Cайт является помещением библиотеки. Все тексты в библиотеке предназначены для ознакомительного чтения.

Копирование, сохранение на жестком диске или иной способ сохранения произведений осуществляются пользователями на свой риск.

Карта сайта

Все книги

Случайная

Разделы

Авторы

Новинки

Подборки

По оценкам

По популярности

По авторам

Рейтинг@Mail.ru

Flag Counter

Проза
Бунин Иван
Весной в Иудее

-- Эти далекие дни в Иудее, сделавшие меня  на  всю  жизнь хромым,  калекой,  были в самую счастливую пору моей молодости, -- говорил  высокий,  стройный  человек,  желтоватый  лицом,  с карими   блестящими   глазами   и   короткими,  мелко-курчавыми серебряными волосами, ходивший всегда с костылем по причине  не сгибавшейся  в  колене  левой  ноги.  --  Я  участвовал тогда в небольшой  экспедиции,  имевшей  целью  исследование  восточных берегов Мертвого моря, легендарных мест Содома и Гоморры, жил в Иерусалиме,   поджидая   своих   спутников,   задержавшихся   в Константинополе,  и  совершая  поездки  в  одну  из  бедуинских стоянок  по  дороге  в  Иерихон,  к  шейху  Аиду,  которого мне рекомендовали  иерусалимские   археологи   и   который   взялся оборудовать все нужное для нашей экспедиции и лично вести се. В первый  раз  я съездил к нему для переговоров с проводником, на другой день он сам приехал ко мне в  Иерусалим;  потом  я  стал ездить  в  его  стоянку один, купив у него же чудесную верховую кобылку, -- стал ездить даже не в  меру  часто...  Была  весна, Иудея  тонула в радостном солнечном блеске, вспоминалась "Песнь Песней"; "Зима уже прошла, цветы  показались  на  земле,  время песен   настало,   голос   горлицы  слышен,  виноградные  лозы, расцветая, издают благоухание..." Там, на этом древнем  пути  к Иерихону, в каменистой Иудейской пустыне, все, как всегда, было мертво,  дико,  голо,  слепило зноем и песками. Но и там, в эти светоносные  весенние  дни,   все   казалось   мне   бесконечно радостным,  счастливым:  в  первый  раз был я тогда на Востоке, совершенно новый мир видел перед собою, а в этом мире --  нечто необыкновенное: племянницу Аида.

Иудейская   пустыня   --   это   целая  страна,  неуклонно спускающаяся до самой Иорданской долины,  холмы,  перевалы,  то каменистые,    то    песчаные,    кое-где    поросшие   жесткой растительностью,   обитаемые   только   змеями,    куропатками, погруженные  в  вечное  молчание. Зимою там, как всюду в Иудее, льют дожди, дуют ледяные ветры; весною, летом, осенью -- то  же могильное   спокойствие,   однообразие,   но   солнечный  зной, солнечный сон. В лощинах, где попадаются колодцы,  видны  следы бедуинских стоянок: пепел костров, камни, сложенные кругами или квадратами,  на которых укрепляют шатры... А та стоянка, куда я ездил, где  шейхом  был  Аид,  являла  такую  картину:  широкий песчаный  лог  между  холмами  и в нем небольшой стан шатров из черного войлока, плоских, четырехугольных  и  довольно  мрачных своей  чернотой на желтизне песков. Приезжая, я постоянно видел тлеющие кучки кизяка перед некоторыми шатрами, среди шатров  -- тесноту:  всюду  собаки,  лошади,  мулы,  козы -- до сих пор не понимаю, чем и где  все  это  кормилось,  --  множество  голых, черномазых,  курчавых детей, женщины и мужчины, похожие одни на цыган, другие на негров, хотя не толстогубых... И странно  было видеть,  как  тепло,  несмотря  на  зной,  были  одеты мужчины: кубовая рубаха до колен, ватная куртка, а сверху аба,  то  есть очень  длинная и тяжелая, широкоплечая хламида из пегой шерсти, полосатой в два цвета -- черного и белого; на голове кефийе  -- желтый  с  красными  полосами  платок,  распущенный  по плечам, висящий вдоль щек и в  два  раза  охваченный  на  макушке  тоже пегим,  двуцветным  шерстяным жгутом. Все это составляло полную противоположность женской одежде: у женщин на  головы  накинуты кубовые  платки,  лица  открыты,  на  теле одна длинная кубовая рубаха с острыми, падающими чуть не до земли рукавами;  мужчины обуты  в  грубые  башмаки,  подбитые  железками,  женщины ходят босыми, и у всех ступни чудесные,  подвижные  и  от  загара  уж совсем как уголь. Мужчины курят трубки, женщины тоже...

Когда  я во второй раз, без проводника, приехал в стоянку, меня приняли уже как друга. Шатер Аида был самый просторный,  и я застал в нем целое собрание пожилых бедуинов, сидевших вокруг черных  войлочных  стен шатра с поднятыми для входа полами. Аид вышел мне навстречу, сделал поклон и прикладывание правой  руки к  губам  и ко лбу. Войдя в шатер впереди его, я подождал, пока он сел на ковер посреди шатра, потом сделал то, что  сделал  он мне  при  встрече, то, что всегда полагается -- тот же поклон и прикладывание правой руки к губам и ко лбу, -- сделал несколько раз, по числу всех сидящих; потом сел возле Аида и, сидя, опять сделал то же самое; мне, конечно,  отвечали  тем  же.  Говорили только мы с хозяином, -- кратко и медленно: так тоже полагалось по  обычаю,  да  и  не  очень  сведущ был я тогда в разговорном арабском языке; прочие курили и молчали. А за  шатром  меж  тем готовилось мне и гостям угощение. Обычно бедуины едят хыбыз, -- кукурузные  лепешки  --  вареное  пшено  с козьим молоком... Но непременное угощение гостя -- харуф: баран,  которого  жарят  в ямке,  вырытой  в  песке,  наваливая  на  него  пласты тлеющего кизяка. После барана угощают кофеем, но всегда  без  сахара.  И вот  все сидели и угощались как ни в чем не бывало, хотя в тени войлочного шатра стояла адски горячая духота и смотреть  в  его широко  раскрытые  полы  было  просто  страшно: пески вдали так сверкали, что, казалось, на глазах плавились.  Шейх  за  каждым словом  говорил  мне:  хаваджа, господин, а я ему: почтеннейший шейх бедави (то есть сын пустыни, бедуин)... Кстати, знаете  ли вы, как по-арабски называется Иордан? Очень просто: Шариат, что значит всего-навсего водопой.

Аид  был  лет  пятидесяти,  невысок,  широк в кости, худ и очень крепок; лицо  --  обожженный  кирпич,  глаза  прозрачные, серые,   пронзительные;  медная  борода  с  проседью,  жесткая, небольшая, подстриженная, и  такие  же  подстриженные  усы,  -- бедуины  то  и  другое  всегда  подстригают;  обут,  как все, в толстые подкованные башмаки. Когда он был у меня в  Иерусалиме, на поясе у него был кинжал, в руках длинная винтовка.

Я  увидал  его  племянницу в тот самый день, когда сидел у него в шатре уже "как друг"; она  прошла  мимо  шатра,  держась прямо,  неся на голове большую жестянку с водой, придерживая ее правой рукою. Не знаю, сколько  лет  ей  было,  думаю,  что  не больше  восемнадцати,  узнал  впоследствии  одно -- четыре года перед тем она была замужем, а  в  тот  год  овдовела,  не  имев детей,  и  перешла в шатер дяди, будучи сиротой и очень бедной. "Оглянись, оглянись, Суламифь!" -- подумал  я.  (Ведь  Суламифь была,  верно,  похожа  на  нее:  "Девы иерусалимские, черна я и прекрасна".)  И,  проходя  мимо  шатра,  она  слегка  повернула голову,  повела  на  меня глазами: глаза эти были необыкновенно темные, таинственные, лицо почти черное, губы лиловые,  крупные -- в  ту минуту они больше всего поразили меня... Впрочем, одни ли они! Поразило все: удивительная рука, обнажившаяся до плеча, державшая на голове жестянку,  медленные,  извилистые  движения тела под длинной кубовой рубахой, полные груди, поднимавшие эту рубаху... И нужно же было случиться так, что вскоре после этого я  встретил  ее  в  Иерусалиме у Яффских ворот! Она шла в толпе навстречу мне и на этот раз несла на голове что-то завернутое в холст. Увидав меня, приостановилась. Я кинулся к ней.

-- Ты узнала меня?

Она слегка потрепала свободной левой рукой по плечу  меня, усмехнулась:

-- Узнала, хаваджа.

-- Что это ты несешь?

-- Козий сыр несу.

-- Кому?

-- Всем.

-- Значит, продавать? Так неси его ко мне.

-- Куда?

-- Да вот сюда, в гостиницу...

Я  жил  как  раз  у  Яффских  ворот, в узком высоком доме, слитом  с  другими  домами,  по  левую  сторону  той  небольшой площади,  от  которой  идет  ступенчатая "Улица царя Давида" -- темный, крытый где холстами, а где древними  каменными  сводами ход  между  такими же древними мастерскими и лавками. И она без всякой робости пошла впереди меня по крутой и  тесной  каменной лестнице этого дома, слегка откинувшись, свободно напрягая свое извивающееся  тело, настолько обнажив правую руку, державшую на голове на кубовом платке круг сыру в  холсте,  что  видны  были густые  черные  волосы  ее подмышки. На одном повороте лестницы она приостановилась: там, глубоко внизу за узким  окном,  виден был   древний  "Водоем  пророка  Иезекииля",  зеленоватая  вода которого лежала, как в колодце, в  квадрате  соседних  сплошных домовых  стен  с  решетчатыми  окошечками,  -- та самая вода, в которой купалась Вирсафия, жена Урия, наготой  своей  пленившая царя   Давида.   Приостановясь,   она   заглянула   в  окно  и, обернувшись, с радостным удивлением взглянула  на  меня  своими удивительными  глазами.  Я  не  удержался,  поцеловал  ее голое предплечье -- она взглянула на меня вопросительно: поцелуи не в обычае у бедуинов. Войдя  в  мою  комнату,  она  положила  свой сверток  на  стол  и  протянула  ко  мне  ладонь правой руки. Я положил в ладонь несколько  медных  монет,  потом,  замирая  от волнения,  вынул  и  показал  ей  золотой  фунт.  Она  поняла и опустила  ресниц,  покорно  склонила  голову  и  закрыла  глаза внутренним  сгибом  локтя,  навзничь легла на кровать, медленно обнажая ноги, прокопченные солнцем, вскидывая живот  призывными толчками....

-- Когда  опять  принесешь  сыр? -- спросил я, провожая ее через час на лестницу.

Она легонько помотала головой:

-- Скоро нельзя.

И показала мне пять пальцев: пять дней. Недели через  две, когда  я  уезжал  от  Аида и отъехал уже довольно далеко, сзади меня хлопнул выстрел -- и пуля с такой силой ударилась в камень передо  мной,  что  он  задымился.  Я  поднял  лошадь   вскачь, пригнувшись к седлу, -- хлопнул второй выстрел, и что-то крепко хлестнуло  мне  под  колено  левой  ноги.  Я  скакал  до самого Иерусалима, глядя вниз на  свой  сапог,  по  которому,  пенясь, лилась  кровь...  Дивлюсь  до  сих  пор,  как  мог Аид два раза промахнуться. Дивлюсь и тому, откуда он мог узнать, что  это  я покупал козий сыр у нее.

1946  

Число просмотров текста: 1047; в день: 0.48

Оцените этот текст:

Разработка: © Творческая группа "Экватор", 2011-2014

Версия системы: 1.0

Связаться с разработчиками: libbabr@gmail.com

Генератор sitemap

0