою, германскою, сарматскою. С языгами М. Аврелий заключил мир. Начиная с III в. сарматские племена оттесняются готами, потом гуннами. Имп. Аврелиан уступил им Дакию в 274 г. Тем не менее с С. вели войны императоры: Аврелиан, прозванный сарматским, Проб, Диоклетиан, Константин Вел. и др. В IV в. вся Сарматия вошла в состав готского царства, К концу этого столетия готское царство было разрушено вошедшими из Азии через Дон гуннами; имя С. исчезает. Сведения о С. во времена римской империи сообщают Тацит, Амм. Марцеллин, Приск, Евнапий, Иордан, Зосим и др.

Литература. Кроме старых сочинений Потоцкого, Георгии, Укерта, Маннерта, Кольстера, Шафарика, Мюлленгира. см. И. Е. Забелин, "История рус. жизни" (М., 1876, I); Sadowsky, "Handelsstrassen der Griechen u. Romer" (Иена, 1877); Д. И. Иловайсrbй, "Разыскания о начале Руси" (изд. 2е, М., 1882); В. Г. Васильевский, "О мнимом славянстве гуннов, болгар и роксолан" ("Журн. Мин. Нар. Просв.", 1882, ј 7); Bс. Ф. Миллер, "Осетинские этюды" (III, М.; 1887); Л. Нидерле, "Staroveke Zpravy е zemepisu vychodni Europy se zretelem na zeme slovanske" (Пр., 1899); Юл. Кулаковский, "Карта Европ. Сарматии по Птолемею" (К., 1899).

Ф. Мищенко.

Сарра

(первоначально Сара) - супруга патриарха Авраама, мать Исаака. По Иepoниму и арабским писателям, С. была дочь отца Авраама, только от другой матери. Иоанн Златоуст, согласно с евреями, принимает ее за одно лицо с Есхою, дочерью старшего брата Авраама, Аррана (Быт. XI, 29); но первое мнение ясно подтверждается словами самого Авраама (Быт. ХХ, 12). С. была весьма красива и в бытность ее с мужем в Египте по причине голода подвергалась опасности, будучи взята ко двору фараона, но была спасена Богом (Быт. XII). Полагая, что в ней причина ее бесчадия, С. убедила Авраама войти к служанке ее Агари, чтобы от ее иметь детей; но Господь открыл Аврааму, что обетование Его о многочисленном потомстве относится вместе к нему и к С., жене его, в знак чего Он переменяет их имена (по объяснению Иеронима Сара значит "госпожа или владычица моя", а С. - "владычица вообще", т. е. госпожа не одной только семьи, но многих народностей), нарекает имя будущему их сыну, Исааку, и к его потомству относит вечный завет Свой и обещание быть ему Богом; при этом учреждается обряд обрезания (Быт. гл. XVII). После истребления городов Содома и Гоморры, Авраам поселился на время в Гераре; здесь С., уже беременная, подвергалась новой опасности, но спасена была Богом (Быт. XX). С. скончалась 127 лет в Хевроне и там погребена Авраамом в купленной им для того пещере, на поле Ефрона Хаттеянина, при Махпеле, против Мамре (Быт. ХХIII). В личности С. апостол Петр видит об раз истинной женской красоты и величия, состоящих не во внешних украшения, "не во внешнем плетении волос, не в золотых уборах, не в нарядности одежды, но в нетленной красоте кроткого и молчаливого духа. Так некогда св. жены, уповавшие на Бога, украшали себя, повинуясь мужьям своим. Так С. повиновалась Аврааму, называя его господином. Вы - дети ее, если делаете добро и не смущаетесь ни от какого страха" (1 Петр. III, 1 - 6). Пророк Исайя указывает на Авраама и С., как на прообразы ожидаемого дела спасения. Как С., после долгого неплодия, родила Исаака, так Сион, после долгого запустения, будет иметь радость и веселье торжествующего множества детей вокруг себя. Еще выше восстановления Израиля будет великое дело будущности: оно будет источником спасения для всех народов мира (Исаии LI, 2; LIV, 1, сд.). Апостол Павел видит в С. великую матерь народов, которой принадлежат все рожденные по духу; она - прообраз небесного Иерусалима, который есть матерь всем нам (Гал. IV,. 22 - 31). С. вспоминается православною церковью в неделю праотец. Ср. прот. П. Солярский, "Опыт библейского словаря собственных имен" (т. III, СПб., 1883).

Сарти

(Griuseppe Sarti) - известный итальянский композитор (1729 1802) - был придворным капельмейстером в Копенгагене, потом капельмейстером миланского собора. Первые оперы С., кроме "Pompeo in Armenia", не имели большего успеха. Лучшие оперы: "Gelosio villane", "Gruilio Sabino", "Le Nozze di Dorina" написаны между 1771 и 1784 гг. Мессы, псалмы и другие произведения его для церкви свидетельствуют о крупном даровании его в области духовной музыки. В 1784 г. С. был приглашен в Россию занять место придворного капельмейстера; Скончался на обратном пути в Италию.

Н. С.

Сарычев Гавриил Андреевич

(1763 - 1831) - гидрограф, адмирал, член адмиралтейского департамента; в 1829 - 30 г. управлял морским министерством. Издал описание своего путешествия по Сибири, "Правила морской геодезии" (1804 и 1825), "Дневные записки плавания по Балтийскому морю и Финскому заливу" (1802 - 1805), "Лоцию Финского залива" (1817); составил атлас Восточного океана и первый правильный план СПб.; написал ряд статей в "Записках Гидрографического Департамента".

Сарыч

(Buteo) - род сарычевых, отличающийся от близкого к нему европейского рода канюков голой плюсною (оперенною лишь в верхней своей части). С. по внешнему виду напоминают ястребов (местами неправильно их называют ястребами), но сразу отличаются от них своим, сравнительно коротким, почти прикрывающимся сложенными крыльями, хвостом и более короткими лапами. Род С. имеет очень широкое распространение. Многие виды его встречаются в Азии, Африке и Америке, а в Европе живут два вида: большой или обыкновенный С. (В. vulgaris) и малый или рыжий С. (В. vulpinus). С. довольно вялые птицы. Полет их медленный, хотя и продолжительный. Они любят подолгу сидеть на каком-нибудь выдающемся предмете, сгорбившись и подняв одну ногу. Охотясь, С. не редко парят на одном месте, невысоко над землею, высматривая добычу. Весною и особенно осенью, при отлете, С. часто плавно кружатся в воздухе, постепенно поднимаясь на очень значительную высоту. Обычную пищу их составляют различные виды мышей и вообще мелких грызунов, пресмыкающиеся, лягушки и крупные насекомые. Нередко они нападают также на птиц, но последний вред их вполне искупается приносимою ими пользою при истреблении грызунов. Из Европы в конце августа и в сентябре С. улетают на зимовку к югу. Держатся С. преимущественно на опушках лесов, прерывающихся лугами и полями. Плоские гнезда, свитые из прутьев и выстланные зелеными тонкими веточками, устраиваются на деревьях. Обычная кладка состоит из 3 зеленоватобелых яиц с ржавыми и серыми пятнами. Яйца высиживаются самкою. Птенцы выкармливаются сообща. Резкий крик С. напоминает мяуканье кошки. Обыкновенный С. (В. vulgaris) - преимущественно западноевропейская птица; в Зап. Европе он распространен повсеместно, кроме сев. Швеции и Норвегии, в России же встречается в Прибалтийских губ., Польше, но не идет на восток далее Харьковской губ. Наоборот, рыжий С. (В. vulpinus) - по преимуществу русский вид, которого западная граница гнездованья довольно точно совпадает с зап. границею Европ. России. Окраска рыжего С. чрезвычайно варьирует, обыкновенно у старых птиц верхняя сторона тела - бурая, с неясными ржавыми пятнами, а нижняя сторона тела рыжеватая, с более светлыми пестринками. Горло белое, с буроватыми продольными черточками; хвост кирпично-красный, с темными поперечными полосами. С. обыкновенный (В. vulgaris) отличается от рыжего С., кроме своей большей величины (длина его до 24 и более дюймов, длина рыжего С. только до 20 дюймов), еще отсутствием рыжего цвета в своей окраски, которая, однако, в общем, походит на окраску рыжего С. и также сильно варьирует в деталях. В Киргизских степях и еще восточнее водится третий вид русских С. - белохвостый С. (Buteo ferox).

Ю. Вагнер.

Сасаниды

(Sassanides) - цари новоперсов. После того как в продолжительной борьбе с римлянами силы парфян истощились, в собственной Персии, где, по старым воспоминаниям, народный чувства высказывались всего сильнее, вспыхнуло восстание. Ардешир Бабегхан (прозванный греками Артаксерксом), из магийского семейства Сасанов, производившего себя от древних повелителей Персии, стал во главе борьбы против царя Ардабана и принял, в 226 г. после P. Хр., титул "царя царей". После двух сражений последний царь парфян был взят в плен и убит, царство парфян уничтожено; только в Армении и Бактрии продолжали существовать побочные линии арзакидов. С основанием господства С. наступила реакция против всего иноземного и, насколько возможно было, полнейшее восстановление древнеперсидского быта. Особенно вновь оживилась религия Зороастра: в большом собраний магов, образовавших в новоперсидском государстве могущественную знать, это учете было вновь утверждено. Для римлян С. скоро сделались столь же опасными врагами, какими были прежде арзакиды. Уже Александр Север должен был воевать против них, затем Валериан, около 260 г., против Сапора I; Галерий - около 300 г., против Нарзеса; Констанций и Юлиан - около 360 г., против Сапора II. В течение 400 лет С. - величайшая династия, какая когда-либо владела Персией - успешно боролись с римлянами и византийцами, но при Ездегерде III, после сражений при Кадезии (636) и Нехавенде (642), Персия покорена была арабами. Имена наиболее выдающихся царей династии С. еще и теперь живут в преданиях персидского народа, как прославленные представители персидской нации. Сасаниды оставили много памятников архитектуры и надписей; многочисленные монеты С. служат источником для восстановления некоторых исторических дат. Некоторые из С., особенно Хозрой Ануширван, способствовали процветанию культуры и образования и даже положили начало философии в Персии. Большая часть литературных памятников этого времени, написанных на языке пехлеви, уничтожена магометанами.

Сатанинский гриб

(Boletus satanas Lenz) - гриб шляпочный из класса гименомицетов (Hymenomyceteae) сем. трутовиковых (Polyporeae). Шляпка мясистая, сначала полушаровидная, потом плоская, белая или желтоватая, в 10 - 20 стм. в диаметре. Мясо белое, при обламывании краснеющее, а потом синеющее. Ножка толстая, клубневидная, в 5 - 10 стм. длины, желтая, оранжевая или красная снабженная у вершины сетчатым рисунком. Нижняя поверхность шляпки состоит из слоя вертикально расположенных желтых трубочек с ярко-красным устьем. Трубочки покрыты базидиями с 4-мя яйцевидными темно-оливковыми одноклетными спорами. С. гриб встречается в лиственных, гористых лесах Зап. Европы, а в России найден на Кавказе. Запаха неприятного он не имеет, вкус его приятный, сладковатый. Некоторые ученые (Lenz) считают его сильно ядовитым. По всей вероятности, С. гриб содержит едкие вещества (алкалоиды), сходные или даже тожественные с мускарином, которые обусловливают воспаление пищеварительных органов, проявляющееся тошнотой, рвотой, поносом, конвульсиями и т. д., но заканчивающееся смертью только в редких случаях. При употреблении таких грибов, содержащих алкалоиды, как некоторые сыроежки, мухомор, С. гриб, следует их хорошо сварить в соленой воде и отбросить при этом воду, в которой производили варку. Сушеные грибы можно также считать вполне безвредными. В случае отравления, симптомы которого наступают обыкновенно через полчаса или в крайнем случае через два часа после еды, следует давать больному рвотное, слабительное и черный кофе.

Яч.

Сатира

- поэтическое обличение текущей действительности: таково наиболее полное определение той многообразной литературной формы, которую обиходная речь, а за нею иногда и теория, называют сатирой. Определение это слишком широко: оно переносит на весьма обширную область литературного творчества название, первоначально свойственное вполне определенной и ограниченной форме. С точки зрения этого широкого определения сатирой должны быть названы "Недоросль", "ДонКихот", "За рубежом", хотя первое произведение относится к области драмы, второе  - романа, третье - публицистики. Теория, в сущности, не знает, что делать с С., считая ее то произведением лирическим, то эпическим и подчас относя к ней произведения обличительно проповеднического характера, то есть по существу своему прозаические. Между тем в том чистом виде, какой имела С. в своем источнике - в римской литературе она есть прежде всего произведете поэтическое. Характер поэтически - не говоря о стихотворной форме - сообщается С. тем внутренним пафосом, который выливается лишь в форму лирики; это не особенная степень пафоса - это его особый вид. Этот внутренний двигатель отличает С. от публицистики и не позволяет отнести ее к произведениям эпическим. Как бы ни было сильно негодующее возбуждение публициста, оно не должно отвлекать его от строго логических прозаических форм, в которых движется его мысль. Субъективные элементы публицистики, лишенные эстетического характера, бесконечно далеки от художественной лирики. С другой стороны, ничто не дает права отнести С. к области эпоса. Обличительный и насмешливый характер эпического произведения дает иногда обиходной речи повод назвать его сатирическим и, расширяя терминологию, относить к области чистой С. эпическое, а то и драматическое произведете с сатирическим оттенком. Но как бы ни был силен сатирический элемент в разных литературных формах - в драме, романе, памфлете, - называть их С., значит вносить смешение понятий в терминологию, о ясности которой должна заботиться теория. Иное дело - обиходная речь, которая, названием С. лишь оттеняет сатирический характер произведения, а также литературная история, которая привыкла интересоваться не столько судьбами известной формы, сколько литературным выражением тех или иных общественных настроений.

- Содержание понятия С. выясняется лучше всего из сопоставления его с иными смежными литературными и эстетическими формами. По исключительной силе пафоса, рядом с С. стоит ода, близкая ей по напряжению, но диаметрально противоположная по содержанию: ода славословит, С. бичует. Ближе к С. по содержанию как будто стоит элегия: обе исходят из одного источника - сознания несовершенств жизни; но элегия скорбит о них, а С. негодует; элегия вдохновляется широкими моментами личной и мировой жизни - сфера С. ограничивается вопросами текущей общественной жизни; излюбленное настроение элегии - пассивное, скорбное сознание бессилия - совершенно чуждо С., живой, боевой, деятельной, исполненной веры в осуществление своего идеала, смотрящей вперед, а не назад. Элемент насмешки, столь свойственный С., давал повод сопоставлять ее с юмором, но и это сравнение пригодно лишь для выяснения противоположности обоих явлений. Характернейшая черта юмора - сочувствие к тому, что он осмеивает - есть полное отрицание сущности С.; юмор есть носитель примирения, С. есть выражение борьбы; смех юмора  - это ласковая улыбка, смех С. - грозный и бешеный сарказм; юмор объективнее эпичнее, С. в своей истинной форме есть чистейшая лирика лирика негодования; наконец, юмор интересуется только индивидуальной психологией, тогда как С., даже изображая отдельные личности, имеет в виду только общественный строй. Отсюда разница в типах: тип в С. - не столько живой поэтический образ, сколько схематическое изображение, лишенное индивидуализирующих деталей, которые придают такую жизненность и прелесть созданиям юмора. Художественные образы вообще - не дело С.; вдохновленный бурным негодованием, потрясенный попранием идеала, сатирик не обладает тем душевным равновесием, которое составляет необходимое условие творческого объективирования жизненных впечатлений; могучий перевес социально-этических интересов над эстетическими делает из него лирика и подавляет в нем творца объективных типов. Медор, Сильван и Лука Кантемира не живые фигуры, а схематические воплощения тех или иных течений - не потому, чтоб автор не мог или не хотел сделать их иными, а потому, что эти схемы вполне исчерпывают настроение и намерения сатирика; большего от своих образов он не требует. Прежняя теория, отдававшая так много внимания мелочному разграничению и сближению литературных форм, сопоставляла С. с эпиграммой: и там, и здесь мы встречаемся с насмешкой над людскими слабостями. Но эпиграмма имеет в виду отдельную определенную личность, что в высшей степени чуждо высокому настроению сатирика; он проходит мимо всего исключительного, индивидуального; лишь пороки целого строя, целого общества рождают в нем творческое вдохновение.

История С. излагается различно, в зависимости от содержания, которое тот или иной исследователь вкладывает в этот термин. Образец расширения понятия мы имеем в мнении Галахова ("Отеч. Зап.", 1849 г., ј II), не соглашающегося с теми, которые приписывают "изобретение" С. тому или другому народу, вместо того, чтобы искать ее начала в духе человеческом. "Пускай Гораций называет С. стихотворением, неизвестным Греции, а Квинтилиан говорит: Satira tota nostra est  - их патриотическое или поэтическое увлечете может присвоить себе только название рода, а не самый род. С. встречается во всех известных литературах, или как особенное стихотворение, или как элемент, входящий в эпопею, оду, песню. Между произведениями санскритской литературы есть поэмы исключительно сатирические; значительная часть древнейшего литературного памятника в Китае, "Книги стихов", состоит из С. У греков С. явилась вместе с появлением поэзии". С такой точки зрения истории С. захватывает очень широкую область, представляя собой уж не судьбу определенной литературной формы, но историю обличительных настроений во всеобщей литературе. Родиной сатиры в европейской литературе считается Рим. В Греции были сатирические комедии и язвительные ямбы; парабаза была остатком сатирических вставок, которыми подчас прерывались слова хора в греческой комедии но С., как обособленной литературной формы, мы здесь не находим. Определенную форму придал ей впервые Энний, которого считают ее творцом. Но он воспользовался уже готовым видом народного творчества: уличные шуты забавляли толпу насмешливыми стихотворениями в определенной форме; наряду с сатурническим стихом здесь употреблялись и греческие размеры; получалась смесь - satura laux, блюдо мешанины, откуда, быть может не без влияния наименования сатиров, насмешливых полубожеств, получила название новая литературная форма. Под пером Гая Луцилия, одного из наиболее видных создателей этой формы, - Горация, уступающего ему по силе обличения, но превосходящего его в отделке формы, - ученика его Персия, не столько сатирика-обличителя, сколько философа, и, наконец, великого Ювенала, римская С. становится непреходящим образцом для всей последующей европейской литературы. Не находя выражения в определенной форме сатиры, сатирическое направление, можно сказать, проникает всю литературу средних веков, особенно конца их. Уже в французских баснях, фаблио, сирвентах сатирический элемент занимает заметное положение. "С. есть душа "романа о лисе". В области "городской лирики", носящей сильный отпечаток С., "иногда личной, на подобие древнегреческих ямбов, иногда общественной и политической, по образцу комедий Аристофана, иногда чисто моральной, подобно Горацию и Ювелану", должно отметить "Иерусалимский плач" (1214 г.) - "сплошной крик негодования против богатства духовенства и развращенности Рима" (Лансон). Наконец, ряд поэтов XIII в., в борьбе с настроением общества, государства и церкви, избирает сатирические темы исключительным предметом своих произведений. Таковы Гюйо де Прованс, Гюг де Берз, Пьер Кардиналь и особенно Рютбеф, "Роман Розы", произведения Раблэ, неисчерпаемый поток народного творчества, от насмешливых ярмарочных фарсов до популярных обличительных песенок - все это полно никого не щадящей галльской веселости, во всем умеющей подметить слабую сторону. Но настоящее воспроизведение римской С. мы встречаем в XVI в. Жак Петелье напомнил об этой форме в своем "Art poetigue" (1555). Ронсар, в "Discoars sur les imseres da temps", и Дюбеллэ, в "Poete courtisan", дали образцы С., еще не упоминая об этом названии. В 1560 г. Пьер Вире издал обличительные "Satyres chrestiennes de la cuisine papale", а дю Вердье - "Les ornonymes, satire contres les moeurs corrompues de ce siecle" (1572). К тому же времени относится так называемая "Мениппова сатира". "Satires franсaises" (1605), Воклэна де ла Френе, стоят ближе к посланиям; поэтому, быть может, о них и не упоминает Буало, провозглашающий родоначальником французской С. Матюрэна Ренье преувеличение, оправдываемое лишь до некоторой степени его эпическими, реальными созданиями, "Facbeux", "Repas ridicule" и "Macette"). Скорее это название подходило бы к самому Буало, если бы его С., легкая, скептическая, галантная, по существу относящаяся к области критики, а не поэзии, и напоминающая С. лишь по форме, не была так бесконечно далека от истинного пафоса негодования - жизненного нерва С. Приближение этого пафоса слышно в XVIII в., в "Pauvre diable" Вольтера, "Le dix-huitieme siecle" Жильбера, "Lе docteur Pancrace" Ж. M. Шенье. В XIX в., в "Ямбах" и "Сатирах" Барбье, в "Немезиде" Бартелеми, в "Chutiments" Гюго французская литература дает ряд превосходных образцов настоящей сатиры, бурной, искренней, негодующей.

Теперь редко кто назовет свое лирическое произведение С. и никто не погонится за верностью сатирической формы. В Германии уже дидактика шпильманов носила сатирический отпечаток; в поучительных произведениях Фройданка и Томазина де Цирклария (XIII в.), С. начинает выделяться из проповеди. Из Австрии в XII веке вышел сильный сатирик Генрих фон Мельк; его направление господствовало в духовной литературе следующего века. Австриец был и Штрикер, который, кроме своего продувного "Попа Амиса", создал ряд язвительных изображений придворного быта. В конце ХIII в. дворянская и придворная жизнь находить изображение в пятнадцати С. которые ошибочно приписывались некоему Зейфриду Гельблингу. Крестьянская жизнь обличается в "Meier Heimbrecht" Вернера Садовника, городская - в "Wiener Meerfahrt". В XIV в. С. занимается Гуго Тримберг; в XV появляется знаменитый "Narrenschiff" Себастьяна Бранта, от которого прежде вели историю немецкой С. Реформационная литература проникнута духом С., которая является излюбленным оружием обеих сторон. В ответ на "Похвалу глупости" и "Письма темных людей" появляются "Сетования темных людей" и другие произведения противников реформации, среди которых особенно выдается Мурнер. Самым выдающимся сатириком протестантства был Фишарт (1550 1589), "если можно назвать С. бесформенную тяжеловесную массу комических намеков, экскурсов, игры слов, прозвищ, созвучий и т. п." (Шерер). После Опица вновь наступает расцвет С., ознаменованный деятельностью Лауремберга, Рахеля, Грифиуса, Мошероша, Каница, Гунольда и др. В дальнейшем движении С., отказавшись от стихотворной формы, принимает более серьезный тон в произведениях Лискова и Рабенера. Гагедорн подражал Горацию, Рост писал личные С. против Готтшеда. Более поэтичны сатирические произведения Лихтенберга, Штольберга, Виланда, А. Шлегеля, Уланда ("Fruhlingsiled des Recensenten"), Гофмана фон Фаллерслебена. Есть С. и у Гете - "Gotter, Helden und Wieland", "Musen und Grazien in der Mark". С некоторыми оговорками можно считать сатирами "Atta Troll" и "Wintermarchen" Гейне. В Англии С. писали Голль, Рочестер, Драйден, великий Свифт, Поп, Байрон; в Италии - Apиoсто, Садьватор Роза, Аламанни, Бентиволио, Альфиери; в Испании - Арженсола, Нагарро, Ларра. В русской литературе С., как особая форма, процветала лишь в XVIII в., когда у нас так часто, в погоне за воспроизведшем содержания, ограничивались подражанием форме.

Но русская действительность всегда давала слишком богатый материал для сатирического воспроизведения, русские писатели были слишком полны общественными и моральными интересами, чтобы дух С. не был характерной чертой русской литературы. Уже в эпоху брожения, предшествовавшего Петровской реформе, русская повесть, под влиянием едкой С. польских рассказов, западных насмешливых фацеций и фаблио, "переходит от беспочвенного или идеального эпического рассказа к изображенью и осмеянию отживающих и тормозящих прогресс порядков" (Степович, "О древнерусской беллетристике"). "Притча о бражнике", переработанная из западных подлинников, попала вместе с апокрифами в число запрещенных церковью книг. Особенно были распространены С. на суд, и впоследствии составлявший язву русского строя и излюбленный предмет русской С.; таковы "Шемякин суд" и "Ерш Ершович, сын Щетинников". С. XVIII в. приходится уже вести борьбу на два фронта  - и в этом смысле весьма характерно ее начало: первая С. Кантемира уже намечает те противоположные течения общественной жизни, которые будут покрыты градом насмешек в С. этого века. Смеяться приходится уже не только над фигурами и порядками отживающими, но и над незаконными плодами новых веяний, над Медорами и Иванушками, фанатиками западной культурности, сумевшими понять и усвоить лишь показную ее сторону. Будучи, так сказать, программой сатирического направления в русской литературе, С. Кантемира является первым по времени и чуть не единственным образцом этой литературной формы. Не раз называли С. свои произведения писатели XVIII и XIX вв. ("С. на развращенные нравы нынешнего века" Николева, "С. первая и последняя" Капниста, "Чужой толк" Дмитриева, "К перу моему" Вяземского), но истинную глубину сатирического изображения русской жизни мы находим не в этих произведениях, а в комедии Грибоедова, в "Думе" Лермонтова, в романе (поэме) Гоголя, в разнообразных произведениях Салтыкова-Щедрина.

И даже в лирике, встречая подчас истинную С., со всей свойственной ей силой бичующего негодования ("Размышление у парадного подъезда", "Убогая и нарядная" Некрасова, "Последнее новоселье" и отчасти "На смерть Пушкина" Лермонтова), мы не найдем ни чистой формы, ни названия С.: уже у Державина смешивались в одном стихотворении две столь диаметрально противоположные формы, как ода и С. Вымирание чистых и обособленных лирических форм, продолжающих свое существование только в учебниках поэтики, особенно ясно выражено в судьбах С. История сатирического элемента в разнообразных произведениях русской литературы составила бы, в сущности, наиболее яркую и характерную сторону русской общественности, и именно потому не могла быть до сих пор представлена в достаточной полноте. Отдельные замечания по теории С. развеяны в статьях о выдающихся сатириках, особенно о Кантемире (Жуковского - "Сочинения", т. 5, Галахова - "Отеч. Зап.", 1849 г., ј11, Дудышкина - "Современник", 1848 г., ј 11). Ср. также Белинский, "Сочинения", т. VIII (о С. в русской литературе); Добролюбов, "Русская С. в век Екатерины" ("Соч.", т. 1); Пятковский, "Очерки из истории русской журналистики" (в книге "Из истории нашего лит. и обществ, развитая", СПб., 1888); Афанасьев, "Русские сатирич. журналы" (М., 1859); Нагуевский, "Римская С. и Ювенал" (Митава, 1879) и ряд др. работ, посвященных Ювеналу; Bautain, "De la satire" (1816); Viollet-leDuc, "Histoire de la satire en France" (в "Oeuvres" Матюр. Ренье, 1853); Ch. Lenient, "La S. en France" (1859 - 1866, 2 отд.); Schade, "Satiren and Pasquille aus der Reformationszeit" (Ганновер, 1863); Erich Schmidt, "Der Kampf gegen die Mode in der deutsch. Litteratur des XVIII J." ("Im neuen Reich", 1880,. ј39); Schneegans, "Geschichte der grotesken S." (Страсбург, 1894).

А. Горнфельд.

Сатиры

(saturoi) - в греческой мифологии лесные и горные духи, олицетворявшие элементарную грубую силу природы, что выражается в звериных атрибутах их внешнего облика. По Гесиоду, они имеют общее происхождение с горными нимфами и куретами и характеризуются поэтом как ничтожная и ни в чему неспособная порода. Глупые, плутоватые, склонные к проказам, падкие до вина и женщин, резвые и трусливые, они совмещают в себе свойства стихийных демонических сил и козлиной натуры, на что указывает самое имя (козел). Они отличаются сильно развитыми членами, имеют тупой нос, остроконечные козлиные унии, всклокоченную и щетинистую шерсть и сзади небольшой хвост. Они живут в лесах и горах, проводя время в охоте, плясках и занятиях музыкой; порой они вспугивают и разгоняют стада, или подкарауливают нимф, или участвуют в Дионисовых странствиях, прыгают, пьют и совершают разные глупые выходки. Их пляска, называвшаяся сикиннис, состояла из ритмического ряда прыжков, вследствие чего и сами они назывались прыгунами. Музыка С. была сельская, пастушеская; инструментами служили сиринга, флейта, цимбалы, кастаньеты и волынка. л людям С. были часто враждебны, преследовали женщин, являлись в образе домовых и т. п. В свите Диониса С. были непременными участниками оргии и спутниками бога, а потому самыми живыми и типичными представителями Дионисова культа. Вообще козел был животным, посвященным Дионису (тотемом бога), вследствие чего хор исполнителей Дионисовых дифирамбов состоял из С. В связи с этим некоторые (акад. Веселовский, "Три главы из исторической поэтики", СПб., 1899) склонны видеть в С., выступавших на Дионисовых празднествах в качестве исполнителей обрядового действа ряженых, костюм которых заимствован у тотема чествуемого бога. Напротив, ВиламовицМеллендорф ("Heracles", I, 1889, стр. 81 слл.) признает С. духами Пелопонесских гор и отрицает исконную связь их с так назыв. сатирическими хорами, полагая, что первоначально аттическими спутниками Диониса были конеобразные Силены (действительно на вазах VI и V в. обыкновенным является тип С. с лошадиным хвостом), на которых в VI в. были перенесены атрибуты пелопонесских С. Участвуя в хорах на Дионисовых празднествах, С. положили начало развитию греческой трагедии и, в частности, сатирической драмы. Древнее искусство изображало С. старыми, бородатыми существами отвратительной наружности, с обликом диких обезьян или леших. Со временем, однако, создался новый, художественный канон С.: младшие аттические художники стали изображать их в виде нежных юношей, занятых на доне природы различными забавами, собиранием винограда, приготовление вина, музыкальными упражнениями или участвующих в оргиях Диониса, в обществе Менад. Кроме С., в произведениях искусства встречаются также жены и дети С. Старший из С. назывался Силеном.

Литература: Muller-Wieseler, "Denkmaler der alten Kunst" (II, Геттинген, 1854  - 81); Jahn, "Berichte der Sach. Gesellsch. d. Wissensch." (1846); его же, "Die Satyrn und das Satyrdrama" ("Philologus", XXVII, 1-27); Heydemann, "Humoristische Vasenbilder aus Unteritalien" (Winkelman\'s "Programm", Б., 1870); его же, "Satyr, und Bakchennamen" (т. же, Галле, 1880); Wieseler, "De Pane et Paniscis atque Satyris cornutis in operibus artium Graecarum Romanarumque repraesentatus" (1875); Fortwangler, "Der Satyr anf Pergamon" ("Winkelmannsprogramm", Берл., 1880); Preller-Robert, "Griechische Mythologie" (I, Б., 1894).

Н. О.

Сатурн

- (Saturnus) - исконный национальный древнеримский бог, культ которого был одним из самых распространенных в Италии. Святилища С. можно было встретить всюду; многие местечки и города полуо-ва, наз. по имени бога; сама Италия, по преданию, именовалась в древности Сатурновой землей (Saturnia). В самом Риме святилище С. основанное, по преданию, Янусом (по др. Геркулесом), находилось у подошвы Kaпитoлийского холма и считалось древнейшим остатком доисторической эпохи Лация. Как явствует из этимологии слова (Saturnus от satus - посев), С. был богом земли и посевов. Ему приписывалось введение в Италии земледелия, садоводства, культуры винограда, удобрения земли, вследствие чего, как покровитель земледелия и податель плодородия, он считался, по преданию, доисторическим царем страны, переселившимся из Греции в Италию. Рассказывали, что С., низвергнутый с трона Юпитером, после долгих скитаний по морю прибыл в Лаций. В Риме существовало предание, что С. на корабле доехал по Тибру до Яникула, здесь нашел у Януса дружественный прием и затем основал себе убежище на другом берегу реки, у подошвы Капитолия, который раньше назывался холмом С. Исконное население Лация называлось Сатурновым; о поселянах, живших мирным трудом своих рук на лоне природы, говорили впоследствии, как об остатке Сатурнова поколения. Оттого же древнейший безыскусственный национальный размер, которым были сложены изречения Фавна и произведения древнейших поэтов, назывался Сатурновым (Сатурническим) или Фавновым. С именем С. было связано представление о золотом веке, когда народ жил в изобилии и вечном мире, не знал рабства, сословных неравенств и собственности. Когда С., подобно другим добрым царям и благодетелям человечества в римской мифологии, исчез, с ним исчез и чудный век, оставивший по себе лишь воспоминание. Учредителем культа С. считается Тулл Гостилий; постройка храма на месте древнего святилища относится к первым временам республики. Под храмом, который был воздвигнуть совместно в честь Сатурна и его супруги, богини Опс, находилось римское казначейство (aerarium Saturni), состоявшее как бы под охраною бога, при котором человечество знало изобилие и счастье. Изображение С. в течете целого года, за исключением декабрьских празднеств, у подножия было увито шерстяными лентами и как бы заковано, чтобы исходящая от бога благодать вечно была связана с городом и народом. Обряд богослужения в честь С. совершался по древнеримскому чипу, хотя при священнодействии жрец и молящиеся стояли с открытой головой (это называлось lucem facere), вероятно - вследствие влияния греческой обрядности и, в частности, по указанию Сивиллиных книг. Праздник С. назывался Сатурналии.

Н. О.

Сатурн

- планета видимая, невооруженным глазом как звезда первой величины, тускло-желтого цвета и известная в глубочайшей древности. До открытая Урана в 1781 т. С. считался самой удаленной планетой от солнца. Среднее расстояние С. до солнца 1418 милл. км. (9,54 расстояний от земли до солнца). Эксцентриситет орбиты равен 0,056 (самый значительный после Меркурия и Марса). Расстояние С. до земли колеблется от 1180 милл. км. (когда оппозиция приходится в декабре) до 1630 милл. км. (верхнее соединение в мае). В зависимости от этого, диаметр видимого диска С. меняется от 20 до 14 секунд. Сидерический оборот С. 29 лет 54 дня; синодический 378 дней. Наклонность орбиты к эклиптике 2 1/2º. Диаметр С. равен 9-ти диаметрам земли; поверхность в 82, объем в 760, масса в 95 раз больше земли (т. е. 1/3500 массы солнца). Плотность С. наименьшая среди других планет, в 8 раз меньше плотности земли или только 5/7 воды. Наклонность экватора С. к эклиптике достигает 28º. Из сопоставления сжатия С. (1/9) со скоростью вращения следует, что плотность планеты сильно возрастает к центру, и потому части, близкая к поверхности, вероятно, не тверды и даже не жидки, а быть может представляют пылеобразное строение, подобное кометам или кольцам С. Это подтверждается и внешним видом С. Еще Кассини в 1675 г. заметил на С. полосы, параллельные экватору; подобные полосы, иногда розоватого цвета с мутно-зелеными промежутками, никогда не пропадали; пятна же замечались весьма редко. Первое достоверное наблюдение яркого белого пятна принадлежит Асафу Холлу. Из наблюдений своих (1876 г.) он вывел для периода вращения планеты 10h14m5. В новейшее время Стоили Вильмас и Бреннер утверждали, что видели много темных и светлых пятен. На рисунке Бреннера резкость пятен несомненно утрирована. Чрезвычайно большое альбедо (Аlbedo - отражательная способность) С. - 0,72 подтверждает, что мы видим лишь облакообразные формации в его атмосфере. Спектр С. отраженный спектр солнца; только в красной и оранжевой частях его заметны широкие полосы поглощения. Темнейшая часть их приходится на длину волны в 618 mm. Существует некоторое указание, что С. еще не вполне остыл даже с поверхности и испускает собственный свет и тепло.

В теории движения С. особенно известно так наз. "великое неравенство" С. и Юпитера, зависящее от близкой соизмеримости их движений и объясненное впервые Лапласом в 1785 г. Вследствие удаления своего от земли, С. почти не имеет фаз. Солнце с С. видно под углом в 3› (в 10 раз меньше чем с земли). Свет и тепло солнца в 89 раз меньше, чем у нас. Для наших оптических средств земля была бы не видна с С., так как постоянно скрыта в лучах солнца. С. обозначается знаком, который объясняют или как символ косы, или как сокращение первых двух букв слова KronoV. В астрологии С. считался холодной и сухой планетой. Отняв (по мифу) производительную силу у неба (OuranoV), он распределял ее на земле, считался гением посевов. Халдеи называли С. старым, остывшим солнцем, у греков С. носил название jainon "тускло светящий", затем Кронос; у древних евреев Ремфан (Амос 5), у египтян - Harkahri, y халдеев - Mullalu. В алхимии С. соответствовал свинцу и ониксу. - С. имеет 8 спутников: Мимас, Энцеляд, Тефида, Диона, Рея, Титан, Гиперион, Япет (в марте этого года В. Пикеринг объявил, что на нескольких фотографических пластинках, снятых в августе 1898 г., найден им новый, 9-ый, чрезвычайно слабый спутник С., с периодом обращения в 17 месяцев, но до сих пор (декабрь 1899 г.) этому известию нет подтверждения).

Из них Титан по своей величине далеко превосходит все остальные. Орбиты всех спутников весьма близки к круговым, лишь Гиперион имеет заметный эксцентриситет. Плоскости орбит спутников, особенно внутренних, почти совпадают с плоскостью экватора планеты; причина тому - сжатие С. Еще Кассини заметил, что Япет неизменно тускнеет в одной части орбиты; это зависит от пятен на поверхности спутника и указывает, что период вращения его на оси равен периоду обращения вокруг С. С. окружен в плоскости экватора системой блестящих колец. Впервые заметил необычайные придатки у С. Галилей в 1610 г.: планета ему казалась тройной; вскоре, вследствие перемены положения земли относительно плоскости колец, придатки исчезли и Галилеи отчаялся их объяснить.

Первый разгадал Гюйгенс; его открытие, сообщенное сначала в виде криптограммы, которой смысл был: Annulo cingitur, tenui, раnо, nusquam, cohaerente, ad eclipticam inclinato, изложено в сочинении "Systema Saturnium" 1659 г. Спустя 20 лет Кассини заметил темную, резкую полоску, разделяющую кольцо на две неравные части. Внешнее кольцо значительно ярче внутреннего. Кроме этого главного, видимого всегда, деления колец, существует много других, весьма тонких и трудно заметных; по временам они пропадают, появляются вновь, быть может меняют место; иногда даже яркая полоска заступает место прежнего темного деления. Подобные шрихи видел еще Шорт в прошлом столетии, затем в 1831 г. Кашэр, в 1838 - Энке (его имя приписано наиболее устойчивому делению на внешнем кольце). В новейшее время Келер, Бреннер, Шеберле, Антониади и др. замечали подобные, едва уловимые, линии и тем подтвердили, что вся система распадается на множество отдельных тонких колец. В 1851 г. Лассель и Доуэс одновременно открыли так наз. темные кольца (полупрозрачные, сквозь них виден контур планеты), распространяющиеся внутрь от ярких колец. В зависимости от положения С. на орбите, иногда кольца бывают "раскрыты" и нам хорошо видны, когда же земля или солнце находятся в их плоскости, кольца представляются в виде тончайшей линии. Кольца исчезают совсем, когда солнце и земля располагаются по разным сторонам от их плоскости. Радиус внешнего края ярких колец 138 тыс. км., а внутреннего 91 тыс. км.; размеры туманного кольца трудно определить: они не имеют резкого контура. Угловой средний диаметр всей системы колец 40"; ширина внешнего кольца 5/4 диаметра земли; деление Кассини 1/2; внутреннее яркое кольцо - 2, туманные кольца - 5/4 диаметра земли. Расстояние внешнего края до С. в два раза меньше чем луны до земли; толщина колец не более 200 км. Швабе в 1827 г. заметил, что центр кольца не совпадает с центром С. Отдельные кольца не лежат строго в одной плоскости - тень самого С. на кольце имеет ломанный или кривой контур. Большой интерес представляет теория равновесия колец. Исследования Лапласа, Ковалевской и др. равновесия твердых и жидких колец имеют только математический интерес: такие кольца существовать не могут. Признано единственно возможным строение пылеобразное: кольца состоят из бесчисленного множества отдельных телец - метеоритов, которые сливаются для глаза на большом расстоянии в одну массу. Первый доказал это теоретически Рош в 1848 г. Он вывел предел, внутри которого не может существовать спутник без того, чтобы не быть разорванным приливным действием планеты, и показал, что кольца С. целиком лежат внутри этого предела. Подробно развил метеоритную теорию Максуэлл, в 1859 г.: в толще колец, под влиянием возмущающих сил, распространяются волны, местами происходят разрывы, местами - уплотнения, но вся система устойчива под условием, чтобы плотность распределения метеоритов была в известном соотношении с их размерами и с плотностью самой планеты. Идея о роли, которую приписывают кольцу С. в космогонических гипотезах, теперь изменилась. После работ Роша и Д. Дарвина кольцо можно рассматривать, скорее как развеянный спутник, чем как еще не сложившийся. Быть может, внутренние части колец мало помалу упадут на планету, а на внешнем краю, или немного далее, за пределом Рота, останется ряд спутничков. Наблюдения как будто подтверждают это: Отто Струве, сравнивая свои измерения в 1851 г. с наблюдениями прошлого столетия, нашел, что внутренний обод ярких колец сузился. Только в последнее время, благодаря спектрографии, определено Белопольским, Килефом и Деландром вращение колец (попытку В. Гершеля нельзя назвать удачной). Смещения линий в спектре дали для внешнего края ярких колец период вращения 13, для середины - 10h, для внутреннего края - 7h. Эти числа совершенно согласны с теми, которые получаются на основании законов Кеплера, в предположении отдельных спутников. Фотометрия с своей стороны дала веское подтверждение метеоритной гипотезы колец. Теория Земпера освещения пылеобразных тел оказалась в полном согласи с многолетними наблюдениями яркости колец Мюллером и Шмидтом. Эти изыскания указывают, что расстояния между метеоритами весьма значительны: действительный, физический объем колец должен быть, по крайней мере, в 25 раз меньше видимого. Характерным фактом является неизменность яркости кольца при всяких углах падения лучей света. Нужно заметить, что a priori мысль о пылеобразном строении высказал еще Жак Кассини в 1715 г.

В. Серафимов.

Сатурналии

(Saturnalia) - у древних римлян праздник в честь Сатурна, с именем которого жители Лация связывали введение земледелия и успехи первоначальной культуры. Праздник приходился на последнюю половину декабря - время, когда приходили к концу земледельческие работы и всякому хотелось отдохнуть и повеселиться по случаю окончания жатвы. Во время С. общественные дела приостанавливались, школьники освобождались от занятий, преступников возбранялось наказывать. Рабы получали в эти дни особые льготы: они освобождались от обыденных трудов, имели право носить pilleus (символ освобождения), получали позволение участвовать за общим столом в одежде господ и даже принимали от них услуги. Общественное празднество начиналось жертвоприношением перед храмом Сатурна на форуме; затем устраивалось религиозное пиршество, в котором принимали участие сенаторы и всадники, одетые в особый костюм. В семьях день начинался с жертвоприношения (закалывали свинью) и проходил в веселье, причем друзья и родственники обменивались подарками. Улицы были запружены народными толпами; всюду раздавались восклицания Jo Saturnalia (это называлось clamare Saturnalia). Обрядовая сторона празднества имела исконный римский характер, хотя с 217 г. были введены лектистернии и обычай стоять с непокрытой головой во время жертвоприношения. По мнению Марквардта, праздник рабов, которые в эти дни как бы уравнивались в правах с господами, в воспоминание существовавшего при Сатурне всеобщего равенства, был освящен тем же предписанием Сивиллиных книг, как и учреждение лектистерний. Праздничные развлечения продолжались в течение нескольких дней (в конце республики - 7). В числе праздничных подарков фигурировали, между прочим, cerei (восковые свечи) и sigillaria (сделанные из терракоты или теста фигурки). Первые служили символом того, что праздник С. приходился на время зимнего солнцестояния (bruma); вторые являются пережитком обряда жертвоприношения Сатурну.

Н. О.

Саул

- первый царь еврейского народа, помазанный на царство Самуилом, по желанию народа, в XI в. до Р. Хр. Избрание царем этого простого, хотя и зажиточного вениамитянина, который пошел искать потерявшихся ослиц, а нашел царство, переносит нас в эпоху первичной стадии государственности, только что начавшей вырабатываться из полной общественной безурядицы времени Судей. Красивый и высокий ростом, он сразу очаровал народ, который при избрании его восторженно кричал: "да живет царь! " (1 Цар. X, 23, 24). Неиспорченный жизнью и властолюбием, С. на первых порах оказался на высоте своего призвания и нанес несколько поражений неприятелям; но затем, все более опьяняемый властью, он начал уклоняться от прежней простоты, окружать себя пышностью и тяготиться влиянием Самуила. Не смотря на данное последнему обещание во всем следовать его советам, С. начал действовать самовластно; возлагавшиеся на него надежды исчезли, и Самуил должен был тайно помазать на царство другого, более достойного человека - Давида. Когда С. узнал об этом, то впал в мрачную меланхолию, граничившую с помешательством; он яростно преследовал своего соперника и совершал большие жестокости. Погиб от собственного меча после несчастной битвы с филистимлянами при Гелвуе. Жизнь его описана в 1 книге Царств гл. IX - XXXI. Его 40-летнее царствование не осталось бесследным для народа: при нем значительно поднялось военное могущество евреев и, несмотря на смуты и последнее поражение от филистимлян, страна вступила на путь быстрого политического развития, которое и достигло высокой степени при его ближайших преемниках - Давиде и Соломоне. См. А. Лопухин, "Библейская история" (т. II); Я. Богородский, "Еврейские цари".

А. Л.

Сафонов Василий Ильич

- пианист и композитор, род. в 1852 г. Окончив курс консерватории, до классу фортепиано профессора Брассена; успешно дебютировал в качестве пианиста в одном из симфонических собраний Императорского русского музыкального общества; затем предпринял артистическое турне с виолончелистом Давыдовым. В 1881 г. приглашен преподавателем фортепианной игры в петербургскую консерваторию, но вскоре перешел профессором в московскую консерваторию. С 1888 г. С. состоит директором этой консерватории, не покидая фортепианного класса. Из учеников его особенно выделился Левин, получивший на конкурсе 1897 г. первую премию имени А. Г. Рубинштейна. В должности директора С. проявил прекрасные организаторские способности. Несколько лет тому назад С. принял на себя дирижирование симфоническими концертами Имп. русского музыкального общества в Москве. Среди русских капельмейстеров С. занимает очень видное место, являясь энергичным пропагандистом всего нового и интересного как в русской, так и иностранной литературе.

И. С.

Сафьян

С. в собственном смысле называют кожу козы, продубленную сумаком и выкрашенную в какой-нибудь из ярких цветов. Для обработки козьей шкуры на С. ее размачивают в воде, затем в известковых зольниках возрастающей крепости (2 - 3). Когда волос начнет идти, его сгоняют на колоде, а шкуру снова пускают в зольник, пока не образуется достаточный нажор (1 - 2 недели). Между зольниками и после них шкура мездрится, лицевая сторона ее тщательно подбривается и полируется камнем. Затем следуют промывка во вращающихся бочках при постоянном притоке свежей воды. Так как С. должен обладать безупречной лицевой поверхностью, то после промывки шкура идет в кисель из пшеничных отрубей - для удаления последних следов извести. После этого шкура тщательно вымывается и пускается через 2 - 3 соковых чана из старого сумачного сока, после которых следует собственно дубление сумаком. Это последнее совершается во вращающихся барабанах, куда вводятся подготовленные шкуры, теплая вода и порошок сумака. Дубление оканчивается в 1 1/2 - 2 суток. Окраска С. совершается обработкой уже продубленной кожи в растворах анилиновых красок, причем дубильное вещество само служит протравой. Если окрашивают отварами красильных деревьев, то предварительно кожу перед красильной ванной протравляют оловянной или глиноземной протравой. В красный цвет С. красится обыкновенно кошенилью перед обработкой сумачными соками. Для этой цели тщательнейшим образом вымытые шкуры протравляются теплым раствором хлористого олова. Красильная ванна составляется из раствора кошенили и рвотного камня. Двух ванн обыкновенно достаточно, чтобы придать товару ярко-красный цвет. Выкрашенные кожи высушиваются и затем на них наводится глянец. Для этого лицо кожи смазывается эмульсией из взбитых яичных белков, льняного масла и водного раствора той краски, которой кожа окрашена, и растирается стеклянным цилиндром при сильном надавливании. Для придания того или иного рисунка (шагрень) кожа подвергается накатыванию вальцом с соответственно отделанной поверхностью. Низшие сорта С. готовят из овечьих и телячьих шкур. Овечьи шкуры при этом двоят; на С. идет лицевая сторона, левая переделывается на замшу. Дубление совершается ивовой, дубовой или сосновой корой. Этот род С. часто окрашивается в черный цвет. Телячьи кожи после окраски не глазируются, а оставляются матовыми с рисунком или без него.

М. М. Тихвинский.

Сахалин

- о-в близ вост. берега Сибири, между 46º и 54 1/2º с. ш. и 141 1/2º и 145º в. д.; вытянут с С на Ю на протяжении ок. 850 в., при наибольшей шир. в 183 в. и наименьшей в 24 в. Ближайшее расстояние от материка Азии близ устья Амура, между мысами Лазарева и Погоби, ок. 7 в.; южн. конец С. отходит от берега материка на расстояние ок. 300 в., считая по параллели. Наименьшая ширина Лаперузова прол., отделяющего С. от японского о-ва Иессо, ок. 40 в. Между С. и материком находится Северояпонское море, продолжение которого составляет Татарский прол., получивший в своей наиболее узкой части, близ устья р. Амура, название прод. Невельского. Наименьшая ширина пролива совпадает с его наименьшей глуб. От мыса Лазарева на С мыса Марии глубины настолько незначительны, что трое известных мореплавателей, Лаперуз, Крузенштерн и Браутон, пытавшихся проникнуть этим прол. из Охотского моря в Японское или обратно, пришли в заключению, что С. - полуо-в и соединяется с материком песчаной банкой. Впоследствии фарватер был найден Невельским, но оказался проходимым только для судов с осадкой не глубже 23 фт. К Ю от мыса Лазарева глуб. быстро увеличиваются; на параллели зал. ДеКастри доходит до 26 саж.; между Де-Кастри и Императорской гаванью на расстоянии одного кабельтова от матерого берега 25 - 30 саж., местами даже 40; далее на Ю глубины постепенно увеличиваются. Между мысами Соя на Иecco и Крильоном на С. в Лаперузовом прол. глуб. не превосходит 20 - 25 саж., но по обе стороны этой линии сразу увеличиваются; стало быть в Лаперузовом прол. существует подводное возвышение дна, составляющее как бы продолжение к Ю Сахалинских гор.

Таким образом Северояпонское море является почти замкнутым и только поверхностные слои воды в нем соединяются в двух местах с водой Охотского м. Вода в Северояпонском море значительно теплее нежели в Охотском, которое по своим свойствам приближается к полярным морям. Главной причиной низкой tº последнего моря заключается в массах льда, которые, зарождаясь в Гижигинской и Пенжинской губах, почти круглое лето держатся у сев. конца С. Эти льды сев. сахалинским течением, омывающим сев. часть о-ва и сев. половину его вост. берега, заносятся до широт среднего С. Влияние низких температурь Охотского м. не распространяется на Сев. Японское м., так как этому препятствует С. К тому же течение из Амура преграждает доступ льдам из Охотского м. в Татарский прол. Лаперузов прол., чрез который соединяются только поверхностные слои обоих морей, не способствует охлаждению Японского м. еще по той причине, что к нему подходит теплое японское течение Кура-сиво. Одна ветвь его заворачивает в Охотское м., а другая, поднимаясь вдоль зап. берега С., оказывает благотворное влияние на климат этой части о-ва. Физические свойства морей, омывающих С., определяют разницу в климатах разных частей о-ва. Сев. часть его, подходя близко к материку, в климатическом отношении находится под влиянием этого последнего. Сильное охлаждение Вост. Сибири в течете зимы, когда прол. Невельского замерзает сплошь, обусловливает на С. сильные С и СЗ ветра, под влиянием которых зимы в сев. части о-ва отличаются континентальной суровостью. Замерзание ртути здесь обыкновенное явление. Летом в сев. части о-ва преобладают ветра, дующие с холодного Охотского м., т. е. Ю и ЮВ, которые сильно понижают температуру лета. Таким образом в климатическом отношении сев. и средний С. поставлены в вдвойне невыгодные условия: эти части о-ва имеют суровые континентальные зимы и холодное лето приморских стран. Зима в сев. части по средней температуре приближается к зиме побережья Ледовитого ок. в Европе или южн. части Новой Земли; лето походит на лето берегов Белого м., хотя сев. конец С. находится приблизительно на широте Симбирска. В устье р. Тыми на вост. берегу о-ва и в Дуэ, почти на широте Саратова, встречается вечная мерзлота, чем далее на Ю от Дуэ, тем климат становится мягче, тем более он приобретает морской характер. Вместе с тем возрастает разница в климатах зап. берега о-ва и противолежащего берега материка Азии, разница, состоящая в том, что зимние холода на С. менее значительны, нежели на соответственной широте побережья Вост. Сибири. Однако, зима и лето южн. части о-ва напоминают по средней температуре те же времена года Архангельской и Олонецкой губ., хотя южн. конец С. находится па широте Одессы и Астрахани.

Помимо низкой температуры зимы и лета С. отличается еще тем, что весна гораздо холоднее осени, даже внутри о-ва, но особенно на юге его.

Несмотря на незначительную ширину С. и его вытянутость в меридиональном направлении, наблюдается большая разница в климате его вост. и зап. берегов. В этом именно и проявляется различное влияние морей, омывающих о-в. На вост. берегу, омываемом холодным Охотским м., где даже в июне встречаются плавающие льды, на широте устья р. Тыми, климат много суровее, зима и лето много холоднее, нежели на соответственной широте зап. берега. Это происходит оттого, что влияние холодного Охотского м., благодаря гористому характеру о-ва и меридиональному расположению хребтов, задерживающих ветра, не передается на зап. берег. Количество осадков на всем протяжении С. весьма значительно - ок. 500 мм. и даже более. Зима отличается обилием снега, а лето частыми дождями. Толщина снежного покрова доходит до 7 фт. В Кусуннае в течение года наблюдается до 150 ненастных дней, из них 60 дождливых и 90 снежных. Летом частые туманы, более на вост. берегу, чем на зап. Поверхность С. почти сплошь гориста, и только между хребтами расположены низменности, по которым протекают довольно значительный реки. Горы, подходя к самому берегу, обусловливают скалистый характер берегов о-ва. Зап. берег от южн. оконечности, мыса Крильон состоит почти из сплошной каменной стены, возвышающейся местами 100 и 200 фт.; по всему протяжению здесь нет ни одного сколько-нибудь значительного залива, нет и о-вов, за исключением Моннерона, лежащего бл. южн. конца С. Такой характер зап. берег сохраняет до мыса Уанды, находящегося против зал. Де-Кастри. К сев. от этого мыса тянется плоский песчаный берег, простирающийся вдоль всего амурского лимана, но в Охотском м., бл. сев. оконечности С., берег становится снова гористым. На вост. берегу наблюдается подобная же смена крутых и плоских берегов и приблизительно в тех же широтах, но здесь имеются два обширные залива, именно: Ныйский и Терпения. В тех местах, где берег низмен, существует не мало озер, отделенных от моря низкими перешейками и соединенных с ним протоками. Эти протоки, а также устья больших рек, являются единственными местами, где небольшие суда могут находить себе пристанище, так как настоящих гаваней по всему побережью о-ва не существует. К таким береговым озерам относятся на сев.: Байкал и оз. Тамлаво; южнее: оз. Трайсиска, на берегу зал. Анива; зал. Буссе, оз. Тунайга, Вавай, Тинесани; в зал. Терпения: оз. Тарайка. На поверхности С. различают пять отдельных хребтов, из которых все тянутся в меридиональном направлении. В сев. части о-ва находится 1) Сев. центральный хребет, ср. выс. которого 1500, наибольшая до 2000 фт. 2) Зап. прибрежный, пролегающий по всему зап. берегу о-ва до юго-зап. оконечности, отличается острозубчатыми вершинами и крутыми, трудно доступными склонами. Высшие точки его достигают 3000 фт. высоты и более. 3) Вост. прибрежный хр. тянется по вост. берегу от мыса Терпения на сев. Между вост. и зап. прибрежными хребтами, внутри острова - обширная низменность, расширяющаяся по направлению на Ю и орошающая двумя величайшими реками о-ва: pp. Тыми и Поронаем. От поста Найбучи на Ю до зап. Анива на вост. берегу тянется 4-й хребет, по зап. сторону которого находится низменность, орошаемая небольшими pp. Сусуя и Оненай. В юго-вост. оконечности С. от мыса Тонина до м. Анива располагается 5-й хребет, ограничивающий с вост. третью большую низменность о-ва.

Все реки С. носят характер горных потоков, они быстры и порожисты, так что только инородцы на долбленых лодках, при помощи шестов, могут плавать по ним. Наибольшие pp.: Тыми, бол. 200 вер. дл., впадающая в Ныйский зал., и Поронай, приблизительно той же длины изливающаяся в зал. Терпения. Низовья этих pp. на протяжении 60 - 70 в. от моря имеют медленное течение и достаточную глубину для того, чтобы по ним могли ходить небольшие суда. Возле Дуэ и Кусунная pp., замерзают в половине ноября и вскрываются в конце марта или начале апреля, но некоторые pp., напр. Тыми, в особенно быстрых местах не замерзают всю зиму, несмотря на морозы ниже точки замерзания ртути. В бухтах зап. берега преобладают осадочные горные породы с остатками различных организмов; мысы состоят из кристаллических пород, в особенности из диорита и породы, похожей на базальт. Самые древние осадочные пласты выступают на мысе Дуэ. Они состоят из серого мергеля с огромными аммонитами, Inoceramus, и принадлежат к меловой системе. Меловые пласты С., по мнению г. Шмидта, проявляют очевидное сходство с южноиндейскими медовыми отложениями. На Ю о-ва найдены пласты зеленого песчаника с ехинитами. Отложения третичной системы в виде пластов песчаника, сланцеватой глины и конгломерата со множеством остатков третичной флоры, напр. дуба, клена, березы, встречаются точно также на зап. берегу С. В отложениях этой системы как по берегу, мак и внутри о-ва находится каменный уголь. Выше наземных третичных отложений, близ Дуэ, лежит пласт с морскими раковинами той же системы, простирающийся по всему зап. берегу о-ва и переходящий на материковый берег Охотского моря до Камчатки и даже на Алеутские о-ва. На южной оконечности С. преобладают белые мергели с немногими раковинами и остатками рыб, вероятно, осадки более глубокого моря. Таким образом третичные отложения о-ва частью образовались на суше, частью морского происхождения. Первые, по мнению г. Шмидта, принадлежат к миоценовым, вторые же к плиоценовым отложениям и всего более соответствуют красному английскому краг. Из полезных ископаемых кроме каменного угля на С., именно, в сев. его части, найдена нефть. Соответственно суровому климату С. растительность его носит северный характер. Почти весь о-в с С до Ю покрыт густым высокоствольным лесом, по преимуществу, хвойным, состоящим из сахалинской ели (Abies Veitchi), пихты (Abies ajanensis) и лиственницы (Larix daurica). На сев. преобладает лиственница, на Ю две первых породы. По своему характеру флора большей части о-ва представляет типичную сибирскую тайгу, но в долинах, а в южн. С. и в горах, растительность носит более мягкий характер. Несмотря на незначительную высоту гор в вертикальном направлении в них различают 5-6 растительных зон. В средней части о-ва нижнюю зону составляет нижний пояс лиственного леса, встречающегося исключительно в речных долинах, защищенных от господствующих ветров. Этот лес состоит по преимуществу из березы (Betula alba, В. Ermani), ольхи (Ainus incana), осины, душистого тополя (Populus suaveolans), вяза, ив. Из кустарников здесь наиболее обыкновенны: шиповник (Rosa cinnamomea), жимолость (Lonicera chrysanthea), красная смородина (Ribes rubrum), бузина (Sambucus racemosa), боярка (Crataequs). Благодаря обилию атмосферных осадков, травы в речных долинах достигают необыкновенной сочности и роскоши. Особенно обращают на себя внимание тростеполовица (Calamogrostis Langsdorffii), Cacalia hastaefolia, Spiraea kamtschatica, в особенности южный habitus имеют Petasites japonicus и Angelophyllum ursinum. Склоны гор приблизительно до 700 - 800 фт. высоты покрыты хвойным лесом, состоящим из упомянутых раньше пород, но выше, именно от 700 до 1200 фт., начинается снова лиственный лес, состоящий главным образом из березы (Betula Ermanni). В этой же зоне встречается и бамбук (Arundinaria Kurilensis). Еще выше идет пояс кедрового сланца, и на вершинах отдельных высот встречается совершенно еще не исследованная альпийская флора. В общем такое распределение растительности в вертикальном направлении наблюдается на всем протяжении о-ва, но в южной его части подмешивается значительное количество южных, частью японских, деревьев и кустарников. Эти южные формы встречаются по преимуществу на зап. берегу южного С., и не в долинах, а в зоне верхнего лиственного леса. К числу таких форм принадлежат: Phyllodendron amurense, Panax ricinifolia, Prunus Maackii, Skimmia japonica. Ilex crenata, Rhus radicans, виноград (Vitis Thunbergii), Viburnum plicatum и мн. другие. Прибрежные низменности С., в особенности открытая со стороны Охотского моря, представляют из себя тундры. Флора их состоит из мхов, лишайника, вороницы (Empetrum nigrum), брусники, ерника (Betula nana), клюквы, морошки, дрозеры (Drosera) и проч. Местами только среди тундры встречаются чахлые деревья лиственницы, имеются шпалерную форму. По вост. берегу типичная тундра находится в Поронайской низменности, приблизительно на широте пос. Дубовки (Саратовской губ., которая славится своими арбузами). Существование тундр на низменных берегах С., в особенности на побережье Охотского моря, объясняется влиянием холодных ветров.

В животном мире С. преобладают представители сибирской тайги. Из млекопитающих здесь в огромном количестве водятся медведи (Ursus horribilis), а также соболь, росомаха, белка, летяга, рысь, северный олень, волк, лисица; изредка из Амурского края чрез замерзший Татарский прол. перебирается тигр. На юге С. к этим млекопитающим не прибавляется ни одна более южная форма. Здесь недостает некоторых млекопитающих, которые водятся в тех же широтах и при тех же физических условиях в Амурском крае, именно: кабана, енотовидной собаки, изюбра, лося, барсука. В отсутствии перечисленных животных выражается островной характер сахалинской фауны. Из птиц в хвойном лесу о-ва наиболее обыкновенны; рябчик, дикушка или черный рябчик (Canace falcipennis), восточносибирский глухарь (Tetrao urogalloides), сойки-ронжа (Garrulus infaustus), многочисленные дятлы, синицы, славки, клесты и проч. В южной части о-ва к этой чисто сибирской фауне присоединяется несколько южных, по преимуществу японских птиц; таковы, краснозобый дрозд (Merula chrysolaus), долгохвостый снегирь (Uragus sanguinolentus) и некоторые другие. Из гадов на С. водятся только обыкновенная гадюка, живородящая ящерица, серая жаба и травяная лягушка (Rana temporaria). Из пресноводных рыб найдены налим, карась, чебак (Leuciscus sachalineusis), форель, кроме того летом из моря в реки входят в большом количестве различные лососевые рыбы, из которых наибольшее значение в промысловом отношении имеют кета (Oncorhynchus lagocephalus) и горбуша (Oncorhynchus ргоteus). Морские фауны берегов С. весьма различны по обе стороны о-ва. Моллюски зап. берега в Северояпонском море поражают разнородностью своих составных элементов; среди них встречаются виды высокие северных широт, находимые в водах Охотского и Берингова морей, и вместе с тем формы южные, даже тропические. Наоборот, в Охотском море вся фауна моллюсков состоит из циркумполярных, полярных и борейских видов. По вост. берегу С. в большом количестве водятся сивуча (Otaria Stelleri), тюлени, из которых наиболее замечателен полосатый тюлень (Phoca fasciata); встречаются также морские котики, большое лежбище которых находится на острове Тюленьем, близ вост. берега С. в заливе Терпения. Полярный характер морской прибрежной фауны вост. берега С. выражается еще в существовании "птичьих гор" или скал, населенных бесчисленным множеством птиц из сем. кайр (Alcidae).

Коренные жители С. - гиляки на сев. и айны на юге; первых насчитывают до 2000 душ об. п., вторых  - до 2500; на вост. берегу в небольшом числе живут также ороки. Русские стали селиться на С. с 1857 г., когда был основан первый пост Дуэ. По переписи 1897 г. на С. было 28113 жит. (20472 мжч. и 7641 жнщ.); из них ссыльнокаторжных 4979 (4220 мжч. и 759 жнщ.), ссыльнопоселенцев 6934 (6055 мжч. и 879 жнщ.) и поселенцев из каторжных 1566 (1273 мжч. и 293 жнщ.), всего ссыльных 13479 (11548 мжч. и 1931. жнщ.) или 48% всего населения о-ва. Селений 97, дворов 4712. Из селений более значительные: посты Дуэ (1049 жит.), Александровский (3857), южный (1166), Корсаковский (1664), села Рыковское (3033), Дербинское (1339) и НовоМихайловское (817 ж.). Инородческое население занимается рыболовством, боем тюленя и охотничьим промыслом, предметом которого служит главн. образ, соболь, а также медведь, белка, сев. олень. В 1890 г. на С. было добыто соболей одними русскими промышленниками 1071. Русское население состоит почти исключительно из ссыльных. Отбывающие каторгу занимаются добыванием каменного угля, рубкой леса, проведением дорог и проч. Семейные занимаются по большей части земледелием. В 1894 г. общая площадь посева под хлеба на С. равнялась 2924 дес., под огороды - 646. Из 2924 дес. 3% занято было озимою рожью, 25,3 - ярицею, 40,4 пшеницею, 26,1 - овсом, 5,2 - ячменем. Из огородных растении лучше всего родятся капуста, картофеля редька, репа. Средний урожай за 5 лет в тюремном хозяйстве Тымовского окр.: озимая рожь сам 8, 8, ярица 5,7, пшеница 6,6, овес 7,6, ячмень 6,4, картофель 8,9. Домашнего скота у русского населения в 1896 г. было: рогат. - 6000, лош. - 1890, овец 40, свиней - 1020. Горная промышленность состоит исключительно в добывании угля. В 1894 г. на рудниках общества "Сахалин" добыто 437000 пд. угля, Маковского и Кº - 211500 пд., на казенном руднике - 202000 пд. Инородцы занимаются ловом рыбы исключительно для собственного пропитания. Промысловым рыболовством занимаются главн. образ, японцы, на своих судах и со своими рабочими, а в южн. части о-ва - и немногие русские. Предметом лова служит по преимуществу сельдь, из которой приготовляется тук, идущий в Японию на удобрение полей. Крупнейшие русские рыбопромышленники в южном С. добывают ежегодно до 200000 пд. селедочного тука, на что потребно до 1200000 пд. рыбы. На рыбу, вывозимую за границу, наложена пошлина в размере 5 коп. за пуд с русских подданных и 7 к. с иностранцев. В 1894 г. такой пошлины получено было 32222 р. Различные лососевые рыбы, главн. образом кета и горбуша, промышляются инородцами для собственного употребления а также ссыльнокаторжными, для потребностей. тюремного ведомства. На юго-зап. берегу С. существует промысел морской капусты - особого рода водоросли, которая употребляется в пищу в Китае и Японии. За капусту, вывозимую за границу, уплачивается пошлина в том же размере, как и за рыбу. В 1894 г. пошлины за капусту, добытую на С., уплачено 5573 р. В той же части о-ва в незначительных размерах промышляют и трепангов.

Хотя С. давно уже известен китайцам и японцам, но начало точных сведений об о-ве надо считать со времени исследований Лаперуза (1787) и Крузенштерна (1805). Несколько лет спустя после Крузенштерна японский моряк Мамио-Ринзо вошел через Татарский пролив в устье Амура и составил карту своего путешествия. В 1853 г. капитан РимскийКорсаков открыл на зап. берегу о-ва, близ гиляцкого селения Дуэ, каменный уголь; в том же году был основан первый русский пост (Муравьевский) в зал. Анны. Зимой 1854 - 5 и 1855 - 6 на С. производил естественноисторические исследования акад. Л. Шренк. В 1857 г. был основан пост Дуэ, для разработки каменного угля. В 1858 г., для поддержания прав России на южн. часть о-ва, были основаны посты Кусуннай и Мануэ, взамен Муравьевского, который был снят в 1854 г. по случаю крымской войны. В 1860 г. Сахалин посетили члены сибирской экспедиции Шмидт, Глен, Брылкин и Шебунин. До 1875 г. южн. С. принадлежал Японии; конвенцией от 18 мар. 1867 г. был дозволен свободный проезд по всему о-ву как русским, так и японцам; в 1875 г. южн. С. отошел к России, в обмен на южные Курильские о-ва. В 1869 г. на С. была отправлена первая партия ссыльных. В 1884 г. С. изъят из ведения губернатора Приморской области и подчинен самостоятельному управлению, с начальником острова во главе и с подразделением на 3 округа Александровский, Тымовский и Корсаковский. Админ. центром служит Александровский пост, на западном берегу, куда в 1881 г. проведен телеграфный кабель. Сношения с портами Сибири поддерживается судами добровольного флота. Ср. Schrenck, "Reis. u. Forrshung im Amuriand"; Шмидт и Глен, "Труды физич. Отд. Сибирск. эксп."; Добротворский, "Жюн. ч. о-ва С." ("Изв. СПб., Отд. Геогр. Общ.", т. I, ј 2); Брылкин, "Письма с С." (Зап. Сиб. Отд. Геогр. Общ.", иркутск. отд., кн. VII); Крапоткин, "Об исследов. Лопатина на С." ("Извест. Геогр. Общ.", т. V); Дейхман, "С. в горнопром. отношении" ("Горный Журн.", 1871, ј 3); Буссе, "О-в С. и эксп. 1853 г." (1872); Мицуль, "С. в сельскохоз. отнош." ("Прилож. к Сел. Хоз. и Лесов.", 1873); Кеппен, "О-в С. и его каменоуг. пром." (1875); Поляков, "Отч. об исслед. на С." (Прил. ј 6 к XLVIII т., "Зап. Ак. Наук", 1884); Никольский, Прил. ј 5 к LX т. "Зап. Акд. Наук" (1889); "Сахалинский календарь на 1896 г."; Крюков, "Приамурск. край на всеросс. выставке в Нижнем Новгороде" (1896); "Первая всеобщ. переп. Росс. Имп.", 1897. LXXVII. О-в С." (т. I, 1899).

А. М. Никольский.

Сахара

- значительное пространство Северной Африки, состоящее по большей части из пустынь. Границы С. по определениям разных ученых далеко не совпадают. Наиболее обычные: на С склоны Атласа в Марокко и Алжире, Средиземное море от Триполи до Египта; на В долина Нила в Египте и Нубии; на Ю так наз. Судан и Сенегамбия около 15º-17º с. ш., на З Атлантический океан. В таких границах С. имеет около 9 миллионов кв. км.; наибольшее протяжение от З на В - 5200 км., средняя ширина с С на Ю - около 1500 км. (Вивиен де С. Мартен). По Э. Реклю, за исключением значительной части вилайета Триполи, пограничных пространств Марокко, Алжирии и Туниса, некоторых больших оазисов, пограничного, покрытого степями и кустарником пространства между С. и Суданом, собственно С. занимает 6200000 кв. км. Значительная часть С. - пустыня, но было бы несправедливо думать, что растительность ограничивается одними оазисами. На больших пространствах С. встречается растительность особо организованная, снабженная особыми приспособлениями для существования в очень сухом климате; всего найдено более 600 видов растении в западной С. и до 700 в восточной, частью различных от видов западной.

Столь же несправедливо довольно распространенное мнение о том, что С. - обширная низменность, покрытая песчаными дюнами (барханами). Лучшие знатоки С. считают, что пески занимают лишь 1/9 часть страны. Большая часть С. нагорье умеренной высоты, есть и горы, лишь очень небольшая часть Алжирской и Тунисской С. к западу от Габесского залива Средиземного моря - низменность, покрытая обширными, но мелкими озерами; значительная часть этой местности находится ниже уровня моря (до 25 м.), и есть полная возможность, посредством небольшого канала, вырытого в невысоких песках между Габесским заливом и этой местностью, залить водой Средиземного моря пространство с лишком 16000 кв. км. Таков проект французского капитана Рудэра (Roudaire). Этот проект обсуждался очень подробно и основательно во французской академии наук; были посланы особые комиссии для исследования местности, и окончательный результат исследований был тот, что проект исполним, но решительно не представляет никаких выгод, есть даже опасность затопления плодородных оазисов, и пришлось бы оградить их особыми плотинами. Проект Дональда Маккензи затопить часть запад. С. между 20º-22º с. ш. водами Атлантического океана - чистая фантазия. Мест ниже уровня океана здесь нет. Песчаные дюны или барханы эрг (erg) или арег (areg) встречаются далеко не везде в С. Они поднимаются местами до 100 и даже 150 м. Караванные дороги пролегают между ними. Часть этих песков подвижна, но движение их не особенно велико, так как колодцы и родники не засыпаются ими. Местами на некоторой глубине под песками есть непроницаемые для воды слои, и здесь собирается вода, защищаемая песками от испарения и быстро просачивающаяся через них после дождя. В таких условиях есть и растительность. Напротив, каменистые пространства хаммада (hammada) гораздо суше. Вода не просачивается вглубь после дождя и быстро испаряется, сильные ветры несут даже гальку. Местами эти каменистые пустыни изрыты оврагами вади или уади (badi, ouadi); местами поднимаются холмы гара (gara), остатки прежнего нагорья, снесенного по большей части деятельностью ветра; местами попадаются ровные низменные пространства себха (sebkka). Они затоплены после дождя, а по испарении отлагаются соли - поваренная, глауберова, гипс и т. д.

С. обыкновенно разделяют на 3 главные части:

1) западная С. от Атлантического океана приблизительно до 0º Гринвичского меридиана, т. е. в меридианах запад. Алжирии, Марокко и Канарских островов. Часть этой страны состоит из высоких барханов (дюн), далеко не лишенных растительности. Далее на сев.-вост. настоящая песчаная пустыня (Эль-Эрг), к югу от Игиди пустыня Танесруфт, состоящая из соленосной глины, без всякой растительности, к югу от ее до границ Судана - Афелеле или малая пустыня с многочисленными колодцами и порядочной растительностью в долинах; эти долины особенно славятся верблюдами. Между Афелеле и Атлантическим океаном местность более пустынная, состоящая частью из соленосных пород (эль-джуф), а далее на З скалы и высокие барханы зап. Адрар. Эль-джуф пространством до 360 тыс. кв. км. - наименее известная часть зап. С. Зап. Сахара, пространством до 2 миллион. кв. км., вообще ниже остальных частей пустыни; высоты не превосходят 500 м. в. ур. м. (зап. Адрар.)

2) Средняя часть С. до 15º в. д., т. е. в меридианах большей части Алжирии, Туниса, зап. части Триполи и озера Чад. Значительная часть этой местности гориста, так на границе Судана поднимается нагорье Aгадес, к северу от него горная группа Аир или Азбен. Но самая высокая часть С. горы и нагорья Ахагар, между 24º и 26º с. ш.; к югу от него находятся высоты Тасили. Бван-Ахагар, к северу нагорье Муйдир и Азгар, так что образуется сплошная горная страна, пространством не менее Франции. Некоторые части Ахагара подымаются до 2000 м. над уровнем моря; здесь снег иногда лежит 2 или 3 месяца и растительность довольно богата. От горных групп этой страны в разные стороны идут широкие долины, так называемые води или уоди, временами, после сильных дождей, или таяния снега в горах, эти долины имеют текучую воду, но большую часть года они сухи, однако, на некоторой глубине часто есть вода и многие оазисы пользуются ею и имеют цветущее земледелие и садоводство; самые известные из вади Тидехерт, направляющийся к 3, вади Тинтарабин к югу по направлению к Нигеру, и вади Игаргар, к северу, низовье его особенно богато оазисами, последний доходит до низменности, около Туггурта, под 33º с. ш. и 5º в. д. Высоты Аира пли Азбен находятся под 17º до 191/2º с. ш. на ЮЮВ от Ахагара по направлению к большой северной дуге Нигера около Тимбукту. Они имеют 200 км. длины с С на Ю и от 60 до 100 км. ширины с В на З, поднимаясь над нагорьем в 600 м. над ур. м. Аир имеет среднюю высоту 1300 - 1500 м. к достигает до 2000. Вост. Адрар под 19º с. ш. к З от Аира - также возвышенные страны, пространством до 200 тыс. кв. км., еще не посещенные европейцами.

3) Восточная С. или Ливийская пустыня и страна Ту или Тебу. Собственно Ливийская пустыня - страна довольно низменная, часть ее даже ниже уровня моря - знаменитый оазис Сивах или Юпитера Аммонского. Далее на З находится группа оазисов, посещенных Рольфсом, Куфа и т. д. К З от них местность более богатая водой на большой, издревле посещаемой, караванной дороге из Триполи к озеру Чад; всего важнее группа оазисов Феззана или Фецана; главный город Мурзук, под 26º с. ш. К В от караванной дороги находится под 20º с. ш. высокая горная группа Ту или Тибести, лишь раз посещенная европейским путешественником (Нахтигалем). Это обширная горная группа, имеющая более 500 км. длины; с севера подъем отлог до 1000 м. над ур. м. Выше поднимаются отдельные горы, вулканического происхождения. Главные вершины Туссидде (Toussidde) и Кусси (Koussi) достигают 25000 м. над ур. м.

Климат С. вообще очень сух и, как в других сухих странах земного шара, отличается очень большими суточными колебаниями температуры. Средняя и южная часть С., вероятно, самая жаркая страна земного шара, за исключением, разве, зап. берегов Красного моря; на границе С. и Судана средняя годовая температура, вероятно, около 30º. Самая холодная часть С. несомненно горные группы Ахагар, Аир и Ту, где зимой выпадает снег; первая из них вообще довольно хорошо орошена. На северной границе С., в Бискре (35º с. ш.), у южного подножия Атласа, средняя годовая температура 20º, января 10º, июля 31º. Гораздо холоднее северо-западная часть С. здесь, у мыса Джуби (27º с. ш.), летом частые туманы и средняя температура толя 19º, т. е. не выше, чем в Казани и Енисейске. Во многих частях С., особенно там, где сыпучие пески, бывают песчаные бури (самум или симум). Они опасны тем, что люди и животные, окруженные песком, теряют способность находить дорогу; затем, при сильном ветре и сухости воздуха, высыхает вода в бурдюках, и путешественники могут погибнуть от жажды. Земледелие без искусственного орошения возможно лишь на очень небольших пространствах С., в горах, где зимою выпадают довольно обильные дожди или снег; затем во многих местах С. находятся так назыв. оазисы, с искусственным орошением и довольно богатой растительностью. Вода получается из родников, простых и артезианских колодцев, и несомненно проходит под землей из горных групп. Главное растение оазисов - финиковая пальма (Phoenix dactylifera). Плоды ее идут в пищу жителей С. и имеют большое значение для торговли. Самые значительные группы оазисов в юго-вост. части Алжирии и соседней части Туниса, затем Феццан в вилайете Триполи. Под тенью пальм возделываются пшеница, ячмень, сорго и другие хлеба, кормовые травы, овощи и плодовые деревья. Из домашних животных самое важное верблюд, он - рабочее и вьючное животное, но кроме того есть особая порода мехари, способная делать необычайно большие и быстрые переходы: до 200 км. в сутки и 300 в двое суток. Из диких животных водится лев (почти истребленный в последнее время охотниками в алжирской и тунисской С.), антилопа, страус, пена, шакал.

Население С. очень невелико. Наиболее замечательны туареги или имошарг (Tuareg, Imoscharg), населяющие среднюю часть С. Это - берберское племя. Вивиен де С. Мартен предполагает, что северных туарегов до 30 тыс., южных - до 45 тыс. Высший класс туарегов не занимается земледелием, а на своих быстролетных мехари грабит караваны и собирает дань с земледельцев оазисов. Тиббу или тедда живут в горах Тибести в вост. С.; по Нахтигалю, их до 28000. Жители оазисов - помесь арабов, берберов и негров. Вся зап. и средняя С. принадлежит, по дипломатическому выражений, к "сфере влияния" Франции (за исключением небольшого владения Англии у мыса Джуби и части Атлантического берега между мысами Боядор и Бланко, на которую имеет права Испания). Права Франции признаны и Англией (трактаты 1890 и 1899 гг.). Власть Франции поддерживается ее владениями на С (Алжирия и Тунис) и ЮЗ (Сенегал и французский Судан), но только страна до 30" ш. на С находится несомненно под главенством Франции; далее на Ю воинственные туареги сумели сохранить свою независимость. К В от большой караванной дороги из Триполи к оз. Чад живут независимые ту, в горах того же имени, а оазисы между Триполи и Египтом - область фанатического мусульманского ордена или братства снуси или сенуси, особенно враждебного христианам. Часть С. находится под властью Марокко (крайний З и СЗ) и Турции (Феззан, составляющий часть вилайета Триполи). Наконец, крайняя вост. часть Ливийской пустыни находится под властью Египта. Еще недавно через С, проходило несколько оживленных караванных путей, по которым шла деятельная торговля между сев. побережьем Африки и Суданом; особенно оживлена была торговля рабами. Мусульманские государства к Ю от С. производили настоящие охоты и облавы на негров-язычников и снабжали рабами все южное побережье Средиземного моря, Египет и Турцию. Теперь торговля рабами почти прекратилась, и это значительно уменьшило движение по караванным дорогам через С. Другая причина уменьшения - открытие более удобных путей изнутри Судана к берегам Атлантического океана и Гвинейского залива, особенно по Нигеру и Сенегалу и железной дороги к 3 от последнего. В настоящее время главные пути через С.: 1) из Каира в Эльфашер, в Дарфуре, 2) из Бенгази в вилайете Триполи через Борку в Кука на оз. Чад, 3) из Триполи, через Мурзук и Бильма в Кука, 4) из Алжира в Гадамес, Аир, Сокото, близ р. Нигер, 5) из Алжира через Туат в Тимбукту, в) из Марокко через Адрар в Тимбукту. На Ю, т. е. в Судан, идут главным образом финики, соль (из некоторых оазисов С.), скот, некоторые мануфактурные товары и металлы; из Судана - слоновая кость, страусовые перья, золотой песок, индиго, земляные орехи. Существует немало проектов жел. дорог через С. Немецкие путешественники Нахтигаль и Рольфс высказывались за линию от Триполи к оз. Чад, по направленью наиболее оживленного и удобного караванного пути через С., где целый ряд оазисов и большое количество соли близ оазиса Бильма; но постройка этого пути мало вероятна, так как в нем не заинтересована ни одна европейская держава. Во Франции было составлено много проектов жел. дорог из Алжирии к оз. Чад и сев. части Нигера (Тимбукту, Сокото). Этот путь должен был связать французские владения на С и ЮЗ пустыни. Между прочим, предложены следующие пути: 1) Западный, от Аин Сефра в Оранском дпт. Алжирии, куда уже доходит жел. дор. через Игди и Туат к Буруму на Нигере. 2) Средний, от Бискры в алжирской С., уже связанной жел. дор. с гаванью Филиппвиль, на Средиземном море, на Туггурт Амгид, откуда могла бы одна ветвь идти в Бурум на Нигере, другая на оз. Чад. 3) Восточный, от Габесского залива Средиземного моря на Гадамес и Рат на оз. Чад.

Литература. Barth, "N. u. Centr. Afrika" (Б., 1856); Buveyrier, "Explor. du S." (П., 1864); Rohifs, "Reise durch N. Afrika" (Гота, 1868 - 74) и "Quer durch Afrika" (Лпц., 1874); Pomel, "Le S." (Алжир, 1872); Soleillet, "Explor. d. S. Central Alger" (1874); Largeau, "Le S." (Женева, 1876); Chavanne, "Die S" (Вена, 1878); Duponchel, "Le Transsaharien" (П., 1879); Nachtigal, "S. und Sudan" (Берл., 1879); Zittel, "Die S." (Кассель, 1884); Bedier, "Le S.-Niger" (П., 1888); Bissuel, "Les Touaregs de l\'Ouest" (Алжир, 1888); Brosselard, "Les deux missions Flatters dans le S." (П., 1889); Rolland, "Les aterrissements anciens du S." (П., 1888) и "La France en Algerie" (П., 1890), Lenz, "Timbuktu" (Лпц., 1892); Schirmer, "Le S." (П., 1893). Многочисленные статьи в изданиях парижского географ, общ. "Bulletin" и "Compte-Rendus de la Societe de Geogr. de Paris".

A. B.

Сахарин

- имид сульфобензойной кислоты. Под этим именем нисколько лет тому назад был введен в продажу препарат, обладающий сладостью в высокой степени, примерно в 500 раз превышающей сладость обыкновенного сахара. Получается С. следующим образом. Толуол С6Н5. СН3 обрабатывают крепкой серной кислотой при 100º; при этом образуется смесь орто- и парасульфотолуоловых кислот СН3. С6Н4. SO2OН (1.2 и 1.4), которые переводят насыщением медом в кальциевые соли; последние, отделенные от избытка меда и образовавшейся серно-известковой соли, обрабатывают содой и полученные натронные соли высушиваюсь досуха, смешивают с треххлористым фосфором и в смесь при постоянном помешивании пропускают хлор, образовавшуюся хлорокись фосфора (РОСl3) отгоняют и оставшуюся смесь хлорангидридов обеих сульфотолуоловых кисдот CH3. С6H4SO2CI сильно охлаждают, причем выкристаллизовывается парасоединение, тогда как ортосоединение остается жидким. В эту жидкую часть пропускают затем аммиак, благодаря чему образуется амид сульфотолуоловой кислоты СН3. С6Н4. SO2NH2; последний в щелочном растворе окисляют марганцово-калиевой солью, при чем образуется калийная соль ортоамидосульфобензойной кислоты. При подкислении водного раствора этой соли соляной кислотой освобождающаяся о-амидосульфобензойная кислота тотчас же с потерей элементов воды переходит в имид сульфобензойной кислоты - сахарин. Полученный таким образом С. представляет белый кристаллический порошок почти без запаха (при нагревании появляется явственно заметный запах горьких миндалей); при обыкн. темп. он растворяется с слабокислой реакцией в 400 частях воды; в кипящей воде растворяется в 30 ч.; в алкоголе тоже в 30, в эфире в 100 ч. Вкус С. в водном растворе еще явственно чувствуется при разведении 1:70000, тогда как для тростникового сахара пределом ощущаемой сладости является разведете 1:250. Соединения С. с хинином, морфином и другими алкалоидами, вводимые теперь в медицину, обладают лишь весьма слабым горьким вкусом. Хороший С. должен плавиться при 223 1/2º и при дальнейшем нагревании должен улетучиваться, оставляя не более 1/2% нелетучего остатка; от крепкой серной кислоты не должен буреть, и водный раствор не должен давать с хлорным железом ни осадка, ни фиолетового окрашивания (отличие от бензойной и салициловой кислот); вкус должен быть чисто сладкий и в совершенно хорошем С. должен быть заметным даже при разведении 1:100000; при нагревании с магнезиальным или известковым молоком не должен образоваться аммиак.

В торговле имеются немецкие С. Fahberg\'a и List\'a и наследн. Heyden\'a, а также французские С. Gilliard, Monnet и Cartier из Лиона; только французские С. до недавнего времени выдерживали указанные выше пробы, тогда как немецкие продукты сплавлялись между 215-222º и вообще оказывались не однородными. В качестве главной примеси являлась в большинстве случаев параамидосульфобензойная кислота COOH. C6H4. SО2ОH, неспособная, в противоположность ортокислоте, образовать С.; чистая паракислота плавится при 283º и не только не сладка, но обладает кислым вкусом; в С., который в 500 раз слаще сахара, ее заключаются следы, тогда как в С. в 300 раз слаще сахара, ее заключается до 30 и более %. Присутствие ее определяется по количеству образующегося аммиака при перегонке испытуемого С. с магнезиальным молоком, равно как и другими специальными пробами. Благодаря необычайной сладости, С. весьма быстро вошел в употребление в качестве дешевого суррогата обыкновенного сахара, при изготовлении сладких печений, дешевых конфет и проч. кондитерских изделий, а главным же образом при изготовлении прохладительных напитков, лимонадов, квасу и проч.

Кроме указанного С., в торговле имеется еще так наз. "легко растворимый С.", который так же точно обладает весьма сладким вкусом (450 раз) и представляет собой натриевую соль ортоамидосульфобензойной кислоты. Существует и еще один сорт - так наз. "метилсахарин", который кристаллизуется из горячей воды в бесцветных блестящих призмах, плавящихся при 240º, трудно растворимых в холодной воде, легко - в горячей и в спирте; он так же сладок, как и обыкновенный С.

Главнейшие способы открытия С. в пищевых продуктах. В сахаре, конфетах, печеньях и т. п. С. легко открывается при взбалтывании измельченных продуктов с эфиром; С. растворяется в эфире и по испарении профильтрованного раствора может быть легко открыть в получающемся остатке прежде всего благодаря своему сладкому вкусу (продукты, обладающие щелочной реакцией, необходимо предварительно подкислить фосфорной кислотой); для полной проверки остаток, полученный после удаления эфира, растворяют в небольшом количестве химически чистого едкого натра, совершенно не заключающего серной кислоты, раствор выпаривают досуха и сухой остаток нагревают до 250º около получаса в серебряной или фарфоровой чашечке; при этом образуется серно-натриевая и салицилово-натриевая соль; обе соли могут быть легко открыты, первая реакцией с барием, вторая - образованием характерного фиолетового окрашивания с раствором хлорного железа. Таким путем удается открыть примесь 0,005% и даже меньшее количество С. Само собою понятно, что исходные вещества не должны заключать в себе свободной салициловой кислоты. Для открытая С. в вине, лимонаде, газированных напитках и пр. 100 грм. испытуемого вещества, сильно подкисленного, последовательно раза три взбалтывают с 50 грм. смеси из равных количеств обыкновенного и нефтяного эфира; эфирные растворы фильтруют, удаляют эфир и остаток пробуют, как указано выше. При определении С. в пиве, квасе и т. п. веществах для взбалтывания следует брать большее количество (около 500 грм.) и, кроме того, испытуемые жидкости необходимо предварительно освободить от хмелевых частей, дубильных и экстрактивных веществ, хотя бы осаждением их, до извлечения, раствором азотномедной соли.

А. С. Гинзберг.

Сахарин был открыт синтетическим путем в 1879 году русским эмигрантом Е. Фальбергом и проф. Ira Remsen, в лаборатории последнего (в Балтиморе). В фармации известны chininum sacharicinum, morphium sacharicinum и др. Первый препарат представляет собой соединение 36 ч. С. с 64 ч. хинина; горький вкус последнего заглушается присутствием сахарина. С. обладает слабо выраженным бактериозадерживающим действием. При 0,16% содержании С. щелочное брожение мочи замедляется, а равно также ослабляется ферментативное действие дрожжей (Adduce и Moss), раствор 1 или 2 частей сахарина па 1000 сильно задерживает прорастание семян (Bronardel). По Иессену, антисептическое действие присуще почти исключительно препарату sach. purum, что в значительной степени объясняется его кислотностью: так, мясной настой, при 0,1% содержании sach. purum, еще через две недели видимо сохранял свои первоначальные качества; тот же настой, по прибавлении к нему даже вдвое большего количества натронной соли С., издавал уже через сутки гнилостный запах и содержал большое количество гнилостных микроорганизмов. Из исследований Петшека, Zernera, Jessen\'a, Salkowsk\'ого, Ганса и др. над действием С. на пищеварительные ферменты видно, что роль сахаринового натра в деле переваривания белковых и крахмалистых веществ более или менее индифферентна; что касается чистого С., то этому препарату, благодаря главным образом его кислотности, нельзя отказать в задерживающем влиянии как на пептонизацию белков, так и на превращение углеводов в сахар, но влияние это незначительно и в тоже время характерно вообще для всех вкусовых веществ, не исключая и сахара (Ogata). Многочисленные опыты на животных (Stutzer, Salkowsky, Реньольдс и др.) показали, что последние могут без всякого вреда для себя принимать ежедневно ок. 3 гр. С. на кило веса. Людям С. давался, в течение долгого времени, в количестве 0,1 - 5,0 гр. ежедневно без всяких дурных последствий. Из сказанного следует, что С., по крайней мере в тех небольших дозах, какие нужны для подслащивания пищи и напитков, можно признать совершенно безвредным. Не следует, однако, забывать, что С. представляет собой искусственный продукт, который, по своему составу, по исходному материалу, из которого он готовится, а равно и по способу добывания, не имеет ничего общего с группой углеводов, к которым принадлежит тростниковый С. С последним С. связывает лишь сладкий вкус и присвоенное ему, к сожалению, аналогичное название, способное ввести потребителя в заблуждение. Не сгорая в организме подобно сахару, а целиком выделяясь с мочой (Адукко и Моссо, Петшак и Цернер и др.), С. не может служить материалом для роста организма и возмещения его потерь, а потому и питательное его значение равняется нулю. Замена сахара С., при питании растущего детского организма, повело бы к весьма нежелательным последствиям. Пускаемые в продажу препараты С. нередко содержать различного рода примеси (парасульфаминобензойную кислоту и др.), физиологическое действие которых на организм не представляется еще выясненным. При этих условиях общественная гигиена имеет по меньшей мере право требовать, чтобы пищевые продукты и вкусовые вещества, содержащие С., пускались в продажу с соответственной надписью, на торговлю же подслащенных С. продуктов, при отсутствии на них соответствующих обозначений, она не может смотреть иначе, как на фальсификацию и обман потребителя. Между тем, по мере того, как с расширением заводского производства С., цена на него постепенно понижалась, к этому дешевому сладкому веществу стали в широких размерах обращаться торговцы, не без основания увидав в С. весьма удобный объект для фальсификаций. У нас фунт С. (6 р. 50 к.) дороже фунта сахара (16 к.) приблизительно в 40 - 41 раз, но С. слаще сахара в 280 - 500 раз; следовательно, в отношении вкусового эффекта С. дешевле сахара в 7 - 12,3 раза. Сахарину, благодаря его дешевизне и портативности, нетрудно было в короткое время завоевать себе повсеместно выгодное положение и в значительной степени вытеснить рафинадный сахар как в кондитерском деле, так и при производстве ликеров, фруктовых вод, кваса и других нуждающихся в подслащивании продуктов. Так, во второе полугодие 1898 г. в Германии выработано 35000 кгр. С., а, след., одновременно вытеснено с рынка около 592760 - 1058500 пуд. сахара. В Россию в 1896 г. ввезено около 800 - 900 пд. С. Принимая во внимание, что сфера применения С. во врачебной практике (см. ниже) у нас невелика, нужно думать, что большая часть ввозимого к нам С. идет для целей фальсификации. Среди 77 образцов различных продуктов (торт, сидр, мятные пряники, лимонад и др.), взятых в петербургских лавках, С., по исследованиям г. Скачевского, оказался в 21 образце. Из 200 образцов различных сортов кваса, исследованных московской городской санитарной станцией (1898 г.), подмешанных С. найдены были 56 проб (28%).

В борьбе с распространением С. различные государства выработали ряд законодательных мероприятий, особенно строгих в Германии и Бельгии. В Германии законом 1898 г. запрещено: 1) употреблять искусственные сладкие вещества при производстве пива, вина или сходных с вином напитков, фруктовых соков, консервов и ликеров, а равно и в сахарных сиропах и в крахмальной патоке; 2) продавать или держать означенные в п. 1 пищевые и вкусовые средства, к которым прибавлены искусственные сладкие вещества. Виновные в нарушении этого закона подвергаются тюремному заключению до 6 месяцев и денежному взысканию до 1500 марок или одному из сих наказаний. Подмесь С. к продуктам допускается при условии снабжения последних соответствующей надписью. Введенная в 1899 г. в Бельгии высокая ввозная пошлина на С. (140 фр. с 1 кило) не помешала широкому распространению последнего, вследствие чего издан закон, запрещающий производство, ввоз, перевозку, хранение и продажу С., а равно и других сладких продуктов химического синтеза, не обладающих питательной ценностью. Исключение допускается лишь при ввозе С. аптекарями для лечебных целей. Виновные в нарушении приведенного закона, кроме конфискации оказавшегося у них С., подвергается штрафу от 1000 до 5000 фр. В России С. циркулярным распоряжением департамента таможенных сборов от 19 февр. 1898 г. причислен к сильно действующим веществам и получение его из таможен (с оплатой пошлиной в 2 р. 40 к. золотом с пуда брутто по общему тарифу и 1р. 50 к. по конвенционному) предоставлено лишь лицам, предъявляющим свидетельство на право покупки и продажи сильно действующих средств. Получение таких свидетельств из городских дум, ремесленных управ, полицейских управлений и др. учр. не связано, однако, ни с какими затруднениями. Вообще ввоз в Россию С. и торговля им очень мало стеснены. Пользование С. в различных предметах потребления, постановлением медицинского совета от 7 августа 1890 г. воспрещено, за исключением случаев, когда врачами признано необходимым употребление С. для лечебных целей. Сладкий вкус С. натолкнул врачей на мысль пользоваться им при сахарной болезни, требующей, как известно, исключения из пищи углеводов. Не обладая питательным достоинством, С., конечно, не может служить заменой последних, но он небесполезен для тех больных, которые привыкли к сластям и страдают от недостатка сахара в пище и питье. Для удовлетворения таких больных в продаже имеются, между прочим, различного рода препараты С.: сахариновая эссенция Фишера, сахариновое какао Шпрюнгли (в Цюрихе), сахариновая chartreuse д-ра Petit и др. Судя по имеющимся наблюдениям, С. не влияет ни на количество мочи у больных, ни на содержание в ней сахара. Он хорошо переносится диабетиками, не влияя дурно ни на их питание, ни на самочувствие (Eichhorst, Leyden, Gerhardt и др.). С. в руках некоторых клиницистов давал хорошие результаты при катаре мочевого пузыря с аммониакальным брожением мочи; выделяясь последней в неизмененном виде, С. сообщает моче кислотные свойства.

Литература. Fehling und Hell, "Neues Handwortertuch der Chemie" (1890); Hefelmann, "Pharm. Centralhalle" (1895 и 1896); Salkowsky, "Ueber die Zusamensetzung und Anwendbarkeit des Kauflichen Sacharins" ("Arch. fur pach. Anat."., т. 120); Jessen, "Zur Wirkung des Sacharins" ("Arch. fur Hyg.", 1890); J. Konig, "Die menschlichen Nahrungs und Genussmittel" (1893); Brouardel, Pouchet er Ogier, "Sacharine. Son usage dans l\'alimentation et caet." ("Ann. d\'hygiene publ. et de medecine", 1888); Petschek und Zerner, "Uebег die physiologische Wirkung des Sach. auf die Verdauung" ("Centr. fur die gesammte Therapie", 1889); Cans, "Untersuch uber den Einfluss des Sach. auf die Magen und Darm. Verdauung" ("Berl. Klin. Wochcnschr.", 1889); Савицкий, "К вопросу о действии С. на усвоение азота и азотообмен у здоровых людей" (СПб., диссер., 1890); Винокуров, "Матер. к вопросу о влиянии сах. на усвоение жиров у здоровых людей" (СПб., 1890); "Прилож. к Отчету правл. всероссийского общ. сахарозаводчиков" (1899); Коцын, "Сахарин, его санит. значение и т. д. " (VII отчет москов. город. санит. станции).

М. К.

Сахароза

- известная в общежитии под именем тростникового или свекловичного сахара, есть тот сахар, который обычно употребляется в пищу. Весьма распространен в растениях. В больших количествах встречается только в ограниченном количестве растительных видов - в сахарном тростнике и в сахарной свекле, из которых С. и добывается техническим путем. Богаты им еще стебли некоторых злаков, особенно в период, предшествующий наливанию зерна, как напр. маиса, сахарного сорго и др. Количество сахара в этих объектах настолько заметно, что были сделаны небезуспешные попытки получения его из них техническим путем. Интерес представляет нахождение тростникового сахара в большом количестве в зародыше семян злаков, так напр. в пшеничном зародыше найдено свыше 20% этого сахара. В небольших же количествах С. встречается, вероятно, во всех хлорофиллоносных растениях, по меньшей мере в известных периодах развития и распространения этого сахара не ограничивается одним каким-либо органом, а встречается он во всех органах, которые до сих пор были на него исследованы: в корнях, стеблях, листьях, цветах и плодах. Такое широкое распространение С. в растениях находится в полном соответствии с выясняющейся в последнее время важною ролью этого сахара в жизни растений. Как известно, один из самых распространенных продуктов процесса усвоения хлорофиллоносными растениями угольной кислоты воздуха, есть крахмал, важное значение которого для жизни растении неоспоримо; по-видимому, не менее важную роль следует приписать и С., так как ее образование и потребление в растениях находится в непосредственной связи с образованием, потреблением и отложением крахмала. Так, напр., появление тростникового сахара можно констатировать во всех тех случаях, когда происходит растворение крахмала (прорастание семян); наоборот там, где происходит отложение крахмала, замечается уменьшение количества сахара (наливание семян). Эта связь, указывающая на происходящие в растении взаимные переходы крахмала в С. и наоборот, дает основание думать, что последняя есть, если не исключительно, то одна из форм, в которой крахмал (или шире говоря, углевод) переносится в растении с одного места на другое с места образования на место потребления или отложения и наоборот. По-видимому, тростниковый сахар представляет собою такую форму углеводов, которая наиболее подходит для тех случаев, когда в силу биологической целесообразности необходим быстрый рост; на это указывает факт преобладания этого сахара в зародыше пшеницы и в цветочной пыльце. Наконец, некоторые наблюдения указывают на то, что С. играет важную роль в процессе усвоения хлорофиллоносными растениями углерода воздуха, являясь одной из первичных форм перехода этого углерода в углеводы.

С. Франкфурт.

Сваривание

- способность двух кусков железа и стали, нагретых до высокой температуры, соединяться в одно целое под влиянием сжатия (под ударами молота, под вальками и пр.). Подобное свойство наблюдается и у других металлов, напр. у платины.

Сварог

- древнеславянское мифологическое божество неба, отец солнца и огня. Ипатьевская летопись сближает его с Гефестом; по древним сказаниям С., с появлением солнца ("Дажьбога") и огня, называемого в древнеславянских и русских памятниках Сварожичем, предается покою, предоставив им творчество и управление вселенной. По свидетельству Дитмара (умер в 1018), языческие славяне чтили С. более других богов; некоторые признавали его за одно существо с Редигастом и представляли его распорядителем войн. По обыкновенному словообразованию С. происходить от санскр. sur (блистать) и почти тождественно с санскритским svarga  - бог солнца.

Свекла

(Beta vulgaris L.) - однолетнее или двулетнее травянистое растение семейства Chenopodiaceae (маревых), дико растущее (форма В. foliosa Ehrenb.) по морскому берегу южной Европы, северной Африки и западной Азии и разводимое в полях и огородах (форма В. Rapacea Koch), для добывания сахара и как овощ. У дикорастущей формы корень тонкий, растение однолетнее; у разводимой - корень мясистый, толстый; растение двулетнее, в первый год развивающее только корень и розетку прикорневых голых крупных, яйцевидных, тупых, у основания слегка сердцевидных, по краю волнистых листьев; во второй год, а иногда и к концу первого года, на мясистом корне из середины листовой розетки появляется удлиненный стебель, достигающий до 1/2 и даже 11/4 метра высоты; стебель прямой, ветвистый, бороздчато-гранистый; листья на нем попеременные, продолговатые или ланцетные; в неярких сидячих цветков, образующих сложные и лиственные колосья. Цветки обоеполые, состоящие из зеленого, чашевидного, пятилопастного околоцветника, из пяти тычинок, прикрепленных к мясистому кольцу, окружающему завязь, и из пестика с полунижнею одногнездою завязью и двумя рыльцами. Плод сжатый, односемянный орех, срастающийся, с околоцветником. Так как пучки цветков взаимно срастаются, то получается целое соплодие ("семя свекловицы").

С. Р.

Сверчки

(Gryllus) - насекомые из отряда прямокрылых, принадлежащие к группе прыгающих (SaltatorUa) и семейству сверчковых (Gryllodea). Тело их цилиндрическое, крылья иногда бывают немного укорочены, усики довольно длинные (не короче тела); передние ноги приспособлены для ходьбы, бедра задних ног являются сильно утолщенными; самки снабжены довольно длинным яйцекладом. В Европе водятся 8 видов С., из которых наиболее известны следующие. Полевой С. (Gryllus campestris), блестяще-черного цвета с буровато-черными подкрыльями, достигает до 21/2 см. длины; водится во всей Европе в полях и сухих местах и роет вертикальные норки в земле. Откладывает яйца в землю, из которых осенью выходят личинки; в этой стадии проводить зиму и раннюю весну. Питается главным образом растениями, нанося им незначительный вред, но отчасти поедает и мелких насекомых. Домашний С. (Gryllus domesticus) желтоватого цвета, голова с 3 бурыми перевязками, крылья обыкновенно вполне развиты и простираются вдоль брюшка в виде длинных хвостов; достигает длины до 2 см. Встречается повсюду в домах, особенно в теплых помещениях (кухнях, банях и т. п.) и питается пищевыми отбросами. Издает характерный звук (стрекотание), преимущественно ночью.

М. Р.-К.

Светоний

(Suetonius Tranquillus) - римский писатель, живший, приблизительно, между 75 и 160 гг. по Р. Хр. Отец его С. Лена, трибун 13-го легиона, участвовал в борьбе Вителлия с Отоном. При Домициане С. жил в Риме, занимаясь риторикой и грамматикой; находился в дружеских отношениях с Плинием Младшим, по ходатайству которого. Траян даровал ему сан трибуна; при Адриане был императорским секретарем (magister epistolarum), но впал в немилость за непочтительное отношение к императрице Сабине и, уладившись от двора, предался энциклопедически-литературным занятиям, по примеру Варрона. Из Свиды и других источников мы знаем названия его многочисленных работ, отчасти написанных погречески, посвященных литературе, философии и природе. Это был прилежный собиратель, оставивший много ценных сведений об исторических, археологических и литературных предметах. Источниками для него служили архивы, публичные акты, исторические сочинения, мемуары и устное предание. Ок. 120 г. по Р. Хр. он написал самый важный из дошедших до нас трудов его - "Vitae XII imperatorum" (Биографии 12 императоров), от Цезаря до Домициана; это весьма слабое с Литературной точки зрения произведение, лишенное психологической тонкости и политич. дальновидности, является, однако, важным историческим памятником, благодаря богатству содержания, ценность которого еще возвышается от объективности и нравственной строгости автора. С. приводить массу фактов из общественной и частной жизни императоров, примешивая сюда анекдоты и изречения, слабо связывая свой громадный материал, не заботясь о прагматической или хронологической последовательности. Изложение сжатое, язык сух и правилен. С. имел много подражателей (напр. "Scriptores historiae Augustae") и еще в средние века пользовался большой популярностью. Из обширного сочинения С. "De viris illustribus", трактовавшего об ученых и художниках, сохранились в неполном виде книги "De illustribus grammaticis" и "De claris rhetoribus"; из coчинeния "De viris poetarum" уцелели значительно фальсифицированные и испорченные биографии Теренция, Горация, Лукана, Ювенала и Персия. Критич. текст С. изд. С. Roth, а мелкие сочин. - А. Reifferscheid ("Suetonii reliquiae").

Л. Г - б.

Свинушка

(также дуплянка серая или свинуха, Lactarius trivialis Frier) - съедобный, шляпочный гриб из семейства Agaricineae. Шляпка сероватая, желтоватая, буроватая или красноватая, гладкая, сначала округлая, потом воронкообразная в 5 - 10 см. в диаметре. Ножка удлиненная беловатая, полня. Нижняя поверхность шляпки покрыта частыми, белыми, радиально-расположенными пластинками, низбегающими по ножке. Мясо сухое, рассыпчатое, представляющее при разламывании молочный белый острый сок. Встречается в России на опушках и полянах лиственных и хвойных лесов, к концу лета и осенью. Как вообще многие виды Russula и Lactarius, этот гриб представляет некоторые ядовитые свойства в сыром виде, так как в молочном соке его содержатся едкие вещества. Но при варении, жарении или даже простом засушивании вещества эти улетучиваются и гриб становится тогда вполне безвредным.

Яч.

Свиристель

(Ampelis garrulus) - красивая певчая птица, ростом немного меньше скворца, из сем. свиристелевых (Аmpelidae), близкого к мухоловкам гнездящаяся в северной части лесной полосы Старого и Нового Света. От мухоловок отличается коническим, при основании сжатым сверху вниз, клювом с маловыпуклым надклювьем, затем - очень коротким первым (из 10) маховым пером и расширенными, в виде ярко окрашенных пластинок, голыми кончиками стержней второстепенных маховых и рулевых перьев. Ноздри прикрыты щетинистыми перышками. Хвост короткий, усеченный. Крупные мягкие перья на голове образуют хохол. Общая окраска С. рыжевато-бурая, местами переходящая в винный цвет, местами в серый. Горло и черта над глазом черные. Вершина черных рулевых перьев - желтая. Крыло с белым зеркальцем. Пластинчатые расширения стержней перьев яркого кораллово-красного цвета. Сравнительно крупные гнезда, помещающиеся на ветвях елей и сосен, вьются из еловых веточек, оленьего мха и лишаев и выстилаются перьями. Кладка (в конце мая и в июне) из 5 обыкновенно зеленоватых яиц с темными крапинками. Осенью С. собираются в стаи, а зимой перекочевывают к югу. В средн. Европе С. проводят время с конца ноября до начала марта. Зимой С. питаются различными ягодами и плодами (рябиной, можевельником, шиповником и т. п.); летом почти исключительно насекомыми, которых ловят, как мухоловки.

Ю. Вагнер.

Свифт Джонатан

(Swift) - английский писатель, один из величайших сатириков, род. 30 ноября 1667 г. в Дублине. Его врожденные свойства мрачное, даже злобное отношение к людям, беспредельный эгоизм, столь же беспредельное честолюбие, в соединении, однако, с стремлениями совершенно противоположными - нашли себе плодотворную почву в обстоятельствах его жизни. Детство его прошло в сиротстве (вследствие оторванности от матери), бедности, зависимости. Но окончании курса в дублинском Trinity College он поступил секретарем к Вильяму Темилю, известному государственному деятелю и выдающемуся политическому писателю, но при этом на него были возложены также обязанности бухгалтера и камердинера. Это положение, в связи с обуревавшей его жаждой славы и сознанием умственной силы, раздражало и озлобляло его, особенно при встречах с людьми, руководившими в ту пору судьбами Европы, и при наблюдении над кипучей политической деятельностью тогдашней Англ. Собственные первые шаги его на этом поприще (по поручению Темпля) оказались неудачными, и ему пришлось удовольствоваться - но, конечно, не удовлетвориться - скромной должностью приходского священника. Несколько позже он сделался деканом церкви св. Патрика в Дублине. Неудачи в постоянных хлопотах о служебном повышении вызвали его сатирическую деятельность, проявлявшуюся на первых порах в резких эпиграммах, а потом в политических памфлетах, доставивших ему огромный авторитет у партии ториев, к которой он перешел после разрыва - по внутренним и внешним причинам - с партией вигов. С 1710 по 1713 г. он занимал, не имея никакого официального поста, очень влиятельное положение; но ниспровержение господства ториев повлекло за собой удаление С. с политического поприща, еще более ожесточившее его против общества. При иных свойствах его натуры, его могла бы вознаградить громадная популярность, которая выпала на его долю в Ирландии после того, как он, отчасти по патриотическим побуждениям, отчасти - и еще большие - из ненависти к вигам, выступил энергическим бойцом за независимость этой страны и написал с этою целью "Письма Суконщика" (Drapiers letters). Возвращение его в Дублин из Англии было приветствовано колокольным звоном, торжественной иллюминацией, предоставлением, ему почетной охраны и т. п. Но ему этого было недостаточно; он сгорал желанием вернуться в Англию и играть выдающуюся роль в обширной сфере. Этим замыслам поставило окончательный предел расстройство умственных способностей, мало-помалу перешедшее в апатическое идиотство. Десять лет провел он в нравственных и физических муках, особенно сильных в так назыв. светлые промежутки. "Я идиот! - восклицал он; я то, что я есть". В письмах своих, незадолго до полного умственного расстройства, он говорил о смертельной скорби, убивающей в нем и тело, и душу. В последние два-три года жизни он произнес только одно слово. Он умер 19 октября 1745 г., завещав сумму денег на постройку дома для умалишенных.

Как человек, С. представляет собою крайне интересное психологическое или, вернее, патологическое явление. Мучить людей, привлекать их к себе тою непостижимой, гипнотической силой, которой гремучая змея притягивает в себе кролика, и потом отталкивать их с злорадной жестокостью, делать своими жертвами тех, кто подчинялся его влиянию, и наслаждаться их муками, "рафинировать свое ремесло палача" (как это особенно характерно выразилось в его отношениях к двум женщинам, которых он прославил под именами Стеллы и Ванессы) - все это было как бы органической потребностью его натуры и находило проявление как в мелких причудах, так и в очень серьезных делах. "С. - говорит Теккерей - идет дорогой жизни, неистовствуя, точно человек, одержимый бесом. Он постоянно оглядывается вокруг, не гонятся ли за ним фурии; он знает, что наступить ночь, и с нею неизбежно явятся эти чудовища. О, Господи, какая это ночь и какая долгая агония! Какой страшный коршун терзал сердце этого гиганта! " Это мнение находит подтверждение в сознании самого С., который чувствовал в себе присутствие органического внутреннего неистовства и, мучась им, заявлял, что "его бешенство становится для него невыразимо гнусно".

Так врожденные свойства, при громадном уме и остроумии С., как нельзя более благоприятствовали выходу его, как писателя, на поприще сатирика; ими обусловлен и характер его сатиры. Она проникнута самою горькой желчностью, иногда доходящей до настоящей свирепости, но под личиной бесстрашного хладнокровия. "Он слишком горд, чтоб отдавать свою страсть на позорище, или выбирать публику своим поверенным; он желает один заглядывать в тайники своей души и постыдился бы выдать себя, а потому хочет и может сохранять полное самообладание. По-видимому бесстрастный, но с судорожно сжатыми мускулами, с сердцем, полным ненависти, он с ужасной улыбкой пишет свои памфлеты". Памфлеты - самая обширная и существенная область его сатирического творчества; памфлетный элемент господствует даже в его церковных проповедях, о которых он сам говорил, что "проповедовал памфлеты". Теккерей характеризует его как "Самсона, с костью в руке кидающегося на своих врагов и избивающего их".

Содержание памфлетов политическое и социальное. Наиболее выдающиеся (в хронологическом порядке их появления): "On the dissensions in Athens and Rome"; "Tale of a Tub" ("Сказка о бочке"), где, в аллегорической, часто затемняющей смысл, форме. осмеяны католицизм, лютеранство, кальвинизм и вообще темные стороны клерикального мира, а рядом с этим - состояние современной науки, разные секты, проекты и т. п.; "Public spirit of the whigs", навлекший на автора сильные преследования; вышеупомянутые "Письма Суконщика"; написанное за несколько лет до сумасшествия "Скромное предложение, имеющее целью помешать детям ирландских нищих быть бременем для своих родителей и для страны, и указать, каким способом сделать их полезными для общества". Это последнее сочинение лучше всех остальных памфлетов характеризует ту душевную мрачность, до которой дошел сатирик: спокойно, чуть не весело советует он родителям употреблять детей в пищу, чтобы избавляться от них, рекомендует средство делать их вкусными для стола, указывает, какую часть подавать, когда семья обедает одна, какую - при гостях и т. п. Высшей степени силы, шири и глубины сатира С. достигла в пользующихся всемирной известностью "Странствиях Гулливера" ("Travels of Lemuel Gulliver", 1727) произведении художественном, не смотря на односторонность его бешеного нигилизма. Оно затрагивает и клеймит не какие-нибудь отдельные явления, а весь мир, в его порочности и бессмысленности, при чем имеется в виду и английская современность. Мелочность человека, отсутствие всякого прочного и глубокого фундамента в его чувствах, почтение общества в лице его законодателей, развратных и негодных дворян, порочность лиц, стоящих во главе государства - все это и многое другое изображено в этой аллегории с такой горечью и злобой, с таким свирепым ожесточением, каких нельзя встретить ни у одного сатирика ни до С., ни после него. Отчасти основательно проводит один немецкий критик параллель между "Гулливером" и "Д. Жуаном" Байрона, но еще справедливее замечает, что "Байрон - лев, а С. - пантера". В отношении чисто художественном, "Гулливеру" вредит переходящее за последние пределы раздражение; но этот недостаток значительно возмещается такими достоинствами, как неотразимая логика, безусловная, производящая полную иллюзию естественность и даже документальность в описаниях, необычайная оригинальность слога, который у С. вообще обладал страшной силой, непобедимым хладнокровием и практической действительностью, а здесь достиг высшего совершенства. Сочинения С. были изданы в первый раз в 1727 г. известным английским поэтом Попом; потом их издавали Шеридан (1784, 17 тт.) и В. Скотт с биографией, 1814, 19 тт.); новое издание вышло в 1883 г. (10 тт.). Ср. Forster, "Life of Jonathan S. " (1875, оставшееся неоконченным); Craik, "The life of S. " (1882); Collins, "J. S., a biograpllical and critical study"; Thackeray, "The english humourists"; Masson, "Essays bibliographical and critical, chiefly on english poets"; статья Маволея, в собрании его сочинений; Тен, в "Histoire de la literature anglasie"; статья Алексея Веселовского в книге: "Этюды и характеристики" (М., 1894); В. Яковенко, в "Биограф. Библиотеке" Павленкова.

Литература. Из сочинений С. на русский яз. переведены "Путешествия Гулливера" (перев. Кончаловского и Яковенко, М. 1889), "Сказка о бочке" (в журнале "изящная Литература" за 1885 г.) и несколько памфлетов (в "Европейских писателях", В. Чуйко).

П.. Вейнберг.

Свищ

(мед.) - канал в тканях или органах в форме длинного трубчатого хода, образовавшийся вследствие углубления в дне язвы - трубчатая или полая язва (fistula). Образуется он вследствие того, что гной из нагноения, развившегося где-либо в глубине тканей или орган при бугорчатом процессе или остеомиэлите, прокладывает себе узкий ход (длиной, иногда, более 20 см.) к поверхности, на которую и вскрывается. Свищевой ход обыкновенно извилист, иногда с подобиями клапанов, задерживающих свободное выделение гноя. Иногда С. достигает кости, которая в этом месте обнажается и на некотором протяжении омертвевает. На дне хода можно нередко найти инородное тело в виде куска омертвевшей кости, пули, щепки и т. п. Наружное отверстие такого С. окружено валиком пышных, легко кровоточащих грануляций. С. называют также противоестественное сообщение двух полостей тела или сообщение одной полости с наружной поверхностью тела, так например: пузырно-влагалищный С. - канал, соединяющий мочевой пузырь с полостью влагалища, кишечно-влагалищный, желудочный - канал соединяющий полость желудка с поверхностью тела и т. д. Образуются эти С. путем изъязвления разъединяющих смежные полости тканей. Губовидными С. называются такие, которые губовидно тонки. Так называемые врожденные С., принадлежащие к порокам развития вследствие незамыкания зародышевых щелей или желобов, таковы, напр., врожденные шейные С. вследствие неполного замыкания жаберных щелей, уродства мочевого пузыря и т. п. Так врожденные С. на всем протяжении выстланы истинным эпителием и подобием слизистой оболочки, почему они сами собой замыкаться не могут. С. бугорковые и костные отделяют водянистую сероватого цвета жидкость; С. при воспалении костного мозга и при инородных телах отделяют обыкновенно густой гной. Лечение С. прежде всего должно быть причинное: инородные тела, осколки костей и омертвения ткани должны быть удалены, свищевой ход очищен по правилам хирургии; иногда поверхность его внутренняя освежается и противоположные поверхности сближаются швами. Наружный отверстия по устранении причины С. освежаются и зашиваются. Смотря по месту и причине С., хирургическое его лечение весьма разнообразно.

А.

Свобода личности

или, что тоже самое, свобода гражданская - юридическое понятие (и вместе с тем юридический институт), отчасти сходное с юридическим понятием политической С., отчасти противоположное ему. Так называется совокупность прав человеческой личности, как таковой, независимо от ее принадлежности к той или иной политической организации - прав, неотъемлемых от этой личности ни в пользу государства, ни в пользу какой-либо иной личности. Политическая С. есть всегда принадлежность не отдельной человеческой личности, а целой политической организации: личная С. требует, наоборот, именно разграничения сферы прав отдельной личности и прав государства. С. в юридическом смысле этого слова не имеет ничего общего с С. в смысле философском; последняя противополагается причинности, тогда как первая нисколько не отрицает ее; она требует только независимости человека от стеснения какими-либо чисто физическими воздействиями извне не на волю, а на проявления воли, на деятельность. Классическая древность знала личную С. только как противоположность рабству; всякий, не находившийся в состоянии рабства, этим самым признавался свободным, хотя его С. подвергалась очень значительным стеснениям со стороны государства. Занятые борьбой за политическую С., древняя Греция и Рим вовсе не стремились к С. личности в современном смысле этого слова, т. е. к независимости ее от вторжений государства в область чисто личной жизни. Государство признавалось неограниченным; предполагалось, что оно может свободно распоряжаться личностью, жизнью, имуществом гражданина; оно могло предписывать гражданину определенные верования и определять склад его домашней жизни. В особенности велика была власть государства над личностью в древней Спарте, и лишь несколько слабее в Афинах, в других греческих государствах и в Риме. Закон Валерия и Горация (449 до Р. Хр.) ограничивал арест римского гражданина за долги и по другим причинам; но эта была частная мера, защищавшая плебеев против патрициев, вовсе не возводя в принцип личную свободу. Даже те мыслители древности, которые особенно живо чувствовали недостатки общественного строя (напр., Платон) в своих построениях идеального государства в этом отношении нимало не возвышались над современными им понятиями и допускали для государства вторжение в сферу личную, идущие крайне далеко. Именно этим (в значительной мере) объясняется крайняя легкость переходов в древних государствах от состояния политической С. к состоянию жесточайшего деспотизма (в Риме, напр., эпоха Суллы). Впервые сфера прав личности была выделена из сферы прав государства в евангельском учении, по которому кесарево следовало кесарю, а Божие - богу; другими словами, человеческая совесть изъята из-под контроля государства. Однако, средние века, заменившие власть государства властью католической церкви, не содействовали развитию гражданской С., и личность по прежнему осталась бесправной. Только в новое время возникло стремление отграничить такую сферу для человеческой личности, куда вовсе не может вторгаться государство - и в этом стремлении заключается черта, ярко характерная для нового времени, в противоположность древности и средним векам. Прежде обездоленные классы в борьбе за свои интересы старались обеспечить себя от деспотизма правительств посредством расширения круга лиц, принимающих участие в управлении. Теперь распространяется сознание, что народная масса также может быть деспотической и что необходимо принять меры для защиты личной С. от стеснений, откуда бы они не исходили.

Впервые личность громко заявила притязания на С. в Англии, в XIII в., во время борьбы баронов с королевской властью. Великая хартия вольностей установила право свободного человека (без различия общественного положения) не подвергаться произвольному аресту, а также право его на недвижимое имущество. Другие права, входящие ныне в содержание понятия С. личности (С. слова, сходок и др.), еще не ограждались; даже право на личную С. в тесном смысле слова на практике признавалось очень слабо, в особенности в эпоху Тюдоров и Стюартов. В 1628 г. палата общин в петиции о правах просила короля, чтобы ни один свободный человек не был арестуем и подвергаем заключению незаконным образом. Петиция была утверждена королем и получила силу закона. Долго еще, однако, парламенту пришлось вести борьбу за правильное применение ее на практике, пока в 1679 г. Habeas Corpus Act не узаконил весьма удобного способа охраны личной свободе. Декларация прав 1689 г., посвященная вопросам государственного строя и отношения властей между собою, не касается прямо вопроса о С. личности, но содействовала упрочению политической, а, следовательно, косвенно и личной С. в Англии. С тех пор Англия делается классической страной С. личности, в особенности после того как в течение XYIII в. установилась полная С. слова, печати и ассоциаций. Все это достигнуто путем медленной борьбы; ни разу принцип С. личности не был установлен в теории полным и широко объемлющим вопрос юридическим актом; даже английская литература до XIX в. сравнительно мало интересовалась вопросом о правах и С. личности (у Локка и Блэкстона есть, впрочем, интересные рассуждения по этому вопросу). Его разработкой особенно охотно занималась французская литература XVIII в.; всего более для ее сделал Руссо, по учению которого личность имеет неотъемлемые прирожденные права и может отчуждать известную их часть, но только добровольно, посредством общественного договора. Однако, тот же Руссо признавал "необходимость существования суверена, который все может; ибо сущность верховной власти состоит в том, что она не может быть ограничена: она может все, или она ничто". Учение о неограниченности власти государства и о прирожденных правах человека объединялись у Руссо в очень оригинальную систему, по которой неограниченный суверен - государство - существует именно для охраны прав личной С. Практической и вместе теоретической разработкой вопроса о личной С. занялся конгресс Виргинии. опубликовавший (1776) знаменитую Декларацию Независимости, за которой последовали почти дословно ее повторяющие декларации других американских колоний. Все они вполне проникнуты духом учения Руссо. В конституцию Соединенных Штатов (1787 89) они включены не были; вообще, в этой конституции всего один лишь пункт - о политических преступлениях и о суде присяжных - имеет отношение к вопросу о С. личности. За то этим вопросом заняты поправки 1793 г. к только что перед тем изданной конституции; ими запрещается конгрессу издавать законы о введении какой-либо религии или о стеснении С. совести, слова, печати, сходок и ассоциаций; народу предоставляется право иметь и носить оружие; запрещается военный постой в частных домах в мирное время; признается неприкосновенность личности и жилища.

В гораздо более полном и обстоятельном виде формулировка прав личности заключается в конституциях отдельных штатов; в большей их части, не исключая даже конституций, получивших окончательную редакцию в конце ИХ в., заключается повторение принципов Декларации Независимости. Так, напр., 1-я глава конституции штата Калифорния 1879 г. прямо озаглавлена: "Декларация прав" и гласит: "все люди от природы свободны и независимы и имеют некоторые неотъемлемые права, к числу которых принадлежит право пользоваться жизнью и С. защищать их, право приобретать, владеть и охранять собственность, право стремиться к безопасности и счастью и достигать их... Свободное исповедывание религии навсегда обеспечивается в этом штате... Пользование актом о личной С. (Наbeas corpus) может быть приостанавливаемо только в случае мятежа или неприятельского нашествия... Право судиться судом присяжных должно быть обеспечено для всех... Каждый гражданин может свободно говорить, писать и публично выражать свои мысли обо всем, подвергаясь ответственности только за злоупотребление этим правом... Народ должен иметь право свободно собираться для обсуждения общественных интересов... Личность и жилище должны быть ограждены от всяких произвольных арестов и обысков"... На тех же принципиальных началах построена французская Декларация Прав человека и гражданина 1789 г.: "все люди родятся и остаются свободными и равными в своих правах...", цель всякого политического общества есть охрана естественных прав человека. Это суть права на С., на собственность, на безопасность и на противодействие притеснению". Затем декларация дает весьма ясные теоретические определения понятий С. и собственности, при чем первое из них сделалось общепринятым в литературе: "С. состоит в праве делать все то, что не вредит другим; поэтому пользование естественными правами каждого человека не имеет иных границ, кроме тех, которые обеспечивают за другими членами общества пользование этими же самыми правами. Эти границы могут быть определены только законом... Собственность есть право неприкосновенное и священное; никто не может быть лишен его, разве только когда этого очевидно требует общественная необходимость, законным путем установленная, и при условии справедливого вознаграждения". Далее, в нескольких специальных статьях декларация раскрывает частное содержание понятия С.; в его состав входят: С. от произвольного ареста; право не подвергаться наказанию иначе, как по суду и на основами закона; полная С. совести, слова и печати (о праве сходок и ассоциаций не упомянуто). Все это выражено в той же теоретической, отвлеченной форме, а не в форме законоположения (напр. "Свободное сообщение мыслей и мнений есть одно из наиболее драгоценных прав человека"). В той же теоретической форме эти постановления вошли в конституции 1791, 1793 и 1795 гг.; затем они исчезли из французских конституций и лишь однажды появились вновь, в конституции 1848 г. ("Французская республика имеет принципом С., равенство и братство; основой она имеет семью, труд, собственность, общественный порядок"). Изложение этих принципов в форме деклараций в новейших конституциях заменяется формулированием тех же принципов, имеющим более юридический характер, а именно так назыв. "конституционными гарантиями прав личности". Во многих конституциях обе формы встречаются рядом; так, уже в конституции 1791 г. находится положение, имеющее форму конституционной гарантии: "законодательная власть не может издать никакого закона, который парализовал бы или препятствовал осуществлению естественных и гражданских прав, перечисленных в настоящей главе и гарантируемых конституцией". В конституции VIII г. неопределенное и широкое положение первых конституции о свободе от произвольного ареста заменяется точным, вполне юридически формулированным, тезисом: "для того, чтобы постановление об аресте могло быть приведено в исполнение, 1) в нем должна быть определенно указана причина ареста и закон, на котором он основан; 2) оно должно исходить от власти, законом на то уполномоченной; 3) оно должно быть объявлено лицу, которое подвергается аресту, и это лицо должно получить с него копию". Частью в форме деклараций, частью в форме конституционных гарантий эти положения перешли почти во все европейские конституции XIX в.; все они так или иначе признают С. личности и гарантируют ее. Исключение составляет Англия, где вовсе нет писанной конституции и гражданская С. регулируется частными положениями уголовного и полицейского права, а отчасти даже просто обычаем (так, свобода печати в Англии не гарантируется никаким законом). Другое исключение составляет французская конституция 1875 г., в которой о С. личности не говорится ни одного слова. Тем не менее на практике она признается в новой Франции в гораздо большей степени, чем во Франции всех предыдущих эпох, хотя все-таки в значительно меньшей степени, чем в Англии или Америке. Исключение статей о С. личности из конституции объясняется опытом, показавшим, что ни торжественные декларации прав личности, ни включение положений о гарантах в конституцию, не обеспечивает в действительности этих прав, и что истинная гарантия может быть дана только правильной организацией законодательной, исполнительной и судебной власти, позволяющей личности отстаивать свои интересы, а, следовательно, и важнейший интерес - свободу, в связи с культурным развитием страны.

Из ныне действующих конституций особенно полно и отчетливо формулирован принцип С. личности в конституции бельгийской, где эта формулировка имеет характер отчасти декларации ("печать свободна"), отчасти и преимущественно конституционных гарантий ("цензура не должна быть устанавливаема"). Господствующие взгляды на С. личности XIX в. весьма резко отличаются от взглядов на нее XVIII в. в двух отношениях. Во-первых, в XVIII в. пытались примирить С. личности с неограниченностью власти государства; в XIX в. общепризнанным является мнение, что эти два принципа взаимно исключают друг друга и что С. личности может развиваться только на счет власти государства, которая вовсе не должна быть неограниченной. Во-вторых, в XVIII в. принцип С. личности конструировался, как принцип естественного права; люди признавались свободными и равными от природы и по рождению; поэтому существовало стремление точно определить границу этой С. на основании теоретического и отвлеченного анализа. Хотя мнение это сохранилось даже в таких поздних юридических актах, как калифорнийская конституция 1879 г., но в действительности в XIX в. никто серьезно его не поддерживал. Напротив, в настоящее время более или менее твердо установлен принцип, что С. личности возникла, как принцип права, сравнительно поздно, развивалась медленно и постепенно, развивается еще поныне и будет развиваться и впредь; нельзя, поэтому, указать точно определенного, раз навсегда, для всех времен и народов, содержания этого принципа; граница между сферами государства и личной С. изменялась и должна изменяться. Определение С. в Декларации Прав ("С. состоит в праве делать все то, что не вредит другим") дает лишь очень недостаточное указание для раскрытия содержания этого понятия, так как "вред для других" есть нечто крайне неопределенное и растяжимое; то, что при одних условиях может быть признаваемо оскорблением и, следовательно, вредом для другого, при других условиях является законным выражением мнения; действие, которое сегодня признается за оскорбление общественной нравственности или за публичный соблазн, завтра может быть допущено совершенно свободно; действие, которое сегодня считается опасным для жизни и здоровья других (колдовство), завтра оказывается совершенно безвредным.

В настоящее время в содержание понятая личной С., как оно разрабатывается в литературе и в юридической практике передовых в этом отношении стран, входят: во-первых, все виды личной С., которые касаются главным образом материальных интересов человека; таковы: а) личная С. в тесном смысле слова, т. е. С. от произвольных обысков и арестов, а также С. передвижения без разрешения начальства (паспорта) как в пределах территории определенного государства, так и вне его, а следовательно, и право отказываться от подданства; б) личная собственность; в) С. торговли, труда и промышленности. Во-вторых, те виды С., которые касаются моральных интересов человека; таковы: а) С. совести; б) С. собраний; в) С. слова и печати; г) С. сходок собраний, союзов и ассоциаций; д) С. обучения; е) тайна почтовой корреспонденции. В Америке, сверх того, в это понятие включается, обыкновенно право носить оружие. Ни один из этих видов С. не может, однако, быть признан неограниченным и нигде таким не признается. С. обучения, напр., естественно ограничивается законами об обязательном обучении, которыми государство требует от каждого гражданина, вступающего в жизнь, определенного минимума знаний; С. торговли ограничивается не только системой пошлин и налогов, но и надзором за ее добросовестностью (меры против фальсификации продуктов, контроль за продажей ядовитых веществ и т. д.); даже наиболее ценимая С. совести подвергается некоторому ограничению в том отношении, что религия не дает права совершать действия, преступные с точки зрения существующего права, или отказываться от действий, обязательных с той же точки зрения; признается только безусловно необходимым, чтобы ограничения налагались не иначе, как на основании закона, и чтобы у каждого гражданина была возможность законным путем бороться за изменение этих границ в желательном для него направлении. Гарантия гражданской С. лежит в С. политической. При всей неопределенности содержания принципа С. личности, то расширяемого, то суживаемого, можно сказать утвердительно, что во всех европейских странах в течение XIX в. понимание этого принципа, в общем, все расширялось и что ему предстоит еще дальнейшее расширение.

Литература. Вопрос о С. личности и об ее отношении к государству затрагивается почти во всех общих сочинениях по государственному праву и политике; о нем можно найти весьма интересные рассуждения у Маккиавелли, Боссюэ, Бодена, Локка, Пуффендорфа, Монтескье, Руссо, Блэкстона и др. Характеристику взглядов древности па С. и сравнение их с современными см. у Фюстель Куланжа, в III книге "Гражданской общины античного мира". Характеристике прав личности посвящена прекрасная глава у Эсмена, в "Общих основаниях конституционного права" (рус. пер. СПб. 1898 или М. 1899, т. 1). Историю борьбы за личную С. в Англии представляет книга В. 9. Дерюжинского: "Habeas Corpus Акт" (Юрьев, 1895), историю борьбы за права слова и сходок - Jephson, "The platform, its rise and progress" (Лпц, 1892) и статья Дерюжинского: "Публичные митинги в Англии" ("Вестник Европы", 1892, 2 - 3). Лучшее специальное исследование "о границах деятельности государства" представляет книга под этим заглавием Вильгельма ф. Гумбольдта, написанная в 1791 г., но напечатанная впервые только в 1851 г. (pyccкий перевод в приложении к книге Гайма, "Вильгельм ф. Гумбольдт", М., 1899). Все позднейшие сочинения носят явственный отпечаток сильного влияния этого сочинения, не исключая и книги Дж. Ст. Мидля "On Iiberty" (Л., 1859; "О свободе", перев. Неведомского, 2 изд., СПб., 1882). См. еще Jules Simon, "La liberte" (П., 1859); Laboulaye, "L\'etat et ses limites" (5 изд., П., 1871); его жe, "Le parti liberal" (U., 1864).

В. В - в.

Свободные хлебопашцы

- особый разряд вольных крестьян, созданный в царствование Александра I. При самом вступлении своем на престол Александр I обнаружил желание облегчить положение крепостных крестьян. Самою важной мерой в этом отношении было решение не отдавать казенных крестьян в частную собственность. Кроме того, был поднять вопрос о запрещении продажи крестьян без земли. Вследствие нерешительности молодого императора и крепостнических тенденций большинства его окружавших, этот вопрос остался нерешенным, но в ноябре 1802 г. С. П. Румянцев представил государю проект "постепенного уничтожения рабства", который, с некоторыми изменениями, получил 20 февраля 1803 г. силу закона. Проект Румянцева сводился к следующему: 1) право владения крестьянами принадлежит исключительно людям благородным; они же получают право отпускать крестьян на волю целыми селениями, на известных условиях; 2) помещики, увольняющие крестьян целым семейством, могут наделять каждого уволенного участком земли по своему желанию; 3) селения могут выкупаться на свободу, внеся установленную их владельцем плату сразу или же уплачивая ее в течете известного срока; 4) разрешается приобретение не полной свободы, а только "законного утверждения земли" за крестьянами, с платой соответствующего оброка; 5) неисправных плательщиков следует отдавать в рекруты, ежели они годятся, а если нет, то "в какую-нибудь государственную работу". Проект этот вызвал сильное противодействие со стороны крепостников, особенно со стороны Г. Р. Державина, бывшего в то время министром юстиции. На этот раз, однако, крепостникам пришлось смириться, и указ был издан. Содержание нового закона было следующее: разрешается отпускать крестьян родовых и благоприобретенных имений на волю, как по одиночке, так и целым селением, но с обязательным наделением их землей; условия, заключенные обеими сторонами, представляются на утверждение Государя; крестьяне, не исполнившие своих обязательств, возвращаются на прежнем основании своим помещикам. Все получившие свободу на основании нового закона, если не пожелают приписаться к другим сословиям, могут оставаться на своих землях, образуя "состояние свободных хлебопашцев", платя в казну подушный оклад наравне с владельческими крестьянами и отбывая рекрутскую и земские повинности наравне с казенными. С. хлебопашцам даруется право полученную землю продавать, оставлять в наследство, с одним только условием - не раздроблять на участки менее 8 дес.; они могут покупать землю, переселяться и т. д. В добавление к этому указу были выработаны особые правила, данные министру внутренних дел в руководство при рассмотрении договоров крестьян с помещиками. эти правила охватывают 2, 3 и 4 пункты вышеизложенного проекта Румянцева. При утверждении договоров крестьян с помещиками министр внутренних дел должен был наблюдать, чтобы помещик не обезземеливал крестьян, оставшихся у него крепостными, и чтобы каждый С. хлебопашец получал определенный участок в собственность.

Закон 20 февраля 1803 г. в действительности не имел и не мог иметь того значения, которое ему приписывал Румянцев в своем проекте, тем более, что государственный совет старался вообще сузить его применение. Когда в следующем году после его издания возник вопрос относительно освобождения крестьян в родовых имениях посредством завещания, на основании этого закона, государственный совет нашел, что действие нового закона не может распространяться на подобные случаи, так как родовым имением можно располагать только по закону, а не по завещанию. Таким образом был отрезан путь к наиболее удобному примению нового закона. Неудивительно, поэтому, что очень немногие воспользовались им. С этой точки зрения закон о С. хлебопашцах не имел большого значения, но он понемногу приучал русское дворянство к мысли, что рано или поздно, на тех или других условиях, ему прийдется отказаться от своего права на рабов: он поддерживал надежды врагов крепостного права и - что еще важнее - способствовал распространению убеждения, что крестьяне должны быть освобождены с земельным наделом. Безвредный для дворянства по существу, закон 20 февраля 1803 г. вызвал,. однако, ожесточенную оппозицию со стороны крепостников. Растопчин, гр. Звадовский, Державин и мн. др. проклинали Румянцева, обвиняли его во всевозможных преступлениях, заявляли, что он из-за желания получить два аршина голубой ленты продал дворянство и т. д. Однако, нашлись и люди, встретившие новый закон с восторгом, может быть более сильным, чем он заслуживал. М. В. Храповицкий, в оде, посвященной этому закону, восхваляет заботливость Государя о несчастных рабах, рисует яркими красками положение крепостных и заканчивает следующими словами:

Исчез бича всегдашний страх!

Свободный хлебопашец он.

Его под кров приял закон!

Г. Лучинский.

В 1813 г. был учрежден комитет для рассмотрения особенных случаев по увольнению помещичьих крестьян в С. хлебопашцы. В 1823 г. было разъяснено, что С. хлебопашцы, исполнившие свои обязанности относительно их бывших помещиков, могут переходить в градское звание и другое податное состояние. В 1848 г. С. хлебопашцы были переименованы в "государственных крестьян, водворенных на собственных землях"; это же наименование было одновременно дано и "безоброчным" крестьянам, выкупавшимся на свободу, на основании указа 1847 г., при продаже имений с публичного торга. В 1835 г. было подтверждено запрещение освобождать крестьян с землей иначе, как по правилам о С. хлебопашцах. На основании закона 1803 г. было в царствование императора Александра I 160 случаев освобождения, при чем получили свободу 33782 душ муж. пола; кроме того, в 1807 г. выкупились на свободу крестьяне кн. А. Голицына в Воронежской губ., в числе 13371 душ, за 5424168 руб., получив эту сумму в ссуду от казны; всего перешло в разряд С. хлебопашцев с 1803 по 1825 г. 47153 душ. муж. пола. В царствование императора Николая I был всего 251 случай освобождения, при чем освободилось 67149 д. м. п.; таким образом, закон 1803 г. имел и при Николае I большее применение, чем закон 1842 г. об обязанных крестьянах, на основании которого получило свободу лишь около 25 тыс. душ муж. пола. Почти все крестьяне, воспользовавшиеся указом 1803 г., принадлежали к населению Великороссии. Условия увольнения крестьян помещиками были довольно различны. Некоторые (немногие) помещики отпускали крестьян без всякой платы, большинство - за определенную, самую разнообразную (в среднем от 100 до 200 руб. с души муж. пола) плату, вносимую единовременно или с рассрочкой, или с обязанностью исполнять барщину; в некоторых случаях казна помогала крестьянам выкупаться на свободу. Из случаев отпуска на волю крестьян в С. хлебопашцы большими массами выдается увольнение гр. Орловой-Чесменской в 1838 г. 5518 душ муж. пола в Серпуховском у. Московской губ. и гр. Бутурлиным, в 1841 г. - около 12000 душ муж. пола в Воронежской губ. Случаев неисполнения крестьянами принятых на себя обязанностей было всего три (с 477 душ.) за все время действия закона о С. хлебопашцах: в этих случаях крестьяне вновь возвращались в крепостное состояние. Всего числилось С. хлебопашцев по 7-й ревизии (1817) - 23187 (очевидно - без крестьян кн. Голицына), по 8-й (в 1835 г.) - 65311, по 9й (в 1851 г.) - 137034 душ муж. пола. Ср. Вешняков, "Крестьянесобственники в России" (СПб., 1858 В. И. Семевский, "Крестьянский вопрос в России в XVIII и первой половине XIX в. (СПб., 1888).

Святки

т. е. святые дни - двенадцать дней после праздника Рождества Христова, до праздника Богоявления. Они называются и св. вечерами, может быть в воспоминание событий рождества и крещения Спасителя, совершившихся в ночное или вечернее время. Святить двенадцать дней после праздника Рожд. Христова церковь начала с древних времен. Указанием на это могут служить 13 бесед св. Ефрема Сирина, произнесенных им от 25 декабря по 6 января, а также "слова" св. Амвросия Медиоланского и св. Григория Нисского. Древнее двенадцатидневное празднование С. (dwdecahmern) подтверждается церковным уставом препод. Саввы Освященного (ум. 530 г.), по которому во дни С. "никакожо пост, ниже коленопреклонения бывают, ниже в церкви, ниже в келлиях", и запрещено совершать таинство брака. Тоже подтверждено и кодексом Юстиниана, изданным в 535 г. Вторым туронским собором, в 567 г., все дни от Рождества Христова до Богоявления названы праздничными. Между тем, святость этих дней и вечеров во многих местах нарушалась гаданиями и другими суеверными обычаями, уцелевшими от языческих празднеств того же времени года. Против этого направлены, между прочим, 61 и 62 правила шестого вселенского собора. Действующий у нас закон запрещает "в навечерие Рождества Христова и в продолжение С. заводить, по старинным идолопоклонническим преданиям, игрища и, наряжаясь в кумирские одеяния, производить по улицам пляски и петь соблазнительные песни" (Св. Зак. XIV, ч. 4, 33 - 34). См. прот. Г. С. Дебольский, "Дни богослужения православной католической восточной церкви" (т. 1, СПб., 1882).

Святогорский мужской монастырь

2-го класса (с 1899 г.) м-рь - Псковской губ. Опочецкого у. Основан в 1566 г. Перед алтарем могила А. С. Пушкина. В мон-ре происходило чествование поэта в мае 1899 г.

Святой Елены о-в

- в южной части Атлантического ок., в 1900 км. на З от зап. берега Южной Африки, под 15º55\' ю. ш. и 5º42\' з. д. Принадлежит Англии. Длина острова 16 км., ширина 10 км. 122 кв. км., 4116 жит. (1986 мжч. и 2130 жнщ.). Туземцы по преимуществу негры. В число жителей входят солдаты одной батареи и одной роты пехоты. Геологическое строение острова вулканическое; поверхность гористая, пересекаемая пропастями и равнинами. По виду остров - величественная пирамидальная масса темно-зеленого цвета, отвесно поднимающаяся из океана; среди огромных отдельных скал лежать глубокие отверстия - устья узких долин или пропастей, постепенно ведущих к центральному плато. По берегам, у всех устьев долин, где легко можно пристать, возведены укрепления. Центральное плато пересекается с В на З известковым хребтом, делящим остров на две неравные части и доходящим в вершине Дианы до высоты 2700 фт.; вдоль берега, на З от зал. Санди (Песчаного), тянутся на значительном протяжении пласты базальтовых колонн, образующих х стену от 50 до 180 фт. высотой. Область на С от хребта также гориста, но имеет и значительные равнины; из них наибольшая - Лонгвуд, где жил Наполеон I. Орошение острова довольно хорошее; 1/5 ов-а плодородна. Климат здоровый, ровный, легкий и юго-вост. ветер умеряет жару. В Джемстоуне средняя годовая темп. 21,3" Ц., в самый холодный месяц (августа) 18,7º Ц., в самый жаркий (февраль) 23,9ºЦ. Обильные дожди выпадают только в марте и апреле, но воздух всегда насыщен влагой; грозы и бури очень редки. Более 160 ручьев дают свежую, здоровую воду. Прежде леса покрывали о-в; на высотах древовидные папоротники являли такое же разнообразие пород, как и на островах Индийского океана; но теперь количество их сократилось в борьбе с привезенными европейскими породами (напр. европ. соснами). Исследования показали, что древняя флора С. Елены не представляет никакого ясного родства с какой бы то ни было континентальной флорой и представляет прекрасный пример самостоятельной островной флоры. Культура земли наиболее развита в горных областях. Лошадей мало, еще менее коз; есть рогатый скот, овцы, свиньи, кролики. Местная фауна также сократилась, вследствие истребления лесов, в которых дичали привозимые козы; только одна местная порода птиц действительно дикая, но масса одичалых европ. и африканских привезенных птиц - канареек, фазанов, глухарей, тетеревов; туземных бабочек нет, но некоторые завезены сюда случайно; жуков 59 пород, из них 27 туземных; из мягкотелых имеются 12 пород улиток. Корабли, возвращающиеся из Остиндии в Европу, находят на С. Елене, на половине своего пути, приятное и удобное место отдыха. Жители, кроме земледелия, занимаются еще судоходством, но с открьтем Суэцкого канала этот промысел сильно сократился. Главный г. Джемстоун, при зал. Джемс, на З о-ва; вблизи находится ныне пустая могила Наполеона. Джемстоун - единственная пристань о-ва; состоит из одной улицы, дома которой построены в такой узкой долине, что они непосредственно упираются в скалы.

На высокой (183 м.) скале форт; астрономическая обсерватория. Кроме этой улицы встречаются еще отдельно разбросанные домики. В 6 км. от С. Елены лежит скалистый о-в Эгг-Айланд. О-в С. Елены был открыт португальским мореплавателем Хуаном де Нова Кастелья 21 мая 1501 г., в день С. Елены, но оставался неизвестным другим европейцам до 1588 г., когда его посетил капитан Кавендиш на возвратном пути своего из кругосветного плавания. Остров оставался ненаселенным, пока голландцы в 1645 г. не основали здесь первой колонии. Английская остиндская компания захватила о-в в 1651 г., но он снова был занять голландцами в 1672 г.; в 1673 г. снова отнять у голландцев английским капитаном Мунден и возвращен остиндской компании, которая получила на владение им хартию от Карла II и владела им до 1834 г. (за исключением периода с 1815 по 1821 г., когда английское правительство держало здесь в плену Наполеона). Теперь о-в принадлежит непосредственно английской короне.

Святослав Игоревич

- вел. кн. киевский. Летопись относить рождение С. к 942 г. В момент смерти отца С. был еще младенцем, и управление княжеством во время его малолетства было в руках его матери Ольги. Воспитателем С. был Асмуд, а воеводой  - Свенельд. Как только С. возмужал, он обнаружил типичные черты князя-дружинника; дела земские его интересовали мало, его тянуло к военным предприятиям в отдаленных землях. Из славянских племен к востоку от Днепра только вятичи были в ту пору вне влияния киевских князей и платили дань хазарам. Из-за вятичей С. вступил в борьбу с хазарами и проник на Волгу и даже в Предкавказье, где столкнулся с ясами и касогами. Затем С. направил свое внимание на Ю - на Дунайскую Болгарию. Почин в этом предприятии С. шел со стороны византийского императора Никифора Фоки, который, желая оградить Византию от опасных соседей болгар, послал к С. предложение напасть на Болгарию" С. явился в Болгарию со своими союзниками - венграми, печенегами и др. - в качестве друга Византии. Успех похода С. был огромный; он занял ряд болгарских городов и стал стремиться к полному обладанию Болгарией. Греки скоро почувствовали, что приобрели в его лице еще более опасного соседа. Тогда Никифор направил печенегов на Киев, и С. должен был возвратиться в отечество, но уже в 971 г.. посадив на Руси своих сыновей, снова явился в Болгарии. Между тем преемник Никифора Фоки, Иоанн Цимисхй, помирился с болгарами, и С. пришлось иметь дело и с греками, и с болгарами; хотя в Болгарии была и русская партия, но движение против С. было сильное. Чтобы сломить греков, С. двинулся за Балканы и сначала имел успех, но дотом должен был заключить Мир с греками и уйти из Болгарии. Он пошел в лодках к днепровским порогам, но пороги были заняты печенегами. С. переждав до весны и снова попытался пройти пороги, но был убит в сражении печенегами, которые, по преданию, сделали из черепа его чашу (972 г.). Ср. Завитневич, "Вел. кн. киевский. Игоревич и историч. значение его богатырских подвигов" (Киев, 1888);  Льва Дьякона. Этим же войнам посвящено специальное исследование Черткова: "Описание войны вел. кн. С. Игоревича" (М., 1843, и "Русский Исторически Сборник", VI).

Святотатство

(юрид.), как имущественное посягательство, направленное на священные или освященные предметы, заключает в себе два момента: корыстную цель, свойственную имущественным посягательствам вообще, и оскорбление религиозного чувства верующих. Отсюда проистекает различие взглядов на С. - как на действие, относимое к области религиозных посягательств, и как на разновидность имущественных посягательств, выделяемую по особы м свойствам объекта и места совершения преступления. В римском праве понятие Sacrilegium имело и тесное, а широкое значение. В первом смысле оно означало похищение священных вещей, хотя бы и не из священных мест, во втором - посягательство на религиозное чувство вообще. Каноническое право расширило это понятие до самых крайних пределов и разделило его на sacrilegium personale - посягательства на священнослужителей, locale - нарушение неприкосновенности и достоинства священных мест, и reale - С. в современном смысле. Такое широкое понимание sacrilegium перешло в светское законодательство и держалось до 2 января 1669 г. Этот последний взгляд был воспринят сводом законов уголовных; его же держится действующее уложение о наказаниях. Проект уголовного уложения возвращается к воззрению старого права. Редакционная комиссия, повторяя слова г. Бедогриц-Котляревского, признает "принятую действ. законодательством квалификацию данного преступления не выдерживающую критики, потому, что понятые С. не есть самостоятельное, а производное, слагающееся из обстоятельств воровства и грабежа, осложненных особенными качествами объекта и места преступления". По определению 219 ст. улож. о нак., "С. признается всякое похищение церковных вещей и денег как из самых церквей, так и из часовен, ризниц и других постоялых и временных церковных хранилищ, хотя бы они находились и вне церковного строения". По способу действия различаются насильственное ограбление (когда оно не соответствует общему понятию разбоя), похищение со взломом и похищение без взлома; по роду места похищение из церкви или церковной ризницы, из часовни или другого церковного хранилища и из частного дома или другого места; по свойству похищенного - похищение предметов священных (ограничительно исчисленных в ст. 231), похищение вещей, освященных употреблением при богослужении, и похищение принадлежащих церкви денег, свеч, еще не поставленных к образам или в паникадила, и других не освященных употреблением при богослужении вещей. Сообразно такому сложному различию видов С., установлена сложная карательная система, по которой, начинаясь от высших исправительных, наказания доходят до ссылки в каторжные работы на 15 лег (ст. 220 - 226). Оскорбление святыни при С. почитается увеличивающим вину обстоятельством. Покража денег из столбов, выставленных с образами или крестами для сбора на церковь, наказуема как похищение из часовни денег и не освященных вещей (ст. 227). Наказание за С., учиненное лицом, коему было поручено хранить похищенных предметов, вещей или денег или коему они были вверены для употребления при богослужении, увеличивается одной степенью (ст. 228).

Кроме общей постановки вопроса, наибольшие возражения вызывает отнесение к С. похищения принадлежащих церкви денег и не освященных предметов, т. е. перенесение центра тяжести со свойства объекта на его хозяина. Проект угол. улож. (1895 г.) исключает из понятия о С. похищение церковных денег и неосвященных предметов. На той же почве остались в своем представлении госуд. совету министр юстиции и председатель редакционной комиссии, хотя св. синод, в замечаниях на проект, настаивал на сохранении определений действующего права. Не различая, по наказуемости похищения, предметов священных от освященных, равно объединяя случаи похищения из христианской церкви, молитвенного дома, ризницы, другого церковного хранилища или из иного места, если виновному известно было о принадлежности похищенного христианской церкви, проект назначал за С., "буде виновный не подлежит более строгому наказаны за оскорбление святыни", каторгу на срок до 8 лет или исправительный дом. Субъектом С. может быть лицо всякого вероисповедания, объектом - имущество церквей только христианских. Со стороны внутренней требуется корыстное намерение овладеть церковным имуществом. Мошеннический способ деятельности в понятие С. не входит. В одной главе с С. действующее право трактует разрытии могил в истреблении или повреждении надгробных памятников. См. И. Фойницкий, "Посягательства на личность и имущество"; Белогриц-Котляревсюй, "Особые виды воровства-кражи по русскому праву".

К.-K.

Святцы

- так наз. список святых, чтимых православной церковью, составленный в порядке месяцев и дней года, к которым приурочено празднование и чествование каждого святого. Церковные С. назначаются для богослужебного употребления; они печатаются при богослужебных книгах канонике, акафистнике, молитвослове, в конце их, а иногда в середние. Окончательной, однообразной редакции С., печатаемых в церковных книгах, не существует; одно только правило соблюдается непременно - каждое имя, заносимое С., должно принадлежать канонизованному церковью святому. Этим С. отличаются от старинных церковных "дистихов" или "поминай", которые каждый мог и может приносить с собою в храм для поминовения священнослужителями. Иначе С. называются месяцесловами, преимущественно - когда они издаются отдельно. В церковных отдельных изданиях святцев или месяцеслов к спискам святых присоединяются особые статьи для определения на большее или меньшее время вперед дней так называемых подвижных праздников; таковы "Наехали зрячая" (определяющая на известный год дни праздников, находящихся в зависимости от времени празднования дня Пасхи), "ключ обращения индиктиона", "лунное течение". Здесь же помещаются кондаки и тропари праздников, особенно в месяцесловах, Типиконе, Следованной Псалтири, Молитвослове и Часослове. Издаваемые для домашнего употребления частными лицами С., месяцесловы, календари не имеют обязательной нормы состава имен святых, так в С. богослужебных книг, но подчиняются общему цензурному правилу о том, что в С. могут быть заносимые лишь имена канонизованных церковью святых. Образцом таких частных изданий "святцев" или "месяцесловов" может служить "Календарь Православной Церкви" в "Настольной книге для народа", изданной комиссией народных чтений в С.-Петербурге и его окрестностях; он составлен прот. Н" К. Смирновым, под редакцией известного автора учебников по Закону Божию, протоиерея Д. П. Соколова.

Н. Б - в.

Святой, святые

В памятниках первоначальной христианской древности, до половины IV в. и даже до V в., как у восточных, так и у западных христиан слово святой - (agioV;), sanctus - по мнению Мартиньи ("Dictionnaire des antiquites") отнюдь не было усвоено так назыв. ныне канонизованным святым, т. е. ни апостолам, ни мученикам, ни вообще лицам, которые позже стали, под именем святых, предметом особого почитания церкви. На Западе в то время выражались просто: Paulus (не прибавляя: "апостол" или "святой"), Vincentius, Petrus и т д. Римский календарь, изданный Бухером, а потом Рюинардом при его "Acta Sinсега", доводит список особо чествуемых в церкви лиц до IV в. включительно (до папы Либерия), при чем ни разу не дает им названия sanctus. Лишь в календарях церкви карфагенской, в III - V вв., при поминовении умерших, особенно чтимых церковью, слово sanctus встречается часто. Первый календарь, в котором постоянно встречается слово sanctus при имени того или иного особо чтимого церковного лица, это - календарь Полемия ("Acta sanctorum"; т. 1). В менее отдаленную эпоху это слово встречается иногда в мозаиках при изображении апостолов, но его еще нет при изображении св. Иоанна Предтечи даже в 451 г., и встречается оно при имени Предтечи не раннее, как в 472 г., на изображении св. Агафии in Suburra, в Риме. По исследованию Чиампи, оно встречается также при изображении Козьмы и Дамиана в 531 г. Слова sanctus и sanctissimus на мраморных погребеньях, бесспорно древних, имеют, по мнению Мартиньи, значение carissimus. Причина, по которой христиане древнейших времен избегали эпитетов: Sanctus, Sanctissimus, заключается, по мнению некоторых ученых, в том, что слово Sanctus часто употреблялось в надписях несомненно языческих, которым не хотели подражать христиане. На эпиграфических документах V в. встречается при именах, в некотором отдалении, одна буква S, которая может быть принята за начальную букву слова Sanctus, но также и за нач. букву слова Spectabilis. Вместо названия "святой" (Sanctus) или вместе с ним часто стояло, при имени почитаемого церковью лица, другое название dominus, domina. Мартиньи склонен думать, что слова dominus и domina означали в древности специально "мученик и мученица". Из рассказов о погребении почивших христиан видно, что распоряжавшиеся погребением провозглашали: ad sanctos! ad sanctos! (или ad martyres, ad martyres), т. е. приказывали нести умершего на специально христианское кладбище. Кроме обозначения личной святости или высокого благочестия лица, слово sanctus, (agioV;), как некогда в язычестве, прилагалось и в христианстве для обозначения, что то или иное лицо или место посвящено какому-либо священному служению. Христиане in согроге в древней церкви (напр. в посланиях апост. Павла) именовались святыми. В Евангелии святость, освящение представляются везде как свойство христианства, во всех его проявлениях: да святится имя твое (Mф. VI, 9), отче святый, святи их во истине твоей (Иоан. XVII, II, 17).

Почитание и призывание святых. "Православная церковь почитает праведников не как богов каких, а как верных суть, угодников и друзей Божиих; восхваляет их подвиги и дела, совершенные ими при помощи благодати Божий во славу Божью, так что вся честь, воздаваемая С., относится к величеству Божию, которому они благоугождали на земле своею жизнью; чествуют С. ежегодными воспоминаниями об них, всенародными празднествами, созиданием во имя их храмов и под. " (Прав. испов. ч. III, отв. на вопр. 52; Поел. восточн. патриар. о прав. вере, отв. на вопр. 3). Св. Писание решительно запрещает оказывать кому-либо Божеское поклонеие и служение (Хитреца), кроме единого истинного Бога (Второе. VI, 13; Ис. XLII, 8; Матф. IV, 10; 1 Тим. 1, 17), но вовсе не возбраняет воздавать надлежащее почтение (doulexa) верным слугам Бога, и притом так, чтобы вся честь относилась к Нему же единому, как "дивному во святых своих" (Псал. LXVII, 36). Царь Давид взывал: "мне же зело честни быша друзи Твои, Боже" (Псал. CXXXVIII, 17); сыны пророческие торжественно "поклонились до земли верному рабу и другу" Божию - Елисею (4 Цар. II, 15). В Новом Завете сам Иисус Христос, подтвердив закон: "Господу Богу твоему поклоняйся, и Ему одному служи" (Матф. IV, 10), сказал ученикам своим: "вы друзья мои, если исполните то, что Я заповедую вам" (Иоан. XV, 14), и засвидетельствовал пред ними: "кто принимает вас, принимает Меня; а кто принимает Меня, принимает пославшего Меня" (Матф. X, 40), показывая, что честь, воздаваемая верным слугам Его и друзьям, относится к Нему самому. Возникнув в христианской церкви на первых же порах ее существования, вера в богоугодность и спасительность достодолжного чествования С. выразилась в установлении в память мучеников и других С. особых праздников, по примеру воскресного и других праздничных дней, с совершением соответствующих молитвословий и литургии (свидетельства Тертуллиана и св. Киприана; Постановления апостол. кн. VI, гл. 30; кн. VIII, гл. 33). Начиная с IV в. везде открыто и торжественно происходит чествование С., узаконенное двумя поместными соборами того же века: гангрским и лаодикийским. Вместе с тем развивается и определяется самое учение о почитании С. (Ефрем Сирин, Василий Великий, Григорий Нисский, Григорий Богослов, Иоанн Златоуст). Способствовало этому появление разных еретических лжеучений. Были, напр., еретики, которые не только чествовали Богоматерь подобающим ей почитанием, как святейшей всех святых, но и воздавали ей божеские почести, поклонялись и служили ей наравне с Богом. Это вызвало св. Епифания как на обличение заблуждающихся, так и на выяснение истинного церковного учения о почитании С.

В начале V века появились еретики, которые стали упрекать церковь в том, что будто бы ею допускается божеское чествование С. с таким же поклонением им и служением, и этим восстанавливается древнеязыческое идолопоклонство и ниспровергается вера в истинного Бога, которому одному нужно поклоняться и служить. Во главе этого рода лжеучителей, состоявших по преимуществу из евномиан и манихеев, стал испанец Вигилянций. Против него выступили блаж. Иероним и Августин. Вера в обязательность и спасительность достодолжного чествования С. неизменно сохранялась в церкви и в последующие века; подтверждением чему служат свидетельства как отдельных пастырей церкви (Сальвиан, Кирилл Александрийский, Григорий Великий, Иоанн Дамаскин), так и целых соборов - поместного карфагенского (419 - 426) и в особенности седьмого вселенского (никейского II). Противниками этого учения в средние века являются альбигойцы, павликиане, богомилы, вальденсы и виклефиты, в новейшие века - вообще протестанты.

Призывание святых. Почитая С., как верных слуг, угодников и друзей Божих, церковь, вместе с тем, призывает их в молитвах, не как богов каких, могущих помогать нам своею собственной силой, а как предстателей наших пред Богом, единым источником и раздаятелем всех даров и милостей тварям (Иак. 1, 17) и ходатаев наших, имеющих силу ходатайства от Христа, который "един (есть)" в собственном смысле и самостоятельный "посредник между Богом и человеками, предавший Себя для искупления всех" (1 Тим. II, 5 - 6; "Прав. испов. веры", ч. III, отв. на вопр. 52; "Поcл. восточн. натр. о прав. вере", гл. 8). Начало молитвенного призывания С. видно еще в церкви ветхозаветной: царь Давид взывал к Богу: "Господи, Боже Авраама, Исаака и Израиля, отцов наших" (1 Парад. XXIX, 18). Апостол Иаков преподает верующим заповедь молиться друг за друга и к этому прибавляет: "много может усиленная молитва праведного" (Так. V, 16). Апостол Петр обещал верующим и после своей смерти не прерывать попечения о них (2 Петр. 1, 15). Апост. Иоанн засвидетельствовал, что святые возносят свои на небе молитвы пред Агнцем Божим, помня в них и о сочленах своих в церкви воинствующей (см. Апокал. V, 8; VIII, 3  - 4). На основании Свящ. Писания и вместе свящ. предания, церковь всегда учила призывать С., с полной уверенностью в их предстательстве за нас перед Богом. Это учение и верование церкви содержится во всех древнейших литургиях, напр. апост. Такова и иерусалимской церкви, появившиеся в IV в. и вошедшие в церковнобогослужебную жизнь чины литургии св. Василия Великого и Иоанна Златоуста ясно доказывают, что призывание С. в это время было явлением всеобщим. На седьмом вселенском соборе отцы, рассуждая о почитании и призвании С., между прочим, постановили: "кто не исповедует, что все святые... досточтимы пред очами Божиими... и не просит молитв у них, как у имеющих, согласно церковному преданию, дерзновение ходатайствовать о Мире, - анафема". Учение о призывании С. сохранилось и доныне сохраняется в отделившихся издревле от вселенской церкви христианских обществах, как то: несторианском, абиссинском, коптском и армянском. Противниками этого учения явились выделившиеся из западной церкви в средние века рационалистические и мистические секты.

Лютер отверг почитание и призывание С. на том, главным образом, основании, что видел в них своего рода посредников между Богом и верующими, каковое посредство исключалось его личной, непосредственной верой. Ему казалось, что даже и прославленные С. своим посредством будут отдалять верующих от Христа, подобно тому, как здесь на земле отдаляют их от Него члены церковной иерархии. Поэтому он настаивал на мысли, что почитание С. является унижением заслуг Иисуса Христа, как единственного ходатая между Богом и людьми. С., по мнению Лютера - это только замечательные исторические лица, о которых нужно вспоминать с благоговением, говорить с уважением, но к которым нельзя обращаться с молитвой. См. епископ Сильвестр, "Опыт православного догматического богословия" (т. V, Шев, 1891); митроп. моек. Макарий, "Православно-догматическое богословие" (т. II, СПб., 1883, 4 изд.); "О призывании святых" ("Прибавл. к творен, святых отцов", ч. XV, 1856); Л. Епифанович, "Записки по обличительному богословию" (Новочеркасск, 1891); И. Трусковский, "Руководство к обличительному богословию" (Могилев на Дн., 1889).

Священная Римская Империя германской нации

(sacrum Imperium Romanum Nationis Teutonicae) - замечательное политическое учреждение, сохранившее в продолжение десяти веков (800 - 1806) одну и ту же форму, одни и те же притязания. Внешняя история империи есть, в сущности, история Германии от IX до XIX стол. и Италии в средние века. По своему происхождению, С. Римская империя была церковной и германской; форму ей дала неувядающая традиция всемирного владычества вечного Рима; германские и римские элементы, сливаясь, обусловливали собою всеобъемлющий и отвлеченный характер империи, как центра и главы западного христианского мира. Начало священной Римской империи относится к 800 г., когда Карл Великий был коронован римским императором. Событие это было заранее подготовлено, но Карл не думал об отделении Рима от Константинополя: до 800-го года законной наследницей Римской империи была Византия, возобновленная Карлом империя была продолжением древней Римской империи, и Карл считался 68-м императором, преемником восточной линии непосредственно после низложенного в 797 г. Константина VI, а не преемником Ромула Августула. Событие 800 г. явилось результатом соглашения между папой, церковными и светскими сановниками и королем. Карл фактически владел империей; он распоряжался в Риме - столице империи (matrona imperii), был защитником церкви. Но Римская империя считалась единой, неделимой; коронование Карла, не провозглашая отделения Запада от Востока, объявляло Рим столицей как политической, так и церковной. Власть Карла была освящена коронованием, но не увеличена. Императорский титул изменил положение Карла, окружил его особенным блеском; вся деятельность Карла вращалась с тех пор в кругу теократических идей. Вторичное восстановление империи было совершено Оттоном Великим. Несмотря на предшествовавшие смуты, Рим представлялся "золотым городом" (aurea Roma), его судьба - судьбой всего мира. "Пока Колизей будет цел, Рим будет жить; когда падет Колизей - падет и Рим, а когда падет Рим, падет и весь мир" - таково было представление современников о величии древней империи. 2 февраля 962 г. Оттон возбудил общий энтузиазм своим короновнием в сане "императора Августа". В уме средневекового человека, которому древность завещала идею всемирной монархии, сложилось глубокое убеждение в необходимой связи Римской империи и католической церкви. Положение императора и его функции определялись из сравнения власти императорской с властью папской. Он imperator terrenus, т. е. наместник Бога на земле в делах светских, и "patronus", т. е. защитник церкви; его власть во всем соответствует власти папы, отношения между ними аналогичны отношениям между душой и телом. "Как на небе", говорил имп. Фридрих I, "только один Бог, так и на земле только один папа и один император". Коронационный церемониал и официальные титулы императора указывают на стремление придать императорской власти божественный характер. Император считался представителем всех христиан. Он - "глава христианского Mира", "светский глава верных", "покровитель Палестины и католической веры", превосходящий достоинством всех королей. До своего коронования в Риме императоры с XI до XVI вв. носили титул "Romanorum rex semper Augustus", а после коронования - "Romanorum Imperator semper Augustus". С 962 г. положено начало соединению в одном лице двух титулов - императора римского и короля германского. Сначала это соединение носило чисто личный характер, потом - официальный и реальный.

Империя Х в. была, однако, в сущности феодальной монархией. Усвоив идею своей власти от древнего мира, императоры думали осуществить ее феодальным путем; императорская власть постепенно феодализовалась. В Риме Оттон был только императором, а не королем; он распоряжался апостольской кафедрой (низложение Иоанна XII), руководил прениями синода, смотрел на папу, как на свою креатуру, но никак не мог прочно утвердиться в столице, фактически не имел здесь силы, как и его преемники. Византия не признавала императором грубого "франка" Во Франции притязания императоров тоже не признавались. В состав империи Х - XI вв. входили собственно Германия, большая часть (2/3) Италии, Бургундия, Богемия, Моравия, Польша, Дания, отчасти Венгрия. Преемники Оттона I, преследуя химерические цели, встретили во всем отпор со стороны папства, феодализма и национального обособления. Отгон III (983 - 1002) всецело погрузился в идею всемирной Римской империи, отвернулся от единоплеменников, считал себя римлянином, мечтал об утверждении Рима во главе Германии, Ломбардии и Греции. Значительной силы достигла империя при Генрихе III (1039 - 1056) франконском, воспользовавшемся моментом, когда еще не успела окрепнуть папская власть. Он был полным господином Италии, свободно распоряжался судьбой папского престола, но вызвал страшную реакцию, погубившую его преемника. Борьба Генриха IV и Григория VII нанесла первый и самый тяжелый удар империи, понизив значительно ее обаяние и внушив Италии, вместе с германскими князьями, доверие к своим силам. Вормский конкордат 1122 г. оставил поле сражения за папой. После смерти Генриха V (1124) юрисдикция короны стала значительно меньше: признана была самостоятельность князей и баронов. Блестящими представителями идеи императорской власти были во второй половине XII и первой половине XIII в. Гогенштауфены. Между ними первое место принадлежит Фридриху I (1152 - 1189), в лице которого императорская власть выступила против папы с теоретическими доводами. Фридрих считал свою власть зависящей непосредственно от Бога и такой же священной, как и папская. Болонские юристы утверждали, что право устанавливать законы принадлежит императору, воля которого есть закон, ибо написано: "quod principi placuit legis habet vigorem, quum populus ei et in eum omne suum imperi um et polestatem concesserit". Истинным властителем, однако, Фридрих I был только в Германии В состав империи в то время входили сев. часть Италии и королевство Бургундское, т. е. Прованс, Дофинэ, Франш-Конте оап. Швейцария, Лотарингия, Эльзас и часть Фландрии. Зависели от империи Богемия и славянские земли в Мекленбурге и Померании. Византия, по-прежнему, питала к императорам вражду, считая их узурпаторами и варварами, оскорбительно извращая титулы императоров: так, Исаак Ангел называл Фридриха I "главным князем Алеманнии". Императоры короновались четырьмя коронами: корона в Аахене делала монарха "королем франков", а со времени Генриха II - "королем римлян", коронование в Милане - королем Италии, в Риме он получал двойную корону "lirbis et orbis", а Фридрих I, под конец жизни, принял и четвертую корону - бургундскую (regnum Burgundiae или regnum Arelatcase).

Коронуясь в Милане и Аахене, императоры не называли себя королями лонгобардов и франков, так как эти титулы терялись в сравнении с титулом императора. Императорский титул принимался только после коронации в Риме, а это создавало чрезвычайно важную основу для притязаний папы, из рук которого передавалась корона. К названию "Римская империя" Фридрих I присоединил эпитет "Священная", не прибавлявший ничего нового к действительной власти императора, но указывавший на божественное ее происхождение. Вместе с Гогенштауфенами сошла в могилу идея императорской власти. В Германии императорская власть рухнула вследствие основания территориальной независимости князей (эпоха великого междуцарствия). Новый период истории С. империи начинается со времени Рудольфа Габсбургского (1273). К XIV в. С. империя есть, в сущности, немецкая империя. Власть императора признавалась только в Германии, да и то лишь теоретически, так как в действительности она перешла в руки феодалов. Императоры XIV в. не стесняются ничем в преследовании своих династических интересов и умножении своих родовых владений. От пышного титула священной римской империи оставалось только одно название: князья расхитили все земли и разделили между собою атрибуты императорской власти, оставив императору почетные права и считая его своим ленным господином. Императоры этой эпохи закладывают короны, города, живут на чужой счет, переносят всякое унижение перед папой, но продолжают называть себя наследниками цезарей, главами христианства и властелинами мира, жертвуя всем для формы и внешности. Карл IV дает обещание папе не оставаться в Риме больше одного дня и получает корону от папы, как дар. Сигизмунд (1410 - 1437) любил жить на счет имперских городов и охотно бывал там, где его угощали. Особенного унижения достигла императорская власть при Фридрихе III (1440 - 1493), твердившем А. Е. I. О. U. (Austriae est imperare orbi universo) - и кормившемся по монастырям и имперским городам. Его роль в отношении к папе делала его жалким в глазах всех. После Фридриха III ни один император не был коронован в Риме.

- Во время междуцарствия империя потеряла часть своей территории: Польша свергла иго Германии, венгры жестоко опустошали восточную границу империи. После Генриха VII (1308 - 13) окончилась власть императоров над Италией; в 1350 и 1457 г. к Франции перешло Дофинэ, а в 1486 г. Прованс. Швейцария тоже перестала быть зависимой от империи (трактат 1499 г.). К этому присоединялась и внутренняя слабость империи, как агрегата постоянно враждующих мелких государств. Габсбургская династия стремится слить империю с Австрийской монархией. В царствование Карла V (1519 - 1555) императорская власть значительно усилилась, но попытка вернуть ей прежнее значение встретила оппозицию как со стороны немецких князей, так и со стороны других государств. Реформация уничтожила теорию, на которой основывалась империя. Последний период существования С. империи - самый печальный (1648 - 1806). Вестфальский мир лишил императора всякой возможности непосредственного вмешательства в администрацию. С. империя делается исключительно Германской империей, непрочной конфедерацией, существование которой постепенно теряет всякий смысл. "Наследственным врагом С. империи" был Людовик XIV. В XVIII в. существование империи было почти забыто: остались только громкие титулы. Весь дух XVIII в. противоречил идее С. империи. Революция, разрушив феодализм, потрясла до основания старое средневековое здание. Раштатский конгресс (1797 - 98) вполне обнаружил внутреннее разложение С. империи, всегда страдавшей недостатком национального единства и политической свободы. Последним императором С. империи был Франц II (1792 - 1806). В это время судьбами Европы распоряжался Наполеон, который считал себя истинным преемником Карла Великого и увлекался идеей "всемирной монархии"; в марте 1805 г. он короновался в Милане железной короной, ltocai Пресбургского мира. Франц II отрекся от сана императора: еще с 1805 г. он стал называть себя "наследственным императором Австрии". Это было концом священной Римской империи.

- При саксонских и франконских императорах императорский престол был избирательным. Каждый христианин (т. е. католик) мог быть императором, хотя обыкновенно выбирался в императоры член одной из могущественных княжеских фамилий в Германии. Так царствовали, после Конрада Франвонского, Саксонская династия (919 - 1024), Франвонская (1024 1125), после Лотаря Супплембургского (1125 - 1138) - Гогенштауфены (1138 - 1250), Габсбурги (1273 - 1291 и 1298 - 1308), Люксембургской дом (1308 - 1313 и 1346 - 1437), с 1438 г. - снова Габсбурги. Избирали императора курфюрсты. Независимость их узаконила золотая булла. Порядок этот продержался до 30-ти летней войны. Ср. Йрайс, "Римская империя" (Москва, 1891); Вызинский, "Папство и С. Римская империя в XI V и XV столетиях" (Москва, 1857); Петр де Andio ("De imperio Roinano"), Landolfo Colonna ("De translatiune imp. Rom."), Dante ("De nionarchia"), Engelbert (De ortu et Fine imp. Romani"), Marsilius Patcivinus ("De translatHone imp. R."), Aeneas Sylvias Piccoloniini ("De ortu et Authoritale imperii R."), Zoannotus ("De imp. Rom. atque eiusjurisdictione"), Alcialus ("De formula imp. Romani"), Conringius ("De imp. Rom. Germanico"); Goldast, "Collection of imperial Constitutions"; Moser, "Romische Kayser"; Plitler, "Dissertaliones de institiitione imperii Romani"; Savigny, "Geschicbte d. rom. Rechts im Mittelalter".

II. K - ий

Священник

- название представителя религии, состоящего при храме и совершающего, по силе данной ему благодати священства, все таинства (кроме священства), в храме (литургия другие общественные богослужения) и вне храма (по домам прихожан, на полях и водных вместилищах), везде, где требуется богослужебная молитва. С. совершитель шести таинств церкви (крещения, миропомазания, евхаристии, покаяния, брака и елеосвящения) для всех своих прихожан; он - ближайший учитель своих прихожан, с церковной кафедры в храме, при посещении их домов и при всех встречах в разговорах; он - проповедник религиозных начал жизни, но в тоже время канонически обязанный защитник всякого не противного религии и общественному благу знания (напр. медицинского, сельскохозяйственного и домоводственного), умственного и нравственного образования и воспитания. Права и обязанности С. подробно излагаются в особой науке о пастырстве, которую будущий пастырь проходить во время своего школьного воспитания, а также в церковных законах и правилах. (1891), "Служение С. в качестве духовного руководителя прихода" (1891), "Священство. Основные пункты в учении о пастырском служении" (1891); П. И. Нечаев, "Практическое руководство для священнослужителей или полное изложение их обязанностей и прав" (изд. 6, СПб., 1897).

Н. Б - в.

Священное писание

- обычное название сборника книг, составляющих Библию. Отличительная особенность этих книг состоит в том, что они содержат в себе истины религиозно-нравственного характера, притом признаваемые сообщенными свыше, по особому Божиему откровению. Такая священная письменность свойственна всем религиям: различие между христианским С. Писанием и С. писанием других религий состоит в объективной реальности той боговдохновенности, которая субъективно присваивается всеми религиями, но в действительности принадлежит только С. Писанию Ветхого и Нового Завета.

А. Д.

Священные сосуды

Под именем С. сосудов по преимуществу разумеются, во-первых, сосуды, употребляемые при совершены таинства евхаристии, как то потир, дискос, звездица, лжица, копие и дарохранительница; во-вторых, сосуд для хранения св. мира. К этим сосудам церковь не дозволяет даже прикасаться не только мирянам, но и низшим чинам клира. В более общем смысле С. называются все сосуды и вещи, употребляемые при священнодействиях православной церкви. Священные сосуды также древны в церкви христианской, как древне самое богослужение. Важнейшую часть христианского богослужения всегда составляли таинства, а для их совершения, равно как и для других священнодействий, необходимо нужны были некоторые сосуды. Эти сосуды первоначально заимствованы были из быта обыкновенного; но, быв однажды посвящены на служение Богу, они становились уже священными и не могли быть обращены на обыкновенное употребление. Только в одном случае дозволялось отдавать драгоценные церковные сосуды в общее употребление: когда не было никаких других средств к выкупу пленных или к вспоможению бедным во время голода. Но и в этом случае сосуды, по большей части, переливались, и, таким образом, отдавался в употребление металл, а не самые сосуды. Хранение С. сосудов церковь всегда имела на своем попечении, для чего устраивалось особое помещение в храмах (сосудохранительница, skeuojulakion), находившееся под надзором диаконов или других поставленных для того лиц. В древности С. сосуды бывали деревянные и стеклянные, глиняные и каменные, медные и оловянные, а также драгоценные, сделанные из серебра и золота и изукрашенные драгоценными камнями. Все зависело не столько от положительных правил, сколько от обстоятельств, в которых находилась церковь, от усердия верующих и отчасти от самого назначения сосудов. Правила апостольские (прав. 73) упоминают о сосудах золотых и серебряных. В православной церкви издавна принято за правило чтобы потир, дискос, звездица и лжица были устроены из золота и серебра, или, по крайней мере, из олова, но отнюдь не из дерева, или стекла, или меди; чтобы дарохранительница также была золотая или серебряная, а копье железное. Для прочих сосудов вещество строго не определено, но обыкновенно и они устраиваются соответственно великолепию целого храма. См. В. И. Долоцкий, "О С. сосудах и других вещах, употребляющихся при богослужении в православной церкви" ("Христианское Чтение", 1852, ч. 1); П. Лебедев, "Наука о богослужении православной церкви" (М., 1890); архим. Гавриил, "Руководство по литургике или наука о православном богослужении" (Тверь, 1886).

Сделка юридическая

- технико-юридическое выражение, означающее всякий акт правои дееспособного члена гражданского общества (договор с другими лицами, одностороннее обещание, совершение завещания, отказ от права наследования, прощение долга и т. д.), направленный на установлены нового права или на видоизменение, уничтожение или передачу уже существующего. Порядок совершения С. и их юридические последствия определяются законом по отношению к каждой из них; но все С. имеют и некоторые общие элементы, рассмотрением которых занимается теоретическое учете о С. юридических, излагаемое обыкновенно в так наз. "общей части" гражданского права.

I. Гражданские права (в отличие от политических) не даются вместе с рождением лица, достижением им определенного возраста или наступлением других условий, но приобретаются собственной деятельностью лица, по его доброй воле. Воля лица является, поэтому, первым, а в древнейшую эпоху единственным творческим элементом всякой юридической С. Закаченное владение вещами, не поступившими в обладанию других лиц, давало право собственности на них; дача взаймы денег или скота обращала в рабство должника, если он соглашался на это, вступая в С.; любое преступление могло завершиться мировой сделкой, основанной на воле сторон, без всякого контроля закона или суда и т. д. Ни древний закон, ни древний суд не считались с качествами проявленной членом гражданского общества воли, ее основаниями или мотивами. Внешний факт выражения воли основывал права или обязанности лица, ее выразившего, независимо от того, соответствовало ли слово намерениям и действительным желаниям лица, свободна или нет была воля. Требовался лишь внешний торжественный акт выражения воли, определенная форма С. И судебная оценка С., поскольку она развивается и растет впоследствии, долго основывается на том, что сказам сторонами, заключившими С., а не на том, чего они действительно желали. В Риме только с эпохи Цицерона начинает утверждаться начало оценки юридических С. согласно намерениям и желаниям сторон; оно провозглашается тогда основным началом отношений справедливости, в противоположность отношениям старого строгого права. К этому же времени утверждается и другой принцип оценки юридических С.: начало доброй совести, исключающее возможность допущения при заключении С. лжи и обмана. С точки зрения закона начинают парализовать силу С. принуждение, обман, ошибка. В связи с этим ослабляется значение внешних форм выражения води при С.; мало помалу в обороте получают силу неформальные выражения воли (консенсуальные контракты и всякого рода иные соглашения - pacta), оцениваемые судом по их внутреннему смыслу и значению. Падение формализма сопровождается развитием контроля закона и суда не только над способами выражения воли, с целью устранения из области оборота воли порочной, но и над ее содержанием и составом.

II. Формы гражданско-правового быта и строя - продукт исторического развит, они стоят в тесной связи с культурным и социально-экономическим развитием общества, но как в своих основах, так и в подробностях долго определяются частной волей личности или ее свободным или вынужденным соглашением с другими. Постепенно, все в большем объеме, определение этих форм и их подробностей берет на себя общественная власть и ее выразитель - закон, в видах установления мира среди общества. Личность всегда стремилась к захвату в индивидуальное обладание движимых и недвижимых вещей. На первых порах пределы ее власти в этом отношении ограничиваются лишь равносильными притязаниями других личностей, а не объективным правом. Отсюда широта прав первоначального обладателя, выражающаяся особенно рельефно в возможности установления таких форм обладания, которые парализуют в руках наследников всякую свободу пользования и распоряжения (различные формы зависимого владения, так назыв. dominiuin utile, филеикоммиссарные субституции). Римское право классического периода знает уже твердо установленный институт собственности, допускающей рядом с собою только сервитут, но не другие ограничения. Современное право устанавливает определенную и замкнутую, не подлежащую расширенно воздействием частной воли систему вещных прав. Древнее право знало разные формы брака, но личные семейные отношения основывались на воле главы семьи, а имущественные - на частном договоре. К концу своего развития римское право отчасти подчиняет своему надзору семейную власть и вырабатывают определенные формы имущественных отношений между родителями и детыми, мужем и женой. Современное право точно и детально регулирует всю область семейного права. Порядок наследования определяется законом; частная воля завещателя ограничена строем форм обладания, а также обязательной долей и т. д. Даже право обязательственное, дающее наибольший простор частной воле и в области создания форм отношений, и в области вытекающих из них частных правомочий, стремится подчинить частную волю объективным указаниям закона, направленным к защите личности от эксплуатации ее под прикрытием свободы соглашения. По ст. 138 общегерм. улож., "С., нарушающая правила нравственности, ничтожна. Ничтожна в особенности С., по которой одно лицо, пользуясь нуждой, легкомыслием или неопытностью другого, взамен каких-либо услуг с своей стороны, выговаривает или заставляет предоставить себе или третьему лицу имущественную выгоду, размеры которой настолько превосходят ценность услуг, что выгода, при данных обстоятельствах дела, представляется явно несоразмерной оказанным услугам". По ст. 343 того же уложения, "если подлежащая уплате неустойка несоразмерно велика, то по просьбе должника она может быть уменьшена до соответствующих размеров судебным решением". Аналогичные правила устанавливает и новый русский проект обязательственного права (ст. 31 и 63). По современному праву, таким образом, вторым элементом юридической С. является наличность определенного состава содержания, не противоречащего условиям" современного строя отношений и исключающего возможность намеренной эксплуатации личности.

III. Современное право, в противоположность древнему" не считает форму обязательной составной частью С. В тех С., где эта форма обязательна, она является способом доказательства выраженной води, а не условием наличности последней. Как существенное условие С., форма обязательна лишь там, где С., в случаях, разрешаемых законом, является абстрактной, т. е. где содержание отношений определяется не с внутренней, а лишь с внешней стороны (таково, напр., обещание уплатить определенную сумму без указания оснований уплаты). Однако, при всех более значительных сделках закон требует теперь для доказательства С. письменного выражения воли, часто в присутствии официального лица (нотариуса). Этим вводится для сторон и обсуждающего их отношения суда новая гарантия серьезности их намерений при заключении С. и осмотрительности при выборе выражений, а след. и большего соответствии выраженной волей и действительной.

Старое учение о С. юридической не признавало значения объективных норм закона, ограничивавших волю лица, и рассматривало весь современный гражданско-правовой строй как продукт деятельности частных лиц, освящаемый объективным правом, а потому единственным творческим фактором в С. считало волю лица. Отсюда старое определение юридической С.: выражение воли лица, направленное на установление юридических последствий, наступающих, согласно определению закона, потому что лицо их желает. Новое определение видит в С. выражение воли лица, направленной на установление тех юридических последствий, которые закон связывает с составом фактов, послуживших основанием волеизъявления. Частной воле, согласно с этим определением, принадлежит выбор среди установленных законом форм отношений и некоторое приспособление к своим целям вытекающих из этих форм правомочий и обязанностей, а не творчество в самом созданы форм и правомочий. Третье мнение ослабляет силу последнего определения указанием на существование отношений, еще не захваченных нормами объективного права, а потому подлежащих творчеству частной воли. Новейшее изложение учения у Dernbiirg, "Pandecten" (5 изд., 1, 214 сл.); Endeinann, "Einfilhrung in das utudiiim des burg. Gesetzbuches" (I, 60 ел.); "Molive zu dem Entwurfe eines burg. Gesetzbucbes" (I, 126 сл.); Муромцев, "Гражданское право древнего Рима" (М., 1883); Оршанский, "О значении и пределах свободы воли в праве" ("Исслед. по русскому праву", СПб., 1892).

И. Н.

Себастьян

- христ. великомученик, род. ок. 250 г. в Нарбонне, учился в Милане; будучи тайным христианином, вступил в армию, чтобы быть полезным своим братьям-христианам во время гонения Диоклетиана и, по возможности, обращать в христианство язычников. Он так хорошо сохранял свою тайну, что император Диоклетиан сделал его командиром преторианцев в то самое время, когда епископ Гай провозгласил его защитником церкви. Наконец открылась принадлежность его к христианству; он был подвергнут жестоким мукам, от которых и умер. Христианке Люцине в сонном видении было открыто, где находится его тело, и она перенесла его в катакомбу, в 288 г. В V в. на его могиле построен храм. Мощи его находятся по частям в разных местах. С именем С. есть еще несколько мучеников, греческих и латинских.

Севастополь

- военно-портовый гор. и отдельное градоначальство, на юго-зап. оконечности Таврического полуо-ва, под 44º37› с. ш. и 33º31› в. д., в 2028 вер. от СПб. и 73 в. от Симферополя, на горе между Карантинной и Южной бухтами. На сев. берегу рейда или Большой бухты находятся слободка, укрепления, казармы и братское кладбище. Южная бухта разделяет город на две части: Городскую, на З от бухты, и Корабельную слободку, к В от ее. Между городом и Корабельной слободкой Элинг, Алексеевские доки и казармы морского ведомства Гора, на которой расположен город, с восточной стороны весьма круто спускается к Южной бухте, а с западной - менее круто к городскому оврагу, на левой отголоски которого находится Артиллерийская слободка. После крымской войны и до проведения Лозово-Севастоп. ж. д. город не имел никакой торговли, был наполнен развалинами и не представлял никаких жизненных удобств. Только после проведения жел. дор. он ожил и с поразительной быстротой стал отстраиваться. В настоящее время это вполне благоустроенный город. Улицы, кроме главных, идут по косогору и неудобны для езды. Жителей 50710 (32049 мжч. и 18661 жнщ.). Благодаря мягкости климата, С. - не только портовый город, но и курорт. Хорошие купальни, 14 гостиниц, театр, общественное и морское собрание, отд. госуд. и международн. торг. банка, обществ, банк и общ. вз. кредита, 3 библиотеки, 2 газеты (из них "Крымский Вестник" выходит ежедневно), реальное учил., жен. гимназия, 2 специальных и 18 низших учебных завед. В 1894 г. С. имел 416150 руб. обыкновенных и 195500 руб. чрезвычайных доходов; расходов - 660609 руб., в том числе на народное образование 24188 руб. Кроме Элинга и Алексеевских доков имеются и плавучие доки. 42 промышленных заведения, на которых занято более 3000 рабочих. Длина Севастопольского рейда от входа в него до устья Черной речки - 5 вер.; шир. - от 250 до 450 саж.; глубина рейда и Южной бухты почти везде одинакова - от 40 до 70 фт. На всем этом протяжении мелей нет, грунт иловатый, дно ровное и вода никогда не замерзает. Извилистые берега рейда или Большой Севастопольской бухты образуют несколько меньших бухт или заливов, превосходно защищенных и вполне безопасных для стоянки судов: это, начиная от моря, бухты Карантинная, Артиллерийская, Южная (служившая прежде коммерческим портом; она имеет около 3 вер. длины и 175 саж. ширины, вполне защищена от всех ветров и так глубока, что корабли самых больших рангов могут стоять у самого берега), Корабельная, Лиленобухта. Со стороны открытого моря существует еще ряд глубоких, хорошо защищенных заливов, а именно бухты Стрелецкая, Круглая, Камышовая Казачья и, наконец, Двойная, близ Херсонского мыса, па котором устроен маяк. Торговое значение С., с упразднением здесь коммерческого порта, сильно пошатнулось.

С. как курорт. Средняя темп. воды в мае 14º - 15º P., в июне 16º, июле 16, 5º - 17º, августе 18º, сентябре 16º, октябре 14º - 15º P. В течение дня темп. колеблется на 1 -2; летом иногда темп. воды в купальнях быстро падает на 5º и более и через несколько часов возвращается к норме. Морские ванны открыты с мая по октябрь. У Песочной бухты, в 4 в. от С., устроена грязелечебница; здесь же хорошее купанье, среднее стояние барометра 30,9º, среднее годовое количество осадков 394, 7. Лечение виноградом, кумысом и кефиром. Виноградный сезон с 15-20 августа до средины октября. С. - лечебное место для всех страдающих мозговым переутомлением, неврастенией, малокровием, ревматизмом суставов и мышц, хроническими катарами дыхательных путей, без глубоких поражений. Среди уроженцев С. почти совсем не наблюдается рахит, а приезжие быстро поправляются от этой болезни.

История. Местность, занимаемая. С., была заселена с очень древних времен. По греческим преданиям, здесь находился храм Дианы. В начале VI в. до Р. Хр. возникла греческая колония - Херсонес, обратившаяся в независимое государство, которое было покорено около 110 г. до У. Хр. Митридатом Евпатором и вошло в состав Понтийско-Воспорского царства, а позже - Римской империи, после разделения которой было центром управления византийскими владениями в Тавриде. Как город торговый и промышленный, Херсонес издавна был известен русским под именем Корсуня. После нашествия монголов сношения русских с этим городом прекратились: одновременно стало падать его торговое значение. После разорения города Ольгердом, великим князем литовским, в 1363 г., он обратился в ничтожное местечко, а сто лет спустя от него оставались лишь развалины. Во время владычества татар на берегу Севастопольской бухты находилась деревенька Ахиар, местность которой была избрана в 1783 г. русскими для устройства военного порта. П. последний был основан в следующем году и назван Севастополем (т. е. красивый городом). В 1787 г. С. посетила Екатерина II и осмотрела бывший там флот (3 корабля и 12 фрегатов). К концу столетия, благодаря усиленной деятельности командира порта, Ушакова, были окончены почти все портовые сооружения. В 1797 г., по распоряжению Павла 1, С. был переименован в Ахтиар, но после его смерти прежнее название было восстановлено, а новое дано части города, проектированной на восточной стороне Южной бухты. В 1804 г. С. назначен главным портом черноморского флота; в 1826 г. обращен в первоклассную крепость, но укрепление его шанцами и батареями производилось без системы, по указаниям флотских начальников, пока имп. Николаем I не был утвержден (в 1834 г.) проект усиления обороны рейда и города с сухого пути. Оборонительная лита должна была состоять из 7 расположенных на высотах земляных бастионов, замкнутых со стороны города сводчатыми казармами и соединенных меж собою стенами с бойницами. Укрепления эти предполагалось примкнуть левым флангом к рейду, позади Ушаковой балки, а правым  - к береговой батарее ј 8. При личном обозрении С. в 1837 г. ими. Николай I изменил этот проект: левый фланг ограды решено было вынести вперед Ушаковой балки и вместо 7 бастионов возвести 8. К 1854 г. были закончены приморские укрепления, но с суши город оставался незащищенным. Жителей в нем в это время было около 46000, домов свыше 2500. После сражения на р. Альме англо-франц. войска подступили к городу началась знаменитая Севастопольская осада, продолжавшаяся 11 месяцев, превратившая город в груду развалин и почти уничтожившая наш черноморский флот. После 1856 г. С. стал вновь отстраиваться и вскоре приобрел торговое значение; здесь была учреждена первоклассная таможня. В 1871 г., после отмены статьи Парижского трактата о нейтрализации Черного моря, Высочайше повелено было восстановить значение С., как главной стоянки черноморского флота. Русско-турецкая война 1877 - 78 г. застала город неукрепленным; в 1877 г. успели построить лишь временный батареи. В 1885 г. начато исправление временных батарей и приняты меры к обеспечению города с суши; затем приступлено к замене временных батарей постоянными и к сооружений сухопутных укреплений. Высочайшим повелением 17 мая 1890 г. С. причислен в разряду крепостей 3 класса, а коммерческий порт перенесен в Феодосию.

В. Р - в.

Севергин Василий Михайлович

(1765 - 1826) - химик и минералог; обучался в академической гимназии и академическом университете, а в 1785 г. был отправлен в Геттинген, для изучения минералогии. В 1789 г. С. был избран адъюнктом по кафедре минералогии, а в 1793 г. он был возведен в звание академика или профессора минералогии, и в этом звании оставался до самой своей смерти. Как ученый, С. стоял на высоте современного ему развития естествознания в европейском ученом мире и, вместе с тем, он постоянно имел в виду изучение России и произведений ее природы, обогащение русской ученой литературы и распространение знаний в русском обществе. Главной задачей минералога и вообще натуралиста С. считал самую строгую точность в наблюдениях и описаниях с уклонением от всяких произвольных теорий, которые в конце концов приносят лишь вред. Многочисленные мемуары и статьи С. написаны большей частью по-русски, или лишь некоторые из них по-латыни и по-французски; в них излагаются предметы, относящиеся к области минералогии, физики, химии, физики земного шара, технологии, сельского хозяйства и т. д.; в них он высказывал мысль о тесной связи минералогии с химией. В трудах своих С. следовал знаменитому Гайю (Hayue) в минералогии и Лавуазье - в химии. Севергин также много содействовал образованию и обогащению русской научной терминологии: ему, напр., принадлежит термин "окисление" и др. Кроме своих учено-литературных трудов С. способствовал распространению научных знаний и помощью публичных лекций, читанных им в конце 90-х годов XVIII в. В начале XIX в. С. совершил три путешествия по России, во время которых главное свое внимание обратил на предметы, относящиеся к области естественных наук, преимущественно минералогии. С. принимал деятельное участие периодической литературе: он помещал свои статьи в "Новых ежемесячных сочинениях" и "Трудах вольного экономического общества". С. был также одним из деятельных сотрудников и главным редактором издававшегося с 1804 г. академией наук "Технологического журнала", который в 1816 г. был переименован в "Продолжение технологического журнала".

Кроме оригинальных сочинений, С. принадлежит ряд переводов с иностранных языков: так, он перевел "Химически словарь" Луи-Каде (4 т., 1810 - 13), "Ботанику" Жилибера (3 т,), Гмелина "Химические основания ремесел и заводов" (2 т., 1803), Кузена "Начальные основания физики" (1800) и друг. Заслуги С. как переводчика заключаются в том, что он при переводе делал различные добавления на основании новейших открытий; кроме того, он давал критическую оценку трудов и воззрений иностранных авторов; наконец, он делал добавления в сведения, касающихся собственно России. С. принимал также участие, по поручению академии, в переводе соч. Зульцера "Allgemeine Theorie der schonen Kunste", долго считавшегося образцовым сочинением в области эстетики и теории словесности, и в перев. "Путешествия скифа Анахарсиса" Бартелеми. Он же записал два похвальных слова: одно, посвященное Минину и Пожарскому (СПб., 1807), другое - Ломоносову (СПб., 1805). Наконец, С. принимал участие в составлении академического словаря. Важнейшее из соч. С.: "Начальные основания естественной истории" ("Царство ископаемых", 2 т., СПб., 1791; "Царство произрастений", 3 т., СПб., 1794), "Первые основания минералогии или естественной истории ископаемых тел" (2 т., 1798), "Пробирное искусство или руководство к химическому испытанию металлических руд" (1801), "Способ испытывать минеральные воды" (СПб., 1800), "Способ испытывать чистоту и неподложность химических произведений лекарственных" (ib., 1800), "Записки путешествия по западным провинциям Российского государства" (1803), "Продолжение записок и т. д. " (1804), "Обозрение Российской Финляндии" (1805), "Подробный словарь минералогический" (3 т., СПб., 1807), "Опыт минералогического землеописания российского государства" (2 т., 1809), "Руководство к удобнейшему разумению химических книг иностранных, заключающее в себе химические словари: латинско-российский, франц.-российский и немецко-российский" (1816), "Новая система минералов, основанная на наружных отличительных признаках" (СПб., 1816), "Кая Плиния Секунда Естественная история ископаемых тел" (1819) и др. Полный список сочинений и статей С., как напечатанных, так и оставшихся в рукописи, приведен у Сухомлинова в "Истории Российской Академии" (т. IV, СПб., 1878).

Севилья

(Sevilla) - гл. г. испанской провинции того же названия, самый большой по пространству, а по количеству населения четвертый город Испании, на левом берегу Гвадалквивира, в 85 км. от его устья, с предместьем Tриана на правом берегу, в плодородной и красивой равнине. Местопребывание генерал-капитана Андалусии. Лшт. 143182 (68052 мжч. и 75130 жнщ.). Внутри город представляет собою целый лабиринт узких кривых улиц и переулков. Дома, с плоскими крышами, носят еще мавританский характер и снабжены красивыми двориками (Patios) с фонтанами. За последние годы, особенно в наружных кварталах, вблизи жел. дор. станции, разбиты новые площади и проведены новые улицы. 74 церкви. Вокруг города остатки старой городской стены, которая прежде имела 66 четырехугольных башен и 15 ворот и проходов. Plaza Nueva, с аллеями апельсиновых деревьев, пальмами, фонтанами, ресторанами и кофейнями, летом служит излюбленным местом вечерних прогулок. Множество общественных фонтанов снабжается водой посредством акведука на 410 арках, построенного отчасти еще во времена Юлия Цезаря. Кафедральный собор, в честь Пресвятой Девы одна из самых больших и красивых готических церквей (1401 - 1519 г.; построен, в южной части, на фундаменте главной мечети времен альморавида Якуба Альмансура), 136 м. длины, от 41 до 55, 5 м. высоты; 5 кораблей, 37 боковых капелл, 95 расписанных окон, орган в 5000 труб, 83 алтаря, множеством картин (в том числе св. Антонй раб. Мурильо) и масса драгоценностей; при нем построенные в стиле Возрождения служащая ризницей и церковной сокровищницей Capilla mayor и Sala capitular, а также Capilla de los Reyes, где находятся гробницы Фердинанда III и его сына Альфонса X; колокольня (построена в 1196 т., в XVI ст. украшена капителью), с 22 гармонически настроенными колоколами и большой бронзовой статуей Веры. Альказар (мавританский царский дворец, построенный в 1354 - 1364 г.), с красивым внутренним двором, уваренным 52 мраморными статуями; биржа, построенная в 1598 г. Хуррерой, с знаменитым индийским архивом, прекрасными дворами и покоями; Torre del Oro (Золотая башня)  - двенадцатиугольная постройка на Гвадалквивире; ратуша, построенная в XVI в. в стиле ренессанса; университет (здание бывшей Иезуитской коллегии, построенное в стиле ренессанса Хуррерой); госпиталь, с двумя картинами основателя его Мурильо; театр. Цирк для боя быков, вместимостью на 12000 чел., после мадридского самый большой в Испании. Бронзовая статуя Мурильо.

Табачная фабрика, на которой занято до 4000 работниц; орудие-литейный завод, военно-амуниционная мастерская, заводы чугунно-литейный, машиностроительный, Производство фарфора, стекла, лакрицы, конфет, шоколада, пробок, мыла и т. д. Прежде С. была резиденцией совета обеих Индий и в 1501 г. приобрела монополию трансатлантической торговли, но в 1720 г. утратили ее в пользу Кадикса. В Золотую башню на Гвадалквивире выгружал испанский "серебряный" флот свои сокровища. С течением времени положение дел изменилось: русло реки засаривалось, морские суда стали строить большего объема и с большей осадкой; торговля стала падать. Очистка и урегулирование русла и канализация реки снова оживили торговлю, и С. является теперь главным торгово-промышленным центром для всей Андалусии, хотя плавание по реке все еще затруднительно и дорого обходится. Число судов, вошедших в Севильскую гавань из чужеземных портов, доходило в 1894 г. до 468, с грузом в 288405 тонн; вышло судов 354, с грузом 296064 тонн. Ввоз за этот же год оценивается в 25800000 песет; главными его предметами были сахар, кофе, уголь, дерево, железные и стальные изделия, химические продукты, табак, пряжи и ткани, треска. Вывезено на 11000000 песет, главным образом медная руда, свинцовый блеск и свинец, ртуть, пробка, маслины, растительное масло, апельсины, лакрица. Из других испанских портов в 1892 г. в гавань С. вошли 882 судна, с грузом в 235838 тонн. вышло из С. 985 судов, с грузом в 226030 тонн; торговый оборот 67700000 песет ввоза (табак, шерстяные и хлопчатобумажные ткани, кожи) и 37900000 песет вывоза (растительное масло, оливки, табак, пшеница, пробка, мыло, свинцовый блеск). Основанный в 1502 г, университет имеет факультеты философский, юридический и математическо-естественно-исторический (медицинский находится в Кадиксе); 1400 студентов; библиотека университетская содержит около 62000 томов и 796 рукописей. Колумбова библиотека, основанная сыном Колумба, заключает 34000 томов и 1600 рукописей. Академия наук; основанный Мурильо городской музей с картинами Мурильо и других мастеров севильской школы; много частных коллекций и собраний древностей и редкостей.

История. С., древний Hispalis, была никогда цветущим финикийским городом под именем Sephele, т. е. низменность; в римское время была тоже значительным населенным пунктом, а со времен Юлия Цезаря считалась римской колонией и называлась Colonia Romula (или Romulensis). Недалеко от ее, на другом берегу Гвадалквивира, император Адриан. построил г. Italica. Уже в это время город был рассадником римской цивилизации и средоточием наиболее богатых и благородных фамилий. Во времена вандалов и весготов С. была главным городом всей южной Испании. В 590 и 619 г. здесь состоялись два собора (concilia Hispalensia). В 712 г. городом овладели арабы, давшие ему имя Ишбилийя. Под их властью С. с XI в. становится важнейшим городом полуострова и насчитывает до 400000 населения. В 844 г. по Гвадалквивиру поднялся быстроходный флот скандинавских викингов; после трехдневной битвы перед воротами С. Абдер Рахман был разбит норманнами, а город подвергся опустошению и разорению. С 1026 г. С. делается столицей мавританского королевства абадидов или Бени-Абада; в 1091 г. переходит во власть алморавидов, а в 1147 г. достается альмогадам. 22 ноября 1248 г. С., после 18 месячной осады, была взята Фердинандом III Кастильским. До 300000 ее жителей выселились в Гранаду или Африку; тем не менее в XVII ст. в С. насчитывалось до 130000 жит., которые, между прочим, занимались шелководством. Третий блестящий период С. приходится на XVI - ХVII ст., когда она служила главным пунктом исп. морской торговли и центром исп. искусства (живописи). В XVIII в., по мере" развитая Кадикса, которому покровительствуют Бурбоны, падает торговля, а вместе с нею и значение С. В 1729 г. в С. был заключен мирный и дружественный договор между Испанией, Францией и Англией, к которому впоследствии присоединилась и Голландия. Здесь 27 мая 1808 г. образовалась испанская центральная юнта, которая 1 февраля 1810 г. перешла в Кадикс. Кортесы бежали сюда 20 марта 1823 г. из Мадрида и заставили короля удалиться отсюда в Кадикс. С 20 по 25 июля 1843 г. Севилью бомбардировал Эспартеро. В 1873 г. она была средоточием социализма и федерализма. С. - родина Мурильо, Веласкеса, обоих Геррера. Ср. W. Wackernagel, "Sevilla" (Базель, 1870); Parlow, "Vom Guadalquivir. Wanderungen in Sevilla" (Вена, 1886).

Севрюга

также пестрюга, шеврюга (Acipenser stellatus Pall.) - рыба из рода осетр (Acipenser). От других видов рода С. отличается очень удлиненным узким рылом. Слабо развитая нижняя губа разделена по середине широким промежутком; гладкие усики не достают до рта. Спинных щитков (жучек) 12 - 18, боковых 30 - 40, брюшных 10 - 12; спинные и боковые вытянуты в крючковатые отростки. Кожа между рядами больших щитков покрыта звездчатыми и гребешковатыми щитками различной величины. Цвет верхней стороны красно-бурый с синевато-черным оттенком, бока и брюхо белые. Форма и длина рыла варьируется. С. значительно меньше осетра и лишь в исключительных случаях может достигать, говорят, 3 пудов; при длине около 2 м., С. достигает 11/2 пудов (25 кг.), - обыкновенно она гораздо меньше. С. водится в Черном, Азовском и Каспийском море и впадающих в них больших реках, но в реках она относительно редко поднимается далеко вверх и по большей части держится во время пребывания в пресных водах и нерестится в низовьях рек. Вообще она проводит в пресной воде меньшее время,. чем осетр. Весенний ход С. в реки происходит в конце марта и начале апреля, нерест - с начала мая. Число икринок довольно велико. Вообще С. встречается в наибольшем числе особей из осетровых рыб (кроме стерляди). Икра С. хуже белужьей и осетровой, клей весьма хорош.

Н. Кн.

Сейм

- Этим, заимствованным из польск. языка словом, родственным древнерусскому сенем, сеньм, у нас принято называть собрания госуд. чинов средневекового характера, одинаково отличные и от старых веч, и от новейших парламентов (соответственные слова на других языках: франц. diete, нем. Tag, в сочетаниях Reichstag, Landtag, Kreistag и т. п.). Народные веча, как и комиссии, были поголовными собраниями полноправных граждан государства, в сеймах же участвовали светские и духовные вельможи или выборные представители отдельных сословий. В основе современных парламентов лежит, наоборот, бессословное представительство.

Секвенция

- в музыке постепенное повторение мотива, от одного до четырех тактов, в восходящем или нисходящем порядке. При таком повторении выбирается интервал, на который мотив должен перестанавливаться при своем повторении. С. бывает точная и неточная. В точной мотив повторяется буквально (транспонируется), сохраняя не только название всех своих интервалов, но и их величину; при этом мотив повторяется постоянно, повышаясь и понижаясь на тот же интервал. В неточной С. в мотиве сохраняются интервалы, но допускаются изменения их точной величины, а также мотив повышается или понижается не буквально на тот же интервал. Цепь доминант-септ-аккордов, из которых каждый идет в следующий доминант-аккорд, отстоящий на чистую квинту вниз, также называется С. Другие диссонирующие аккорды также служат для образования С. Септ-аккорды в пределах лада, образующие секвенцию, постоянно спускающуюся по квинтам вниз, называются секвенц-аккордами.

С. в католической церкви - особый род сочинения, относящийся к IX в. и состоявший в том, что под колоратурой, встречавшейся в грегорианском пении на слове "Аллилуя", подписывался новый текст, при чем на каждую ноту мелодии приходился отдельный слог этого текста, прозаического или стихотворного. Ноткер, аббат санкт-галленского м-ря, сочинял свои С. самостоятельно, под непосредственным впечатлением явлений, встречавшихся в его жизни. Позднее некоторые С. сделались достоянием народа (напр. "Dies irae" Фомы Челанского, XIII в.). С. носит характер грегорианского пения.

И. С.

Секреция

- процесс выработки и выделения соков железами. Примером С. могут служить процессы отделения соков пищеварительными железами. Сюда же относится деятельность и других желез - потовых, мочеполовых и т. д. Анатомическим субстратом С. у высших животных всегда служат особенные специфические отделительные клетки желез. Они или вырабатывают, или активно притягивают из соков тела, т. е. крови и лимфы, те или другие продукты, которые и выносят выводными продуктами своими или наружу, или во внутренние полости тела. В этом отношении приходится различать в акте С. - отделения от выделений, разумея под первыми соки, нужные, полезные для вырабатывающего их организма, а под вторыми - соки, подлежащие выведению и заключающие только продукты тканевого распада - как то пот, моча. Молоко, представляя продукт С., есть единственный секрет, имеющий и то, и другое значение: оно есть выделение для образующего его организма, но отделение для вскармливаемого им плода. Ныне, после работа Браун-Секара, Шиффа, Вассаля, Меринга, Глея, Типцони, Ланглуа, и др., уже не подлежит никакому сомнению, что кроме наружной С. желез, выражающейся выведением из них соков выводными протоками их, следует признать еще иную, внутреннюю С., состоящую в том, что некоторые из продуктов, крайне важных для поддержания жизни и специально вырабатываемых железистыми клетками различных желез, поступают из них прямо в кровь и лимфу и разносятся ими по всему телу на пользу всего организма и могут вовсе не попадать в выводные протоки желез; некоторые железы как напр. щитовидные, надпочечные, совершенно лишены выводных протоков. Существование таких продуктов внутренней и, крайне необходимых для поддержания на норме тех или других жизненных функций, уже не подлежит более сомнению и на них то покоится вся область ныне все более и более распространяющейся органотерапии. Вот ряд самых существенных фактов, указывающих на существование внутренней С. желез и на важное значение ее для жизни организма:

1) кастрация человека, т. е. лишение его тестикул, задерживает его физическое развитие, обусловливает недоразвитие волос, в особенности на лице, гортани, вследствие чего голос у скопцов бывает высоким, женским; мышечная и костная система гораздо слабее нормы и наблюдается физическая и психическая вялость. Подкожное введете человеку вытяжки из тестикул животных, так назыв. тестикулярной эмульсии Браун Секара, оказывает, по этому автору и др. укрепляющее, так назыв. динамогенное действие на нервную и мышечную системы.

2) Другой очень важный пример внутренней С. представляет щитовидная железа. Шифф первый указал, что собаки с удаленной щитовидной железой никогда не выживают и спустя несколько недель погибают в различных нервных припадках. Гулль, Орд, Шарко выяснили, что последствием атрофии или оперативного удаления щитовидных желез у человека является слизистый отек тканей, так наз. миксодема с развитием кретинизма; хирурги Реверден и Кохер подтвердили это многими хирургическими случаями и доказали, что и для человека полное вылущение этой железы, напр. в случаях зоба или раковых поражений ее, ведет к развитию микседемы и тупоумия и бывает всегда под конец смертельным. Между тем как Шифф, так и хирурги указали, что оставление хоть кусочка щитовидной железы при ее вылущениях устраняет смертельный исход операции. В виду этого важного факта и того, что щитовидная железа лишена выводного протока, становится очевидным, что она вырабатывает какие-то продукты внутренней С., необходимые для жизни и поступающие из ее прямо в кровь. Доказывается это положение еще и тем, что животные, заболевшие от полного вылущения щитовидной железы и обреченные смерти, могут быть спасены, как показали Глей и Вассаль, путем введения им в кровь вытяжки щитовидной железы. Муррей применял эти вытяжки в случаях слизистого отека у обезьян и людей и получил прекрасные результаты. Бауману удалось извлечь из щитовидной железы животных химическое вещество, названное им тироиадином, отличающееся содержанием йода и действующим, по-видимому, на человека и животных подобно всей вытяжке щитовидной железы; поэтому тироиадин с успехом применяется при слизистом отеке и нервных расстройствах, характерных для микседемы и связанного с нею нередко кретинизма. По другому взгляду, щитовидная железа вырабатывает питательное вещество для серого мозгового вещества - род нуклеоальбумина из муцина и когда железа удалена, то муцин накопляется в теле и наводняет ткани и органы. Удаление железы влечет за собой разлитой по нервным центрам головного и спинного мозга процесс перерождения и неудивительно после этого, что вылущение той железы может вести к кретинизму. Вообще признают, что внутренняя секреция щитовидной железы нужна для правильного развития и роста животного, для развития нервной системы и сердца.

3) Третьим примером внутренней С. служат надпочечные железы. Браун-Секар открыл тот замечательный факт, что вырезание надпочечных желез, тоже не имеющих выводного протока, не выносится высшими животными более суток и они погибают то в параличах, то в судорогах, нередко при полной потере сознания. Абеду и Ланглуа показали, что впрыскивание оперированным животным вытяжек этих желез неоднократно спасало животных от неминуемой смерти. Из картины болезней животных, подвергшихся операции удаления этих желез и из изучения физиологического действия некоторых продуктов, извлеченных из этих желез, Цыбульский, Симонович и Оливер заключили, что эти органы вырабатывают и посылают в кровь такие химические начала, которые являются естественными возбудителями дыхательного центра, сосудо-двигательных и задерживающих центров Известно, что так назыв. бронзовая или Аддисонова болезнь обязана поражению надпочечных желез. Буанэ вырезанием у белых крыс надпочечных желез вызывал у них все главные болезненные явления вместе с пигментацией кожи, свойственной Аддисоновой болезни у человека. Впрыскивание экстракта надпочечных желез при Аддисоновой болезни у человека дает нередко благоприятные результаты. Наконец, на основании всего сказанного к вытяжке тех же желез прибегают и при слабости сердца и понижении тонуса сосудов и слабости мышц вообще.

И. Тарханов.

Секста

- шестая ступень диатонической гаммы, считая от первого нижнего ее звука  - примы, а также интервал, заключающий шесть соседних ступеней диатонической гаммы. С. большая заключает между своими крайними нотами четыре тона и один полутон, малая заключает в себе три тона и два полутона. Большая С., от повышения верхней ноты на полутон или от понижения нижней ноты расширяется и становится чрезмерной или увеличенной, напр. от понижения верхней ноты или повышения нижней на полутон суживается и становится малой, напр. С. малая от такого же приема расширения становится большой, напр. а от приема сужения уменьшенной,. При обращении С. дает терцию. С. считается консонансом несовершенным и имеет мягкий характер.

Н. С.

Секуляризация

- В средние века лат. слово "Saeculum" (век) получило значение мира и мирской жизни, в противоположность церкви и духовным предметам. Отсюда saecularis - мирской, светский и т. п. Словом С. каноническое право стало обозначать переход лица или вещи из духовного состояния владетеля в светское, если только лишение духовного сана не было наказанием (деградацией). С. вещи состояла в утрате ею всех свойств церковного имущества и переход в светские руки. По каноническому праву такая С. могла совершаться только с согласия церковных властей; но на самом деле наиболее важные случаи С. именно те, при которых она производилась вопреки воли церкви (часто бывали и случаи вынужденного согласия, когда церкви и монастыри уступали сильным соседям отдельные угодья, десятину и другие доходы). Наиболее широкие размеры принимала С. в тех случаях, когда ее производили государи. В VIII в. на Западе большое количество духовных земель было отобрано и роздано светским лицам Карлом Мартеллом, так что по этому вопросу понадобилось особое законодательство. В данном случае С. была вызвана потребностью государства в землях, которые оно могло бы раздавать за службу. Другой подобный случай был при имп. Генрих II. В конце средних веков против церковного и монастырского землевладения стала раздаваться проповедь лучших представителей самого духовенства (напр. Гуса), которые в богатствах клира и монастырей видели главную причину порчи церкви. В эту эпоху церковное землевладение достигло наибольших размеров; в Англии, напр., около половины всей земли принадлежала епископам, капитулам и монастырям (одним монастырям - около трети всей почвы). В Германии, кроме того, была масса духовных княжеств, напр. владения духовных курфюрстов или арх. зальцбургского, бременского и т. д. Религиозная реформация сопровождалась С. в очень широких размерах. Первый пример подали еще в XV в. гуситы, но главным образом С. совершилась в XVI в. Государи, приминавшие протестантизм, обыкновенно секуляризировали церковную и монастырскую собственность, при чем, в большинстве случаев, делились ею с дворянством. Ранее всего в эту эпоху С. была совершена в Германии. К секуляризации стремились рыцари, восставшие вскоре после начала проповеди Лютера. По совету последнего, князья, принявшие реформу, отобрали в казну все церковный земли, для содержания нового духовенства, школ, благотворительных учреждений; но в большинстве случаев князья пользовались доходами с С. имений для других целей или раздавали их своим приближенным. С. подвергались и духовные владения. Первым духовным князем, сложившим с себя свой сан и превратившим свое владение в светское герцогство, был в 1525 г. гроссмейстер тевтонского ордена, Альбрехт Бранденбургский (секуляризация Пруссии). В эпоху аугсбургского религиозного мира было постановлено (reservatum ecclesiasticum), чтобы духовные лица, принимающие протестантизм, не имели права на С. своих земель. Впрочем, это правило плохо соблюдалось, и из-за его нарушения происходили постоянные распри между католиками. и протестантами. По вестфальскому миру 1648 г. в Германии подверглись С. некоторые епископства (Магдебург, Гальберштадт, Бремен, Миндея, и др.). В том же XVI веке С. была произведена и в других государствах, как то в Швейцарии, Дании, Швеции, Англии, Шотландии и т. п. Даже в Польше, где удержался католицизм, протестантская шляхта овладевала участками земли, приписанными к приходским церквам, и церковной десятиной.

В Англии С. распространилась только на монастырскую собственность, епископы, капитулы и деканы, наоборот, получили даже прибавку к своим прежним землям. Генрих VIII, начавший реформацию в Англии, роздал много отобранных у монастырей земель своим любимцам, приближенным и другим лицам. Когда дочь его Мария задумала возвратить церкви конфискованный земли, то новые владельцы объявили, что у них есть мечи для защиты своих прав (в Шотландии всеми духовными имениями завладело дворянство). При Эдуарде VI и Елизавете завершилась раздача дворянству секуляризованных земель. В эпоху первой английской революции, когда в Англии отменена была, временно, епископальная церковь предпринята была С. и той церковной собственности, которая не была тронута реформацией" Церковные имения решено было распродать, но раскупалась они плохо, потому что не было доверия к прочности владения. Реставрация 1660 г. возвратила церкви ее прежнее положение в государстве и ее имения. Католическая реакция доложила предел процессу С., но он возобновился в XVIII в. Просвещенный абсолютизм второй половины XVIII века был неблагоприятен духовному землевладению. Уничтожение ордена иезуитов сопровождалось конфискацией всех его имуществ. Иосиф II в Австрии упразднил множество монастырей, обратив их имущества на государственные нужды. Новый период С. в католических странах начался с французской революцией. Учредительное собрание в 1789 г. объявило церковные земли собственностью нации и решило их продать для уплаты государственных долгов. Эту меру рекомендовали еще некоторые писатели: XVIII в., "для блага и пользы государства". Где. во время революции утверждалась власть французов или под их влиянием происходили политические перевороты, там обыкновенно совершалась. То же продолжалось и при Наполеоне I. В начале XIX в. в Германии были секуляризованы все духовные княжества, которых оставалось еще очень много. С. 1803 г. была средством вознаграждения немецких князей, потерявших владения на левом берегу Рейна. В силу этой С. перестали существовать, как политические единицы, 23 епископства и аббатства (Бриксен, Триент, Зальцбург, Эйхштэтт, Вюрцбург, Бамберг, Фрейзинг, Ayrсбург, Пассау, Гидьдесгейм, Падерборн, Оснабрюк, Любек, Фульда, Кровей, Констанц, Шпейер, Базель, Страсбург, Майнц, Вормс, Трир и Кельн) и множество меньших имений катол. церкви. В более близкое к нам время С. совершена в Испании и Италии. В известном смысле С. представляет собою и превращение в светское владение бывшей Церковной области. В эпоху франц. революции Рим был объявлен республикой, при Наполеоне I присоединен к французской империи; во время революции 1848 г. он опять на время сделался республикой. Последняя С. Папской области совершилась в два приема - в 1860 г. (Ромавья) и в 1870 г., когда окончательно пала светская власть папы. С. эпох реформационной и революционной эпох влекла за собою важные политические и экономические следствия. В XVI в. она временно усилила власть правительств, дав им большие материальные средства, и в то же время создала из новых владельцев, получавших или покупавших бывшие духовные земли, класс ревностных защитников новых церковных или государственных порядков. В эпоху реформации приобретателями секуляризованных земель были преимущественно дворяне, в эпоху революции - отчасти буржуазия, отчасти крестьяне. Нередко при этом изменялся самый характер собственности, вследствие дробления крупных поместий на мелкие участки. С другой стороны, новые владельцы меняли в своих землях систему хозяйства. В Англии, напр., в XVI в. новые владельцы стали изменять способы пользования землей крестьянами к невыгоде последних (между прочим заменяли пашню лугом), что вызвало ряд народных волнений. Важное экономическое значение С. оценено наукой лишь в сравнительно недавнее время, да и до сих пор история С. остается мало исследованной. В современной исторической науке термин С. получил и другое значение. Средневековая культура отличалась своим церковным характером, тогда как культура нового времени имеет существенно светский характер. Следя за изменениями, совершившимися в миросозерцании и настроении общества, историки стали говорить о С. философии и науки, литературы и искусства, права и государства и вообще всей жизни. Под этим разумеется освобождение от церковной опеки в умственной и общественной деятельности, обращение в художественном творчестве к светским сюжетам, подчинение жизни требованиям инстинктов человеческой природы, признание законными радостей земного существования и т. п. (в отличие от теократиям, теологического догматизма и аскетизма). Первым культурным движением с таким характером был гуманизм. Религиозная реформация XVI в. и католическая реакция задержали процесс С. культуры, а "просвещение" XVIII в. было как бы новой С. мысли и жизни. Главным врагом С. в этом смысле является клерикализм. В отдельных случаях С. жизни шла под специальными лозунгами, в роде реабилитации плоти (у сен-симонистов), лаицизации образования (французские школьные законы семидесятых и восьмидесятых гг. и т. п.), но в сущности все это лишь отдельные виды С., которая, притом, может иметь весьма различные степени.

Н. Карпев.

Секунда

- шестидесятая доля угловой минуты или минуты времени. Сутки содержат 86400 С. О различии звездной и средней С. Названия С. и минуты произошли от сокращения выражений: partes minutae primae, partes minutae secundae. C. дуги обозначается ("), С. времени (°). В астрономии при делении окружности на 360", движение светил измеряется или пройденным путем в градусных делениях, или продолжительностью движения. Одна С. времени в известных случаях соответствует 15 С. дуги; такое же соотношение между минутой времени и 15 мин. дуги или между часом времени и 15 град. дуги.

Селевк I и Селевкиды

- По смерти Александра Великого ближайшим помощником македонского регента Пердикки был С. (353 - 281), один из главных начальников конницы (хилиархов), человек твердого характера и необыкновенной физической силы, проницательный и осторожный. Он пользовался любовью и доверием Александра и войска, особенно после битвы при Гидаспе, где он отличился необыкновенным мужеством. Во время неудачного похода Пердикки на Египет (321), когда, при переходе через Нил, погибла часть македонского войска, С. был одним из зачинщиков бунта против Пердикки, который пал жертвой восстания. Победители распределили между собою области, при чем С. получил вавилонскую сатрапию, отказавшись от должности хилиарха в пользу Антипатрова сына Кассандра. Вскоре, однако, ему пришлось вступить в борьбу с защитником прав царской династии Евменом, которого Полисперхонт назначил наместником Азии. Антигон, союзник С. в этой борьбе, победил Евмена, благодаря чему ему удалось сосредоточить в своих руках огромные богатства и военные силы. Рассчитывая овладеть всей Азией, он стал считать С. уже не союзником, а подчиненным, и готовился занять Вавилон. С. бежал из Вавилонии и заключил союз с Птолемеем, Лизимахом и Кассандром, опасавшимися, что Антигон потребует у них возврата завоеванных земель. Союзники предъявили к Антигону требование, чтобы он разделил с ними набранные в Азии сокровища и удовлетворил их претензии по разделу областей. Антигон отказался; началась война. После битвы при Газе (312), в которой племянник Антигона, Димитрий, был разбит Птолемеем, С. получил от Птолемея небольшой отряд войска и отправился отвоевывать свою сатрапию. После занятия им крепости Карр гарнизоны, стоявшие в разных местах Вавилонской области, признали его своим правителем. Он взял приступом Вавилон, победил Никанора, бывшего сатрапом Вавилонии, покорил Сузиану, Мидию, Hepcию и восточный Иран.

Благодаря справедливости и мягкости, которыми отличался С. как правитель, жители покоренных провинций приняли его с радостью: таким образом создалось царство Селевкидов, эрой которых был 312 год до Р. Хр. Тотчас после восстановления С. на вавилонском престоле, Димитрий двинулся на Вавилон, чтобы отнять у С. его завоевания, но был отбит. Тогда Антигон поспешил примириться с другими своими противниками, чтобы обратить все свои силы на С., принявшего в 306 г., вместе с другими правителями, титул царя. Против Антигона составилась новая коалиция из Лизимаха, Птолемея и С. Заключив союз с царем Палиботры (Паталипутры) Сандрокоттом (Чандрагултой) ценой уступки ему земель за Индом и получив от него 500 слонов, С. пошел на соединение с Лизимахом, с которым встретился на р. Галисе. Произошла битва при Ипсе (во Фригии, близ г. Сиинады), закончившаяся победой союзников, главным образом благодаря слонам С. Со смертью Антигона состоялся новый раздел Александровой монархии, при чем С. получил земли от Тавра до Инда, включая Сирию и Финикию. Единодушие победителей было непродолжительно. Лизимах заключил союз с Птолемеем, а С. сблизился с Димитрием Полиоркетом, женившись на дочери его Стратонике (300). Однако, когда Димитрий задумал восстановить царство своего отца (Антигона) и стал делать громадные приготовления, С. возобновил союз с Лизимахом и Птолемеем, к которым примкнул и Пирр. Потерпев неудачу в Европе, Димитрий переправился в Азию, но, благодаря искусным действиям Лизимахова сына Агафокла, попал в затруднительное положение. из которого вышел лишь благодаря великодушию С. Через некоторое время Димитрий оправился и возобновил войну с Лизимахом и С. Последний переманил на свою сторону значительную часть войска Димитрия и наконец взял его в плен (286), назначив пленному царю местом жительства город Апамею на верхнем Оронте. После смерти Лизимахова сына Агафокла, брошенного в темницу по проискам Птолемея Керавна, друзья Агафокла и жена последнего, с детьми, отдались под защиту С. Вскоре, однако, бежал к С. и Птолемей Керавн, когда дружеские отношены между Лизимахом и Птолемеем Филадельфом были упрочены новой свадьбой. Вследствие этого возникли ссоры между С. и Лизимахом, перешедшая в войну. С. победоносно прошел по Лидии, Ионии и Фригии и на равнинах Кора разбил войско Лизимаха, который пал в битве (281).

По смерти Лизимаха С. был единственным оставшимся в живых из полководцев Александра. Превосходя умом и талантом эпигонов, он достиг высшего предела могущества, особенно когда под его властью соединились два сильных царства - его собственное и Лизимаха Сирию и Малую Азию до Геллеспонта он отдал своему сыну Антиоху, и хотел уже распределить остальные свои владения, но смерть помешала ему выполнить задуманное. Он пал от руки Птолемея Керавна, коварно убившего его близ Лизимахии (281 г.). С. был выдающимся администратором и просвещенным правителем. Он основал до 75 городов, в числе которых насчитывалось 16 Антиохий (по имени его отца), девять Селевкий, три Апамеи, одна Стратоникея, пять Лаодикей; другие города были названы по имени Александра, македонских или греческих городов, или в память побед С. Столицей царства была Антиохия, расположенная в плодородной местности, недалеко от моря, на р. Оронт. Империя, для удобства управления и предупреждения мятежей, была разделена на 72 небольших caтрапий, из которых самою значительной была так называемая Селевкида, в которую входили юго-вост. часть Киликии, южная часть Коммагены и Верхняя Сирия, с 4 большими городами: Антиохией, Седевшей, Апамеей и Лаодикеей. По этим четырем городам Селевкида называлась также Тетраполем (Страбон). Из других городов обширной монархии наиболее значительны были Ороп (между Оронтом и Евфратом), Зевгма (на Евфрате), Бамбика-Гиераполь (к югу от Зевгмы), Амфиполь, Бероея (между Аманским хребтом и Евфратом), Эдесса (между Тигром и Евфратом), Селевкия на Тигре Эвроп в Мидии, Каллиопа и Гекатомпил в Парфии. Большинство основанных С. городов лежало между Средиземным морем и Индией, Оронтом и Вавилоном. Эти города пользовались самоуправлением, подобно греческим poleiV; это были области, в которых население (преимущественно негреческое) платило дань племенным князьям. Торговля была одним из факторов, способствовавших экономическому росту страны. Селекия на Тигре была главным торговым центром на пути, соединяющем Средиземное море с Индией. Западная часть Малой Азии также принадлежала Селевкидам, за исключением Вифинии, Пергама и некоторых других областей и городов. К числу главных городов этой части монархии принадлежали Лампсак и Смирна. Селевкиды были продолжателями Александра Великого в деле эллинизации Азии. С течением времени противодействие греческих элементов населения азиатскому режиму привело к тому, что сирийская монархия распалась на ряд городских общин и утратила свое могущество. Селевкиду I наследовал сын его Антиох I (281 - 261). после которого правил его сын Антиох II Бог (261 - 246). Антиох I в 280 г. был разбит вифинцами, но сам победил галлов, за что получил прозвание Спасителя (Сотера). Позднее он вел неудачную войну с Евменом Пергамским и Птолемеем (первая сирийская война). Антиох II, развратник и кутила, известен в истории Селевкова царства войной с фракийцами и Египтом (вторая Сирийская война), а также тем, что он освободил Милетян от тирана Тимарха. При Антаохах I и II царство Селевкидов уменьшилось в объеме, вследствие отпадения Парфян (256) и Бактрийцев. При Селевке II Каллинике Бородатом (246 - 226) возникла третья Сирийская война, которая была неудачна для Сирии. Потерпев поражение, Селевк II вступил в союз с братом своим Антиохом Гиераксом, вследствие чего Птолемей Евергет заключил на 10 лет мир с С. Вскоре, однако, Антиох Перакс начал войну с Селевком II, который, как передают, пал в битве; по другому свидетельству, он погиб в сражении с Митридатом при Анкире. Прозвание Каллиник он получил за победу над парфянским царем Арсаком, хотя позднее последний, заключив союз с Диодохом II Бактрийским, разбил С. и заставил его отступить в Сирию. Правление Селевка II было несчастливо в сфере как внутренних отношений, так и внешней политики. Почти вся Малая Азия и южные земли территории Селевкидов уже не принадлежали могущественной некогда династии: Селевк II оставался господином лишь северной части внутренней Сирии (до Персеполя и Экбатан), равнин Кидикш и Приморской Лаодикеи.

После С. II правил С. III Керавн или Сотер (226 - 222). С помощью одного из своих родственников, Ахея, он отвоевал у пергамского царя значительную часть Малой Азии, но вскоре был убит. При Антиохе III великом (222 - 187) монархия Селевкидов сначала вернула свое прежнее политическое значение и могущество. Антиох отнял Палестину и Финикию) у Птолемеев, покорил парфян, бактрийцев и индийцев и заявил притязания на все земли к 3 от Тавра и по берегам Геллеспонта. Однако, вмешательство римлян положило предел притязаниям Антиоха, который в битве при Магнезии (190) был разбит на голову и навсегда погубил могущество Селевкидов, царство которых с тех пор было ограничено Тавром. При преемниках Антиоха сирийская монархия уже не могла подняться до прежней степени могущества и медленно шла к полному упадку и распадению. Последующими представителями династии были: С. lV Филопатор (187 - 175), узурпатор Гелиодор (174). Антиох IV Епифан (175 - 164), Антиох V Евпатор (164 162), Димитрий I Сотер (162 - 150), Александр Балас (152 - 145). Димитрий II Никатор (145 - 139; 130 - 125), Антиох VI Дионис Епифан (145 - 142), Трифон или Диодот (142 - 138), Антиох VII Сидет (138 - 129), Александр Зебинас (128 - 123), С. V (126 - 125), Антиох VIII Грип (125 96), Антиох IX Кизикский (116 - 95), С. VI Епифан (96 - 95), Филипп (92 - 83), Антиох X Филадельф (92), Димитрий III Филопатор (95 - 88), Антиох XI Дионис (89 - 84), Антиох XII Благочестивый (94 - 83), Тигран (80 69), Антиох XIII Азиатский (68 - 64). С 162 до 125 г. сирийский престол непрерывно переходил из рук в руки, пока Сирия не была разделена на две части, управлявшиеся особыми царями: северную Сирто, с Киликией, и Финикию, с Койлесирией. По смерти Антиоха XIII, убитого эмесским князем, Помпей, осенью 64 г., вступил в Сирию и завоевал ее, обратив ее в римскую провинцию. В культурном отношении Сирия занимала важное место в ряду эллинистических монархий и в некоторых отношениях имела преимущество перед Птолемеевой монархией. Так, правители Сирии были гораздо деятельнее Лагидов; население не представляло собой нестройной толпы, но было организовано в общины, при чем греко-македонский элемента господствовал в материальном и культурном отношении над восточным. Наряду с греческими независимыми городами существовали восточные общины, жившие самостоятельной жизнью (напр. евреи). Атиохия была третьим после Рима и Александрии центром цивилизации и просвещения. В ней было много богатых храмов, портиков, бань, театров, произведений искусства: Библиотека в Антиохии была учреждена лишь при Антиохе XIII. Другим центром сирийского царства была Селевкия на Тигре. Сирийцы отличались живым умом, склонностью к удовольствиям и нравственной распущенностью; типичный образец сирийского характера представляет собой Антиох IV Епифан (175 - 164; Polyb. 26, 1; 31, 3, 4; Athen. 5, 93; см. Holm, "Griechische (Jeschichte", IV т., 20 гл., 1894). Кроме собственно Селевкидии, греческая культура была распространена в Киликии и Финикии; греческие города, находившиеся в этих областях, считались "священными и неприкосновенными". В чем заключалась юридическая основа этой неприкосновенности, точно определить трудно; известно лишь, что большинство значительных городов, оставшихся верными последним Селевкидам, допускали самодержавную власть только с большими ограничениями.

Литература. Ср. Niese, "Geschichte der Griechischen und Makedonischen Staaten seit der Schlacht tei Charoneia" (II т., Гота, 1893, 1899); Holm, "Griechische Geschichte" (IV т., Б., 1894; англ. перев., 1898); Droysen, "Geschichte des Hellenismus" (есть русский перевод); Mommsen, "Romische Gescichte" (V т., Б., 1885).

Н. О.

Селекционная теория

- объясняющая видоизменение животных и растительных форм или трансформизм путем отбора (подбора, селекции), т. е. путем вымирания наименее приспособленных и переживания наиболее приспособленных особей. Некоторые, напр. Циглер, видят следы С. теории в учении Эмпедокла, но во всяком случае научная формулировка этой теории и ее разработка тесно связаны с именами Ч. Дарвина и Уоллэса. Др Уэльс (Wels) в 1813 г. путем подбора объясняет преобладание черных рас на Африканском континенте, ибо эти расы, по его словам, более устойчивы по отношению к некоторым болезням, коим легко подпадают белые расы. Эти последние вымирали, а черные переживали их и составили современное население Африки. В 1831 г. идея подбора защищалась Патриком Мэтью, а потом Ноден (1852), известный ботаник, высказал предположение, что виды образуются тем же путем, как и домашние расы, т. е. отбором, но ему все-таки непонятен был самый процесс отбора. В 1858 г. в журн. Линнеевского общества появились одновременно сообщения Дарвина и Уоллэса (Wallace), формулирующие сущность С. теории. Подбор, зависящий от воли человека, назван искусственным, а подбор на почве борьбы за существование назван естественным. Уоллэс не был так последователен, как Дарвин, и говорил, что происхождение человека нельзя объяснить на почве подбора. Первобытный человек, по его мнению, обладает мозгом гораздо большего объема, чем это нужно для целей его существования. Такой мозг, который и создал возможность дальнейшего умственного прогресса, коего достигли высшие расы, не может быть объяснен подбором. Точно также не поддается объяснению подбором исчезновение волос на коже человека, развитие нравственных чувств и т. п. Однако, мы знаем, что гипертрофия или вообще появление органов ненормально развитых не составляет редкого случая среди других аномалий, и появление особей с усиленно развитым мозгом среди приматов также возможно, как и появление самцов оленей с чудовищно развитыми рогами. Такие особи между приматами и могли послужить для развитая человеческой расы. Исчезновение волос пытались объяснить громадным вредом, который приносят живущие в волосах паразиты. Развитие нравственного чувства, вероятно, представляет лишь распространение на ближних тех родительских чувств, кои при самом появлении своем бесспорно имели громадное утилитарное значение, обеспечивая охрану и безопасность молодому поколению. Подобное же явление представляют нам и общественные животные, которые соединяются в ассоциации, и тогда борьба за существование продолжается уже между ассоциациями, а не между отдельными особями или семьями.

Вообще же вопрос о том, применима ли С. теория в рассмотрению ныне существующих отношений в человеческом обществе решается различно. Одни полагают, что нравственное чувство, капитал и т. п. факторы совершенно разрушили влияние подбора, а другие полагают, что все эти факторы, хотя иным путем, приводят в конце концов к тем же результатам, в каким привел бы и подбор. По поводу С. теории был высказан ряд возражений, коих часть приведена в статье Подбор - именно относительно необходимости изоляции новообразующегося вида. Кочпуль и Роменс полагали, что вместо изоляции достаточно, если группа особей обладающих каким-либо новым признаком потеряет способность к скрещиванию с прочими особями этого вида такими признаками не обладающими. Но как самая изоляция, так предположенное Роменсон обстоятельство, названное им физиологическим подбором, хотя и могут, конечно, иметь место в природе, но вряд ли являются неизбежным условием для образования нового вида. Правда острова, замкнутые долины имеют очень часто для них характерные виды, выработавшиеся благодаря изоляции, но широкий и постоянный прогресс форм, не ограничивающий выработкой нового вида или разновидности, а ведущий к постоянному и последовательному усложнению и дифференцировке форм, возможен только на обширных материках с разнообразными условиями и широкой возможностью для переселения форм и вытеснения одна другой. Действительно, острова являются наиболее удобными местами для сохранения форм глубокой древности. Население Мадагаскара, Целебеса, Новой Гвинеи гораздо древнее населения близ лежащих континентов. Таким образом, устранение скрещивания потомства пары особей с какими-либо новыми признаками с потомством других пар, этими признаками не обладающими, не есть необходимое условие для выработки вида, ибо уже одна полезность этих признаков представляет достаточную гарантию для их закрепления. Притом, в сущности в природе никакая изоляция невозможна, ибо среди потомства данной пары всегда найдутся особи, кои в силу атавизма данными признаками не обладают.

Другое возражение, предъявляемое С. теории - это то, что она не объясняет, во-первых, признаков возникающих и настолько ничтожных, что они не могут быть полезны животному, а во-вторых таких, которые, по-видимому, индифферентны для животного в смысле полезности, как напр. скульптура раковины и т. п. На эти возражения, развитые Майвортом, Негели и др., было отвечено следующее. По отношению к индифферентным признакам мы вовсе не можем ручаться за таковое их значение. До выяснения роли покровительственной окраски и она могла казаться индифферентной, но мы знаем теперь, что она полезна. Скульптура чешуек и щитков гадов напр. кажется, на первый взгляд, совершенно безразличный признак, но она зависит от другого, весьма важного в смысле полезности признака - распределения шипиков на клетках молодой кожи, а эти шипики имеют особое назначение: заставлять отставать от тела старую долженствующую подвергнуться линьке шкурку, покрывающую сначала новообразующиеся слои. Этот вопрос подробно в позднейшее время разобран Уоллэсом. Затем, что касается возникновения признаков, то здесь, во-первых, надо помнить, что многие признаки возникают в непонятной покуда нам зависимости от других, как недоразвитие пигмента в глазах собак и кошек стоит в связи с недоразвитием частей слухового аппарата и даже частей мозга, ведающих слуховой функцией; во-вторых, многие органы возникли, как видоизменение уже ранее существовавших органов, как напр. совокупительный аппарат раков есть видоизмененные конечности и т. п.; принцип этот назван Дорном принципом перемены функции; в третьих, некоторые органы, как это показал Кнейненберг на развитии червей, возникли на месте других, ранее существовавших, путем субституции, при чем старый орган как бы стимулировал появление нового. Так, провизорные органы чувств стимулировали у червей появление сложного головного мозга. Но за вычетом всех этих случаев все-таки остается значительная часть признаков, коим мы должны приписать самостоятельное возникновение, а именно под влиянием процессов, происходящих при созревании, оплодотворении и развитии яйца. Эти процессы могут вызвать у зародыша и потом у взрослого появление того или другого признака, который и может быть закреплен подбором.

Таким образом возникновение признака должно объясняться на почве физиологической. Отсюда понятно, как мы должны смотреть на вопрос о том, представляет ли подбор единственный фактор развития или только один из факторов. Подбор не есть единственный фактор, но он стоит над всеми факторами эволюции как общий регулятор и уравнитель. Прочие факторы имеют значение лишь стимулов, вызывающих появление тех или других индивидуальных вариаций и новых признаков, причем роль их далеко все-таки не выяснена. Наконец, надо указать, что многие, Как Негели, Гааке и др., отрицают значение подбора вовсе, признавая за борьбой за существование лишь значение фактора, содействующего вымиранию неприспособленных форм, а Негели думает, что стимул в развитию лежит в стремлении, присущем живой материи к совершенствованию. На это было указано, что самый стимул этот весьма напоминает метафизическое начало, допускавшееся Эразмом Дарвином, Ламарком и др. в качестве фактора эволюции. Рядом с этим Негели допускает влияние внешних условий, но они лишь определяют признаки, представляющие собой приспособление к среде. Вейсманом, однако, было указано, что, если взять напр. китообразных, то окажется, что все характерные для них особенности организации суть результат приспособления к водной среде, и что если их отбросить, то мы получим схему млекопитающего, которая существовала в природе и ранее возникновения китообразных, след. при выработке этой группы принцип внутреннего совершенствования не причем. То же рассуждение применимо ко всем паразитическим и регрессивным формам, которые вместо совершенствования шли путем упрощения. Иначе говоря, Негелевский принцип оказывается чем-то непостоянно действующим и зависящим от условий. Поэтому, естественно свести прогресс и регресс не в этому принципу, а к самим условиям развитая. В последнее время Эймер, на основании своих наблюдений над окраской бабочек, пришел к тому заключению что индивидуальные колебания совершаются не во всех направлениях, а лишь в строго определенном направлении, по коему и шло образование новых видов. Однако, многое доказывает чрезвычайную неопределенность и многосторонность индивидуальных колебаний, составляющих почву для деятельности подбора. Учение свое о развитии форм по определенным направлениям независимо от подбора, а в силу лишь внешних воздействий и условий Эймер назвал ортогенезисом. Наконец, некоторые биологи, как Келдикер, Бэтсон, Эмери допускают возможность изменения организмов также появлением сразу крупных уклонений, на подобие уродливостей и аномалий. Отрицать возможность упрочения в природе аномалий, конечно, нельзя. Но во всяком случае это вопрос о размере индивидуальных уклонений, способных закрепиться, а самое закрепление должно быть объяснимо все-таки на почве С. теории. Ср. Osborn, "From the Greecks to Darwin" (Нью-Йорк, 1894); Дарвин, "Происхождение видов" (перев. Рачинского, М., 1865); Уоллэс, "Естественный подбор" (перев. Вагнера, СПб., 1878); Romanes, "Darwin und nach Darwin" (Лпц., 1892 - 1895); Wallace "Der Darwinismus" (Брауншвейг, 1891); Eimer, "Die Artbildung und Verwandtschaft bei den Schmetterlingen" (I, 1889; II, 1895, Иена); Bateson, "Materials for the Study of Variation etc. " (Лонд., 1894); Тимирязев, "Чарльз Дарвин и его учение" (М., 1898); Заленский, "Основные начала общей зоологии" (Одесса, 1886); Шимкевич, "Биологические очерки" (СПб., 1898).

В. Шимкевич.

Селигер

- оз. Тверской (Осташковского у.) и Новгородской (Демьянского и Валдайского уу.). Наибольшая дл. 72 в., шир. 49 в. Площадь 261 кв. в., в том числе в Тверской губ. 234 кв. в. Озеро имеет ракообразную форму и состоит из 23 водоемов (плесы, луки, озера), соединенных между собой проливами (межтоками); берега извилисты и образуют массу полуо-вов. Собственно "озером" называют плес между гор. Осташковым и ов-ом Хочиным (дл. 19. шир. 9 в.). О-вов на С. до 160, из них более значительные: Хочин (31, 5 кв. в.) с 6 селениями (1150 жит.); Градовня (Градомля), 8 в. в окружи., холмист, покрыт вековым сосновым бором, принадлежащим Ниловой пуст., Ключин, Столбенский, с известным мон. Ниловой пуст., Житный (Воронов), близ Осташкова, с мужским м-рем и др. На некоторых овах озера имеются тоже озера с другими о-вами (на Хочине более 10, на Градомле 3). На С. много мелей. В 1 вер. от Осташкова из воды озера выдается громадный валун, служащий пристанищем для озерных птиц. Глубина С. в среднем 3 - 4 саж., во многих местах доходит до 10 и 16 саж. Дно песчаное и иловатое, берега отлогие, довольно густо заселены. Местами к берегам подходят небольшие возвышенности, образуются крутые мысы (у сел Боголюбского, Новый Елец, у пог. Рожка). Поверхность С. лежит на высоте 840 фт. над ур. моря. Весной уровень озера поднимается на 1 - 2 арш. Вода чистая и здоровая, только у гор. Осташкова загрязнена отбросами с кожевенных заводов. Здесь водятся судаки, сомы, лещи, ряпушка, снетки и сиги (последние разведены искусственно); кроме того, множество крупных раков. Вследствие хищнических приемов лова, рыбное богатство озера заметно сокращается. Из рек, впадающих в озеро, более значительные Сорога (17 вер. дд.) и Крапивня (21 в.), обе сплавные; истоком озера служит р. Селижаровка. Озеро очищается ото льда между 1 марта и 15 апреля, замерзает обыкновенно в конце сентября. Движение по С. значительное; с 1847 г. на нем ходят пароходы - ежедневно из г. Осташкова к Ниловой пуст. и 5 раз в неделю в Полново (конечный пункт озера на С.), в Новгородской губ. Кроме массы небольших судов прибрежных жителей, в 1897 г. в гор. Осташкове нагружено 45 судов с 18 тыс. пд. товаров и разгружено 110 судов с 205 тыс. пд., всего на сумму 185 тыс. руб. Берега С. были заселены еще в доисторические времена; остатки каменного века находят во многих местах (в Рожковской слоб., на Столбенском о-ве, в с. Нов. Ельцах и в др.); с IX в. господствующим населением здесь становятся славяне. Чрез С. лежал путь из Новгорода на Ю Руси, в Киев ("путь селигерский"). "Путем Селигерским" в 1238 г. прошли татары, направляясь к Новгороду и "посекая людей, яко траву". Берега С. опустели в смутное время, и снова начали оживляться в конце ХVII в.

Д. Р.

Селим I

(1467 - 1520) - один из могущественнейших турецк. султанов, по прозванию Janz, т. е. "храбрый и свирепый"; царствовал с 1512 г. Превосходя своих предшественников фанатизмом, С. стремился к насильственному установлению единой религии в своем государстве; по его приказанию убиты были 40000 шиитов, живших в пределах Турции, что вовлекло его в войну с Персией. После блестящей победы при Тжадыране в 1514 г. С. заставил шаха просить мира, уступить Турции часть Азербайджана и согласиться на многие другие политические уступки. Покорив затем часть Курдистана и Месопотамию, С. выступил против египетских мамелюков, которым тогда принадлежала вся Сирия. В августе 1516 г. мамелюки были разбиты при Алеппо, в котором пал и султан их Канссу Гаври. Эта победа передала во власть С. Сирию и Палестину, а в следующем году. после победы при Ридхании, он покорил и Египет. Как покровитель святынь Мекки и Медины, которые добровольно признали власть С., он принял титул халифа. С. готовился ко вторичной Войне с Персией, но на пути из Константинополя в Адрианополь умер. С. возведен был на престол восстанием янычар против его отца Баязеда II, но, упрочив свою власть, он восстановил расшатанную дисциплину янычар. Военные силы своего государства он увеличил основанием флота. Наследником С. был его единственный сын Солиман II.

Сельдевые

(Clupeidae) - семейство рыб из подкласса костистых (Teleostei), отряда отверстопузырных (Physostomi). Тело покрыто чешуей (по большей части легко отпадающей); голова голая; усиков нет; брюхо сжато с боков и образует зубчатый край; край верхней челюсти образован посредине межчелюстными, по бокам верхнечелюстными костями; верхнечелюстная кость состоит по крайней мере из трех подвижных кусков; жаберная крышка полная; жаберный аппарат сильно развит; жаберные щели очень широки; придаточные жабры. Жирового плавника нет, спинной не удлинен, но анальный иногда очень длинен, желудок со слепым придатком; плавательный пузырь простой. Это семейство, к которому относят до 200 видов, широко распространено во всех поясах обоих полушарий. Они держатся стаями, часто достигающими колоссальных размеров и дающими возможность производить массовой лов С. Большинство живет в море, но по преимуществу держится сравнительно близко от берегов. Многие входят в реки для икрометания, некоторые живут постоянно в пресной воде. Ископаемые остатки С. очень многочисленны; некоторые принадлежат несомненно к современным родам, напр. к родам сельдь (Clupea), анчоус (Engraulis) и др., другие принадлежат к родам, близким к современным (напр. некоторые из меловых и третичных отложений). Экономическое значение С. громадно: достаточно указать, что сюда относится ок. 60 видов рода сельдь, более 40 видов рода анчоус и т. д. Особенно важное значение имеет лов С, в умеренном и отчасти в холодном поясе сев. полушария. Главное значение С. имеют в качестве пищевых продуктов (в свежем, соленом, копченом, консервированном виде); некоторые виды употребляются массами для вытапливания жира, для приготовления гуано. Кроме того С. играют важную роль и в качестве пищи других, более крупных рыб. Некоторые тропические виды ядовиты.

И. Хнипович.

Сельское хозяйство

понимается у нас различно: то как промышленность, то как учение. Только в самые последние годы в учебных заведениях начали это выражение заменять словом агрономия. Так, напр., у нас и до сих пор существуют ученые степени магистра и доктора С. хозяйства, между тем самые курсы С. хозяйства читают под названием агрономии или земледелия. Тэер, положивший начало научному и систематическому сельскому хозяйству, определяет С. хозяйство как "промышленность, которая имеет целью, через производство растительных и животных продуктов, получать доход". Известный французский писатель граф Гаспарен старается доказать, что С. хозяйство, хотя учение сравнительно новое, тем не менее вполне заслуживает названия науки. Все тела природы, говорит Гаспарен, можно изучать или в самих себе, не обращая нисколько внимания, принесет ли это изучение изучающему или другому какую-нибудь материальную пользу, или изучать предмет в отношении его полезности для человека. Одни из них называют науками чистыми, а другие прикладными, техническими, реальными. С одной стороны идет дело о том, чтобы знать это цель наук чистых; цель наук технических не только чтобы знать, но вместе с тем и применять эти знания - последняя цель искусства технического. Растительная физиология, которая сама есть отрасль ботаники, нас учит, что растения, для своего развития, требуют воды, теплоты, света, углерода, азота и основы, т. е. места для прикрепления и размещения своих корней. Но С. хозяйство, техническая наука растений, к первоначальным данным добавляет другие знания. Какие из видов растений могут быть обращены в пользу человека; какие между видами есть разности наиболее полезные; средства достать, распространить эти разновидности; меры, чтобы заставить растения расти вдали от их места родины; выбор земли, на которой они росли, и соответственная обработка этой земли, чтобы они были в полном развитии, были сильнее, роскошнее, чем в их диком состоянии; доставление растениям того количества воды, которого они требуют; необходимая защита для доставляется растениям искусственно той степени тепла, которая им необходима; наконец, какими средствами доставить им питательные вещества, необходимые для их произрастания?

Все эти вопросы, которые представляют собою только развитие той же физиологии, но которые могут быть предложены на случай цели специальной и для известного, ограниченного числа растений, составляют частное дополнение этой науки и представляют собрание истин, которое может существовать и без применения. Но только этого никогда не бывает. Давно ли сельские хозяева были убеждены, что навоз есть универсальное удобрение и не может быть всецело заменено каким-либо другим материалом. Но достаточно было Буссенго и Либиху разъяснить смысл удобрения и указать, что в природе ничто не пропадает, а все носит зародыш новой жизни, что в гнили, грязи, падали заключаются те элементы, из которых слагается жизнь растений, а через них и животных, словом выяснить кругооборот, совершающийся в природе невидимо для наших глаз, чтобы вызвать к жизни целую фабрикацию искусственных удобрений, которые в настоящее время употребляются сотнями милл. пд. на полях почти всего света, не исключая и России. Другой пример. В самые последние годы наука обратила внимание на зависимость физико-химических процессов, происходящих в почве от жизнедеятельности низших организмов, которые, по-видимому, существенно влияют на степень ее плодородия. И вот являются заводы, которые приготовляют нитрагин, т. е. чистую культуру в искусственном субстрате бактерий, вызывающих образование клубеньков на корнях бобовых растений. Такой препарат разводят при легком повышении температуры водой и смачивают им семена бобовых растении перед посевом или почву. Практическое приложение нитрагина вытекло прямо из тех научных исследований, которые были достигнуты физиологией растений в последнее десятилетие. Подложим, это новое удобрительное средство далеко нельзя еще назвать очень распространенным и опыты, произведение с нитрагином, нередко оказываются без результатными, но есть не мало и таких опытов, которые говорят в пользу нового удобрения. Мы воздерживаемся пока говорить о другом бактериальным удобрении, так назыв. алините, хотя и в его пользу говорят некоторые опыты, каковы напр. опыты проф. Стокслаза. Гаспарен прав, давая земледельческой науке, на основании выше приведенного анализа, таково определение: это наука, занимающаяся изысканием средств к добыванию растительных продуктов, способом наиболее совершенным и экономическим. Но такое определение исключает из области С. хозяйства зоотехнию, между тем как немцы, под словом "Landw irtschaft", откуда и взято наше выражение С. хозяйство, разумеют не одно только возделывание земли и разведение на ней хозяйственных растений, не одно полеводство, луговодство, огородничество и садоводство, но и стоящее в близкой с ними связи - скотоводство. Так выходит и по существу дела.

Главная цель С. хозяйства, как промышленности, состоит не в производстве собственно растений и даже животных, но в добывании дохода с помощью их производства. Правда, в некоторых местах Германии и Франции существуют фермы, где земледелие ведется без скотоводства, где все удобрительные средства получаются со стороны, а не производятся в своем хозяйстве. Но скотоводство не по той главной причине относится к С. хозяйству, что это последнее, в большей части случаев, не может существовать без него, а совершенно по другой. Овцеводство, напр. немыслимо без почвы; успешное и выгодное разведение овец требует непременно больших выгонов и пастбищ. С другой стороны, и рогатый скот, лошади и даже свиньи могут составлять предмета особой промышленности, независимо от земледелия, только в местах самых населенных и малоземельных. В большей же части случаев, содержание животных круглый год в хлевах бывает невыгодным, а возможно только при наличности пастбищ, и следовательно связано с почвой. Наконец, некоторые почвы по своему положению или по качеству только тогда и дают доход, когда обращены под выгоны и когда разводят на них тот или другой скот. Все это показывает, что доход от почвы можно получать с помощью разведения на них не только одних растений, но и животных, а потому хозяйственное животноводство, особенно разведение крупного и мелкого рогатого скота, в противность мнению Гаспарена, необходимо причислить к С. хозяйству и рассматривать как ветви его производства. К нашей сельскохоз. литературе, относительно определения границ С. хозяйства как науки, так и промышленности существуют крайняя сбивчивость и запутанность, так, Преображенский в его "Общепонятном курсе С. хозяйства" делает различие между С. хозяйством и сельскохоз. промыслом. Под С. хозяйством он разумеет науку, под сельскохоз. промыслом земледельческую практику, а сельскохоз. промышленность полагает в извлечении дохода от поземельного имения с помощью каких-либо способов, так что, по его мнению, С. хозяйство обнимает собою и земледелие, и скотоводство, и фабричную деятельность. Впрочем, такое мнение вытекает из прежних взглядов на С. хозяйство, как это было, напр., при крепостном праве. Тогда в область С. хозяйства входило не только земледелие и скотоводство, но и С. фабрики, заводы, ремесла, управление имениями и даже попечение о благосостоянии и благочинии сел и их жителей и т. п. Шелехов в своем "Народном руководстве" к С. хозяйству, область С. хозяйства полагает не в одном земледелии, взятом с самом обширном значении, а в полном животноводстве, во всех сельских ремеслах, С. архитектуре и проч. Проф. Усов определяет С. хозяйство занятием теми растениями, которые "служат для собственной его (человека) потребности и дохода, а наука земледелия учит вести эти занятия правильно".

Все эти определения довольно странны, если припомнить, что 70 лет тому назад проф. Павлов охарактеризовал сельскохоз. науку так: "С. хозяйство, как наука, есть приложение естественных наук к разведению полезных в общежитии растении и животных". К этому определению очень близко определение проф. Кирхнера, принятое некоторыми русскими агрономами-писателями (Зайкевич, Слезкин), именно, что "Сельскохоз. наука есть физиология и биология культурных организмов". По мнению С. М. Богданова, к С. хозяйству относятся исследования всех явлений, интересных в сельскохоз. отношении". "Двойной характер этих явлений, говорит он, с одной стороны - физических (в обширном смысле), т. е. явлений природы вообще, с другой  - экономических, обусловливает разделение агрономии на два больших отдела: технику С. хозяйства, т. е. учение о физических процессах в С. хозяйстве и второе - сельскохозяйственную экономику или экономию, т. е. учение об экономической стороне сельскохозяйственного производства". Но в нашей литературе существует определение С. хоз. и более тесное. Сущность С. хоз. состоит в производстве растении и животных с помощью почвы, дабы получать от ее возможно постоянный и высший доход" (Фальков). С первого взгляда может показаться, что определение это ничем не отличается от определения Тэера. Однако, в определении С. хозяйства Тэера заключаются два положения: а) С. хозяйство занимается производством растительных и животных продуктов и б) цель этого производства - получение дохода. Следовательно, по Тэеру можно назвать С. хозяином всякого, кто разводит растения или животных из-за какой-либо выгоды. Однако, огородников и коннозаводчиков и т. п. не называют С. хозяевами. На основании данного определения (Фалькова) о том только лице можно сказать, что оно занимается С. хозяйством, кто разводит растения и животных на данной почве, с целью воспользоваться ее производительной силой для получения каких-либо выгод. Разведение растений и животных вне последних условий не составляет уже С. хозяйства. Тэер полагает С. хозяйство в самом производстве растений и животных, с целью получать от того доход, но разведение растений и животных есть только средство воспользоваться производительной силой почвы. Таким образом, первый предмет, на котором должна сосредоточиться деятельность С. хозяина, есть земля, собственно почва, верхний слой земли. В последнее время особенно у нас обращено внимание на изучение почвы во всех подробностях со стороны ее происхождения и образования, физических свойств, химических составных частей и проч. Но производительность почвы обуславливается степенью населенности страны, путей сообщения, рынка и, вообще, большим или меньшим развитием народного хозяйства. Итак, С. хозяйство, как учение, должно стоять в возможно близких отношениях с одной стороны к естествоведению, а с другой - к науки народного хозяйства, хотя в настоящее время агрономы придают гораздо большее значение первому, чем второму.

А. Совытов

Семейное право

- регулирует отношения, возникающие из брака, родительской власти, опеки, законного и незаконного кровного родства. До последнего времени в С. праве в таком его составе видели цельную систему норм, построенную на определенных принципах, вытекающих отчасти из естественного строя семьи, отчасти из национальных представлений, свойственных отдельным народам. Представляя собою союз лиц с взаимными правами и обязанностями личного и имущественного характера, семья, по мнению многих юристов (с Савиньи во главе), не может быть уложена в обычные нормы личного и имущественного характера. Нравственный элемент, присущий отношениям мужа к жене привносит в обязательственные отношения, вытекающие из договора брака, особые начала, превращающие отношения мужа и жены из обычных обязательственных в отношения власти и подчинения, но в свою очередь отличные от тех, которые имеют место при подчинении вещей и рабов собственнику. Тоже самое следует сказать и об отношениях между родителями и детьми, в которых всегда к элементам власти и подчинения присоединяются элементы покровительства и защиты. Не связанные юридическими узами, родственники имеют по отношению друг к другу нравственные обязанности взаимной помощи, личной и имущественной. Будучи заменой родительской власти, опека проникается тем же нравственным характером, обязывая опекуна не к одному только формальному наблюдению за имуществом и личностью опекаемого, но и к особой, благожелательной заботливости о нем. У одних только римлян резко подчеркнута исключительно юридическая сторона отношений С. права - безусловная власть "вещного характера" мужа над женой и отца над детьми как в личной, так и в имущественной сфере, но и здесь не потому, что нравственный элемент отсутствовал, а потому, что он не нуждался в выражении и представлял собою основную опору юридического строя семьи. В германском праве, с ранних времен, элемент защиты рядом с правом власти выражается и в юридических предписаниях, установляющих ограничения власти, общность имущества или определенные взаимные имущественные обязанности мужа и жены. Развитие этих принципов в истории ведет постепенно к конструкции брака, как полной общности жизни мужа и жены, а по отношению к родительской власти - к преобразованию римской родительской власти в интересах отца во власть в интересах детей. Опека, и в Риме уже развившаяся в государственное учреждение, в Германии находит себе высшее нравственное выражение в учреждении верховных опекунских учреждений (Obervormundschaft), ведущих свое происхождение от королевской защиты сирых и слабых (женщин, детей, умалишенных и т. д.).

В славянском С. праве находят своеобразное сочетание неограниченной личной власти, как необходимого средства нравственной дисциплины внутри дома, с имущественной полноправностью подвластных, как выражением идеи трудового начала. В южнославянском праве эти принципы видны в строе задруги, в русском - как в крестьянской большой и, в особенности, малой семье, так и в законодательстве, где неограниченная власть мужа и отца соединяются с раздельностью имуществ мужа и жены, отца и детей. Национальное своеобразие строя германской и славянской семьи поддерживается, по мнению некоторых исследователей,. религиозными представлениями, обусловленными различием строя церквей католической, протестантской и православной. Взяв постепенно в свое заведывание все семейно-правовые отношения и стремясь провести в жизнь со всею строгостью идеал христианского брака, католическая церковь упустила из виду его государственные, мирские основы; отсюда реакция, выразившаяся в протестантстве и новых теориях свободного брака и поведшая к искажению христианского существа брака, в виде признания его исключительно государственным учреждением, независимым от церкви. Русское право, не знавшее разделения церкви и государства, сумело, наоборот, сохранить, вместе с мирскими, государственными элементами семьи, и надлежащее воздействие на нее церкви (Победоносцев).

Историческое изучение юридического строя семьи в связи с социально-экономическим, культурным и государственным строем, показывает, вопреки изложенному взгляду, что, во 1-х, типы семейной организации гораздо более разнообразны, чем вышеупомянутые, и во 2-х, что видоизменяется типов и отдельных норм, характеризующих семейные отношения. стоят в связи с гораздо более сложными явлениями общественной жизни. Будучи средоточием жизни каждой отдельной личности, "основной ячейкой общежития", семья в борьбе за существование приспособляет свой строй к тому порядку производства имущественных благ, который существует в данное время. Исключительно скотоводческое и земледельческое хозяйства дают в результате большую, так называемую патриархальную семью, с крепкой властью ее главы и бесправием подвластных. Развитие промыслов или малоземелье ведут к эмансипации взрослых детей ради самостоятельного заработка и обращают семью в малую, но без ущерба для крепости родительской власти над оставшимися в семье членами. Развитие соседских связей, браки с женщинами, находящими покровительство в своих семьях, смягчают суровость власти мужай создают разнообразные системы имущественных отношений супругов, уничтожающие произвол мужа и стоящие, как теперь доказано, в полном соответствии с строем хозяйства, состоянием землевладения, торговли и промыслов в городах.

В связи с системами имущественных отношений стоят и юридические моменты брака. Строгая родительская власть долго поддерживается в своей силе отсутствием вмешательства государства, которое на первых порах слабо (как в Германии и Франции), или представлено заинтересованными в деле отцами семейств (как в Риме), или само заинтересовано в поддержании строгих начал власти в семье, как школе дисциплины и смирения, несмягченной вмешательством правового начала (в полицейских абсолютных государствах). В новое время, когда жизнь требует полного раскрепощения личности, когда последняя сама по себе становится данной и самостоятельной величиной в государстве, когда развивается экономическая самостоятельность женщины а культурное развитие исключает возможность власти одной личности над другой - власти, применяемой в собственных интересах - С. право совершенно преобразуется, утверждая последовательно, хотя и медленно, равноправность, личную и имущественную, мужа и жены, институт ограничений родительской власти и опеку, построенную исключительно в интересах защиты малолетних. Говорить о римском, германском или славянском типе юридической организации семьи, как выражениях национальных идеалов, поэтому, невозможно. Новый строй семьи является продуктом новых общественных и культурных условий нашего времени. Что касается канонического элемента, то его влияние стоит, несомненно, в связи с отношениями церкви и государства и затем в связи с началами религиозной исключительности. Поскольку начало религиозное является опорой политического, оно охраняется даже независимо от различия вероисповеданий (обязательность церковного брака не только для подданных, принадлежащих к господствующей церкви, но и для всех других). С другой стороны, потребность в допущении браков последователей господствующей религии с иноверцами, развивающаяся все более и более с падением религиозных ограничений правоспособности, ведет к признанию гражданского брака. Строй современной общественной жизни, свобода и культурный рост личности обусловливают также расширение развода и улучшение положения незаконных детей. Вторжение в строй семьи различных элементов общественного развития не дает возможности изучать С. право только в качестве особой, замкнутой и самостоятельной системы норм, определяющей отношения власти и подчинения, след. как особую часть гражданскую права.

Поскольку С. право включает в себя обязательства, основанные на свободном договоре, и создает имущественные отношения лиц, оно входит, конечно, в область гражданского права: но ограничения родительской власти, определение, с точки зрения общественного интереса, условий действительности браков и их расторжения, вся опекунская организация, уголовные и полицейские меры охраны личности несамостоятельных членов семьи выходят из сферы этого права в подлежащие отделы государственного, административного и уголовного права. Отсюда у современных юристов (Дернбурт, Зом, Кавелин и др.) деление С. права на чистое и имущественное С. право, причем некоторые из них (Зом, Кавелин) только последнее признают по существу принадлежащим к области гражданского права, первое же включают в его изложение лишь в интересах выяснения смысла и значения норм права имущественного. Развитие имущественной равноправности мужа и жены, отца и детей уничтожает постепенно и значение имущественного С. права, как особого отдела гражд. права, сохраняя лишь нормы, относящиеся к алиментарным обязанностям членов семьи друг к другу.

Литература. Gierke, "Die sociale Aufgabe des Privatrechts" (1890); Sohm, "Institutionen"; Motive zu dem Entwurfe eines burg. Gesetzbuches" (IV); Esmein, "Le mariage en droit canonique" (П., 1891); Кавелин, "Очерк имущественных отношений, вытекающих из С. союза" (СПб., 1884); Ефименко, "Очерки народной жизни" (I); Оршанский, "Духовный суд и С. право" и др. статьи в "исследованиях по русскому праву семейному и наследственному".

В. И.

Семейство

(famila) - таксономическая группа, предложенная в 1780 г. Батчем (Batsch) и обнимающая собой обыкновенно несколько родов (genera.), хотя существуют С., содержащая всего один род. Несколько (или даже одно) С. образуют подотряд или отряд (subordo и ordo). Иногда С. содержит такие рода, которые, не отличаясь настолько, чтобы составить особое С., все-таки могут быть разделены на две или большее число групп. Тогда С. подразделяют на подсемейства (subfamillia). Название С. обыкновенно дается по наиболее типичному для него роду и оканчивается на idae. Так, С. бекасовых от названия р. Scolopax называется Scolopacidae. Название подсемейства оканчивается inae. Так, некоторые орнитолога делят С. Scolopacidae на 4 подсемейства: Totaninae, Tringinae, Scolopacinae, Numeninae, получившие название по характерным для них родам: Totanus, Tringa, Scolopax и Numemus.

Семенова Екатерина Семеновна

- знаменитая актриса (1786 - 1849), дочь крепостной девушки помещика Путяты и учителя кадетского корпуса Жданова, поместившего ее в театральное училище. Она была необыкновенно красива; черты лица ее поражали классической правильностью, профиль, по словам современника, напоминал древние камеи. Гибкий контральтовый голос ее поддавался самым разнообразным модуляциям. Еще больше способствовали ее успеху сила чувства и искреннее увлечете. С. появилась на рубеже двух течений нашей драматической литературы, когда рабская подражательность французским трагедиям стала отживать, а романтическая драма только начинала нарождаться. Переходной ступенью этих двух течений были трагедии Озерова. С. (с актерами Шушериным и Яковлевым) была соратницей Озерова в первых завоеваниях нового направления. Первым большим успехом и писателя, и артистки было первое представление траг. Озерова: "Эдип в Афинах" (1804). С. Т. Аксаков рассказывает, что во время представления "Эдипа", когда у С.-Антигоны насильно уводили отца, артистка до того увлеклась, что вырвалась из рук удерживавших ее воинов и убежала за отцом за кулисы, чего в роли не было; пришлось бежать за ней и вернуть ее на сцену. Образование С., не только общее, но и сценическое, было очень поверхностное, вследствие чего она разработку ролей заимствовала у других. Сперва С. разучивала роли под руководством начальника репертуара, князя Шаховского; потом, заподозрив его в пристрастии к Вальберховой, стала учить роли, пользуясь советами горячо ей преданного поэта Гнедича; наконец, она много присматривалась к приемам гостившей тогда в Петербурге известной французской актрисы, Жорж. Но силу ей давал все же собственный талант. Петербургская публика разделилась на поклонников Жорж и С.; наиболее компетентные ценители отдавали пальму первенства С. Сама Жорж жаловалась, что, при всей своей технике, она часто чувствует недостаток. темперамента, всегда блещущего у С. Лучшие роли С. были в пьесах Эдип, Фингал, Дмитрий Донской, Поликсена, Танкред, Меропа, Медея, Семирамида, Федра. Она играла и в Шекспировских трагедиях, а также в Шиллеровской Марии Стюарт. Успех и поклонники избаловали С.: она иногда ленилась, иногда капризничала, чему способствовало и то, что она сблизилась с сенатором, князем Иваном Алексеевичем Гагариным, человеком очень богатым и пользовавшимся высоким положением как на службе, так и в литературных кружках. По назначении директором театров князя Тюфякина С. не вынесла его грубости и резкости и покинула службу (1820); но она не могла жить без сцены, участвовала в любительских спектаклях и через два года, когда место Тюфякина занял Майков, снова выступила на сцене. В 1826 г. С. окончательно простилась с публикой в трагедии Крюковского "Пожарский". Появление нового рода драматических произведений, романтического направления, нередко писанных прозой, значительно повредило последним годам сценической карьеры С. Стремясь оставаться первой, она бралась за роли и в этих пьесах, и даже за комические роли, но безуспешно. Переехав в Москву, С. согласилась обвенчаться со своим покровителем. Дом Гагариных посещали многие прежние поклонники С.: Пушкин, Аксаков, Надеждин, Погодин. В 1832 г. умер князь Гагарин; последние годы жизни С. были омрачены семейными неприятностями. Ср. "Исторический Вестник" 1886 г., сентябрь.

В. Крылов.

Семенов Петр Петрович

(род. в 1827 г.) - госуд. деятель и ученый; происходит из дворян Рязанской губ. До 15 лет воспитывался в деревне, развиваясь самостоятельно, с помощью книг родовой библиотеки; затем поступил в школу гвардейских подпрапорщиков и юнкеров, а по окончании курса сделался вольнослушателем в СПб. унив. на физико-математическом факультете по отделу естественных наук. Выдержав экзамен на степень кандидата, в 1849 г. был избран в члены Имп. русского географич. общества и с этого времени принимает постоянно самое деятельное участие в трудах общества, как секретарь отделения физической географии, потом как председатель того же отделения и, наконец, как вице-председатель общества (с 1873 г.). В 1851 г. совершил поездку в бассейны рек Оки и Дона, результатом которой было исследование: "Придонская флора в ее отношениях с географическим распределением растений в Европ. России". Этот труд доставил ему степень магистра ботаники. В 1852 г. С. отправился за границу и 3 года слушал лекции в берлинском унив. Тогда же он напечатал "Ueber die Fossilien der Schlesischen Kohlenkalkes", в трудах германского геологического общ. Время, остававшееся от кабинетных занятий, было посвящено им многочисленным научным поездкам по Германии, Швейцарии, Тиролю и Италии. Издав в 1856 г. первый том перевода "Землеведения Азии" K. Риттера, с дополнениями, равными по объему самому оригиналу, С. предпринял, по поручение географич. общ., экспедицию для исследования горной системы Тянь-Шаня, являвшейся тогда местностью недоступной для европейцев. В течение двух лет С. Посетил Алтай, Тарбагатай, Семиреченский и Заилийский Алатау, оз. Иссык-Куль, первым из европейских путешественников проник в Тянь-Шань и первый посетил высочайшую горную группу - Хан-Тенгри. В это время им были собраны богатые коллекции по естественной истории и геологии страны. Предварительный отчет о путешествии его был помещен в "Вестнике Имп. Русс. Геогр. Общества" за 1858 г., а затем в 1867 г. краткий обзор результатов путешествия появился в "Записках Имп. Русс. Геогр. Общ. " и в "Peterm. Mittheil.". Другие материалы были использованы при составлении дополнения ко II т. "Азии Риттера и "Географо-статист. словаря Росс. империи", изданных географ, обществом, под ближайшим руководством и при деятельном сотрудничестве С. В 1858 г. С. был приглашен принять участие в занятиях по крестьянскому делу, а в 1859 г. сделан членом экспертом "Редакционных комиссий" и заведующим их делами. Как один из ближайших сотрудников Я. И. Ростовцева, он принимал деятельное участие во всех трудах по освобождению крестьян и составлению Положений 19 февр. 1861 г. В 1864 г., в сотрудничестве с В. И. Мелдером,

С. напечатал геологическое исследование о переходных пластах между девонской и каменноугольной системами в Средней России в "Bulletin de l\'Acad. Imper. des Sciences". В 1864 г. назначен директором центр, статист, комитета, которым пробыл 16 лет, а в 1875 г. - председателем стат. совета, во главе которого стоял до 1897 г. За это время им устроена правильная система официальной статистики и произведен ряд работ по статистике (напр. "Статистика поземельной собственности в России" и ряд докладов на международных статистических конгрессах). В 1882 г. назначен сенатором 2-го (крестьянского) дпт. правит... сената. В 1873 г. избран почетным членом академии наук. Собрав богатейшую коллекцию картин фламандских и голландских художников XVI и XVII в., вторую по полноте в Европе, С. издал обширный труд: "Этюды по истории нидерландской живописи". В 1874 г. он избран в почетные члены академии художеств. Участие в деятельности многих благотворительных обществ, в качестве их председателя, дало повод к нескольким статьям С. по вопросам благотворительности. В 1888 г. С. совершил поездку по Закаспийской обл. и Туркестану, результатом чего были обширные энтомологические коллекции, пополнившие его громаднейшее собрание насекомых, и статья: "Туркестан и Закаспийский край в 1888 г." ("Известия Имп. Русс. Геогр. Общ."). Кроме вышеупомянутых работ, С. написал целый ряд статей и очерков по разным вопросам географии (напр. все введения к томам "Живописной России", выходившей под его редакцией) и все статьи по географии в "Энциклопед. Словаре", выходившем в 60-х годах. В 1893 г. он. участвовал в составлении сборника "Сибирь, Великая сибирская ж. д. ", изданного министерством финансов для всемирной выставки в Чикаго, и в том же году написал статью: "Колонизационная роль России". Продолжая редактировать издание "Азии" Ритгера, С. в 1894 и 1895 гг. выпустил два обширные тома, составляющее громадное дополнение или в сущности совершенно новый труд по географическому описание Забайкалья, в котором самому С. принадлежит немалая доля. Когда же вышло в свет "Описание Амурской обл. " Г. Е. Грум-Гржимайло, составленное по поручению министерства финансов, при чем многие главы были написаны С. В 1895 г. был отпразднован 50-летний юбилей Имп. русс. геогр. общ., по поводу которого С. написал "Историю полувековой деятельности географ, общ. " (3 т.). В 1896 г. С. организовал сибирский отдел нижегородской всеросс. выставки, а в настоящее время состоит организатором окраинного отдела на всемирной выставке в Париже. Первая всеобщая перепись России, совершенная в 1897 г., была подготовлена и выполнена под главным руководством С., напечатавшего по этому случаю статью: "Характерные выводы из первой всеобщей переписи" ("Известия Имп. Русск. Географич. Общ.", 1897). С 1899 г. начал выходить новый обширный труд "Россия" - полное географическое описание нашего отечества, редактируемый В. П. Семеновым под общим руководством С. С 1897 г. С. состоит членом государственного совета, присутствуя в департаменте законов. В честь С. названы многие местности в Европе, Азии и Сев. Америке.

Ю. Шокальский.

Семинария

(лат. seminarium - рассадник) - образовательное учреждение для подготовления духовных лиц и учителей преимущественно народных школ. Название С. появляется впервые со времени триентского собора (1545 - 63) и было официальным наименованием учебных заведений, имевших целью подготовление духовных лиц. Позже в Германии и Франции была сознана потребность в учреждении особых С. для подготовления будущих учителей, преимущественно для народных школ. Еще герцог саксен-готский Эрнест Благочестивый (ум. в 1675 г.) предполагал открыть такую С. Мысль об учреждении С. для учительниц защищал Фенелон, в своем сочинении о воспитании девиц (1687). В 1684 г. была открыта. в Реймсе "Seminaire des maitres d\' ecole", Мысль герцога Эрнеста была осуществлена. в Германии Авг. Герм. Франке в Галдел учрежденная им Seminarium praeceptorum (1695 г.) выпустила много учителей для средних и низших школ. В 1732 г. была открыта С. близ Штетина, в 1735 г. - близ Магдебурга, в 1784 г. - в Берлине и т. д. Мало помалу эти учреждения, часто носившие. название нормальных школ, распространились в большом числе по Германии, Австрии и Швейцарии; пользуясь покровительством как католических, как и протестантских духовных лиц, и так назыв. филантропистов (Базедов и др.). Вновь обратили на себя особое внимание С. в Германии начиная с 1807 г., вследствие возбуждения, охватившего Германию после разгрома. 1806 г., и под влиянием идей Песталоцци.

Только в последние десятилетия забота о систематическом подготовлении сведущих учителей для народных школ была признана в Западной Европе непременной обязанностью государства; из 200 правительственных С. в Германии 40 были открыты после 1872 г.; из 36 правительственных и частных женских С. в Пруссии лишь одна существует долее 50 лет. В других государствах С. распространились по примеру Германии. И во Франции, где во время революции делу образования народных учителей оказывалось большое внимание, стали особенно заботиться об Ecoles normales (как там называются С.) лишь в XIX в., под влиянием Германии. Устройство С. весьма различно В некоторых из них воспитанники  - интерны, в других - экстерны. Продолжительность учения также различна: в Пруссии, например, она равняется 3 годам, которым предшествуют 2 - 3 года занятий в приготовительной школе, а в Саксонии она доходит до 6 лет. В Саксонии: во всех С. введено обязательное изучение латинского языка; в Пруссии изучение одного иностранного языка предоставлено на выбор учащихся. В большинстве немецких С. введено изучение музыки, особенно игры на органе, так как в Германии учителя обыкновенно занимают и должность органистов. Во всех С. Германии обучают гимнастике и рисованию, весьма часто также и сельскому хозяйству, садоводству и разведению плодовых деревьев. При всех благоустроенных С. имеются школы, в которых семинаристы старших классов упражняются в преподавании, под руководством своих учителей. Многие С. находятся в тесной связи с учреждениями для глухонемых, где семинаристы упражняются в занятиях с глухонемыми. Во Франции нормальные школы в настоящее время урегулированы декретом 29 Июля 1881 г. Кроме этих школ во Франции, а также в Италии и Венгрии существуют особые С. для подготовления учителей и учительниц высших народных училищ и средних учебных заведений. В Германии в настоящее время существуют при университетах или находятся с ними в тесной связи многочисленные практические институты, носящие название С. исторических, статистических, экзегетических, катехизических, гомилетических, литургических, филологических, археологических, педагогических. Эти С. служат дополнением к чисто научным лекциям профессоров университетов. Среди них наибольшее значение имеют педагогические С., имеющие целью практическое подготовление учителей для средних учебных заведений; при таких С. часто имеются школы для упражнения будущих учителей. Первообразом таких С. является seminarium praeceptorum (см. выше); в XYIII в. появился в Германии ряд педагогических С.: в Геттингене (в 1737 г.), в Галле (при университете, 1776 г.), в Берлине (при гимназии, 1788 г.).

Особенно рекомендовал учреждение педагогических С. при университетах Гербарт, хотя с практической точки зрения является более удобным соединение их с средним учебным заведением и, по возможности, с С. для народных учителей. Циркуляром 1890 г. прусский министр народн, просвещения ф. Гослер предписал, чтобы все кандидаты в учителя, до допущения к пробным занятиям, пробыли год в С.; вследствие этого циркуляра, открыт ряд новых С. при средних учебных заведениях. Семипалатинск - обл. гор. С. обл., на прав. бер. Иртыша и при рч. Семипалатинке, составляющей рукав Иртыша, на абс. высоте 1080 фт. С. крепость построена в 1718 г. полковником Ступиным; по причине наводнений неоднократно была переносима далее от берега, так что теперь С. стоит уже на четвертом месте. Название свое крепость получила от семи падать или древних каменных строений, развалины которых видны и теперь близ города, вверх. по Иртышу. В этих палатах найдено много письмен на тунгузском языке, касающихся дамайской веры, почему полагают, что здесь жили тунгузские жрецы, проповедовавшие ламаизм калмыкам. С 1745 г. С. крепость принадлежала Сибирской губ.; с учреждением Колыванского наместничества возведена, в 1782 г., в степень уездн. города. В 1797 г. С. причислен к Тобольской губ.; в 1804 г. г. С. упразднен, а С. крепость причислена к Томской губ. В крепости учреждена была в это время таможня и построены меновые дворы по обе стороны Иртыша, для торга с бухарцами и киргизами средней орды. В 1823 г. Креп. С. возведена в окр. г. вновь образованной Омской области. В 1838 г., с изданием особого положения для управления сибирскими киргизами, окр. г. С. упразднен и причислен к Бийскому у. Томской губ. В 1854 г. С. назначен обл. г. Семипалатинской обл. Жителей в С. 26353 (14153 мжч. и 12200 жнщ.). В 1890 г. дворян, офицеров и чиновников числилось 871, духовенства - 140, почетных граждан и купцов - 903, мещан - 5916, крестьян - 1524, казаков - 521, нижних воинских чинов и их семейств 2641, киргизов - 3817, прочих - 427, всего 16760; православных и единоверцев - 7516, раскольников - 83, католиков - 72, протестантов 33, армяно-григориан - 11, евреев - 248, магометан - 8807. Домов в С. 2500. 1 винокурен. зав., 1 паров. мельница, 7 кожевен, 1 скорняжн. зав., 3 мыловарен., 6 салотопен., 2 пивоварен., 17 кирпичных, 2 гончарн., 3 овчин., 3 свечн., 1 клееваренный. 2 аптеки, 1 город. больница на 22 кровати, общ. библиотека с бесплатной читальней, областной музей, 1 мужская 4-кл. прогимназия (57 учащ.), 1 жен. 4-кл. прогимназия (137), 1 городское 5-кл. учил. (212), 1 приходское (90), 1 русско-киргизская шк. (25), 7 татарских шк. (480), 1 еврейская школа (10), всего учащихся 991 (в том числе 137 дев.). Городские доходы в 1894 г. составляли 69349 р., расходы 56978 руб., в том числе на городское управление 11929 руб., на учебные заведения 7125 руб., на медицинскую часть 620 руб.

Н.

Семирамида

- по сказаниям Ктесия (у Диодора II, 4 сл.) дочь богини Деркето, вскормленная и воспитанная голубями, сделавшаяся женой правителя Сирии Онна, отбитая у последнего ассирийским царем Нином и после смерти Нина севшая на ниневийский престол. Древние авторы приписывают ей основание Вавилона, возводят к ней не только все ассиро-вавилонские памятники, но и персидские, и даже пирамиды, не говоря уже о висячих садах и путях сообщения чрез горные страны. Ей же приписываются походы и завоевания до самой Индии и оазиса Амона. Рассказывали, что она улетела в виде голубя, когда ее сын Нити стал покушаться на ее жизнь. По другим, она была им убита. Много говорили о ее любовных делах. Во всем этом нельзя не видеть сочетания неверно понятых мифов Истар с воспоминаниями об ассирийском периоде, олицетворенном в С. Последнее объясняется, может быть, тем, что Ктесий писал по мидийским источникам. Мидяне познакомились с ассиро-вавилонской культурой в царствование Рамман Нирари III, женатого на вавилонской царевне Саммурамати, и, вероятно, соединили с именем царицы, занимавшей исключительное в истории Ассирии положение, представление о поразившей их, тогда еще находившихся в примитивном состоянии, цивилизации и государственности.

Б. Т.

Семь мудрецов

(oi eppa sojoi) - мудрецы древней Греции, жившие в VII и VI вв. до Р. Хр. и излагавшие свои мысли в кратких образных изречениях или гномах. У различных авторов имеются различные указания как на имена и число древнегреч. мудрецов, так и на приписываемые каждому из них изречения. По словам Цицерона, это были истинные благодетели окружающей их среды, отличавшиеся не только выдающейся нравственной силой и глубокой житейской опытностью, но и проницательностью ума и ясностью мыслей. На первый план выдвигается то политическая их деятельность, то поэтическая. Питтак из Митилены в Лесбосе, Солон Афинский, Клеовул из Линда на остр. Родосе и Нершидр коринфский были законодателями и военачальниками или предводителями и повелителями своих родных городов; Хейлон, Эфор в Спарте, был известен столько же своею политической дальнозоркостью, сколько и свойственным ему способом выражаться, получившим от него название Хейлоновского; Фалес милетский и Биас из Приены в Карии выступали советниками царей и народов. Некоторые исключают из этого списка Периандра Коринфского и называют вместо него другого мудреца того же имени или Мисона. Отличительные черты С. мудрецов тесно связаны с характером дорического племени. Платон называет их последователями, любителями и учениками лакедемонской дисциплины и находит сходство между гномической и лаконской речью; четыре из них были несомненно дорического происхождения, пятый - спартанец. Ср. Bohrеn, "De septem sapientibus" (Бонн, 1867); Hiller, в "Rheinischen Museum", т. 33 (1878); Brunco, "De dictis VII sapientium" (в "Acta seminarii philol.", Эрланг, (1883).

Семь чудес света

- так назывались в древности С. произведений зодчества и ваяния, превосходившие все другие своею колоссальностью и роскошью, а именно:

1) пирамиды египетских фараонов

2) висячие сады вавилонской царицы Семирамиды

3) ефесский храм Артемиды

4) хризэлефантинная статуя Олимпийского Зевса

5) надгробный памятник царя Мавзола, в Галикарнассе

6) колосс родосский и

7) маячная башня, воздвигнутая в Александрии при Птолемее Филадельфе (в конце III в. до Р. Хр.) и имевшая около 180 м. вышины

Сена

(франц. Seine, лат. Sequana) река в сев. Франции, берет начало в дпт. Кот д\'Ор в 30 км. к СЗ от Дижона ок. М. Шапсо на высоте 471 м. над ур. м., течет в сев.зап. направлении через д-ты Кот-д\'Ор, Об, Сены и Марны, Сены и Уазы, Сены, Эр и Нижней Сены). Начиная с Парилка течете С. становится извилистым и местами, разветвляясь на несколько рукавов, образует о-ва. Впадает после протяжения 776 км. в Ла-Манш между Гавром и Гонфлером, образуя бухту 10 км. ширины. Ширина С. в Париже у Аустерлицкого моста 265 м., между Эльбефом и Руаном 680 - 780 м. Бассейн С. занимает 77769 кв. км. Главные притоки справа: Об, Марна, Уаза и Эпта; слева: Тонна, Луэн, Эссон, Эйр и Рилль. Судоходство по С. приведено в хорошее состояние посредством регуляционных работ. Начиная от Труа до Марсильи Сену сопровождает канал (44 км.); от Марсильи до устья (547) С. судоходна на всем протяжении, при чем от Руана до впадения в море она доступна для морских судов. Сетью каналов С. соединена с рр. Соммой, Шельдой, Маасом, Рейном, Роной, Соной и Луарой. Грузовое движение по С. очень оживленное (особенно у устья Уазы, близ Парижа; более 3 милл. тонн). Существует несколько проектов углубления С. между Руаном и Парижем, так, чтобы до Парижа доходили морские суда. По проекту Bouquet de la Grye, это достигалось бы каналом в 7 м. глубины. У Руаза количество воды, протекающее Сеной, около 600 кб. м. в секунду, в среднем за год (приблизительно 1/5 воды Невы): от 250 до 300 в межень и до 2500 во время самого большого наводнения. Выше Труа С. дает большую водяную силу, которой пользуются лесопильни, мельницы, бумагопрядильни и т. д. Ср. Ргedeau, "Manuel hydrologique du bassin de la Seine" (Н., 1884); Lavoinne, "La Seine maritime et son estuaire" (1885); Barron, "La Seine" (1889), Belgrand, "La S." (П., 1873).

Сенат

(римский). - Римская община искони слагалась из трех основных органов: народа, как суверенного распорядителя судьбами государства, магистратов, как носителей народной воли, и С., как носителя народного разума, хранителя государственных традиций, органа, из которого исходит и куда возвращается верховное магистратское imperium. Вся история римской конституции есть история постепенного развития этих трех основных органов. Абсолютное владычество магистратуры, сначала в лице царя, затем в лице консулов, постепенно смягчается и переходит в олигархию, затем в умеренную аристократию, представителем которой является сенат; попытки демократизировать государственный строй, разбить главенство С. дают только отрицательные результаты, восстанавливая магистратский произвол в лице принципата. Некоторое время С., больше в силу традиции, чем в силу фактического могущества, продолжает, в качестве фактически подчиненного органа, делить власть с магистратурой, пока самое понятие магистратуры не исчезает, вытесненное новым принципом восточной абсолютной монархии.

а) Эпоха царей. Исконное существование С. выразилось в римском предании в том, что учреждение его, как и других коренных институтов, приписывается основателю государства, Ромулу. Предание ставит С. в полную зависимость от царя; в его руках лежит выбор сенаторов. Но уже в это время, очевидно, выработались основные свойства С., характеризующие его за все время его существования и бывшие залогом прочности его существования: пожизненность звания сенатора и ограниченность числа членов С. И то, и другое, при существовании абсолютной царской власти, можно объяснить только тем, что С. был обязан своим существованием отнюдь не акту царского произвола, а принадлежал, как и сама царская власть, к основным учреждениям общины. Весьма возможно, что родовой строй общины сказался и на C. и что он в царский период являлся представителем отдельных родов, из которых слагалась община. Вероятно уже тогда единственным требованием, предъявлявшимся к сенатору, было, кроме принадлежности к роду, требование известного возраста, принадлежности к seniores. В это же время вырабатываются и основные функции С., его двойственная роль в римской государственной жизни: он является одновременно советом магистрата в наиболее важных государственных вопросах и носителем верховной власти, хранителем традиций государственной жизни. В первое время существования С. вторая сторона его деятельности преобладает. Выражается она в том, что при смерти верховного магистрата - царя - власть (imperium) возвращается в недра С., с тем, чтобы немедленно быть им переданной временному носителю ее - междуцарю (interrex), выходящему из среды С. Смена этих временных (не более 5 дней) носителей власти приводит к появлению нового окончательного носителя ее - царя. К той же области относятся и действия С., как хранителя государственных традиций: всякое решение народа, поскольку такие решения были возможны при царском режиме, нуждается в авторитетном подтверждении со стороны С. (auotoritas patrum), свидетельствующем о соответствии его основным религиозным и политическим устоям общины.

Республиканский период. С появлением во главе государства вместо одного пожизненного царя двух срочных консулов, положение С. в сущности не меняется: разница только та, что пополняют теперь С. не цари, а консулы. Вероятно уже в самом начале этого периода происходит, однако, крупная реформа в составе С.: наряду с представителями патрицианских родов в нем являются плебеи (conscripti). Это вызывает двойственность в состав С., обусловливающую ход его дальнейшего развития. В силу религиозного консерватизма Рима, плебеи могли принимать участие только в одной из функций С. - в его действиях как совещательного органа; другая сторона деятельности, требующая принадлежности к патрицийству, которое одно только могло сноситься с богами общины, была закрыта для неполноправных в религиозном отношении плебеев; они не принимали участия в interregnum и в даровании auctoritas. Даже совещательная роль их ограничена правом голосования, без права предложения. Дальнейшей реформой в жизни С., было изменение способа пополнения С. Овиниевым законом (около 312 г. до Р. Хр.). По этому закону пополняли С. не консулы, как ранее, а особые магистраты - цензоры, и притом "из лучших людей каждого сословия". Этим путем С. эмансипировался от влияния консулов. Та же эмансипация совершалась и другим путем. Уже с первых времен республики вошло в обычай, чтобы бывшие председатели С. - консулы - после окончания своей магистратуры входили без особого выбора в состав С. При выделении из консульства претуры, цензуры и эдилитета, это право распространено было и на новых курульных магистратов, а по Атиниеву плебисциту - и на. народных трибунов. Все это уничтожило зависимость С. от магистратуры, прямо связав пополнение С. с народными магистратскими выборами. Этого мало: магистратура была поставлена фактически в зависимость от сената, так как каждый магистрат сознавал себя магистратом только временно, сенатором же - пожизненно. Уничтожилось, фактически, и постоянное, определенное число сенаторов; списки С. пополнялись теперь только через каждые пять лет, при чем цензоры были обязаны вносить в них всех бывших курульных магистратов; число сенаторов, поэтому, постоянно должно было колебаться и быть то ниже, то выше нормального числа. Уничтожалась и разница между патрицийскими и плебейскими магистратами во всем, что касалось до совещательных функций каждого сенатора. Закончилось развитие тем, что в сенат вошли все бывшие магистраты, до квесторов включительно, и количество сенаторов при Сулде было увеличено до 600. В силу того же способа пополнения С. из бывших магистратов пало требование предельного возраста и установился известный имущественный ценз - не ниже 400000 сест. В среде сенаторов установились известные ранги: в списках сенаторов впереди стояли бывшие консулы, затем преторы, эдилы, трибуны, квесторы и наконец сенаторы, вовсе не бывшие магистратами. Эти ранги имели значение при ходе дебатов; консул или другой председательствовавший магистрат обращался с опросом мнений сначала к старшим, затем к младшим. И теперь, как и раньше, С. не имел права инициативы; как и народное собрание, он не мог заседать когда ему угодно и обсуждать что ему угодно. Он мог действовать только тогда, когда его созывал магистрат, и обсуждать только то, что ставилось на обсуждение председателем. Фактически, однако, С., в противоположность комициям, мог влиять на магистрата и выходить за пределы его предложений. Эту возможность давало ему право каждого сенатора говорить о чем ему было угодно, т. е. на вопрос магистрата отвечать речью, выходившей за пределы предложенного вопроса; но заключавшиеся в таких речах предложения могли быть поставлены на обсуждение и вотированы только по инициативе магистрата, Определенных дней для заседаний у С. не было, не было и определенного для них места. Специально для заседаний С. назначено было особое здание - курия, но С. мог собираться и собирался и в других освященных закрытых помещениях, напр. во многих храмах внутри городской черты и вне ее. Заседание С. начиналось с восходом солнца, жертвоприношением и ауспициями. Затем председательствующий ставил на обсуждение либо неопределенное предложение о государственных делах вообще, либо определенное о том или другом вопросе. При этом он мог ограничиться постановкой вопроса или мог выяснить его в речи. Во время дебатов и он, и все другие магистраты могли вмешиваться в обсуждение, когда им было угодно. Сам магистрата не принимал участия в голосовании.

При опросе мнений каждый сенатор мог либо высказаться по поводу предложения председателя, либо присоединиться к одному из говоривших раньше. Воздержаться от подачи мнения никто не мог. Говорить сенатор мог что ему угодно и как долго ему было угодно. Так как обсуждение каждого вопроса должно было быть закончено до захода солнца, после чего С. заседать не мог, а на другой день надо было начинать всю процедуру сначала, то в С. была в ходу обструкция, состоявшая в том, что член собрания говорил до самого вечера. После опроса мнений магистрат формулировал высказанные предложения, отвергал не идущие к делу и ставил предложения на голосование одно за другим, в каком ему было угодно порядке. Голосование было открытое; приверженцы голосуемого мнения группировались около автора предложения, все остальные - на другой стороне курии. После этого магистрат объявлял, не считая голосов, на какой стороне большинство. После окончания голосования, если консул не имел других предложений, он распускал С. Если какой-либо из присутствовавших магистратов, имевших право делать предложения и руководить прениями (кроме консула - еще претор или трибун), желал сделать в свою очередь какое-либо предложение, он задерживал С., принимая председательство. Принятое решение, против которого не последовало интерцессии со стороны трибуна или другого магистрата, имевшего на то право, редактировалось и записывалось, при содействии особой на каждый случай комиссии из сенаторов; затем оно передавалось квесторам для хранения в архиве. Опубликование решений сената (senatus сопsulta) началось только со времен Цезаря, в так наз. acta senatus. Решение С., против которого состоялась интерцессия, также могло быть записано и редактировано под именем senatns auctoritas.

Решение С. не связывало магистрата юридически, но фактически он должен был ему следовать, вследствие чего в период расцвета республиканского строя сенатус-консульт приобретает силу закона. Вышеуказанная двойственность компетенции С. не соответствовала более изменившемуся состоянию государственного строя, но она была неустранима без коренного переустройства римской государственной жизни. Устранить ее можно было только косвенным и тем, низведя функции патрицийской части до минимума и построив все его влияние на совещательной его функции - достоянии всего С. без различия сословий. Устранить interregnum с его последствиями было невозможно, да и не необходимо, так как случаи interregnum в жизни государства всегда были исключительными; но устранить из жизни senatas aqctoritas, не умаляя значения С. оказалось возможным и даже желательным Auctoritas давалась решению народа лишь с формальных точек зрения; между тем фактическая зависимость магистратуры от сената ставила магистрата в необходимость каждое вносимое им в народное собрание предложение предварительно обсуждать с С. по существу. В виду этого для С. не было лишением сначала допустить дарование auctoritas не решению народа, а предложению магистрата, а затем и совершенно устранить ее, сведя ее к пустой формальности. Если, таким образом, эта сторона деятельности С. постепенно теряла свое значение, то тем сильнее развивалась его совещательная компетенция, в силу которой всякое государственное дело обсуждалось и решалось сенатом. В этом направлении наблюдается следующее: во-первых, так как всякому решению народа необходимо предшествовал сенатус-консульт, народ фактически находился под опекой у С., поскольку под такой опекой состояли магистраты, приводившие в движение сложную машину народных комиций; во-вторых, магистрат всецело находился в зависимости от С. всегда, когда ему приходилось выходить за пределы своих обычных функций. Менее всего мы наблюдаем вмешательство С. в обычные выборы и в судебную деятельность магистрата; напротив, дела культа, войны, внешние сношения и финансы, где магистрату постоянно приходилось выходить из рамок своей обычной деятельности, всецело находились в руках С. Каждый отдельный сенатор лично пользовался некоторыми правами и преимуществами: так, сенаторы отличались от обыкновенных граждан в одежде (особая обувь и latus clavus на тунике) и украшениях (золотое кольцо); имели особые места на спектаклях; поставляли присяжных для судов (до реформ Гракха и при Сулде); наконец, вне пределов римского государства пользовались посольскими прерогативами.

Сенат в императорское время. Внешние формы, выработанные С. для своих действий, сохранились, в общем, и при принципате, но значительно изменились состав и компетенция С. Во время перехода от республики к принципату С. значительно возрос в своем составе, вследствие неограниченности магистратских компетенций Цезаря и триумвиров. Август в два приема (в 29 и 18 г. до Р. Хр.) свел число сенаторов до нормального, т. е. до 600; и впоследствии он несколько раз пересматривал списки сенаторов. Регулярное пополнение С. оставалось, однако, то же: как и прежде, в его состав вступали все бывшие магистраты; более точная нормировка прохождения магистратур привела к установлению минимального возраста для поступления в С. (не ранее 25-ти лет). Влияние императора на состав С., кроме упомянутого пересмотра списков, ограничивалось его правом рекомендовать кандидатов в магистраты и принимать в состав С. желательных ему лиц (adiectio), с дарованием им прав бывшего магистрата (консула, претора и т. д.). Наконец, он же следил за тем, чтобы сенатор имел установленный при Августе ценз в 1000000 сеет. При Домициане цензорская власть, а следовательно и право изгонять из С., сделалась всецело прерогативой императоров. Влияние народа на состав С. окончательно прекратилось, когда при Тиберии выбор магистратов перешел к С. Еще важнее было изменение общего положения С. За С. было признано фактически отвоеванное им от магистратуры право на управление государством; ему даже даны были новые прерогативы - судебная власть, право выбора магистратов, право законодательства, - т. е. теоретически наряду с императорской властью была создана другая, делившая с нею компетенцию; ярче всего новое положение дел выражается в моммзеновском термине дгархия. При всем том С. фактически потерял почти совершенно свое влияние на ход государственных дел, так как фактическая власть находилась в руках принцепса, имевшего право вмешиваться во все дела, входившие в состав и прежней, и новой компетенции С., и решать их по своему усмотрению.

Из своих прежних прав С. формально сохранил свое право совета, по изменившееся положение дел освободило магистрата от обязательства испрашивать советы С. То, что составляло основу могущества С. при республике - право совета в военных. иностранных и финансовых делах - фактически ушло от него, так как эти вопросы перестали в нем обсуждаться. Менее ощутительно, чем в военных и иностранных делах, это сказалось на финансовой компетенции. Деление провинции на императорские и сенатские, признание за С. права на распоряжение aerarium Saturni несколько затемнили тот факт, что большинство финансовых дел постепенно, через выделение, перешли в руки принцепса. Из новых прав право уголовного суда, при фактической зависимости С. от императора, теряло всякое политическое значение; право выбора магистратов и пополнение С. было иллюзией. В виду права императора на commendatio и adiectio, право законодательства ограничивалось узкими рамками, важнейшие дела (отношения к внеримскому Миру, война, мир, договор и т. п.) перешли к императору; право дарования римского гражданства и право регулировки отношения общин к Риму также сосредоточилось в руках императора. Наконец, с сенатским законодательством могущественно конкурируют императорские эдикты и constitutiones, хотя формально они и не идентифицируются с законами. Все эти ограничения С. ведут к тому, что роль его и политическая, и административная постепенно сводятся на нет; те области, где он еще как будто сохраняет кажущийся суверенитет - т. е. сенатские провинции и некоторые части финансового управления постепенно уходят от него, вследствие стремления императоров нивелировать администрацию империи, и положение С. после Диоклетиана есть только узаконение совершившегося факта. Теперь С. даже уже не совещательный орган императорской власти, а только "место публикации императорских законов"; рядом с этим он сохраняет еще компетенцию городского совета двух столиц - Рима и Константинополя. См. Mommsen, "Romisches Staatsrecht" (III, 2). Взгляды Моммзена оспаривает WiIlems ("Le senat de la Repubinque rom.", т. I - II) не всегда основательно; ср. его же, "Le droit public romain" и другие руководства по римскому госуд. праву, а также Bloch, "Les origines du senatromain", и Lecrivain, "Le senat romain depnis Diocletien" ("Biblioth. de l\'ecole franaise", fasc. 29 и 52).

М. Ростовцев.

Сенека

1) Луиций Анней С., известный также под прозванием ритора, отца и старшего, уроженец Кордубы (родился около 54 до Р. Хр., умер около 39 г. по Р. Хр.); происходил из богатой всаднической семьи; в Риме изучал красноречие под руководством Ареллия Фуска, Пассиена, Альбуция Сила, Луция Цестая, Папирия Фабиана и др., готовясь сделаться адвокатом. О деятельности его нам почти ничего неизвестно. Во время междоусобных войн 1 в. он стоял на стороне Помпея и недоброжелательно относился к Цезарю, что отразилось на Лукане и С. младшем. В зрелых годах он женился на уроженке Кордубы Гельвии, от которой у него были три сына: Галлюн Новат, С. младший и Мела (Мелас), отец поэта Лукана. С. старший был римлянин старого закала; в красноречии он был поклонник Цицерона и противник крайностей послецицероновского ораторского искусства. Не будучи профессиональным ритором, он был известен как автор руководства по риторике, которое он написал для своих сыновей. Это был сборник тем, разрабатывавшихся в его время лучшими ораторами и риторами; он состоял из 10-ти книг так назыв. Controversiae (собственно спорные случаи, т. е. упражнения на придуманные юридические темы) и 1 книги Suasoriae (совещательные речи), объединенных под общим заглавием "Oratorum et rhetorum sententiae (взгляды риторов на применение законов к данному случаю), divisiones (разделения темы на отдельные вопросы), colores" (приемы, посредством которых можно оправдать наказуемый поступок). Сборник был составлен С. в годы старости и содержал массу материалов по истории риторики при Августе и Тиберии. До нас дошли 1, 2, 7, 9 и 10 книги контроверсий, заключающие в себе 35 тем, отчасти в фрагментарном виде. Остальные 39 тем известны в выдержке из сборника, относящейся к IV или V в. Кроме того мы имеем сведения 1, 2, 3, 4 книгам. В рукописях контроверсиям предшествуют книга суазорий (7 тем), неполная в самом начале. Изложение сборника отличается живостью стиля и остроумием и обнаруживает в авторе трезвую и сильную критическую способность. Но языку сборник стоит ближе к цицероновской, чем в серебряной латыни, влияние которой в нем вообще незначительно. Гораздо объемистее и значительнее был исторический труд С., написанный им также в старости и посвященный обзору римской истории с начала гражданских войн до Тиберия. В средние века сочинения С.-отца смешивались с сочинениями С.-сына (философа): так, в венецианских изданиях 1490 и 1492 годов они изданы вместе. Впервые Рафаэль из Вольтерры выделил сочинения С. старшего. Лучшие рукописи этих сочинений - брюссельская (ј 9581), антверпенская (ј 411) и ватиканская (ј 3872); древнейшая рукопись эксцерптов из риторического труда 6. относится к IX - Х веку (монтепессуланская рукоп. ј 126 Лучшие издания сочинении С. дали: Faber (I., 1587, 1598), Schott (П., 1607, 1613), Gronov (Лейден, 1649, Амстердам, 1672), Barsian (Лпц., 1857), Kiessling (Лпц., 1872), Н. J. Muller (Прага, 1887; лучшее изд.). Ср. Коrbеr, "Ueber den Rhetor S. und die Romische Rhetorik seiner Zeit" (Марбург, 1864); O. Gruppe, "Quaestiones Annaeanae" (Штеттин, 1873); M. Sander, "Quaestiones syntacticae in Senecam rhetorem" (Грейфсв., 1872); Teuffel-Schwabe, "Gesch. der Romischen Litteratur" (1 т., стр. 269, Лпц., 1890, 5 изд.); Schanz, "Geschichte der Romischen Litteratur" (II т., стр. 198 слл., Мюнхен, 1892); Thomas, "Schedae criticae in Senecam rhetorem selectae" (П., 1880); Muller, "S. rhetor" (Прага, 1881 - 1888).

2) Луиций Анней С., по прозванию философ, второй сын С. старшего (ритора), талантливейший из ораторов и стилистов первой половины 1-го в. по Р. Хр., родился в 4-м г. до Р. Хр. в г. Кордубе. Первым воспитателем и учителем С. был его отец, внушивший сыну основные начала нравственности и развивший в нем задатки красноречия. Кроме отца, воспитанием С. руководили его мать и тетка (по матери) - Гельвии; благодаря им он пристрастился к философии, которой не поощрял С.-отец. В Риме С. занимался грамматикой, риторикой и философией и слушал, между прочим, лекции пифагорейцев Сотиона и Секстия, стоика Аттада и киника Деметрия, который позднее поселился в доме С. Из современных ораторов учителем С. был Папирий Фабиан, которого весьма высоко ставил С. старили. Занятия философией повлияли и на образ жизни С.: он привык к простой жизни и ежедневно вечером, по обычаю пифагорейцев, считал своею обязанностью подводить итоги сказанному и сделанному за день. В течение одного года он даже воздерживался от принятия в пищу мяса, но принужден был отказаться от вегетарианства в силу вышедшего в 19-м г. сенатского постановления, запрещавшего египетские и иудейские религиозные обряды. Получив тщательное риторическое и философское образование, С. выступил на поприще общественно-политической деятельности сперва в качестве поверенного; затем, не без содействия тетки, которая была замужем за влиятельным наместником Египта Витрасием Поллюном, он получил квестуру, которая дала ему сенаторское звание. Около этого времени С. женился, но, судя по некоторым намекам в его сочинениях, этот брак, от которого он имел двух сыновей, не был счастлив. Первые шаги С. на общественном поприще были весьма удачны: он сразу заявил себя как первоклассный оратор. В 39 г. он произнес в сенате в присутствии императора Калигулы столь блестящую речь, что император, из зависти к славе оратора, задумал его убить и привел бы свой замысел в исполнение, если бы одна придворная дама не заметила Калигуле что С. страдает чахоткой и без того скоро умрет.

Вообще Калигула не одобрял красноречия С. и аттестовал его речи как merae commissiones (простые речи, составлявшиеся для ученых состязаний) и arena sine caice (песок без извести - намек на краткость и незакругленность периодов в речах С.). Более опасным врагом С. оказалась Мессалина, которая преследовала племянницу Клавдия, дочь Германика и Агриппины, Юлию Ливиллу и ненавидела С., как сторонника партии сестер Калигулы, боровшейся с ее собственной партией из-за влияния на Клавдия. В результате происков Мессалины С. был осужден приговором сената по обвинению в каком-то преступлении, быть может, в преступной связи с Юлией Ливиллой (Dio Cass. LX, 8), и лишь благодаря заступничеству Клавдия смертная казнь была заменена ссылкой на остров Корсику. После Цицерона и Овидия это был третий великий изгнанник из представителей райской литературы; в течение 8 лет он томился в уединении бесплодного острова. Не смотря на поддержку, которую С. нашел в занятиях философией и литературой, ссылка была для него тяжела, о чем свидетельствуют некоторые из дошедших с его именем эпиграмм и льстивые воззвания в Клавдию, Нодибию и другим влиятельным лицам при дворе императора. Лишь после смерти Мессалины он мог вернуться в Рим, и то с решимостью уединиться в частную жизнь. Однако, Агриппина, новая жена Клавдия, видя в С. человека полезного для проведения ее честолюбивых замыслов, устроила дело иначе. Она вызвала его снова к политической деятельности, предоставив ему претуру, и вознесла его на высочайшую ступень почета и могущества тем, что предоставила ему воспитание 11 летнего Нерона, усыновленного Клавдием сына ее от Домиция Агенобарба. При жизни Агриппины, С. был влиятелен как ее пособник, после ее смерти - как советник Нерона, который осыпал своего учителя почестями и богатствами. В 54 г., по смерти Клавдия, С. написал для Нерона похвальную надгробную речь (laudatio fanebris), в память умершего императора, и позднее сочинял для своего воспитанника речи на разные случаи. К этому же времени относится второй брак С. с Помпеей Паулиной, которая своим приданым умножила богатство С. Первые годы правления Нерона прошли спокойно, пока император находился под влиянием С. и Секста Афрания Бурра и сообща с ними управлял государством. С. останавливал Нерона в проявлениях его зверства и тщеславия, но в тоже время, опасаясь, чтобы влияние матери не пересилило его влияние на Нерона, поощрял склонность его к удовольствиям и распутству.

По смерти Бурра (62 г.) у С. оказались сильные противники в лице Поппеи и Тигеллина, которые указывали Нерону на опасность скопления в руках одного человека громадных богатств и нашептывали ему, что С. более чем следует обращает на себя внимание граждан; что он воображает себя единственным стилистом во всем мире и даже осмеливается вступать в соревнование с Нероном в поэзии; что пора бы Нерону сбросить с себя опеку старого учителя. С. просил позволения удалиться в частную жизнь и предложил взять у него обратно дарованные ему богатства, но Нерон отказал учителю в том и другом. Вскоре, однако, С., под предлогом расстроенного здоровья и занятий, удалился от двора, а в 65 г., в виду усилившейся тирании Нерона, просил позволения поселиться в отдаленном поместье; когда в этом ему было отказано, он сказался больным и не выходил из своей комнаты. В том же году был открыт заговор Пизона против жизни Нерона. Вероятно по наущениям Тигеллина, доносчик Антоний составил подложную записку с именем С., в которой был изложен план заговора, и представил ее в качестве улики против философа. Носился слух, что некоторые из участвовавших в заговоре имели в виду, по умерщвлении Нерона, умертвить и Пизона и провозгласить императором С. Согласно приказу Нерона, С. кончил жизнь от собственной руки, вскрытием жил, окруженный почитателями, друзьями и домашними. Жена его Паулина хотела также кончить жизнь самоубийством, но Нерон, в последний час перед кончиной С., послал солдат, которые удержали ее от исполнения ее замысла. С. был человек разносторонне образованный, мыслитель если не самостоятельный, то блестящий и необыкновенно остроумный. Его речь лилась в тоне непринужденного свободного разговора, без торжественной периодизации, свойственной стилю Цицерона, без архаической грубости Саллюсия и нарядной манерности Мецената. Он умел, не впадая в риторику, пользоваться обычным запасом слов, выбирая из него все наиболее характерное, придавая мысли неожиданные изгибы и эпиграмматическую краткость и выразительность. В этом отношении С. напоминает Овидия, с его неистощимым остроумием и фантазией, с его неподражаемым изяществом формы. Литературная слава С. основана главным образом на его прозаических произведениях, в которых он является художником-эссеистом. Как стилист и оратор, он был бесспорно первой литературной величиной своего века и имел многих последователей и подражателей. Не смотря на то, что на него нападали цицеронианцы при Флавиях и архаисты при Адриане и Антонинах, его сочинения, как образец латинской прозы, читались и ценились до эпохи отцов церкви и средних веков. В области философии С. был в сущности эклектиком, хотя сам называет себя стоиком. Быть чистым стоиком ему помешала терпимость, с которой он смотрел на человеческие слабости и недостатки, а также влияние эпикуреизма и пифагореизма. Стоицизм в учении С. принял форму нравственно-религиозного убеждения, при чем наряду с внутреннего свободой индивидуума выступают в нем основные моменты любви к человеку, снисхождении к человеческим слабостям и слепого подчинения божественной воле.

Теоретические умозрения школы С. считал бесполезными и выдвигал на первый план практическую философию, но физике (в античном смысле) он уделял много места в своих сочинениях, утверждая, что она сообщает духу возвышенность тех явлений, которыми занимается. Тело человека С. называл оковами или темницей, из которых душа порывается освободиться. Истинная жизнь души начинается с выходом из тела, когда душа вступает в область бессмертия. В воззрениях на природу души С. заимствовал многое из Платоновского учения. Философия С. излагается им всегда в стиле проповеди и в популярной форме. Квинуилиан делит сочинения С. на orationes, роemata, epistulae и dialogi.

Из речей С. сохранились только отрывки, и то лишь тех, которые были написаны им для Нерона. Из поэтических произведений С. уцелело небольшое число эпиграмм (в латинской антологии), которых было по меньшей мере 4 книги. В эпиграмматической поэзии С. подражал, между прочим, Катуллу. Более чем вероятно, что в числе дошедших с именем С. эпиграмм есть несколько принадлежащих перу его племянника, поэта Лукана. Кроме того до нас дошли 9 трагедий С.: "Hercules furens", "Troades" или "Hecuba", "Phoenissae" или "Thebais", "Medea", "Phaedras или "Hippolytus", "Oedipus", "Agamemnon", "Thyestes" и "Hercules Oetaeas", - представляющих собою скорее декламации в драматической форме, чем предназначенные к исполнению пьесы. Отличаясь правильностью метрической формы, живостью изложения и фантазией, трагедии Сенеки весьма риторичны и ходульны: по выражению Риббека ("Geschichte der RomUschen Dichtnng", III т., стр. 73), "язык этих драм имеет мускулы и жилы, но это мускулы и жилы тренированного атлета, а не здорового от природы, сильного человека". Вследствие резкого контраста с другими сочинениями С., в которых автор умело соблюдает чувство меры в применении риторики, трагедии, носившие его имя, приписывались уже в древности другому Сенеке или считались подложными (Аполлинарий Сидоний). Другим их недостатком является слишком большая подражательность Софоклу и Еврипиду. Бесспорно не принадлежит С. приписываемая ему трагедия Октавия, в которой описывается смерть супруги Нерона. К 54-му г. относится "Аро1 colocyntosis" (букв. - превращение в тыкву; термин, образованный в подражание apewsiV = превращение в бога) язвительное сочинение в духе Менипповой сатиры, написанное по случаю смерти Клавдия: он представлен переселившимся после кончины на небо, где просить у богов апофеоза, но получает апоколокинтоз (перев. проф. Холодняка в приложении к XVI т. "Филологического Обозрения", М., 1899). Славу С. составили философские произведения, упомянутый у Квинтилгана под именем диалогов. В лучшей рукописи X - XI в. (Ambrosianns с. 90) приведены следующие 10 соч. в 12 книгах: 1) "De providentia", написано в 62 г. по Р. Хр.; 2) "De constantia sapientis", написано в начале царствования Нерона; 3) "Ad Novatam de ira libri III", написано около 49 г.; 4) "Ad Marciam de consolatione" - сочинение,. обращенное к дочери Кремуция Корда; написано около 41 г.; 5) "Ad Gallionem de vita beata", напис. в начале царствования Нерона; 6) "Ad Serenum de otio", написано около 62 г. (начало сочинения утрачено);7) "Ad Serenum de tranqmilitate animi", написано около 49 г.; 8) "Ad Paulinum debrevitate vitae", написано около 49 г.; 9) "Ad Polybium de consolatione", написано в 43 44 г. (сохранилось в отрывках); 10) "Ad Helviam matrem de consolatione" около 43 - 44 г. В других рукописях дошли до нас следующие прозаические сочинения С.: 11) "Ad Neronern Caesarem de dementia libri III" (сохранились лишь 1 книга и начало 2-й); 12) "Ad Aebutium Liberalem de beneficiis libri VII", написано в начале царствовании Нерона, 13) "Ad Lncilimnnaturalium quaestionum lilbri VII"; написано около 62 г.; 14) "Epistniae morales ad Lucilium", числом 124, в 20-ти книгах (Авл Геллий упоминает о 22-й книге) - сборник писем философского в литературного содержания, написанных легким и изящным языком; 15) "Ad Grallionern fratrem de remediis fortuitorum (дошло в извлечении); 16) "Formula honestae vitae" или "De quatuor virtntibus" (быть может, извлечено из "Exliortationes") и 17) "Monita". От нескольких других сочинений сохранились лишь ничтожные отрывки и заглавия кроме того существовали сборники писем С. к Новату, Цезарю Максиму и Марулду. Ему приписывалась подделанная одним христианином переписка с апостолом Павлом, что дало повод некоторым богословам предположить, что С. был тайным христианином.

Трагедии Сенеки напечатаны в первый раз около 1480 г. в Ферраре; следующие издания трагедий дали Avantins (1517, Венеция), Delrio (1576, Антверпен), Lipsius (1588, Лейден), Grnterus (1604, Гейдельберг); Gronovins (1661, Лейден), Schroder (1728, Дельфт), Bothe (1819, Лейпциг), Peiper и Richter (Лпц., 1867), Leo (1878 - 79, Берл.). Философские произведения С. впервые изданы в Неаполе (1475); дальнейшие издания дали Erasmus (1515, Базель), Muretus (1585, Рим), Grruterns (1593, Гейдельберг), Lipsins (1600, Антверпен), Ruhkopf (1797 - 1811, Лпц.), Fickert (1842 - 1845, Лпц.), Haase (1852, Лпц.). Новейшее издание "Epistulae"дал Hense (1898, Лпц.); "Ароcolocyntosis" издан Бюхелером, вместе с текстом Петрония (1862, 1873, 1882, Б.). Ср. Diderot, "Essai sur les regnes de Claude et de Neron et snr les moeurs et les ecrits de Seneque" (П., 1779); Lehmann, "Claudius und seine Zeit" (Гота, 1858); Schiller, "Geschichte des Romischen Kaiserreichs unter Nero" (Б., 1872); Aubertin, "Seneqae et S. Paul" (П., 1870); Daсbert, "Seneque et la mort d\'Agrippine" (П., 1884); Gertz, "Studia сгitiса in Senecae dialogos" (Копенг., 1874): Zeiler, "Die Philosophie der Griechen" (III т., 1 ч. Тюбинг., 1880); О. Ribbeck, "Geschichte der Romischen Dichtung" (III т., Штуттг., 1892); W. Ribbeck, "L. Annaeas Seneca der Philosoph" (Ганновер, 1887); Ziegler, "Geschichte der Ethik" (Бонн, 1882); Geipke, "De S. vita et moribus" (Берн, 1848); Martens, "De S. vita et do tempore, quo ems scripta philos. composita sint" (Альтона, 1871); Diepenbrock, "Senecae philosophi vita" (Амстердам, 1888); Hochart, "Etudes sot la vie de S. " (П., 1885); Martha, "Les moralistes sons l\'empire romain" (П., 1865; русс. перевод, М., 1879); Rossbach, "Disquisitiones de Senecae filii scrtiptis criticae" (Бреславль, 1882); его же, "De Senecae recensione et emendatione" (Бреславль, 1887) \', его же статьи в "Jahrb. f. Philologie" (CCXLIII); "Hermes" (XVII); Pauly-Wissowa\'s, "Real-Encyclopadie der Klassischen Altertums wissenschaft" (Штутт., 1894, l); Krohn, "Qnaest. ad antbologiam Latinam" (Галле, 1887); Teuffel-Schwabe, "Geschichte der Romischen Litteratur" (Лпц., 1890); Thomas, "Rome et l\'empire" (П., 1897; русск. пер. СПб., 1899); Schultess, "Annaeana stadia" (Гамбург, 1888); Wetzstein, "L. Annaeus Seneca quid de natura humana censuerit" (1881); Zimenann, "De Tacito Senecae imltatore" (1889 Heikel, "Senecas Character und politische Tnatigkeit ans seinen Schriften belenchteb (Гельсингфорс, 1886); Модестов, "Философ С. и его письма к Луцилию" (Киев, 1872). Перевод писем Сенеки напеч. в журнале "Вера и Разум" (1884 - 1887).

Н. О.

Сенкевич Генрих

- знаменитый польский романист. Род. в 1846 г. в Воле Онежской (Wola Oszejska w Lbukowskiem). Высшее образование получил в варшавской Главной школе. Литературную деятельность начал очень рано, но известным становится с 1876 г., когда, путешествуя по Америке, присылает оттуда ряд путевых очерков, корреспонденций, новелл, полных художественной правды и юмора. В 80-х годах С. начинает печатать ряд исторических романов, которые сделали его популярным не только на родине, но и во всей Европе и Америке. Будучи сотрудником и соредактором периодических изданий (главным образом "Stowo"), С. принадлежал к консервативной, старошляхетской партии, хотя во многих своих произведениях выступает в защиту демократии. В общем С., однако, довольно чужд политики и стоит на почве исключительно художественных интересов. Популярность С. достигла зенита после появления романа "Без догмата" и с тех пор продолжает стоять на том же уровне. Обеспеченное материальное положение дает ему полную возможность работать, следуя исключительно внутреннему влечению и систематически расширять свой художественный кругозор новыми путешествиями; экскурсии в Африку дали ему материал для ряда высокохудожественных и интересных писем. Живя то в Варшаве, то в Кракове, С. принимает некоторое участие в местных общественных делах: так, он был одним из самых деятельных членов комитета, заведовавшего сооружением памятника Мицкевичу. С. состоит членом-корреспондентом нашей академии наук. Новеллы, повести, путевые очерки и романы С. могут быть разделены на две главные группы историческую и психологически общественную. Исторические произведения С. в свою очередь распадаются на две группы: рассказы из польской истории, главным образом XVII в., и из первого периода христианства. Романы из польской истории могут быть названы по преимуществу патриотическими. Таковы романы: "Огнем и мечем", "Потоп", "Пан Володыевский" и "Меченосцы". Три первые романа связаны хронологическую преемственностью и участием в ходе действия одних и тех же персонажей.

Особенный успех, почти небывалый, выпал на долю "Огнем и мечем". Роман написан увлекательно; события изгаляются согласно польским историческим источникам, впрочем, безусловно авторитетным; фактических ошибок в романе почти нет (это отмечает и проф. В. Б. Антонович, в своем замечательном этюде об этом романе). Но роман не уясняет, каково было социальное положение Украины, каковы были причины кровавых столкновений, почти стихийной борьбы. Внутренняя сторона жизни тогдашней Украины также остается нераскрытой пером романиста. Краски положены неравномерно; изображение польской стороны вышло гораздо ярче и рельефнее, чем изображение казаков. Героем романа является Иеремия Вишневецкий, получивший громкую известность и среди поляков, и среди казаков. С. идет по следам польской литературной традиции. Идеализм, составляющий у С. отличительную черту его героя, является неуместным в Вишневецком даже в том виде, в каком романист его изобразил. Самой яркой и действительно прекрасной фигурой романа может считаться "Польский Фальстаф" - Заглоба. Роман "Потоп" и по техническим приемам, и по пониманию смысла событий выше "Огнем и мечем", хотя польская публика и критика встретила его с меньшим энтузиазмом. Войны Польши со шведами изложены очень ярко и пластично. В описании осады Ченстохова автор достигает замечательного совершенства и является вполне эпическим писателем. Характеристика исторических деятелей написана мастерски и согласно с источниками. Индивидуализм старой Польши освещен с самой симпатичной стороны. В некоторых частностях сказывается влияние Дюма, что, впрочем, можно подметить и в "Огнем и мечем". "Пан Володыевский" слабее двух предыдущих романов по замыслу и исполнении, хотя изобилует превосходными описаниями картин природы. Некоторые сцены - захватывающая по лиризму (напр. речь над гробом Володыевского). Новелла: "Татарский плен" свидетельствует о глубоком понимании автором психологии прошедшего, хотя она и написана под некоторым влияниям "El principe constante", в передаче поэта Словацкого. Роман "Меченосцы", изображающий борьбу поляков с тевтонским орденом, по художественным приемам примыкает к предыдущим. Изображая отдаленную историческую эпоху, о которой сохранились сравнительно немногочисленные свидетельства, С. обнаруживает большой такт, избегая всяких натяжек и вымыслов и сосредоточивая внимание читателя на изображении действующих лиц. Заслуживает внимания мастерское ведение диалога. Романы и повести, посвященные раннему периоду христианства, стоять в художественном отношении выше патриотических. С. очень хорошо знаком с древней римской культурой; его рано стал занимать и психологический процесс перехода от языческого миросозерцания к христианскому. Новелла "Пойдем за Ним" является превосходной попыткой воспроизвести этот процесс. Всемирную известность приобрел роман С. "Qao vadis?", особенно популярный в Америке и Италии. С. рисует здесь картину умирающего языческого Мира и нарождающегося христианского. Картина языческого мира написана с замечательным совершенством, почти безупречно. Автор изучил источники, особенно Тацита, и памятники пластического искусства. Христианская община изображена менее ярко и рельефно, Великолепно обрисованы фигуры Нерона и Петрония. Роман изобилует сценами, полными трагизма. В одной из них (Лигия на рогах тура) можно усмотреть и символическое значение.

Психологические и общественные романы и новеллы С. отличаются разнообразием сюжетов. В новелле он достигает такого же совершенства техники, как Мопассан. В ранних новеллах С. много лиризма, задушевности и скрытой горечи. Автор неоднократно подчеркивает историю судьбы, жестоко глумящейся над обездоленными и слабыми ("Янко музыкант", "За хлебом", "Бартен Победитель", "Из записок учителя", "Морской сторож", "Понапрасну", "У источника"). Грустное, почти пессимистическое настроение особенно чувствуется в роман "Без догмата". Универсальность типа, выведенного в лице Плошовского, не подлежит сомнению. Плошовский Печорин новейшего склада, человек, у которого воля почти атрофирована, а рядом с этим существует болезненная впечатлительность, вдумчивость, культ красоты и интеллектуальных наслаждений. Анелька – эпически простой и привлекательный тип. Неспособность "К чувству и активной деятельности ведет за собой гибель Плошовского и Анельки: Плошовский, чувствуя, что ему недостает "жизненных основ", кончает самоубийством. В лице Плошовского С. закрепил отживающий свой век тип отчасти декадента, отчасти умственного сибарита, отторгнутого от нормальной почвы. У Плошовского есть, в произведениях С., предшественники: студент в романе "Na marne" и доктор в драме "На одну карту". Первый - тип искалеченного жизнью позитивиста-идеалиста, второй - демократ-позитивист, делающий карьеру политической игрой, с твердой волей, но без нравственных устоев, что в конце концов и губит его.

Семья Поланецких" - бытовой роман, производящий свежее и бодрящее впечатление. Он рисует часть интеллигентного польского общества - именитого шляхетства старой формации и вновь нарождающейся буржуазии, вышедшей главным образом из среды разорившегося дворянства. Герой романа, Поланецкий - человек заурядный во всех отношениях, с средним умственными" развитием и сильной волей. Романист выводит его в различные моменты личной жизни и указывает на следы романтизма, от которого Поланецкий и многие другие лица романа еще не успели отрешиться. Героиня романа, Мариня Плавицкая, сделавшаяся женой Поланецкого, принадлежит к разряду простых и бесхитростных существ" по инстинкту неиспорченной природы знающих прямой и верный жизненный путь. В романе довольно много разновидностей польской интеллигенции, отделанных, отчасти, с замечательным совершенством (Букацый, Завиловский, Машко). Из женских фигур, вроде Марини, с большим чувством и реализмом изображены больная девочка Литка и ее мать Хвастовская; с отрицательной стороны обрисованы Офновская, Кастелли, Креславевии, Броничева. Роман проникнуть бессознательным оптимизмом. Общество, изображаемое С., не смотря на свои слабости и недостатки, обладает достаточными устоями, определенными идеалами, жизненной бодростью и способностью к возрождению. Роман "Семья Поланецких" наиболее объективное и, после "Quo Vadis", наиболее зрелое в художественном отношении произведете С. Современное польское общество изображено в нем беспристрастно и с достаточной полнотой. Сфера личных и даже эгоистичных интересов преобладает в нем над сферой общественных. Путевые очерки С., особенно его американские рассказы, отличаются высокими достоинствами. Описания природы безукоризненны; психологический анализ достигает иногда замечательной глубины (напр., рассказ о смерти Лилиан). благодаря наблюдательности и широкой подготовки автора, его путевые очерки не только развлекают, но и дают ценные этнографические сведения. - С. не обладает талантом драматурга; его сценические опыты неудачны по композиции, хотя некоторые персонажи задуманы очень глубоко. Как теоретик романа и искусства вообще, С. высказывается во многих местах своих произведений. Особенно интересны его рассуждения на эти темы в романе "Без догмата".

С. - враг натурализма; в своих "Письмах о Золя" он безусловно осуждает философию французского романиста. Некоторые приемы С. напоминают манеру Тургенева; вообще по таланту и миросозерцанию более сходен с русскими романистами, чем с французскими (его без основания сравнивали с Бурже). Полное собрание сочинений С. на польском языке издается в Варшаве. - Отзывы польской критики о С. весьма многочисленны. Лучшим выражением крайнего увлечения романами С. являются статьи проф. краковского университета гр. Тарновского, посвятившего С. целую книгу ("Studja"). Ее слабые стороны - отсутствие сравнительного элемента при анализе сочинений С. и слишком панегирический тон.

В противоположную крайность впадает отчасти образцовый польский критик Хмелевский ("Nasi powiesciopisarze" и статьи в "Ateneum"), анализирующий весьма тонко и научно романы С. В оценке исторических его романов Хмелевский почти примыкает к мнениям Антоновича и Пыпина. В "Без догмата" Хмелевский видит особый вид болезни воли. О художественном даровании С. Хмелевский очень высокого мнения. Критические опыты Богуславского и др. освещают с различных сторон произведения С. и заключают интересные параллели и сопоставлении. В этюде Спасовича о "Семье Поланецких" автор с обычной глубиной анализа подчеркивает выдающиеся достоинства этого недостаточно оцененного критикой романа (статья Спасовича имеется и на русском языке, в "Собр. Сочинений"). Из русских критиков В. Б. Антонович ("Киевская Старина", 1885, 5), анализируя причины успеха романа "Огнем и мечем", приходит к заключению, что С. стоит на уровне польско-шляхетских представлений о причинах казацких войн XVII ст. и что польское историческое самосознание не сделало с того времени особенных успехов. Проф. Антонович указывает на идеализацию Иеремии Вишневецкого, как на пример односторонности понимания С. исторических событий. Взгляды В. Б. Антоновича разделяет и А. Н. Пыпин ("Вестник Европы", февраль, 1888 г.). Гораздо мягче отнеслась русская критика к психологическим романам С. С особенной похвалой отзывается о "Без догмата" Влад. Каренин ("Вестник Европы" 1891 г., июль), признающий за Плошовским универсальность типа, а за романом высокую художественность. Столь же положительную оценку этого романа дает А. Волынский в "Северном Вестнике" (1891, 12). Ив. Иванов сопоставляет Плошовского с Печориным и не находить новых мотивов в романе С. ("Мир Божий", 1895, II). М. А. Протопопов, в статье "Вина или несчастье?", видит в Плошовском бесплодно рефлектирующего человека, обреченного на гибель и глубоко несчастного ("Русская Мысль", 1893, март). "Семья Поланецких" в статье Л. Е. Оболенского (кн. "Недели", 1895, III) разбирается с общественной точки зрения; автор отмечает оторванность от почвы изображенной С. интеллигенции. Со стороны замысла "Семья Поланецких" не удовлетворяет и И. Гофзиеттера ("Сенкевич, как психолог современности", СПб., 1896), отрицательно относящегося к Поланецкому. Замечательную статью о "Quo Vadis" написал проф. Мищенко ("Античные мотивы в произведениях Сенкевича", "Рус. Мысль", 1897, 8); он очень высоко ставит роман С. и признает за автором основательное знание источников. Г. Шепелевич напечатал в 1894 г. отдельной брошюрой отрывок из своей публ. лекции о без догмата, две статьи его же о С. вошли в сборник: "Наши современники" (СПб., 1899: "Сенкевич как романист психолог" и "Исторические романы Г. Сенкевича"). Отзывы западноевропейской критики, особенно французской (в "Revue de d. eux Mondes" и др.), вообще благоприятны для С., но ничего нового в литературу сюжета они не вносят. Тоже можно сказать и об отзывах итальянской критики (в "Согriere di Napoli", в "llustrazione" и др.), восторженно отзывающейся о "Qao vadis" и "Семье Поланецких". Более библиографическим, чем критическим характером отличаются отзывы о С. в немецкой и английской журналистике; впрочем, в предисловиях к немецким переводам встречаются интересные замечания (напр. Левенфельда). Переводы на русский язык произведений С. весьма многочисленны, но далеко не одинакового достоинства. Образцовыми можно признать пер. В. М. Лаврова (изд. "Русской Мысли"). Сочинения С. изданы в Киеве в неудовлетворительном переводе г. Домбровского. Многие сочинения С. переведены на английский, немецкий, итальянский, французский, финский, шведский, норвежский, испанский и даже на volapuk. В Италии в последнее время отдельные сцены из "Qao vadis" ставятся в народном театре. Произведения С. вдохновили некоторых польских и иностранных живописцев. Лучшие иллюстрации отдельных романов С. после польских - американские и английские.

Л. Шепемевич.

Сен-Санс

(Charles-Camille Saint-Saens) - известный французский композитор, род. в Париже в 1835 г. Teopию композиции изучал у Маледена и Галеви. Учился в парижской консерватории игре на органе и был органистом в парижских церквах. Впервые как композитор С. С. выступал, начиная с 1856 г., с симфониями, имевшими успех. В особенности его имя выдвинулось благодаря его операм "Samson et Dalila", "Henri VIII", "Etienne Marcel" включенным в репертуар почти всех больших сцен Европы, его симфонические поэмы "Phaeton", "Le rouct d\'Omphales", "Danse macabre", "La jeunesse d\'Hercule" и др. исполняются почти всеми симфоническими оркестрами. Написал еще кантату "Promethee", квартеты, квинтеты, много духовных сочинений, концертов для разных инструментов, сочинений в области камерной музыки и пр. Из мелких вокальных его сочинений выдаются: "Melodies Persanes", для пения с фортепиано. С. С. приезжал в 1875 г. в Петербург.

Сенсуализм

- термин новый: во всеобщее употребление его ввел Кузен, который в своей "Historic generale de la philosophic" противополагает С. идеализму и, следовательно, обозначает этим термином направление, которое теперь принято называть материализмом. Это значение термина С. не удержалось. Сенсуализмом принято теперь называть известное направление в решении гносеологических вопросов, противоположное интеллектуализму или рационализму. Основные воззрения С. состоят в следующем. Он отрицает врожденные идеи (Condillac, "Essai sur l\'origine des connaissance humaines", 1, гл. 2, 9), иначе говоря, признает за разумом лишь производное, не первоначальное значение. С. сводит все знание к ощущению: разум все свое содержание получает из ощущений ("Nibil est in intellectu quod nоn ante fuerit in sensu"), а ощущение - из опыта; таким образом внешний мир является источником и критерием познания. В этом пункте заключается и сходство, и различие С. с материализмом. Оба направления утверждают, что источник всего нашего познания - внешний мир, но внешний мир понимается ими совершенно различно. Материализм верит в полное или частичное тождество содержания ощущений с качествами предмета, чего С. не признает. Бондильяк, в своем "Traite des sensations" (I, 2), заявляет, что статуя, одаренная обонянием, испытывает лишь чисто субъективное состояние, когда обоняет запах розы ("les odeurs ne sont и, son egard que ses propros modifications ou manieres d\'etre"). В вопросе об отношении ощущений к качествам предмета Кондильяк вовсе воздерживается от суждения, считая этот вопрос праздным ("Тr. d. S.", 4-я часть, гл. 5, примеч. к 1).

Таким образом С. отнюдь не ведет к материализму; напротив того, из него легче вывести субъективизм (т. е. отрицание возможности познать внешний мир и заключить, что все познание целиком развивается из внутренних состояний сознания. Это роднит С. с субъективным идеализмом (напр. Фихте); разливе между ними заключается лишь в понимании деятельности субъекта. Для субъективного идеализма сущность сознания состоит в синтетической деятельности разума, и ощущение есть лишь одна, и притом низшая ступень этой деятельности; для С., наоборот, в ощущений и состоит вся деятельность сознания,. из него выводится мышление и т. д. ("La sensation enveloppe tontes les facnites de l\'Sme" - "Traite des Sens." 1, гд. 7, 2). Кратко эту мысль выражает Гельвеций в словах: juger, c\'est sentir. Из такого отожествления мышления с ощущением следует, что никаких особых законов мысли нет. История образования ощущений, которую подробно изложил Кондильяк в своем "Traite des Sens.", рассказывает, как из ощущений сами собой образуются память, внимание и мышление и каким образом создается иллюзия самостоятельных духовных процессов, независимых от ощущения; в действительности необходимость мысли есть ничто иное, как привычка или ассоциация, ставшая, в силу частого повторения, неразрывной. Всякое знание всегда имеет в своей основе известное ощущение, следовательно знание всегда может быть только частным; обобщениям ничего реального не соответствует. Источник знания в то же самое время определяет и характер, и границы его; этот источник есть, таким образом, критерий истины. Так как ощущение зависит от впечатлений, идущих извне - положение, которое сенсуалистами принимается на веру, - всякий же опыт есть нечто случайное, иррациональное, относительное, то всему знанию приходится приписывать случайный и относительный характер. Милль, исходя из психологических фактов, дает следующее определение материи: материя или предмет есть ничто иное, как постоянная возможность ощущений. Это определение вполне соответствует духу С., и намеки на него мы встречаем уже у Кондильяка, с точки зрения которого предмет есть совокупность представлений о величине, плотности, твердости и т. д., т. е. соединение представлений, полученных из разных категорий ощущений, главным образом осязания, и для образования представлении о предмет вовсе не нужно мыслить носителя качестве или субстрата. Такова, в общих чертах, гносеология С. В заслугу С. можно поставить то, что он обратил внимание на более подробный психологический анализ фактов ощущения и восприятия, стараясь определить значение ощущений в познании вообще и значение отдельных категорий ощущений. В этом отношении особенного внимания заслуживают работы Кондильяка.

Однако, психологический анализ С. страдает тем, что смотрит с предвзятой точки зрения на факты, подлежащие анализу. С., подобно фокуснику, вкладывает в ощущение все то, что вовсе несвойственно ощущение самому по себе и что С. с торжеством из него извлекает. Не ощущение создает сознание, память, воображение и мышление, а синтетическая деятельность сознавая проявляется в этих различных формах, в зависимости от различного материала, с которым она орудует. С. механизирует, принижает деятельность сознания и по самому элементарному ее обнаружению хочет судить о всей деятельности. Неправильному психологическому анализу соответствуют и неверные гносеологические выводы - неправомерное ограничение области знания, неправильное объяснение особенностей его (напр. характера математического знания), неправильное указание критерия истины. Исторически сенсуализм проявлялся разнообразно и в различный времена, переплетаясь с материализмом, эмпиризмом и субъективным идеализмом; трудно, поэтому, написать историю С., не внеся в нее чуждых элементов. Соединение С. с материализмом есть сопtradictio in adjecto, ибо уже самая возможность ощущения, как это отлично сознавал Кондильяк, исключает материализм, предполагая существование способности духа. Сам по себе С. есть известная форма субъективного идеализма, противоположная той, которая (напр. Фихте старший) видит в деятельности разума сущность духа. С эмпиризмом С. имеет общую точку отправления в психологическом анализе и общий взгляд на значение опыта. В древности С. можно отметить в системах Эпикура и стоиков. Ощущения образуются, по мнению Эпикура, тем, что от предметов отделяются образны, которые попадают в органы ощущений и насильно ими воспринимаются. Всякое ощущение истинно. В ощущениях заключается критерий истины; все, что не согласно с этим критерием, ложно. Хотя стоицизм развился в постоянной полемике с эпикуреизмом, у этих двух направлений много общего. Душа, по мысли стоиков, материальна; но материализм стоиков заключает в себе пантеистические элементы, позволявшие им настаивать на единстве души, на силе разумной деятельности, как коренной черты человеческой души. Душа стоиков не пассивна, подобно эпикурейской, а деятельна. В учении об ощущении стоики делают к эпикурейской теории существенное добавление: все возникает из ощущений - в этом стоики согласны с эпикурейцами; но в ощущениях, прибавляют стоики, проявляется деятельность души. В утверждении стоиков, что все представляется возникают из ощущений, что все общее образуется из единичного, что критерий истины заключается в jantasiai katalhptikai и в толковании, которое они дают этому критерию, ясны принципы С., с которым учение о деятельности разума не вполне справилось.

В новой философии распространению С. способствовал Локк; хотя он был эмпириком и считал себя отчасти учеником Декарта, тем не менее несомненно, что его "Опыт о человеческом разумении" способствовал С. Из двух источников познании - ощущений и рефлексии - Локк гораздо подробнее рассмотрел первый. Его учение о рефлексии страдает той же неопределенностью, которая заметна и в его рассуждениях о субстанции, так что из Локка весьма нетрудно было вывести последовательное сенсуалистическое учение. В введении к своим "Новым опытам о человеческом разумении" Лейбниц сводит разногласие между С. и рационализмом к нескольким основным пунктам и Локку, хотя и с оговорками, приписывает учение сенсуалистов, что душа есть tabula rasa, что все знание происходит из внешнего опыта, не исключая и истин математических и т. д. Последовательный: С. мы находим в сочинениях Кондильяка, а именно в его "Essai sur l\'origine des connaissances humaines", "Traite des sensations" и "Traite des systemes". Не смотря на несовершенство его психологического метода, на полное отсутствие экспериментального характера в его исследованиях, построенных на умозрительных, априорных предположениях, работы Кондильяка сохраняют значение в истории психологии. Книга Гельвеция "De l\'esprit" не прибавляет ничего принципиально нового к "Трактату об ощущениях", хотя у Гельвеция больший наклон к материализму, чем у Кондильяка. Катт написали дополнение к Кондильяку, в книге: "Traite des sensations et des passHons en general". Боппэ подражал Кондильяку и в том отношении, что исходной его точкой служит воображаемая статуя, одаренная жизнью. Вся школа так назыв. французских идеологов находится в большей или меньшей зависимости от Кондильяка, с которым некоторые из ее представителей полемизируют, другие - соглашаются. Защиту С. в новейшее время взял на себя Тольбе, в сочинениях: "Nene Darstellung des Sensualismus" (1855), "Die Grenzen und der Ursprung der menschlichen Erkenntniss im Gegensatz zu Kant nnd Hegel" (1865) и "Grundzuge einer extensionalen Erkenntnisstheorie" (посмертное соч., 1875, не окончено). С. новейшего времени представляет опять поворот от феноменализма Кондильяка к материализму (таково, напр., сочинение A. Mayer\'a: "Die Lehre von d. Erkenntniss", Лпц., 1875), объясняемый общим усилением материалистических тенденций в 60-х и 70-х гг. Cм. Harms, "Die Philosophie in ihrer Geschichte" (I, "Psychologie", Б., 1878, II: "Logik", 1887); Picaret, "Les ideologues" (П., 1891), Cousin, "Histoire generale de la philosophie" (П., 1861).

Э. P.

Сент-Джонс

(SiJohn\'s) - главн. гор. о-ва Антигуа, из группы Ливардских о-вов в Брит. Вестиндии; прекрасная гавань. Жит. 8719 (1891).

Сентиментализм

в западноевропейской и русской литературе литературное направление, явившееся в XVIII и в начале XIX в. противовесом одностороннему господству так называемой псевдоклассической теории. Оно отводило первостепенное место субъективным излияниям и психологическому анализу, противопоставляло величественному и возвышенному трогательное и стремилось, в лице некоторых своих представителей, пробудить в сердцах читателей понимание природы и любовь к ней, вместе с гуманным отношением ко всем слабым, страдающим и гонимым.

С. в английской литературе. Родиной С. была Англия. В конце 20-х годов XVIII в. Джемс Томсон своими поэмами "Зима" (1726), "Лето" (1727) и т. п., впоследствии соединенными в одно целое и изданными (1730) под названием "Времена года", содействовал развитию в английской читающей ее публике любви к природе, рисуя простые, непритязательные сельские ландшафты, следя, шаг за шагом, за различными моментами жизни и работ земледельца и видимо стремясь поставить мирную, идиллическую деревенскую обстановку выше суетной и испорченной городской. В 40-х годах того же столетия Томас Грей, автор элегии "Сельское кладбище", оды "К весне" и др., подобно Томсону, старался заинтересовать читателей деревенской жизнью и природой, пробудить в них сочувствие к простым, незаметным людям, с их нуждами, горестями и верованиями, придавая, вместе с тем, своему творчеству задумчиво-меланхолической характер. Тою же меланхолией, только более мрачной и туманной, проникнуты "Ночи" Эдуарда Юнга (1742 - 1746), пользовавшиеся громадным успехом; в чисто субъективной форме автор изливает свои грустные мысли, навеянные смертью близких людей, выражает свои религиозные убеждения и идеалы, затрагивает разнообразные нравственные вопросы, стремится растрогать и потрясти читателя. В ночной тишине и таинственном колорите ночного ландшафта Юнг находил точно отзвук своим страданиям и мрачным думами. Другой характер носят знаменитые романы Ричардсона - "Памела" (1740), "Кларисса Гарло" (1748), "Сэр Чарльз Грандисон" (1754) - также являющийся ярким и типичным продуктом английского С. Ричардсон был совершенно нечувствителен к красотам природы и не любил ее описывать - но он выдвинул на первое место психологический анализ и заставил английскую, а затем и всю европейскую публику живо интересоваться судьбой героев и особенно героинь его романов. В наше время недостатки романов Ричардсона ярко бросаются в глаза; но нельзя отрицать, что местами в них попадаются действительно трогательный сцены, которые могли в то время способствовать некоторому смягчению и облагорожению нравов и литературных вкусов. Лоренц Стерн, автор "Тристрама Шэнди" (1759 - 1766) и "Сентиментального путешествия" (1768; по имени этого произведения и самое направление было названо "сентиментальным") соединял чувствительность Ричардсона с любовью к природе и своеобразным юмором. В "Тристраме Шэнди" есть прекрасные страницы, посвященные неуловимым деталям душевного мира, обрисовывающие непритязательную, обыденную английскую жизнь, с любовью и добродушием воссоздающие мысли и ощущения таких скромных героев, как мистер Шэнди, дядя Тоби или капрал Трим. "Сентиментальное путешествие" сам Стерн называл "мирным странствием сердца в поисках за природой и за всеми душевными влечениями, способными внушить нам больше любви к ближним и ко всему миру, чем мы обыкновенно чувствуем". Прикрываясь именем своего героя, Иорика, Стерн грустит при виде старомодного, отжившего свой век экипажа, птички, заключенной в клетку и тщетно рвущейся на волю, со слезами на глазах вспоминает о францисканском монахе, отце Лоренцо, которого он случайно увидел в Калэ и который, встретив с его стороны неприветливое, черствое отношение, охотно простил ему обиду, подружился с ним и даже предложил ему при расставании поменяться с ним табакерками.

С. во французской литературе. Перейдя на континент, английский С. нашел во Франции уже несколько подготовленную почву. Совершенно независимо от английских представителей этого направления, аббат Прево ("Манон Леско", "Клевеланд") и Мариво ("Жизнь Марианны") приучили французскую публику восторгаться всем трогательным, чувствительным, несколько меланхолическим. Возникал даже вопрос о возможности влияния Мариво на Ричардсона, но оно не может быть вполне доказано. Как бы то ни было, произведения Ричардсона переведенные на франц. яз., встретили во Франции самый со чувственный прием. Появились "продолжения" и обработки романов Ричардсона: Буасси написал пьесу "Pamela en France" (1743); Нивелль де ла Шоссэ также попытался драматизировать историю Памелы (подобная же попытка была сделана в Италии Гольдони, в двух пьесах: "Pamela nubile" и Pamela maritata"). В 1786 и 1792 гг. появились две драмы (вторая принадлежала Непомюсену Лемерсье), написанные на сюжет "Клариссы Гарло". Эпизод с Клементиной из "Грандисона" также привлек внимание драматургов. Мармонтед, Лагара, Дидро восхваляли произведения Ричардсона; такой убежденный сторонник классицизма, как Андрэ Шенье, в одной из своих элегий вспоминает несчастную судьбу Клариссы и Клементины; даже писатели вроде Лакло или Рэтиф де ла Бретонна, с первого взгляда имеющие мало общего с Ричардсоном, платят известную дань общему увлечению английским С. Под тем же влиянием создалась и "Новая Элоиза" Руссо (1761), который всегда с уважением и сочувствием отзывался о Ричардсоне. Юлия многим напоминает Клариссу Гардо, Клара - ее подругу, miss Howe. Морализирующий характер обоих произведений также сближает их между собою; но в романе Руссо играет видную роль природа, с замечательным искусством описываются берега Женевского озера - Вевэ, Кларан, роща Юлии. Пример Руссо не остался без подражания; его последователь, Бернардэн де Сен-Ньер, в своем знаменитом произведений "Павел и Виргиния" (1787) переносить место действия в Южную Африку, точно предвещая лучшие сочинения Шатобриана, делает своими героями прелестную чету влюбленных, живущих вдали от городской культуры, в тесном общении с природой, искренних, чувствительных и чистых душой. Успех, выпавший на долю "Новой Элоизы" (не смотря на скептические отзывы Вольтера, назвавшего это произведение "глупым, буржуазным, безнравственным и скучным"), заставил французскую публику еще более заинтересоваться теми английскими сентименталистами, которыми увлекался Руссо. Сен-Ламбер и аббат Делилль подражают, хотя и не вполне удачно, "Временам года" Томсона; Дидро, Шенье, позднее Шендолле восторгаются его творчеством; в 1765 г. появляется перевод "Сельского кладбища" Грея, которого французская критика начинает вскоре называть "возвышенным философом"; в 1762 г. выходит в свет французский перевод первой "Ночи" Юнга; затем в течение 20-ти лет постоянно появляются новые переводы как "Ночей", так и других произведений Юнга. Им увлекаются самые разнообразные литературные и общественные деятели - Дидро, Шенье, г-жа Ролан, даже Робеспьер, Шатобриан. Рука об руку с этим. увлечением шло восторженное поколение так называемым "поэмам Оссиана", с их задумчивым, туманным и меланхолическим колоритом. Наконец, произведения Стерна, лично побывавшего в Париже и встретившего сочувственный прием у барона Гольбаха и в других салонах, также не остались без влияния на французскую литературе 1776 г. появился перевод "Тристрама Шэнди"; еще раньше, в 1769 г., было переведено "Сентиментальное путешествие"; в 1787 и 1797 гг. вышли полные собрания сочинений Стерна во французском переводе. Дидро, в "Jacques ie Fatataliste", заимствовал мнoгиe детали у Стерна; г-жа де Леспинасс написала "Deux chapitres dans ie genre du Voyage Sentimental". В XIX в. Стерну подражали Ксавье де Мэстр, Нодье, даже Виктор Гюго. В 1800 г. появились избранные отрывки из его сочинений, под заглавием: "Les heautes de Sterne".

С. в немецкой литературе. Не мало отголосков английского С. можно найти и в немецкой литературе XVIII в. Относительно романов Ричардсона можно даже сказать, что они вызвали больше различных подражаний и оставили более заметный след в Германии, чем на родине их автора. Писатели разных оттенков прямо объявляют себя сторонниками Ричардсона или подражают ему. Геллерт, в стихотворении "Ueber Richardson\'s Bildniss", восторженно отзывается об авторе "Памелы": "бессмертен Гомер", восклицает он, "но еще более бессмертен у христиан британец Ричардсон! " В своем романе: "Das Leben der schwedischen Grafin von G" (1746) он открыто подражает английскому образцу; его героиня, чистая душой женщина, принужденная отстаивать свою честь и выносить различный гонения и удары судьбы, списана отчасти с Памелы; даже место действия одно время переносится в Англию. Клопшток пишет оду "Die tote Clarissa, навеянную трагической развязкой романа Ричардсона. Лессинг имеет ввиду "Клариссу Гapлo", создавая свою драму "Miss Sara Sampson". Гермес, в предисловии к роману: "Geschichte der Miss Fanny Wilkes", признается, что ему служили образцом сочинения Ричардсона и Фильдинга. Виданд сначала является горячим сторонником Ричардсона, задумывает роман в письмах ("Briete von Karl (тгапdison an seine Papille Emilia Jervois"), пишет драму "Clementina von Porreta" (1760), представляющую собою драматическую обработку эпизода из "Грандисона"; к концу 60х годов он начинает, однако, менять свой взгляд на Ричардсона и уже относится к его творчеству несколько скептически. В сочинениях Софии Ларош: "Franlein von Sternheim" (1771) и "Rosaliens Briefe an ihre Freundin Marianne" также чувствуется влияние Ричардсона; во втором романе сказывается, сверх того, влияние Руссо, особенно в описаниях природы. Романы Ричардсона оказали, наконец, свое воздействие на немецкую словесность и в том отношении, что они вызвали к жизни целую литературу "романов в письмах", которые стали пользоваться большой популярностью. Замечательнейшим образчиком этого жанра является гетевский "Вертер", в котором одновременно чувствуется влияние Ричардсона, Томсона, Юнга (в описаниях лунной ночи и последнего прощания Вертера с Лоттой) и особенно Руссо; последним увлекались тогда многие немецкие писатели (Гердер, Юстус Мезер и др.). Общий, чувствительно-меланхолический колорит "Вертера" напоминает отдельные главы "Новой Элоизы"; несчастная привязанность Вертера к Лотте имеет сходные черты с трагическую любовью Сен-Пре; природа играет такую же роль у Гете, как и у Руссо - герои обоих писателей ищут в ней утешения и отрады, изливая ей свои думы и горести наконец, Вертер, подобно Сен-Пре и Юлии, стоит в оппозиции к обществу, относится скептически к благам культуры и книжной мудрости, отстаивает свободу чувства, охотно вернулся бы к первобытному, близкому к природе состоянию. С. Стерна также нашел свое отражение в немецкой литературе. Лессинг увлекался произведениями Стерна; Гете утверждал, что при чтении их человеческая душа становится свободнее и прекраснее. Гетевские "Письма из Швейцарии" (1775) явно навеяны, местами, Стерном. Появляются и такие подражания Сентиментальному путешествию", как "Sommerreise" и "Winterreise" Георга Якоби, полные субъективных излияний и чувствительных возгласов, "Путешествие по Германии, Швейцарии, Италии и Сицилии" Фрица Штольберга, "Путешествие по южным провинциям Франции"Морица Августа Тюммеля и т. п. Одним из самых поздних отголосков стерновского С. являются в XIX ст. знаменитые "Путевые картины" Гейне, по своему общему характеру, манере изложения, чередованию грустного и веселого элементов, наконец, субъективному колориту, не раз напоминающая манеру Стерна.

С. в русской литературе. Первые русские переводы произведений западноевропейских сентименталистов появились сравнительно довольно поздно. "Памела" была переведена в 1787 г., "Кларисса Гарло" в 1791-92м, "Грандисон" в 1793-94м; вслед затем появилось подражание первому роману - или, точнее, одной из его французских переделок: "Российская Памела", Львова. В 1793 г. было переведено "Сентиментальное путешествие" Стерна, встретившее настолько сочувственный прием, что в 1801 г., по примеру французского сборника: "Les beantes de Sterne", было издано нечто в роде хрестоматии: "Красоты Стерна или собрание лучших его патетических повестей и отличнейших замечаний на жизнь". "Ночи" Юнга были переведены масоном Кутузовым и изданы в 1780 г., в Москве, под заглавием "Плач Юнга или ночные размышления о жизни смерти и бессмертии". "Сельское кладбище" Грея было переведено на русский язык только в 1802 г., Жуковским. Очень рано появился русский перевод "Новой Элоизы" (1769); в начале 90-х годов этот роман был переведен вторично.

Определенные следы воздействия С. на русскую литературу чувствуются, прежде всего, в знаменитом "Путешествии из Петербурга в Москву" Радищева (1790), в значительной степени навеянном "Сентиментальным путешествием", которое автор прочел в немецком переводе, до появления русского. Подобно Стерну, Радищев чередует в своем произведении картины реальной жизни и сентиментальные отступления, перемешивает меланхолический элемент с юмористическим, описывает не только тех людей и те предметы или картины природы, которые видит по дороги, но и те ощущения, которые они вызывают в его душе. Многие эпизоды "Путешествия" Радищева могут быть сопоставлены с отдельными дорожными встречами Стерна. Певец, которого случайно слышит Радищев в Клину и с которым он меняется подарками, напоминает отца Лоренцо; Крестецкий дворянин, идеально-благородный, несколько походит на кавалера ордена св. Людовика, о котором рассказывает Стерн. Но в русской книге наиболее видное место занимает общественный и политический элемента, отсутствующий у английского сентименталиста. Другим выдающимся отражением С. в русской литературе являются "Письма русского путешественника" Карамзина (1797 - 1801). Автор "Писем" не скрывает своего восторженного отношения к Стерну, неоднократно упоминает о нем, в одном случай цитирует отрывок из "Тристрама Шэнди". В чувствительных обращениях к читателю, субъективных признаниях, идиллических описаниях природы, восхвалениях простой, непритязательной, нравственной жизни, обильно проливаемых слезах, о которых автор каждый раз сообщает читателю, сказывается одновременно влияние Стерна и Руссо, которым также восторгался Карамзин. Приехав в Швейцарию, путешественник спешит посетить Кларан, место действия "Новой Элоизы", восхваляет Руссо, "величайшего писателя XVIII в.", видит в пифагорейцах каких-то детей природы, чистых душой пастухов, живущих в стороне от соблазнов суетной городской жизни. "Для чего не родились мы в те времена, когда все люди были пастухами и братьями! " - восклицает он по этому поводу.

"Бедная Лиза" Карамзина - также прямой продукт влияния западноевропейского С. Автор подражает Ричардсону, Стерну, Руссо; совершенно в духе гуманного отношения лучших представителей С. к их несчастным, гонимым или безвременно погибающим героиням, Карамзин старается растрогать читателя судьбой скромной, чистой крестьянской девушки, сгубившей свою жизнь из-за любви к человеку, который безжалостно покидает ее, нарушив свое слово. В литературном отношении "Бедная Лиза", как и другие повести Карамзина, - произведение довольно слабое; русская действительность почти не отразилась в ней или изображена неточно, с явной склонностью к идеализации и приукрашению. Тем не менее, благодаря своему гуманному, мягкому колориту, эта повесть, заставившая широкий круг читателей проливать слезы над судьбой совершенно незаметной, скромной героини, составила эпоху в истории русской повествовательной литературы и оказала довольно благотворное, хотя и непродолжительное влияние на читающую публику. Даже в повести "Наталья, боярская дочь" (1792), сюжет которой взят из старой русской жизни, сентиментальному элегизму принадлежит первое место: старина идеализована, любовь носит томный и чувствительный характер. Сочинения Карамзина вскоре стали предметом подражания. Под влиянием "Писем русского путешественника" написано, напр., "Путешествие в полуденную Россию" Вл. Измайлова (1800 - 1802) или "Путешествие в Малороссию" кн. Шаликова (1803 - 1804); авторы этих "Путешествий", подобно Карамзину и Стерву, но без таланта последнего, подробно излагают ощущения, испытанные ими во время своих скитаний, и стараются, прежде всего, растрогать читателя, нередко впадая в аффектацию и манерность, "Бедная Лиза" также вызвала к жизни много подражаний, напр. "Бедная Маша" А. Измайлова (1801), "Несчастная Маргарита" (1803), "Прекрасная Татьяна, живущая у подошвы Воробьевых гор".

Герой и героиня повести Жуковского "Марьина Роща" также принадлежат к категории сентиментальных любовников. Господство С. в русской литературе продолжалось, однако, очень недолго; крайности и смешные стороны некоторых приверженцев этого направления вызвали сатирические нападки кн. Вяземского, Горчакова и др. В комедии Шаховского "Новый Стерн" (1807) под именем графа Пронского выведен и осмеян типичный представитель сентиментальных путешественников и "вздыхателей" вроде Шаликова. Окончательный удар С. в русской литературе нанесло возникновение реального романа, представленного сначала Надеждиным, потом Гоголем и наглядно показавшего всю условность прежних сентиментальных повестей. Впрочем, в ранних произведениях самого Гоголя, напр. в его "Вечерах на хуторе", еще чувствуются отголоски сентиментального направления  - наклонность к идеализации сельской жизни и возделыванию идиллического жанра. Пушкин очень сочувственно отзывался о Стерне, убеждал Смирнову перевести "Сентим. путешествие", а десять строк из "Тристрама, Шэнди" готов был поставить выше всей поэмы Мура "Лалла-Рук". Ср. Е. Schmidt, "Richardson, Kousseau und Goethe" (иена, 1875); Gasmeyer, "Richardson\'s Pamela, ihre Quellen und ihr Einfluss auf die englische Litteratur" (Лпц., 1891); P. Stapfer, "Laurence Sterne, sa personne et ses ouvrages" (П., 1882); Joseph Texte, "JeanJacques Rousseau et les origines du cosmopolitisme litteraire" (ll" 1895); L. Petit de Juleville, "Histoire de la langue et de la litterature franaise" (т. VI, вып. 48, 51, 54); Н. Котляревский, "Мировая скорбь в конце прошлого и начале нашего века" (СПб., 1898); "История немецкой литературы" В. Шерера (русский перевод под ред. А. Н. Пыпина, т. II); А. Галахов, "история русской словесности, древней и новой" (т. 1, отд. II, и т. II, СПб., 1880); М. Сухомлинов, "А. Н. Радищев" (СПб., 1883); В. В. Сиповский, "К литературной истории Писем Русского Путешественника" (СПб., 1897 - 98); "история русской литературы" А. Н. Папина, (т. IV, СПб., 1899); Алексей Веселовский, "Западное влияние в новой русской литературе" (М., 1896); С. Т. Аксаков, "Разные сочинения" (М., 1858; статья о заслугах кн. Шаховского в драматической словесности).

Ю. Веселовский.

Сентябрь

(нем. и англ. september; франц. septembre; греч. engtos mhn итал. settembre; лат. mensis september; швед. september; исп. septiembre; старорусск, септемврий; древнеславянск. рюен, зарев; малорусск. вересень, жовтень, сивень, маик; польск. вржесень; народное название - ревун) - девятый месяц в году, имеет 30 дней; название получил от латинск. septem=семь, так как это был седьмой месяц древнеримского календаря. Карл Великий дал ему название Herbstmonat (осенний месяц), так как в С. начинается осень. В древней Руси С. был седьмым, а с XV в. по 1700 г. - первым месяцем в году: 1-го С., в день св. Симеона Летопроводца, праздновался гражданский, а потом и церковный новый год. Первая неделя С. у народа известна под именем семенской, вторая михайловской, третья - никитской, четвертая - дмитриевской. Народные поговорки про С.: батюшка С. не любит баловать; в С. держись крепче за кафтан; холоден С., да сыт; считай баба осень с C. по шапкам да по лаптям; понеслись ветерки с полуночи, ай да С.; хватились бабы да бабьим летом на Семен день, а того бабы не ведали, что на дворе С.; зажигай огонь с C. в избе и на поле; в С. одна ягода, да и та горькая рябина; в С. и лист на дереве не держится; у мужика в С. только те и праздники, что новые новины. Первое С. в народе носит название бабьего лета; это название известно также у чехов, сербов, малорусов и поляков; по погоде бабьего лета судят об осени; с этого дня начинаются бабьи работы - мнут и треплят пеньку, моют день и т. п.; у рабочих с этого дня начинаются засидки, т. е. работа при огне. Про 14: в сентябре (Воздвижение Креста Господня) существуют в народе поговорки: шуба за кафтаном тянется; гад и змея не движется, а хлеб с поля сдвинется; воздвиженские зазимки мужику не беда; смекай баба про капусту на воздвиженьев день; у доброго мужика на воздвиженьев день и пирог с капустой. 16 сентября у всех славян без исключения посвящается чествованию памяти св. княгини Людмилы чешской а 28 С.св. князя Вячеслава чешского, при чем у католиков эти числа празднуются по новому стилю, а у православных - по старому. В С. солнце вступает в созвездие весов; на 22 или 23 С. (нов. стиля) приходится осеннее равноденствие, которое считается началом осени. Средняя температура С. в Архангельске 8,9º, в СПб. 10,7º; в Москве 11,2º, в Христиании 11,2º, в Копенгагене 12,8º в Берлине 14,9º, в Мюнхене 12,9º, в Штутгарте 15,0º, в Вене 15,8º, в Лондоне 14,7º, в Брюсселе 15,1º, в Париже 15,6º, в Константинополе 20,2º, в Афинах 23,4º, в Риме 20,7º, в Мадриде 18,9º, в Лиссабоне 19,9º.

Сенявин Дмитрий Николаевич

(1763-1831) - адмирал. Участвовал в устройстве Ахтиарского порта (Севастополь); во вторую турецкую войну при Екатерине II отличился в сражении близ Варны; в 1798 г., после упорной осады, взял занятую французами крепость на о-ве св. Мавры и много содействовал успеху осады Корфу. Участвовал почти во всех войнах Александровского времени. Ср. Бантыш-Каменский, "Сенявин" ("Библиотека для Чтения", 1838, т. XXXI); Арцымович, "Д. Н. Сенявин" (СПб., 1855).

Септет

- музыкальное сочинение, написанное для семи инструментов или голосов Вокальный С. не имеет обширной формы, инструментальный представляется большим сочинением в области камерной музыки (напр. знаменитый С. Бетховена).

Сераль

(Serail) - франц. форма персидского слова Serai (большой дом, дворец), перешедшего в турецкий язык; означает в настоящее время резиденцию турецкого султана, в вост. части Константинополя, защищенную со стороны города и моря средневековой стеной с башнями и зубцами. С. образует обширный комплекс дворов, квартир для прислуги, дворцов, киосков и садов. Через Баби-Гумаюн - королевские ворота, расположенные в западной стене против Софийской мечети - входят в наружный двор, где помещаются министерство финансов, монетный двор, бывшая византийская церковь св. Ирины, обращенная в цейхгауз. Следующие ворота, Баб-эс-Селям - врата мира - ведут во второй, меньший двор, окруженный арками, где находятся казармы прежней дворцовой стражи, бостанджи и янычар. Богато украшенные третьи ворота, Баб-и-Сеадет - врата блаженства, - которые до недавнего времени охранялись белыми евнухами, открываются против самого важного внутреннего двора, где мрачный, но великолепный тронный зал и казначейство. Сюда примыкают сосредоточенные в вост. части мыса, на морском берегу, дворцы, необитаемые со времени Махмуда II. Из киосков известен расположенный в садах южн. части С. Гюльхане (розовый дом), благодаря опубликованному в нем гаттишерифу 1839 г. Эски-Серай - старый С. - группа построек на месте дворца древнего сената, окруженная стеной; часть этих построек отведена под военное министерство, часть - под квартиры жен умерших султанов.

Серафим

- монах Саровской пустыни (1760-1883), в течение 55-ти лет бывший, по выражению Филарета, архиеп. черниговского, "самым великим подвижником благочестия последних времен", приносивший много пользы народу своими трогательными и живыми беседами. См. "Сказания о жизни и подвигах блаженной памяти о. Серафима" (М., 1881); "Сказание о подвигах С. ", в журн. "Маяк", 1845 г. т. XVI; архим. Сергия "Сказание о старце Серафиме" (1858); "Сказание о подвигах Серафима" (1856).

Серафимы

- один из девяти чинов ангельских, о которых упоминается в Свящ. Писании. С., по изображению пророка Исаии, составляют высшую степень в небесной Иерархии, ближайшую к Богу. В видении пророка они представляются окружающими престол Господа; они имеют человеческий образ; у каждого из них по шести крыльев: двумя закрывают они свои лица, двумя - ноги, двумя летают, и неумолчно поют песнь: "свят, свят, свят Иегова воинств, вся земля полна славы Его". Один из С. коснулся зажженным углем уст Исаии, сказав ему: "вот это коснулось уст твоих, и беззаконие твое удалено от тебя, и грех твой очищен" (Исаии VI, 1-7). Отцами церкви С. усвояется обыкновенно место первого чина первой степени (С., херувимы, престолы).

Сервантес Михаэль Сааведра

(Cervantes) - знаменитый испанский писатель, род. в 1547 г. в Алкале, происходил из благородного древнего рода, в котором сохранялись рыцарские предания и рассказы о славных подвигах предков. Вследствие бедности родителей он получил скудное образование, но уже рано обнаружил сильное влечение к чтению, особенно поэтов, а вместе с тем и стремление к боевой жизни. В 1571 г., в сам разгар войны Испании с турками, он поступил в военную службу, под знамена Дон Хуана Австрийского. В лепантском сражении он всюду являлся на самом опасном месте и, сражаясь с истинно поэтическим одушевлением, получил четыре раны. Пролежав всю зиму в мессинском госпитале, он принял участие в несчастной для испанцев тунисской экспедиции, а по возвращении оттуда, с вполне сложившимися политическими взглядами и убеждениями, отправился в новый поход - в Алжир. На пути туда он был взят в плен турками и привезен в Алжир, где ему пришлось переживать очень тяжелые впечатления при виде крайне жесткого обращения с пленными испанцами. Все время пребывания С. в Алжире было посвящено планам освобождения пленных и поддержанию в них патриотического чувства. Это делало его самым популярным и авторитетным лицом между своими, но усиливало надзор за ним бесчеловечно жестокого мусульманского властителя, который хорошо понимал значение своего пленника и надеялся получить за него большой выкуп, как за "важное лицо", особенно после того как у него были найдены рекомендательные письма Дон Хуана. Вследствие этого все его планы и замыслы оканчивались неудачей; неоднократно ему грозила смертная казнь, некоторое время он провел на галерах, но ничто не останавливало его рвения. Такую жизнь он вел до 1580 г., когда, наконец, совершился выкуп его на деньги, собранные одним монахом у купцов. Следующие затем три года он снова проводит в походах (в Португалии), но военная служба становится для него непосильной тягостью, и он выходит окончательно в отставку, не имея никаких средств к существованию. Теперь начинается его литературная деятельность. За первым трудом, пасторалью "Галатея", следует большое количество драматических пьес, пользовавшихся слабым успехом, потому что ему приходилось конкурировать с Л. де Вега в это время, по словам С., "овладевший католической монархией". Для добывания себе насущного хлеба, будущий автор "Дон Кихота" поступает в интендантскую службу; ему поручают закупать Провиант для "Непобедимой Армады". В исполнении этих обязанностей он терпит большие неудачи, делается потом скупщиком провианта для индийского флота, по своей совершенной неспособности вести счетные дела и крайней непрактичности подвергается разным неприятностям, даже попадает под суд и некоторое время высиживает в тюрьме. Его жизнь, одним словом, представляет собой целую цепь жестоких лишений, невзгод и бедствий. Посреди всего этого он не прекращает своей писательской деятельности, только покамест ничего не печатая. Скитания подготовляют материал для его будущей работы, служа средством для изучения испанской жизни в ее разнообразных проявлениях.

С 1598 по 1603 г. нет почти никаких известий о жизни С. В 1603 г. он появляется в Вальядолиде, где занимается мелкими частными делами, дающими ему скудный заработок, а в 1604 г. выходит в свет первая часть "Дон Кихота, имевшая громадный успех в Испании (в несколько недель разошлось 1-е изд., и в том же году 4 других) и за границей (переводы на многие языки; французское посольство в Мадрид не находит слов для выражения удивления, возбужденного этим произведением во Франции). Материального положения автора она, однако ни мало не улучшила, а только усилила враждебное отношение к нему, выразившееся в насмешках, клевете, преследованиях. С этих пор до самой смерти литературная деятельность С. не прекращалась. В промежуток между 1604 и 1616 гг. появились вторая часть "Д. Кихота", все новеллы, многие драматические произведения, поэма "Путешествие на Парнас" и написан напечатанный уже после кончины автора роман: "Персилес и Сигизмонда". Почти на смертном одре С. не переставал работать; за несколько дней до смерти он постригся в монахи. 23 апреля 1616 г. окончилась жизнь, которую сам носитель ее, в своем философском юморе, называл "долгим неблагоразумием" и уходя из которой он "уносил на плечах камень с надписью, в которой читалось разрушение его надежд". Лучший из биографов С., Шаль, характеризовал его так: "поэту, ветреному и мечтательному, недоставало житейского умения, и он не извлек пользы ни из своих военных кампаний, ни из своих произведений. Это была душа бескорыстная, неспособная добывать себе славу или рассчитывать на успех, поочередно очарованная или негодующая, неодолимо отдававшаяся всем своим порывам... Его видели наивно влюбленным во все прекрасное, великодушное и благородное, предающимся романическим грезам или любовным мечтаниям, пылким на поле битве, то погруженным в глубокое размышление, то беззаботно веселым... Из анализа его жизни он выходит с честью, полным великодушной и благородной деятельности, удивительным и наивным пророком, героическим и своих бедствиях и добрым в своей гениальности".

С. умер в Мадриде, куда он переехал из Вальядолида незадолго до смерти. Ирония судьбы преследовала великого юмориста за гробом: могила его долго оставалась затерянной, так как на его гробнице (в одной из церквей) не было даже надписи. Памятник ему поставлен в Мадриде лишь в 1835 г.; на пьедестале латинская надпись: "Михаилу Сервантесу Сааведре, царю исп. поэтов". Мировое значение С. зиждется гл. обр. на его "Дон Кихоте", полном, всестороннем выражении его разнообразного гения. Задуманное как сатира на наводнившие в ту пору всю литературу рыцарские романы, о чем автор определено заявляет в "Прологе", это произведение мало помалу, может быть даже независимо от воли автора, перешло в глубокий психологический анализ человеческой природы, двух сторон нашей душевной деятельности - благородного, но сокрушаемого действительностью идеализма, и реалистической практичности. Обе эти стороны нашли себе гениальное проявление в бессмертных типах героя романа и его оруженосца; в резкой своей противоположности они - и в этом заключается глубокая психологическая правда - составляют, однако, одного человека, как одним человеком являются Фауст и Мефистофель, тоже при их радикальной противоположности. Дон Кихот и Фауст односторонни в своем идеализме (характер которого конечно различен у С. и Гете), Санчо Панса и Мефистофель односторонни в своем реализме; только слитие этих обеих существенных сторон человеческого духа составляет гармоническое целое. Все симпатии С. очевидно на стороне бедного рыцаря-идеалиста, каким был он сам (в чем заключается и автобиографическая сторона "Дон Кихота"). Дон Кихот смешон, изображенные гениальной кистью похождения его - если не вдумываться в их внутренний смысл - вызывают неудержимый смех; но он скоро сменяется у мыслящего и чувствующего читателя другим смехом, "смехом сквозь слезы", который есть существенное и неотъемлемое условие всякого великого юмористического создания. В романе С., в судьбах его героя сказалась в высокой этической форме именно мировая ирония - та ирония, которую, по словам Гейне (в его предисловии к иллюстрированному изданию "Дон Кихота"), "Бог создал и поселил в мире и которой великий поэт подражал в своем печатном маленьком мире". В побоях и всякого рода других оскорблениях, которым подвергается рыцарь - при некоторой антихудожественности их в литературном отношении, - заключается одно из лучших выражений этой иронии; Тургенев ("Гамлет и Дон Кихот") справедливо усмотрел "глубокий смысл" в последнем приключении этого рода - топтании Дон Кихота, незадолго до его смерти, стадом свиней: "попирание свиными ногами встречается всегда в жизни Дон Кихотов именно перед ее концом; это последняя дань, которую они должны заплатить грубой случайности, равнодушному и дерзкому непониманию. Это пощечина фарисея. Потом они могут умереть. Они прошли через весь огонь горнила, завоевали себе бессмертие - и оно открывается перед ними". Тургенев отметил еще один очень важный момент в романе - смерть его героя: "в это мгновение все великое значение этого лица становится доступным каждому. Когда бывший его оруженосец, желая его утешить, говорит ему, что они скоро отправятся на рыцарские похождения, "нет - отвечает умирающий - все это навсегда прошло, и я прошу у всех прощения; я уже не Дон Кихот, я снова Алонзо добрый, как меня называли - "Alonso el Вuеnо". "Это слово, - продолжает Тургенев - удивительно; упоминовение этого прозвища, в первый и последний раз, потрясает читателя. Да, одно это слово имеет еще значение перед лицом смерти. Все пройдет, все исчезнет. высочайший сан, власть, всеобъемлющий гений - все рассыплется прахом, "все великое земное разлетается как дым"; но добрые дела не разлетятся дымом; они долговечнее самой сияющей красоты; все минется - сказал апостол - одна любовь останется". К этой "любви", обнимающей собой все человечество, следует прибавить еще, как одну из существенных основ романа, стремление к свободе духа, свободе совести, лежавшее в натуре автора. "Свобода, Санчо - говорит Дон Кихот своему оруженосцу - драгоценнейшее благо, дарованное небом человеку. Ничто не сравнится с ней: ни сокровища, сокрытые в недрах земных, ни те, что скрыты в глубине морской. За свободу и честь человек должен жертвовать жизнью, потому что рабство составляет величайшее земное бедствие. Ты видел изобилие и роскошь, окружавшие нас в замке герцога. И что же? Вкушая эти изысканные яства и замороженные напитки, я чувствовал себя голодным, потому что не пользовался ими с той свободой, с какой я пользовался бы своей собственностью: чувствовать себя обязанным за милости, значит налагать оковы на свою душу". Независимо от высокого психологического значения, роман С. очень важен в чисто национальном отношении: он выразил все, что есть своеобразного в характере испанского народа, лучше всяких описаний познакомил нас с его особенностями, нравами, типами, явившись своего рода судом над тогдашней Испанию. Историко-литературное значение "Дон Кихота" в том, что он нанес буквально смертельный удар рыцарскому роману, получившему в то время в Испании и всей Европе громадное и пагубное распространение.

- Менее известны, но тем не менее принадлежат к истинным сокровищам повествовательной литературы "новеллы" С., часть которых вошла в состав "Дон Кихота". Независимо от своего художественного достоинства, они имеют, по отношению к испанской литературе, важное историко-литературное значение: они проложили новый путь, устранив господствовавшие до тех пор в испанской беллетристике иноземные влияния. Некоторые из них ("Неосторожный Любопытный", "Ревнивый Эстрамадурец" и др.) имеют характер общий, психологический; другие, далеко превосходящие первую категорию своим достоинством и значением, представляют, по собственному определению автора, "социальные метаморфозы", стоящие гораздо выше "Метаморфоз" Овидия", изображают разные бытовые стороны и явления тогдашней Испании и в своей совокупности могут быть названы "Социальной комедией" в полном смысле этого слова, выводя на сцену преимущественно низший класс, и притом в темных сторонах его быта, как последствиях неудовлетворительности социального порядка. каковы новеллы "Ринконето и Кортадильо", где изображен организованный мир севильских воров, мошенников, нищих, в связи с тогдашним положением испанской юстиции; "Гитанилла", где описан быт цыган, тоже отщепенцев общества, с симпатическими сторонами их натуры; "Разговор двух собак", которые представляются автору людьми, служащими обществу, но для себя не находящими себе в нем места. Везде С. остается верным действительности, которую он, благодаря тонкой наблюдательности и гениальному дарованию, воспроизводить с недосягаемой часто художественностью. В области драматической поэзии (до нас дошли только три трагедии С.; остальные, как и все восемь его комедий, потеряны) С. стоит менее высоко, как художник; он держится здесь чисто тенденциозной почвы и театр избирает как трибуну, с которой может проповедовать правительству и народу то, что ему близко, как горячему патриоту. Так, пьеса "Жизнь в Алжире" написана под свежим впечатлением всего пережитого им и его соотечественниками в турецком плену; тут мы встречаем насильственное обращение христианских детей в мусульманство, пытки и казни, постоянные энергические воззвания к публике, призыв к общему братству, обращение к севильской аристократии, даже к королю Филиппу. справедливо было замечено, что это "не создание искусства, а подвиг честного человека". То же должно сказать и о трагедии "Алжирские Галеры", отчасти и о пьесе "Нуманция", сюжет которой составляет трагическая судьба исп. города Нуманции, 14 лет выдерживавшей осаду римлян и принужденной к сдаче только голодом, а цель - возбудить патриотизм в современниках примерами прошлого. Но и между драматическими произведениями С. находятся истинные жемчужины - его "интермедии", где критика находит отражение того "божественного" юмора, которым проникнут "Дон Кихот". Здесь перед нами такое же художественное воспроизведение действительной жизни, какое мы видим в "Новеллах" (число интермедий 8; заглавия: "Судья по бракоразводным делам", "Бискаец-Самозванец", "Бдительный страж", "Ревнивый старик", "Избрание алкадов", "Театр Чудес", "Саламанкская пещера", "Два болтуна"). На этом пути С. является тоже реформатором, но здесь он действует и теоретически, требуя (в своих рассуждениях по этому предмету) самостоятельной и чистой свободы искусства, которая не подчинялась бы никаким традиционным притязаниям школы, и постоянно стремясь освободить испанский театр от лежавшего на нем гнета вульгарности. "Он пользовался театром, как великий человек, сперва для того, чтобы обращаться к своему народу, как это делали Аристофан и Данте, впоследствии для того, чтобы создать театр философский. Всегда, с самого начала до конца, им управляла идея политическая или идея художественная, всегда его воодушевляло высоко честолюбивое стремление - сделать из прогресса сцены прогресс национальный".

П. Вейнберг  

Полное собрание соч. С. издано в 1803-1805 гг. (Мадр., 16 т.), но в состав его не вошли некоторые драм. произведения и "Путешествие на Парнас", изд. в 1820 г. (там же, 11 т.). Другие полные собрании соч. С. - в составе "Coieccion de los mejores autores espafioles" (П., 1840-41) и у Rivadeneyra, "Biblioteca de autores espanoles" (Мадр., 1853, т. 1). Сборник избранных соч. С. вышел в Париже в 1826 - 32 гг.; Adolfo de Castro напеч. "Varias obras ineditas de Cervantes" (Мадр., 1874, с новыми архивными данными о С.). Первое издание "Дон Кихота", появившееся в 1605 г., воспроизведено в Барселоне в 1872 г. За период времени с 1605 по 1857 г. роман этот выдержал в Испании не менее 400 изданий; переводов появилось 200 на английском, 168 на французском, 96 на итальянском, 80 на португальском, 70 на немецком, 13 на шведском, 8 на польском, 6 на датском, 2 на русском и 1 на латинском яз. Позже число перепечаток, переводов и переделок значительно возросло. Из изданий оригинального текста "Дон Кихота", кроме роскошных мадридских изданий 1780 и 1798 гг., лучшими считаются: издание мадридской академии (Мадр., 1819), издание, с обширным комментарием, Clemencin (там же, 1833-39), Hartzenbusch (1863) и L. Ramon Mainez (Кадикс, 1875, с примечаниями). К критическому изданию романа впервые приступил недавно англ. исследователь С., Fitzmaurice Kelly. Из русских переводов "Дон Кихота" лучшие принадлежат Масальскому (СПб., 1848, остался неоконченным) и В. Карелину (СПб., 1866, 4 изд., 1896). А. Н. Островский дал превосходный перевод всех "Интермедий" С. (СПб., 1886). Из новелл С. переведены на русский яз.: "Сила крови" ("Отеч. Записки" 1839), "Хитана" ("Сын Отечества", 1842), "Синьора Корнилия" ("Русский Вестник", 1872, ј 9), "Ревнивец из Эстермадуры" ("Вестник Иностр. Литературы" 1892, ј 10), "Ринконет и Кортадильо" (СПб., 1892). Из необозримой литературы о С. наиболее выделяются: Mayans у Siscar, "Vida de Miguel de Cervantes Soavedra" (Лонд., 1737); J. de Navarrete, "Vida de Mignel de Cervantes Saavedra" (Мадр., 1819, лучшая биография С.); Roscoe, "Life and writings of Miguel de Cervantes Saavedra" (Лонд., 1839); J. de la Revilla, "Cervantes" (в "Semanario pintoresco espanol", 1840); J. Valera, "Sobre el Quijote" (Мадр., 1864); С. Aribau, "Vida de Cervantes" и С. A. de la Barrera, "Nuevas Investigaciones acerca de la vida у obras de Cervantes (в полном собрании сочинений С., изданном в Мадр., 1863-64, 12 т.); J. М. Asensio у Toledo, "Nuevas Documentos para ilustrar la vida de Miguel de Cervantes Saavedra" (Севилья, 1864); Pardo de Figueroa, "Epistolas Droapianas" (Кадикс, 1868); Mainez, "Cartos literarias рог el bасhillег Cervantico" (Кадикс, 1868); E. Chasles, "Michel de Cervantes, sa vie, son temps, son oeuvre politique et litteraire" (II,:1866), Pardo de Figaeroa, "Droapiana del ano 1869. Octava carta sobre Cervantes у el Quijote" (Мадр., 1869); Merry у Colom, "Ensayo critico sobre las Novelas ejemplares" (Севилья, 1877); P. Merimee, "La Vie et l\'oenvre de Cervantes" (в "Revue des deux Mondes" 15 дек. 1877 и отд.); N. Diaz de Benjumea, "Verdad sobre el Quijote, novisfana historia critica de la vida de Cervantes" (Мадр., 1878); Baumstark, "Cervantes Savaedra" (Фрейберг, 1875); A. J. Duffield, "Don Quixote, his crities and his commentators, and minor works" (Лонд., 1881); Fitzmaurice Kelly, "Life of Miguel de C. " (там же, 1892); Dumaine, "Essai sur la vie de Cervantes" (Пар., 1897); Cristobal Perez Pastor, "Documentos Cervantinos hasta ahora ineditos" (Мадр., 1897- об этих новых данных проф. Шепелевич поместил заметку в "Журн. Мин. Нар. Проев. ", 1898, ј 2); Rius, Bibliografia critica de las obras de M. de Cervantes" (т. 1, Мадр., 1895); Dorer, "С. und seine Werke nach deutschen Urteilen" (Лпц., 1881, с библиографией). На русском яз., кроме переводн., истории исп. литер. Тикнора: Карелин, "Дон-Кихотизм и демонизм" (СПб., 1866); Авсеенко, "Происхождение романа" ("Русск. Вестник", 1877, ј 6), Тургенев" "Гамлет и Дон Кихот"; Мережковский, "Дон Кихот и Санчо Панса" ("Сев. Вестник", 1889, ј 8-9); ст. Алферова в книге "Десять чтений по литературе" (М., 1895); Л. Щепелевич, "Драматические произведения С. " ("Журн. Мин. Нар. Пр. ", 1899, ј 8); его же, "Дон Кихот Авеллянеды и вопрос об авторе этого романа" (Харьк., 1899). Существует еще много монографий, рассматривающих произведения С. с одной какойнибудь определенной точки зрения. Таковы, напр. Fermin Caballero "Pericia geografica de Cervantes" (Мадр., 1840); С. Fernandez, "Cervantes marino" (Мадр., 1869); Federico de Castro, "Cervantes у la filosofia espanola" (Севилья, 1870); Gamero, "Jurispericia de Servantes" (Толедо, 1870); Piernas у Hurtado, "Ideas у noticias economicas del Quote" (Мадр., 1874).

Сервет Михаил-Мигуэль

(Servet или Servedo) - знаменитый антитринитарий, врач по профессии, родом из Наварры. Духовная карьера, к которой он готовился, не состоялась, но занятая религиозными вопросами ознакомили его со всеми тонкостями разнообразных богословских систем и теорий. Будучи 15 лет от роду, он получил довольно прибыльное место писца при духовнике императора Карла V. Следуя за ним во время его переездов по Германии и по Италии, С. по личным разговорам и впечатлениям узнавал протестантство и приемы католической полемики. Первое его сочинение: "De trinitatis erroribus" (1531), изданное в немецком гор. Гагенау, направлено против догмата о троичности Божества; за Иисусом Христов он признает одну человеческую природу, а Св. Духу приписывает символическое значение. "Книга возбудила против автора целую бурю в Германии и была во многих местах сожжена. Переселившись во Францию, С. занялся медициной и физиологическими изысканиями. Эти изыскания привели его к открытию, ставящему С. в ряду предшественников Гарвея: он указал на то, что кровь, выходя от сердца, совершает "длинный и удивительный путь" вокруг всего тела. Впрочем, богословы занимало его мысль больше положительной науки: уже в 1532 г. появился другой его труд "Dialogi de trinitate", в котором он развивал дальше свою полемику против учения о Троице. В конце 30-х годов С. превосходно издал сочинение Птолемея и стяжал себе этим славу географа. Проработав больше 13 лет в г. Вьенне над главным своим трудом: "Christianismi restitutio", С. издал его в Лионе в 1553 г. Цель его"восстановить христианство", которое, по мнению С., одинаково ложно толкуется католиками и реформаторами. Сходясь с анабаптистами относительно неправильности крещения малолетних, С. полагает, что крещение сообщает человеку дух Христа. На Христа он смотрит теперь уже как на Сына Божия. Дух Св., который есть божественное дыхание, соединился с дыханием земной, сотворенной жизни, и это соединение составило душу Христа. Бог един и непознаваем, но открывается человеку в Слове и Духе, которые, по С.только модусы самовозвещения и самосообщения Божества, а не ипостаси. Против католицизма С. полемизирует гораздо более яростно, чем против реформаторов; римскую церковь он называет содомской блудницей, а лютеранам и кальвинистам старался доказать, что умерщвление плоти и добрые дела столь же несомненно ведут к спасению, как и вера. С. еще до напечатания книги сообщил важнейшие отрывки из ее Кальвину, который донес архиепископу вьеннскому, что авторы анонимного трактата - С. Вследствие этого С. бежал из Вьенны и, пробираясь в Италию проездом остановился в Женеве. Узнав о его прибытии, Кальвин донес на него городскому совету. С. был арестован и отдан под суд. На следствии и суде Кальвин выступил и следователем, и свидетелем. и обвинителем. Истощив чисто теологические аргументы, Кальвин с жаром стал доказывать, что С. анабаптист, т. е. член той секты, которая незадолго до того проявила такое революционное отношение к общественному строю. С., с своей стороны, ссылался на обычай древней церкви, которая только изгоняла еретиков. Он был приговорен к сожжению на костре и сожжен 27 октября 1553 г., оставшись до конца верным своему учению.

Литература. Tollin, "Das Lehrsystem Servets" (1876-78); Willis, "Servetus and Calvin" (Лонд., 1877); Linde, "Michael Servet" (Гронинген, 1890); о физиол. изысканиях С. см. Whewell, "History of the inductive sciences" (т, III, стр. 328; есть на русс. яз.). На русск, яз.: Будрин, "Антитринитарии XVI в."; В. Михайловский, "Сервет и Кальвин"; Виппер, "Церковь и государство в Женеве в XVI в.".

Евг. Тарле.

Сергий Радонежский

(в мире Варфоломей) - св., преподобный, величайший подвижник земли русской, преобразователь монашества в сев. Руси. Происходил из знатного рода; родители его, Кирилл и Мария, принадлежали к ростовским боярам в жили в своем поместье недалеко от Ростова, где и родился С. в 1314 г. (по другим - в 1319 г.). Сначала обучение его грамоте шло весьма неуспешно, но потом. благодаря терпению и труду, он успел ознакомиться с Свящ. Писанием и пристрастился к церкви и иноческому житию. Около 1330 г. родители С., доведенные до нищеты, должны были покинуть Ростов и поселились в гор. Радонеже (54 вер. от Москвы). После их смерти С. отправился в Хотьково-Покровский м-рь, где иночествовал его старший брат, Стефан. Стремясь к "строжайшему монашеству", к пустынножитию, он оставался здесь недолго и, убедив Стефана, вместе с ним основал пустынь на берегу р. Кончуры, посреди глухого Радонежского бора, где и построил (ок. 1335 г.) небольшую деревянную церковь во имя св. Троицы, на месте которой стоит теперь соборный храм также во имя св. Троицы. Вскоре Стефан покинул его; оставшись один, С. принял в 1337 г. иночество. Года через два или три к нему стали стекаться иноки; образовалась обитель, и С. был ее вторым игуменом (первый  - Митрофан) и пресвитером (с 1354 г.), подававшим всем пример своим смирением и трудолюбием. Постепенно слава его росла; в обитель стали обращаться все, начиная от крестьян и кончая князьями; Многие селились по соседству с ней, жертвовали ей свое имущество. Сначала терпевшая во всем необходимом крайнюю нужду, пустынь обратилась в богатый монастырь. Слава С. дошла даже до Царьграда: патриарх константинопольский Филофей прислал ему с особым посольством крест, параманд, схиму и грамоту, в которой восхвалял его за добродетельное житие и давал обет ввести в монастыре строгое общинножитие. По этому совету и с благословения митрополита Алексея, С. ввел в монастыре общинножительный устав, принятый потом во многих русских монастырях. Высоко уважавший радонежского игумена митрополит Алексей перед смертью уговаривал его быть ему преемником, но Сергий решительно отказался. По словам одного современника, С. "тихими и кроткими словами" мог действовать на самые загрубелые и ожесточенные сердца; очень часто примирял враждующих между собою князей, уговаривая их подчиняться великому князю московскому (напр. ростовского князя - в 1356 г., нижегородского - в 1365 г., рязанского Олега др.), благодаря чему ко времени Куликовской битвы почти все русские князья признали главенство Дмитрия Иоановича. Отправляясь на эту битву, последний, в сопровождении князей, бояр и воевод, поехал к С., чтобы помолиться с ним и получить от него благословение. Благословляя его, С. предрек ему победу и спасение от смерти и отпустил в поход двух своих иноков, Пересвета и Ослябю. Приблизившись к Дону, Димитрий Иоанович колебался, переходить ли ему реку или нет, и только по получении от С. ободрительной грамоты, увещевавшей его как можно скорее напасть на татар, приступил к решительным действиям. после Куликовской битвы великий князь стал относиться еще с большим благоговением к радонежскому игумену в пригласил его в 1389 г. скрепит духовное завещание, узаконивавшее новый порядок престолонаследия от отца к старшему сыну. В 1392 г., 25 сентября, С. скончался, а через 30 лет были обретены нетленными его мощи и одежды; в 1452 г. он был причислен к лику святых. Кроме Троице-Сергиева м-ря, С. основал еще несколько обителей (Благовещенскую на Киржаче, Борисоглебскую близ Ростова, Георгиевскую, Высотскую, Галутвинскуюи др.), а его ученики учредили до 40 м-рей, преимущественно в северной Руси. См. "Преп. Cepгий Радонежской. По поводу 500-тия со времени его блаженной кончины" ("Христианское Чтение", 1832, ј 9-10); "Жизнь и труды преп. Серия Радонежского" ("Странник", 1892, ј 9); А. Г-в, "О значении преп. Сергия Радонежского в истории русского монашества" ("Чтения в Обществе Любителей Духовного Просвещения", 1892, V. 9); E. Голубинский, "Преп. Сергий Радонежский и созданная им Лавра" (Сергиев Посад, 1892); "Жизнь и чудеса преп. Сергия Радонежского" (М., 1897, 5е изд.); В. Эйнгорн, "О значении преп. Сергия Радонежского и основанной им обители в русской истории" (М., 1899, 2-е изд.).

В. Р-в.

Серенада

(словесн.) - литературная форма, принятая у трубадуров. Каждый куплет заканчивался провансальским словом sera - вечер, подобно тому как в обаде (autade) повторялось слово alba (aube - утренняя заря).

Серенада

(от итальянского слова sera - вечер) - музыкальное сочинение, возникшее в Испании и Италии, где существует обычай исполнять ночное пение или музыку под чьим-либо окном, в знак любви или уважения. С. вокальная, небольших размеров, пишется в коленном складе, в размерах песни или романса; исполняется под аккомпанемент мандолины или гитары. Образцы таких С., получивших художественную форму, можно встретить, напр., в "Дон-Жуане" Моцарта (С. Дон-Жуана) и "Севильском цирюльнике" Россини (С. графа Альмавивы). С. перешла и в инструментальную область; пишут С. для фортепиано, а также для нескольких инструментов - например, С. Бетховена (ор. 8, для скрипки, альта и виолончели), заключающая в себе восемь небольших самостоятельных номеров. Большие инструментальные С. писали Гайдн, Моцарт, из новейших композиторов - Фолькман.

Серна

(Rupicapra [Capella] rupicapra Pall.) - жвачное парнокопытное млекопитающее из подсемейства антилоп Antilopiane) семейства полорогих Длина тела около 90 стм., хвоста - 8 стм.; высота 75-80 стм. Рога почти одинаковой величины у обоих полов, до 25 стм. длинной; они закруглены, при основании кольчаты, в средней части своей покрыты продольными бороздками, а загнутый назад и вниз конец их совершенно гладкий; они. поставлены на голове почти вертикально и: параллельно друг другу и только своими концами несколько расходятся в стороны. Тело в общем короткое и массивное, шея толстая; голова маленькая, морда вытянутая и заостренная, уши средней длины, глаза большие и выдающиеся; ноги толстые и узловатые с широкими, твердыми и острыми на переднем краю копытами, несколько более длинными на передних ногах. Жесткая шерсть летом короче (не более 3 стм.), зимой длиннее (до 10-12 стм., в челке до 18-20 стм.). Окраска меняется по сезонам но весьма постепенно. Летом она в общем светлее и господствующим цветом является грязный красно-бурый, переходящий на нижней стороне тела в светло рыжий, а вдоль середины спины - в темно-бурый; голова окрашена светлее, за исключением темной полосы, которая тянется с каждой стороны от основания уха, окружая глаз, к концу морды. Зимой спина С. темно-бурая или буровато-черная, нижняя часть ног красноватого цвета; нижний конец их и голова желтовато-белые; темя и морда несколько темнее; брюхо белое. Единственный вид этого рода водится в горах Европы и распространен от Пиренеев, через Альпы, Карпаты, Балканы, до Крыма, Кавказа и Грузи. Центром распространения его являются Альпы; в настоящее время С. очень редка в Швейцарии и водится главным образом в восточной части Альп, именно в Баварии, Зальцбурге, Тироле, Штирии и Каринтии. Различают местные разновидности С.: пиренейская или изар отличается меньшим ростом и красноватым цветом меха, кавказская или атши - имеет несколько иначе изогнутые рога. С. живет в горах вдоль границы хвойных лесов и выше ее, зимой спускается иногда довольно низко в долины, а летом поднимается на голые, безлесные скалы до границы вечных снегов; детом С. держатся преимущественно на северных и западных склонах тор, зимой - на южных и восточных. С. собираются иногда очень большими стадами, состоящими из самок и молодых самцов, не старше двух лет; предводительствует стадом старая самка. Взрослые самцы живут по одиночке и только ко времени течки присоединяются к стадам и вступают здесь друг с другом в ожесточенные битвы. Продолжительность беременности по различным показаниям от 150 до 200 дней. Молодые самки рождают всего одного детеныша, старые иногда 2, редко 3. Молодые С. быстро растут; на третьем месяце у них вырастают рога; половозрелыми они становятся с трехлетнего возраста. С. обладают острым обонянием и слухом; зрение их развито гораздо слабые. Отличительной чертой их является любопытство и трусливость. Днем они попеременно пасутся и отдыхают; располагаясь на ночлег они выбирают непременно открытое кругом место. Ловкость, с которой С. перепрыгивает с утеса на утес или взбирается осторожно на недоступные человеку круги, или несется не краю отвесного обрыва, или бросается вниз с большой высоты, позволяет ей ускользать от своих врагов. Охота на С. издавна представляет изысканный спорт и теперь она охраняется от истребления в Альпах строгими законами.

Д. П-о.

Серсо

- игра, состоящая в перекидывания кольца посредством палочек.

Сестерций

(sestertius) - древнеримская серебряная монета. Слово С. представляет собою сокращение из двух слов: semis tertins, что значить 2/3. В таком значении (числительного) слово С. употреблялось при наименованиях различных мер, напр. pes sestertius=21/2 фута. В соединении с существительным nammus (монета) значение слова С. изменилось; им стали означать денежную единицу, бывшую в обращении до конца существования римского государства. Но мнению Моммзена ("Romisches Munzwesen" стр. 292), когда в Риме вошли в обращение серебряные деньги (269 г. до Р. Хр.), римский скрупул серебра ( часть as libralis) был прировнен футовому ассу, состоявшему в действительности из 10 унций (в среднем), или 21/2 уменьшенным ассам (так наз. asses trientales), из которых каждый равнялся 4 унциям. Таким образом десять ассов или денариев (denarius) соответствовали 4 сестерциям, а квинарий (5 ассов) 2 сестерциям. Во время 2й пунической войны денарий был приравнен 16 ассам, так что С. состоял из 4 ассов; только при уплате войску жалованья применялся старый курс. В конце 1-го века до Р. Хр. С. чеканились из меди и бронзы (orichalemn). Согласно постановлению сената от 15 г., С. был равен 4 ассам и весил 1 унцию (27, 288 грамм. =6, 4 зол.). Сестерциями обыкновенно считались суммы, не превышающие 1000 С. При больших суммах, вместо единицы sestertius употреблялась производная единица sestertium=1000 sestertii. Если приходилось обозначать суммы свыше миллиона, употреблялись числительные наречия на-ies, при чем слова centena milia пропускались, напр. 3000000 С. собственно =tricies centena (centum) milia sestertium, или сокращенно tricies sestertium. Так, у Цицерона (Verr., act., II, 1, 39) сумма 2235417 С. выражена так: vicies ducenta triginta quinque milia quadrinquentos septendecim nummos (т. е. sestertios). На письме, тысячи С. и миллионы С. обозначались особыми условными знаками, а именно черточками сверху и с боков основного числа. Стоимость С. можно определить приблизительно в 6 коп. Ср. Bouriier d\'Ailly, "Recherches sar la monnaie romaine depuis son origine jusqu\'a la mort d\'Auguste" (Лион, 1864-1866); Sambon, "Recherches sur les monnaies de la presqu\'lle italine depuis leur origine jusqu\' la bataille d\'Actium" (Неаполь, 1870); Samwer u. Bahrfeldt, "Geschichte des alteren romischen Miinzwesens bis ca 200. Chr. " (в "Wiener Numism. Zeitschrift" XV, 1883, стр. 5-215); R. Parrucci, "Le monete dell\'ltalia antica" (1 ч., Рим, 1885); Babelon, "Description historique et chronologiqne des monnaies de la republique Romaine" (П., 1885, 1886); Soutzo, "Introduction a l\'etude des monnaies de I\'ltalie antique" (Макон, 1889); Th. Mommsen, "Geschichte des romischen Mrnzwesens" (Б., 1860; особенно во франц. переводе Blacas и de Witte); Hultsch, "Grriechische und Romische Metrologie" (2 изд., Б., 1882); Wex, "Die Metra der Griechen und Romer" (Лпц., 1884); Smith, "Dictionary of Greek and Roman antiquities" (II том, Л, 1891); Marquardt, "Romische Staatsverwaltung" (II т., Б., 1884).

П. О.

Сеттер

- наиболее распространенная порода длинношерстных легавых собак, получившаяся от последовательного скрещивания английского спаниеля с борзой, гончей и пойнтером, а отчасти с пуделем, брудастыми, водолазом и колли. С. делятся на три подпороды: английских, ирландских и гордонов (шотландских), различающихся преимущественно своей окраской. Английские С. бывают черно-пегие, желто-пегие, кофейно-пегие и трехцветные, т. е. с подпалинами; чем пятна мельче, тем лучше; недавно особенно ценилась сине-крапчатая масть, так наз. блюбельтоны, теперь же в моде желто-крапчатые и желто-пегие С. В большинстве современных английских С. течет кровь собак, выведенных известным заводчиком Э. Лавераком (1877 г.), вследствие чего эта подпорода С. называется иногда лавераками. Масть ирландских С. роскошного золотисто-каштанового цвета, без малейших следов черных волос; белые отметины на груди, горле или пальцах небольшая звездочка или даже узкая проточина или отметина на морде не признаются порочными. Окраска гордоновчерная, с ярко-рыжими подпалинами на передних ногах от локотков, мохнах передних лап. морде, щеках, внутренней поверхности ушей, бровях, брюхе, внутренней стороне гачей и под хвостом. Общие всем С. отличительные признаки: голова длинная и сухая (у гордонов более тяжелая), с резко обозначенным переломом, череп овальной формы с ясно выраженным затылочным гребнем; морда умеренной ширины, тупая, довольно длинная от перелома; челюсти почти одинаковой длины; нос с широкими ноздрями, черный или коричневый (у ирландских - темно-красный), сообразно масти; губы без отвислых брылей (наиболее развиты у гордонов); глаза блестящие, ласковые и выразительные, темно-карие (у гордонов также желтые), ухо умеренной длины (у гордона длиннее), низко поставленное, ниспадающее красивой складкой и плотно прилегающее к щекам; оконечность уха бархатистая, верхняя же часть покрыта шелковистой псовиной; шея средней длины, мускулистая и сухая, сверху изогнутая, без складок и подгрудка; плечи очень пологие, т. е. косые (у гордонов более прямые и тяжелые); туловище (колодка) умеренной длины (у ирландских длиннее, у гордонов тяжелее), спина прямая и короткая, с слегка приподнятым крестцом; грудь с низко спущенными, хорошо выгнутыми ребрами; предплечья мощные и мускулистые, с свободными локотками, бедро сухое, ляжка длинная (у ирландских короче), пазанок короткий (у ирландских длиннее), прямой и мускулистый; лапа сжатая, в комке, с густой подпушью между пальцами; хвост (перо) - на одной линии со спиной, средней длины, саблеобразно выгнутый; уборная на нем псовина (подвес) начинается немного отступая от корня хвоста; к концу хвоста она сводится на нет; шерсть должна быть мягка, блестяща и шелковиста (у ирландцев грубее), длинная и прямая (или слегка волнистая, но не курчавая); рост кобелей 58-61 стм., суки на 2-3 стм. ниже.

- С. представляют едва ли не самую культурную, интеллигентную породу охотничьих собак; с сравнении с пойнтерами, они умнее, понятливее, привязаннее, ласковее и игривее последних, но за то капризнее, надоедливее и боязливее их; псовина у С. красивее и теплее, они лучше выносит холод и дождь, охотнее идут в воду, но, при этом, труднее выносят жару и жажду, а шерсть их требует больше ухода. С. охотнее "подает". чем пойнтер, но чутье у него хуже, стойка не так крепка (хотя есть и исключения) и красива; для десной охоты С., однако, пригоднее пойнтеров.

- Питомники С. весьма многочисленны и находятся, преимущественно, в Англии; в Бельгии известны собаки бар. Розена, во Франции - Поля Кальяра и парижского сада акклиматизации, в Германии принца Сольмса; в России: В. Р. Дица, Нарышкина, Гена, Артынова, Де Жоннора (англ. С.), Нескова (ирл. С.), Пенского (гордоны). - См. Л. П. Сабанеев, "Собаки" (кн. 1 легавые" М., 1896); "Описание типичных признаков охотничьих собак" (СПб., 1888); Ли, "С. англ., ирландск. и гордон" (Туда, 1897).

С. Б.

Сибиряков Александр Михайлович

(род. в 1849 г.) - сибирский золотопромышленник, известный многими общеполезными предприятиями, уроженец г. Иркутска, воспитанник цюрихского политехникума. В 1876-78 г. С. поддерживал экспедицию Норденшильда, для розысков которого в 1879 г. отправил в устья Енисея свой пароход и даль А. В. Григорьеву средства произвести ряд исследований в Северном Ледовитом океане. Еще ранее он обратился в Имп. географическое общество с предложением исследовать водные сообщения в Сибири, пожертвовав на это 7000 р. (было исследовано течете Ангары и водораздел pp. Оби и Енисея, 1878). В 1880 г. С. сам сделал попытку, не совсем удачную, пройти в устье Енисея через Карское море и описал свое путешествие в статье: "Плавание шхуны "Оскар Диксон" в 1880 г. к устью Енисея" ("известия Восточно-Сибирского 0тдела Имп. Русск. Географического Общества", 1881, т. X. VII, и отд.). В разное время он пожертвовал "Восточно-Сибирскому Отделу Имп. Русск. Геогр. Общества" свыше 10000 р., давал средства на издание сочинений по истории Сибири, много помог открытию томского университета и пожертвовал в академию наук капитал в 10000 р. для премий за оригинальные исторические сочинения на русском яз. о Сибири. Кроме упомянутой статьи, написал еще: "Очерк из забайкальской жизни" (СПб., 1878) и "К вопросу о внешних рынках Сибири. О важности водяного сообщения между Тобольском и Енисейском через устья Оби и Енисея и о водяных путях сообщения Сибири вообще, в связи с волоками, к ним примыкающими" (СПб., 1893). Именем С. назван остров против устья Енисея, под 79º в. д. от Гринвича и 73º с. ш.

Сиваш

или Гнилое море - мелководный зал. Азовского моря между Арабатской косой с одной стороны и берегами Днепровского у. и Таврического полуо-ва, с другой. Залив этот, некогда открытый и глубиной, благодаря мягкому и подвижному грунту Азовского моря. постепенно засорялся наносами, из которых морские прибои нагромоздили массу отмелей и кос называемых здесь пересыпями. Длинная (105 в.) и узкая коса такого же происхождения - Арабатская стрелка - отделяет в настоящее время С. от открытого моря. Берега С. совершенно отлоги, вода в нем стоячая, неприятного запаха и море до того мелко, что в некоторых местах нужно идти от берега версту, чтобы войти в воду по колена. морские ветры нагоняют воду на материк, а при западных и во время сильной жары уровень С. сильно понижается и тогда вдоль его берегов обнажается светлая полоса солонцеватой земли совершенно бесплодной и покрытой вязкой и непроходимой грязью. Местные жители называют такую почву Сивашами. Без ценных искусственных сооружений С. не может иметь никакого значения для торговли. Несколько лет тому назад поговаривали. о прорыли Перекопского перешейка, с целью приблизить Геническ, лежащий у вершины Арабатской стрелки, к Одессе; но в настоящее время проект этот, по-видимому, оставлен. Все значение С. для края ограничивается тем, что он представляет собою громадный водный бассейн, дающий обильные испарения и питающий многочисленные соляные озера в Перекопском у. в на Арабатской стрелке.

Сивиллы

(Sxbulla, Sibylla) и Сивиллины книги (libri Sibyllini). Сивиллами в древней Греции назывались странствующие пророчицы, которые, подобно гомеровским гадателям, предлагали всякому желающему угадывать будущее и предсказывать судьбу. Как и бакиды, Сивиллы не были связаны с определенным местным культом, хотя экстатический характер их гадания имел много общего с оргиастической стороной греческой религии. С., к которой обращались за предсказанием, ждала, пока на нее находило исступление, и в истерии, с искаженными чертами лица, пеной у рта и конвульсивными трепетаниями тела, изрекала оракулы, как бы "стараясь вытеснять из груди великого бога". Прекрасное изображение пророческого экстаза С. дано у Виргилия в VI кн. Энеиды (42-155). Деятельность С. в историческую пору греческой истории приурочивается главным образом к VIII и VII вв. до Р. Хр., времени сильного духовного и религиозного подъема, хотя предание перенесло некоторых С. в эпохи предшествовавшие событиям, которые предсказывались в сивиллинных изречениях. Так, Герофила эрифрская, которой приписывалось предсказание троянской войны, по логическому выводу предания, жила до троянской войны. Первый, у кого встречается упоминание о С., был Гераклит Ефесский (ок. 500 г. до Р. Хр.), знавший лишь одну С.; об одной С. говорят также Аристофан, Платон и Аристотель. Гераклит Понтпийский, ученик Платона, знал трех С. эрифрскую (Герофилу), фригийскую и геллеспонтскую (марпессийскую); у позднейших писателей существуют указания, что было 4, 8, 10, 12 С. Деятельность С. приурочивалась преимущественно к северо-западному углу Малой Азии, что дало Буше-Леклерку повод приписать Сивиллам троянское происхождение и признать прообразы С. в Кассандре и Манто. Такой изображена Кассандра, между прочим, в трагедии Эсхила "Агамемнон". более всего сведений имеется о кумской С., которая, по преданию, жила около тысячи лет и была современницей Тарквиния Гордого (по др. - Тарквиния Ириска). С именем последнего предание связывает так наз. Сивиллины книги, числом девять, которые кумекая С. предложила купить царю (Дионисий Галик., IV, 62). Тарквиний отказался. Тогда С., бросив в огонь три книги, предложила царю купить за ту же цену остальные шесть. По вторичном отказе царя С. сожгла еще три книги, и еще раз предложила купить за ту же цену оставшиеся три книги. Посоветовавшись с авгурами, Тарквиний решил купить эти книги, 0ни были помещены в Капитолийском храме и поручены наблюдению двух граждан из патрициев и еще двух других (быть может, из греков, чтобы служить переводчиками и истолкователями).

Выделяя в переданном мифе исторические черты, можно заключить, что было время, когда государство официально признало греческие культы, введение которых связано, главным образом, с появлением в Риме Сивиллиных книг. Вследствие оживленных и близких сношений с Великой Грецией, Сивиллины книги попали в Рим из Кум, куда, в свою очередь, они были привезены из Эрифр (по Варрону); город (селение) Гергиф на Троянской Иде, близ Эрифр, считается местом возникновения Сивиллиных предсказаний (ср. Klausen, "Aeneas und die Penaten", стр. 203 слл.). По свидетельству Гераклита Понтийского, этот сборник был составлен в 1 половине VI в., когда деятельность оракулов была весьма распространена и когда, вследствие нашествия лидян и персов, греки Малой Азии стали переселяться в Сицилию и Южную Италию. Догадка о происхождении Сивиллиных изречений в Троаде подтверждается еще и тем, что после пожара Капитолийского храма, в 83 г. до Р. Хр., отправленные римским сенатом послы собрали новый сборник сивиллиных предсказаний преимущественно в Эрифрах, Илионе и на Самосе. С какой целью был составлен древнейший сборник этих изречений, сказать трудно. По предположению Клаузена, С. и др. странствующие пророки (crhsmolgoi.) составляли группу, цель которой была подорвать славу и значение местных оракулов - додонского, дельфийского и др. Сивиллины изречения, по преданию, были записаны на пальмовых листьях и хранились в строгой тайне, так что даже римлянам, кроме жреческой коллегии децемвиров (квиндецемвиров), не было ничего известно ни о самых книгах, ни о деятельности их профессиональных хранителей. Известно лишь то, что они были написаны греческими гекзаметрами и что применение изречений к данному случаю зависело от произвольного толкования децемвиров, подобно тому, как в средние века библейские и Виргилиевские Sortes, взятые на удачу, применялись к какому угодно случаю путем натяжек и отдаленных сопоставлений. Жрецы, приставленные для наблюдения за Сивиллинными книгами, назывались первоначально, по их числу, duo viri (II viri) Sacris faciundis и были избираемы па всю жизнь, с освобождение м от воинской повинности. С 367 года число их возросло до 10, при чем одна половина избиралась из патрициев, другая из плебеев. При Сулле коллегия заключала в себе 15 членов (Quindecemviri Sacris faciundis) - число, которое держалось до последнего времени существования сивиллиных книг. Вновь составленные после пожара 83 г., книги были подвергнуты Августом, в 13 г., тщательной критике; значительное число подложных оракулов (до 2000) было сожжено, а остальные изречения помещены в храме Аполлона Палатинского. Сивиллины книги были сожжены Стилихоном в 405 г.

В религиозной жизни государства сив. книги играли значительную роль, так как к ним обращались за советом (libros adire, inspicere), по приказанию сената, в случаях, угрожавших опасностью государству - при тревожных знамениях, поветриях и в других критически х обстоятельствах (ср. у Ливия III, 10; V, 3; X, 47; XXI, 62; Xll, 1, 9; XXIX, 10; XXXVI, 37; XII, 21). Результатом консультаций было большей частью указание ввести какой-либо обряд, чтобы отвратить несчастье или умилостивить божество. Почти все новые обряды и культы, введенные в историческую пору рим. государства, обязаны своим происхождением Сив. книгам. Сюда относится введение в римский пантеон новых божеств - Аполлона, Латоны, Великой матери, Эскулапа - и перенесете на латинские божества атрибутов и свойств греческих богов: так, Диана отождествилась с Артемидой, Церера с Деметрой, Прозерпина с Персефоной, Геркулес с Гераклом. Под влиянием Сив. книг произошли также большие перемены в обрядовой стороне римской религии, возникли некоторые религиозные установления, напр. лектистернии, игры [особенно Ludi Apollinares (212 до Р. Хр.) и I. Saeculares], и вообще изменились религиозные представления римлян, усвоившие антропоморфизм, эмоциональность и индивидуализм греческой религии. В составе Сивиллиных книг находились также чисто италийские изречения, напр. этрусския, тибуртинские, Марциевы и др. В 213 г. до Р. Хр. сенат приказал городскому претору исследовать различные ходившие в народе сборники предсказаний, при чем саrmina неизвестного Марция были признаны подлинными и вверены наблюдению децемвиров. Все эти изречения, как италийского, так и иноземного происхождения, были известны также под названием libri fatales или просто libri. В составе дошедших до нас сборников находятся изречения, сочинение которых восходит не дальше второго века и среди которых можно найти следы еврейского и христианского влияний позднейшего времени. Ср. BoucheLeclerq, "Histoire de la divination dans l\'antiquite" (II., 1879-82; есть русск. пepeв.);, Klausen, "Aeneas und die Penaten. Die Italienischen Volksreligionen unter dem Einfluss der griechischen" (Гамбург, 1839-40); Heidbreede, "De Sibyllis" (6., 1835); Maass, "De Sibyllarum indicibus" (Грейфсвальд, 1879); Delaunay, "Moines et Sibylles dans l\'antiquite" (H., 1874); Friedlieb, "Oracula Sibyllina" (Лпц., 1852); Alexandre, "Oracula Sibyllina" (Hap., 1841-56); Ewald "Ueber Eutstehung, Inbait und Werth der Sibyllinischen Bucher" ("Abhandlungen d. Kais. Gesellsch. der Wissensch. zu Grottingen", Hist. Phil. Klasse, т. VIII, 1860, стр. 43 сл.); Diels, "Sibyllinische Biatter" (Б., 1890); Febr, "Studia to Oracula Sibyllina" (Упсала, 1893); Маrquardt, "Romische Stadisverwaltung". (III т., стр. 351 ел.. Б., 1885); Smith, "Dictionary of Greek and Rоmаn antiquites" (II т., cp. 668 и сл., Л., 1891).

И. О.

Сивучи

- название нескольких видов крупных ушастых тюленей (Otariidae).

Сиг

(Coregonus) - род рыб из семейства лососевых (Salmonidae), выделяемый некоторыми исследователями вместе с белорыбицей и нельмой (род Stenodus) в особое семейство сиговых (Coregonidae). С. имеет сжатое тело, покрытое чешуей средней величины, малый рот, в котором на верхнечелюстных костях и сошнике никогда не бывать зубов, а зубы на других частях или скоро пропадают, или во всяком случае развиты очень слабо; верхнечелюстная кость не продолжается за глаз. С. живут в умеренных и холодных странах северного полушария. Некоторые виды живут постоянно в озерах, представляя множество местных форм (видов, разновидностей и т. п.), другие живут частью в море, частью в пресной воде и периодически входят в реки для метания икры. Некоторые С. держатся на больших глубинах; так кильх (Coregonus hiemalis) Боденского оз. и валаамка (С. widegreni) Ладожского и Онежского оз. держатся глубоко и при вытаскивании их сетями плавательный пузырь сильно расширяется совершенно раздувая рыбу (подобно тому, как это происходит с многими глубоководными морскими рыбами). Икрометание наших С. происходит поздней осенью. Пищу сигов составляют различный животные - насекомые, ракообразные, моллюски и др. Насчитывают более 40 видов, но виды эти довольно условны и вообще род этот, а особенно у нас в России очень мало изучен. Экономическое значение С. для человека громадное, особенно в Сибири и Сев. Америке; местами благосостояние населения главным образом связано с промыслом этих рыб (это особенно приложимо к различным племенам инородцев Сибири и некоторым племенам индийцев Сев. Америки). Важное значение имеют они и в Зап. Европе, где некоторые виды с успехом разводятся искусственно. С. поступают в торговлю частью в свежем виде, частью в копченом, соленом и сушеном. Инородцами (лопарями в Лапландии, остяками и другими племенами в Сибири) С. приготовляются в прок крайне плохо, иногда просто сохраняются в ямах. Из С. наиболее общеизвестен С. проходной (С. lavaretus L.): к этому виду относят ряд форм, обыкновенно рассматриваемых как самостоятельные виды - таковы сиг-лудога (С. fera Jnr), валаамка или зобатый С. (С. widegreni), сиголов (С. baerii Kessl.), С. песочник (С. mаrаеnа L.), речной, морской, невский и т. д. (7. ч С. lavaretus L. в тесном смысле слова), (олмужский С. (С. tscholmugensis Danil.), вартманнов С. (С. wartmanni) и другие. Понимаемый в таком широком смысле слова С. проходной водится в Европе, Азии и Сев. Америке, где достигает веса в 101/2 кгр.; экземпляры европейские могут достигать (в Швеции) более 6 кгр. и около 90 стм. длины. Из перечисленных форм С.-лудога отличается небольшой головой, очень утонченной к переднему концу, с значительно выдающейся верхней челюстью, сильно сжатым телом, плоской, прямой спиной. Цвет спины буровато-зеленый, бока серебристые, брюхо белое, плавники серые. Вес его обыкновенно до 2, но иногда до 4 кгр. Водится в больших озерах Средней Европы, Ладожском, Онежском. Близкий к лудоге валаамка или зобатый С. водится в средней части Онежского оз. и в сев. части Ладожского на больших глубинах; он отличается от лудоги более удлиненным носом, более темным цветом, меньшей величиной (ок. 1 кгр.) и большим количеством жаберных тычинок (26-31 вместо 24-27). Сиголов, С. приходный, волховской, сиголовный или ладожский отличается большой удлиненной и толстолобой головой, с толстым выпуклым носом, 22-23 жаберными тычинками и очень светлым цветом; средний вес до 2 кгр., но иногда доходит почти до 5. Водится в Ладожском оз. и заходить в Онежское, для нереста входит в реки; наибольший лов в Волхове. С. песочник или чудской по форме носа близок к сиголову, но жаберных тычинок около 40. С. этот сильно варьирует. Он достигает почти 5 кгр. Водятся в больших и глубоких озерах сев.-зап. России, Чудском и др., а также весьма распространен в Зап. Европе. Речной, морской или проходной С. темнее и длиннее описанных, тупо закругленным носом, 10 рядами чешуй. (вместо II) над боковой линией, сильно сжатым телом и дугообразно изогнутой спиной, а также очень заостренными парными плавниками, голубоватым отливом и светлыми продольными полосками на боках. Весом обыкновенно 1-1/2 кгр., редко почти до 3-х. Широко распространен в сев. и сев.зап. России, как в озерах, так и в море, для нереста входит в реки. Чолмужкий, белый или большой С. водится в Онежском оз. и редко попадается в Ладожском. Отличается малыми глазами и относительно длинной головой. Достигает 10-11 кгр. Относительно редок и представляет самую дорогую из рыб Онежского озера, кроме перечисленных С. важны в промысловом отношении ряпушка - см., а также ряд С водящихся в сев.-вост. части Европейской России и в Сибири. Таковы омуль (С. omul Pall.), водящийся в Сев. Ледовитом ок., откуда входит в Мезень и Печору и другие реки, а также в оз. Байкале, С. сельдь (С. merckii Gunth.), входящий массами в реки Сибири, тугун (С. tugun Pall.) рек и озер Сибири, пеледь (С. pelet Lep.), водящаяся в Печоре, муксун (С. muksun Pall.) в реках Сибири и в Печоре, полкур (С. polcur Pall.) в Печоре, чир или щокур (С. nasus Pall.), водящийся в Печоре.

Н. Книпович.

Сиденгам Томас

(Sydenham, 1624-1689) - знаменитый англ. врач, практиковал в Лондоне, является противником Парацельса и реформатором практической медицины. С. отводил первенствующее место фактам и непосредственному наблюдению. Болезни С. рассматривает как процессы, симптомы как нечто чисто внешнее, которые меняются в зависимости от конституции организма; он стремился точно разграничить различные болезненные формы и этим путем создать прочную почву для применения специфических средств; но при этом он пришел к чисто онтологическому пониманию болезненных процессов и к установлению классификации болезней по совершенно ботанической схеме. С. был сторонником энергического лечения; в его терапии виднейшую роль играли хинин и опий, а в особенности кровопускания. Главные соч. С.: "Methodus curandi febres" (Лонд., 1666), "De variolis et morbo hysterico et hypochondriaco" (Лонд., 1682), "Processus integri in omnibas fere morbis curandis" (Лонд., 1693). Полное собрание сочинений С., которые все были написаны на лат. языке, много раз издавались, в первый раз в 1685; новое издание принадлежит Sydenham-Society (Лонд., 1844; в англ. переводе, там же, 1848-50, 2 т.; имеются и переводы франц. и нем. Вена, 1786-87, 2 т.). Ср. Jahn, "Sydenham" (Эйзенах, 1840); J. Brown, "Locke and S." (Эдинб., 1866); Picard, "S., sa vie, ses oeuvres" (Пар., 1889).

Сидней

(Sydney) - гл. гор. англ. колонии Новый Южный Валлис, в вост. Австралии и под 33º51\' ю. ш. и 151012\' в. д., на берегу зал. Порт-Джаксон, в очень живописной местности. С С на ЮЗ тянется на 4 мили, с В на З - на 3 мили; 115 миль улиц, 23190 домов (не считая тесно прилегающих окрестных поселений). Около 3100 акров отведены под парки, скверы и площади (1898). Первоклассная морская станция и главная квартира британского флота в Австралии (в 1898 г. здесь на стоянки находилось 11 имперских военных судов). С. - старейший гор. в Австралии, основан в 1788 г. англ. капит. Артуром Филипп, командированным с целью устройства колоти для ссылки преступников. Гавань С. глубокая и как бы замкнута скалистыми берегами. Старые кварталы города быстро исчезают и на месте их возникают новые, правильные улицы с великолепными зданиями из красивого песчаника. Монетный двор, национ. худож. галерея, публичная библиотека (119782 том.), обсерватория, музей, университет (по типу англ. университетов), открытый в 1852 г. (с правительственной субсидией в 110000 руб.), с 455 студентами и 48 профессорами, женская коллегия, классическая школа. С. имеет два огромных сухих дока и защищен многими укреплениями, включая островов Пинчгот - скалу, искусственно стесанную до уровня воды. Постоянное пароходное сообщение с Лондоном (12040 миль, 86 дней), Веллингтоном (Новая Зеландия) и Панамой. Открытие золотых приисков в 1851 г. сильно увеличило торговлю С., которая постоянно возрастает. Главные предметы вывоза: шерсть, сало, уголь, кожи, мясные консервы и золотая монета; предметы ввоза (преимущественно из Англии) - железо, металлические изделия, машины, полотна, шерстяные изделия, писчая бумага, хлопчатобумажные изделия, спирт, пиво, эль. В 1897 г. 1425 судов (1916075 тонн) разгрузились в С. Жителей в 1871 г. 134747, в 1897 г. - 417250 чел., т. е. 1/3 населения колонии Новый Южный Валлис.

Сидон

(Sidon - "Рыбная ловля") - древний финикийский город к Ю от устья Нар-эльавали (др. Бострен), в узкой приморской равнине. Время его основания неизвестно весьма возможно, что оно восходить в III тысячелетие до Р. Хр. Вместе с остальной Сирией С., вероятно, был под политическим и несомненно под культурным влиянием Вавилонии. Во время завоеваний фараонов XVIII дин. он подпал под египетское верховенство, но управлялся собственными князьями. От одного из них" Зимриды, дошли до нас два письма к фараону (Амеготепу III или IV). В этой переписки он жалуется на бедуинов, захватывавших его область. Фараон поручил ему разведывать аморейские дела, но царь тирский называл его в донесениях к фараону изменником, в союзе с амореями, Асором и Арадом замышляющим против Египта. Таким образом соперничество Тира и Сидона уже в это время было заметно; Зимрида враждуя с Тиром, старался не допускать его царя ко двору. В этот период С. был первым городом Финикии: книга Бытия (Х, 15) называет его "первенцем Ханаана", и впоследствии в Библии финикияне часто называются сидонянами; равным образом Гомеровский эпос знает только С.; между тем при Селевкидах Тир называл себя на своих монетах "мать сидонян". Удар величию С. был нанесен разгромом со стороны "аскалонян", т. е. филистимлян во время их опустошительного движения на Египет в XII в., при Рамсесе III. Главой Финикии делается Тир С. долго даже не имеет царей (в числе городов, подвластных в 710 г., "Луди" тирскому упоминаются "великий С. " и "малый С."). Сидонское царство восстановил Синахериб, чтобы создать противовес Тиру. Он посадил в С. Итобала (701) и подчинил ему города к Ю от него (Вифсаиду, Сареиту, Махалибу, Экдиппу, Акко). Однако, следующий царь Абдмилькот восстал против Ассирии, результатом чего было разрушение С. Ассаргаддоном ассирийским (678), уведение в плен его граждан и основание на его месте колонии "Ир-ассурахиддин ("Град Ассаргаддона"). Абдмиллкот, бежавший на Кипр, был пойман и казнен. - В персидское время в С. опять была царская династия, от которой сохранилась надпись на о-ве Делосе. Новому разгрому подвергся город при Артаксерксе III, когда принял участие в восстании против персов различных азиатских и кипрских городов. Царь Тент, сначала действовавший: успешно, в решительную минуту изменил и предался царю. Город был сожжен. до 40 тыс. граждан погибло в пламени; Тенн также был казнен (351). Ненависть к персам  - последствие этой жестокости, - заставила С. предаться Александру Вел. и даже помогать ему в борьбе с Тиром. С. был восстановлен в своих правах и владениях; царем назначен Абдалоним. Вероятно к числу его преемников принадлежали Табниты и Эшмуназары, при которых государство опять достигло прежнего благосостояния и получило от одного из Птолемеев (?) Дору, Иоппию и Саронские поля. Под владычеством Селевкидов эллинизм в Сидоне сделал большие успехи, так что. Страбон мог указать на ученых сидонян - философов Боэфа и Диодота; он упоминает также о каком-то родоначальник атомизма Мохе, жившем до троянской войны. В римское время город пользовался самоуправлением, имел сенат и народное собрате, назывался навархией, метрополией и Colonia Aurelia. С III до Р. Хр. начинается автономная эра С.; появляется много серебряных и бронзовых тетрадрахм и дидрахм с финикийскими и греческими легендами, а при императорах - с латинскими, и с изображением, между прочим, покровительницы города Астарты.

- Христианство проникло в С. еще в апостольские времена (Деян. XXVII, 3); епископ С. присутствовал на I Никейском соборе. Арабам С. сдался в 637 году без сопротивления. Во время крестовых походов С. переходил из рук в руки, был неоднократно укрепляем и разоряем. В начале XVII в. при эмире друзов Фахреддине С. был гаванью Дамаска; его торговля (особенно шелком) процветала, город украшался и богател; покровительствовало ему и египетское правительство. В настоящее время возвышение Бейрута и засорение когда-то знаменитой гавани (вследствие того, что запиравшие ее с моря стены растасканы) привели к полному упадку С. Теперь в С. (Саиде) жителей около 15 т.; из них 10 т. мусульман. Христиане, некогда православные, давно уже перешли в унию. Латинская и протестантская пропаганды содержать здесь свои школы. С. гордится садами, которые далеко тянутся к С; разводятся и вывозятся апельсины, лимоны, абрикосы, бананы, миндаль. В этих садах открыты, в 1855 г., царские усыпальницы IV в. до Р. Хр. Гробницы, вырытые в господствующих над городом известковых горах, будучи повреждены ворами, вообще мало исследованы учеными.

Сизальская пенька

(Sizalhanf, Неnequen, Hennoquin) - волокно, получаемое из листьев нескольких видов растений Agave и Foureroya, разводимых в Мексике, особенно же в Юкатане. Разводят именно пять видов Agave angustifolia и два вида Foureroya cubensis, которые и в диком виде распространены по всей стране. Для получения волокна лист накалывается на колодку и обрабатывается углом деревянной вилки до тех пор, пока не будут удалены все мясистые его части, 0стающееся волокно сушится и белится на солнце. С. пенька идет преимущественно на канатные изделия, на простые ткани, употребляемые для обивки внутренней стороны товарных ящиков и т. п. Волокно это отличается чрезвычайной дешевизной и весьма малым удельным весом. Изготовленные из С. пеньки канатные изделия оказываются в холодном климате болей гибкими, нежели изделия из манильской или русской пеньки, вследствие чего пользуются широким распространением на североамериканских судах. Вообще главнейшим потребительным рынком для С. пеньки служат Соединенные Штаты Северной Америки, в Европе же она попадается в ничтожном количестве. Но за последние годы, когда вследствие смут на Филиппинских о-вах, предложение манильской пеньки сократилось, возрастают спрос и производство С. пеньки.

Сизиф

(Sisujoz, Sisyphys) - сын Эола; царствовал в построенном им городе Эфире (Коринфе) и был основателем истмийских игр. Как указывает самое его имя (sxsujoz одного корня с sojz, дорич. sojoz), С. был олицетворением мудрости, изобретательности, хитрости; этим же качествами отличаются его потомки (Главк, Беллерофонт, Одиссей), а жители основанного им города известны как предприимчивые мореплаватели и как хитрый, бойкий народ. Как идеал хитрости, С. представлен в следующем мифе. Зевс, рассердившись на С. за измену, послал к нему смерть, но С. заковал смерть в крепкие оковы, так что люди перестали умирать. Только вмешательством Аида (или Ареса) смерть была освобождена из оков и в свою очередь одолела С., который, однако, успел до смерти приказать жене оставить его без погребения и не совершать погребальных возлияний, в расчете, что ему будет разрешено вернуться на землю. Аид поддался на хитрость С., который мог быть вновь водворен в царство мертвых лишь при содействии Гермеса. В числе мучеников подземного царства древность называет С., который должен был вечно вкатывать на гору громадный камень: едва последний достигал вершины, кань невидимая сила снова устремляла его вниз, и снова начиналась та же бесцельная работа (Одисс. XI, 593-600). Преступление, за которое С. был присужден к такому наказанию, заключалось, по одним, в том, что он выдал людям тайны богов; по другим - в том, что он беспокоил Аттику разбойничьими набегами и убивал путников, давя их огромной каменной глыбой или сбрасывая их в море и т. д. В лице С., в связи с его посмертным наказанием, греческий миф" изобразил бессилие человека в его тщетных попытках путем хитрости и тонкости ума перейти границы познаваемого; наказание С. есть наказание беспокойного ума, который, думая, что он вот-вот достиг предела своих стремлений, снова падает в бездну незнания. Гробницу С. показывали на Коринфском перешейке; храм его (гербон) находился в Коринфе.

Н. О.

Сизоворонка

или ракша, сиворакша (Coracias garulla) - одна из красивейших европейских птиц, величиной с галку, по общей форме напоминающая ворону, откуда и название ее (также - сивкаворонка, зеленая ворона и пр.). Род С. отличается сильным, довольно длинным, прямым, на конце крючковатым клювом, более короткой, чем средний палец, плюсной, обрезанным хвостом и острыми крыльями, второе маховое перо которых длиннее остальных. Общая окраска европейского вида зеленовато-голубая, местами более светлая, местами переходящая в синюю. Маховые перья черные с голубыми наружными опахалами. Верхняя часть спины и шеи - серовато-бурые; уздечка черная; ноги темно-желтые. С. гнездится в южной и средней Европе, но залетает значительно дальше на С. В Сибири распространена до Алтая на В и до Омска на С. Зимует в Африке и южной Азии. Яйца кладутся в дупла или норы, выкапываемые самою птицей, при чем подстилкой служат беспорядочно сложенные стебли и листья трав. Кладка (в мае) - из 4 белых блестящих, почти шарообразных яиц. Питается С. преимущественно насекомыми; иногда нападает на мелких позвоночных. С. преследуются ради их мяса и красивых крыльев, идущих на украшение шляп.

Сикомор

- название древесных растений: Platanns occidentalis и Aser Pseudoplananus.

Сикофанты

(sucojata). Происхождение этого слова неясно; большинство греческих толкователей указывают на связь его с запретом вывозить из Аттики смоквы (osucon). Схолиаст к Аристофану рассказывает, что однажды во время голода в Аттике тайком были сорваны плоды на священных смоковницах и что при судебном расследовании этого дела лиц, которые могли указать виновных, назвали С. В период расцвета афинской демократии слово С. прибрело политическое значение: оно означало многочисленный класс профессиональных обвинителей, ябедников, сутяг, которые ради личной наживы заводили процессы, чтобы, запугав кого-либо судом, вынудить отступную плату или, в случае выигрыша процесса, получить часть отобранного по суду имущества. Афинское законодательство разрешало всякому желающему выступать обвинителем против нарушителей государственных законов, при чем за успешное обвинение обвинителю давалась в награду известная часть поступавшей в виде штрафа суммы или имущества, отнятого по суду у ответчика. Такое правило само в себе носило корни злоупотреблений, тем более, что народ с завистью относился к выдающимся государственным деятелям, ораторам, полководцам и вообще во всем богатым и влиятельным людям, которых главным образом и беспокоили С. тем более обвинений предъявлялось перед судом, тем более пеней поступало в распоряжение судей и казны. Вследствие этого к обвинителю в уголовном делу, как и к истцу - в частном, относились снисходительнее, и деятельность сикофанта стала доходной. Главным образом доставалось от С. богачам, которые вообще старались жить в ладах с ними. Когда Критон жаловался Сократу, что человеку, занимающемуся каким-либо делом, трудно жить в Афинах, так как постоянно есть риск быть привлеченным к суду, Сократ ответил, что как приходится держать собак, чтобы волки не трогали овец, точно так же следует иметь в своем распоряжении человека, который мог бы знанием. законов и судейской опытностью защищать против преследований С. Многие аттические писатели указывали на общественный вред сикофантии (Аристофан. Демосфен, Эсхин и др.); против ее был, наконец, издан закон, но она все-таки продолжала существовать, пока существовала демократ. С. играли на судах почти туже роль) как демагоги в народных собраниях; служа орудием для осуществления целей демагогов, они составляли не лишенный силы элемент демократии; иногда класс сикофантов даже оправдывали, считая его необходимым в политических целях (Эсхиy, "Против. Тим.",  20). Ср. Buchsenschutz, "Besitz nnd Erwerb im Griechischen Altertum" (Б., 1869); Meier and Schoеmаnn, "Der Attische Process", в обработки Липсиуса (Б., 1882-1886).

Сикстинская капелла

- одна из домовых церквей пап в их Ватиканском дворце, в Риме, знаменитая своей стенной и плафонной живописью. Построена в 1473 г., при папе Сиксте IV, от которого и происходит ее название. Архитектором ее был, как предполагают, Баччо Пинтели. Она представляет собой четырехугольную продолговатую залу (длинной в 40 1/2 дм., шириной в 14 м.), со сводчатым потолком. одной из ее коротких стен пригорожен алтарь, в другой находится главный вход; в той и другой длинных стенах проделано высоко от пола по шести окон. Мраморная балюстрада хорошего стиля разделяет капеллу на две части: на собственно церковь и на притвор. Низ стен оставлен без росписи; некогда он завешивался в торжественных случаях драгоценными, вытканными по картонам Рафаэля коврами (arrazi), хранящимися теперь в Ватиканском музее. Верх длинных стен украшен фресками, изображающими, справа от алтарной стены, события из земной жизни Спасителя, слева - эпизоды из жития Моисея. Эти фрески исполнены первостепенными итальянскими живописцами XIV стол., Пинтуриккьо, Сандро Боттичелли, К. Россели, Л. Синьорелли, Д. Гирландайо и Перуджино. На пилястрах между окнами помещены портреты 28 пап, работы С. Боттичелли. Все пространство стены над алтарем занято колоссальной картиной Страшного Суда - поразительным по своему величию, смелости и мастерству произведением Микеланджело Буонарроти). Еще более замечательно в капелле другое создание Микеланджело - роспись ее потолка, в которой, по общему признанию, гениальность этого художника проявилась во всей полноте и силе.

Сикхи

- (на языке хинди "ученики") или сейки (неправильное произношение на английский лад, укоренившееся в нашей ежедневной печати) - одна из самых замечательных новейших индусских сект, основанная в начале XVI века религиозным реформатором Нанаком, через которого она восходит к учению Кабира, пытавшегося примирить индуизм с исламом. Религиозные учения С. впервые были изложены в так называемом Ади-Грантх (Adi Granth - "главная, основная книга"), составленном пятым преемником Нанака - гуру (учителем) Арджуном (1584-1606). Памятник этот не свидетельствует об особенно сильном вилянии ислама на религию С. Он проникнуть мистическим пантеизмом Веданты, осложненным доктриной о благодати (бхакти, bhakti) и требованием полного повиновения религиозным наставникам-главарям, так наз. гуру. От других памятников сектантской литературы Ади-Грантх отличается тем важным значением, которое в нем придается моральным наставлениям, простотой и спиритуалистическим характером культа, освобожденного от всякого следа идолопоклонства, и в особенности терпимостью по отношению к индусской мифологии, из которой в учение С. взято довольно много мифологических олицетворений, характеризующих позднейший индуизм. В конце концов С. пришли к обожанию личного божества, так что их учение можно назвать деизмом, более или менее смешанным с суеверием. К такому изменению необходимо должен был прийти индийский пантеизм, который мог быть религией небольшого кружка мистиков, но не обширной общины верующих. Не может быть, однако, сомнения и в том, что близость с мусульманским населением в северо-западных пограничных областях Индии имела свою долю влияния на умы и нравы С. От мусульман С. получили свой воинствующий фанатизм и учете о священной войне (мусульманский газават), совершенно чуждое индийскому мировоззрению, но получившее развитие (под тем же самым влиянием) у маратхов и некоторых раджпутов. Содержание Ади-Грантхасборное: гуру Арджун собрал в нем поэтические произведения основателя секты и трех следовавших за ним гуру, прибавив к ним свои собственные, а также и большое число изречений и отрывков, принадлежащих Рамананду, Кабиру, маратхскому поэту Намдеву и другим авторам. Довольно много прибавлений сделал Говинд (1675-1708), десятый и последний гуру, составивший, кроме того, вторую священную книгу С. - "Грантх десятого царства". Эти две книги, написанные на архаическом пенджаби, называемом, по имени старинного алфавита (одна из форм деванагари), гурлукхи (Gnrn=учитель, mukha=ycтa), вместе с биографиями святых и гуру и несколькими ритуальными и дисциплинарными наказами, составляют всю священную литературу С. Первые адепты религии сикхов были навербованы среди земледельцев около Лагора и на южных берегах р. Сетледжа. В течение почти целого столетия С. оставалась чисто религиозной общиной безобидного пуританского характера. Так как Нанак не запрещал своим ученикам деятельную жизнь, то С., за немногими исключениями, были земледельцами, купцами, промышленниками. Запрещение детоубийства, широко практиковавшегося у западных индийских племен, и свободный прием в среду сектантов людей изо всех общественных слоев и религий скоро увеличили численность С. Огромное значение среди них имели их гуру, обладавшие неограниченной властью, непогрешимые в глазах своей паствы, посредники между ней и божеством и ее спасители. Верующие обязаны были слепым повиновением им; осмеливавшиеся соперничать с ними и возбуждать еретическое уклонение от их учений делались жертвой пламени, вместе со своими семьями.

Хотя Нанак и говорит о себе с известной скромностью, но он несомненно верил в свое божественное призвание, что, в переводе на обычное понимание индуса, значило, что он считал себя одним из воплощений Хари (Hari="золотой", имя бога Вишну; наиболее употребительное обозначение верховного божества в "Грантхе". Для себя и учеников Нанак был богом, и все его преемники считались воплощениями божества; умирая, гуру передавал свою власть достойнейшему из своих учеников. Этот обряд передачи практиковался до пятого гуру Арджуна, составителя "Грантха", который объявил свою власть наследственной, первый окружил себя знаками царской власти и стал пользоваться своим влиянием в политическом смысле. Так, он просил за Хосру, мятежного сына императора Джахангира, но в том же году сам погиб в лагорских темницах (1606). Преследование со стороны магометанских императоров, постигшие с тех пор С., быстро придали общине С. военно-теократический строй. В царствование Ауренгзеба борьба С. с императорской властью возобновилась. Девятый гуру, Тег Багадур, был обезглавлен в Дели (1675). Его сын Говинд Сингх, правление которого прошло в непрерывной войне, закончил преобразование секты, получившей теперь арабское имя Хальса (Khalsа), т. е. "собственность, удел" (Бога). При нем устранено было из общины всякое общественное неравенство; каждый член ее получил аристократическое прозвище Сингх (санскр. Simha=лев). Даже одежда С. была приведена к одинаковой для всех форм. за исключением культа коровы, все, напоминавшие обычаи и обряды индуизма, было изгнано Говиндом, хотя сам он был далеко не чужд им и даже принес в жертву богине Дурге одного из своих последователей. Сношения с неверующими, не принадлежащими к хальсе, строжайше запрещалась. С. не должен был даже отвечать на поклон индуса; мусульманина он должен был убивать без пощады, где бы с ним ни встретился. Принято в члены Хальсы совершалось пятью посвященными; с момента посвящения прозелит становился воином, постоянным занятием которого являлась священная война. Он должен был всегда ходить вооруженным или по крайней мере носить на себе что-нибудь стальное. Даже божество С. получило имя Сарва Логанти (Sarba Lohanti) ="все из железа", при чем иконоборческая религия С. получила некоторый оттенок фетишизма. Воины С. стали обращать свои молитвы к мечу; "Грантх" тоже сделался предметом известного культа. В неравной борьбе с могучей империей Ауренгзеба С. должны были уступить силе. Говинд Сингх, преследуемый как зверь в течение тридцатилетней борьбы, растерял своих приверженцев, уцелевшая часть которых скрылась в горах, и должен был принять пост начальника отряда в императорской армии. Он погиб в 1708 г. от руки авганца-убийцы. Реформы его не были приняты всеми С. и в конце жизни он вероятно понял, что с этих пор личный авторитет гуру скорее мог бы привести к расколу, чем к соединению. Этому следует приписать, что, не смотря на усиленный просьбы назначить преемника, он объявил сан гуру уничтоженным и признал, что будущим гуру С. должен быть "Грантх".

После смерти Говинда управление хальсой перешло в руки одного аскета по имени Банда. Под начальством этого свирепого вождя, сикхи три раза делали набеги на своих врагов мусульман, сопровождая их зверствами и резней, редко виданными даже в Индии. Вскоре после последнего своего вторжения войска С. были почти уничтожены полководцами императора Фарокшира, сам Банда взят в плен и отвезен в Дели. В течение семи дней он должен был присутствовать при мучениях 740 своих товарищей, бестрепетно шедших на смерть; его сын был убит на его глазах, а сердце последнего было вырвано палачом и брошено в лицо отцу. После этой нравственной пытки Банда сам испустил дух в мучениях, разорванный на куски до красна распаленными щипцами, при чем он не переставал славить Бога, что тот выбрал его орудием своей мести неверным (1716). К внешним поражениям С. присоединились внутренние раздоры. Банда ввел известные новшества в культ и обычаи С., регламентируя даже их одежду. К запрещению табака, введенному Говиндом, Банда прибавил запрещение крепких напитков и животной пищи (прежде С. не употребляли только говядины), в чем сказался возврат к традиции индуизма. Новшества Банды встретили ожесточенное сопротивление внутри общины, подавлявшееся кровавыми экзекуциями. Так как Банда был простым вождем, а не божественным гуру, то с его смертью С. легко вернулись к прежним своим обычаям. Управление общиной перешло в руки воинствующей корпорации ревнителей веры - Акали (Akill="верный Превечного"), учрежденной Говиндом. Когда распадение могольской империи позволило С. занять снова прежнее положение, Акали сделались хранителями святилища в Амртсаре, где сохранялся оригинальный список "грантха". В важных случаях Акали собирали здесь совет гуру (=Gurmata) - общее собрание вождей С., облеченное высшей властью и сохранявшее, в известной мере, единство и целость общины С. Религиозная история сикхов кончилась этой реформой, но политическая продолжалась еще долго. Сорок лет спустя после своего последнего поражения, С. снова привлекли к своей федерации большую часть джатских сирдарей. В 1764 г. они завладели Лагором и стали единственными господами Пенджаба. В это время они могли выставить до 70 тыс. конницы. Раджпуту Сингху (1797-1839) удалось подчинить С. монархическому правлению, но при его слабых наследниках бурный и неукротимый нрав их, сдерживавшейся железной волей "пенджабского льва", снова дал себя знать. Дважды делали они набеги на британские владения, но дали этим только повод к окончательному сокрушению их самостоятельности, в 1848 г.

В настоящее время С. хотя и представляют разнообразный этнический состав, но являются расой с весьма характерными чертами. Сохранив свое прежнее влечение к войне, С. являются отборными солдатами англо-индийской армии; но религиозный их фанатизм ослабел, а условия военной службы почти уничтожили строгое воздержание их от табака, других наркотиков и крепких напитков. Общее число С. не доходит до 2 милл. Большая часть их образует сплошное население в Пенджабе; небольшие островки рассеяны по всей Индии и в некоторых частях Декана. В религиозном отношении С. продолжают сохранять свое единство, хотя среди них возникли отдельные корпорации. Таковы уже упомянутые Акали, утратившие свое прежнее влияние, Удаси (Udаsi) - "отказывающиеся", отвергающие святость второго "Грантха" (гуру Говинда) и ведущие аскетическую и целомудренную жизнь, Нанакпотра, Диване-садхи (Divane-sadh=бешеные святые), признающие также только Ади-грантх и нередко дающие обет целомудрия, Сутхре (Suthre) - чистые, Нирмалосадху (Nirmale-sаdhu) - чистые святые. Последние живут в общежитиях, большей частью образованы (в индусском смысле) и проявляют наклонность к слиянию с индуизмом, некоторые из обычаев которого они приняли. Сутхре, напротив - порочные бродяги, не отличающиеся ничем от самых низших сортов факиров или йогинов. Культ С. отличается простотой и чистотой. Кроме своего религиозного центра, Амртсара, и немногих святилищ в местах, освященных жизнью или смертью гуру и разных мучеников, С. не имеют, священных мест. Храмы их являются домами молитвы, где читаются отрывки и поются гимны из "Грантха". Собрание расходится после того как каждый верующий получит свою долю Карах прасада (Karahprasa=действительная жертва, род пирожного, освященного именем гуру). В настоящее время С. охотно допускают посторонних к своим обрядам, позволяя им даже принимать участие в своих собраниях. В этой терпимости, сменившей прежний фанатизм, сказывается отчасти индифферентизм.

Литература. 3. Malcolm, "Sketch of the Sikhs" ("Asiatic Researches", т. XI); H. T. Prinsep, "Origin of the Power in the Punjab and the political Life of the Maharajah Runjeet Singh" (Калькутта, 1834); W. L. Mac Gregor, "History of the Sikhs" (1846); J. D. Cunningham, "History of the Sikhs" (1849 г.); Lepel Criffin, "The Law of Inheritance to Chiefships as observed by the Sikhs previous to the annexation of the Punjab" (Лагор, 1869); H. H. Wilson, "Account of the Civil and Religions Institutions of the Sikhs" ("Journ. of the Roy. Asiat. Society", т. IX, 1848 г. и в "Select Works", т. II); E. Trumpp, "Nanak, dor Stifterder Sikhreligion" ("Мемуары мюнх. акад. наук", 1876 г.); его же, "Die Religion der Sikhs" (Лпп., 1881); его же "Adi-Granth or the Holy Scriptures of the Sikhs, translated from the original Gurmukht, with Introductory Essays" (Лонд., 1877); "Sakhee Book, or the Description of Gooroa Govind Singh\'s Religion and Doctrines, translated from Grurmukhi into Hindi, and afterwards into English by Sirdar Attar Singh, chief of Bhadour" (Бенарес, 1873); "The Travels of Guru Tegh Bahadar and Gum Grobind Singh. Transl. from the origin. Gurmukht and with an introd, on the Sikhprophecies hy Sirdar Attar Singh chief of Bhadour" (Лагор, 1876); H. Court, "History of the Sikhs or translation of the Sikkhan de Raj di Vikhia, together with a short Gurmukht grammar" (Лагор, 1888).

С. Булич.

Сила инерции

(в механике) - равна и прямо противоположна потерянной силе. Потерянная сила есть геометрическая разность между заданной силой, приложенной к материальной точке, и движущей С., или геометрическая сумма - заданная С. и С. инерции.

Силурийская система

- вторая из геологических систем, содержащих ископаемые остатки организмов, была установлена в Англии Мурчисоном в 1835 г., получив свое название по имени силуров, древнейших обитателей Уэльса. В 1839 г., в своем сочинении "Siluria", Мурчисон дал подразделение С. системы в Англии и указал соответствующие отложения других стран. В своих существенных чертах подразделение, данное Мурчисоном, удержалось и до сих пор. Преобладающими породами С. системы являются песчаники, глинистые сланцы и известняки; встречаются также породы метаморфические и породы вулканического происхождения. С. образования залегают на кембрийских отложениях обыкновенно несогласно и в большинстве случаев имеют нарушенное напластование, выражающееся в складках и сдвигах. Исключения не часты: России, Швеция и многие области Северной Америки. Фауна С. системы чрезвычайно характерна: на ряду с животными, перешедшими из кембрийской фауны, в ней играют огромную роль граптолиты, известковые плеченогие и наутилиды, появляются первые кораллы (Pterocoralli\'a и Tabulata) и получают значительное развитие Pelmatozoa (Crinoidea и Cystoidea); кроме того, представителями С. фауны являются губки, морские звезды, брюхоногие, двустворчатки, тентакулиты и многие группы ракообразных (Gigantostraca, Ostracoda, Cirripedia), а также рыбы. Остатки растений в С. системе чрезвычайно скудны и принадлежат большей частью водорослям; впрочем, встречены плауновые и Lepidodendron. Из наземных животных до сих пор найдены лишь 2 скорпиона, одно насекомое и одна тысяченожка.

За тип С. системы обыкновенно принимают силурийские отложения Англии, а именно Уэльса, где они были впервые изучены и подразделены. Нижний отдел системы достигает здесь мощности ок. 2000-3000 метр. и слагается из песчаников и сланцев, среди которых залегают подчиненные им известняки. Самым нижним ярусом является тремадокский, в котором, наряду с настоящими силурийскими плеченогими, трилобитами (Asaphidae) и головоногими продолжают существовать кембрийские формы. Следующий аренигский ярус отличается богатой фауной трилобитов. Выше залегает бальский ярус, распадающийся на 3 подъяруса - лландельский, карадокский и собственно бальский; здесь фауна нижнесилурийской эпохи достигает наибольшего своего развития. Следующий выше ярус Лландовери распадается на два подъяруса, нижний и верхний, которые пластуются между собою несогласно и причисляются - один к нижнему отделу С. системы, другой - к верхнему. В ярусе Лландовери появляются уже первые представители верхнесилурийской фауны, которая чрезвычайно богато представлена в двух следующих ярусах, Венлокском и Лудловском.

Кроме Уэльса и западной Англии, в пределах Великобритании С. система встречена еще в Ирландии и Горной Шотландии; в последней она слагается из серой вакки и сланцев, содержащих почти исключительно граптолитов. Английскому типу С. системы, куда относят силурийские отложения Скандинавии, России и Северной Америки, а также Азии, Австралии, Южной Америки и полярных стран, принято обыкновенно противополагать тип Средней в Южной Европы, представителем которого являются хорошо изученный силурийские отложения Чехии (Богемии). Однако новейшие исследования показывают, во первых, что между этими двумя типами нет такой резкой разницы, как это думали раньше, а напротив существуют переходы (напр. силурийские отложения Франции), в во-вторых, что среди образований так называемого английского типа можно отличить несколько типов. Опираясь на эти наблюдения, Фрех различает в силурийской системе северного полушария (главным образом в нижнем ее отделе) отложения 4 провинций: чешско-средиземноморской, балтийской (отложения Скандинавии, Прибалтийского края и русской Польши; сюда же он причисляет отложения Гренландии, Сибири. Китая и Гималаев), северноатлантической (английский бассейн соединявшийся через Францию с чешско-средиземноморским) и тихоокеанско-североамериканской (Сев. Америка и североамериканский полярный архипелаг). В верхнесилурийскую эпоху, когда море сделало в сев. области сев. полушария значительный завоевания (повсеместное сходство отложений венлокского яруса), различие между провинциями балтийской, северно-атлантической и тихоокеанско-североамериканской сгладилось, напротив чешско-средиземноморская область сделалась еще более обособленной.

Принадлежащие к балтийской провинции отложения Скандинавии и России, не смотря на фаунистические особенности, вызываемые главным образом различием фаций, в общем чрезвычайно сходны по своей фауна. Самыми нижними горизонтами являются здесь слои, содержащие наряду с силурийскими окаменелостями и потомков кембрийских трилобитов сем. Olenidae; они развиты в Скандинавии (Ceratopygekalk), но отсутствуют у нас. Выше следуют здесь и там ортоцератитовые известняки; в них играют важнейшую роль из трилобитов представители семейств Asaphidae (Megalaspis, Asaphus), Illaenidae, Cheiruridae и еще некоторых, из головоногих Endoceras, из плеченогих Orthis, Siphonotreta, Orthisina, Lycophoria, из цистидей Echinoencrinus (глауконитовый и вагинатовый известняки у нас [ярусы В2 и В3] и Orthocerenkalk в Швеции). В соответствующих им глинистых отложениях преобладают граптолиты Phyllograptus, Tetragraptus, Isograptns. Верхняя часть нижнего отдела С. системы характеризуется сильным развитием сем. Illaenidae, Phacopidae (Chasmops) и Trinucleidae, из брахиопод Porambonites, Psendocrania, Orthisina, из головоногих Trocholites, Estonioceras, Lituites, из цистидей Echinosphaerites, из граптолитов Didymograptus и Climacograptus; здесь же развиваются древнейшие Pterocorallia (Streptelasma и др.) и Tabulata (Montienliporidae и Syringophyllum), а в верхних частях этого подотдела появляются уже первые представители верхнесилурийских групп Calymmene, Proetus, а также Atrypa, Pentameras, Leptaena, Cyathophyllam, Halysites, Heliolites, и морские лилии (слои С, D, E, F Прибалтийского края, Chasmopskalk, Trinneleus Schiefer, Leptaenakalk Швеции). Верхний отдел С. системы характеризуется прежде всего упадком трилобитов, среди которых уже не появляется новых семейств, а продолжают развиваться прежние, напр. Calymmene; точно также ослабевают граптолиты, среди которых играют главнейшую роль Retiolites, Monograptus, Rastrites и Cyrtograptus. Главное же богатство верхнесилурийской фауны составляют кораллы (Goniophyllum, Omphyma, Favosites, Halysites, Syringopora, Heliolites), морские лилии (Cyathocrinus, Calyptocrinns, Crotalocrinus и множество других) и плеченогие как без ручного аппарата (Rhynchonella, Lieptaena, Striclandinia, Trimerella, Pentameras), так и со спиральными ручными аппаратами (Atrypa, Merista, Spirifer); кроме того характерными являются из головоногих Cyrtoceras, Phragmoceras, Gomphoceras, Ascoceras из остракод Leperditia, тентакудиты, Gigantostraca (Eurypterns и Pterygotns) и рыбы (Pteraspis, Thyestes). В Скандинавии силурийские отложения развиты как в Норвегии, так и в Швеции; в первой они находятся близ Христиании и около оз. Мьезен и отличаются весьма нарушенным напластованием. Напротив, в Швеции они покоятся горизонтально, обнажаясь в очень многих местах полуострова и на о-вах Эланде и Готланде. Они состоят из известняков и сланцев, при чем вторые характеризуются главным образом граптолитами. Чрезвычайно близки к скандинавским силурийские отложения нашего Прибалтийского края. Они тянутся полосой вдоль берегов Ладожского оз. и Финского зал. от Сяси и Волхова до о-ва Эзеля, покоясь горизонтально и слагаясь почти исключительно из известняков. Силурийские отложения этой области подразделены на целый ряд ярусов, обозначаемых буквами от А до К. Внизу они начинаются зеленым глауконитовым песком (В), переходящим в глауконитовый известняк (Ба), покрывающийся в свою очередь ортоцератитовым или вагинатовым известняком (В3). Известняк этот, общий у нас с Скандинавией, характеризуется обилием трилобитов, плеченогих и особенно головоногих, между которыми выдается Endoceras (Orthoceras) vaginatum. Выше следует ярус С, распадающийся на 3 подъяруса – С. эхиносферитовый, С. - кукерский и Gg - интерерский; ярусы эти соответствуют английскому Лландейло. Выше идут ярус D (распадающийся тоже на 3 слоя - иевский, D - кегельский и Д вассалемский), ярус Е везенбергский и ярус F состоящий из двух подъярусов F1 - дикгольмского и F2 - боркгольмского. Все перечисленные ярусы принадлежат нижнему отделу С. системы. Верхний отдел слагается из ярусов G, И, I и К, из которых первые два характеризуются обилием плеченогих Pentamerus (G - ярус с Pentamerus borealis, Нярус с Pentameros estonus), а вторые два I и Книжний и верхний эзельские ярусы соответствуют вполне английским ярусам венлокскому и лудловскому. Силурийские отложения встречены у нас, кроме Прибалтийского края, небольшими островами в губ. Тверской, Псковской и Минской (нижние слои нижнего отдела), в Келецко-Сандомирском кряже (вся система) и в Подольской губ. по течению Днестра (только верхний отдел). С. система известна у нас еще на Тимане и в Сибири (по Нижней Тунгузке, Оленеку, Вилюю и на Ново-Сибирских островах).

Кроме Англии, Скандинавии и России в Европе С. отложения встречены в Чехии, во многих местах Германии и Франции, в Испании и Сардинии. В первой они занимают котловину, вытянутую от Праги до Пильзена, и состоят: нижний отдел (ярус D. Барранда) конгломератов, сланцев, песчаников и кварцитов, верхний (ярус Е. Барранда) - из известняков, отличающихся необыкновенным обилием головоногих. По своей фауне чешские С. отложения довольно значительно отличаются от английских и скандинаво-русских и принадлежат к особой чешско-средиземноморской провинции. Сюда же относятся С. образования Саксонии, Тюрингии, Баварии, Альп, Пиренеев, Сардинии, Испании, Португалии, а также Бельгии и Франции (Лангедок, Бретань и Арденны), причем эти последние сближают уже чешский тип с английским. Огромное распространение имеет С. система в Северной Америке, где типом ее служат С. отложения штата Нью-Йорк. Нижний отдел начинается здесь известковистым песчаником, на который налегают известняки, близкие к ортоцератитовому Скандинавии и распадающиеся на ярусы Чези и Трентонский; нижний отдел заканчивается сланцами, которые делятся на два яруса: Утика и Гудзонский. Верхний отдел начинается конгломератами Онейда, на которые налегает мединский песчаник. Выше следуют ярусы клинтонский и ниагарский; последний состоит из известняков и по своей фауне вполне соответствует венлокскому ярусу Англии. Еще выше располагается ярус Онондага, содержащий в себе соленосные слои и наконец группа цементных известняков (Waterlimegroup) с Eurypterus II Pterygotus. Кроме штата Нью-Йорк - С. отложения развиты в Канаде, во многих штатах по берегу Атлантического океана, в Аппалахской области, в штатах Миссури, Orio, Висконсин, Иова, Миннесота, Арканзас и во многих западных штатах. За пределами Европы и Сев. Америки С. отложения встречены в Китае, Бирме, Гималаях, Австралии, Южной Америке (Аргентина) и северно-американском полярном архипелаге.

Отложения С. системы, представляя часто отличный строительный материал (наприм. плитняки около Петербурга), нередко содержат также залежи различных ископаемых, как в виде жил и штоков, прорезывающих их пласты, так и в форме пластовых залежей. Сюда относятся железные руды (напр. в Эрцберге в Штирии), серебряные руды (Гарц, Андреасберг), ртуть в Альмадене в Испании, антрацит в графстве Корк в Шотландии и в Португалии, горючий сланец у нас в Прибалтийском крае, каменная соль и соляные источники в Канаде и штате Нью-Йорк, фосфориты в Подольской губернии и т. д.

Литература. Murchison, "Siluria" (5 изд., Л., 1872); Barrande, "Systeme silurien du Centre de la Boheme" (П. и Прага, 1852-1881); Linnarsson, "Zeitschr. d. Dentsch. Geol. Gesellschaft" (1873, т. XXV); Brogger, "Die Sil. Etagen 2 u. 3 im Kristianiagebie und auf Ecker" (Христиания, 1882); Frech, "Lethaea Geognostica. Erster Theil. Lethaea palaeozoica" (т. II, вып. 1, Штутг., 1897); Fr. Schmidt, "Revision der ostbaltischen silurischen Trilobiten" (вып. I "Mem. de l\'Ac. Imp. des Sciences de St. Petersbourg", VII сер., т. XXX, ј 1; id. вып. 5, ibid. VIII сер., т. VI, ј 11).

Силуэт

- изображение предмета, подражающее тени, производимой им на плоской поверхности при солнечном или огненном освещении, т. е. такое, в котором обозначается только очертание предмета, а он сам представляется однообразным черным пятном. С. обыкновенно рисуются черной краской на белой бумаге или вырезываются из тонкой черной бумаги, которая потом наклеивается на светлую. Изображения подобного рода с давних Существовали в Китае (так наз. китайские тени) и, вероятно, оттуда проникли в Европу, прежде всего во Францию, где в половине XVIII ст. сильно распространилась мода на силуэтные портреты, в которых, кроме профильного контура физиономии, на черном грунте головы лишь иногда намечались белыми чертами глаза, ноздри, унии и волосы. Самое название С. родилось во Франции; оно происходит от Этьена Силуэтта (1709-1767), бывшего в 1759 г. государственным министром. Стараясь поправить расстроенные финансы страны реформами и бережливостью, он, своими мерами относительно последней, возбудил насмешки элегантного парижского общества: именем его стали называть все мишурно-ничтожное и дешевое, между прочим и нового рода портреты (portraits u la Silhouette), как мизерные в сравнении с настоящими, живописными. Тем не менее, любители С. и искусники их делать расплодились не только во Франции, но и в других странах. В Петербурге, в девяностых годах ХVIII столетия, славился приезжий из Парижа силуэтист Сидо (Sideau), портретировавший императрицу Екатерину II, членов ее фамилии и многих из представителей и представительниц тогдашней русской знати. С. его работы, то рисованные пером и китайской тушью, то гравированные на меди, по большей же части вырезанные из черной бумаги и вклеенные в гравированные орнаментированные рамки, сохранились доныне во многих домах. Целая их коллекция, состоящая из 180 листов и принадлежащая его выс. герцогу Г. Г. Мекленбург-Стрелицкому, недавно издана в фототипических снимках ("Двор Императрицы Екатерины II, ее сотрудники и приближенные", СПб. 1899). Соперником Сидо явился некий полковник Фр. Антинг, а подражателями - очень многие, так что силуэтное портретирование сделалось одним из любимых развлечений петербургской аристократии. Но через несколько лет интерес к нему исчез как у нас, так и повсюду: вырезывание С. обратилось в профессию странствующих артистов, добывающих себе этим искусством скудный кусок хлеба на публичных гуляньях и ярмарках, из людей же хорошего круга лишь изредка кое-кто находил для себя забаву в этом деле. Заброшенное таким образом рисование С. было в недавнее время введено снова в почет талантливым немецким художником А. Коневкой, изменившим и расширившим круг задач этого мастерства; он рисовал в виде С. не профильные портреты, а целые фигуры в разных позах и сложные сцены, то комичные, то идиллически-милые, и его С. этого рода, появляясь в иллюстрированных изданиях и отдельными сборниками, приводили в восторг и взрослых, и детей. Успех Коневки увлек многих других художников на путь подражания ему, в том числе даровитую русскую рисовальщицу сцен детской и народной жизни.

А. С-в

Сильвестр

- священник московского Благовещенского собора, политический и литературный деятель XVI в. Происхождение его нам неизвестно; первое упоминание о нем в Царственной книге относится к 1541 г., когда он, будто бы, ходатайствовал об освобождении князя Владимира Андреевича; но это известие не подтверждается показаниями других источников, и появление С. в Москве с большим основанием можно отнести к промежутку времени между 1543 и 1547 гг.: он или был вызван из Новгорода митр. Макарием, знавшим его как человека книжного и благочестивого, или же прибыл в Москву вместе с митрополитом. При такой постановке вопроса совсем исчезает ореол таинственности, которым окружил появление С. в Москве кн. Курбский: увлеченный библейским образом пророка Нафана, обличающего царя Давида, он рисует эффектную картину исправления молодого царя под влиянием С. еще более усилил краски своим риторизмом Карамзин, изобразив С. являющимся перед Иоанном в момент московского пожара 1547 г. "с подъятым, угрожающим перстом" и с пламенной обличительной речью. В этой речи С., по словам Курбского, указывал Иоанну на какие-то "чудеса и аки-бы явления от Бога", при чем Курбский замечает об этих чудесах: "не вем, аще истинные або так ужасновения пущающе буйства его ради и для детских неистовых его нравов умыслил был себе сие". К подобному "благокознению" С. прибег, по объяснению Курбского, с тою же целью, с какой отцы иногда стараются подействовать на своих детей "мечтательными страхами". Каковы были чудеса, о которых рассказывал С., мы не знаем, но что это педагогическое средство им было действительно применено, нам подтверждает и сам Иоанн, упоминая в письме к Курбскому о "детских страшилах". Д. П. Голохвастов и арх. Леонид полагают, что указанными "страшилами" могли быть те примеры из библейской, византийской и русской истории, которые приведены в послании С. к Иоанну, находящемся в так наз. Сильвестровском сборнике. Как бы то ни было, влияние С. на молодого царя началось с 1547 г. Духовником царя С. не был, так как за время его близости к царю эту должность занимали другие лица; официального участия в церковных и государственных реформах лучшей поры деятельности Иоанна С. не принимал; воздействие его было неофициальное, через других, выдающихся по своему положению людей. Благодаря его связям, оно могло быть сильным: не даром же и для Иоанна, и для Курбского С., на ряду с Адашевым, являлся передовым вождем "избранной рады". В 1553 г. начинается "остуда" царя к С., из-за дела о престолонаследии, возникшего во время болезни Иоанна; в 1560 г. С. окончательно удаляется от двора, так как царь уже вполне утвердился в подозрении, что бояре "подобно Ироду, грудного младенца хотели погубить, смертью света сего лишить, и воцарить вместо его чужаго". Мотивом к такому окончательному повороту была смерть царицы Анастасии, происшедшая, по мнению царя, также по вине бояр.

Когда друзей С. постигла опала, он сам удалился в Кирилло-Белозерский монастырь, где и постригся с именем Спиридона. Курбский утверждает в своей "Истории", что С. был сослан в заточение в Соловецкий монастырь, но это известие не подтверждается другими источниками. Год смерти С. неизвестен: Голохвастов принимает дату 1566 г., но прочных оснований для ее не указывает. Умер С. в Кирилловом монастыре, а не в Соловках, судя по тому, что его "рухлядь" пошла на помин его души именно в Кириллов монастырь. После С. в этих двух монастырях остались некоторые рукописи, пожертвованные им еще до опалы. Такого рода пожертвования подтверждают известие о любви С. к просвещению. Из собственных его сочинений известны два послания к князю Александру Борисовичу Шуйскому-Горбатому, одно разъясняющее ему обязанности царского наместника, а другое утешительное после опалы, а также упомянутое выше послание к царю, отличающееся яркостью образов и энергией увещания.

Важнейшим трудом С. следует признать редакцию "Домостроя". В этом замечательном памятнике литературы XVI века несомненно С. принадлежит 64-я глава, "Послание и наказание от отца к сыну", называемая "Малым Домостроем" и отличающаяся преимущественно практическим характером, С. старается внушить своему сыну житейскую мудрость, доходя в этом отношении иногда до крайности. Это было причиной весьма сурового отзыва Соловьева, указавшего, что все христианские добродетели понимаются С. с точки зрения материальной пользы и в его советах сквозит человекоугодничество, которое не может быть осуществлено без сделок с совестью. Что касается предшествующих глав "Домостроя", то они вероятно, не были собственным произведением С., а явились результатом постепенного накопления правил, касавшихся обязанностей религиозных и семейно-общественных, а также домашнего хозяйства. По мнению проф. Некрасова, "Домострой" сложился в Новгороде и изображает жизнь богатого человека. Это мнение встретило довольно веские возражения со стороны г. Михайлова, который указал в "Домострое" много черт чисто московских, а те особенности, которые признавались г. Некрасовым исключительно новгородскими, наметил в сильной степени и в московском быту. Такое же разногласие существует и относительно редакций "Домостроя": г. Некрасов признает древнейшей редакцией список общества истории и древностей, а список Коншинский считает московской (принадлежащий С.) переделкой памятника; г. Михайлов считает первоначальной (принадлежащий С.) редакцией Коншинский список, как представляющий большую стройность и внешнюю, и внутреннюю, чем список общества, который является в некоторых частях не совсем умелой компиляцией. Во всяком случае участие С. в составлении "Домостроя" не отвергается исследователями, но вопрос о степени этого участия еще нельзя считать окончательно решенным; указания г. Михайлова на сравнительную древность редакций памятника более обоснованы, чем заключения г. Некрасова, но требуют еще дальнейшей разработки. Не решен также вопрос, как понимать "Домострой": есть ли это идеал, к которому стремилась русская жизнь XVI в., или прямое отражение действительности? Из источников "Домостроя" многие указаны г. Некрасовым: это - Св. Писание, творения отцов церкви, "Стослов" Геннадия и др. Г. Некрасовым рассмотрены также и аналогичные "Домострою" произведения литератур западных и восточных; но в сущности такие сравнения, указывая на сходство или различие отдельных черт, ничего не дают для объяснения происхождения самого памятника. Тоже надо сказать и о попытке г. Бракенгеймера провести параллель между нашим "Домостроем" а одним византийским литературным произведением.

По содержанию "Домострой" делится на три части: 1) "о строении духовном"; здесь излагаются правила религиозного характера, рисуется аскетический идеал "праведного жития"; наставления регламентируют малейшие подробности духовной жизни, так что указывается даже, как содержать иконы в чистоте; 2) "о строении мирском" - ряд правил о том, как обращаться с женой, детьми, домочадцами, в этих правилах отражается грубость нравов, развившаяся у нас под влиянием татар, хотя не следует забывать, что в эту эпоху плетка по отношению к жене и сокрушение ребер младенцев, как воспитательное средство, совсем не были чужды и западноевропейским нравам; 3) "о строении домовитом" - множество мелочных наставлений по части домашней экономии. - См. Голохвастов и арх. Леонид, "Благовещенский иерей С. и его писания" (М., 1874); еп. Сергий (Соколов), "Московский благовещенский священник С., как государственный деятель" (М., 1891); "Сборник госуд. знати", т. II (статья Замысловского, СПб., 1875); Некрасов. "Опыт историко-литературного исследования о происхождении древнерусского "Домостроя" (М., 1873); "Журн. Мин. Нар. Просв. ", т. 261, 262, 263 и 270 статьи г. Михайлова и ответ г. Некрасова); Бракенгеймер, " В сравнении с русским Домостроем" (Одесса, 1893); Ключевский, "Два воспитания" ("Рус. Мысль", 1893). Издания Домостроя - 1849 т. в "Временнике" Моск. Общ. Ист. и Древн. (Голохвастова), 1867 г. (Яковлева, СПб.) и 1887 (Одесса). Послания С. изданы Н. И. Барсовым в "Христ. Чт.", 1871 г. Важна также статья И. Н. Жданова, "Материалы для истории Стоглавого собора" ("Журнал Мин. Народн. Пр.", 1876).

А. Бороздин.

Симбиоз

- термин неодинаково понимаемый учеными: одни понимают под С. явление сожительства между 2 и более организмами без взаимного вреда и противопоставляют ему паразитизм, как такую форму сожительства, когда один организм живет на счет другого. По другим ученым. С. называется всякое сожительство двух или большего количества организмов, при чем принципы, на коих построено сожительство, могут быть различны. Наиболее известную и самую тесную форму С. представляет паразитизм, при коем один организм питается на счет другого, как это делает и хищник, но жертва или хозяин" при этом не погибает сразу, ибо потеря, причиняемая ему паразитом, является сравнительно незначительной, а продолжает жить иногда даже без особого ущерба для долговечности. Другая форма С. комменсализм. Комменсалист получает от своего сожителя излишек пищи и не вредит его органам. Наконец, некоторые (Ван Бенеден) принимают еще одну форму С. - мутуализм (Raumparasitismus Клебса), выражающуюся в том, что один организм помещается на другом, не будучи ни паразитом, ни комменсалистом, но получает помещение, защиту, а иногда и сам оказывает услуги своему сожителю. Надо заметить, что в природе все эти явления разграничить одно от другого почти невозможно, и иногда возникают такие формы сожительства, которые не могут быть строго определены. Отношение хозяина во всех этих случаях может быть различно. В случае паразитизма хозяин получает несомненный ущерб и при заражении паразитами важных органов может последовать смерть. При комменсализме хозяин может относиться индифферентно к комменсалистам, но легко может случиться, что последние будут брать не только излишек добычи хозяина, но и то, что нужно ему самому. Наконец, иногда как в случае комменсализма, так и мутуализма, оба организма могут оказывать друг другу обоюдные услуги. Симбиотические отношения могут устанавливаться как между растительными организмами или между животными, так между животным с одной стороны и растением с другой.

С. у животных выражается в форме паразитизма, коменсализма и мутуализма. К числу мутуалистов относят родственных вшам власоедов и пухоедов, питающихся, однако, не кровью хозяина, как вши, а ороговелыми клетками волос, перьев и кожи и может быть до известной степени ему полезных уничтожением перхоти. Другой пример мутуализма представляет пиявка (Histriobdella), живущая на брюшке омара и истребляющая, по Ван Бенедену, только погибшие и загнивающие яйца, которые омар, как и наш рак, носит прикрепленными к брюшку. Удаление таких яиц, конечно, существенно полезно для развития прочих, свежих. Однако, случаев чистого мутуализма очень немного и вообще само деление сожителей на комменсалистов и мутуалистов принимается не всеми и разграничить эти явления часто невозможно. Случаи комменсализма наблюдаются во всех типах и в большинстве классов животного царства. Стебельчатые инфузории иногда массами поселяются на рачках. Вообще ракообразные служат часто седалищем для губок, гидроидных колоний, актиний и др. Вероятно, все эти животные извлекают некоторую выгоду из этого сожительства. Особенно характерно сожительство актинии Sagartia parasitica с раком-отшельником. Она поселяется всегда на раковине моллюска, обитаемой этим раком. Актиния пользуется раком-отшельником, как способом передвижения, и благодаря ему она перемещается в новые области, богатые пищевыми средствами. С другой стороны, актиния поражает добычу стрекательными аппаратами своих длинных щупалец и часть парализованной добычи попадает и раку-отшельнику. В раковине европейских раков отшельников поселяется еще третий сожитель кольчатый червь из р. Nereis, который пользуется остатками стола рака. Панцирь одного краба (Dromia vulgaris) обрастается губкой (Suberites domuncula), при чем краб в случае поспешного бегства может сбрасывать эту губку. Другие губки сожительствуют с полипами: так на обыкновенной, употребляемой для мытья губки (Euspongia officinalis) живет полипчик Spongicola fistularis, а в губке Euplectella aspergillum, замечательной своим кремневым скелетом, внутри в ее полости, рачок Aega spongophila. Вообще губки обитаемы часто рачками, червями и др. животными. Медузы поражают обыкновенно добычу своими стрекательными аппаратами и часто проглатывают рыбок, однако, некоторые рыбки находить себе безопасный приют между щупальцами медуз; напр. рыбка Caranx trachurus держится между щупалец медузы Cassiopea borbonica. В полости медузы Aurelia живет маленькая морская звезда из офиур (р. Ophiotrix), а в медузе Cyanea arctica, по Агассису, живет окрашенная в тот же цвет актиния Bicidium parasiticum. Не редки случаи сожительства у иглокожих, а именно у голотурий, в их дыхательных органах (водные легкие), живет угревидная рыбка Fierasfer, но она иногда прорывает эти органы и помещается в полости тела голотурий. На морских звездах (Astropecten aurantiacus) живет червь Polynoe и на другой звезде (Archaster typicus) моллюск (Eulima). Некоторые моллюски дают прибежище ракам. Так, гигантская Tridacna дает приют крабу Ostracotheres tridacnae, а жемчужница другому раку (Conchydotes meleagrinae). В жаберной полости асцидии мы находим весьма многочисленных рачков из веслоногих (Copepoda), тогда как плотный клетчатковый покров этих животных также дает приют некоторым животным. Примеры сожительства находим и между позвоночными. Так в жаберной полости бразильского сома (Platystoma) живет маленькая рыбка Stegophilas insidiatus, которую долгое время принимали за молодь этого сома, ибо есть рыбы, которые дают приют своей молоди в жаберной полости. Живущие в море позвоночные могут давать помещение многим мелким обитателям. Однако, во многих случаях сожительство это приближается к паразитизму. Так, на коже китов живут сидячие усоногие рачки (Coronula, Balanus и др.), при чем для каждого вида китов характерны свои сожители и притом каждый сожитель имеет свои излюбленные места тела. Однако, присутствие этих рачков вызывает болезненные процессы в коже кита, хотя питаются они не за счет кита. В кишечнике животных (в рубце) и в лошади (в слепой кишке) встречаются иногда в очень большом количестве паразитические инфузории различных семейств, не причиняющие им особого вреда и, по мнению некоторых (Эберлейн), эти инфузории даже содействуют усвоению пищи, именно клетчатки, переводя ее в удобоусвояемые соединения. Оба эти случая стоят, однако, уже на границе с паразитизмом, и мы знаем родственных усоногим ракообразных, которые впиваются в хозяина особыми отростками и питаются на счет его, как знаем и заведомо паразитических и иногда вредных инфузорий. Эти примеры показывают, что некоторые случаи паразитизма могут быть рассматриваемы как видоизменение безвредного вначале сожительства. Как особую форму сожительства надо отметить присутствие в гнездах общественных насекомых, как муравьев, целого ряда других животных, носящий общее название мирмекофилов. Ср. Van Beneden, "Les commensaux et les Parasites dans ie regne animal" (П., 1875); Hertwig, "Die Symbiose oder genossenschaftliches Leben der Tierea (иена, 1883); Bouvier, ": J. a chlorophyle animale etc." ("Bull. Soc. Philom.", сер. V, 1898).

В. Шимкевич.

С. в растительном царстве. - Проявления С. в растительном царстве можно разделить на три группы: 1) С. растений с животными организмами. В этом С. участвуют с одной стороны зеленые водоросли (Chlorella), желтые водоросли (Zooxantnella) или печеночные мхи (Musci hepaticae), с другой - инфузории, радиоларии, иглокожие, губки, мшанки и черви. Самый интересный случай С. этой группы можно проследить у полипа Hydra viridis, весьма обыкновенного в пресных водах; вся внутренняя полость этого полипа покрыта сплошным слоем зеленых водорослей, размножающихся по мере развития гидры. Водоросль (Chlorella vulgaris) составляет с гидрой настоящей агрегат и передается по наследству всем поколениям организма, так как клетки водоросли находятся также в яйцах гидры. С. проявляется здесь с очевидностью, если сохранять зеленую гидру в фильтрованной воде: благодаря водорослям она может продолжать свое развитие без помехи и остановки, между тем как другие гидры, лишенные водорослей (Hydra fusca), гибнут в скором времени в этой воде от недостатка пищи. Водоросль доставляет гидре необходимый углерод, добываемый из угольной кислоты воздуха при помощи хлорофилла. Что же касается выгоды, извлекаемой водорослей от С., то она выражается, прежде всего, в приюте, доставляемом ей во внутренней полости организма гидры. Кроме этого тут вероятно происходит также обмен питательных веществ и в пользу гидры. Водоросль, состоящую в С. с гидрой, находят также весьма часто живущей самостоятельно в пресной воде; неделимые, извлеченные из тела гидры, удалось также культивировать в воде. Тогда как в только что описанном случае животный организм служит, так сказать, убежищем для водоросли, живущей с ним в С., можно также указать на другие симбиозы, где, напротив, растение служит убежищем для животного организма. Подобный С. мы видим у некоторых печеночных мхов, обретающих в своих тканях известные лучистые Callidina symbiotica, С. Leitgebii. 2) С. споровых растений между собой - происходит при участии водорослей, с одной стороны, водорослей, печеночных мхов и грибов с другой стороны. В этой группе особенно замечателен С. водорослей с грибами. Из тесного соединения этих двух элементов составляются весьма характерные организмы, приобретающие особые морфологические и физиологические признаки. Эти организмы известны под названием лишайников - Luchenes. Прежде лишайники рассматривались как самостоятельные организмы, происхождение которых, равно как и отношения к другим группам растений, оставались загадочными. В настоящее время, благодаря работам различных ученых, между которыми особенно выдается Швенденер, симбиотическое происхождение лишайников сделалось очевидным, так как удалось изолировать водоросль и гриб, составляющие лишайник, и культивировать их отдельно. Степень влияния С. на оба организма различна, так как водоросль без гриба продолжает свое развитие и часто встречается самостоятельно в природе, между тем как гриб, участвующий в симбиозе, в большинстве случаев, теряет способность жить без участия водоросли. Не смотря, однако, на явное симбиотическое происхождение лишайников, их все-таки в систематике придется оставить в отдельной группе, в виду тех морфологических особенностей, которые ими приобретены вследствие С. и приспособления к окружающей среде. Некоторые водоросли живут в С. с печеночными мхами; напр. Nostoc lichenoides на нижней поверхности таллуса некоторых Anthoceros; Trentepohlia endophytica в клетках Jungermannia. Многочисленные водоросли живут в С. с другими водорослями; напр. Streblonemopsis irritans образует галлы на Cystosira opuntioides; Periplegmatium gracile живет в нитях Cladophora fracta. 3) С. споровых с высшими растениями, в котором участвуют водоросли или грибы. Водоросли, входящие в С. с высшими растениями, принадлежат к отделу ностоковых (Nostocaceae). 0ни помещаются в большом количестве либо в самих клетках паренхимы, как например Scytonema Gunnerae в корневище и стебле Gunnera, либо на поверхности ткани в различных складках и выемках, как Anabaena Azollae на листьях Azolla Caroliniana или Anabaena Cycadearum в корнях различных Cycas. С. грибов с высшими растениями играет весьма важную роль в природе. Гифы грибов помещаются либо на поверхности корней, либо в эпидермических клетках корней, образуя так называемые микоризы (Муcorrhiza), то есть соединение корней с гифами. Внешние микоризы представляются в виде плотного чехла из густо сплетенных гиф, окружающего корни и срастающегося с их эпидермой. Роль их заключается в простой передаче корням тех органических веществ, которые извлекаются гифами из перегнойной почвы.

Все хвойные деревья и большинство лиственных пород снабжены такими микоризами при нормальных условиях прорастания. Узнать присутствие внешней микоризы с достоверностью можно конечно только при помощи микроскопа, хотя и простым глазом можно отметить у корней с микоризами некоторые особенности, состояния в отсутствии волос и в характерном разветвлении на подобие кораллов. Многочисленные опыты показали несомненное влияние микориз на развитие деревьев. Их присутствие дает возможность дереву пользоваться органическими веществами, находящимся в перегнойной почве лесов и поэтому сильно способствует развитию деревьев; деревья, лишенные микориз, развиваются гораздо медленнее и хуже. В почвах без перегноя никогда не бывает микориз, даже на тех видах, на которых при иных условиях они встречаются. Внутренние микоризы встречаются у многочисленных травянистых или кустарных растений, особенно у брусничных, вересковых, грушанковых и орхидных. Здесь гифы помещаются в эпидермических клетках корней, образуя более или менее объемистые клубни. С. в этом случае несколько сложнее в том отношении, что высшее растение является в конце концов паразитом гриба. В самом деле гифы гриба, проникнув в эпидермические клетки корней, являются наполненными белковыми веществами и маслами, добытыми из перегноя, но окружающая их протоплазма клеток, мало помалу, извлекает эти материалы из гиф, которые наконец совершенно растворяются. Вопрос, к каким собственно видам принадлежат гифы, образующие микоризы, остался до сих пор нерешенным. Очень вероятно, что в образовании внешних микориз участвует большинство шляпочных грибов, встречающихся в таком значительном количестве в наших лесах (Boletus, Amanita, Tricholoma, Cortinaria и др.) и прежде всего различные гастромицеты (Melanogaster, Scleroderma) и трюфельные (Tuber, Elaphomyces). Что же касается внутренних микориз, то их плодоносные органы совершенно неизвестны и полученные результаты культур не выдерживают критики. Образование клубневидных наростов на ольхе, лоховых и мотыльковых следует также приписать С. этих корней с грибами или с бактериями, или с обоими вместе.

Ячевский.

Символ

С. веры.

I. Греч. слово to sumbolon (sun - с, boloV бросание, метание; sumballein - совместно нескольким лицам бросать что-либо, напр. рыбакам сети при ловле рыбы) позже стало означать у греков всякий вещественный знак, имевший условное тайное значение для известной группы лиц, напр. для поклонников Цереры, Цибелы, Митры. Тот или иной знак (sumbolon) служил также отличием корпораций, цехов, разных партий - государственных, общественных или религиозных. Слово "С." в житейской речи заменило более древнее слово shma (знак, знамя, цель, небесное знамение). Еще позже в Греции sumbolon называли то, что на Западе наз. lagritio - номер или билет на получение бесплатно или по уменьшенной цене хлеба из казенных складов или от щедрых богачей, а также перстни. означавшие должность (напр. перстни афинских судей), билеты на вход в театры, на народные игры, на гладиаторские бои, римские тессары (tessarae - навощенные дощечки, на которых писались военные командные слова). Друзья, расставаясь, брали иногда навощенную дощечку, писали или рисовали на ней что-либо и потом разрывали ее пополам: одна часть оставалась у одного, другая - у другого (tessarae hostiales). При встрече они признавали себя друзьями, если, приложив одну половину дощечки к другой, видели, что обе плотно прилегают одна к другой по линии разрыва. Иногда слово С. означало долю денежного взноса в складчину на доброе дело, на покупку чего-либо нужного для целой общины, а также верительную грамоту иностранного посла. Sumbolax, deipnon apo sumbolwn назывались пиршества или обеды на сборные деньги, а также добровольные приношения на общее угощение. Тем же словом именовались письменные договоры между двумя соседними греческими государствами относительно образа действий, который следовало соблюдать при тяжбе гражданина одного из этих государств с гражданином другого. В Афинах такие договоры назывались dicax apo sumbolwn и выполнялись строго, если были утверждены афинской дикастерией. В эпоху появления в мире христианства символами назывались проекты постановлений, составлявшиеся на общинных собраниях. Большую роль символы и символический культ играли и у других языческих народов древности, напр. у египтян, от которых их могли воспринять и евреи. Климент Александрийский ("Стромата", V) утверждает, что Моисей методом Иероглифическим объяснял, под таинственными С. животных, правила нравственного закона, и что декоративные украшения скинии извлечены им из того же источника. Весь почти культ евреев имел символически преобразовательный характер по отношению к грядущему царству Мессии. Не только апостолы, но и сам И. Христос (Иоанн. III, 14; Лук. XXIV, 27) относит к себе как символ свой и прообраз воздвигнутого Моисеем в пустыне медного змия. Отцами церкви, начиная с Варнавы, каждая подробность в Ветхом Завете толкуется как С. или прообраз того или другого факта христианской истории. Во время гонений христиане создали для себя особый символический язык. Найденные и описанные до сих пор символические изображения первых веков относятся отчасти к ересям (напр. гностицизму), но главным образом  - к древней христианской церкви. Уже Апокалипсис содержит в себе массу С., изображающих отношения первобытной церкви к тогдашнему римскому государству, и наоборот. Во втором веке христианские С. украшают уже не только места религиозных собраний и молитвы, но и частную домашнюю жизнь. Главные свидетельства о символах на перстнях и тайных документах верных находятся в "Педагоге" Климента Алекс. (кн. 3, 106). Символическими изображениями, образами или иконами заменялись нередко между христианами tessarae hostiales. Лилия и роза составляют постоянную принадлежность Св. Девы Марии в ее изображениях; св. Георгий поражает своим копьем морского дракона; нимб окружает, большей частью, главы святых. О "С." вообще см. "Реальный словарь" Любкера (два русских перевода), "Dictionnaire d\'hist. ecclesiastique", Боста (Женева, 1884), "Encyclopedie des sciences religieuses", Лихтенбергера (т. XI, Пар., 1881) и "Dictionnaire des antiquites chretiennes", аббата Mapтиньи (П., 1889).

II. Особенно важное значение имеют С. веры. Новейшие богословы, напр. профессор И. В. Чельцов, обособляют "С." от "соборных вероизложений", т. е. от изложений христианского вероучения в деяниях вселенских соборов, а преосв. Сильвестр, в своем "Догматическом Богословии", отличает, кроме того, "исповедания веры", изданные частными лицами во имя церкви или от лица ее. С. веры всегда отличаются краткостью; они только излагают, в аподиктической форме простых предложений или бесспорных фактов, главные догматы веры) без доказательств, как предмет восприятия верой. Первый С. веры христианской дан самим I. Христом, в словах, сказанных Им ученикам Его перед вознесением на небо: "шедшие, научите вся языки, крестяще их во имя Отца и Сына и Св. Духа, учаще их блюсти вся, елики заповедах вам; и се Аз с вами есмь во вся дни до окончания века" (Мф. XXVIII, 18-20; Марк, XVI, 15 и сл.). Первые отцы церкви излагали перед своими учениками учение И. Христа и апостолов, составлявшее ту норму их пастырской деятельности, которая обозначалась словами: pistiz canwn alhexaz, regula veritatis, и входила в состав христианской disciplinae arcanae. Сами отцы церкви нередко замечают, что. или regula fidei преподана апостолами, которые сами получили ее от Христа. Письменное изложение некоторых деталей этой regula fidei впервые появляется около 140 г., в евангельской формуле крещения ("во имя Отца и Сына и Св. Духа"), у Тертуллиана, Киприана, Фирмилиана Кесарийского, в канонах церкви коптской. Руфин нашел так называемый апостольский С., писанный на латинск. яз. В толковании на этот С. Руфин утверждал, что это подлинный текст С., составленного апостолами на соборе в Иерусалиме. Явившись на собор, апостолы имели каждый свой особый С., составленный применительно к потребностям места проповеди каждого из них; затем они решили общими силами составить один образец веры, который мог бы служить для них во время проповеди руководством и правилом, охраной от возможного разногласия. Они назвали свое коллективное произведение С. что указывает на сбор или выборку содержащегося в нем учения из проповеди всех апостолов. Апостольским найденный им С. Руфин называет или потому, что каждое слово в нем дано апостолами (1 Кор. XI, Деян. XV), или потому, что он содержит веру, несомненно проповеданную апостолами. Но так как в каждом месте, где проповедовали апостолы, существовал свой С., то название апостольского С. приличествует и многим другим С. Проф. Чельцов дает следующие заглавия С.: апостольская вера иepycaлимской церкви, церковная вера Kecapиe-палестинской церкви, вселенская вера антиохийской церкви, апостольская вера церкви кипрской и церквей малоазийских, апостольские догматы александрийской церкви, апостольской С. римской церкви. О происхождении этих С. от самих апостолов свидетельствует убеждение всей древности, а также почти полное тождество всех исчисленных шести С. по содержанию. Ириней и Тертуллиан, указывая на формы С., говорят о них не как о чем-то новом, а как о предании апостольском (1 Тим. VI, 12; 1 Петр. III, 21). С. веры, читаемый каждым взрослым при крещении, Тертуллиан называет "правилом, Христом установленным, высшим для нас всяких недоумений". Он же замечает, что крестящиеся произносят правило веры в форме ответов на вопросы, даваемые крестящим пресвитером, при чем "вопрошаемые отвечают подробнее, чем Господь установил в Евангелии".

Кирилл Иерусалимский С. Иерусалимской церкви, сохраненный им в надписях его огласительных поучений, называет "святой и апостольской верой"; Макарий Иерусалимский, по свидетельству Геласия Кизического, на соборе никейском, тот же Иерусалимский С. назвал "апостольской непреложной верой, которую церковь Христова хранит изначала, по преданию от самого Господа, через апостолов, из поколения в поколение, и будет хранить во веки. Иоанн Кассиан, приводя текст С. антаохийского, замечает, что в нем изложена вера всех церквей, так как одна вера для всех. Александр, епископ александрийской, называет С. александрийский "апостольскими догматами Церкви", т. е. получившими начало от самих апостолов. Из всех древних С. с особенным вниманием современная наука останавливается на С. апостольском, который римская церковь считает во всем его составе произведением апостолов; в более позднее время даже римская курия делала попытку определить с точностью, какие именно слова в апостольском С. какому именно апостолу принадлежат. С точки зрения православной церкви завершительным актом в области символов веры служит С. никео-цареградский, составленный, в первой его половине, на никейском соборе (325 г.), во второй - на соборе константинопольском (381 г.), где оба С. были соединены воедино. Признание и громкое чтение этого С. при крещении каждого взрослого требуется не отменно; лишь за крещаемых младенцев читает громко С. восприемник или, по его желанно, кто-либо из совершающего таинство причта. Относительно так назыв. апостольского С. в науке существует мнение, что Руфин увлекся доверием к народному преданию; указывают на то, что если бы этот С. был написан непосредственно самими апостолами, он был бы помещен или в "Книге Деяний апостольских", или в каком-либо издании апокрифов. Самим Руфином текст апостольского С. очищен от примесей аквилейской его редакции. Мартиньи ("Dictionnaire", стр. 755) сообщает четыре текста этого С., с разными чтениями.

Само название "С." в древности церковью не применялось; в первый раз оно встречается у Амвросия Медиоанского, в его "послании" (XLII) к папе Сирицию I. Вообще обычай называть "исповедания веры" символами - обычай западный, и само слово С. вошло в употребление в применении к тому, что на греческом Востоке носило название "учения веры". Восточные отцы церкви и соборы и в IV в. не давали "исповеданиям веры" имени С., называя их "изложениями веры" или "верой". Во главе "вероизложений", сделанных отдельными богословами, проф. Чельцов ставит рассуждение пресвитера Викентия, монаха Лиринского (пис. ок. 434 г.). Вероизложения и исповедания пишутся авторитетными Иерархами или другими учеными лицами, вследствие особых обстоятельств, напр. по просьбе какой-либо церкви, уклонившейся никогда от восточно-православного и вселенского единства. В течение двух почти тысячелетий существования христианства в мире, каждое христианское общество, каждая секта вырабатывает свои С.

Возникла новая наука - символика, изучающая сравнительно С. разных вероисповеданий и с большим успехом заменяющая так называемое полемическое или обличительное богословие старого времени. Шлейермахер называет символику "сравнительной догматикой", Пельт - средством к "познанию конфессиональных принципов всех вероисповеданий". История символики начинается с XVI в. и на первых порах имеет целью полемику (theologia elenctica). Сюда относятся: Хемниц, "Examea concilii tridentini" (Франкф., 1588); Галов, "Synopsis controversiarum, quae Ecclesiae Christi cum haereticis... socinianis, anabaptistis, calvinianis, calixinis, aliisque intercedunt" (Виттенб., 1653); Вальх, "Introductio in libros symbolicoa eccl. luther. " (1752): Землер, "Apparatus ad libros symbolicos Eccl. Luth. " (Галле, 1775); Беллярмин, "Disputationes de controversiis..." (Рим, 1581-93; Прага, 1721); Боссюэт, "Exposition de la doctrine de l\'eglise cathol. sur les matieres de controverse" (Пар., 1671). Не ранее, как во второй половине XVIII в., полемика отступила на второй план. Первый толчок в этом направлении дал геттинг. проф. Планк в своих соч.: "Geschichte der Enststehung" etc." (Лпц., 1791-1800) и др., которые особенно одобрял Шлейермахер. Затем следует Маргейнеке, применивший к истории догматов метод гегельянский. Его соч.: "Christl. Symbolik od. histor. Kritik and dogm. comparative Darstellung des kathol luther., reform. u. socin. Glanbens" (Гейдельб., 1810-13); "Institutiones Symbolicae" (1812, 3 изд., 1830); "Vorlesungen ub. die chr. Symbolik" (1848). Особенное значение символика, как наука, приобрела на Западе после сочин. Мелера ("Symbolik, 1832; 7-е изд., 1864). Замечательны, далее, след. соч.: Creuzer, "Symbolik aller christlichen Confessionen" (1837-44); Guericke, "Allgemeine christi. Symbolik vom luther. Kirchi. Standpгnkt" (3-е изд., 1861); Baier, "Symbolik der roem. Kathol. Kirche" (Грейфсв., 1854); Matthes, "Camparative Symbolik aller christl. Confessionen" (Лпц., 1854); Bunsen, "Das Symbol des Kreuzes bei alien Nationen" (1876); Hoffmann, "Symbolik od. system. Darstellung des symb. Lehrbegriffs" (Лпц., 1857); Oehler "Lehrbuch d. Symbolik" (Тюбинг., 1876); Wendt, "Symbolik der Romisch. Kirche" (Гота, 1880); Gass, "Symbolik der griechischen Kirche" (Б., 1872); Plitt, "Grundriss der Symbolik fur Vorlesungen" (Эрланг., 1875); Scheele, "Theologisk Symbolik" (Упсала, 1877); Hoefling, "De Symbolorum natara, necessitate, autoritate et usu" (Эрланг., 1841); Schaff, "Bibliotheka Symholica Ecclesiae universae" (Нью-Йорк, 1877); Caspari, "Ungedruckte, unbeachtete und wenig beachtete Quellen zur Greschiclite des Taufsymbols und der Griaubensregel" (1866-79); Hahn, "Biblioth. der Symbol - und Glaubensregel der apost, cathol. Kirche" (1842); Schaff, "Bibliotheca symbolica ecclesiae universae" (Нью-Йорк, 1877). Относительно издания С. и вероизложений на русском языке см. стр. 29 в "Догматическом богословии" преосв. Сильвестра (Киев, 1844). Ср. еще Бердникова, "О символических знаках и изображениях на христианских археологических памятниках" ("Правосл. Собеседник", 1869); Воинова, "Ветхозаветные С. по указаны богосл. книг" ("Душепол. Чтение", 1863 и 1865); "Значение символов в лютеранстве" ("Правосл. Собеседник", 1875).

Сименс Эрнст Вернер

(фон-Siemens, 1816-92) - знаменитый герм. инженер, образование получил в артиллерийско-инженерной школе в Берлине, в 1841 г. получил первую привилегию на способ гальванического серебрения и золочения и для эксплуатации этой привилегии основал в Берлине завод в компании с Геннигером. Затем он устроил дифференциальный регулятор для паровых машин и водяных колес, который поныне употребляется в некоторых механизмах. В 1844 г. командирован был в артиллерийские мастерские в Берлине для производства опытов по применению взрывчатой хлопчатой бумаги. В 1847 г. С. вошел в состав комиссии по введению электрических телеграфов в Пруссии. Это послужило толчком к ряду изобретений С. по телеграфной части и, между прочим, к устройству специальной машины для покрывания медной проволоки гуттаперчей (1846); машина эта вошла во всеобщее употребление при производстве изолированных проводников для подземных и подводных телеграфных кабелей. В 1848 г. он заложил в нильской гавани первые подводные мины, снабженные приспособлениями для воспламенения электрическим способом, а в качестве коменданта крепости Фридрихсорт построил батареи для защиты экернфердерской гавани. Зимой 1848-49 г. С. по поручению правительства, проложил подземную телеграфную сеть между Берлином, Франкфуртом и Аахеном, после чего оставил военную службу и посвятил себя телеграфо-строительному заводу, основанному им в Берлине вместе с механиком Гальске, в 1847 г. Из этого завода, на котором в настоящее время работает несколько тысяч человек, вышло множество изобретений и усовершенствовании по части телеграфного дела и электротехники. Между прочим, С. выработал теорию продолжения подводных кабелей и изобрел динамо-машину (X, 629), теорию которой, являющуюся исходным моментом всей современной электротехники, он изложил в берлинской академии 17 января 1867 г. С. проложил первый подводный кабель в открытом море (линия Бона-Кальяри), а в 1879 г. построил на берлинской выставке первую электрическую жел. дорогу и с тех пор принимал наиболее деятельное участие в развитии и распространении электрических жел. дорог. Из многочисленных предприятий, осуществленных фирмой С. в Гальске, следует в особенности отметить сооружение телеграфной сети в России, начатое в 1853 г. Большой завод в Шарлоттенбурге изготовляет кабели для подземной проводки, для электрического освещения и для телефонов; другой кабельный завод устроен был в Англии, и на нем выделано было семь кабелей, соединяющих Европу с Америкой. Отделения предприятий фирмы С. и Гальске открыты были ив Вене, СПб. и Тифлисе; на Кавказе фирма занималась и нефтепромышленностью. В 1887 г. товарищество С. и Гальске преобразовано было в акционерное общество, с основным капиталом в 35 милл. марок, который в 1898 г. увеличен был до 40 милл., а в 1899 г. до 45 милл. марок. Общество ведет в различных странах множество предприятий (по электрическому освещению, по эксплуатации телефонов, телеграфов, электрических жел. дорог, по передаче электрической энергии), но все же центр его деятельности в производстве аппаратов и принадлежностей электротехники. В 1874 г. берлинская академии наук избрала Вернера С. ординарным своим членом; в 1888 г. он возведен был в дворянское достоинство. С. напеч. "Positive Vorschlage zu einem Patentgesetz" (Б., 1869), "Gesammelte Abhandlungen und Vortrage" (там же, 1881); второе издание последней книги составляет 1-й том его "Wissenschaftliche und technische Arbeiten" (2 т., Б., 1889-91). Кроме того, он оставил интересные "Lebenserinnerungen" (Берл., 1892; 4 изд., 1895).

Симеон

- царь болгарский (885-927), сын болгарского князя Бориса; детство и юность провел в Константинополе при дворе, в качестве заложника; воспитывался вместе с сыновьями императора Михаила III и получил хорошее образование, так что льстецы впоследствии называли его полу греком (hmiargoz) и сравнивали с Птолемеем Египетским. Епископ кремонский Лиутпранд, бывший в Константинополе в начале Х в., передает, в "Antapodosus", известие, что греки всеми мерами старались уговорить С. принять монашество и навсегда остаться в Византии; это дало бы им возможность прибрать к своим рукам Болгарию, так как у Бориса детей более не было. С. уступил, наконец, увещаниям императора и патриарха принял пострижение, но в 885 г., получив известие о смерти отца, сбросил рясу и бежал в Болгарию, унеся с собой непримиримую вражду к грекам, которую и обнаружил тотчас же по вступлении на престол. Он отсрочил падение Болгарского царства почти на целое столетие (971 г.). Болгария достигла при нем самой высокой степени своего могущества. Греки, терпевшие поражение в целом ряде беспрерывных войн, сохранили в своей власти только некоторые приморские пункты. Болгары несколько раз едва не овладели Константинополем; неудачу они потерпели лишь за неимением флота. Императоры Лев Х и Роман Лакапин ценой унижения и обязательством платить ежегодную дань покупали у них мир. С. завладел почти всем Балканским полуостровом, частью нынешней Венгрии и Валахии; сербы также признавали его верховную власть. К концу его царствования у греков оставался в Европе один лишь Константинополь, окруженный тесным кольцом болгарских войск, и если бы не внезапная, загадочная смерть С. (думают, что он отравлен греческим наемником), то на Византию мог бы обрушиться решительный удар. Чтобы не стоять ниже византийского императора, С. принял титул цезаря (царя), а чтобы предохранить своих подданных от вымогательств византийского духовенства, сделал свою столицу Преслав резиденцией патриарха. При нем болгарская литература переживала свой золотой век и имела важное историческое значение. Ни одна из западных литератур не представляет в столь отдаленную эпоху такого громадного запаса заимствованных от греков сочинений библейского, богослужебного и богословского содержания. Кроме того, болгары переводили с греческого так назыв. апокрифы, распространившиеся в средние века по всей Европе и у нас в России под именем "болгарских басен". Они прежде всех сделали из древне церковно-славянского языка язык литературный, а их произведения, распространявшиеся среди всех православных славян, содействовали оживлению национальных литератур. Из писателей Симеонова века известны: Иоанн, экзарх болгарский, который перевел "Шестоднев" Василия Великого, и черноризец Храбр, оставивший важное сказание: "О письменех". Сам С. также, по преданию, не был чужд литературе, но из его произведений ничего не дошло до нас. С именем его связан лишь известный "Изборник С." - свод статей различного содержания, переписанный впоследствии для Святослава, великого князя киевского (1073-1076), известный теперь под именем "изборника Святослава" и хранящийся в Имп. публичной библиотеке.

Литература. Богатейший материал для характеристики С. и его отношений к грекам заключается в письмах к нему патриарха Николая Мистика (у Migne, "Patrologiae carsus completus" т. 101), в открытой директором афинской библиотеки И. Сакеллионом его переписке с посланником императора Льва Мудрого, Львом Магистром, и с Романом Лакапином (Deltxon, 1886 г.) и в слове неизвестного автора: "Boulgarwn sumbasei изданном Проф. О. И. Успенским в "Известиях Новороссийского Университета" за 1895 г. Этот материал отчасти разработан болгарским ученым Н. Златарским ("Сборник за народни умотворения, наука и книжнина", София, 1895 г., т. IX, X, XI). С историко-литературной стороны время С. рассмотрено в соч. Палаузова: "Век болгарского царя С.".

В. К-ов.

Симеон Новый Богослов

- препод., писатель, родился в пафлагонском селении Галате от знатных и богатых родителей, воспитание получил при константинопольском дворе и был приближенным императоров Василия и Константина. Двадцати лет С. оставил двор и поступил в Студийскую обитель, где предался строгому подвижничеству под руководством старца этой обители, С. Благоговейного. По совету последнего С. перешел в обитель св. Мамонта, где, по смерти настоятеля, избран был игуменом и посвящен в сан пресвитера. С. ежегодно праздновал память своего наставника С. Благоговейного, составил в честь его похвальные слова, песни и каноны, написал и икону его. Патриарх Серп и, услышав об этом, одобрил С., но Стефан, митрополит никомидийский, а с ним и некоторые из приходских иереев и мирян восстали против этого обычая, находя его противным порядкам церкви и соблазнительным. Для успокоения умов и удовлетворения Стефана патриарх с синодом решили удалить С. из Константинополя. С. поселился в местности, принадлежавшей его ученику и почитателю, патрицию Христофору Фагуру. Здесь С. устроил обитель, прожил в ней 13 лет и скончался мирно в 1032 г. Память С. 12 марта и 12 окт. С. замечателен преимущественно как богослов-проповедник; отличительная черта его богословствования - приложение теоретического христианского учения к христианской жизни. Из сочинений С. на славянском и русском языках изданы весьма немногие. В "Добротолюбии" напечатаны: "Главы деятельные и богословские" (числом 152; в русском переводе напечатаны в "Христ. Чтении", 1823 под заглав.: "Сто пятьдесят две деятельные и богословские главы"), "Слово о вере" (русский перевод в "Христ. Чтении", 1821) и "Слово о трех образах молитвы". В 1852 г. в Москве напечатано в славянском переводе 12 "Слов" С., взятые из числа 35; эти 12 "Слов" переведены на русский язык после тщательного сличения с греческой рукописью, находящейся в моcк. синодальной библиотеке (М., 1869). Другие сочинения С. (девяносто два "слова", "Деятельные и богословские главы" и "Подвижническое слове старца С. Благоговейного") переведены с новогреческого епископом Феофаном ("Слова реп. С. Нового Богослова", М., 1879 и 1882; 2 изд., 1890 - 92). "Слова" С. отличаются простотой и сердечностью; он наставляет, внушает, умиляет; современники его, привыкшие к искусственному красноречию, находили его "слова" ненаучными и неритмичными. Церковь наименовала С. новым богословом, находя в его произведениях сходство с произведениями Григория Богослова: и тот, и другой отличались глубиной созерцания истин христианского благочестия. С. считается основателем того учения о небесном озарении души верующего, которое впоследствии привело к спору паламитов и варлаамитов. В славянских молитвенниках печатается Симеонова молитва перед приобщением св. Таин. Сочинениями С. нередко свидетельствуется препод. Нил Сорский ("якоже Симеон новый Богослов повелевает"; "яко-же рече св. Сумеон"). Жизнь С. подробно описал ученик его Никита Стифат. См. епископ Феофан, "Жизнь препод. С. Нового Богослова" ("Душепол. Чтение", 1877, февраль); А. Лебедев, "Византийская образованность вообще, богословская наука и литература в частности" ("Чтения в общ. любителей духовного просвещения", 1877, ч. II); его же, "О направлениях в религиозно-умственной жизни. Очерки из истории восточной церкви IX, Х и XI вв." (ib., 1878, ч. 1).

Симонов мужской ставропигиальный монастырь

1-го класса монастырь в Москве. Основан ок. 1370 г. племянником и учеником преп. Сергия Радонежского, св. Феодором, первым архиепископом ростовским, на том месте, где теперь церковь Рождества Богородицы на Старом С. В 1379 г. монастырь был перенесен на новое место, но старосимоновская обитель продолжала существовать до конца XVIII в., оставаясь подчиненной Ново-Симоновскому монастырю. В течение XV и XVI в. С. монастырь играл роль довольно сильной крепости и одновременно с Москвой подвергался вражеским нападениям. В 1771 г., вследствие моровой язвы, совершенно опустел и в 1788 г. упразднен, с обращением в госпиталь; восстановлен лишь в 1812 г. Монастырь имеет значительные собрания церковных древностей, старинных книг и рукописей; в прежнее время он служил усыпальницей великих князей и царей. См. Пассек, "Историческое описание московского С. монастыря" (М., 1843); И. Токмаков. "Историческое и археологическое описание московского ставропигиального С. мон-ря" (вып. 1 и II, М., 1892-96).

В. Р-в.

Симптом

(медиц.) - так назыв. признаки, по которым распознается болезнь, т. е. совокупность как изменений в самом организме (объективные С.), так ощущений больного (субъективные С.), указывающих на характер болезни. Учение о С. болезни или семиотика составляет основу диагностики.

Симулятивные

или притворные болезни - так наз. мнимые болезни или ложно ощущаемые больным вследствие душевного расстройства, или причиненные искусственно, для получения каких-либо выгод, напр. Для освобождения от воинской повинности, или для отсрочки судебного разбирательства и т.п. Первые входят в состав учения о душевных болезнях; вторые отличаются чрезвычайным разнообразием и представляют значительные затруднения для диагностики. Судебным и полицейским врачам приходится нередко предпринимать продолжительные и сложные исследования, чтобы отличить настоящее заболевание от притворного и искусственно вызванного. Ср. Heller, "Simulationen und ihre Behandlung" (1890); Bufchard, "Praktische Diagnistik der Simulationen von Gefuhlslahmung, Schwerhorigkeit und Schwachsichtigkeit" (1891); Frohlich, "Vortauschung von Krankheiten" (1895).

Симферополь

- губ. гор. Таврической губ., при р. Салгире; станция жел. дор. Жит. (по переписи 1897 г.) 48821 (26934 мжч. и 21887 жнщ.). Население в племенном отношении пестрое; больше всего русских, татар и армян. Строений к 1899 г. числилось 3573, церквей правосл. 8 и кроме того 14 домовых, иноверческих - 4, синагог 2, мечетей 12. Учебных заведений 48, в том числе: муж. и женск., гимназии, духовн. семинария, жен. духов, учил., татарская учительская семинарии, шк. садоводства II-го разряда и 42 низших учебн. зав., в которых обучалось в 1899 г. 1236 мал. и 1034 дев. Городских доходов (в 1898 г.) 269611 р., расходов столько же, в том числе на народное образов. 25790 р., медицину 14410 р., ветеринарию 3347 р. Общественная библиотека (завещанная городу Тумановым) и небольшая коллекция древностей, состоящая в ведении архива. ком.; небольшая библиотека "Таурика", в которой предположено собрать все, что писалось о Крыме со времени завоевания его русскими. Общ. взаимн. кредита (оборота за 1895 г.180328 р.), отд. азов.-дон. ком. банка, агент, бессараб. банка. Фабр. и зав. 21, в том числе 4 паровые мельницы, 2 конфетных и 1 консервный завод. В окрестностях города несколько садов, в том числе казенный, принадлежавший прежде кн. Воронцову, в котором помещаются теперь училище садоводства.

К. В.

История. С., как место поселения, относится к числу древнейших; по Страбону, еще скифский царь Скилур построил на его месте Неаполис, остатки которого открыты раскопками; самые последние сведения о нем относятся к началу III ст. по Р. Х. В татарский период он назывался Керменчик (малая крепость), обратившийся после 1779 г. в село того же названия. Около начала XVI ст. основалось по близости Неаполиса-Керменчива татарское поселение, под назв. Ак-Мечет (белая мечеть), которое скоро обратилось в город и в тоже время служило передовым укреплением Бахчисарая против беев, в виду чего в Акмечети жил калга-султанпервое лицо после хана в наследник престола. Акмечеть расположена была частью на горе, частью внизу под Керменчиком. После присоединения Крыма к России, по камеральному описанию 1803 г., в Акмечети в 1783 г. было 815 душ. а в 1803- не более 1000 (русских - 360). В 1784 г. сюда было переведено из Карасубазара управление Крымом, и город, ставший центром Таврической области, получил название Симферополь, название Акмечеть осталось за татарской частью города. Тогда же был возведен ряд укреплений. В 1787 г. С. был объявлен губернским городом; но по смерти имп. Екатерины II не только прекратилось развитие С., но уничтожено было и само его имя. В 1802 г. была вновь открыта Таврическая губерния, а вместе с тем и губернский город вновь получил название С. В 1836 г. в нем было 6987, в 1864 г.17061, в 1887 г. - жителей 38096. Быстрое развитие города началось после Севастопольской кампании. Самостоятельная таврическая епархия в С. была открыта в 1859 г. В самом городе и его окрестностях очень много богатых археологическими предметами курганов, которые уже несколько десятков лет раскапываются членами археологических обществ и местными исследователями. - См. Г. И. Тимошевский, "Краткий очерк истории С. " ("Третья учебная экскурсия Симферопольской мужской гимназии", Симферополь, 1890).

В. Р-в.

Симфония

(греч. созвучие) - название оркестрового сочинения в нескольких частях. С. - самая обширная форма в области концертной оркестровой музыки. Вследствие сходства, по своему построению, с сонатой. С. может быть названа большой сонатой для оркестра. Как в сонате, С. имеет обыкновенно четыре части: первая часть, в скором движении, пишется в сонатной форме; вторая, в медленном движении, пишется в форме рондо, реже в форме сонаты; третья - скерцо или менуэт - в форме песни с трио, т. е. коленного склада, другого коленного склада (трио) с новым содержанием и повторения первого коленного склада; четвертая часть, в скором движении - в сонатной форме или в большой форме рондо. В виду того, что С. рассчитана на большие силы оркестра, каждая часть в ней пишется шире и подробнее, чем напр. в обыкновенной фортепьянной сонате, так как в С. надо выдвинуть разные оркестровые группы. С. представляет двоякий интерес: чисто музыкальный, в смысле творчества и формы, и оркестровый симфонический, в смысле колорита, т. е. разных звуковых красок, получаемых от соединения одного инструмента с другим, от соединения инструментальной группы одного характера с инструментальной группой другого характера. Прототипом С. может считаться итальянская увертюра, сложившаяся при Скарлатти (1650-1725), называвшаяся С. и состоявшая из allegro, аndante и allegro, слитых в одно целое. С другой стороны предшественницей С. была оркестровая соната, состоявшая из нескольких частей в простейших формах и преимущественно в одной и той же тональности. В С. только первая и последняя части имеют туже тональность, а средние пишутся в тональностях сродных с главной, которой и определяется тональность целой С. Творцом новейшей формы С. и оркестрового колорита считается Гайдн. В смысле развития как симфонической формы, так и оркестровки Бетховен может быть назван крупнейшим и совершеннейшим представителем в области С. В форме С. сказал новое слово Шуман (в особенности в С. d-moll), сделав опыт слияния всех ее частей в одно целое и введя тематизм встречается и у Бетховена, в его девятой С. С. программной называется та, которая связана с известным содержанием, изложенным в программе, напр. Пасторальная С. Бетховена, "Simfonie fantastique" Берлиоза и пр. Первые ввели программу в С. Диттерсдорф, Розетити и Гайдн. C. писали, кроме вышеупомянутых композиторов, Моцарт, Шуберт, Мендельсон, Шнор, Рафф, Брамс, Гаде и друг., из русских - Рубинштейн, Чайковский, Бородин, Римский-Корсаков, Баолакирев, Глазцнов, Аренский, Направник и пр.

Н. С.

Синагога

(греч. sunagwgh, соответ. еврейскому kenesset - собрание, beth hakenesset - дом собрания) - так называются у евреев богослужебные здания, предназначенные для общественных молитв и чтения и толкования Священного Писания, но не для жертвоприношений. Точно определить время появления общественных молитв и С. у евреев нельзя: некоторые относят его ко времени первого храма и даже еще более раннему, большинство - ко времени вавилонского плена или ближайшему за ним. Введенный Ездрой порядок чтения закона является основою современного еврейского общественного богослужения: Ездра установил общественное чтение отдела из Пятикнижия, а затем из пророков, по субботним и праздничным дням, впоследствии же и по понедельникам и четвергам, а также в ярмарочные и судебные дни. Ко времени И. Христа С. распространились по всем тем местам, где жили евреи, и не только в Палестине, но и вне ее. В Иерусалиме, как говорят, было 480 С.; особенно богата была ими Галилея, которая называлась "страной синагог"; вне Палестины упоминаются С. в Александрии, Дамаске, Aнтиохии, Солуни, Ефесе, Коринфе, Афинах, Риме и т. д.; в Кесарии славилась С. восстания, подавшая повод к войне против римлян. Весьма часто при С. находилась школа для изучения закона, или это изучение происходило в самой С., почему она часто называется "школой". После разрушения Иерусалимского храма С. сделалась хранилищем идеи иудейской национальности и необходимой принадлежностью каждой, даже самой незначительной еврейской общины. При постройке С. наблюдается, чтобы сторона, противоположная входу, была обращена к тому месту, где был прежде храм Иерусалимский. Общий план синагогального здания представляет, в большинстве случаев, прямоугольный четырехугольник; при входе портик, за ним следует самая С., разделенная рядами колонн на несколько нефов (от 3 до 5). Синагоги, сооруженный европейскими евреями, носят отпечаток того времени, когда они были выстроены: так, пражская и вормская С. построены в византийском стиле; в мавританском стиле сооружены С. в Толедо (IX и XIV в.), Вене, Берлине, Франкфурте; мюнхенская и бреславльская С. построены в романском стиле и своею конструкцией напоминают древния римские базилики; в готическом стиле построены некоторые С. в Польше, а также синагога в Кельне. В середине синагоги находится эстрада, называемая алмемор или бима, где производится чтение Священного Писания; у восточной стены - ковчег, где хранятся свитки завета с их принадлежностями; этот ковчег соответствует находившемуся в Иерусалимском храме ковчегу. Помещение для женщин совершенно отделено от помещения для мужчин. К принадлежностям С. относятся: светильник, сделанный по модели храмового семисвечника, кружки для сбора пожертвований, трубные рога, употреблявшиеся в новый год, валторны (chazozroth), в которые трубили в дни новомесячия, в праздники и т. д.

Для выполнения специально синагогальных функций чтения Священного Писания, произнесения молитв, проповеди - при С. не было сначала отдельных лиц, так как все эти действия могли отправляться кем-либо из общины; тем не менее при С. существовал целый ряд официалов, а при некоторых С. - синагогальный совет, состоявший из лиц ученых и уважаемых. Во главе С. стояло особое лицо, смотревшее за внешним порядком при богослужении, заботившееся о содержании синагогального здания и вообще управлявшее делами С. Существовали еще особые собиратели милостыни. Исполнение низших служебных обязанностей в С. лежало на служителе; он же по субботам обучал детей чтению. Для отправления синагогального богослужения требуется присутствие не менее 10 совершеннолетних (не моложе 13 лет) евреев. Общественное богослужение заключается в чтении трех отрывков Пятикнижия, которые каждый еврей обязан читать утром и вечером; затем следуют евлогии (благословения), молитвы и чтения из Пятикнижия и пророков. Все пятикнижие прочитывалось в трехгодичный цикл, для чего было разделено на 154 отдела, по одному на каждую субботу; лишь к VIII в. относится происхождение современного обычая прочитывать закон моисеев в течение одного года и разделение его для этой цели на 54 части. Чтение закона Моисеева и пророков производилось непременно на еврейском языке; когда же этот язык сделался непонятным для народа, то к чтению еврейского текста стали присоединять перевод прочитанного на народный арамейский язык. С переводом соединялось назидательное объяснение прочитанного или проповедь, право произносить которую представлялось каждому члену общины, сведущему в Св. Писании. Синагогальное богослужение оканчивалось обрядом священнического благословения или воздеяния рук. Этот синагогальный ритуал, установившийся уже ко времени разрушения второго храма, в общих чертах сохранился в еврейском богослужении до настоящего времени; но теперь произнесение молитв и чтение Св. Писания обыкновенно лежат на обязанности особых лиц, а проповеди произносятся раввином или особым проповедником. В новейшее время в некоторых С. введен орган при богослужении, а также употребляется, наряду с еврейским языком, и местный. Ср. Zunz, "Der Ritus des synagogalеn Gottesdienstes" (Берл., 1859); А. Никитин, "С. Иудейские, как места общественного богослужения" (Киев, 1891); Н. Зезюлинский, "Еврейская С. и ее функции" ("Жур. Мин. Нар. Просв.", 1887, ј 1). Слово синагога употребляется иногда также в значении Иудейства как религии, в противоположность церкви (ecclesia), т. е. христианству. Великой С. (kenesseth hagdolah) называется, по талмудическим источникам, собрание еврейских ученых, которые, под председательством Ездры, привели в порядок религиозные дела евреев. Под именем "мужей великой С. " подразумеваются также ученые, жившие от времен Ездры до времени Симона Праведного (ум. ок. 292 г. до Р. X.) и занимавшиеся приведением в порядок библейских книг и отчасти устного закона.

Сингапур

(Singapoor, Singapore, львиный гор.) - главный город британской Колонии Проливов и о-ва С., на юго-вост. берегу острова. Город делится на три квартала: индийский, китайский и малайский, вокруг которых группируются еще компонги малайцев и виллы зажиточных классов. На одном из трех холмов возвышается губернаторский дворец, на другом форт Каннинг. Почтамт, клубы, торговые дома тянутся вдоль набережных, где помещаются и доки. Музей Рафльса, с библиотекой, ботанич. сад, множество буддийских храмов. Старый рейд лежит на ЮВ города; новая гавань защищена с Ю о-вами Блакан, Мати и Аербрани. Со времени открытия портов восточной Азии С. сделался перегрузочным пунктом и складочным местом произведений Малакки, Суматры и Борнео, а также станцией пароходов, идущих в Филиппины и вост. Австралию. Торговый оборот 1897 г. = 332454967 доллар.; одной жести вывезено на 18514158 долл. Число коммерч. судов, вошедших в С. в 1897 г. (не считая туземной флотилии) 9777, вместимостью в 8145378 тонн. С. - портофранко для всех товаров кроме вин и пива; торговля опиумом и алкоголем сдается в аренду китайцам, которые вообще играют важную роль в торговле. Главные предметы вывоза: жесть, перец, камыш (для мебели), ром, лак, саго, кожи. Важные предметы транзитной торговли: каменный уголь (из Англии и Японии), английские хлопчатобумажные ткани, железный товар, керосин (из России, Суматры и Америки). Жителей 142547 (1891 г.). из них 90000 китайцев, 25000 малайцев, 13000 европейцев и 12000 индусов; женщины составляют только четвертую часть населения.

Синильная кислота

(фарм.) - представляет интерес как лекарство, но глав. обр. - как вещество, обладающее чрезвычайно сильными ядовитыми свойствами. Чистая С. кислота не имеет врачебного применения, обыкновенно же она назначается в виде горькоминдальной или лавровишневой воды, которые по росс. фармакопее должны содержать 0, 1% безводного цианистого водорода. Вода горьких миндалей бесцветна, почти прозрачна, уд. вес ее 0, 953 до 0, 957, приятного запаха и горького вкуса. Препарат сохраняется в хорошо закупоренных и наполненных склянках, в темном месте. Лавровишневая вода имеет более приятный запах, но пользование ею представляется иногда затруднительным, так как ее необходимо приготовлять из свежих листьев, следовательно, только в определенное время года, а между тем препарат не выдерживает продолжительного хранения, подвергаясь при этом разложению. С. кислота и горько-миндальное масло (бензойный альдегид) образуются в присутствии воды из находящихся в горьких миндалях азотистого гликозида - амигдалина и фермента эмульсина. В листьях лавровишневого дерева, как и в листьях других растений сем. миндалевых, напр. персикового и вишневого дерева, находится аморфный амигдалин, который с неизвестным еще ферментом (эмульсина в этих листьях нет) дает С. кислоту и эфирное масло. Кристаллический амигдалин содержится также в коре и др. частях черемухи, в цветах чернослива, в абрикосовых, персиковых, вишневых и яблочных косточках и в некоторых др. плодах и зернах; С. кислота развивается в растениях, не содержащих амигдалина: Aquilegia vulgaris, в Jatropha Manihot и др. С. кислота вырабатывается также железами тысяченожки (Forfaria), встречающейся в прачечных помещениях. С. кислота в умеренных дозах понижает возбудимость головного и спинного мозга, периферических окончаний чувствительных нервов и периферического нервномышечного двигательного аппарата. Цианистый водород в терапевтических дозах понижает возбудимость продолговатого мозга. Поэтому лавровишневая или горькоминдальная вода назначаются при заболеваниях дыхательных путей, сопровождающихся кашлем. В этих случаях С. кислота притупляет возбудимость слизистой оболочки гортани, уменьшает раздражение; кроме того, уменьшая рефлекторную возбудимость дыхательного центра, в свою очередь, ослабляет приступы кашля, который возникает вследствие возбуждения дыхательного центра раздражениями, несущимися со стороны чувствительных приборов дыхательных органов. При заболеваниях желудочно-кишечного канала, сопровождающихся болевыми ощущениями и усиленными перистальтическими сокращениями, С. кислота может оказать благоприятное влияние, как притуплением болевой чувствительности, так равно и парализующим влиянием на перистальтику. Вода горьких миндалей назначается в указанных случаях по 15 - 20 капель несколько раз в день; нередко она назначается совместно с другими аналогично действующими средствами (напр. с морфием), или прибавляется к микстурам, как самостоятельно действующее обезболивающее средство. Этот препарат назначается сравнительно редко. С. кислота весьма ядовита и вследствие обширного применения в технике и промышленности (в фотографии, гальванопластике) цианистые соединения легко доступны и, благодаря быстрому действию, часто применяются для отравления и самоотравления. Но случаи отравления наблюдались также вследствие прописывания больших доз этого средства внутрь, при соприкосновении раны с раствором цианистого калия, после еды горьких миндалей, семян абрикосовых или вишневых косточек, равно как после питья, содержащих С. кислоту, алкогольных напитков (вишневки, мараскина и др.). Употребление мазей и помады, содержащих горько-миндальное масло, недостаточно очищенное от С. кислоты, может также подать повод к отравлению.

Смертельная доза для человека равна 0,05; однако, в некоторых случаях выздоровление наступало после 0,1 и даже после 1 грамма. Угольная кислота обусловливает в растворах цианистого калия образование углекислого калия и освобождение С. кислоты. 0,2 - 0,3 цианистого калия вызывают смертельное отравление, но в единичных случаях наблюдалось выздоровление даже после 2 - 3 грамм. 1,0 амигдалина при благоприятных условиях для образования С. кислоты может оказаться смертельным для человека. 10 штук горьких миндалей вызывали тяжелые явления у детей; 40 - 70 грамм могут быть причиной смерти взрослого человека. Явления смертельного отравления могут продолжаться несколько секунд, несколько минут или несколько часов. Если рвота появляется рано, если желудок был наполнен и в особенности если препарат, содержащий С. кислоту, отчасти разложился, можно надеяться на выздоровление. Растворы С. кисл. быстро всасываются, часть С. разлагается, другая выделяется через легкие и, быть может, через кожу. Амигдалин выводится из организма столь быстро, что если животному дать эмульсин 3 часа спустя после приема амигдалина, то не замечается явлений отравления. В пустом желудке образование С. кислоты из амигдалина и эмульсина совершается быстро; прибавление соляной кислоты задерживает это превращение. Водный раствор С. кислоты осаждает белок.

Прибавление С. кислоты к крови вне организма уничтожает способность крови разлагать перекись водорода на воду и кисдород. На этом факте основано применение перекиси водорода в качестве противоядия при отравлении С. кислотой. Кровь становится коричневою; красные кровяные шарики подвергаются зернистому перерождению и затем совершенно разрушаются. Но собственно гемоглобин не претерпевает под влиянием С. кислоты никаких изменений. Кровь, содержащая С. кислоту, воспринимает меньше кислорода и очень трудно отдает его в окружающую среду. С. кислота ядовита для всех животных. Насекомые погибают в атмосфере, содержащей 0,1 в 1 куб. стм. воздуха. Ядовитое действие у хладнокровных обнаруживается более медленно, чем у теплокровных, у амфибий оно медленнее, чем у рыб. Поглощение кислорода и выделение угольной кислоты при отравлении С. кислотой уменьшаются. Живые ткани теряют способность поглощать и утилизировать избыточное содержание кислорода в крови; таким образом, несмотря на артериальный характер крови, происходит задушение тканей в избытке кислорода. У теплокровных и холоднокровных развивается паралич дыхательного центра, сосудодвигательных нервов, двигательных ганглий сердца, но сердечная деятельность сохраняется некоторое время после остановки дыхания. Щелочность крови, вследствие образования молочной кислоты, уменьшается; в моче, после введения С. кислоты, находят роданистую кислоту. Симптомы. В быстро протекающих случаях отравленный с пронзительным криком падает, вскоре после приема, причем наступает судорожное дыхание; челюсти стиснуты; развиваются общие судороги, изо рта выделяется кровянисто-пенистая слюна и смерть наступает через 2 - 5 мин. В медленно протекающем отравлении различаются: 1) период затрудненного дыхания - ощущение стягивания в горле, страх, подавленность, шаткая походка, тошнота, головная боль, малый пульс, остановки дыхания, иногда в течение нескольких минут. 2) Судорожный период. Больные падают, кожа покрывается холодным потом, зрачки расширены, глаза выпячены, пульс ускорен; появляются судороги, сведете челюстей, запрокидывание головы назад, непроизвольное отделение мочи. 3) Период задушения. Дыхание временами прекращается, сердце работает неправильно, медленно, лицо синее, температура понижена, больной находится в глубокой спячке. При таких условиях смерть может наступить при остановке дыхания, но случается, что больной через несколько часов очнется от бессознательного состояния и поправляется спустя несколько дней. На трупе иногда находят светло-красные посмертные пятна; во рту нередко много пенистой слизи. При сравнительно раннем вскрытии полостей может уже отсутствовать запах С. кислоты, но в веществе головного мозга последний заметен еще через 24 ч. после отравления. Гораздо дольше запах сохраняется после отравления горькими миндалями. Набухание и кровоизлияние в слизистых оболочках после отравления цианистым водородом встречаются в раздутом, покрытом кровянистою слизью желудке, в двенадцатиперстной кишке, во рту, гортани и, иногда, в дыхательных путях. Точечное кровоизлияние встречается также в сердечной сорочке; в печени замечается жировое перерождение клеток; в мозговых желудочках и между мягкой и паутинною оболочками накопление серозной жидкости; в моче находятся восстановляющие вещества. Удавалось найти С. кислоту через 9 - 10 дней; в легочных путях также через 14, а в кишечнике через 15 дней после отравления; в одном хорошо сохранившемся трупе - через 3 1/2 месяца; в зимнее время С. кислота обнаруживалась через 4 недели.

Пробы на С. кислоту: 1) если нейтрализовать раствор С. кислоты или цианистого калия натронной щелочью и прибавить раствор закиси - окиси железа, то в избытке соляной кислоты образуется берлинская лазурь. 2) Прибавляют к раствору С. кислоты желтый сернокислый аммоний, кипятят до обесцвечивания жидкости, по охлаждении прибавляют соляную кислоту и полуторохлористое железо - появляется кровяно-красное окрашивание (роданистое железо). 3) Раствор пикриновой кислоты, окрашенный в слабый желтый цвет, краснеет при кипячении с каплею разведенного раствора цианистого калия (изопурпоровокислый калий). 4) Если к исследуемому веществу прибавить раствор калийной селитры и полуторохлористого железа, подкислить разведенной серной кислотой и вскипятить, осадить железо аммиаком и осадок отфильтровать, то с бесцветным сернокислым аммонием можно доказать в фильтрате нитроцианистый калий. Для исследования С. кислоты в трупе поступают следующим образом: органы, извлеченные из трупа, подкисляются винно-каменной кислотой, подвергаются медленной перегонке и полученный дистиллат испытывается вышеприведенными реактивами. При этом необходимо исключить из исследуемого материала желтую кровяную соль или другие цианистые соединения того же типа. В присутствии последних, объекты насыщаются углекислым натром, дистиллируются в струе угольной кислоты и перегон испытывается на С. кислоту. Можно также подкислить органы или ткани раствором винной кислоты, извлечь эфиром, вытяжку осадить спиртовым раствором калийной щелочи, отогнать алкогольно-эфирный раствор, осадок, растворенный в воде, подкислить винной кислотой, перегнать и дистиллат испытать на присутствие С. кислоты. Количественное определение производится осаждением азотно-серебряной солью в дистиллате, подкисленном азотной кислотой.

Лечение отравления: быстрое удаление яда, апоморфин (как рвотное) под кожу, промывание желудка, возбуждающие средства (вино, кофе, эфир или камфору под кожу), холодные души с высоты 1 - 2 фт. на затылочную область и позвоночник с последующим растиранием тела. Искусственное дыхание, по-видимому, может оказать некоторую пользу. С целью возбудить деятельность сердца и дыхания, впрыскивают также атропин. Ввиду того, что С. кислота выделяется в моче в виде менее ядовитой тиоциановой кислоты, стараются вводить в организм органические соединения серы (куриный белок). Серноватистокислый натрий обладает свойством обезвредить количество в 11/2 - 4 раза превышающую абсолютно смертельную для животных дозу С. кислоты. При отравлении горькими миндалями полезно назначить соляную или молочную кислоту, так как они задерживают образование С. кислоты из амигдалина. В последнее время особенно рекомендуется применение перекиси водорода, которая с цианистым водородом, находящимся в крови, образует сравнительно мало ядовитый оксамид. Всего лучше перекись водорода в 3% растворе вводить под кожу по 1 шприцу через 3 - 5 минут в различных областях тела.

Д.. Каменский.

Синицы

(Paridae) - сем. зубоклювых певчих птиц (Oscines dentirostres.). Многочисленные мелкие виды С. распространены преимущественно в лесной области северного полушария. С. характеризуются прямым, коротким, округленным на конце клювом с густыми щетинками, покрывающими ноздри, - сильными лапами с круто согнутыми когтями, короткими округленными крыльями с 10 маховыми перьями, из которых 4 и 5 самые длинные, и одинаковой окраской самцов и самок. Все С. сходны между собою по образу жизни и принадлежат к наиболее полезным лесным птицам. Главную пищу их составляют личинки и яйца насекомых, которых С. отыскивают в щелях коры, в свернутых листьях, в цветочных сережках деревьев и т. под. местах. Во время охоты, в которой проходит большая часть дня, С. не оставляют не осмотренным ни одного доступного для них места, где могло бы скрыться насекомое. Они отлично лазят по стволам деревьев, свешиваются вниз спиною, держась за кончики тонких ветвей, долбят шишки, развертывают почки и свернутые листья и т. д. Некоторые синицы питаются также семенами. На землю С. спускаются редко, летают плохо. Большинство европейских С. - оседлые птицы, собирающиеся осенью в небольшие стайки вместе с корольками и иногда пищухами. Гнезда вьют обыкновенно в дуплах. Кладка (до 12 яиц) производится обыкновенно два раза в лето. Большинство европейских видов относится к роду Parus (лесные синицы); характеризуется сильным клювом с выпуклым ребром, округленным или слегка вырезанным хвостом и широкими крыльями, третье маховое перо которых не короче четвертого. Один из наиболее распространенных и более крупных видов обыкновенная или большая С., С.-кузнечик (P. major) - живет как оседлая птица повсеместно в Европе, в лесной области Сибири, юго-зап. Азии и сев. зап. Африки. Большая С. ростом с домашнего воробья; верхняя сторона тела ее желтовато-зеленого цвета, переходящего местами в серый; нижняя сторона - желтая; шапочка на голове, бока шеи, горло и продольная широкая полоса, идущая по нижней стороне тела - черные, щеки белые. Клюв черный. По оперению головы род Parus делят на следующие подроды: 1) Lophophanes (хохлатые С.), с хохлом из удлиненных, приподнятых перьев; сюда относится европейская хохлатая С. (L. cristatus) - рыжевато-серого цвета с хохлом из черных перьев с белыми кончиками. 2) Parus (С. кузнечики) - с черной шапочкой и белым пятном на задней стороне шеи; сюда относится, кроме большой С. (P. major), также черная С. или московка (P. ater) и др. 3) Poecile (гаички) - с черной или бурой шапочкой, но без белого шейного пятна; сюда относится болотная С. или пухляк (P.palustrus). 4) Cyanistes (лазоревки) - с белою, голубою или синею шапочкой; сюда принадлежит лазоревка (С. coeruleus) и др. Из других европейских родов род бородаток (Panurus) отличается длинным ступенчатым хвостом и удлиненными перьями по бокам шеи, образующими род усов. Бородатки устраивают гнездо не в дуплах, а в траве и камышах, прикрепляя его к стеблям. Относящаяся сюда усатая С. (Panurus barbatus) распространена в средн. и южн. Европе, в западн. и центральн. Азии. У рода длиннохвостых С. (Acredula) такой же хвост, как у бородаток, но нет усов. Гнезда их напоминают гнездо ремезов (Aegithalus). Ремезы составляют четвертый и последний род европейских синиц.

Ю. В.

Синкопа

в музыке - перенесение ударения с акцентированной ноты на неакцентированную. С. происходит оттого, что ноту, поставленную на слабом времени, соединяют лигой с той же нотой, стоящей на сильном времени.

Иногда С. образуется и без лиги, когда происходит среди такта соединение в одном звуке ноты без акцента с нотою с акцентом.

При правильной С. обе связанные ноты должны иметь равную длительность или первая может быть на половину больше второй.

Впечатление С. в трехдольном размере производит соединение двух нот слабого времени в одну, которая получает вследствие этого акцента.

Применение С. изменяет для слуха такт, напр. фраза в 3/4 слышится как бы написанной в 2/4 или 4/4.

Н. С.

Синкретизм

(suncrhtismoV) - так называется сочетание различных философских начал в одну систему. Понятие С. близко подходит к эклектизму; различие между ними некоторые видят в том, что эклектизм старается путем критики выделить из различных систем состоятельные принципы и органически связать их в одно целое, а С. соединяет разнородные начала, не давая им истинного объединения. С. с особой яркостью проявился в александрийской философии, у Филона Иудейского и других, пытавшихся соединить греческую философию с вост. учениями. Тоже замечается у гностиков. Термин С. введен, кажется, Георгием Каликстом, немецким богословом XVII в.

Синонимы

- слова близкого, смежного, почти одного значения. Процессу создания новых форм, новых, дифференцированных категорий в мысли соответствует в языке создание новых оттенков выражения - синонимов. Не всегда новый оттенок мысли получает и новое название; иногда он обозначается описательно или на чужом языке  - и тогда С. нет. Так Пушкин, говоря "никто бы в ней найти не мог того, что модой самовластной в высоком лондонском кругу зовется vulgar", но мог передать соответственно английское слово русским; впоследствии оно в русифицированной форме вульгарный вошло в русский язык и стало С. целого ряда близких слов: тривиальный, банальный, пошлый, избитый и т. п. Теоретики расходятся по вопросу о том, возможны ли в языке слова совершенно тождественные по смыслу; но вопрос этот не существует для тех, кто знает, что слово в словаре, вне живой речи, не имеет вполне определенного значения. В обиходной речи, конечно, возможны случаи, когда говорящий употребляет тот или иной из С. без разбора, но не с этими исключительными случаями приходится считаться лексикологу. Важно, конечно, не то, что два слова обозначают одну и ту же вещь, еще единую в чьем-либо неразвитом сознании: важно то, что они выражают различное впечатление, производимое этой вещью. Если бы даже логическое разложение их смысла не дало никакой разницы между ними, - их звуковая, ассоциативная, эмоциональная сторона действует различно и потому выражает различные оттенки значения. Такова, напр., разница между однозначными элементами языка поэтического и прозаического.

Прежним исследователям языка, в науке которых логика перевешивала психологию, могло казаться, что есть целые разряды понятий, не могущих иметь С."Названия видимых предметов - говорит Давыдов в своей статье о С. - не могут быть принимаемы одни вместо других, потому что представления наши столь же резко различаются между собой, как и самые предметы, ими выражаемые. Посему слова ремесел, искусств, естественных наук точны и определенны; в этом разряде речений не должно искать синонимов". Здесь встречаются различные названия для одного и того же предмета; но это или областные речения, или заимствованные из соплеменных и других иностранных наречий, а отнюдь не синонимы. Таковы например слова око и глаз, конь и лошадь, сабля и шашка, житие и жизнь, адрес и надпись, уста и губы, ичиги и сапоги, голомя и давно". Уже из этих примеров ясно, как ошибался исследователь; ичиги есть провинциализм, голомя - архаизм, не употребляемые в общем разговорном языке, и потому в счет идти не могут; остальные выражения отличаются друг от друга значительно и потому суть несомненные С.: надо только их брать не в виде словарных препаратов, а в живой речи. "В языке нет двух или нескольких слов, значащих решительно одно и то же, как две капли воды, - говорит Буслаев ("О преподавании"): даже слова лобо и чело, глаза и очи, острый и вострый и др., при одинаковом значении, выражают различные оттенки (здесь граница между С. и архаизмами, варваризмами, провинциализмами)... Словом мы выражаем не предмет, а впечатление, произведенное оным на нашу душу. След., С. должны определяться не по предметам, ими означаемым, а по точке зрения, с которой человек смотрел на предмет при сотворении слова". С этим категорическим и определенным указанием Буслаева находится в некотором противоречии его мнение, что от собственных С. должно отличать такие слова, которые употребляются у нас в одном и том же значении, но различаются по своему происхождению, а именно: 1) слова русские и церковнославянские или русские общеупотребительные, книжные - и народные, областные (напр. лоб и чело); 2) различные формы одного и того же слова или русские и соответствующие им церковно-славянские (берег и брег, золото и злато).

Истинный смысл этого замечания определяется непосредственно за ним следующей оговоркой автора, что такой разнообразный запас слов в родной речи дает возможность обозначать оттенки понятий с большой точностью; очевидно, и здесь мы имеем дело с С. Ничто не дает нам права предполагать, что писатель из двух слов, обозначающих один предмет, взял одно случайно. Если Пушкин нашел нужным сказать не "пальцами", а "перстами", то он, несомненно, вкладывал в этот архаизм оттенок настроения и мысли, которого он не видел в современном слове. В словаре поэта нет тожественных слов; нет их вообще нигде, где литературное произведение запечатлено эмоциональным характером. Они могут быть только в точной науке, где одно, строго определенное явление может иметь два разных названия, два равноправных термина могут означать одну вещь. Различение синонимичных понятий, вообще не трудное для человека, хорошо владеющего языком, бывает очень не легко, когда приходится его формулировать, перевести из сферы смутного чутья, руководящего употреблением, в область ясных определений: очень часто человек, пользующийся в живой речи С. вполне правильно, не может сказать, какая разница в оттенках их смысла. При таких определениях можно руководиться происхождением слова, его историей, но только до некоторой степени. Едва ли можно согласиться с Буслаевым, что "словопроизводство есть важнейшее средство отличать С.", между тем как "авторитет образцовых писателей тогда только может быть убедителен и полезен для различия С., когда основывается на вышеуказанных началах". Известно, что слово, переходя от значения к значению, может дойти до полного разрыва с своей этимологией (черная краска. красные чернила); можно ли ставить его этимологию на первый план там, где дело идет об уяснении его современного значения? Нужно различить значения двух С. солдат и воин, много ли способствует этому различению установление того, что первое слово - иностранного происхождения и первоначально значит наемник (solde), но теперь совершенно потеряло это значение? Самый пример этимологического изучения С., приводимый Буслаевым, указывает на то, что это изучение, будучи необходимо для других целей, в деле различения С. не может иметь первостепенного значения. "С. труд и работа - говорит он - теперь определяемые только по различным понятиям, с этими словами соединенным, первоначально отличались весьма резко, указывая на различные впечатления, тем или другим словом выраженные: слово труд, кроме нынешнего значения, употреблялось в смысле бедствия, болезни, страдания... слово же работа означало не только дело, но и рабство". Очевидно, эта этимологическая справка, при всем ее интересе, в различение тех оттенков, с которыми слова труд и работа употребляются в нашей живой речи, вносит немного; для нас слово труд не имеет ни малейшего оттенка бедствия, равно как работа не имеет ни следа былого значения рабства. Гораздо важнее для такого различения примеры из современных писателей, могущие свидетельствовать о том значении, в каком ходит теперь слово в живой речи. Научное изучение С. относится к семасиологии и ничем не отличается от иных словарных работ. Большинство существующих словарей С. запечатлено еще былой связью синонимики с практической риторикой и противнонаучным стремлением служить пособием в сочинении. Русского научного словаря С. пока нет.

Литература. Vomel, "Griechische Synonymik" (1819); Schmit, "Synonymik der griechischen Sprache" (1876 - 86); его же, "Handbuch der lateinischen und griechischen Synonymik" (1889), латин.: Doderlein, "Lateimsche Synonyme und Etymologien" (1826 - 38); Gardin Dumesnil, "Synonymes latins" (1777); Barrault, "Traite des synonymes de la langue latine" (1853); Ramshorn, "Lateinische Synonymik" (1831 - 33); Schultz, "Schul-Synonyrnik" (1841, 8-е изд. 1879); нем.: Weigand, "Worterbuch der deutschen S. " (1852); Sanders, "Worterbuch d. deutschen S. " (1882); Eberhard, "Synonymisches Handworterbuch d. deutsch. Sprache" (15 изд. 1896 г.); франц.: Girard, "Synonymes francais" (1718) и "Traite des synonymes" (1736); Roubaud, "Synonymes francais" (1775); Guizot, "Synonymes francais" (1809); Lafaye, "Traite des synonymes" (1841, Supplem. 1865); Sommer, "Quomodo tradi possit synonymorum graecorum doctrina" (Дижон, 1847). Из русских писателей первый начал объяснять С. отечественного языка фонВизин, в "Собеседнике Любит. Росс. Слова" (1783, ч. 1, стр. 126 - 134; ч. IV, стр. 143 - 157 и ч. X, стр. 137 - 142). Затем в разных периодич. изданиях помещались объяснения С. Шишкова ("Соч. и пер. Росс. Акад.", 1806, ч. II, "Собр. Соч." Шишкова, ч. IV), Д. Княжевича ("С.-Петерб. Вестн." и "Сын Отечества"), Саларева ("Труды Общ. Люб. Рос. Слов.", ч. VII, X, XIV, XVIII), Коха (там же, часть XXIV), Анастасевича ("Сев. Вестн.", 1804 - 1805 гг., ч. I, III, V, VI), Ибрагимова ("Сын Отеч.", 1814, ч. XI, ј4, 114. XII, ј8). В 1818 г. Н. Калайдович собрал в своем "Опыте словаря русских С." исследования, сделанные до него, с присовокуплением своих определений С. В 1840 г. редакцией нравственных сочинений напечатана первая часть Словаря русских С. или сословов (буквы А, Б, В, под ред. Галича). В конце 1850 гг.. С. занимался И. И. Давыдов ("Известия Акд. Наук", т. V, стр. 289 - 305, 337 - 350, т. VII, стр. 1 - 16, т. VIII, стр. 13 - 40). Ряд замечаний о С. встречается в работах Буслаева: "Опыт историч. грамматики" (М., 1863), "О преподавании отечественного языках (1867), "Исторические очерки" (1861, т. 1). Обьяснения С. есть в "Толковом словаре" Даля. Ср. также Н. Абрамов, "Словарь русских С. и сходных по смыслу выражений" (СПб., 1900).

Ар. Горнфельд.

Синтаксис

(греч. suntaxiV - "строй, система", в грамматике "конструкция, грамматический строй речи") - в европ. грамматике этим термином обозначалась та часть ее, которая рассматривает законы сочетания отдельных слов в целые предложения. Современная грамматика, признавая, что связная речь есть единственный объект научной грамматики, должна была изменить и взгляд на С. При таком взгляде не может быть речи о сочетании отдельных слов в предложения, так как отдельных слов не существует помимо предложений. Следовательно, задача С. заключается в анализе живой человеческой речи. Но в такой общей форме С. совпадал бы с грамматикой вообще, задача которой сводится к тому же. Синтаксический анализ речи простирается только до пределов отдельного слова: анализ слов составляет задачу морфологии (учения о формах слов, о склонении и спряжении), учения об образовании основ (с помощью суффиксов) и фонетики (учения о звуках). Таким образом С. можно определить, как учение о предложении и его частях. В изложении грамматики С. обыкновенно является последнею частью ее, наиболее сложною, но уже при разборе вопросов фонетики и морфологии предполагаются известными общие основы С. В морфологии рассматриваются различные формы грамматических категорий (падежей, наклонений и т. д.), которые создались в связной речи, в предложении. Мы различаем, напр., род. пад. ед. числа рыбы от имен. пад. множ. числа рыбы, между тем как в самой форме этих двух слов нет никакой разницы. Следовательно, синтаксический анализ должен предшествовать морфологическому. Внешние границы С., как учения о предложении и его частях, определяют и его содержание. С. должен прежде всего дать определение предложения, как единицы речи. Затем он занимается разбором различных видов предложений (повествовательные и вопросительные, главные и придаточные и т. д.), устанавливает части предложения (подлежащее, сказуемое, дополнение и т. д.), рассматривает порядок слов в предложении и его изменения в связи с оттенками смысла, ударение в предложении. Далее рассматриваются: связь частей предложения между собою (явления согласования подлежащего со сказуемым, определения с определяемым словом, связь глагола с дополнением в различных падежах и т. д.). функции отдельных грамматических категорий (рода, числа, падежей, глагольных форм - залогов, наклонений, времен и т. д.), способы соединения предложений между собою (функции местоимений относительных и других, союзов, частиц). Так как С., рассматривая функции грамматических категорий, старается установить грамматическое их значение, то некоторые дают этому отделу С. название семасиологии, а под С. разумеют только учение о сочетании слов в предложении (согласование, порядок слов); но такое определение С. не соответствует господствующему в науке употреблению этого термина.

Изучение С. индоевропейских языков сделало наибольшие успехи с тех пор, как европейские ученые познакомились с санскритом. Сравнительно-исторический метод изучения грамматических вопросов выдвинул совершенно новые задачи и в области С. Сравнение индоевропейских языков показало, что в период общей жизни индоевропейских народов в их языке существовали уже известные типы предложений, типы различных сочетаний грамматических форм между собою и т. д. По этим типам слагались новые предложения и создавались новые обороты речи. Сравнительный С. старается, поэтому, восстановить эти первоначальные типы употребления (Gebrauchstupen) и определить, каким путем развился из них современный и исторически известный грамматический строй речи индоевропейских языков. В результате такого исследования оказывается, что грамматические категории находятся в беспрерывном процессе изменения: одни из них исчезают, другие появляются вновь. Во многих случаях мы имеем возможность наблюдать, как одинаковые грамматические категории создаются в различных языках независимо друг от друга, причем, конечно, только в редких случаях совпадают и по звуковому составу. Исследование процессов создания и развития новых грамматических категорий представляет самую интересную сторону синтаксических исследований. Во всех индоевропейских языках создалась напр., категория наречий. Различные разновидности этой категории создавались и в исторический период существовании языков, создаются еще и теперь. Так, напр., франц. наречие на - ment развились из латинского творит. пад. mente (от mens - "ум"), латинские наречия на-iter - из винит, пад. слова iter ("путь") и т. п. Большинство существующих наречий представляют застывшую форму какого-либо падежа (ср. русск, бегом, вечером и т. д.). Создание этой грамматической категории объясняется ослаблением грамматической связи между падежем и глаголом. Такие же наречия могут образовываться и от глаголов. Хорошим примером этого явления могут служить русские деепричастия, представляющие из себя застывшие формы причастий (напр. идя - форма муж. рода, идучи - форма жен. рода). Эти примеры показывают, как в языке разрушение одной категории идет рука об руку с созданием новой: русский язык утратил причастия настоящего времени (русские причастия заимствованы из церковно-славянского языка) и создал вместо них деепричастия. Такая же компенсация замечается во многих языках в развитии функции предлогов вместо утрачиваемых или утраченных падежей (франц., итал. и др. языки). Эти наблюдения дают возможность решить некоторые вопросы более отдаленных периодов жизни языков. Некоторые грамматические категории во всех индоевропейских языках несомненно возникли в каждом языке отдельно. Такова, напр., категория страдательного залога: особой формы страдательного залога не существовало в общеиндоевропейском языке. Она возникла во многих языках прежде всего в именных формах, образованных от глагольных корней, напр. в причастии прошедшего времени на-tos (греч. dotoV, лат. datus "данный", русск. бит). Не существовало, по-видимому; и категории будущего времени. которое в различных языках образуется различно, а в некоторых (как напр. в древненемецких языках) и вовсе не существует. На основании таких сравнений можно с большою вероятностью заключить, что индоевропейский глагол первоначально вовсе не имел грамматич. категории времени, но зато обладал очень развитой системой видов, из которых каждый обозначал, каким образом протекает действие, выражаемое глагольным корнем: слагается ли оно из однородных мелких актов (как действия "шагать", "глотать", "измерять" "дрожать" и т. п.), или протекает равномерно (как "идти", "лететь", "бежать" и т. д.), или исходит из своего начального момента (как "подниматься", "выходить" и т. д.); или, наконец, сосредоточивается в одном моменте (как "лопнуть", "стукнуть" и т. п.). Каждому такому виду соответствовала и особая форма. Эта развитая система видов давала возможность, не выражая времени самою формою глагола, передавать самые тонкие оттенки последовательности действий при передаче события. Наибольшая необходимость ощущалась в выражении прошедшего времени; для этого служили наречия. обозначавшие "раньше, прежде". Одно из таких наречий сделалось с течением времени непременным признаком прошедшего времени в греческом и санскритском языке, причем оно утратило свое первоначальное самостоятельное значение. Оно известно под именем приращения (augmentum: греч. e-, санскр. а-). Таким образом возникла категория прошедшего времени. Категория будущего времени возникла, по-видимому, из таких глаголов, которые обозначали действие, указывая притом на конечный или начальный пункт его. Если глагол обозначает исходную точку действия в настоящем, то продолжение его лежит в будущем - и наоборот, если глагол обозначает течение действия в настоящем, с указанием на его конец, то конец этого действия лежит в будущем. Такие глаголы легко в форме настоящего времени принимают значение будущего (ср. напр. нем. er kommtgleich - "он сейчас придет"). В русском яз. такое употребление сделалось правилом: все глаголы совершенного вида, как говорят в грамматиках, не имея настоящего времени, образуют будущее простое. Это будущее есть, в сущности, настоящее, принявшее на себя описанным выше путем роль будущего (напр. идет - наст. время, но придет, уйдет - будущее).

Часто мы наблюдаем, что некоторые представления, первоначально чуждые грамматике, распространяясь в языке, превращаются в грамматические категории. Прекрасным примером этого служит грамматический род. Основа этой грамматической категории заключается в представлении полового различия. Возникнув первоначально в именах лиц женского и мужского пола, грамматический род распространился на имена других предметов, не имеющих никакого отношения к полу. Значительное количество существительных во многих языках не было захвачено этим процессом: это - имена среднего рода. В других языках этот процесс прошел вполне, и все существительные распределились по родам мужскому и женскому. Средний род исчез таким образом, напр., в литовском яз., где от него сохранились только немногочисленные остатки, и во французском, где латинский средний род обыкновенно перешел в мужской. Первоначальное число падежей в праиндоевропейском языке - восемь: именительный. винительный, творительный, дательный, отложительный (ablativus), родительный, местный и звательный. Нет оснований утверждать, что в более раннюю эпоху существовало большее количество падежей, хотя такое предположение само по себе не невероятно. Было высказано предположение (Hubschmann), что в историческом творительном падеже слились два первоначальные падежа: sociativus, обозначавший совместность, и instrumentalis, обозначавший орудие; но так как есть возможность объяснить значение орудия из значения совместности, то эта гипотеза не нужна. Первоначальная система падежей полнее всего сохранилась в санскритском языке. Славянские языки утратили только один отложительный падеж, который в них совпал с родительным. Этот процесс, начало которого мы видим и в санскрите, произошел также в яз. греч. и германских. Затем во многих языках был утрачен местный падеж: в греческом он совпал с дательным и творительным, в латинском - с отложительным (ablativus), в германских языках - с дательным. Та же участь постигла и творительный падеж, который в греческом совпал с дательным, в латинском - с отложительным. Этот процесс слияния нескольких падежей, известный под именем синкретизма, привел к сокращению количества падежей: в славянском - до семи (без отложительного), в латинском - до шести (без творительного и местного), в греческом - до пяти (без творительного, местного и отложительного). Такое обеднение формальной стороны этих языков не сопровождалось, однако, утратою функций старых падежей: они почти целиком перешли на сохраненные падежи. Можно даже сказать, что иногда функции падежей расширились: так, напр., греч. дательный сохранил все функции первоначальных дательного, творительного и местного падежей, с которыми он совпал по форме. И здесь, следовательно, мы наблюдаем ту же компенсацию функций грамматических категорий.

Литература. По общим вопросам С. трудно указать одно сочинение, разбирающее их во всем объеме. Прекрасное выяснение многих вопросов можно найти у Потебни, "Из записок по русской грамматике" (изд. 2-е, Харьк., 1888; введение, стр. 1 - 123); кроме того см. В. Delbruck, "Vergleichende Syntax der indogermanischen Sprachen" (I часть, Страсб., 1893; II ч.. 1897; III ч. 1900 г.); H. Hubschmann, "Zur Casuslehre" (Мюнхен, 1875; подробная история вопроса). Дальнейшая литература приведена у Дельбрюка, 1 ч., стр. XX сл.; I ч.. стр. XVI сл., и по отдельным вопросам в соответственных местах.

Д. Кудрявский.

Синхронизм

(греч. одновременность) - сопоставление одновременных происшествий. Синхронистический метод в истории - сопоставление одновременных событий, происходивших у различных народов и в различных странах. Синхронистические таблицы - ряд колонн, заключающих перечисление одновременных событий и исторических лиц; благодаря своей наглядности, употребляются для учебных целей.

Сион

- юго-западная гора в Иерусалиме, на которой возвышается крепость Иерусалимская. С. со всех четырех сторон окружен долинами: на З - долиною Гион, на Ю - Гинном, на С и В - Тиропеон. Последняя в настоящее время вся застроена, а в прежнее время, начинаясь от теперешних Яфских ворот, она шла через город с З к В, отделяя С., с вышним городом, от холма Акры, на котором лежит нижний город; потом, огибая гору храма с Ю к В, отделяла здесь С. от горы храма, и, простираясь на Ю, входила, наконец, в главную долину, образуемую соединением долины Гиннома с долиною Кедронскою. До времен Давида С. находился во власти иевусеев, и они имели здесь свою крепость. Давид взял эту крепость, распространил, обстроил и украсил ее и с этого времени Сион сделался городом Давидовым и столицею Иудеи (2 Цар. V, 79; VI, 12, 16; 3 Цар. VIII, 1; Парад. XIV, 4 - 8). Давид воздвиг здесь новое укрепление (2 Цар. V, 9; 1 Парад. XI, 8), которое довершали и поддерживали следующие цари (3 Цар. IX, 19, 24; XI, 27; 2 Парад. XXXll, 5). Из трех стен, окружающих Иерусалим, стена, окружающая С., была древнейшею. В скалах С. были гробницы Давида и др. царей. Ныне стена города проходить по хребту С., так что южная часть горы лежит вне города. В Св. Писании С. называется просто С., городом Давидовым, горою святою, жилищем и домом Божиим, царственным городом Божиим, принимается за самый Иерусалим, за колено Иудино и царство Иудейское, за всю Иудею и за весь народ Иудейский. У пророков имя С. часто означает царство Божие во всей его полноте, на земле и на небе, до окончательного совершения всего в вечности. Наконец, в прообразовательном смысле, С. представляется как место жительства Божия на небесах, как место высочайшего откровения славы Его (Евр. XII, 22). Там Бог Отец поставил Сына своего в царя (псал. II, 6); оттуда приходит спасение Израилю (псал. VIII, 7; LII, 1); оттуда является Бог во славе своей (псал. XLIX, 2 - 4); туда придут искупленные Господа, и радость вечности на главе их (Исаии XXXV, 10). См. прот. П. Солярский, "Опыт библейского словаря собственных имен" (т. IV, СПб., 1884).

Сионизм

- так называется в последнее время движение, направленное к национальному возрождению евреев в Палестине. Тяготение туда, где протекла с лишком 1000-летняя история еврейского народа и где, по его верованиям, должны исполниться обетования пророков, не прекращалось среди евреев в течение всего 18-векового периода их рассеяния. В ежедневных молитвах евреи не перестают молить Бога о восстановлении града Давида в прежнем величии и о возвращении рассеянного народа на старую родину. Как в произведениях народной лирики и эпоса, в псалмах и талмудических сказаниях, так и в творениях еврейских поэтов (Особенной славой пользуются в этой области песни-сиониды Иегуды Галеви, частью вошедшие в состав молитв.) тоска по Палестине выражается в ярких образах. Она обнаруживается также в непрерывном ряде массовых движений, паломничеств и эмиграций в Палестину. В первые века по разрушении храма стремление евреев в Палестину носит характер военно-политический и заканчивается массовым истреблением евреев при подавлении римлянами восстания Баркохбы. Позже не проходит почти ни одного века, в который где-нибудь среди евреев не возникло бы палестино-мессианское движение, иногда охватывающее значительную часть народа. Особенно широкие размеры приняло в XVII в. мессианское движение Саббатая-Цеви, распространившееся среди евреев Малой Азии, Европейской Турции и Польши и коснувшееся даже евреев Голландии. Несмотря на опасности, с которыми было связано путешествие в Святую землю, евреи не только совершали непрерывные паломничества в Палестину (Палестина до наших дней называется у евреев "Erezlsrael", т. е. земля Израиля.), но и стремились к основанию там хотя бы незначительных еврейских поселков и к поселению там хотя бы под старость. В XIX в. тоска по Палестине, в связи с верой в национальное возрождение, остается неизменной в народе, но принимает новые формы в слоях, проникнутых европейским просвещением. Под влиянием национально-освободительных движений первой половины XIX в. в Зап. Европе раздались первые одинокие голоса в пользу восстановления политического бытия еврейского народа. В 1862 г. М. Гесс, редактор "Rheinische Zeitung" и горячий поборник идей "Молодой Германии", в своей книге: "Rom und Jerusalem. Die letzte Nationalitatsfrage", настаивает на необходимости особой территории для свободного развития еврейской национальной индивидуальности и на невозможности разрешения еврейского вопроса иным путем, как возвращением евреям прав политической нации в Палестине. Одновременно с этим Эрнест Лагаранн в брошюре: "La question orientale" горячо призывает евреев восстановить свою национальную жизнь в Палестине и обращается ко всем европейским народам - и французам в особенности - с призывом помочь евреям в этом великом для цивилизации Востока деле. В 1861 г. пользовавшийся среди евреев высоким авторитетом торнский раввин Г. Калишер, в 3 части своей книги: "Emuno Jischoro" (Праведная вера) и отдельно в книге "Drischath-Zion" (искание Сиона, 1865), развивает мысль о необходимости, не выжидая пришествия Meccии, теперь же приступить к основанию в Палестине земледельческих колоний. На еврейском митинге в Мельбурне (в Австралии), в 1861 г., было постановлено учредить комитет для сбора пожертвований на дело земледельческой колонизации Палестины.

Первые практические шаги к возрождению еврейского земледелия в Палестине были сделаны в конце 1860-х годов Моисеем Монтефиоре и представителем парижского "Alliance Israelite", Шарлем Неттером. М. Монтефиоре приобрел для этой цели участок земли близ Яффы; но попытка его не удалась, вследствие неподходящего состава лиц, избранного для устройства колонии. Гораздо более успеха имела основанная в 1869 г., по инициативе Неттера, агрономическая школа "Микве-Израиль", близ Яффы; школа эта должна была служить рассадником агрономов, которые могли бы обучить земледелию палестинских евреев. После смерти Неттера сочувствие "Аллианса" к насаждению еврейского земледелия в Палестине охладело и до 1890-х гг. яффская школа, дав агрономическое образование нескольким сотням питомцев, на развитие собственно еврейского земледелия в Палестине не имела заметного влияния. В конце 1870-х годов среди палестинских евреев стремление к земледелию начинает пробуждаться, и несколькими лицами приобретается (1878) близ Яффы участок земли, на котором ныне находится колония Песах-Тикво. Новая эпоха в национальном и связанном с ним колонизационном движении евреев в Палестину начинается с первой половины 1880-х гг. В 1881 - 82 гг. на юге России произошел ряд еврейских погромов. Лишенные крова и средств к существованию и не уверенные в своей безопасности, евреи образовали эмиграционный поток, направившийся, главным образом, к нашей западной границе, оттуда разлившийся по всем крупным городам зап. Европы и отхлынувший затем в Сев. Америку. Во главе движения стала интеллигентная молодежь. В Киеве, Харькове и Одессе многие евреи покидали университеты и гимназии и образовывали группы, которые должны были направиться в Палестину или другую страну, где будет приобретена особая территория для еврейского народа. В то же время в России, Галиции, Румынии и Болгарии возникают кружки так назыв. "Ховове-Цион" (друзей Сиона) или "палестинофилов", с целью содействия основанию в Палестине еврейских земледельческих колоний и подъему национального самосознания евреев посредством изучения еврейской истории и литературы и превращения древнееврейского в живой разговорный язык ( В еврейских начальных школах в Яффе и соседних с нею колониях преподавание всех предметов ведется в настоящее время на библейском языке.). И в Зап. Европе, где с 1880-х годов особенно усилилось антисемитское движение, возникают с той же целью студенческие союзы - в Вене, Берлине, Гейдельберге, Париже и других университетских городах. Еврейское национальное движение встретило сочувствие и в некоторой части христианского общества, особенно в Англии. Известный путешественник по Востоку и дипломат, сэр Лауренс Олифант, в 1882 - 88 гг. всецело посвятил себя ходатайству пред турецким правительством о разрешении евреям основывать колонии в Палестине, где он и умер, оказывая еврейским колонистам всевозможную поддержку. Мысль о необходимости объединения многочисленных палестинофильских кружков России, Румынии, Галиции и друг. стран, появившаяся в самом начале движения, была впервые осуществлена в 1884 г. на съезде представителей кружков, в прусском городке (близ русской границы) Каттовице. Здесь было положено основание обществу "Друзей Cиона" имени М. Монтефиоре, с временным комитетом в Одессе. В 1887 - 89 гг., на съездах в Варшаве, Друскениках и Вильне, продолжалась объединительная и организационная деятельность русских палестинофилов. В 1890 г. был утвержден устав "Общества вспомоществования евреям-земледельцам и ремесленникам в Сирии и Палестине", с комитетом в Одессе и подчиненным последнему управлением в Палестине. Цель общества - поощрение евреев, поселившихся в Сирии и Палестине, к производительному (преимущественно - земледельческому) труду. Общество не в праве ни оказывать поддержку лицам, намеревающимся поселиться в Палестине, ни содействовать вообще переселению евреев в Палестину (за 9-ти летнее существование общество израсходовало на поддержку еврейских колонистов в Палестине около 150 тыс. руб.). Таким образом в круг деятельности официально утвержденного общества могла войти лишь часть задач кружков "Друзей Сиона", число которых продолжало расти.

Свободнее могли организоваться заграничные кружки "Друзей Сиона", объединенные в начале 1890-х гг. парижским центральным комитетом. В 1890 - 91 гг. эмиграционное движение евреев в Палестину достигает своего апогея и вызывает со стороны турецкого правительства запрещение въезда в Палестину русских евреев массами и на продолжительный срок; несколько сотен семейств бедных евреев не были пущены с пароходов на берег и возвращены на тех же пароходах обратно. Под влиянием этих событий и медленных успехов палестинской колонизации (в течение первых 10-ти лет основано около 18 колоний, с населением до 5000 чел.; затем дальнейшее расширение колонизации приостановилось), в лагере палестинофилов начинают обрисовываться различные течения. Особенное значение получает направление, известное под именем духовного палестинофильства (Во главе его стоит О. Гинцберг, известный в еврейской литературе публицист, пишущий под псевдонимом Ахад-Гаом.). По убеждению представителей этого направления, деятельность палестинофилов в настоящее время должна быть направлена не к колонизации Палестины, а к культурному развитию народа и к созданию новой системы национального воспитания (в последние 5 лет сионисты во многих городах усердно занялись изданием для народа просветительных книг, устройством библиотек, народных чтений, субботних школ, начальных школ и т п.). Палестина, впредь до возможности открытой и широкой колонизации, должна служить лишь духовным центром еврейства; пока достаточно образовать там хотя немногочисленное, но образцовое еврейское земледельческое население, которое служило бы ядром будущей колонизации. В противоположность духовным, практические палестинофилы выдвигают на первый план колонизацию Палестины, причем они не задаются никакими широкими проектами, а надеются на постепенное естественное усиление еврейской эмиграции в Палестину и колонизации этой страны (колонизационная система практических палестинофилов известна под названием системы инфильтрации). В середине 1890-х гг. возникает третье направление - так назыв. политический С. (С этих пор название "С." вытесняет из употребления название "Палестинофильство"; под С. вообще разумеется все еврейское национальное движение последних 18 лет, причем различают религиозный С., духовный или культурный С. и политичекий С.), - обязанное своим развитием деятельности венского журналиста Теод. Герцля и его книге "Judenstaat" (1896; есть русск. перев.). Герцль категорически заявляет, что основание еврейского государства есть не только насущная потребность евреев, но и всего цивилизованного мира; средства для этого он видит в объединении всех евреев в одном союзе, который, путем международного соглашения, добился бы уступки со стороны Турции территории в Палестине для образования еврейского государства. Систему инфильтрации практических палестинофилов Герцль решительно отвергает. В 1897 г. в Базеле собрался первый конгресс сионистов (около 200 представителей кружков из всех частей света) для выработки программы деятельности и организации сионистской лиги. Конгресс принял следующую программу: С. стремится создать для еврейского народа обеспеченное публичным правом убежище (Heimstatte) в Палестине.

Сиракузы

(Surakosai, Surhkousai, лат. Syracusae - одна из первых греческих колоний на восточном берегу о-ва Сицилии, основанная, по преданию, коринфянами около 735 до Р. Хр.; впоследствии самый большой и богатый город острова. Первоначально город был расположен на небольшом острове Ортигии; позднее распространился на СЗ и занял полуостров, выступавший в море. Пригородом С. служила Полихна, расположенная на холме, к Ю от р. Анапа: по мнению некоторых историков, это была древнейшая часть города С. Остров Ортигия (вероятно, в связи с эпитетом Артемиды Делосской или Ортигийской) или просто Остров ( NasoV), лежавший ниже уровня остальных частей города, представлял собой укрепленный пункт и служил акрополем. Здесь находился дававший до землетрясения 1170 г. по Р. Хр. пресную воду источник Аретуза, о котором существовало предание, будто здесь пелопоннесский Алфей, после подземного течения под Тонийским морем, выходит на поверхность земли. При Дионисии I, кроме Острова, город С. состоял из четырех кварталов, из которых каждый был обнесен отдельной стеной: Ахрадина, Тиха, Неаполь (первоначально Теменит), Эпиполы. Первой застроившеюся после острова частью города была Ахрадина; здесь помещались площадь с прекрасными портиками, здание совета, храм Олимпийского Зевса, театр; в южной части Ахрадины находились известные сиракузские каменоломни. Тиха получила свое название по храму богини судьбы (Tuch). В Неаполе находились первый по величине в Сицилии театр, храмы Деметры и Персефоны. Эниполы представляли собою естественное и искусственное укрепление: холм, на котором была расположена эта часть города, был обнесен при Дионисии I крепкою стеной. Тут же был устроен грандиозный водопровод. Население города в цветущий период его существования достигало 500000. Политическая жизнь С. развивалась так же, как и в остальных частях греческого мира. Когда С. основывались, пора царской власти уже миновала. Потомки основателей города были привилегированными и правоспособными гражданами и собственниками (gamoroi); в их руках сосредоточивались как имущественные, так и политические права. Это была аристократия и вместе с тем олигархия. Остальная народная масса (damoV) не имела ни политических прав, ни земельной собственности: она занималась торговлей и промышленностью. Возвышение С. совершалось постепенно; первоначально они уступали в могуществе Геде и Акраганту и только овладев юго-вост. побережьем Сицилии завоевали себе значение первого греческого города в Сицилии. Между 663 и 598 г. сиракузянами были основаны в Сицилии поселения Акры, Касмены и Камарина, служившие как бы форпостами Сиракузской области. V-ый век был периодом наибольшего могущества и процветания города. В 485 г. сиракузская чернь, соединившись с рабами, изгнала Гаморов: последние обратились к защите сына Гиппократа, тирана Гелы - Гелона, который без сопротивления овладел Сиракузами и сделал их своей резиденцией. При Гелоне, который был умным и мягким тираном, город значительно разросся и украсился и население его значительно увеличилось за счет завоеванных городов. Преемник Гелона, брат его Гиерон I (478 - 467), прославленный Пиндаром за победы на Пифийских и Олимпийских играх, был подозрителен и жесток, и правление его было беспокойное. После него власть перешла в руки брата его Фрасибула, который через год должен был отказаться от тирании, ввиду народного восстания. С низвержением тирании наступает господство демократии, но вскоре опять возникает политическая борьба полноправных граждан с наемниками и другими бесправными жителями города.

В 461 г. утвердилась демократическая форма правления, существовавшая более чем 50 лет, причем против попыток восстановить тиранию ввели так называемый петализм, соответствовавший афинскому остракизму. Сицилийская экспедиция Алкивиада и Ниния (415 - 413), окончившаяся поражением афинян, имела своим результатом усиление могущества С. К этому времени относятся реформы демагога Диокла, который преобразовал сиракузскую конституцию в духе радикальной демократии. После падения Леонтин и Гимеры, влияние Диокла пошатнулось, хотя Гермократ, руководивший обороной Сиракуз во время афинской экспедиции, но изгнанный по подозрению в покушении на демократическое государственное устройство, не смел, по возвращении в Сицилию, восстановить прежнее политическое устройство и пал в 407 г. во время народного мятежа. После неудачной борьбы с карфагенянами (406 405), снова выступила на сцену партия Гермократа и между прочим возвысился любимец сиракузской толпы Дионисий. Сумев ловко обвинить своих товарищей по командованию в том, что они подкуплены карфагенянами, он добился единоличного командования армией и вскоре затем захватил в свои руки правительственную власть. При Дионисии I (405 - 367) С. достигли апогея своего могущества и славы первого греческого города на западе. Преемник Дионисия I, сын его Динисий II младший (367 - 357 и 354 - 343), был неумелый правитель. При нем произошла революция, виновником которой был Дион, стремившийся ввести народное правление. Три года (357 - 354) Дион удерживал за собою власть, но погиб от руки убийц, после чего тирания опять досталась Дионисию. Раздираемые мятежами и борьбою партий, С. обратились за помощью к своей метрополии, Коринфу, который послал Тимолеонта для умиротворения города. Освободив С. от Дионисия и карфагенян, Тимолеонт правил в С. с 343 по 337 г. и вновь возвратил сицилийской столице ее прежний блеск и могущество. Исполнив возложенную на него задачу, Тимолеонт сложил с себя власть и удалился в частную жизнь. По смерти его правление в С. было вверено 600 лучшим гражданам (олигархам), но в 317 г. Агафокл, после победы над Карфагеном, овладел властью и восстановил ужасы тирании. По смерти его (289) наступил новый период смут и деспотизма, и если бы не появление в 278 г. в Сиракузах Пирра, вся Сицилия подпала бы под власть карфагенян. При Гиероне II (270 - 216) С. пользовались сравнительным спокойствием и вели мирную жизнь богатого города. Гиерон был добрым и искусным правителем; его финансовое законодательство сохранилось в силе даже после завоевания С. римлянами. В борьбе римлян с карфагенянами Гиерон II был верным союзником Рима.

Внук Гиерона, Гиероним, предпочел союз с Карфагеном, но вскоре пал жертвою заговора, вызванного его надменностью и жестокостью. Последовавшие смуты были подавлены карфагенянами, которые, под предлогом освобождения города от тиранов, заручились расположением народной массы. В 214 г. Марцелл подступил с римским войском к С. и осадил его с моря и суши. В 212 г. он овладел Эпиподами и Тихой, а осенью того же года, когда моровая язва заставила карфагенский флот отплыть в Африку за новыми подкреплениями, сдались Ахрадина и Остров. Город был отдан на разграбление солдатам; большинство памятников искусства было перевезено в Рим. При взятии С. погиб известный математик Архимед. Сделавшись после 212 г. простым провинциальным римским городом, С. не утратили прежнего блеска и были резиденцией римского наместника в Сицилии. Во время второго триумвирата, когда Секст Помпей овладел Сицилией, С. снова подверглись погрому; но Август в 21 г. перевел сюда новых переселенцев, которые заняли Ахрадину и Остров - кварталы, в которых сохранилось больше всего остатков римской архитектуры и следов римской жизни. При императорах С. продолжали спокойную жизнь культурного, славного своим прошлым греческого города; они сохраняли свой совет и имели своих магистратов. Ср. Goller, "De Situ ex origine Syracusarum" (Лпц., 1818); Schubring, "Achradina. Ein Beitrag zur Stadtgeschichte von Syrakus" ("Rhein. Mus." XX, 15 - 63); его же, "Die Bewasserung von Syrakus" (Philol. " XXII, 577 сл.); S. Cavallari, A. Holm, Cr. Cavallari, "Topografia archeologica di Siracusa", с большим атласом (Палермо, 1883); В. Lupus, "Die Stadt Syrakus im Altertum" (Страссбург, 1887); Muess, "De Syracusanorum rerum statu etc. " (Б., 1867); Stein, "Res Syracusanae inde a morte Hieronis usque ad urbis expugnationen" (Лпц., 1871).

Н. О.

Сирены

(SeirhneV, Sirenes) - в греческой мифологии морские музы, олицетворявшие собой обманчивую, но очаровательную морскую поверхность, под которою скрываются острые утесы или мели. Первые упоминания о С. имеются в Одиссее. Они живут на западе, на острове между землей Кирки и Скиллой, и здесь, сидя на цветущем прибрежном лугу, чарующими песнями заманивают плывущих мимо путников, которые, забыв все на свете, подплывают к волшебному острову и погибают вместе с кораблями (Одисс. XII, 39 и след.). Сам Одиссей избег коварных С. лишь благодаря предостережению Кирки: он залепил уши своих спутников воском, а самого себя велел привязать к мачте. В послегомеровских сказаниях (напр. в "Argonautica" Аполлония Родосского). С. изображаются как девы чудной красоты, с очаровательным голосом; звуками своих песен они усыпляют путников, а затем раздирают их на части и пожирают. Аргонавты лишь благодаря тому миновали гибели от С., что сопутствовавший им Орфей заглушил пение С. звуками своей песни. Сиренам было предсказано, что они погибнут, когда кто-либо из путников пройдет мимо их острова не поддавшись искушению; поэтому, когда проплыл мимо них корабль Одиссея (по другим - Аргонавтов), они бросились в море и обратились в утесы. По одному сказанию они однажды состязались с музами в искусстве пения, были побеждены и за это лишились перьев, которые впредь стали служить головным украшением муз. В послегомеровских сказаниях С. представлялись в образе крылатых дев или женщин с рыбьим хвостом, или дев с птичьим телом и куриными ногами. Этот последний атрибут они получили по собственной просьбе, чтобы им было легче разыскивать по морям и островам их подругу Персефону, после того как ее напрасно искали на земле; по другим сказаниям, они были обращены в птиц по воле Деметры, в наказание за то, что они не помешали похищению Персефоны, или по воле Афродиты, за то, что они предпочли остаться девами. Позднее определяли местонахождение их острова близ Сицилии и называли как таковое, или сицилийский мыс Пелор, или Капрею, или Сиренузские острова (близ Кампанского берега), или остров Анфемузу. Отцом С. считали морского бога Форкиса или Ахелоя, матерью - Стеропу, или одну из муз (Мельпомену, Терпсихору, Каллиопу), или Гею. По Гомеру, С. было две (имен Гомер не приводит); позднее называли трех С., имена которых были Пейсиноя, Аглаофа и Тельксиэпея или Парфенопа, Лигея и Левкосия. В южноиталийском городе Сурренте (в Кампании) существовал храм С.; возле Неаполя (Парфенопы) показывали гробницу С. Парфенопы. Ср. Н. Schrader, "Die Sirenen nach ihrer Bedeutung und Kunstlerischen Darstellung im Altertum" (Берл., 1868); Plew, в "Fleckeisens Jahrb.", 1869, стр. 165; Lewi, там же, 1892, стр. 181; О. Crusius, в "Philologus", т. 50, стр. 93 и след.

Н. О.

Сирень

(Syringa) - род кустарников, принадлежащий к сем. маслиновых (Oleaceae). Сюда относится до 10 видов, распространенных в диком состоянии в юго-восточной Европе (Венгрия, Балканы) и по Азии, преимущественно в Китае. Листья у них супротивные, обыкновенно цельные, реже перисто-раздельные, опадающие на зиму. Цветы белые, лиловые или розовые, расположены в метелках, которыми оканчиваются ветви. Чашечка маленькая, короткая, колокольчатая о четырех зубчиках. Венчик обыкновенно с длинной цилиндрической трубкой (реже, как напр. у амурской сирени  - с укороченной трубкой) и плоским четырехраздельным отгибом. Тычинки две, прикрепленных к трубке венчика. Завязь одна с двураздельным рыльцем. Плод - сухая двустворчатая коробочка. Все виды С. отличаются красивыми цветами, почему их и разводят в садах. Особенно сильно распространена обыкновенная С. (Syringa vulgaris) - роскошный кустарник, чрезвычайно выносливый, который отлично растет на открытом воздухе как на юге, так и на севере Европы и украшает весною наши сады крупными соцветиями своих душистых цветов. Кроме основной формы с лиловыми цветами, в культуре возникли разновидности с белыми и розоватыми цветами. Они употребляются также для выгонки в оранжереях, так что почти всю зиму можно иметь свежие цветы С. Этот вид дико растет на Балканах и, быть может, в Венгрии. Кроме обыкновенной С. можно упомянуть еще персидскую С. (Syringa persica L.) с более узкими, иногда перисто-раздельными листьями, венгерскую С. (Syringa Josikoe Iacq.) с цветами без запаха, родом из Венгрии; Syringa Emodi Wall., родом с Гималаев; Syringa japonica Maxim из Японии. В Китае растет дико несколько видов С. В пределах России на Амуре встречается амурская С. (Syringa amurensis Rupr.).

Сирокко

или широкко (Scirocco) - итал. название теплого южного ветра. Некоторые считают С. сухим ветром, но это верно лишь отчасти. Всего суше С. в Палермо и вообще на сев. берегу Сицилии, где это - нисходящий горный ветер, причем нередко температура поднимается выше 40º и влажность менее 30%. Напротив, на зап. берегу Италии и соседних равнинах (напр. в Неаполе, Риме) С. - влажный теплый ветер с моря. Такой же характер имеет С. восточного побережья Адриатического моря: здесь в холодное полугодие чередуются теплый влажный С., с ЮВ приносящий дожди, и сухая холодная бора с СВ. Название С. принесено сюда итальянцами, они же распространили его в Алжире и Тунисе, где С. сухой теплый ветер из пустынь. Как влажный, так и сухой С. считаются вредными для здоровья нервные расстройства, головные боли, невралгии обыкновенно сопровождают С.

Сисмонди Жан-Шарль-Леонард

(Simonde de Sismondi) - замечательный экономист и историк (1773 - 1842). Предки его переселились из Италии во Францию, где приняли протестантскую веру и после отмены Нантского эдикта бежали в Женеву. Отец С. был протестантским пастором и членом большого совета женевской республики. Расстроенные дела отца заставили С. оставить университет, не окончив курса, и поступить на службу в один торговый дом в Лионе. Восстание лионского населения против национального конвента (1793) вынудило его бежать обратно в Женеву; но здесь также разразилась революция, причем сильно пострадала за свои аристократические симпатии семья С.; и отец, и сын попали в тюрьму, а потом вся семья, после короткого пребывания в Англии, переселилась в Италию, где приобрела имение близ Флоренции. В 1798 г. С. вернулся в Женеву и занял там место секретаря торговой палаты. К этому времени относится появление первых его сочинений: "Tableau de l\'agriculture toscane" (1801) и "De la richesse commerciale ou principes de l\'economie politique" (1803), в которых он выступил приверженцем экономических учений А. Смита. Эти сочинения создали ему репутацию солидного ученого: он получил приглашение занять кафедру политической экономии в Вильне, но отклонил это предложение, как впоследствии отказался принять кафедру в парижской Сорбонне. Позже С. совершил целый ряд путешествий по Италии и Германии (частью в обществе г-жи де Сталь), собирая материалы для своих экономических и исторических работ. В 1815 г. он еще раз посетил Англию и был свидетелем постигшего страну тяжелого экономического кризиса. По заявлению самого С., это произвело коренную перемену в его экономических воззрениях, заставив его усомниться в верности многих положений А. Смита, Рикардо и Мальтуса. Отражением этой перемены являются сочинения С.: "Nouveaux principes d\'economie politique" (П., 1819) и "Etudes sur l\'economie politique", упрочившие за ним значение одного из самых видных экономистов первой трети XIX стол.; особенно в первом из них он сделал замечательно правдивую оценку темных сторон капиталистического хозяйства. С. жил в эпоху крупнейших переворотов, какие только переживала Зап. Европа в двух сферах - политической и экономической. В этих переворотах С. не выступал в качестве политического деятеля, но он глубоко ими интересовался, сохраняя полное душевное равновесие, не примыкая ни к реакционерам, ни к фанатикам революции. В своих обширных исторических исследованиях ("Histoire des геpubliques italiennes du moyen age", 16 т., 1807 - 18; "Histoire des Francais", 31 тт., 1821 44; "Histoire de la liberte en Italic", 1832; "Histoire de la chute de l\'empire romain", 1835 и др.) С. горячо сочувствует свободолюбивым стремлениям народных масс. Эти сочинения пользуются почетною известностью у специалистов, но гораздо выше стоит значение С., как экономиста. Он является замечательным истолкователем тех преобразований в хозяйственном строе зап. европ. народов, которые происходили в конце прошлого и начале нынешнего века, вследствие технических изобретений и перехода к свободе экон. оборота. А. Смит, противопоставляя народное хозяйство нового времени хозяйству феодального периода, основанному на опеке и законодательной регламентации, видел в экономической свободе и конкуренции ту силу, которая должна привести нации к всеобщему материальному благосостоянию, и это воззрение во времена С. было господствующим среди экономистов. С. показал, что конкуренция действительно вызвала усовершенствование техники производства, увеличила производительность труда и массу производимых продуктов, но в сфере распределения продуктов привела к неблагоприятным результатам: положение всего класса рабочих сделалось менее обеспеченным, чем оно было даже при цеховой организации производства. Разделение труда, при машинном производстве, дает возможность разложить самые сложные процессы производства на простейшие манипуляции, которые могут выполнять даже неискусные и слабые руки детей; поэтому спрос на взрослых и искусных рабочих понижается, и они в массе производств заменяются женщинами и детьми. Вопреки общепринятому тогда мнению, С. находил, что результатом детского и женского труда было не увеличение дохода рабочей семьи, а лишь увеличение суммы труда, обмениваемого на тоже количество продуктов потребления, причем семья приносит в жертву здоровье и будущность своих детей. С. тогда уже обращал внимание на вред чрезмерного удлинения рабочего дня в фабричном производстве, без соответствующего увеличения заработной платы. Предполагалось, что положение рабочего класса улучшится, если он будет освобожден от соблюдения дня отдыха, установленного религией; С. возражал против этого взгляда, утверждая, что если бы соблюдение воскресного дня перестало быть обязательным, то рабочие принуждены были бы истощать себя непрерывным трудом за ту же плату, которую они получают и в настоящее время.

Прогрессом техники производства может восторгаться, по мнению С., только тот, кто игнорирует печальные явления, происходящие в сфере распределения: периодические вытеснения из фабрик целых масс рабочих, сделавшихся излишними вследствие новых усовершенствований в машинах, концентрацию производства в руках наиболее богатых промышленников и т. п.. И в самом производстве, по мнению С., не все обстоит так благополучно, как это полагали А. Смит и его школа. Та же конкуренция, которая, по словам А. Смита, приводит к блестящим результатам в росте производства, обусловливает и периодические промышленные кризисы, от которых страдают все слои населения страны. Причину кризисов С. видит в том, что рабочий класс почти исключен из пользования результатами возрастающей продуктивности его труда. Другими словами, кризисы зависят от того, что заработная плата остается на одном уровне или же возрастает очень слабо, тогда как техника дает возможность удвоить и утроить количество производимых продуктов, не прибегая к увеличению состава рабочих; вследствие этого большая часть продуктов, предназначенных для народного потребления, не находит сбыта: рабочие, нуждающиеся в них, не располагают необходимою покупною силою для их приобретения. Характерной чертой современного экономического быта является, таким образом, нарушение соответствия между производством и потреблением. С. согласен с Мальтусом в том, что рост населения является фактором народного благосостояния лишь при пропорциональном увеличении национального дохода; но он опровергает предположение Мальтуса, что излишек населения происходит от увеличения его в геометрической прогрессии, тогда как продукты земледелия возрастают только в прогрессии арифметической. С. блестяще доказывает, что замечаемый периодический излишек населения зависит не от стихийных причин, а от недостатков экономической организации. В Риме, напр., десятки тысяч народа не находили работы и страдали от голода, в то время, когда у ворот города 400000 моргов земли оставались необработанными. В современном индустриальном хозяйстве введение машин или замена действующих машин другими усовершенствованными, ведет к тому, что часто тысячи рабочих лишаются заработка. Такие же последствия имеют и кризисы, обусловливаемые задержкою в сбыте товаров. С. горячо полемизирует с Сэ и Рикардо, которые старались доказать, что излечение большей части бедствий, связанных с современной экономической организацией, заключается в тех же самых силах, на которых она основана - в преследовании каждым индивидом своей выгоды и в конкуренции. Рикардо полагал, что при действии этих сил не может иметь места продолжительная задержка в сбыте товаров или хроническое обесценение произведений данной отрасли промышленности, потому что хозяйственный рассчет заставляет промышленников немедленно переводить свои капиталы из тех производств, на продукты которых спрос сократился, в другие, где спрос на продукты возрастает, и таким образом равновесие между спросом и предложением скоро восстановляется. С. показал, что при экономических кризисах, да и в обыкновенное время, дело происходит не так просто: промышленники, связанные привычкой, вовсе не могут так быстро менять род занятий, как это допускал Рикардо, вследствие чего нарушение равновесия между производством и потреблением сплошь и рядом принимает хронический характер и сопровождается потерею состояний для целых категорий предпринимателей. Допустить, вместе с Рикардо, что производство само по себе уже создает потребление, значит, по мнению С., поступать подобно немецким метафизикам, которые часто в своих умственных выкладках игнорируют время и пространство.

Указав на опасности для общества и трудящихся классов, заключающиеся в развитии крупной индустрии, в отделении труда от капитала и земли, С. усматривает главное средство если не для устранения, то для смягчения грядущих бед в социальном законодательстве. Он приходит к выводу, что вся экономическая жизнь - не только сфера производства, но и распределение благ, - должна быть подвергнута общественному контролю и реформирована согласно интересам всего общества, а не отдельных его классов. "Все, что создано нами, подлежит также нашему контролю, а потому власть законодателя дает ему право уничтожать злоупотребления, являющиеся результатом его законов. Земельная собственность также должна быть подчинена такому законодательству, которое действительно имело бы результатом пользу всех, так как только в интересах общей пользы собственность эта признана законом". С. ясно сознавал всю глубину социальной проблемы, заключающейся в отношениях между классами владеющими и неимущими, но его не удовлетворяли ни эксперименты Оуена, ни мечтания Фурье и утопистов. Его идеал был скромнее. "Я желаю - говорит он, - чтобы промышленные капиталы были разделены между большим числом средних капиталистов, а не сосредоточивались в руках одного человека, обладающего миллионами. Я желаю, чтобы фабричный рабочий имел впереди надежду и был почти уверен в том, что сделается участником предприятия своего хозяина. Для осуществления этих реформ я требую лишь медленных и косвенных мер со стороны законодательства, лишь полнейшей справедливости в отношениях между фабрикантом и рабочим". Всякий крупный землевладелец, фермер, фабрикант, сверх обычной заработной платы, едва достаточной для покрытия текущих расходов рабочей семьи, должен, по мнению С., обеспечить содержание этой семьи на время болезни, старости и случаев крайней нужды; тогда, может быть, сами предприниматели найдут, что им выгоднее сделать рабочих собственниками. От вышеупомянутой обязанности могут быть освобождены те, которые согласятся уплачивать вознаграждение достаточное для содержания рабочих не только в зрелом возрасте, но и во время старости, детства и болезни. С. указывал на несправедливость порядков, установившихся в Англии, где собственники и предприниматели, путем налога в пользу бедных, возложили обязанность содержания своих рабочих во время старости и болезни на все общество.

Впервые высказанная С. мысль об обеспечении рабочих в период их старости и болезни на средства предпринимателей осуществляется только в самое последнее время, в разных формах страхования рабочих. B сфере земледелия С. был сторонником мелкой собственности и пропагандировал эту форму землевладения в ту пору когда в литературе господствовало мнение о преимуществе крупных земледельческих хозяйств. Отмеченная им устойчивость мелкого землевладения, вследствие большей заинтересованности мелкого хозяина в валовом доходе, чем в чистом, подтверждена современным сельскохозяйственным кризисом, от которого гораздо более пострадали крупные собственники, чем мелкие. Одним из важных условий народного благосостояния С. считал рациональную систему налогов. Он являлся противником косвенного обложения и считал наиболее справедливым подоходный налог, с освобождением от обложения доходов, не превышающих определенного минимума средств существования. Прогрессивные воззрения С. в области экономической политики не оказали влияния на деятельность правительств его времени; но они составляют важное звено в истории развития экономической мысли и оказали огромное влияние на последующие школы. Несомненно, что Маркс и Родбертус находились под сильным влиянием теоретических взглядов С. В особенности замечается тесное сродство между экономическими теориями Родбертуса и С.; у обоих экономистов мы находим тот же метод, тоже постоянное сравнение, при теоретических выводах, изолированного хозяйства с общественным, проведение строгой грани между частным и народным хозяйством, противопоставление дохода от труда доходу от капитала, одинаковое отношение к причинам экономических кризисов и к эволюции исторических форм хозяйства. Это влияние С. на школу социалистов подробно проследил Антон Менгер, в сочин.: "Das Recht auf den vollen Arbeitsertrag" (изд. 2, 1891). С другой стороны, прикладная часть воззрений С. (страхование рабочих, фабричное законодательство и т. д.) вошла в программу требований, выставленных школою катедер-социалистов (Шмоллер, Вагнер, Гельд).

Литература. Mignet, "Notice historique sur la vie et les travaux de M. Sismondi" ("Memoires de l\'Academie des sciences morales et politiques", т. VI, 1850); Elster, "S. de Sismondi" ("Conrad\'s Jahrbuch.", 1887, т. XIV). В издаваемой Солдатенковым "Библиотеке экономистов" помещен перевод избранных мест С., с предисловием Б. Ефруси; см. его же, "Социално-эконом. воззрения С. " ("Русское Богатство", 1896, кн. 7 и 8).

В. Левитинский

Система

- так называется соединение однородного знания в одно целое. Основанием для такого соединения служит одно какое-либо начало или принцип. Возможность С. дана в отношениях подчинения и разделения понятий, необходимость ее - в единстве мышления, которое не успокоивается, пока не подведет разнообразные сведения в различные группы научного знания, а последнего не объединит в цельной единой философской С. Прототипом С. служат соподчиненные понятия, лежащие в объеме высшего; подчинение понятий и разделение их разрастается в классификацию. От классификации С. отличается тем, что имеют ввиду познание предметов, а не произвольное сочетание понятий на основании субъективного принципа. С., как научная, так и философская, служит отражением обыкновенного порядка; даже с точки зрения критической философии, считающей всякую закономерность лишь продуктом сознания, С. является отражением объективной действительности - только эта действительность перенесена во внутренний мир. Группировка философских С. может быть чрезвычайно разнообразна, в зависимости от принципа, которым определяется их характер. С точки зрения количественной философские С. можно разделить на монистические, дуалистические и плюралистические, в зависимости от того, признают ли они один принцип бытия (Спиноза), или два (Декарт), или бесчисленное количество качественно различных (Лейбниц), или же только количественно различных (атомисты). С точки зрения качественной, т. е. качественного определения принципа, за коим признается истинное бытие, философские С. могут быть разделены на материализм, идеализм и идеореализм, пытающийся соединить в одно противоположности материализма и идеализма. Большое количество философских направлений дает точка зрения гносеологическая, с которой можно различать догматизм, критицизм и скептицизм. Первый подчиняет вопросы познания вопросам бытия, второй сводит все вопросы к вопросам познания, третий отрицает возможность познания. К этой же группе философских С. следует отнести и мистицизм, характерным признаком которого является учение о познании бесконечного начала, и субъективизм, представляющий прямую противоположность мистицизму. С точки зрения процесса, философские С. могут быть разделены на эволюционные (Гегель, Спенсер), эманационные (Плотин) и такие, которые отрицают всякое становление (элеаты). Э. Р.

Сихотэ-Алинь

- береговой хребет Приморской обл., вдоль русского побережья Сев. Японского моря и Татарского прол., от устья р. Амура до пределов Маньчжурии. Средняя высота С. Алиня в южн. части 2 - 3000 фт., в сев. - 3 - 4000 фт., отдельные вершины (гора Голая и др.) достигают 5000 фт. С. - Алинь служит водоразделом с одной стороны маленьких рр., впадающих в Сев.-Японское море и Татарский прол., и с другой бассейна Амура и Уссури. Хребет состоит из ряда параллельных складок, имеющих общее сев. - сев. - вост. направление. Вост. отроги его коротки, направляются перпендикулярно к берегу моря, где и кончаются высокими отвесными скалами. С вост. склонов стекают в море небольшие, но быстрые реки с узкими долинами; наибольшие из этих речек: Седеми, Мангугай, Суйфун, Цымухэ, Сичан, Псухун и Тузании. Теже отроги ограничивают несколько больших морских заливов, каковы зал. - Св. Ольги, Св. Владимира и Петра Вел. Зап. отроги С. Алиня более пологи и заполняют собой все пространство от водораздела до Амура и Уссури. Pp. этого склона имеют менее быстрое течение. Из их наибольшие: Нор, Донндон, Има, Баку, Бики, Фудри, Уссури и Сунгари. На побережье, начиная от зал. Петра Вел. до зал. Св. Ольги, встречаются кристаллические горные породы; там, где береговая линия пересекает складки хребта, попадается по большей части гранит, где же береговая линия совпадает с направлением гор преобладают порфиры, порфириты, диориты и диабазы. При пересечении хребта в поперечном направлении, кроме указанных пород найдены еще андезиты, базальты, слюдяные сланцы, песчаники, брекчии, конгломераты и глинистые сланцы. Большая часть С. Алиня поросла, хвойным лесом, состоящим из кедра (Pinus mandjurica), ели (Abies sibirica), лиственниwы (Larix daurica и L. japonica), пихты (Picea obovata и P. ajanensis), сосны (Pinus silvestris). Благодаря влиянию Японского моря, растительность вост. склонов беднее, весной растительная жизнь начинается здесь позднее, нежели на зап. склонах. Из лиственных пород, преобладающих в долинах, в С. - Алине встречаются липа (Tilia mandjurica и Т. cordata), клен (Acer mono, A. spicatum и др.), пробковое дерево (Phillodendron amurense), грецкий орех (Junglans mandjurica), маакия (Маaria amuernsis), черешня, черемуха (Prunus maximoviczii), абрикосовое дерево, яблоня и груша (Pyrus baccata и P. ussuriensis), осина, береза обыкновенная и черная (В. daurica), а также тисс (Taxus baccata). Ср. Пржевальский, "Путеш. в Уссурийском кр." (стр. 16 и пр.); Иванов, "Основные черты строения С. - Алиня" ("Зап. Приам. Отд. Геогр. Общ. ", т. 1. вып. Ill, 1897). А. Н.

Сказители

- так называют себя олонецкие певцы былин (старин), производя это слово от глагола "сказывать", в специальном значении передачи чего-либо (сказки, события) нараспев, речитативом. В Олонецком крае исследователи не встречали С. по профессии, снискивающих себе пропитание пением былин, подобно каликам, для которых пение духовных стихов является хлебным ремеслом. Из среды знающих и поющих былины мужиков и баб выделяются, однако, особо одаренные люди, приобретающие репутацию С. по преимуществу и пользующиеся в окрестном населении почетом и славой. Они являются традиционными хранителями эпической старины, передавая ее из поколения в поколение, причем детальные изменения, невольно вносимые каждым из них при пении той или другой былины, зависят от самых условий устной передачи, но не от личного сочинительства: последнее почти отсутствует, и многочисленные попытки "сочинить" новую былину, как свидетельствует Гильфердинг в предисловии к "Онежским былинам", оканчивались неудачей. Субъективный элемент, вносимый С. в передачу былины, находится, между прочим, в зависимости от профессии, которая кормит С.: напр., у С. - калик богатыри отличаются особенной набожностью, С. - портной с большой тщательностью останавливается на подробностях одеяния богатырей и т. д. Портняжное ремесло, как и плетение сетей, вообще вызывают "охоту старинки петь". У женщин-сказительниц есть свои любимые былины - те, где выдающаяся роль принадлежит женщине, напр. былины о Ставре, Чуриде, Иване Годиновиче. Еще не решен вопрос, от кого и каким образом получили предки современных С. былевое наследство; но можно считать несомненным, что в образовании былевой части нашего эпоса, в обогащении его новыми сюжетами значительное участие принимали скоморохи.

Сохранению былин в нашем севере, в Олонецкой и Архангельской губ., где их записано наибольшее число, при несомненной поэтической восприимчивости населения, много содействовали такие обстоятельства, как отдаленность от культурных центров, отсутствие грамотности, а также отсутствие крепостного права, что давало населению возможность "не терять сочувствия к идеалам свободной силы, воспеваемым в былинах" (Гильфердинг); эти же обстоятельства объясняют и исчезновение в настоящее время эпоса, усиливающееся по мере проведения дорог, развития грамотности и т. д. Некоторые С. обладают замечательной памятью; многие продиктовали собирателям былин от 2000 до 3000 стихов, от 10 до 20 былин; репертуар таких общеизвестных С., как Калинин и Трофим Рябинин, доходит до 5000, а у Рябинина-сына (Ивана Трофимовича) - до 6000 стихов. Об известном в свое время калике Мещанинове С. Фепонов сообщал Гильфердингу почти невероятный факт, будто он знал до семидесяти былин (средняя былина - от 400 до 600 стихов). Сохранению былин в памяти помогает определенный характер и склад былины, слагающейся из ряда установившихся эпических приемов, "передвижных картинок", условных запевов, исходов, поэтических формул, постоянных эпитетов и т. д. С другой стороны, распространенная в олонецком населении вера в чудесное, позволяющая видеть в том, что изображается в былинах, действительную быль прежних веков, и повсеместное уважение, с которым крестьяне относятся к своим "старинушкам", также содействовали сохранению нашего эпоса и образованию типа певца-С., воплощающего в себе высший подъем народно-поэтического чувства. Многие из С. являлись в наши столицы петь былины в заседаниях ученых обществ и публичных собраниях; таковы Трофим Рябинин (1871), Щеголенок (1879), Касьянов (1891), Иван Трофимов (1893 и 1894). О сказителях, кроме Гильфердинга, см. "Песни, собранные П. Н. Рыбниковым" (М., в 60-х гг.); первые главы ("Былинное предание в Олонецкой губ. " и "Русская былина, ее слагатели и исполнители") в "Очерках русской народной словесности" Всеволода Миллера (М., 1897); Евг. Ляцкий, "Иван Трофимович Рябинин и его былины" (М., 1895).

Евг. Л - ий.

Сказки

(литер. и этногр.) - словесные произведения повествовательного характера, почти исключительно прозаические, созданные иногда в видах развлечения, иногда с целью дидактической, но большею частью без всякой цели, как естественное выражение словесной или литературной потребности. С. - органическое явление народной психики, они рассеяны по всей земле, у всех народов. Разнообразие С. обусловлено не столько обилием мотивов, которых насчитано приблизительно до 400, сколько различными их комбинациями. С. существуют с незапамятной древности. В старое время ими пользовались, не задаваясь вопросами об их происхождении и литературной истории, как занимательными или поучительными рассказами. Ныне интерес к С. более глубокий, но менее широкий, чем в старину. Интеллигенцию они занимают лишь в художественной обработке (повести Л. Толстого, Квитки, Стороженко), а в простом виде обращаются в низших слоях населения, преимущественно среди старых и малых; большую ценность они имеют для специалистов по фольклору. В старое время С. и сказочники были одинаково популярны на всех ступенях общественного быта, от крестьянских хат до царских дворцов. В начале XIX столетия был поставлен вопрос о происхождении С., вызвавший много исследований и поныне вполне не разрешенные. Сначала высказывались по этому вопросу лишь филологи; затем о нем с разных сторон трактуют историки культуры, антропологи и этнографы. Всеми признано большое сходство сказочных мотивов у разных народов, но причины этого сходства объясняются различно. Самая ранняя теория - мифологическая - выдвинута бр. Гриммами; в России представителями ее были Афанасьев, Ор. Миллер, Потебня, отчасти Буслаев (в ранних трудах). Сходство сказочных мотивов она объясняла общими всем индоевропейским народам в древности религиозно-мифическими представлениями. С этой точки зрения С. - обломки древнего арийского эпоса о солнце, месяце, громе. Накопление новых этнографических материалов, лучшее знакомство с старинными литературами, ознакомление с С. народов Африки, Америки и Австралии открыло сходство там, где его ранее не подозревали, обнаружило много связей между памятниками устной словесности и письменности и сильно подорвало мифическую теорию. Этому помогли сами мифологи, впадая в очевидный произвол; так напр., Губернатис объяснял С. о бобе до неба - как образ месяца, басню о лисице и вороне, выпустившей сыр из клюва - как мифический образ исчезновения утренней зари и т. п. В действительности для мифологии, за позднейшим выделением литературных и бытовых воздействий, осталось очень мало С., и научное движение в этом направлении почти совсем прекратилось. Взамен выдвинулась теория литературного заимствования, оказавшаяся гораздо более плодотворной в научном отношении. Основателем и главным представителем этой теории в Германии считается Бенфей; за ним последовали Либрехт, Р. Келлер, во Франции Коскен, в Англии Клаустон, в России акад. А. Н. Веселовский, Вс. Миллер, в Чехии Поливка и Зибрт, в Болгарии Шишманов, Матов и Драгоманов. Выдающееся положение, по колоссальной эрудиции и широте взгляда, занимают труды русского ученого Александра Ник. Веселовского.

Теория заимствования первоначально выдвинула Индию, как единственный источник С., но затем стали возникать сомнения, а с открытием древнеегипетской С. о двух братьях было признано, что и помимо Индии, в других древних странах, возникали С. и затем переходили от народа к народу путем устной или письменной передачи. Индия сохраняет первенствующее значение, по обилию сказочных мотивов в таких ее письменных памятниках (главным образом в Панчатантре), которые получили очень широкое распространение у персов, арабов и народов европейских, особенно в средневековых литературных памятниках - "Соnde Lucanor", "Gesta Romanorum", "Speculum Majus", "Disciplina clericalis" и мн. др. Одни ученые (Бенфей) выдвигают на первый план индийскую письменность - сборники Панчатантра, Чукасаптати и пр., другие (Коскен) - устную передачу индийских основных версий. Акад. Веселовский наряду с индийскими источниками (легенды о Соломоне и Китоврасе) указывает древнеклассические, византийские и даже туранские. Третья научная теория, антропологическая, недавно выдвинутая английским ученым Лангом, допускает самостоятельное зарождение одинаковых сказочных мотивов при известных условиях быта. Teopия самозарождения не лишена основания; некоторые С. простейшего психологического свойства могут быть удовлетворительно объяснены ею, но далеко не все. Мнение Ланга встретило много возражений, и Ланг в последующих своих сочинениях (после главного: "Myth, ritual and religion", 1887) многим поступился в пользу господствующей теории литературного заимствования (главные труды по истории объяснения С.: Поливки, во 2 т. "Narodopisny Sbornik ceskoslovansky", 1898 г.; Коскена, "Les contes populaires et leur origine"; Клаустона, введение к 1 т. "Popular tales", 1887 - малорус, перев. А. Крымского, 1896; Bedier, "Les Fabliaux", 1895). Научное изучение С. весьма важно ввиду того, что С. тесным образом переплетается с другими родами произведений (новеллы, повести, романы, фацеции, анекдоты, фаблио, былины, героические песни, даже лирика, напр. свадебные песни и колядки). Во многих случаях нельзя отделить С. от новелл, повестей, анекдотов. Многие средневековые романы и фаблио, многие русские былины представляют лишь переделку С. или состоят из подбора сказочных мотивов. В силу этого С. в настоящее время привлекают к себе внимание многих ученых; научная литература о них очень велика и с каждым годом увеличивается. Особенно богат тот отдел, который трактует о С. легендах и С. - новеллах индийского происхождения, каковы, напр., С. о Соломоне и Китоврасе (Морольфе-Мерлине), о Варлааме и Иосафе, о Шемякином суде, о семи мудрецах, о неверной и коварной жене (матроне Ефесской, Петрония), о Стефаните и Ихнилате. Об одном Варлааме и Иосафе имеются большие и ценные исследования Либрехта, проф. Кирпичникова, акад. Веселовского, Франко, Новаковича, Куна, Браунгольца и др., о семи мудрецах - Остерлоя, Ландау, Пыпине, Веселовского, Мурко и др. Многие другие С. предполагаемого индийского происхождения разобраны в двух томах "Popular tales" Клаустона (1887) и в "Розыск в области анекдотич. литературы", Сумцова (1898). Особое место занимают весьма важные в литературном отношении древнеегипетские С., в особенности относимая к XIV в. до Р. Хр. С. о двух братьях, открытая в 1852 г. Жена старшего брата, не успев склонить к любви младшего, оклеветала его перед мужем в насилии. и когда муж хотел его убить, то он бежал в "долину акации" (должно быть - страна блаженных), и здесь последовали его превращения в быка, дерево и царя. Древнеегипетские С. изданы во франц. переводе с предисловием Масперо ("Les contes populaires de l\'Egypte ancienne", 1889) С. о двух братьях - в малорос. перев. Крымского (Львов, 1896). Греко-римские С., сохраненные классическими писателями, также вызвали в новое время много сравнительно литературных исследований, напр. С. об Эдипе (иссл. Драгоманова и Грабовского), Орфее (Масса), Персее (Гартланда), Амуре и Психее (Коскена), Полифеме (Вс. Миллера), Мидасе (Цишевского), матроне ефесской (Либрехта, Веселовского) и др.

Многие С. разработаны в монографиях по историко-сравнительному методу, напр. С. о миротворении (иссл. Веселовского и Драгоманова), о Леноре, мертвом брате или женихе (у Созоновича и особенно подробно у Шишманова), Медее или кающемся грешнике (Карловича в "Wisla"), о рыбаке и рыбке (Поливки и Сумцова), о лисице и волке (Колмачевского, Крона), о мышке, вороне и зайце (Сумцова), о Сандрильоне или Попелюге (огромное иссл. Кокса, 350 вариантов; предисл. Ланга), о колдуне или знахаре по неволе (doctor Wszystkewiedy Поливки в "Wisla"), о Марке богатом (Сумцова), о женихе разбойнике (его же), о подмене невесты (Арферта), об абдеритах, пошехонцах и проч. (Клоустона и Сумцова), о Фаусте, Вечном жиде (Веселовского, Рутцмана и др.), Аполлонии Тирском (Веселовского, Зингера), о вавилонском царстве (Весоловского, Жданова) и много др. Как библиографические пособия, наиболее полезны: указатель к научным трудам А. Н. Веселовского (1859 - 1895), примечания и таблица к сборнику греческ, и албанск. С. Гана, указатель Gome\'a, IV т. KruptaJia, указания Поливки в I - IV јј "Narodopisny Sbornik", указания Сумцова в разборах сборников Романова, Кольберга и Мошинской указатель к сборнику сицилийских С., Гонценбаха, в "Zeitschr. f. Volksk.", библиографические указатели Р. Келлера, погодные указатели к "Revuе d. trad. popul." и "Zeitsch. f. Volksk. ", два библиографич. указателя к Этнографич. Обозрению", разные статьи и заметки у Либрехта ("Zur Volkskunde" и в "Geschichte der Prosadichtungen", Дунлопа и Либрехта; книга старая, но еще ценная). Главные сборники русских С.: Афанасьев; "Народн. русск. С." (1 изд. 1863, 2-е 1873 и 3, лучшее, в 1897 г.); Садовников, "С. и предания Самарского края" (в "Зап. Географ. Общ. ", 1884); Романов, "Белорус. Сборник" (т. Ill - IV); Добровольский, "Смолен, этногр. сборн." Шейн, "Материалы" (в "Сборнике Акад. Наук", LVI - LVll); Худяков, "Великор. С., KruptaJia" (т. 1). Малорусских: Чубинский, "Труды этн. стат. экспед. " (I - II); Рудченко, "Народ, южнорусск. С. "; Драгоманов, "Малор. нар. пред. ": Манжура (во 2 и 6 т. "Сборн. Харьк. Ист. Фил. Общ. ");Гринченко, "Этнограф, матер. " (т. 1 - II); Франке и Гнатюк, "Этногр. Сборник" (во Львове, I и III); Н. Иванов (в "Харьк. Ист. Фил. Сборн. ", т. 3, 5, "Этногр. Обозр.", IX - XXI); Kolberg, "Pokucie" (III - IV). Польских: Kolberg, "Lud"; Chelehowski, "Powiesci", Цишевского и разные сборники в "Zbior Wiadom. do antrop. krajowej". Чешских: "Cesky Lid", "Narodopisny Sbornik" Вожены Немцевой. Сербо-хорватских: Караджича, Крауса (на нем. яз), Врчевича, Строгаля и в разных сербо-хорв. журналах. Сербо-лужицких - в сборниках Гаупта, Шуленбурга, Фекенштедта. Болгарских в "Сборн. за народ, умотв." (I - XV т.) в сборн. Шапкарева. С. кавказских народов - в "Сборн. матер, для изуч. Кавк." (I - XXV; см. указат. к перв. ХХ вып. 1889 - 93) и в I т. "Осетинск. этюдов" Миллера. Монгольских - в IV т. "Путеш." Потанина, "Proben" Радлова (на нем. яз.). Вербицкого, "Алтайские инородцы", Остроумова, "Сарты". С. западноевропейских народов, особенно французские и немецкие, изданы в огромном числе сборников, по областям; наиболее полными считаются сборники нем. С. - Гримма и Цингерле, франц. - Себильо и Люзеля, итал. - Питре. С. арабов и берберов изданы и коментированы франц. ученым Рене Бассе. В последнее время накоплено уже много С. диких и варварских народов Азии, Африки и Америки в пер. на англ., немец. и франц. яз., что чрезвычайно расширяет круг научных наблюдений.

Н. Сумцов.

Наряду с народными С. уже в глубокой древности появляются писанные художественные С., который, как и народные С., из литературы одного народа переходили в литературу другого, благодаря переводам и подражаниям. Древнейшие из известных писанных С. принадлежит Египту и относится к XIV в. до Р. Хр.: это  - С, о двух братьях, мотив которой повторяется в библейской истории о Иосифе прекрасном и жене Пентефрии, в рассказе о Беллерофонте и Антее (в Илиаде), в Панчатантре, а также в С. французских, итальянских, немецких, венгерских, русских и других славянских, румынских, абессинских, индийских и т. д. Mнoгиe другие сюжеты сказок различных народов также оказываются заимствованными у египтян. После Египта, наиболее старинные письменные сборники С. появляются в Индии: таковы Панчатантра, Магабхарата, Калила и Димна (перевод Панчатантры на пехлевийский и др. яз.;). Впоследствии Панчатантра проникла в литературы всех народов. Подобное же распространение имел сборник С. Сукасантати (70 С. попугая), который, будучи переведен на персидский язык под названием, "ТугиНамех" (книга попугая), перешел из Персии к арабам, а от них распространился по Азии, Африке, Италии, Испании и т. д. Даже христианская легенда была вовлечена в общелитературное движение; так, напр. житие св. Варлаама и Иоасафа, заключающее в себе множество притч и С., является лишь измененным рассказом о жизни Будды. Индийский сборник С. под названием "Синдабадова книга" или "Книга семи мудрецов", переведен на языки персидский, арабский, еврейский, сирийский, греческий, латинский, романский. На Востоке же возник сборник С. "Тысячи и одной ночи", перешедший из Персии в Турцию. В сборнике китайских С. "Шан-Хои-Кинг", восходящем к XXII в. до Р. Хр., встречаются эпизоды, весьма схожие с индийскими и европейскими С. Из писателей древнего классического мира Геродот очень часто приводит С., преимущественно заимствованные у египтян; Плутарх в своих рассказах дает больше С., чем исторического изложения; Лукиан сочинял философские С. У римлян С. писали Дюдор Сицилийский и Апулей (С. о золотом осле). В средние века первоначально появились сборники народных С., как "Mirabilia urbis Romae", "Gesta Romanorum", "Disciplina clericalis" (сборн. С., заимствованных из Талмуда) и др. Художественные С. вновь появляются в. XIV в. в Италии: первый такой сборник - "Cento nоvelle antiche"; за ним следует "Декамерон" Боккачио, который вызвал за собою целый ряд подражателей в XV и XVI в.; из них Страпареле, Парабоско, Вазиле первые стали сочинять С. о феях. Во Франции С. образовались из фаблио. К середине XV в. относятся "Cent Nouvelles nouvelles"; в XVI в. появляются "Гептамерон" Маргариты Наварской, С. Деприера, Ник. де Труа, Рабле, Этьена и др.; эти бойкие, смелые и остроумные С. особенно бичуют духовенство и монашество. С., появлявшиеся во Франции в XVII в., стоят значительно ниже по достоинству и представляют лишь сборники анекдотов, остроумных изречений и т. п.

Значение и внешний блеск были возвращены сказкам Лафонтеном. В конце XVll в. появляются знаменитые С. Нерро ("Contes de lа mere I\'Oуе"), вызвавшие появление целого ряда подражателей. В XVIII в. явились во Франции и такие С., которые служили лишь удобными рамками для галантных рассказов об эротических похождениях: таковы С. Кребильона, Дора, Пирона, Дюкло и др. Дидро и Вольтер писали философские С., представлявшие собою сатиру нравов и антирелигиозные памфлеты. Мармонтель выступил со С. нравоучительными, которые также вызвали подражание (Беркен, Жанлис и др.). Французским писателям XlX в. также принадлежит ряд С.: так, С. писали Бальзак (Contеs drolatiques), А. Сильвестр (Contes grassouillets и др.), Жорж Занд (Contes d\'une grand\' mere), А. Франс, Мюссе, Фр. Коппе, Доде, Мопассан, Лабулэ (С. политические и сатирические) и др.; в большинстве случаев эти С. являются скорее повестями. В Германии сборники С. появляются с XVI в. С. писали также Гагендорн, Геснер, Виланд, Пфефель, Гофман (романтические С.), Авг. Лафонтен, Гете, Тик, Шамиссо, Гауф, Леандр (Фолькман), Фуке, К. Брентано и др. К числу авторов художественных С. принадлежат еще: Асбьернсон (норвежские С.), Кармен Сильва (румынские), Захер-Мазох (еврейские и малорусские С.), Андерсен (датские), Топелиус (шведские) и др. По-английски писали С. Чосер, Драйден, Прайер, Диккенс (рождественская С.), Эдгар По (фантастические С. и др.), Уйда. В России литературные С. появляются начиная с XVIII в.: первые С. в народном духе принадлежат талантливому писателю Чулкову, в сборнике которого: "Русские С. " (М.; 1780 - 83) содержатся отчасти пересказы народных С., отчасти С. сочиненные Чулковым. Чулков же сочинил: "Пересмешник или Славянские С." (М., 1780 - 85). Эти сочинения пользовались успехом и выдержали несколько изданий. В подражание Чулкову появились сочинения М. Попова: "Вечерние часы или древние С. славян древлянских" (М., 1787 - 88) и "Повествователь русских С." (М., 1787), а также "Бабушкины С." С. Друковцова (М., 1778): - сборник бессмысленных анекдотов. Позже сочиняли С. Хемницер, имп. Екатерина II (аллегорические С. о царевиче Февее и царевиче Хлоре), Дмитриев (Модная жена. Воздушная причудница), Жуковсий (С. в подражание народным: Спящая царевна, Война мышей и лягушек, О царе Берендее, Об Иване царевиче и сером волке, Кот в сапогах и др.); Пушкин (О золотом петушке, О мертвой царевне, О попе и его работнике, О рыбаке и рыбке, 0 царе Салтане и др.), Лермонтов (Ашик-Кериб, С. для детей и др.), Даль (С. казака Луганского), Марко Вовчок, Щедрин (сатирические С.), Гаршин и др. В 1894 г. Ф. О. Павленков приступил к изданию, под ред. Б. Д. Норозовской, "Сказочной Библиотеки" (до сих пор вышло 110 книжек), в состав которой вошли прекрасно подобранные сказки как народные разных стран, так и художественные (Андерсена, Гауфа, Жорж Занд, Кармен-Сильвы, Лабулэ) и др.

Скалигер Жозеф-Жюст

(Scaliger) - сын Жюля Сезара С., знаменитый филолог и критик XVI и XVII вв. (1540 - 1609), род. в Ажене, учился в Париже и Бордо. Глубокими, разносторонними знаниями языков классических и восточных С. пользовался между прочим для борьбы с католическими противниками своими по вопросам о церковных книгах. С 22 лет С. принадлежал к реформатской церкви и с своими единоверцами делил неизменно радости и горе. Его биография, как гениального ученого и неустанного борца за свободу совести и исследования, переплетена с событиями религиозных войн, с успехами точных наук и с волновавшими тогда весь христианский мир вопросами теологии и летосчисления. Во вторую и третью религиозные войны С. сражался простым солдатом в рядах гугенотов. Известие о Варфоломеевской ночи заставило его переселиться в Женеву, где он жил до 1574 г. В течение следующих 19 лет С. жил в разных странах Европы, между прочим и во Франции, а в 1593 г. получил профессорскую кафедру в Лейдене, где он и умер. Своими колоссальными трудами С. положил основание голландской филологии и воспитал ее видных представителей. Он был творцом научной хронологии, рассеял мрак предубеждений и схоластических хитросплетений в исторической науке и доказал превосходство изысканий точных и свободных от предрассудков. Влияние С. простиралось далеко за предеды Франции и Голландии; ученый авторитет его был признан повсюду. Врагов реформаторской церкви он устрашал и побеждал необычайною многосторонностью и глубиною знаний, во многих пунктах соприкасавшихся с теологией. Его дарования, его изумительные сведения в языках, истории и древностях многих народов, восточных и западных, а также в математике, астрономии и теологии явились во всем блеске в его "Исправлении хронологии" ("De emendatione temporum", 1583; лучшее изд. женевск. 1629), дополнения и поправки к которому даны были в "Сокровищнице времен" (Thesaurus temporum, Лейден, 1606, 2 изд. Амстердам, 1629). Классические по достоинству издания римских авторов и комментарии к ним составляют только небольшую долю того, что было выполнено С. в последнюю треть жизни, уже в бытность его в Лейдене. На греческий язык в стихотворной форме им переведены стихотворения Катона, П. Сира и выборки из Марциала. До С. почти исключительно господствовали средневековые способы летосчисления по календарю святых и по церковному календарю, крайне недостаточные и сбивчивые; почти вся хронология имела узко служебное назначение  - определять дни Пасхи, Троицы, масляницы и т. п.; времясчисление распространялось на немногие, сравнительно, события прошлого. В основу хронологии С. положил хронологические сочинения Евсевия, его предшественника Юлия Африканского и его продолжателей Иеронима и Идация; все эти труды примыкали к астрономическим и хронологическим изысканиям александрийских ученых. За текстами древних хронографов, восстановление коих было чудом дивинаторной критики, следуют у С. "Примечания к хронике Евсевия": здесь даются все средства для научного выяснения взаимных отношений между древними народами, а библейская история освещается при помощи многочисленных источников. За "Примечаниями" следует систематическое изложение начал хронологии, с таблицами вычислений, оправдательными документами и т. п. Силою воображения и точных знаний С. построил в "Сокровищнице времен" мировую историю, расчленил ее материал по народам, синхронистически сопоставил события по периодам от начала ассирийского царства до половины XV в. нашей эры. В лице С. европейская наука вышла из подчиненного отношения к науке древних греков. Ученость С. оставляла далеко за собою знания и методы александрийских ученых. В сочинении "О монетном деле" (De re nummaria, Лейд., 1606) С. оценил важность монет для исторической науки. См. Bernays, "Jos. Just. Scaliger" (Б., 1885).

Ф. Мишенко.

"Epistolae" С. описывают жизнь ученых современной ему эпохи. Jos. Casaubonus издал его "Opuscula varia" (Пар., 1610), Tan. Faber "Scaligerana" (Грон., 1659 и Копенг., 1667); Schibel обработал его "Список Олимпиад" (Б., 1852). Его "Lettres franсaises inеdites" изданы в Париже в 1881 г.

Скалистые горы

(Rockymountains) - так назыв. горная система в зап. части Сев. Америки, расположенная между 35 и 64º с. ш. и 104 и 130 з. д. и наполняющая Британскую Колумбию и штаты Аризону, Новую Мексику, Колорадо, Утах, Вайоминг и Монтану. Горная система состоит в южной и северной частях из ряда параллельных с С на Ю цепей, заключающих плоскогория и долины и пересекаемых в средней части поперечными хребтами. К З склоны падают круче, к В более покато. С. горы делятся поперечными долинами рек Норд-Платт (43º) и Миссури (47º) на три части. Южная часть, 900 км. длины, начинается на мексиканской границе и тянется по обоим берегам р. Pиo-Гранде. Главные хребты: Сангр де Христ-Рэндж, Сан-Жуан-Моунтен, Парк-Рэндж, Колорадо-Рэндж и Блэк-Моунтэн. Высшие точки: Бланка-Пик (4409), Пикс-Пик (4312), Лонг-Пик (4350) и Моунт-Гарвард (4381). Горный проход Эванс (2514 м.; чрез него проходит Тихоокеанская жел. дорога). В средней части, 600 км. дл., берут начало р. Виндривер, приток Миссури, Снэк-Ривер, прит. Колумбии и Грин-Ривер, прит. Колорадо; к ЮЗ находится еллоустонский национальный парк. В северной части главная продольная долина тянется по р. Колумбии. В Британской Колумбии самые высокие вершины Моунт-Броун (4880) и Моунт-Гукер. Между ними находится горный проход Атабаска. С. горы богаты золотом, серебром, медью, свинцом, железом, каменным углем и др. минералами.

Скальды

- так назыв. народные поэты древней исландской и норвежской литературы. См. Egilsson, "Lexicon poeticam" и Grondal, "Clavis poetica" (Копенг., 1864); Gislason, "Etterladte skrifter" (Копенг., 1895); Mobius, "Hattatal" (1881). Сборники стихотворений С. изданы Wisen\'ом, "Carmina norroena" (Лунд, 1886 - 89), и Gislason\'ом, "Udvalg af oldnordiske skjaldekvad" (Копенг., 1892).

Скальпирование

- сдирание кожи с головы раненых или убитых врагов; практиковалось дикими племенами Сев. Америки; сдернутая кожа (скальп) сохранялась в качестве победного трофея. Для С. индейцы обматывали волосы врага вокруг левой руки и, сделав несколько надрезов, сдирали туго натянутую кожу. С. редко не влекло за собою смертельного исхода.

Скандий

(хим.; Scandium; Sc=44, если О = 16) - принадлежит к числу церитовых и гадолинитовых металлов. Вместе с иттрием (Yttrium, Y=89), лантаном и иттербием (Ytterbium, Yb=173), он составляет более основную подгруппу третьей группы периодической системы элементов; типический элемент этой группы, как известно, бор. Впервые (в 1879 г.) С. был найден Нильсоном и вскоре затем Клеве в эвксените и гадолините. Самый элемент, благодаря редкости минералов, его содержащих (они встречаются на Скандинавском полуо-ве), до сих пор не изолирован, но свойства окиси и ее производных вполне установлены и оказались тождественными с указанными (в 1869 г.) Д. И. Менделеевым для эка-бора. Окись С., Sc203 - основание более сильное, чем окись алюминия, неспособное соединяться со щелочами. Соли окиси - с различными кислотами, ScX3 не окрашены; из их растворов щелочи осаждают студенистый гидрат окиси Sc (OH) 3, который при нагревании теряет воду, превращаясь в белый, похожий на магнезию, порошок окиси. Двойная соль Sc2 (SO4) 33K2SO4 нерастворима в крепком водном растворе сернокислого калия. Подобная двойная соль иттербия (свободный металл также неизвестен, присутствие его в гадолините установлено в 1878 г. Мариньяком) растворима в указанном реактиве, что и дает возможность разделять соединения Sc и Yb; пользуются, кроме того, тем обстоятельством, что из азотнокислых солей Sc и Yb первая легче разлагается при нагревании, превращаясь в нерастворимую основную соль. Металлический иттрий - серый порошок, способный разлагать воду даже на холоде, лучше при нагревании - получен Клеве при электролизе расплавленной смеси хлористого иттрия, YСl3 с поваренной солью, а также при нагревании этой смеси с металлическим натрием.

С. Колотов.

Скарабеи

(от греч. scaraboV - жук) - весьма распространенные в древн. Египте фигурки священного жука (atenchus sacer), из камня или глазированной глины, служившие амулетами, печатями, медалями. В качестве амулетов считались средством получения бессмертия, благодаря этимологии своего названия (жук по-егип. хепру, а хепру также значит "быть, существовать"). С. носились живыми и клались в гроб мертвым. Последние получали также особенные С. больших размеров, которые влагались внутрь мумий, вместо вынутого сердца; на обратной стороне их писались магические тексты, особенно 30 глава Книги Мертвых, убеждавшая сердце не свидетельствовать против покойного на загробном суде. С. часто изображают как тело жука без лапок, еще чаще - только верхнюю часть его; нижняя представляет гладкий овал, на котором вырезывались имена или изображения богов, священных эмблем и т. п. С. с именами частных лиц служили большею частью печатями. Наконец, существовали большие С., на плоской стороне которых цари помещали надписи о выдающихся событиях своей жизни; подобные, так наз. исторические С. дошли до нас в значительном количестве от Аменхотепа III, отмечавшего на них свои охоты и брачные союзы. С. с именами царей имеют важное значение для датировки и для суждения об относительной популярности и продолжительности царствования. Иногда на С. помещались изображения, а также небольшие надписи нравоучительного характера. В древнем царстве С. не были, кажется, в употреблении; все известные экземпляры с именами царей этого времени - позднейшие подделки. В среднем царстве С. делаются большею частью из камней - ляпис-лазури, аметиста и др.; глазируются С. сделанные из камней, не имеющих своего яркого цвета. В новом царстве встречается очень много С. из глазированной глины. Маленькие С. обыкновенно проткнуты для нанизывания. Кроме С.-жуков встречаются так наз. скарабеоиды, с простой выпуклой частью, имеющей изредка другие фигуры, напр. голову негра и т. д. С. были в употреблении не только в Египте. Финикияне подделывали их и вели ими торг. Распространение египетских культов в римской империи занесло С. в разные страны Востока и запада, между прочим и на наш юг, где находят нередко не только чисто египетские С., но, повидимому, и сфабрикованные на месте. С., под именем жуковин, были известны в московской Руси, как часть дамского убора; они получались из Царьграда и упоминаются в документах еще в XVI в. См. Myer, "Scarabs: history, manufacture and religious symbolism" (Пар., 1894); Савваитов, "Описание старинных русских утварей" (СПб., 1896).

Скарлатина

- острая инфекционная болезнь, характеризующаяся разлитой бледнорозовой мелкоточечной сыпью по всему телу, лихорадкой и воспалением зева. Причина, производящая С., несомненно, микропаразитического характера. Производитель болезни (зараза) очень стоек, легко передается третьими лицами, вещами из зараженных домов и убивается сухим жаром при 100 Цº. Больной заразителен уже с 1 дня болезни, но наиболее на 4 - 7 день болезни и до конца шелушения (около 6 недель). Перенесшие С. вторично ею не заболевают. Наиболее восприимчивы к заболеванию дети от 2 до 7 лет, после 12 лет восприимчивость уменьшается. В Париже умирает от С. ежегодно 200 - 300 детей (Camby), в Петербурге от 500 до 1200 (Филиппов). Процент смертности, иногда поднимающийся выше 30, в среднем около 14%. Патолого-анатомических изменений, характеризующих С., на трупе не наблюдают.

Симптомы

Ребенок заболевает вдруг; сильный жар, рвота, боль при глотании, на следующий день по всему телу высыпает мелкая красная сыпь, начинающаяся с шеи и верхней части груди и спины и в сутки распространяющаяся по всему телу, кроме губ, носа и подбородка. Сыпь бывает и в зеве, и на языке, который на 4 - 5 день становится интенсивно красного цвета. Скарлатинозная жаба - второй характерный симптом С. - то простая катарральная или фолликулярная, то при тяжелых случаях дифтеритический некроз (не дифтерит). Темп. быстро повышается в первый же вечер до 40º, медленно и критически оканчивается. Обыкновенно в начале болезни наблюдается рвота. До описанного резвого начала болезни длится скрытый период ее 4 - 7 дней. Нормальная С.: все симптомы умеренно выражены: лихорадка 39,5 - 40,0, боль в горле умеренная, по всему телу ярко-красная сыпь, головная боль, бред ночью, днем сонливость. Шейные железы увеличены, но подвижны, Заболевание обнаруживается сразу: рвота, жар до 39,5 - 40,0, на следующее утро характерная сыпь, следующие два дня сыпь ярче, maximum лихорадки на 3 - 4 день, когда ясно выражено и воспаление зева. После 4-го дня темп. падает, сыпь бледнеет, боль в горле меньше и на 7 - 9 день больной ни на что не жалуется. На 2 - 3 неделе наступает шелушение кожицы, которое затягивается иногда до конца 5 - 6 недели. Кожица на пальцах, ладонях и подошвах и местами на туловище сходит большими пластами. При легкой форме С. все симптомы: лихорадка, сыпь, жаба, выражены слабо, иногда один из них отсутствует. С. без сыпи наблюдается чаще, чем С. без лихорадки или без жабы - это так назыв. стертая С. (Scarlatina frustra). При тяжелой С. темп. высока, в горле тяжелая форма воспаления, сердечная деятельность падает, со стороны нервной системы бурные симптомы: помрачение сознания, судороги. Смерть может наступить в первый день болезни. При геморрагической С. в коже кровоподтеки, из слизистых оболочек (носа, кишек, почек) кровотечения. Цианотический цвет сыпи, как признак сердечной слабости, имеет очень неблагоприятное значение. При обильном экссудате в коже на ее поверхности образуется много мелких узелков, вследствие увеличения кожных сосочков (Scarlatina papulosa). Осложнения при С. очень многочисленны и бывают как при тяжелых, так и при легких случаях, причем при тяжелых и при слаборазвитой сыпи. Опухоль подчелюстных желез иногда переходит в нагноение даже и в позднем периоде болезни. Всего чаще С. осложняется воспалением почек с 11 - 21 дня болезни. Частота осложнения С. нефритом находится в зависимости от характера эпидемии. Симптомы и течение скарлатинозного нефрита разнообразны. Нефрит может повести к водянке, уремии и гипертрофии сердца. Водянка сперва на лице, ногах, потом по всему гелу. Как последствие нефрита бывают: водянка перикардия (hydropericardium), плевральных полостей (hydrothorax), брюшной полости (ascites) и общая (anosarca) и как исход нефрита ypeмия. Из других осложнений С. могут быть: перикардит, эндокардит, суставной ревматизм, воспаление уха с прободением барабанной перепонки и вырождением косточек, флогмона шеи с образованием нарывов и явлениями сдавления дыхательного горла (angina Ludowici) и др.

Лечение. С целыю понизить температуру у детей с здоровым сердцем жаропонижающие, а лучше ванны, обтирания губкой; на голову - лед. При возбуждении больных - бромистые препараты, уретан, сульфонал; при угнетении нервной системы - ванны с обливанием холодной водой и возбуждающее. При упадке сердечной деятельности - сердечные средства. Лечение осложнений ведется сообразно с характером их. Развившееся после С. малокровие требует усиленного питания, назначения пепсина, соматозы. Обширные поражения клетчатки шеи требуют раннего вскрытия нарывов. Держать больных в постели надо не менее 2 недель даже в легких случаях С. На воздух выпускать не раньше 3 недель летом и 6 недель зимой. Школу посещать можно только через 6 недель со дня заболевания и после основательной дезинфенции помещения, платья, школьных принадлежностей и при отсутствии у больного следов шелушения и если в доме нет других больных С. А.

Скарлатти

(Alessandro Scarlatti) - один из знаменитых итальянских композиторов неаполитанской школы (1649 - 1725), ученик Кариссими. С. считается первым, который ввел форму арии с da саро, ставшей с того времени общеупотребительной. Аккомпанемент его apии не подчинялся, как прежде, исключительно ритму мелодии, а получил свой собственный самостоятельный рисунок, вследствие чего в нем исчезла монотонность. С. развил речитатив, который в акомпанементе получил более содержательности. В области инструментальной музыки он ввел форму итальянской увертюры: allegro, andante, allegro. С. писал очень много: более ста опер, масса духовных сочинений, из которых "Miserere" и фуга на два хора "Tu es Petrus", сочиненные С. в 1680 г. для папской капеллы, исполняются и до сих пор. Из ученых трудов его известна брошюра: "Discorso di musica" (1717). Учениками С. были Логрошино, Дуранте, Гассе. Сын и ученик его, Доменико С. (1683 - 1757), считался одним из выдаюшихся клавесинистов первой половины XVIII стол. и оказал большое влияние на развитие техники игры на клавесине. Он писал оперы, но главным образом известностью пользуются его сочинения для клавесина; им написано 349 сонат и разных пьес для этого инструмента. В 1839 г. Карл Черни издал в Вене 200 пьес С.; эта коллекция считается самою полною. Джузеппе С., младший сын Александра С. (1718 - 1776), писал преимущественно оперы; из них некоторые были даны в Венеции и Неаполе.

Н. С.

Скаты

(Rajidae) - подотряд рыб, соединяемый с акулами в отряд поперечно-ротых (Plagiostomi) и отличающйся от акул (Squalidae) формой тела, а именно тело С. обыкновенно сплюснуто сверху вниз и спереди расширено; передние плавни С. стоят горизонтально и у большинства соединены с рылом посредством хряща. Передний пояс имеет форму полного кольца, укрепленного на передней части позвоночника. Жаберные щели обыкновенно на нижней стороне тела. Зубы конические или плоские, расположенные наподобие торцовой мостовой; век нет или одно верхнее неподвижное. Однако, есть переходные формы между этими подотрядами. Так пила-рыба (Pristis antiquarum), составляющая особое семейство (Squatinorajidae), имеет веретенообразную форму тела и плавни свободные, как у акулы. Вытянутое рыло вооружено по боковым краям с каждой стороны рядом мощных чешуй, наподобие зубьев пилы, что и дало повод к преувеличенным рассказам о свирепости этой рыбы. Водится и в Средиземном море, мясо - невкусное. Типичные С. представлены 4 семействами: С. Trigonidae (хвостоколы), Myliobatidae (орляки), Rajidae (настоящие С.) и Тогреdidae (гнюсы). Оба первые семейства имеют на длинном и тонком хвосте иглу, но у первых хвост без плавника, у вторых впереди иглы есть плавень. Из первого семейства замечателен скат-шипонос (Trigon postinoca), заходящий в Черное и Азовское моря и о ядовитости укола которого рассказывают путешественники много преувеличенного. Ядовита, по-видимому, слизь, покрывающая тело и иглу, ибо особой железы не найдено. Сем. Rajidae не имеет шипов, хвост с боковыми складками и вообще это наиболее типичные С. У берегов Европы, между прочим у нас в Балтийском, Белом и Черном морях, встречается скат-шипонос (Raja clavata), тело коего покрыто чешуями в виде небольших шипов или колючек. Гнюсы отличаются присутствием между плавнями и головой - электрического аппарата, оглушающего добычу разрядом и живородностью. В Средиземном море встречается гнюс мраморный (Torpedo marmorata). Мясо С. невкусно, но местные жители едят некоторых С. Хвостокол - обычная пища тихоокеанских обитателей. Печень идет для добывания жира. В. М. Ш.

Скауты

(воен.) - конные разведчики в американскую войну 1861 - 1865 гг.; производили всякого рода тайные разведки и участвовали в рекогносцировках. Комплектовались преимущественно из уроженцев западных областей.

Скворец

(Sturnus) - палеарктичесюй род певчих птиц из семейства скворцовых. К роду Sturnus относятся около 10 видов птиц средней величины, мало отличающихся одна от другой, как по окраске, так и по образу жизни. С. имеют длинный, сильный, прямой клюв, с слегка сплюснутым кончиком, прямой короткий хвост, до вершины которого достигают нижние кроющие перья и острые крылья, у которых первое маховое перо укорочено, а второе длиннее остальных. Представителем С. может служить общеизвестный обыкновенный С. (Sturnus vulgaris), живущий повсеместно в Европе. Обыкновенный С. в брачном наряде черного цвета с фиолетовым и зеленым блеском и с белыми пестринками. К осени белые пестринки становятся крупнее и чаще. Молодые - буро-серого цвета, с беловатою пятнистою грудью. Гнездится в дуплах. Кладка (5 - 6 голубых глянцевитых яиц) бывает два раза в лето. Питается преимущественно наземными моллюсками и крупными насекомыми (гусеницами и кузнечиками). Нападает также на виноград, вишни, черешни и т. п. плодовые деревья. Там, где мало плодовых садов и виноградников, С. приносит большую пользу истреблением прямокрылых и личинок насекомых. Полезная деятельность С. особенно удобна тем, что С., как известно, охотно селятся в специально устраиваемых для них "скворешниках", безразлично - выставляются ли скворешники среди полей, или вблизи жилья, или даже на крышах домов, вокруг которых достаточно места, незанятого постройками, где бы С. могли отыскивать себе пищу. В неволе С. скоро привывает к растительной пище. Характерную особенность его составляет редкая способность подражать без всякого обучения всевозможным звукам. Поэтому С. легко заучивает отдельные слова и простые мотивы. Молодые С. по вылете из гнезд образуют большие стаи; после второго вывода птенцов к ним присоединяются и старые птицы. На зиму С. улетают в Африку. Другой обыкновенный вид С., водящийся на Ю Зап. Европы, - С. одноцветный или черный (St. unicolor), черного цвета без пестринок; молодые С. похожи на молодых обыкновенных С., но темнее их. В Сибири обыкновенных С. заменяет близкий вид - St. menzbieri с интенсивно фиолетовым отливом на голове; он гнездится также в большей части Центральной Азии; зимует в Индии. В Крыму (и Малой Азии) гнездится другой близкий к обыкновенному С. вид, - пурпуровый С. (St. purpurescens), у которого нижняя часть спины с пурпурово-фиолетовым, а нижняя сторона тела с темно-фиолетовым отливом. Наконец, на Кавказе и в Закавказье (также в Персии и отчасти в Закаспийском крае) живет третий близкий вид - кавказский (St. caucasicus). У него голова и зоб отливают фиолетовым цветом, нижняя сторона тела  - фиолетово-зеленым, а спина - зеленым.

Ю. В.

Скелет

- твердая опора тела животного, мест прикрепления мышц и иногда защита, если С. является наружным. Необходимо отличать С. от раковины, которая служит прежде всего для защиты и потом для прикрепления мышц. Раковина является выделением известных частей накожных покровов, связана с телом лишь в определенных точках, а именно в местах прикрепления мышц, и легко может быть удалена после перерезки этих мышц. Она одевает тело животного или его часть наподобие чехла или футляра. С. - составляет часть самого тела и не может быть удален без повреждения самого тела. У простейших С. чаще всего является в виде кремневых отложений (у радиоларии, солнечников), имеющих форму игл или иную. У губок С. представлен или развивающимися в их ткани иглами, кремнеземными или известковыми, или волокнами особого вещества спонгина, похожего на роговое. У гидроидов роль С. исполняет поверхностный хитиновый слой перисарк, одевающий как ствол колонии, так иногда и самих полипчаков в виде чашечки. Таким образом, С. этих форм является наружным в отличие от С. губок, который может быть назван внутренним. У некоторых гидроидных колоний (Hydrocorallinae), а главным образом у кораллов, и не только у колониальных, но и одиночных, С. получает мощное развитие. Иногда этот С. является лишь в виде плотного отложения, идущего по оси ствола и ветвей колонии и состоит по большей части из извести или вещества, похожего на рог, иногда тоже пропитанного известью. В других случаях скелетные известковые отложения появляются и в стенках самих полипов. Первая форма представляет осевой полипняк, а вторая мадрепоровый. Между близкими к червям формами С. свойственен опять-таки колониальным, и след. требующим более прочной опоры мшанкам, у которых тело каждой особи одето иногда очень плотным хитиновым слоем, вдобавок могущим у некоторых пропитываться известью. Брахиоподы или руконогие, имеющие, подобно моллюскам, раковину, имеют на спинной створке ее иногда длинные и извитые отростки, служащие опорой для так называемых рук этих животных. Чрезвычайное развитие известковых отложений, как в соединительнотканном слое кожи, так и в более глубоких частях, представляют иглокожие. У членистоногих С. представлен иногда очень толстым слоем хитина - выделение поверхностного слоя накожных покровов, часто пропитанного известью. Это - типичный наружный С. Части накожных покровов иногда могут вворачиваться внутрь тела животного в виде складок, трубок и т. п. и тоже выделять слой хитина на своей наружной (обращенной внутрь складки) поверхности. Эти части, служащие опорой мышцам, получили название эндоскелета, в противоположность наружному С. или экзоскелету. Впрочем, у некоторых членистоногих в месте схождения мышц могут образоваться тоже плотные мезодермические пункты, иногда с минеральными отложениями (напр. у сенокосцев или Phalangidae). Это будет уже мезоскелет, построенный по тому же принципу, как и С. костный. Хорошо развитая мезоскелетная пл